Читать онлайн Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки бесплатно

Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

顾抒

白鱼记 4 异鹊

Russian translation Copyright is arranged with China Children’s Press & Publication Group Co., Ltd.

White Fish: Alien Magpies Text © Gu Shu

Illustrations © Bian Zao

First published in 2018 in China by China Children’s Press & Publication Group Co., Ltd. All Rights Reserved.

© Сафронова Д.Д., перевод на русский язык, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Рис.0 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

Рис.2 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

Во время путешествия в Дяо Линь[1] Чжуан Чжоу увидел странную сороку, летящую с юга. Крылья ее были длиной в семь чи[2], глаза были размером в цунь[3]. Необычная птица, пролетая мимо, задела крылом мудреца по лбу и приземлилась где-то в каштановом лесу.

– Что это за птица! – воскликнул Чжуан Чжоу. – Крылья такие длинные, а летает невысоко и недалеко; глаза такие большие, да не видят ничего.

Держа наготове арбалет, он тихонько приблизился к птице. Тогда он заметил цикаду, наслаждавшуюся тенью. Богомол, прячась в листве, в охоте за добычей не позаботился о собственной безопасности – сорока, приметив богомола, готовилась напасть. Так, увидев выгоду, можно забыть о самом себе.

Чжуан-цзы испуганно промолвил:

– Ах! Вот так все взаимосвязано, борются друг с другом живые существа.

Опустив арбалет, он ушел, прогоняемый смотрителем[4].

Во времена династии Сун поэт Су Ши написал стихотворение «Сороки», однако с течением времени смысл стихотворения изменился.

Пролог

Рис.1 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

– Фэй Ю, что ты пьешь?

Сяо Бай откинул одеяло с коленей, отклонился в сторону и перевел взгляд с цветущего персика за окном обратно в комнату. По мере того как на улице день ото дня становилось все теплее, лицо мальчика становилось уже не таким бледным и все больше оживало. Сяо Бай, казалось, был особенно тронут наступлением весны. Держа в руках лепесток, он рассматривал его так внимательно, будто хотел запечатлеть текстуру и запах этого лепестка у себя в сердце.

Услышав вопрос, Фэй Ю поставил чашку и отозвался:

– Перечно-кипарисовую настойку.

– Можно попробовать?

– Этот напиток для тебя слишком бодрящий, – сказал Фэй Ю. – Попробуешь, когда поправишься.

Фэй Ю пил из черной лакированной чашки, которая выглядела тусклой и довольно старой. Сяо Бай обратил внимание на ее ободок с вязью красного узора, похожий на старинный.

– О, это называется муар. Красиво, правда?

Сяо Бай кивнул.

– Кажется, я видел эту чашку весной.

– Правда? – Фэй Ю сделал вид, что ему все равно, но тем не менее глубоко внутри скрывал радость. – Где ты ее тогда видел?

– В воде, – вспоминал Сяо Бай. – Она была в воде.

– А что за вода?

– В горах, – уверенно ответил юноша. – Там еще был тихий дворик.

– Какой дворик?

– Ну, снаружи высокий тростник, внутри цвела акация, а еще длинная-длинная галерея, – протараторил он на одном дыхании, но потом задумался и замолчал.

– Что такое?

– Это невозможно. Я не покидал больницу ни разу с тех пор, как заболел. Как я мог оказаться в таком месте? Тем более увидеть эту чашку в воде. Однако, чем больше я думаю, тем больше кажется, будто этот дворик появляется перед моими глазами…

– Кто поднял чашку?

– Я и…

Фэй Ю выжидающе смотрел на него.

– И еще кто-то… – спустя время выдал Сяо Бай.

– Ты помнишь, как они выглядели?

– Смутно, как будто невидимая рука стерла их лица… Но внешний вид двора четко вижу, будто я действительно там был. – Мальчик прикоснулся к виску. – Доктор Фэй Ю, у меня голова болит.

– Хорошо, остановимся на этом. – Он вызвал медсестру, которая явилась через мгновение с лекарством в руках.

Сяо Бай выпил его и вскоре уснул. Фэй Ю осторожно вытер каплю лекарства с уголка рта юноши носовым платком и вздохнул.

– Он все еще слаб, но мне нужно идти, – сказал он медсестре и набрал номер на телефоне.

– Вы договорились о встрече с той дамой?

– Она уже в возрасте и довольно упряма: не только не соглашается продать ценности, но и отказывается встречаться с людьми, – ответили на другом конце провода. – После разговора с ее юристом удалось договориться о встрече, но всего на пятнадцать минут. Этого хватит?

– Не уверен, но посмотрим. Закажи нам билеты на поезд на завтра.

Рис.2 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

Они добрались до маленького городка, известного своими розовыми камнями.

Полдень был в разгаре, солнце мягко освещало колокольню церкви и монахов с благочестивыми и торжественными лицами в черных рясах, подвязанных веревками на поясах.

Инвалидное кресло скрипело по брусчатке. Сяо Бай же пребывал в хорошем настроении, время от времени что-то спрашивая у Фэй Ю или рассматривая в витринах диковинных зверей, вырезанных из дерева. Когда он увидел бледно-голубую керамическую Мадонну с опущенным взглядом, он заволновался.

– Тебя что-то беспокоит?

– Нет, – ответил Сяо Бай. – Просто подумал о своей маме. Меня положили на лечение сразу, как только я родился, но…

– Давай съедим по мороженому! – внезапно предложил Фэй Ю.

– Что? А мне можно?

– Я врач и не одобряю, когда пациенты едят сладкое, но говорят, когда грустно, сладкое помогает чувствовать себя лучше, даже иммунитет повышается. – Фэй Ю достал из кармана горсть монет и сунул их в руку юноши. – Ты можешь выбрать любой вкус, какой тебе захочется.

– Но я не понимаю их языка.

– Ты другой и с рождения нравишься людям. Слова тут не нужны, – улыбнулся Фэй Ю. – Кроме того, сегодня дела обстоят лучше, попробуй встать с кресла.

– Можно?

Сяо Бай с подозрением вцепился в подлокотники и изо всех сил постарался поднять свое тело. Фэй Ю намеренно ему не помогал. Спустя время юноша действительно смог встать и неуверенными шагами направился к мороженщику. Он зачарованно осмотрел разноцветный замороженный лед и указал на молочно-белый.

– Зачем ты купил два? – удивился Фэй Ю.

В левой руке юноша держал молочно-белое эскимо, а в правой – розовое.

– Это ванильное, самое популярное. – Он откусил кусочек. – А вот это персиковое, держи!

– Я не ем фруктовый лед. – Фэй Ю не знал, как реагировать.

– Разве не ты говорил, что самочувствие улучшится от сладкого? Доктор Фэй Ю, я же вижу, как ты переживаешь.

У доктора не осталось выбора, кроме как принять угощение.

– Я знал одну девушку, которая каждую весну устраивала праздник цветения персика, на котором мы пили персиковые напитки. Она наказывала мне идти в горы, чтобы отыскать для нее дикое цветущее персиковое дерево… – произнес Сяо Бай, глядя на персиковый лед в руке доктора, и испугался.

Фэй Ю чуть не выронил лед на землю, но внешне сохранил спокойствие и ни один мускул не дрогнул на его лице.

– Ах, может, я вычитал это в какой-то книге, но сам не помню, в какой именно, – засмеялся Сяо Бай. – В больнице особо делать нечего. Мне давали кучу книг, и я просто читал их, чтобы чем-то занять себя, каждый день.

– Может, помнишь имя той девушки? – спросил Фэй Ю.

В ответ мальчик покачал головой.

– Все в порядке, твоя память потихоньку восстанавливается, и однажды ты все вспомнишь.

– В больнице всегда так говорили, но результат оставался прежним.

