Читать онлайн Полёт над Фагусом бесплатно

Полёт над Фагусом

Магия воздушной стихии тесно связана

С трансцендентностью.

Кто знает запредельное лучше того,

Кто покачнулся и воспарил в небеса?

Но что значить лететь?

Это значить превзойти всё, на что

По мнению мира способен человек.

У нас нет крыльев, нет прыгучих ног.

Наша жизнь протекает на земной тверди.

И всё же, благодаря любознательному уму

Творческих личностей, мечтателей

И ведьм, вопрошающих:

«А что, если…?»

Дух человеческий высоко парит над землёй.

Устремиться в горние выси, прочь от земли -

– вот что значить летать.

И это же значить творить магию.

Пиксельная ведьма

Первое впечатление от планеты самое яркое, но на этот раз зрелище не поразило. Нашу группу спускали на перегруженном грузопассажирском боте. Изношенные гравикомпенсаторы натужно визжали, борясь с нарастающей перегрузкой. Шутник пилот, лёжа в противоперегрузочном ложементе, решил напоследок оставить о себе особое впечатление. И ему это удалось, мы сидели в жёстких креслах и мучительно боролись с многократной перегрузкой. Ремни впились в тело, не давая вылететь в проход.

Ну сука, дай добраться до тебя. Я тебе покажу выполнение маневра уклонения от зенитной ракеты в переполненном боте.

Но, видимо, он не был полным отморозком. Потому что, когда мы вошли в плотные слои атмосферы и скорость значительно упала, нам включили обзорный экран, транслирующий местные красоты.

Что-то мне не вдохновляет этот пейзаж, похожий на весеннюю тундру.

Разноцветье трав и невысокая редкая растительность. Поживём увидим, возможно я сделал ставку не на ту сторону.

А начинались мои приключения почти два года назад.

Выживание

Родился я в России, в Алтайском крае. Жил как и все. Школа, институт, работа. Женился, родилась дочь и всё было как у людей. Мы с супругой не бедствовали, я работал в строительстве, моя половина скучала в офисе адвокатской конторы. Работала на полставки, чаще занималась ребёнком.

Всё изменилось, когда дочь, будучи студенткой университета познакомилась где-то в соцсетях с будущим мужем. У них как-то быстро завертелось и вскоре они расписались. Всё бы ничего, но зятёк не наш, не местный. Он словак, парнишка в принципе неплохой, да и родители его приятные люди.

Но моя жизнь в корне изменилась, когда наша дочура намылилась переезжать к мужу. И прожив там два года, потянула и нас. Моя сразу повелась, начались уговоры, как же Евросоюз, заживём как люди. На мой вопрос, что лично я там буду делать, без языка и знаний тамошний реалий.

В итоге мы съездили на разведку, жена осталась с дочкой, та забеременела, а я вернулся.

Жене то бара-бир, она и дома-то толком не работала, я кормил. Так и там зять прокормит. Первой время жена приезжала ко мне каждые полгода, потом перестала. Ну и я не мог жить на два дома. Моё мнение почему-то не учитывалось, меня записали в бирюка и в предателя. Кого я предал, не пояснили. В итоге мы уже лет пять не общаемся, так, редкие звонки и сообщения. Жена похоже нашла себе подходящего дядечку. Она у меня видная женщина, вот и подсуетилась. Прислала мне документы на развод.

За это время, что жил один, и в самом деле стал брюзгой. Мне раздражало людское общество. С женским полом я дружил, но чисто из спортивного интереса. На постоянку мне баба не нужна. Сам готовлю, стираю и содержу дом в порядке.

Да, я переехал в другой регион, на север Пермского края, есть такой городок Березники. Чисто промышленный город, где в частном секторе я купил половинку домика на двух хозяев. Работал на химкомбинате по специальности, прорабом стройуправления. Мы возводили промышленные сооружения для местных предприятий.

Иногда приходилось работать вахтовым методом, когда мотаться каждый день не выгодно. Вот и в тот раз мы откочевали с техникой в поле возводить новый участок для «ОХК Уралхим».

Только поставили вагончики и протянули времянку, чтобы подать напругу для наших нужд. Вот на второй вечер всё и случилось.

Никто ничего не понял, просто сидящие за огромным грубо сколоченным столом работяги стали валиться, теряя сознание. У меня только мелькнула мысль, что мы попали под действие какого-то газа типа метана и сам отрубился.

Дальше больше, мы оказались рабами, похищенными космическими пиратами. При пробуждении нас быстренько ввели в курс дела, в клетках сидело несколько сотен землян различных рас. Общее было только то, что здесь были исключительно люди молодого и среднего возраста. К примеру в моей бригаде было двое пожилых, крановщик и каптёрщик. Если нас всех похитили, куда дели тех. Больше мы их не видели. Догадываюсь, что их посчитали не подходящими и просто утилизировали. Потом было утомительное путешествие и продажа на настоящем рабском рынке.

Нет, мы по-прежнему находились в клетках. За время полёта нас познакомили с тем миром, куда нас занесло. Называлось оно Содружество государств. Среди них были центральные миры, что входили в условный центр современной цивилизации. Уровень жизни там по рассказам неимоверно высокий. Были образования, расположившиеся по периферии, они служили источников дешёвой рабочей силы, сырья и являлись кордоном, между мирами центра и фронтиром. Вот в него нас и доставили.

Не знаю по каким принципам нас отбирали, но в один прекрасный день большую группу невольников доставили на одну из космических станций.

Сразу улучшился на быт, распределили в помещения по восемь человек. Здесь имелся санузел, где можно было и помыться. Кормили два раза в день, для этого водили в столовую и показали как пользоваться пищевым синтезатором. После пищевых пайков отвратительного качества, которыми нас кормили в полёте, здесь просто санаторий.

На следующий день нас прогнали через некое устройство. Садишься под него и отключаешься на некоторое время. Потом очухиваешься от дикой боли в висках. Называется это изучением языка под гипнопрограммой. Когда чуть к вечеру боль отпустила, мы с удивлением узнали, что понимаем местную речь.

Дав три дня прийти в себя, нас собрали в огромном помещении типа ангара. Здесь нам объяснили, что нас ждёт впереди.