– Я не пытаюсь тебя утешить, лишь объективно оцениваю твое состояние, – сказал Фэй Ю. – Если лекарство перестанет помогать, я честно признаюсь тебе в этом.

– Слышал от медсестер, что в прошлом вы излечили много состоятельных людей. Я лишь зря трачу твое время.

«Я делаю это не ради денег», – подумал Фэй Ю.

– Если толка не выйдет, ты можешь отказаться в любой момент, – сказал Сяо Бай.

– Хватит говорить ерунду. – Фэй Ю погладил юношу по голове. – Лучше ешь, мороженое растает.

Фэй Ю откусил персикового льда. «На вкус ужасно», – подумалось ему, но все же он доел, хоть и с неохотой.

Пройдя через несколько арок и округлую площадь, молодые люди остановились перед домом, окруженным розами. Когда дворецкий узнал об их приходе, то попросил подождать в саду. Велев подать гостям чай, он отправился сообщить о гостях хозяйке дома.

Сяо Бай давно не выходил на улицу, и его интересовало все, что происходило в цветнике. Он прислушивался к жужжанию пчел, как к самой волнующей мелодии.

– Помню сад, что был столь же прекрасен, – сказал он, в изумлении уставившись на пчел. – Здесь они намного больше… Я любил гулять по нему после занятий. Однажды я заснул и увидел странный сон…

– Что тебе приснилось?

– Ничего, это не так важно.

– И все-таки расскажи.

– Тренировка, – покачал головой Сяо Бай. – Я даже встать едва могу, ну какая тренировка?

Фэй Ю хотел побольше расспросить, но появился дворецкий, прервав воспоминание юноши.

– Мадам просит вас войти, – вежливо поклонился он.

Перед Сяо Баем и Фэй Ю предстала пожилая женщина в шляпе, сидевшая в кресле-качалке. На ее пальцах была целая россыпь колец с драгоценными камнями. Ее глаза были прикрыты, и было непонятно, дремлет она или нет.

– Добрый день, госпожа, – поздоровался Фэй Ю. – Просим прощения за доставленное беспокойство.

– Будучи уже в возрасте, я знаю, девять из десяти гостей приходят ко мне из-за моей коллекции. Ты ничем от них не отличаешься, так что не трать мое драгоценное время, – произнесла женщина, протянула руку и указала на дверь. – Попейте чай и уходите.

– Вы ведь на четверть китаянка, не так ли? – внезапно спросил Фэй Ю.

– Откуда вы знаете?

Фэй Ю встал со своего места, подошел к женщине и снял очки.

– Взгляните на меня, госпожа. Когда-то я занимался вашим лечением, – сказал он, подражая тихому голосу Сяо Бая.

Старушка подняла голову и какое-то время вглядывалась в его лицо. Вдруг слезы потекли из уголков ее глаз.

– Какой прекрасный день. Это было так давно, я была еще совсем маленькой девочкой, когда увидела вас впервые… Небеса, вы же совсем не изменились.

– В то время вы держали путь со своей бабушкой в родной город, как неожиданно слегли с лихорадкой.

– Если бы вы тогда вовремя не вмешались и не помогли мне вылечиться, я бы сейчас здесь не сидела, – сказала она и промокнула слезы льняным носовым платком.

– Сейчас у меня к вам всего одна маленькая просьба.

– Конечно, конечно… – Женщина позвонила в звонок.

Спустя мгновение к ним подошла прислуга с коробкой в руках. На ней был выгравирован голубь с оливковой ветвью в клюве. Внутри коробки не было ни драгоценностей, ни свитков с каллиграфией, ни картин, а лишь лепесток из яшмы. Поверхность лепестка была теплая и гладкая, будто камень неоднократно брали в руки, хотя по нему было видно, что предмет древний.

– Это семейная реликвия, перешла мне от бабушки.

– Вы знаете, кому она принадлежала изначально?

Старушка покачала головой.

– В детстве я слышала от бабушки, что этот яшмовый лист одному юноше подарил дух из долины. Не знаю, правда это или нет.

– Иногда легенды – это всего лишь легенды, но сокрытый в них смысл никогда не изменится.

– Я уже стара и безразлична ко всему, что меня не касается. Вы можете забрать его, если он вас интересует.

– Мне не нужно ничего из вашей коллекции. Я лишь хочу, чтобы Сяо Бай взглянул на этот лепесток и заодно передал привет другу.

– Друзья! Какое драгоценное слово! – Шляпка женщины слегка задрожала. – Не думала я, что ко мне еще зайдут друзья, чтобы просто навестить. Если бы не мои богатства, разве ж явились бы все эти родственники, которые раньше и носа не казали?

Фэй Ю поднес коробку поближе к Сяо Баю.

– Что думаешь об этой вещице?

Сяо Бай некоторое время рассматривал ее, а затем поднял голову. К разочарованию Фэй Ю, в глазах юноши не отражалось ни следа воспоминаний о том, где и когда он мог видеть эту древнюю реликвию.

– К сожалению, мой друг многое позабыл о своем прошлом. – Фэй Ю закрыл коробку и вернул ее прислуге. – Мы пойдем.

– Уже уходите? – Женщина сделала знак экономке, чтобы та помогла ей встать. – А как же полуденный чай?

– Время Сяо Бая очень дорого, – поклонился доктор. – Я навсегда останусь вашим другом, несмотря ни на что.

В саду дворецкий обратился к Фэй Ю:

– Госпожа впервые за столько лет встала, чтобы проводить гостей. Также она попросила меня упаковать угощения, чтобы вы смогли насладиться ими по дороге.

Вдруг у Фэй Ю зазвонил телефон. Он поднял трубку и услышал:

– Наше укрытие обнаружено, возвращаться опасно…

– Хорошо, мы не вернемся, отмени билеты. Мы останемся на ночь тут.

– Трое друзей… – в это время задумчиво произнес Сяо Бай, посмотрев на пышные цветы в саду, и добавил – Люди, потерявшие свою личность, утратили самое ценное, что у них было. Фэй Ю, взглянув на тот лепесток, я неожиданно вспомнил историю, которую читал в больнице…

«Это не история», – подумал Фэй Ю и повернулся к дворецкому.

– Сяо Баю очень понравился сад госпожи. Мы можем продолжить наше чаепитие здесь?

Дворецкий застыл на мгновение и тут же ответил:

– Конечно же, сейчас все устроим!

Глава 1. Бамбуковые дощечки

Рис.3 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

Весна бесшумно пробралась по стенам во дворец и окрасила все свисающие лианы в зеленый цвет.

После продолжительной зимы, когда наконец были убраны очаги и теплая одежда, все вздохнули с облегчением, даже собака из восточной части дворца перестала дремать целыми днями, стала более активной.

Состояние принцессы день ото дня становилось все лучше, и, хотя по-прежнему оставаясь дома, она с энтузиазмом приказала Цай Лин собрать ивовые ветви и поставить их в вазу. Девочка чувствовала, что ее зрение и слух улучшаются, когда она смотрит на растения. Когда распустился первый бутон персика, она уже могла в сопровождении слуг выходить из дворца. Первое место, куда она пошла, был дом Сяо Бая.

– Сяо Бай, почему в такую прекрасную погоду ты прячешься в доме? – воскликнула принцесса, только войдя во двор. – Поторопись! Мы идем запускать воздушных змеев.

– Я изучал медицинский справочник. – Сяо Бай отложил книгу и вышел поприветствовать подругу. – Я рад, что вы наконец-то выздоравливаете!

– Ты отчасти повинен в моей болезни и должен искупить свою вину, – сказала Лин Лян, но ее лицо сияло улыбкой.

– Как искупить?

– Я уже договорилась с отцом, что в ближайшее время будет проведен фестиваль цветущего персика, и ты будешь присутствовать там, наслаждаться цветением и есть угощения. И ты должен помочь Цай Лин с организацией, отказ не принимается!