Честно скажу, несмотря на то, что говорили они полную хрень, мне стало легче от того, что появилась некая определённость.

А нам поведали, что оказывается никакие мы не рабы и нас вообще не похищали. А если и похищали, то некие плохие дяди. А вот хорошие дяденьки представляют весьма уважаемую корпорацию, которая подобрала нас и здорово потратилась, выкупив из деликатной ситуации.

Говорили эти умники обтекаемые фразы, но лично мне ясно, что мы попали в рабство к некой корпорации.

Затем стали таскать нас по одному на собеседования.

Ну и на хрена я им такой нужен? Когда я дождался своей очереди и попал в крохотную кабинку, на меня уставился неприятный тип. Одет в яркие шмотки, сверху нечто ядовито зелёного цвета, на башке что-то типа ирокеза, тоже беспокойного цвета. На вид молодой лет двадцать пять, но мы уже узнали что возраст у местных определить сложно из-за вмешательств ихней медицины.

Бросив на меня взгляд как у тухлой рыбы, тот начал тыкать пальцем в планшет перед ним.

– Я Вам озвучу доступные варианты. Ваш долг нашей корпорации 25 000 кредитов, это та сумма, которую надо вернуть. Мы можем предложить вам следующее.

Ну, этот тип предложил мне проработать на благо корпорации на специальных плантациях, где выращивают сырьё для пищевых картриджей. Отработка 10 лет, ставят базовую нейросеть, заливают необходимые базы и вперёд. Никакой зарплаты, десять лет пахать в богом забытой дыре на станции, расположенной в нескольких системах от нас.

Вариант другой, мне опять-таки ставят сетку и заливают нужные базы. Разница в том что здесь отработка поменьше 5 лет.

Минут десять у меня заняло выяснение нюансов, потом меня выпроводили восвояси, дав время обдумать до завтра.

Чёрт, оба варианта попахивают гнильцой. Подошло время обеда и я отправился в столовую по уже проторенному пути. Нам доступны помещения на этом горизонте. Здесь, кроме столовой есть что-то типа зала досуга и смотровая галерея. Она пользовалась неизменным успехом, народ глазел за жизнью вокруг станции. На круговорот и мельтешение космических судов, понятия день и ночь сейчас условно.

Не, не хочу толкаться на галерее, подойду попозже. А вот в зале для досуга есть терминалы, с которых можно зайти в поисковую сеть. Пристроившись к освободившемуся, я попытался воспользоваться халявной информацией. Интерфейс не знакомый, но интуитивно понятный. Легко доступный примитивные игрушки, а вот выйти на поисковик, заняло время.

Наконец-то нашёл местный гугл. Задав название нашей корпорации, получил рекламный ролик, пришлось просмотреть его, иначе не пропускал дальше.

Ну я уже понял, что корпорация абсолютно бескорыстна и идёт впереди планеты всей. Занимается чисто альтруизмом.

Дальше я попал в раздел требуемых специальностей. К сожалению там всё для свободных, не для таких как мы. Но кое-что интересное попалось.

На следующей встрече я попал к другому сотруднику и сразу заявил, что согласен на второй вариант. Буду тупоголовым воякой.

Почему этот вариант показался мне предпочтительнее?

Кроме укороченного срока отработки, мне обязуются поставить специализированную нейросеть «Штурмовик -3», а она на голову выше по возможностям базовой, которую воткнут мне в случае выбора работы на агроферме. Второе и пожалуй самое важное, нам проведут стандартное медицинское обслуживание. То есть подтянут до минимального уровня, именно эта информация меня так заинтересовала вчера. Известно, что уровень медицины здесь позволяет жить полноценной жизнью по крайней мере до 150 лет. Это если не проводить специальные омолаживающие процедуры.

Также меня очень прельстил тот факт, что в стандартный набор обучающих баз входят и технические.

В последствии я жалел, что выбрал этот путь, но переиграть тогда было уже нереально.

В течение трёх месяцев мы проходили КМБ, после медицинской капсулы я вылез и не узнал себя. Куда делись мои 43 года, молодой парнишка, правда абсолютно безволосый, смотрел на меня в зеркало. Исчезли шрамы, восстановились зубы и зрение. Да ещё это чудо – нейросеть. Это из плюсов. Из минусов нас начали гонять как сидоровых коз.

Поначалу было щадящее обучение, нам залили общие базы минимального уровня, давшие понятие о мире, в котором мы очутились.

А потом, после заливки и изучения специальных баз началась муштра.

Ранний подъём и на тренажёры. А там полное погружение в процесс, со всеми сопутствующими. Это было тяжёлое время, зачастую из тренажёра нас перемещали в лечебные капсулы. Если инструктора выставляли высокий уровень погружения, начинались серьёзные травмы.

Нас научили воевать в составе штурмового подразделения. Бегать, стрелять и убивать холодным оружием. К концу обучения меня перевели в подразделение огневой поддержки. У меня оказалась предрасположенность к работе с роботизированными платформами огневой поддержки.

Изучив соответствующую базу я научился взаимодействовать с искинами роботов. Для этого мне поставили специальный модуль для устойчивой связи с подопечным во время боя в условиях помех. На расстоянии ста метров я уверенно держу картинку.

Сразу стало легче, меньше рубилова, больше технической работы. Ведь платформу надо обслуживать, в бою некому будет перезарядить питомца и оказать ему первую помощь.

Мой робот представлял собой платформу размером два на три метра. Перемещается она на антигравах, способна подыматься на небольшую высоту до восьми метров. Кроме спаренных излучателей, способных прожечь внутренние переборки космического корабля, мой «Зевс», так я его назвал, был способен заливать приличное пространство плазмой, в которой плавились даже скафандры средней защиты. Имелось и небольшое место сбоку для оператора, то есть меня. Мы могли перемещаться со скоростью сорок километров в час по пересечённой местности.

По окончанию учёбы последовал перелёт в систему, где наша корпорация бодалась с конкурентами за богатые астероидные поля.

Первый бой запомнился плохо. Нас высадили на безжизненный камень размером с город. Как говорится – в меня стреляли, я стрелял, по-крайней мере я не шёл в передних рядах и отрабатывал по целям, выданным разведстанцией. В кого я посылал смертоносные лучи – понятия не имеют. Но бой закончился в нашу пользу.