– Ах, это. Хорошо! – Мальчик поначалу напрягся, опасаясь, что Лин Лян снова выдвинет невыполнимые требования.

– Но мне не нравятся цветущие персиковые деревья во дворце, – неожиданно перевела тему принцесса и тихо вздохнула.

– Как же так?

– Почему бы тебе не принести самое красивое цветущее персиковое дерево с гор для меня? – сказала она тоскливым голосом. – Именно такие деревья я хочу видеть, в отличие от тех, что во дворце: аккуратно подстрижены, но без какого-либо значения.

Сяо Бай про себя застонал, но решил воспользоваться ситуацией.

– Ваше Высочество, раз вы так хотите, то почему бы на празднестве не раздать немного еды и лекарств беднякам?

– Я не против, пока ты согласен принести мне цветущее персиковое дерево с гор. Я смогу уговорить отца на несколько добрых дел.

– Тогда договорились.

Сяо Бай же утешал себя тем, что хоть это дело и хлопотное, но гораздо проще предыдущих просьб принцессы, из-за которых та не раз ссорилась с королем. В детстве она заставила Сяо Бая поймать ей воробья, потому что хотела выучить птичий язык; отправила его в Цюнъю поймать лису, чтобы посмотреть, действительно ли она меняет облик на человеческий…

Теперь весна вступила в свои права, пришло время навестить Фэй Ю. Когда Сяо Бай был у него в последний раз, тот выглядел плохо и кутался в лисью шубу. Говорил, что все в порядке, но Сяо Бай все равно беспокоился. Интересно, как он себя чувствует? От Учителя давно нет вестей, а Фэй Ю ведет себя странно: даже если он получил весточку от Учителя, то может ничего не сказать Сяо Баю.

Более того, пару дней назад произошла странная ситуация. Мальчику хотелось спросить совета старшего брата, но он решил сперва поискать ответ в книгах.

На месте не сиделось, Сяо Бай хотел немедленно покинуть дворец.

– Сяо Бай! Как ты смеешь игнорировать принцессу?

Вынырнув из своих мыслей, он обнаружил, что Лин Лян отчаянно машет рукой перед ним.

– Извините, задумался. Почему бы не отправиться в горы завтра?

– Неплохая идея.

Рис.2 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

Только забрезжил рассвет следующего дня, Сяо Бай, взяв лопату и корзинку с лекарствами из дворца, вышел за ворота и отправился в горы. Стоял густой туман. Рассеянные капельки воды намочили мальчику одежду, но тому было все равно, и он упрямо шел по траве. В ручье проплывали зеленые листья, у дороги пышно цвели незнакомые желтые цветы. Изредка из глубины леса раздавалось едва слышное пение птиц. Сяо Бай остановился и прислушался, но трели прекратились.

Мальчик шел все быстрее и быстрее, пока не оказался перед домом Фэй Ю. В этот раз Лю И не ждал его у ворот.

– Фэй Ю! Фэй Ю! – прокричал Сяо Бай, но никто так и не вышел, поэтому ему пришлось пройти дальше.

Во дворе было тихо, никого не было видно. Акация у стены выпустила новые ветки, а каменные ступени покрылись мхом. Дверь, ведущая внутрь дома, была приоткрыта, а бамбуковая занавеска слегка колыхалась от дуновения ветра, как будто кто-то только что прошел сквозь нее.

Сяо Бай толкнул дверь, сделал пару шагов и не смог сдержать вздоха удивления – в комнате было абсолютно пусто, не было ни медицинских книг, ни лекарственных трав, а Фэй Ю, который всегда лениво лежал на тахте, бесследно исчез.

Неужели глупость Сяо Бая настолько надоела Фэй Ю, что он уехал в неизвестное место, пока горы покрыты снегом? Подумав об этом, Сяо Бай чуть не поперхнулся.

В этот момент он услышал голос позади:

– Сяо Бай, давай быстрее, мы ждем тебя больше часа.

– Фэй Ю? – Он огляделся. – Где ты?

– Молодой господин Бай, весна пришла, мы в саду. – Голос был звонким и бодрым, очень похожим на голос девчушки Хуан Няо.

– В саду? – переспросил мальчик.

Он столько раз приходил сюда, но до сих пор не знал, что здесь был сад. Любопытства было не сдержать. Сяо Бай метался из стороны в сторону, слыша смех, но никак не мог найти вход. Должно быть, был какой-то барьер, установленный Фэй Ю.

– Братец, не дразни меня больше… – Сяо Бай остановился, растирая щеки от смущения.

– Ты такой несообразительный, – раздался голос друга. – Видно же, что вход за аптечным шкафом.

Мальчик поспешил туда и увидел, что полки шкафа заполнены горшочками и баночками, многие из которых были запечатаны. Его сердце пропустило удар. Обычно у него никогда не было возможности рассмотреть лекарства и снадобья Фэй Ю. Было бы так здорово, будь у него возможность все внимательно изучить. Как только он протянул руку, вдруг услышал голос:

– Глупый, ты что делаешь? Быстро перемести сапфировую курильницу с обернувшимся фениксом в центр.

– А, хорошо.

Сяо Бай был поражен, казалось, Фэй Ю, находясь в саду, видел все по ту сторону шкафа. На центральной полке стояла сапфировая курильница, которая была украшена длинными листками и двумя фениксами с длинными хвостами и коронами.

Вспомнив темный и холодный взгляд Фэй Ю, Сяо Бай не решился ослушаться и прикоснуться к другим баночкам. Он взялся за курильницу двумя руками, но не смог сдвинуть ее ни на цунь. Оказалось, что курильница и шкаф связаны друг с другом. От старика во дворце он слышал о подобном механизме, когда был еще совсем ребенком, поэтому он сразу понял, что к чему, и отодвинул курильницу в сторону. И действительно, шкаф со щелчком ушел в сторону, открыв проход в сад.

Сяо Бай был вне себя от радости и без малейших колебаний вошел внутрь. Фэй Ю покачал головой, заметив его беззаботный взгляд.

– Этот ребенок не меняется, все тот же.

Войдя в сад, Сяо Бай заметил глицинию, растущую в углу. У нее уже появились листочки, но цветы распустятся нескоро, – в этом было свое очарование. Под ногами была расстелена шелковая циновка.

Хуан Няо заплела волосы и убрала их наверх, открыв белую шею, а на ее запястьях красовалась пара золотых браслетов. Лю И был одет в синюю рубашку и расчесывал гребнем волосы, сидя на циновке. Фэй Ю в своем привычном белом одеянии лежал на боку, вдыхая запахи лиан. В этот раз он что-то держал в руках.

– Фэй Ю, я тебя обыскался! – Сяо Бай тепло поприветствовал друга. Тот прижал палец к губам, подавая сигнал говорить тише, чтобы не потревожить Лю И, и указал на место рядом.

– А что вы тут делаете? – понизив голос, спросил Сяо Бай.

Фэй Ю сжал его руку, и мальчик обнаружил в своей ладони тонкие полоски бамбука с изображениями птиц и животных.

– Я сам их нарисовал. Весной скучно, вот я и развлекаю этих двоих детишек.

В этот момент послышалось бормотание Лю И:

– Так, этот съест вот этого, а вот тот съест этого… И как мне тогда быть?

– Что толку от твоих размышлений? – рассмеялась Хуан Няо. – Ты в любом случае проиграешь, что бы ни делал.

– Не трогай меня, ты, невоспитанная девчонка, непонятно откуда взявшаяся! – Лю И поспешно стряхнул ее руку. После долгих колебаний он наконец с хлопком стукнул бамбуковой дощечкой по циновке. Сяо Бай пригляделся и увидел на ней рисунок величественного и грозного тигра с нависающим лбом и яркими белками глаз.

Хуан Няо тоже была не из робких, небрежно бросила дощечку перед Лю И. Тот перевернул ее и побледнел. Оказалось, что на бамбуковой табличке были изображены не звери, а лук и стрелы. Штрихи грубые, но чрезвычайно тонкие. Это напомнило Сяо Баю о забавных случаях на тренировках по стрельбе из лука с Фэй Ю в прошлом, и на его лице появилась улыбка.

– Несмотря на силу, тигр все же проиграл луку и стрелам, – рассмеялся Фэй Ю.

– Но как же так… У нее не может быть этой дощечки…

– Прикинув и так и этак, все равно со мной не сравнишься! Жизнь прожита зря.

Сяо Бай не удержался от смеха. Лю И и Хуан Няо были младше него, но спокойно говорили про прожитую зря жизнь.

– Не будь такой жестокой, Хуан Няо.

– Да, господин. – Девочка тут же поправила свою одежду.

– На этот раз я проиграл. Что ты хочешь? – жалобно спросил Лю И.

– М-м-м… Дай-ка подумать. Пожелать ли мне, чтобы ты принес воду из горного источника в десяти ли[5] отсюда? Или же чтобы ты помогал мне на кухне в течение месяца? – Она подперла рукой подбородок, делая вид, что задумалась.

– Ах… – вздохнул Лю И с огорченным лицом, он почти плакал.

– Нет, не пойдет. Слишком просто для тебя, – закатила глаза Хуан Няо, и тут ей пришла в голову другая мысль. – Расскажи лучше нам историю, которую мы никогда не слышали. Расскажешь плохо – выпорем.

– Вот это интересно! – захлопал в ладоши Сяо Бай.

– Говорят, что после восхождения на трон Чжоу Ю[6] в Гуаньчжуне[7] произошло землетрясение, люди были в отчаянии, а поход на западные народы был неудачным. В это время министр по имени Бао Сян попал в тюрьму за свои резкие высказывания. Чтобы вызволить министра, его люди отыскали красивейшую женщину и назвали ее Бао Сы[8]. Обучив ее пению и танцам, ее подарили императору Чжоу Ю. Тот был поражен ее красотой, сделал ее своей наложницей, а Бао Сян был отпущен на свободу, – начал свою историю Лю И.

– Звучит скучно, неужели это опять «Обмануть князей огнем маяка»? – Хуан Няо закатила глаза. – Разве это не история про то, что Чжоу Ю назначил награду в тысячу лян тому, кто сможет развеселить Бао Сы? Императору предложили зажечь сигнальные огни, из-за чего вассалы императора несколько раз напрасно прибывали к нему и уезжали раздосадованные. Бао Сы, видя их растерянность, улыбалась. Но когда на царство действительно напали, на помощь императору никто не пришел. У нас с господином уже уши стерлись слушать эту историю!

– Не будь же ты такой нетерпеливой! Дослушай до конца! – медленно проговорил Лю И. – Тогда был ребенок, потерявший семью из-за войны, и по воле случая он стал слугой Бао Сы. Прежде чем отправиться во дворец, он припрятал за пазухой кинжал, намереваясь убить Бао Сы. Существовали народные легенды о том, что тутовые луки и стрелы – это то, от чего падет династия Западная Чжоу. Бао Сы еще ребенком удочерила пара, которая зарабатывала продажей таких луков и стрел. По другой версии, Бао Сы, так же как и Да Цзи[9] и Мо Си[10], была реинкарнацией девятихвостой лисы-демона.

– Лиса может превратиться в человека? – поинтересовался Сяо Бай.

Фэй Ю взглянул на него, но ничего не ответил и легким движением руки соединил несколько бамбуковых палочек.

– Говори же, говори скорее, – нетерпеливо подгоняла рассказчика Хуан Няо.

– С момента, как этот ребенок вошел во дворец, он всегда помнил о кинжале. Он воображал, как после умывания в золотом тазу лиса, обратившаяся императорской наложницей, будет лежать на тахте с парчовыми подушками и обмахиваться веером, он сможет, не спеша, достать свой кинжал и отомстить за смерть своей семьи. Но когда он наконец избавился от тяжелой работы и был назначен личным слугой наложницы, он впервые увидел ее вблизи и обомлел.

– Что такое? Что случилось? – спрашивала Хуан Няо.

– Его подвели к ней, но он не смел поднять на нее голову. Только украдкой взглянул на нее и увидел, что там сидела стройная женщина. Ее лицо было таким же прекрасным, как и гласила народная молва, и таким же холодным. Улыбки на ее лице не было вовсе, пелена печали окутывала ее тело, как легкий дым. Мальчик почувствовал, что она совсем не похожа на лису, а скорее на его сестру, которую разлучила с ним война.

– Как интересно, Лю И, скорее же! Этот ребенок убил Бао Сы? – сгорал от нетерпения Сяо Бай.

– Рассказываю, молодой господин. Каждый день горничные давали ему поручения, будь то вскипятить воду, то пол помыть, то птиц накормить. Не было возможности осуществить задуманное. За все время, что он видел Бао Сы, она ни разу не улыбнулась. Мало того, всякий раз, когда приходил император Чжоу Ю, она становилась еще печальнее, чем обычно. Глядя на нее, ребенок колебался в своем желании убить женщину, но он стискивал зубы, вспоминая о родителях, и продолжал ждать подходящего времени. Беспомощная Бао Сы всегда была окружена слугами, за полгода он всего лишь раз застал ее в одиночестве.

– Наверно, во время молитвы и разжигания благовоний, – нетерпеливо вмешался Фэй Ю.

– Прекрасно, господин, угадали с первого раза, – похвалил его Лю И. – Это действительно было то единственное время, когда она отпускала служанок, всех до единой, говоря, что собирается молиться одна в тишине. Мальчик слышал, как люди шептались у нее за спиной, что она втайне готовится околдовать императора и скрывается, чтобы никто не видел ее лисий хвост. И чем чаще он это слышал, тем больше ему в это верилось, поэтому однажды, закончив уборку, он не вышел из комнаты, а спрятался за занавесками.

– Это очень опасно… – прошептал Сяо Бай.

– Он спрятался там, затаив дыхание. Через некоторое время появилась Бао Сы. Ее шаги были настолько тихими и легкими, что казалось, будто она парит над землей. Нет сомнений, это лисье колдовство! Мальчик уже схватился за кинжал, но вновь выпустил его из рук, решив посмотреть все-таки, что будет дальше.

– Дай мне угадать! Она занималась подготовкой? Или алхимией? Варила яд?

– Вовсе нет, – покачал головой Лю И. – Он увидел, что она зажгла благовония, опустилась на колени и что-то начала бормотать. Неизвестно, что именно, но ясно было, что у нее нет ни единого намерения превращаться в лису. Мальчик подумал, что другой возможности не представится, поэтому он вытащил кинжал и бросился на Бао Сы. Приблизившись к женщине, он заметил маленький портрет на алтаре и застыл на миг. В этот момент его заметила Бао Сы и перехватила его руку с кинжалом.

– Какой ужас! – Хуан Няо переживала за ребенка из истории.

– Мальчик задрожал от испуга и не знал, что делать. В это время Бао Сы прижала палец к губам, давая знак молчать, а затем медленно разжала его пальцы вокруг кинжала…

– Почему ты хотел убить меня? – спросила она.

– Мне сказали, что… вы лиса-демон, – прошептал мальчик.

– Ах, они сказали… – На красивом лице наложницы не было никого выражения. – Разве лиса заслуживает смерти?

Сяо Бай не мог не бросить взгляд на Фэй Ю, не зная, слушает он или нет, так как тот игрался с бамбуковыми палочками.

– Вы разрушили эту страну! – дрожа, воскликнул мальчик. – И вы погубили моих родителей!