Потом меня буквально засосала рутина, постоянные перелёты, высадки и столкновения с врагом. Мозг отказывался принять всё это и я действовал как зомби. Может поэтому вскоре чуть не погиб. В моего подопечного прилетел крупный калибр, досталось и мне.

Реаниматор и долгое лечение в лечебной капсуле, быстрое восстановление и опять в бой. Этот период длился полгода. Последняя компания происходила на планете. Она только прошла терраформирование, атмосфера допускала нахождение некоторого времени без приборов дыхания, но климат ужасный. Песчаные бури перемежались с грозными ливнями.

Не знаю как так получилось, но мы получили приказ на атаку вражеских позиций. Отработали с расстояния по выданным координатам, я управлял артиллерийской платформой и как положено отработал тяжёлым калибром.

Прошло не так много время, пехота пошла вперёд, я занимался обслуживанием своего подопечного, когда на нас буквально свалились сверху штурмботы. Я никогда не видел такого, как потом выяснилось это были абордажников с крейсера, висящего на орбите. Корабль относился к империи, входящей в Центральные миры.

Меня и моих товарищей обстреляли из станеров и бессознательных закинули в штурмботы.

Позже стало понятно, что произошла некая ошибка. На этой планете работала научная экспедиция, что-то там копала, какие-то окаменевшие какашки.

Кто отдал приказ на атаку поселения научников, защищённого слабым силовым полем? Почему дали не те координаты? Я могу только догадываться. Но был жуткий скандал, корпорация получила по полной. Среди стрелочников оказался и мой комвзвода и ваш покорный слуга. Родная корпорация по быстренькому зачла мне отработку и вышвырнула из своих стройных рядов.

Был потешный суд, где все стороны заранее пришли к соглашению и на нас повесили гибель тридцати человек, граждан центральных миров. Слабым утешением стало то, что отдавший приказ на атаку загремел на пожизненное. Я вроде как простой исполнитель и выполнял приказ, но выхлоп с этого дела был настолько мощным, что попал и мне. Дали двадцать лет каторги там, куда укажут. И это после апелляции.

Сразу после объявления приговора, меня отвезли в медбокс, где затёрли некие специальные знания. Хотели удалить нейросеть, но по медицинским показаниям предпочли её отключить, иначе получился бы на выходе слюнявый идиот. Какие-то проблемы у меня вылезли. Требовалось лечение с последующим удалением. Выбрали более простой путь, просто отключить на аппаратном уровне.

Вот вроде не полный год я с нейросетью, но после её блокировки ощущение было неприятное, беспомощность. Но я быстро перестроился, а вот мой взводный покончил собой, сиганул вниз головой в тюремный дворик. Черепушка лопнула и содержимое расплескало по бетону. Не смог пережить отключение этого девайса.

Мне пришлось привыкать делать всё ручками, даже заказать порцию в пищевом синтезаторе не получалось.

Потом дежавю, я опять сижу напротив чиновника и мне в очередной раз предлагают выбор.

Перелёт в незнакомую далёкую систему я провёл взаперти, в специальном боксе. Десятка три таких же каторжан маялись на небольшой территории. Питались специальными брикетами, безвкусно, но не голодовали. Из досуга только возможность попотеть на тренажёрах. Поэтому все ждали окончания своеобразного путешествия.

И вот я сижу напротив чинуши, предварительная информация следующая. В этой системе находится небольшой флот корпорации, занимающейся добычей особо ценных металлов и минералов.

Единственная обитаемая планета Фагус и на ней обнаружены небольшие залежи минерала тельзит. Его великая ценность в том, что сплавы на его основе являются уникальными и используются для производства секций брони военных кораблей. Плотность и особые свойства сплава позволяют успешно защищать корпус от большинства видов кинетического оружия, например туннельных установок, а также от плазмы.

Ввиду редкости и большой стоимости подобная защита стоит только на судах элитного класса, защищая отдельные важные секции, например командную рубку.

Добыча тельзита производится на планете, а на естественном спутнике сосредоточенны фабрики по переработке руды.

– Простите, а зачем вывозить в космос руду, если можно получать и вывозить готовое сырьё на планете, это же гораздо дешевле.

Чиновник мазанул по мне взглядом и немного раздражённо ответил.

– Да это всё из-за долбаных научников. Наша корпорация получила тендер на разработку ценной руды. Но какой-то старикашка нашёл на этой долбанной планетке аборигенов. Теперь, согласно международным законом, невозможно без их согласия строить здесь серьёзные производства. Максимум, что нам разрешили, это щадящим способом добывать ценный минерал.

Ага, теперь понятно, подосрали корпорации господа учёные.

Чинуша заметил мою ухмылку и пошёл в атаку.

– Ты, согласно суда будешь отрабатывать срок наказания на планете, на одном из двух рудников. Альтернатива – работа на перерабатывающем комплексе. Но сразу скажу, там сдохнешь от тоски, голые камни и любимая работа.

– Простите, а других опций не имеется?

Чиновник удивлённо посмотрел на меня, но закатив глаза кверху, видимо работая с нейросетью, завис.

– Ну если тебя устраивает работа колонистом на северном материке, то пожалуйста. Но там тоже не сладко, поверь мне. Суровый климат, малочисленное население и работа траппером или собирателем растительного сырья.

Да, всё такое вкусное, прямо теряюсь, хочется всё.

– Я могу подумать?

– Да, минуту. У меня нет время тобой заниматься. Просто направлю на обогатительную фабрику.

Чёрт, в остром цейтноте мысли лихорадочно мельтешат и только собравшись смог заставить мыслить логически.

Сидящий напротив прав, худшее – это работа на каменюке в космосе. Двадцать лет смотреть на зелёную планеты и мечтать подышать обычным воздухом.

Теперь рудник, махать кайлом или сидеть за рычагами землечерпалки тоже не комильфо.

Остаётся тяжкий труд колониста, знать бы ещё, чем придётся заниматься. Но, по мне, так лучше на природе.

– Я согласен потрудится колонистом, только хотелось бы получить подробную информацию.

Чинуша удивлённо посмотрел на меня и бросил фразу, отражающую его отношение к моему выбору, – это твой выбор, убирайся, всю информацию доведёт твой куратор.

Нас таких малохольных, выбравших тернистый путь колониста оказалось совсем мало. Из нескольких сотен, летевших на нашем корабле здесь только полтора десятка. Собрание состоялось в небольшом помещении. Куратором оказался пожилой мужчина. Он или не проходил омоложение или реально старый человек.

Оглядев наши немногочисленный ряды он откашлялся:

– Ну, вы все осознанно выбрали свой путь на время вашего наказание на нашей планете. У вас удалены сетки и вам придётся научиться выживать как дикарям. Опыт показывает, что подобные вам погибают в течение первого месяца. Поэтому руководство приняло решения дать вам шанс, в течение некоторого времени вам помогут научиться обходиться своими мозгами.

Мужик рассказал много интересного, из его речи я понял, что если не тупить, то выжить можно. Корпорация платит неплохие денежки за сдачу сырья растительного и животного происхождения. Можно объединиться в команды, а можно попытаться действовать в одиночку. Последнее очень опасно, таких единицы.

В течение недели мы находились на станции. Сразу же стали приглашать в медпункт. Там медработник приставил к моему плечу коробочку и сильно прижал, раздался стрёкот и я почувствовал боль от уколов.

– Сегодня может быть недомогание, будут проблемы, обращайтесь, – это вкололи прививки, чтобы мы не сдохли в первый месяц от местных заболеваний.

Потом стали вызывать по одному на склад. Там выдали каждому сумку с вещами, что внутри я узнал только в комнате. Два комбинезона серого цвета.

Нет, не привычные нам с автоподстройкой и климат-контролем. Обычные комбинезоны из плотной ткани, у нас в таких механизаторы ходили. К ним пара крепких ботинок.

Дальше в набор выживания входила фляжка, 30 пищевых пайков странного вида, универсальный нож с лезвием 15 см. Таким можно колбаску порезать, ветка срубить или отмахаться от некрупного хищника. Фонарик с непонятным пока принципом действия и двумя комплектами нательного белья.

Прикольно было смотреть, как коллеги по несчастью недоумённо рассматривали выданную одёжку. Подштанники и нижняя рубаха сделаны из ткани типа байковой, довольно приятная на ощупь. Мне пришлось показать, как одевать это чудо. Ботинки вот не подошли по размеру, маловаты. Пришлось бежать обратно и просить на два размера побольше, заодно выпросил кусок ткани на портянки. Народ реально стоял и смотрел, как я сначала плотно упаковал ногу, обмотав тканью, а потом вбил в ботинок. Зашнуровав почувствовал привычное чувство, как будто на вылазку в лес собрался после трудового дня.

Ну и самое ценное на мой взгляд, это на загладочку, на дне сумки лежал планшет. Примитивный планшет, которыми давно не пользуются. Знающие люди подсказали, что когда-то такие покупали детишкам для обучения и игрушек.

Я сразу поставил свой на зарядку.

Далее начались уроки выживания, послушав первый день, я решил не ходить. Показывают муру, как выжить в условиях дикой природы. У нас это каждый сельский ребёнок знает. Драгоценное время улетало и я проводил весь день у терминала. Здесь была возможность свободного доступа в сеть станции и имелась минимальная информация о планете. Поэтому я копировал на планшет всё, что нашёл. К сожалению действительно ценная информация была не доступна, подробных карт планеты с указанием населённых пунктов нет, но имелись общие и отдельных регионов.

На планете четыре континента, вернее три и огромный остров, типа нашей Гренландии. Остальное занято водой. Два южных континента, на которых и расположены рудники заселены достаточно. Остров вообще показан белым пятном без конкретики, но меня конечно же интересует наш, северный материк.

Чем-то он похож на Евразию, по-крайней мере также вытянут по горизонтали. Преобладает тундра и лесотундра и только на юге, вдоль побережья пошли леса. Крупных населённых пунктов показано аж пять штук. Крупные потому что населения больше 30 000 человек, более мелкие проигнорированы.

Очень важным показались сведения о флоре и фауне. В целом она дружественна человеку. Я имею в виду, что воду из рек можно пить, растения и животных потреблять в пищу. Но, конечно имеется целый перечень того, что не надо тянуть в рот. И приписка, что растительный и животный мир Фагус недостаточно изучен и рекомендуется питаться пайками и пить обеззараженную воду.

Удалось качнуть немного информации технического плана, но совсем не достаточно. И то нашёл случайно, среди рекламных объявлений пару нужных ссылок.

К концу нашего курса по выживанию нас в последний раз покормили и пинками погнали на пассажирский причал. Там стоял здоровенный бот с открытой аппарелью. Кроме нашей компании летели ещё сотрудники корпорации и несколько человек, сопровождающий груз в ящиках.

Да, негостеприимно встречают новых колонистов. Бот сел на пятачок плотно утрамбованной земли, два охранника, сопровождающих нас сделали знак рукой в сторону небольшого здания, типа валите. На этом их работа завершена и нас никто не контролирует.

Наша группа пока тупо наблюдала, как погрузчик лихо выгружает ящики из чрева бота. Управляющий погрузчиком парнишка нас обругал и заставил отойти в сторону.

Ну что, воздух пахнет непривычно, но проблем с дыханием нет. Температура градусов двадцать и комбинезоне довольно комфортно. Я закинул сумку на плечо и потопал в сторону одноэтажного здания. Под ногами трава по щиколотку, местность напоминает нашу, группками стоят невысокие деревья, заметны заросли кустарника. Заметил насекомых в траве и пернатых. Если бы не знал точно, что это не Земля, мог бы и ошибиться. На первый взгляд растительность и мелькавшие пичуги не выглядят инородными для меня.

Оглянувшись, заметил, что наши потянулись за мной, поэтому подождал.

Вышедший гуманоид, а то, что он иной расы сразу заметно по оливковому цвету кожи, огромным раскосым глазам и вытянутым как у гориллы верхним конечностям. Они свободно доставали до коленных суставов.

– Ждать здесь, – и это создание показало нам место, где следовало ждать.

Лично мне не понятно, почему нас высадили в таком месте. И где тут минимальная цивилизация.