Бао Сы подняла на него глаза и спросила:

– Тогда почему ты засомневался?

– Я… – Он не знал, что ответить.

– Потому что ты ничего не видел собственными глазами, – сказала она и сняла портрет с алтаря. – И ты заметил вот это, верно?

– Кто… изображен здесь? – решился задать вопрос ребенок.

Глава 2. Глазурованная ширма

Рис.4 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

На портрете был изображен мальчик с двумя выступающими передними зубами. Он будто улыбался им двоим. Сама Бао Сы ничего не ответила, а просто смотрела на портрет, слезы медленно стекали по ее лицу. Выражение ее лица было таким печальным, что мальчик на мгновение растерялся.

– Я сирота, меня воспитала семья Бао, но, когда они обменяли меня на свободу чиновника, спросили ли они меня, хотела ли я этого? Император Чжоу Ю засыпал меня серебром и золотом, драгоценностями, шелками и атласом, говоря, что это для моей радости, или все это было для его собственного удовольствия? Каждый день я хочу вернуться домой, но, как и у тебя, у меня нет семьи!

– И поэтому ты никогда не улыбаешься? – пробормотал ребенок.

– Дитя, убери нож, не ступай на этот путь! – Бао Сы вернула ему кинжал. – Давай договоримся, что ничего не произошло, ты ничего не видел и не слышал, хорошо?

– Да, – бездумно кивнул в ответ мальчик, соглашаясь с ней.

Он спрятал кинжал и медленно отступил к двери. Подумав немного, он не удержался и оглянулся.

– Ты… обращаешься в лису или нет?

– О чем ты? Конечно, нет.

– Твой голос очень похож на голос моей сестры.

– Да? – Бао Сы вдруг улыбнулась, она была такой красивой в тот момент. – Ступай, ты не можешь находиться тут слишком долго.

Она все-таки умела улыбаться.

Внезапно порывом ветра сорвало несколько листьев виноградной лозы, приземлившихся на Сяо Бая. Только тогда он понял, что история Лю И закончилась.

– А что было дальше? – Хуан Няо чувствовала разочарование.

– Это конец, – отрезал Лю И.

– Точно?

– О, есть кое-что, – задумавшись на миг, продолжил Лю И. – Ни Бао Сы, ни мальчик, как и договорились, никому не сказали о произошедшем. Когда огонь маяка играл с князьями, мальчишка стоял рядом с Бао Сы и видел ее улыбку каждый раз, когда зажигались маяки. Но он также хорошо знал, что улыбалась она не потому, что ей было смешно, а от того, до чего могут дойти люди, потерявшие себя. Позднее, когда император Чжоу Ю и Бао Сы погибли при восстании, мальчик обыскал весь дворец, но взял только портрет из комнаты наложницы. Когда он вырос, то нашел, наконец, человека с портрета. Оказалось, это был обычный ученый, который не помнил девушку, жившую по соседству, и какое она имела отношение к наложнице, которая, по слухам, превратилась в лисицу-демона.

– Так… это правда! – топнула ногой Хуан Няо.

– Однако он никак не ожидал, что сможет воссоединиться со своей потерянной сестрой по дороге в другую страну. Оглядываясь назад, мне кажется, не унеси Бао Сы с собой тайну покушения, мальчик погиб бы без возможности быть достойно похороненным. С тех пор мальчик всегда следовал словам Бао Сы и, прежде чем что-либо сделать, он спрашивал себя, не потеряет ли он свою природу, – сказал Лю И и в заключение добавил – Эту историю я слышал во дворце императора Чжоу Ю… а, нет, слышал когда-то в дворце.

– История рассказана, значит, мы можем продолжить игру? – лениво спросил Фэй Ю, вытряхнув из рукава бамбуковые палочки. – Сяо Бай, на этот раз ты тоже играешь.

– А мне можно? Но я совсем не знаю как.

– Все довольно просто, я научу вас. – Хуан Няо выложила дощечки на циновке. – Смотрите, всего их девять. Богомолы сильнее цикад, чижи сильнее богомолов… тигры сильнее леопардов, а луки и стрелы одолеют тигра…

– Ага, вот оно что, – кивнул Сяо Бай в знак понимания, запоминая сказанное.

– Хуан Няо, достань набор для Сяо Бая из сандаловой шкатулки, – приказал Фэй Ю. – Кстати, Лю И, можешь принести глазурованную ширму.

– Да, господин.

– Фэй Ю, зачем нам ширма Лю И во время этой игры? – Сяо Бай был озадачен.

– Пока ты не пришел, мы уже довольно долго играли, а так станет гораздо интереснее.

Пока он говорил, Лю И, тяжело дыша, принес ширму и поставил ее под свисающими ветвями глициний, а затем осторожно отодвинул ее. Ширма была блестящей, но простой, без рисунков цветов, птиц или других фигур.

Хуан Няо появилась из ниоткуда и протянула Сяо Баю набор дощечек для игры. Рисунок на этих палочках отличался от других.

– Эти расписал Учитель, когда я играл с ним, – объяснил Фэй Ю, заметив сомнения Сяо Бая.

Услышав это, Сяо Бай ощутил радость в сердце, а дощечки потяжелели в его руке.

– Тогда начнем, – хлопнул в ладоши Фэй Ю. – Сяо Бай, ты первый.

– О, хорошо. – Сяо Бай, все еще думая о местонахождении Учителя, вынул первую попавшуюся дощечку.

– Ай-яй, молодой господин Бай, зачем же вы выставили старшую дощечку? – воскликнула девочка.

– Невоспитанная маленькая девчонка! – отругал ее Лю И. – Господин Бай – наш гость, он может начать с любой.

– Сяо Бай есть Сяо Бай, – улыбнулся Фэй Ю. – Оставь его, продолжайте.

Хуан Няо пришлось неохотно выставить «лук и стрелы». Внезапно раздался шелест, и Сяо Бай проследил за звуком и увидел свирепого тигра с высоким лбом и белыми глазами, величественно возвышающегося на ширме Лю И. Тут стрела пролетела по воздуху и попала точно в шею тигра, и тот мгновенно упал на землю и, несколько раз дернувшись, замер.

– Что… что произошло? – Сяо Бай был шокирован.

– Я же сказал, что станет гораздо интереснее. – Фэй Ю неторопливо вытащил две дощечки. Сяо Бай не нашелся, что сказать, поэтому они продолжили игру.

На это раз настала очередь Лю И – он вытащил «зайца», Хуан Няо – «шакала», а Фэй Ю бросил «леопарда». Сяо Бай взглянул на свои дощечки и покачал головой.

Он снова взглянул на ширму. Заяц высунулся из-за ствола дерева, и в мгновение ока шакал погнался за зайцем. Заяц был быстр, но все еще не мог оторваться от преследователей. Шакал был стремителен, но не мог сравниться с леопардом. Они гонялись друг за другом, один догонял другого. На ширме Лю И с помощью палочек в руках четверых бесконечно менялись всевозможные захватывающие сцены.

В следующий раз Фэй Ю выставил «тигра», и Лю И с Хуан Няо выжидающе смотрели на Сяо Бая, но тот немного подумал и покачал головой, спрятав дощечки. Фэй Ю взглянул на него, но ничего не сказал.

– Молодой господин Бай, у вас явно есть «лук и стрелы», почему бы вам их не выставить? – не удержалась от комментария прямолинейная девочка.

– Ну как ты не понимаешь… – посмотрел на нее Лю И.

– Но я и правда не понимаю… – Девочка коснулась своего золотого браслета. – Так мы проиграем.

– У Сяо Бая доброе сердце. Вместо того, чтобы стрелять в тигра из лука ради победы, он предпочел бы выйти из игры.

– Это всего лишь игра, зачем принимать так близко к сердцу?

– Я не могу смотреть на то, что происходит на ширме. – Сяо Бай потер затылок.

– Все, что ты видишь, может быть неправдой. Трудно сказать, что в мире является правдой, а что ложью.

Вдруг ширма, на которой звери гонялись друг за другом, стала чистой, как будто на ней ничего и не было. Сяо Бай не удержался и протянул руку, чтобы коснуться. Поверхность ширмы была гладкой, без каких-либо следов.

– И правда…

– Поэтому нет повода так терзаться.

– Старший брат неверно все понял. Я видел, как эти животные без устали гонялись друг за другом, поедая слабых и падая перед сильными. Разве не то же самое происходит в жизни с людьми? Пускай я и не знаю, где правда, а где ложь, но я надеюсь, что не потеряю себя и смогу сохранить чистую совесть.

Фэй Ю замешкался, но тут же сказал:

– Не хочешь играть – так и не играй. Лю И, собери дощечки, Хуан Няо, ступай готовить еду. Нам с Сяо Баем есть, о чем поговорить.

– Как ты понял, что я пришел за советом?

– Ты нашел персиковое дерево, за которым тебя послала принцесса?

– Фэй Ю, ты даже об этом знаешь! У меня от поисков болит голова, уже и не знаю, какое дерево может соответствовать требованиям принцессы.

– Разве персиковое дерево – не просто дерево? Какая разница между ними? Принцессе все равно, какое именно ты ей принесешь.

– Как это может быть?

– Она просто проверяет твои намерения. Пока ты готов неустанно выполнять эту задачу, она будет счастлива.

– Спасибо, старший братец, за совет.

– Но я не советую слишком сближаться с принцессой. Учитель надеялся на то, что ты будешь в порядке, но с ней слово «безопасность» становится недосягаемым.

– Это Учитель тебе сказал? Есть ли какие-либо новости о нем?

– Кажется, он был на горе Фую[11]. Ходят слухи, что там обитают звери-людоеды, но тебе не о чем беспокоиться, Учитель может о себе позаботиться.

– Он все еще присылает лекарственные травы?

Фэй Ю ничего не ответил, встал и вышел из сада, мгновенно исчезнув. Спустя некоторое время он вернулся, словно из ниоткуда, со связкой лекарственных трав – сухими веточками. Сяо Бай взял одну из них и понюхал: от нее исходил горьковатый аромат, навевающий меланхолию. Он впервые такие видел.

– Что это?

– Не знаю.

– Ты не знаешь? – Сяо Бай не ожидал, что Фэй Ю может что-то не знать.

– Все еще ищу ответ. Когда-нибудь он откроется мне, просто нужно время.

– Да. – Сяо Бай сложил травы в тканевый мешочек. – Я не должен беспокоить тебя подобными вещами, но в последнее время мне снится странный сон.

– Что за сон? – спросил Фэй Ю, засучивая рукава. Лю И, заметив движение господина, быстро принес деревянный ковш с водой для мытья рук.

– Про сорок, – ответил Сяо Бай, давая знак Лю И, что ему не нужна помощь. Он взял ковш и помыл руки.

– Странных птиц? Где ты их видел?

– Во дворцовом саду. То, что я увидел в том саду, было действительно странным. Я подозреваю, что это какое-то предзнаменование, поэтому я и пришел за советом.

– На что была похожа птица?

– Крылья длиной в семь чи, глаза размером с цунь… и сама птица была гигантской.

– А какая стояла погода? Ты был один или с кем-то?

– День был хорошим, и я гулял в саду один. Разве это имеет значение?

– Не переживай, это моя вечная привычка.

– Зимой я много времени проводил в покоях, а после утренней тренировки я делал разминку в саду. Вдруг влетела эта странная сорока и, пролетая на низкой высоте, задела меня по макушке. Я уже давно в этой стране, но никогда не видел столь странной птицы, она точно не из этих мест! Схватив камень, я погнался за птицей в глубину сада, до самого леса. Аккуратно подкравшись, заметил, что, несмотря на большие крылья, летала она невысоко, а ее глаза были мутными. Птица наконец-то приземлилась, и я тихонько подошел ближе и заметил цикаду, неподвижно сидящую в тени. В это же время к ней сзади подкрался богомол, намереваясь ее съесть, – рассказывал Сяо Бай, будто вновь видел сон прямо сейчас.

– А птица?

– Она застыла над богомолом, как над добычей, совершенно не замечая, что я стою за ней с камнем. – Сяо Бай бездумно развел пальцы на руке. – Тогда я так удивился, что опустил руку и уронил камень на землю.

– О чем ты подумал тогда?

– Чем я отличаюсь от цикады, богомола и сороки? Просто звено в круговороте жизни.

– И поэтому ты отпустил сороку, – кивнул Фэй Ю.

– Не совсем понимаю, что произошло. После того, как я выронил камень, я не хотел больше смотреть на сороку и собирался уйти, но понял, что окружающий меня пейзаж изменился.

– Ты оказался в другом месте?

– Цикада, богомол и сорока исчезли, и меня тоже не было в том лесу, – ответил Сяо Бай и покачал головой. – Более того, я был не во дворцовом саду, даже не в той стране. Вокруг меня было все такое знакомое, что роднее и быть не могло, даже пахло точно так же, как раньше. Я вернулся на свою родину.

– А что дальше?

– Поэтому я и пришел сюда, – вздохнул мальчик. – Я не помню.

– Забыл все об этом?

– Да, помню только шок от возвращения на родину и необычайную близость к каждому растению и дереву.

– А после?

– Рынок. Когда я снова проснулся, я был на местном рынке в окружении суетящихся людей, а моя родина находилась за тысячи ли.

– Может, ты просто задремал.

– Возможно, но ощущения были странные. Думал об этом и день и ночь напролет, но никак не могу вспомнить, что я там видел. Затем я начал замечать странные случаи заболеваний…

– Конечно, наверняка есть связь с той сорокой.

– В тот день я как обычно разносил лекарства на рынке, там ко мне подошла бабушка со слезами на глазах и сказала, что ее дочь сильно заболела. Она не ела ничего, кроме рисового супа, а от лекарства, прописанного лекарем, ее стошнило. Я поспешил к ним домой, но спустя полдня я так и не смог разобраться, в чем дело.

– И?

– Девочка болеет уже три дня и три ночи. Большую часть времени она проводила без сознания. Иногда она просыпалась, но снова впадала в беспамятство. Пульс то учащался, то слабел, я ни о чем подобном не читал ни в одной книге по медицине. Кроме того, что бы ни происходило вокруг, она все время куталась в одеяло, крепко стискивая зубы и не говоря ни слова. Столкнувшись с таким пациентом, я просто не знал, что делать.

Выслушав Сяо Бая, Фэй Ю, казалось, заинтересовался, и его темные глаза заблестели.

– Кажется, у этой пациентки есть секрет, который она не могла раскрыть.

– Если все так и это привело к болезни, почему же она так ничего и не рассказала?

– Со стороны виднее, разве нет? По-твоему, болезнь неизлечима, однако сам пациент может еще держаться за что-то.

Слова Фэй Ю заставили Сяо Бая задуматься.

– То есть она заболела, потому что была одержима какой-то мыслью?

– Ты глуп, но не безнадежен. Сорока, прилетев в эту страну, несомненно, оказывает влияние на людей. Но корень болезни не в птице, а в самой пациентке.

– И… – нетерпеливо начал Сяо Бай. – Есть ли надежда у нее? Возможно, если мы поймаем сороку, то болезнь излечится?

– Ну, нельзя исключать такой вариант. – Фэй Ю поднял упавший на его одежду лист и всмотрелся в его прожилки на свету.

Глава 3. Свиток

Рис.3 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

– И что же мне делать? – Сяо Бай выжидающе посмотрел на Фэй Ю.