Пришлось устраиваться тут, сразу выяснилось, что гнус и мошка тут присутствуют. Народ начал похлопывать себя по мордасам. Надо будет озаботиться репеллентом, иначе сожрут. Кое-кто успел проголодаться и открыл паёк, остальные просто сидели.

А у меня наоборот душевный подъём. Ведь всё время, после похищения я не жил, существовал. Выживал, куда-то бежал, в кого-то стрелял. Я дышал очищенным воздухом на станциях или космических судах. Уже привык давать в скафандре и к тому, что на мной постоянный надзор. А тут я впервые оказался на живой планете, которая сильно напоминает родную. Вот только свет местного светила имеет иной окрас, поэтому краски природы как бы немного поблекшие. Зато как легко дышится, даже нудный писк гнуса не раздражает, я стараюсь насладиться тем что вижу. А вижу я равнинную местность, заметил небольшой водоём, типа болотца, вдалеке лесная рощица. Вот бы наведаться, просто сесть и ни о чём не думать. Просто раствориться в тишине.

Раздавшиеся звуки заставили нас встать. Удивительное зрелище, к нам подъехала повозка, запряжённая в пару странных животных. Похожи на невысоких северных оленей, только без рогов, гладкие черепа. А вот зубки у низ весьма серьёзные и судя по клыкам, они не обязательно травоядные.

В повозке двое, на первый взгляд обычные хуманы, как и мы. Только одеты в домотканую одежду, грубые брюки и цветастые рубахи. Тот, что помоложе держит вожжи в руках, а за спиной ствол оружия. Второй постарше, в руках неизвестной длинноствольное оружие.

– Так, слушаем сюда. Я старший дружинник города Зелёный – Центр. Прежде чем вы попадете в него я расскажу вам немного о наших законах. И потом не говорите, что вы не знали.

Ну, свод правил, по которым здесь живут незатейлив. Живи сам и не мешай другим. Никто никому не навязывается. Законы просты, не убей, не укради, не возжелай. За нарушением следует быстрый суд. За незначительные изгоняют из города с запретом возвращаться. Более серьёзные караются смертью, с той только разницей, что умереть можно по-разному – быстро или помучавшись.

В принципе нормальные законы, всем до лампочки во что люди верят и чем занимаются, лишь бы не беспредельничали. Если тебе грозит опасность, можно ответить, а там разберутся. Но это в черте города, а дальше медведь – прокурор. Если нет свидетелей, то на лесной дороге может произойти что угодно. Правда откровенные беспредельщики долго не живут, их уничтожают всем колхозом.

Пока мужчина не торопясь разъяснял нам правила бытия, прихлопывая периодически гнуса на шее, я рассматривал его оружие.

Я привык здесь к другому, игольники, излучатели имеют футуристическую зализанную форму. А здесь вместо кургузого ствола нечто похожее на привычное мне огнестрельное оружие, только ствол помассивнее.

Но детально рассмотреть не успел, лектор закончил и предложил нам добираться пешочком до города самостоятельно.

А собственно посёлок оказался всего в полутора километрах от нас, он просто был скрыт взгорком.

Идти было легко, под горку. Сумка полупустая и с каждым шагом настроение улучшалось.

– Хей, хей, – мимо нас, заставив нашу толпу потесниться на обочину, с шумом проехали два всадника.

Высокие и мощные животные, отдалённо похожие на лосей, только поплотнее, издавали много шума. Спереди, сидя на подобии седла, ехала женщина. Позади следовал мужчина и тянул третье верховое животное с поклажей.

Эта кавалькада оставила после себя стойкий звериный запах и полное недоумение моих сотоварищей по несчастью. Они были поражены увиденным и негромко переговаривались.

Посёлок представлял собой несколько улиц с центральной площадью, где располагалась администрация. На въезде нас ожидали, проверив наши чипы колонистов, которые были установлены всем без исключения на станции путём введения микроскопического тела под кожу, нас препроводили к двухэтажному зданию. Городок был окружён забором, основание бетонное, верх из металлической сетки под напряжением. Улицы явно застраивались по типовому проекту, прямые как стрела. Домики стандартные из пенобетона. Они возводились строительными дроидами за очень короткое время и отличались только размерами.

Вышедший к нам товарищ поведал, что те, кто желает присоединиться к желающим потрудиться на благо корпорации, получат койку в бараке и питание в рабочей столовой. Остальные могут распоряжаться своим временем как хотят. Ничего удивительного, что все дружно согласились поучаствовать не понятно в чём.

Главное, что нас отправили на окраину города, где расселили в одноэтажный барак. Комнаты на десяток человек, два санузла и небольшая кухонька для желающих готовить. Сразу же нас отвели в рабочую столовую, где стоял привычный всем примитивный пищевой синтезатор. Народ быстро разузнал, что нам предстоит заниматься сбором местного лишайника.

Нам вечером довели до сведения, что собирать лишайников и мхов в тундре навалом, но ценится один вид.

Научное название – центрария. Похож на рыхлую дернину высотой 10-15см. Образован плоскими, местами плоскими свёрнутыми желобком лопастями. Нижняя поверхность нежной структуры, светло-коричневая, почти белая. А внешняя имеет грязно бурый цвет и на ощупь похож грубую губку. Для сбора имеются специальный скребки и ёмкости. Срезать лишайник требуется аккуратно, чтобы не повредить внутренний слой. Складываем в лёгкий пластиковый короб и его забирает другой человек.

Работа подённая, каждый день нам зачисляют 28 кредитов. Они накапливаются на счетах каждого колониста, в любой момент можно забрать натуральными деньгами.

Никто из нас никогда не видели живые деньги, железные и бумажные. И не важно, что кредиты имеют хождение только внутри корпорации на этой планете. Всё равно это возможность иногда сходить в бар, поесть натуральной пищи и выпить по бокальчику горячительного. Есть магазины, где продают всё, что душе желает, но цены там – мама не горюй. Я только прошвырнулся и понял, что пока мне шопинг не светит. Ну а что, одет, обут, не голодаю. Работаю сколько могу. Здесь нет понятия выходной, вышел на работу, отработал, начислил трудодень. Может работать по любому графику.