Тот на миг задумался, а затем хлопнул в ладоши.

– Лю И, подойди сюда.

– Что прикажете, господин? – спросил Лю И, подойдя с опущенными рукавами.

– Принеси все лекарственные травы, которые мы добыли на горе Фуюй позавчера. И захвати набор бамбуковых дощечек, сито и медные гири для весов.

«Позавчера? – задумался Сяо Бай. – Как он мог вернуться с горы Фуюй так скоро? Даже если скакать на быстрой лошади, это займет не меньше двух месяцев». Но Сяо Бай не придирался к мелочам, и вопрос, возникший в тот момент в его голове, забылся в мгновение ока.

Через некоторое время пришел Лю И и принес то, что ему велели. Когда он увидел бамбуковые дощечки, то удивился, заметив, что их было больше десяти разного размера. Следуя указаниям Фэй Ю, Лю И разложил все лекарственные травы на бамбуковые дощечки вокруг Сяо Бая.

– Травы еще не перебирались после сбора, – сказал Фэй Ю и протянул Сяо Баю сито. – Просей их дважды, пожалуйста.

– Ой, это просто! – Мальчик засучил рукава и собрался немедленно приступить к делу.

– Подожди, я еще не закончил. Во-первых, после просеивания не должно остаться ни одной травинки. Во-вторых, здесь пять цветов, их надо четко разделить: черный с черным, белый с белым… Смотри не перепутай.

– Немного хлопотно, но я справлюсь.

– После того как разделишь по цвету, взвесь их с помощью гирь. Оставь лекарства каждого цвета по весу трех монет, не больше.

– А остальные?

– Можешь забрать с собой во дворец и не спеша изучить.

– Здорово, а то в последнее время за лекарями во дворце начали строже следить, и лекарств для изучения мало.

– Как все будет сделано, сходи в кабинет, и занеси все эти травы в справочник, и зарисуй. Если ошибешься, то все пропало.

Сяо Бай уселся под навес из глициний и приступил к работе: просеивание, разделение по цветам, взвешивание всего того, что Фэй Ю добыл на горе Фуюй. Задание увлекло его на несколько часов, солнце уже село. Все это время Фэй Ю медитировал, прикрыв глаза, а Лю И разжигал на крыльце печь, чтобы подогреть лекарство, зевая и обмахиваясь веером.

– Готово. – Сяо Бай взвесил последний пучок травы с дощечки, потянулся и хлопнул в ладоши.

– Как ты?

– Я представлял все иначе. Например, на этой дощечке лекарство очень напоминает обычную траву. Очень трудно их различить, когда все это пятицветье лежит вместе. Взвешивать еще сложнее – если быть невнимательным, то получится больше или меньше.

– Раз ты закончил, давай уберем, – сказал Фэй Ю и позвал Лю И – Скажи Хуан Няо, пусть подает ужин.

– Да, извините, господин, здесь оставшиеся лекарственные травы…

– Отдай все Сяо Баю и даже не думай требовать с него оплату.

– Я не посмею. – Слуга скрестил руки на груди и отступил.

– А ты проверять не будешь? – не удержался от вопроса Сяо Бай.

– Уже проверил.

– Когда ты успел?

– Думаешь, если я закрыл глаза, то не заметил, внимателен ты или нет? Ты проделал хорошую работу, на дощечках ни единой лишней соринки, все разложено по цветам и отвешено на три монетки, не больше и не меньше.

– И сейчас ты дашь мне лекарство?

– Какое еще лекарство?

– Чтобы я его выпил и вспомнил все, что было после встречи со странной сорокой, не так ли? – с некой надеждой уточнил Сяо Бай.

– Я такого не говорил, – поднял на него сонный взгляд Фэй Ю.

– Ну, Фэй Ю… – забеспокоился Сяо Бай.

– Эти лекарства нужны не для принятия, а для того, чтобы ты научился их сортировать. Разве ты не к этому стремился?

– Я готов учиться у тебя до конца своей жизни, но разве ты не говорил, что есть какой-то способ вспомнить?

– Ах да… – неторопливо произнес Фэй Ю. – Способ есть, но я не знаю, возможно ли это.

– Пожалуйста, скажи мне! Я все сделаю!

– Если ты поймаешь ту сороку, то естественно все вспомнишь.

– Хорошо! – тут же вскочил Сяо Бай.

– Куда ты собрался?

– Ловить сороку, – просто ответил мальчик.

– О, так ты знаешь, где она? – Фэй Ю не удержался от смешка, однако выражение его лица не изменилось.

– О! – Сяо Бай пригладил свои волосы. – Об этом я не подумал, мне казалось, она может быть все еще во дворцовом саду.

– Необязательно. Тебе приснилось, что она в этом саду, но, возможно, у нее есть где-то гнездо, так что найти ее будет непросто.

– Спасибо за подсказку!

– Я не божество, в мире столько всего, откуда мне… все знать, – покачал головой Фэй Ю. – Эй, что случилось с Хуан Няо? Еда давно должна быть готова!

– Идем-идем! – раздались голоса из кухни.

Лю И принес столик, Сяо Бай и Фэй Ю сели друг напротив друга, а Хуан Няо расставляла блюда, чашки и палочки для еды. Яства выставлялись один за другим, но они отличались по приготовлению и ингредиентам от тех, что она готовила осенью и зимой. Лю И растопил печь, а девочка поставила на нее заранее подготовленный бронзовый треножник[12].

– Для чего это? – поинтересовался Сяо Бай.

– Молодой господин, пришла весна, и господин должен съесть кашу из семи овощей.

Лю И почесал нос, оставив на нем черное пятно, чем заставил всех рассмеяться.

– Мы едим эту кашу каждый год, я боялась, что она может всем надоесть, поэтому придумала новый способ подачи.

Девочка открыла крышку, Сяо Бай заглянул внутрь и увидел сочные зеленые весенние овощи, кресс-салат, пастушью сумку, редьку, лук…

– А что дальше?

– Я все измельчила, слегка отварила, посолила и немного остудила, – ответила она. – Все это собрано в лесах и горах за то, что мы подсчитали с Лю И. И только ради чжуюй мы отправились на гору Чжаояо.

– Чжуюй? – Сяо Бай взглянул на овощи еще раз. – Разве это не обычный весенний лук-порей?

– Да, это похоже на лук-порей. – Фэй Ю посмотрел на Сяо Бая. – На самом деле это особое растение с горы Чжаояо. Чжуюй цветет голубыми цветами. Если его съесть, человек еще долго не почувствует голода.

– Тогда салат и редис?..

– Это не салат и не редис, – улыбнулась Хуан Няо. – Все это редкости гор, которые нравятся нашему господину. Было нелегко их все собрать.

– Каша готова, – объявил Лю И.

Хуан Няо закатала рукава, подняла пару серебряных палочек для еды и осторожно положила чжуюй в кашу, и сразу же вокруг распространился сильный аромат.

– Снова наступила весна раньше, чем я заметил это, – вздохнул Фэй Ю.

– Ты что-то вспомнил? – полюбопытствовал Сяо Бай.

– Я старше тебя, поэтому иначе отношусь к смене времен года.

– Разве ты не старше меня всего на год? – спросил мальчик.

– Лю И, ты ведь чувствуешь то же самое? – обратился к нему Фэй Ю.

– Господин, я хоть и многое повидал, но сейчас я просто очень хочу есть, – саркастично ответил Лю И и перевел взгляд на кашу. Девочка добавляла туда овощи и травы одни за другими, и содержимое горшочка постепенно зеленело.

– Положи мне и Сяо Баю по чашке каши, а оставшееся разделите между собой, – махнул рукой Фэй Ю.

– Ага! – Лю И торопливо схватил чашку, но Хуан Няо выхватила ее у него.

– Я здесь, и не твоя очередь подавать еду!