Вот только такая работа буквально убивает своей монотонностью. Приходится ползать по камням и аккуратно срезать лишайник, после девяти часов пахоты задницей кверху хочется только сплюснуться, перекусить и завалиться спать. Благо здесь абсолютно привычный мне земной душ, только шампунь поэффективнее.

К моему удивлению через месяц работы на корпорацию мы привыкли, руки огрубели и приноровились находить подходящие поверхности, не резать всё подряд, а выбирать и тогда в руках оказывался большой кусок будущего сырья для парфюмерии.

Постепенно новички сошлись с теми, кто давно вкалывает на корпорацию. Образовались свои компании, они по вечерам заваливались в бары, где давали выход эмоциям. Там же можно было снять девочку на часик и спустить пары.

Я лично мне жалко время и деньги на такое время препровождение.

И меня звали посидеть за компанию, но я находил причины отказаться, вскоре сформировалось мнение обо мне, как об отшельнике с тараканами в голове.

А я наблюдал за товарищами и понимал, что они привыкли к растительной жизни и их вроде как она устраивает.

Я же нашёл терминал и оплачивал связь со станционным искином. У того имелся приличный архив, где нашлась и помойка, куда скидывали всякую ненужную информацию. Проблема была в том, что информация га таких ресурсах не структурирована и приходилось перелопачивать горы мусора, чтобы найти интересное. Меня в первую очередь интересовала география нашего материка, населяющие его люди и поселения. Оказывается кроме крупных, имелись и небольшие. Они выгодно для меня отличались тем, что корпоративная администрация там не присутствовала. Организовывались подобные посёлки стихийно колонистами и они же там устанавливали свои порядки. Я скидывал полезную информацию по поводу того, что может приносить доход. На лишайнике заработать невозможно, а вот органы некоторых животных очень даже ценятся и за них неплохо платят.

Особая тема – это гипнопрограммы. Базы знаний здесь не ходят, тупо некуда заливать, сеток ни у кого нет. А вот гипнопрограммы можно заливать, для этого необходимы две вещи. Сам кристалл с программой и устройство для заливки. Народ пишет, что такие устройства втихаря собираю умельцы и в принципе есть выход на таких. А гипнопрограммы я начал качать на планшет. Хакеры ухитрились тиражировать их и продавать. В отличии от баз знаний, гипнопрограммы не защищенны так хорошо.

Особой популярностью пользуются конечно гипнопрограммы «траппер», «техник», «медик» и «основы выживания». Три последних у меня уже стояли, но их подчистили. Если я пытался вспомнить что-либо из изученного, то начинала дико болеть голова. Восстановить работу моей нейросети практически нереально, для этого нужен медицинский планшет и врач, который проведёт эту процедуру. А лучше это сделать в медкапсуле.

Вот если бы моя сетка заработала, появился бы шанс восстановить утраченные знания, но опять-таки медиком в медкапсуле.

В результате я, заплатив 700 тугриков, стал обладателем гипнопрограммы «Траппер» 2 ранга. Собственно траппер, этой мой условный перевод. Траппер – это специалист по истреблению животных с целью добычи меха.

А здесь по смыслу намного шире, это и основы охоты, переработка туши и сохранность добытых ингредиентов. Вопрос только как изучить эту прелесть.

Наступила жара, наверное как у нас в августе. Работать стало сложнее, от мошкары и жарких лучей звезды ничего не спасала, только шляпа с широкими полями и противомоскитной сеткой.

Мои мысли всё чаще стали летать в фантазиях, как я уберусь с этого городка. Он у меня в печёнках. Каждый вечер одно и тоже. А чтобы фантазии стали реальностью, я вкладываюсь в инструмент и зимнюю одежду.

Знающие люди подсказали, что зима здесь долгая и холодная. Одежду желательно брать натуральную. Продвинутых комбинезонов здесь нет, поэтому я купил теплые штаны, что-то типа тулупчика до колена, мехом какого-то животного внутрь и малахай на голову. Инструмента привычного здесь нет. Мне пригодилась бы пила с топором и прочий плотницкий и слесарный инструмент. На заказ сделать можно, но тогда цена становилась кусачей. Мне ведь нужны деньги на переезд. Наметил я себе пристанище, значительно южнее, где начинаются леса. Там, в одном из поселений вроде есть гипноустановка. Вот только добираться более 800 км. Одному нипочём не добраться, но это и не нужно. Редко, но подворачиваются вакансии, идут караваны в нужном направлении. Но вот место там стоит 1300 кредитов. А у меня после всех трат даже половины нет, а ведь мне надо закупиться необходимым.

– Нет, вон тот покажи, – я в очередной раз завис в оружейном магазине. Выбор не поражает. Никаких продвинутых девайсов, в основном условно нелетального действия – станнеры и парализаторы. Есть охранные системы для небольшого лагеря, но эти чисто предупредить и отпугнуть зверя.

Есть холодняк, представленный ножами и кое-чем подлиннее. Лично я давно облизываюсь на рогатину. Длинное древковое оружие с мощным металлическим наконечником. Смотрится убойно, но вот на кого я с ним пойду. С серьёзным противником не справлюсь, а мелкий убежит.

В этом плане лучше взять ружьё, вот его я и попросил показать. Странное какое. Чем-то похоже ни Ижевскую вертикалку 16-го калибра, что была у меня в той жизни. Тоже приклад и ложе с твёрдой породы дерева. Ствол потолще, их даже два. Верхний приличного калибра, где-то 12-го. А нижний совсем малого диаметра, миллиметров пять.

Продавец помог разобраться в этом чуде. Сбацали его в одном из неразвитых миров. Основной калибр как-раз нижний под иглы. Но импульсная часть заблокирована и работать не будет. А вот верхняя под привычный мне патрон.

Интересно, калибр не маленький, гильза похожа на нашу, цельная пластиковая и совсем лёгкая. Имеются различные боеприпасы, пулевая, картечная и дробовая, есть даже разрывная – это на крупного зверя.

– И сколько за эту ржавую метлу хочешь, – лениво поинтересовался я, стараясь изобразить полное отсутствие интереса.

– Где ты ржу заметил, а это, – и продавец плюнув на палец потёр пятнышко ржавчина на скобе.

– Так я тебе приведу его в порядок. Могу переделать от отъёмный магазин, скажем на тридцать патронов. Прошу с работой всего 530 кредитов.

– Да ладно, оно у тебя золотое что ли? И какой магазин получится, если в него впихнуть эти патроны?

– А вот увидишь, в картридж поместится ровно 30 патрон. Хорошо, ровно 500, меньше не будет. К нему дам запасной картридж и чехол с набором по уходу, решайся.

Не знаю, покупка обнулит мои накопления, но у меня есть мысль, как поправить финансовое положение.

– Ладно, уговорил, чёрт красноречивый.

Продавец взял полтинник задатку и сказал подойти через три дня.

Как интересно, патроны то непростые. В магазин входит ровно тридцать, там они в два раза тоньше, и только попадая в ствол принимают естественную форму.

Отстрелять продавец разрешил на своём подворье. Флажок предохранителя, никакого досылания патрона в ствол, это автомат, но стреляет одиночными.

При выстреле приличная отдача, но я ожидал худшего от такого калибра. Не более чем от 16-го калибра. Прицеливание привычное, дальность стрельбы пулей непонятное, продавец говорит, что прицельная до трёхсот метров. Для гладкоствола? Ну проверим.

Для этого пришлось сделать вылазку на природу. Прикрепил к деревцу мишень и начал стрелять с расстояния 30, 50, потом 100 метров. Прикольно, что начинка патрон одинакова, тип выстрела задаётся на маленьком экранчике. Вот пуля, а сейчас мелкая дробь. Классно.

Ну что сказать, несмотря на то, что опыт стрельбы у меня имеется. Ходил на охоту в той жизни, а здесь это стало моей профессией, попасть даже в неподвижную цель на сотне не просто. Нужно тренироваться, но вот патроны денег стоят, не могу пока позволить.

На первую свою охоту вышел ещё в темноте. Хочу добраться до небольшой реки, что протекает километрах в трёх от нас на восток.

По логике животные должны приходить на водопой. Вот я и поищу подобное.

Из информатория знаю, что в этих местах водятся небольшие парнокопытные. У них окрас, похожий на нашу кабаргу. На спинке специфичные продольные полосы. Ценятся небольшие рожки на головы, за них представитель администрации платит по 170 кредов. Светило взошло, когда я подходил к реке. Прикинув как пробраться ближе, я нашёл в кустарнике тропу, есть следы копыт и даже имеется удобный подход к водопою. Здесь мелко, песочек и вода чистая. Оглянувшись пошёл вдоль берега ища место для засады. Шикарно было бы расположиться на противоположном берегу. Здесь было метров двадцать пять, если не меньше. Но это надо искать брод, а так подходящим показалось метрах в сорока нора какого-то животного под корневищем большого дерева. Сейчас тут пусто и довольно удобно, земля чуть влажная и мягкая. Удобно устроился и приготовился ждать.

Тело нет от долгой неподвижности, приходится вставать и разминать конечности. Приходы к водопою были, приходила стайка крупных грызунов, отдельные крупные и не очень представители животного мира, а нужных мне нет.

Этот мир похож на мой. Близка сила тяжести, протяжённость дня, вот только год на месяц дольше из-за иной орбиты вращения вокруг звезды.

Я успел перекусить пайком, правда при этом спугнул средних размеров животное. То ли запах пищи учуял, то ли звук помешал, но оно стремительно исчезло в зарослях кустарника.

Удача пришла в районе четырёх часов пополудни. Стайки из пяти особей. И размеры и окрас совпадают. Животные осторожны, стоят и стригут ушами. Я даже глаза прикрыл, боясь спугнуть. Наконец они расслабились и начали лакать воду. Продвигаясь по миллиметру я прильнул к ружью.

Хорошо встали, на линии прицела несколько животных. Выставил картечь в надежде что зацеплю, даже если рука дрогнет. Выдохнул и нажал спуск. Двойной выстрел разорвал тишину, на берегу тарарам, я вскакиваю и несусь вперёд. Есть такое дело, два животных лежат, третье пытается встать, но тоненькие ножки подминаются и оно падает.

Извините дорогие, но мне нужны ваши органы. Очень нужны.

Первым делом, помня инструкцию отделил мягкие рожки на головах. Их убрал в специальный пакет. Теперь остальное, я не собираюсь оставлять столько вкусного мяса.

Чёрт, вывозившись в крови, я отделил конечности и вывалил требуху. Сердце и печень отдельно. В каждой тушке килограмм пятнадцать живого веса. Всё никак не унести. Я уложил в рюкзак наиболее ценные части тела, затем закинул две тушки на плечи и попёр.

Поначалу шёл легко, потом стало сложнее. Но своя ноша не тянет.

Ещё как тянет, ружьё стало тяжёлым, а туши неподъёмными. Пришлось делать перерывы, иначе ноги подкашивались. Уже и посёлок недалеко, но предательская мысль скинуть одну тушу всё чаще.

Надо было видеть наших парней, когда я пришёл в барак весь такой красивый и перепачканный кровью.

На склад уже сдал с таким трудом добытое мясо. Рожки у меня сразу забрали и начислили 540 кредов. А вот за нежное мясо дают только по одному креду за кило. Грабёж.

Я отказался, при этом удалось уговорить работника фактории положить мясо в морозилку.

До конца дня успел помыться и стирануть свои вещи. На будущее надо будет прикупить комбинезон их не пачкающейся ткани. Поглощая привычно мерзкий вкус стандартного пайка, выдаваемого синтезатором в столовой я мечтал о жаренном мясе.

Мясо в наличии, нужны только специи.

С утра я занялся воплощением своей идеи. Я уже некоторое время забил на выходы на работы и меня даже предупредили, что могут лишить койко-места и пайки в столовой. И теперь меня это не пугает. Спать можно в спальном мешке, сейчас не холодно. А с едой думаю разберусь.

На окраине городка у нас расположились всякие мастерские. Договорившись у наиболее адекватного чела, я за скромную сумму в 30 кредов получил настоящий мангал с решёткой.

Часть мясо я предварительно забрал и порезал на стейки. Немного специй и сдобрил это дело кисловатым соком плода местного растения.

Пока оно маринуется в ёмкости я занялся углями. Место и время рассчитал специально к тому времени, как работяги потянутся в бараки.

Небольшой столик и мангал я поставил на пустырьке, между несколькими общагами.