– Ну что за невоспитанная девчонка!

Сяо Бай попробовал кашу. Было вкусно, но он не заметил ничего необычного.

– Фэй Ю, пойдем ловить сороку, когда доедим? – осторожно спросил мальчик.

Фэй Ю не ответил и, сделав глоток каши, указал на небольшую тарелку.

– Это лепешки с овощами? – спросил он у Хуан Няо.

– Да. – Она поднесла тарелку поближе к себе и повертела ее в руке. – Готовили не мы, это подарок одного из ваших пациентов. Приготовлено с заботой, поэтому можно есть.

Это блюдо еще называли синьпан[13]. Сяо Бай видел такое каждую весну во дворце. Весной люди закалывали кур и свиней, раскладывали по тарелкам салат, ростки зеленого лука, сырую морковь, а сбоку ставили стопку лепешек, в которые заворачивали зелень и мясо. И называлось все это «Вкус весны».

– Пациент? Какой пациент? Разве я тебе не говорил не принимать такие вещи?

– Я бы не посмела, но это было от принцессы Лин Лян, и мы приняли его, боясь обидеть господина Сяо Бая.

Фэй Ю замолчал и просто махнул рукой. Хуан Няо поставила тарелку с лепешками обратно на стол и жалобно обратилась к Сяо Баю.

– Молодой господин Бай, пожалуйста, попробуйте немного.

– Пусть сначала Фэй Ю съест.

– Наш господин редко ест что-то из человеческого мира… Ой, то есть приготовленное обычными людьми. Если вы не будете, то весеннее блюдо пропадет, а нас накажут, – сказала девочка. – Нехорошо еду выбрасывать. Как думаете, господин?

Услышав ее слова, Сяо Бай завернул редис в лепешку с тарелки и протянул Фэй Ю.

– Мне никогда не нравилась подобная еда… – Но несмотря на свои слова, он откусил от лепешки.

Хитрая Хуан Няо, увидев, что произошло, начала быстро заворачивать овощи в лепешки для них двоих.

– Господин, в этом кувшине настойка из перца и кипариса, которую я заранее приготовила. Не хотите угостить нашего гостя?

Лю И лишь поддакивал девочке.

– Сяо Бай, выпей, – велел Фэй Ю. – В горах больше делать-то нечего, только убивать время сбором растений.

Сяо Бай сделал глоток напитка. Горечь кипариса и острота перца отлично сочетались для весеннего напитка.

– Ну как тебе? – спросил Фэй Ю.

Сяо Бай покачал головой.

– Почему?

– Было бы достаточно риса с фасолью и чашки воды, – серьезно ответил мальчик. – Перечный напиток слишком крепкий, ничего хорошего в нем нет.

– А мне нравится его волнующий вкус, – улыбнулся Фэй Ю. – А, то же касается и той сороки.

– Правда? – Сяо Бай, услышав, что сорокам нравится перечно-кипарисовый напиток, ощутил прилив воодушевления.

– Ну, так пишут в древних книгах, – сказал Фэй Ю. – Каша из семи овощей и перечно-кипарисовый напиток. Если хочешь поймать сороку, сделай из них приманку.

– Но как понять, куда прилетит сорока?

– Поскольку ты так много сделал для меня сегодня, я тебе расскажу. – Фэй Ю взял чашку и сделал глоток, прикрывая лицо рукавом. – Просто принеси то персиковое дерево для принцессы, а в день празднеств в честь цветения сорока и появится.

Рис.2 Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Перья сороки

– Это персиковое дерево, которое ты нашел для меня? – уточнила принцесса, восседая на тахте.

– Вам нравится?

– Цай Лин, а ты что думаешь?

– Я лишь скромная слуга, не мне судить о цветах. К тому же…

– Что?

– Молодому господину Баю было нелегко принести это дерево с гор во дворец. Уже одно это достойно благодарности, – закончила свою мысль Цай Лин.

Лин Лян щелкнула пальцами по бисерной занавеске и рассмеялась.

– Хорошо, выглядит очень даже ничего. Я передам отцу, чтобы завтра организовали прием в честь цветения.

Цай Лин и Сяо Бай вздохнули с облегчением.

– Если больше ничего не нужно, то я пойду, – поклонился Сяо Бай.

– Постой минутку. – Принцесса подмигнула Цай Лин. – Покажи ему картину.

Цай Лин спустя некоторое время принесла свиток и развернула его перед мальчиком. Оказалось, на рисунке была изображена сорока с крыльями в семь чи длиной и глазами размером в цунь!

– Откуда этот рисунок? – поспешно спросил Сяо Бай.

– Его нарисовал ребенок из семьи командующего армией, – ответила Цай Лин. – Он недавно заболел, и его родные сбились с ног в поисках помощи. Они обратились к императору, и принцесса помогла найти тех, кто сможет его вылечить.

– Кого?

– Тебя и твоего друга, – хлопнула в ладоши принцесса. – Вы же вылечите ребенка, верно?

– А все-таки что с ним?

– Трудно сказать, что за болезнь. У него ночные кошмары, высокая температура. С каждым пробуждением времени, когда он пребывает в здравом уме, все меньше. Его действительно жаль, – покачала головой Цай Лин. – Ему всего шесть лет, он был таким активным малышом.

– Но ведь я еще не видел пациента. Как же смогу поставить ему диагноз?

– Это решаемо, – сказала Лин Лян. – Завтра праздник цветения персика, попросим министра привести с собой сына.

– Значит, этот рисунок… – Сяо Бай указал на изображение сороки.

– По словам министра, мальчику приснилось, что он стал птицей с этого рисунка и улетел в другой мир, – ответила Цай Лин. – А когда ему стало лучше, то он это нарисовал.

– Извините, Ваше Высочество, вы не могли бы подарить мне эту картину?

– Ну можешь взять, если тебе нужно, – зевнула принцесса. – Я устала. В любом случае завтра ты должен вылечить ребенка, я уже пообещала. Если у тебя не получится, то больше не сможешь покидать дворец и видеться со своим другом.

Услышав эти слова, Сяо Бай хотел было что-то возразить, но, заметив, что Цай Лин подмигнула ему, оставил все слова при себе, свернул рисунок и послушно вышел из покоев принцессы. Однако настроение у мальчика было хорошее, по дороге к себе он уже позабыл обо всех неприятностях. Фэй Ю сможет вылечить мальчика, он был уверен в этом.

Вернувшись к себе, Сяо Бай повесил детскую картину, выполненную темными штрихами, на стену и долго ее рассматривал. Он не мог не вспомнить слова Фэй Ю сегодня днем: «Тебе приснилось, что она в этом саду, но, возможно, у нее где-то есть гнездо, так что найти ее будет непросто».

1 Название каштановой рощи (здесь и далее – примечания переводчика).
2 Чи (кит. 尺) – китайская мера длины, равная 1/3 м.
3 Цунь (кит. 寸) – китайская мера длины, равная 3,33 см.
4 «Богомол охотится на цикаду, не замечая позади себя птицы» – притча из сочинения Чжуан-цзы «Чжуан-цзы Сюэ Фэй».
5 Ли (кит. 里) – китайская мера длины, равная 0,5 м.
6 Последний император династии Западная Чжоу (1027–770 до н. э.).
7 Центральная часть провинции Шэньси; также одно из названий Китая.
8 Любимая наложница последнего императора Чжоу Ю династии Западная Чжоу.
9 Любимая наложница последнего императора династии Шан.
10 Наложница императора Цзэ династии Ся.
11 Место, где, по легенде, живут небожители.
12 Древний вид посуды, представлявший собой сосуд из керамики или металла на трех полых ножках, предназначенный для приготовления пищи на улице.
13 Синьпан – праздничное блюдо на Новый год, готовится из пяти видов овощей.
Продолжить чтение