Какой запах, я сам ещё не пробовал настоящий стейк. Когда мясо с щипением водрузилось на решётку, сразу пошёл одуряющий запах.

Здесь главное не пересушить, мяско нежное, первую партию убрал в кастрюльку с крышкой. Когда пошла вторая, начали подтягиваться любопытствующие.

– Ум, – это всё что я смог ответить на вопрос, что это за запах.

Мне в самом деле не до вопрошающего. Я положил готовое лакомство на кусочек лепёшки и с наслаждением откусил.

– Ум, – я только жестом показал, что мне некогда.

Это только привлекло ещё несколько человек, пока не проглотил весь кусок, не реагировал на интерес.

С трудом переборол желание продолжить я вытер жирные руки о тряпку.

– Это нежное мясо кабарги, сегодня знакомые охотники принесли. Вот готовлю, скоро ребята подойдут.

Неважно что им неведомо, что за зверь кабарга. Запах и мой вид обо всём говорит.

– Слушай, друг. Я может угостить, уж больно вкусно выглядит, – спросил наиболее настырный.

Подумав для солидности минуту, я переворачивая стейки отвлёкся.

– Не, вот ещё. Мне потом влетит. Хотя. Могу продать пару порции, пока парни не подошли. Пять кредитов. Или нет, парни будут злиться, ещё поколотят.

В результате я моментом продал всё. Хорошо, что заранее купил лепёшки. Мне только оставалось накладывать горячий стейк и сворачивать лепёшку блинчиком.

Похоже я не тем занялся, 230 кредов заработал на этом барбекю.

Убравшись я оттащил мангал и столик в укромное место.

На следующий день я замариновал остатки мяса и заработал в два раза больше. И народ спрашивал, не могу ли я устраивать это каждый день.

Прикол в том, что народ действительно в большинстве не сталкивался с натуральной пищей. Ну, кроме выросших в малоразвитых мирах на планетах.

Подавляющее большинство родились на космических станциях и безвоздушных колониях на спутниках, где размещались различные производства. Поэтому они впервые попробовали нормальную пищу. Пищевые синтезаторы высокого класса в ресторанчиках давали вполне приличную еду, но не такую.

По началу я даже поражался, никто и никогда не использовал открытый огонь для готовки. Да и вообще открытый огонь для местных – это аварийная ситуация, что-то горит. Зачем готовить на огне, если для этого есть варочные панели?

Та же ситуация с добычей мяса. Какой ужас был на глазах встречных, когда я нёс свою добычу, окровавленные туши. Я выглядел абсолютным маньяком, никому в голову не придёт убивать животных с целью насыщения. А то, что сырьё для синтезаторов поступает с агроферм из растительных и животных организмов – они не задумываются.

Из этой же серии умение стрелять. У большинства изучены базы по использованию различного оружия. Но там всё завязано на нейросеть. Импульсник или игольник, конечно, удобнее. Нет отдачи, они легки в использовании, боезапас в картридже игольника до 3000 игл. Наведение осуществляется нейросетью, которая учитывает дальность, силу ветра и влажность. Это действо напоминает компьютерную игрушку.

Не даром продавец оружейного магазина так уцепился за меня. Стрелять из тяжёлой дуры древними боеприпасами местные не хотят. Сильная отдача, вонь сгоревшего пороха и главное – умение целиться и поражать цель. Нужно затратить много усилий, времени и денег, чтобы научиться попадать хотя-бы с 30 шагов.

А тут ещё психологический момент, если меня допустим заставит нужда, я научусь стрелять из лука и метать дротики. Будет не просто, но я научусь.

Местный народ психологически не готов перейти на добывание пищи своими руками. То есть выследить, завалить, разделать и потом приготовив на огне поедать добытое.

Таким образом народ охотно покупал у меня готовое мясо, сдобренное специями, не задумываясь как оно получено.

Ну а я в такой ситуации на коне.

Меня правда корпоранты быстренько вытурили из барака и лишили пайки, а заодно выразили пфе и предупредили о недопустимости издевательств над животными.

Ну я, как бы, и не страдал от потери. Нашёл себе угол, в одной из мастерских на окраине городка, мне сдали сарайчик. Так я оборудовал себе лежанку, не хуже, чем в общаге. А главное один, ночью никто не стонет и не пердит. За угощение ребята сварили мне бак для воды, и я закачивал ручным насосом воду. За день она прогревалась, и я принимал роскошный душ.

Теперь мне не нужно охотится только за кабаргой. Я предпочитал животных типа косуль, мне хватало одной. Больше просто не унести, после разделки туша весила килограмм двадцать пять, и я мог дотащить мясо до дома. Его хватало дня на три, я старался готовить около ста порций в день. Больше смысла нет, придётся тогда цену опускать.

Мне удалось заказать одноразовые тарелочки, лепёшки покупал у одного и того же пекаря. Они у него вкуснее и главное он не выёживался, как остальные, к кому я обратился прежде. Я даже нанял пацана лет восемнадцати. Его звали Мор, крупный парень со смуглой кожей и резкими чертами лица. Не знаю его судьбу и как он попал на планету-тюрьму. Но у парня не все дома, он, мягко говоря, тугодум. Несмотря на внушительную фигуру и широкие плечи, ладони-лопаты, им помыкали всем кому не лень. Ходил парень в обносках, горбатился на сборе лишайника и делал всю грязную работу.

Ко мне он подошёл, когда я уже расторговался и оставил только порцию мяса себе. Парень просто стоял и работал носом как та ищейка. Его вид был настолько забавным и одновременно жалким, что я отдал ему свою порцию.

На следующий день он опять пришел, стоял в стороне, когда мясо закончилось, подошёл ближе.

– Парень, ты что так и будешь ходить ко мне? Или плати, или вали отсюда, – раздражённый тем, что мне грозит опять остаться без ужина, выдал я.

– Стой, – парень развернулся, плечи поникли и он, шаркая поплёлся в сторону барака.

Мне стало его жалко, он же не виноват, что родился немного не стандартным.

– Да стой же ты, – через секунду тот стоял возле меня.

– На, держи, – и я передал лепёшку с мясом, вложив в его лапу.

Умял он её мгновенно, наверняка только червячка заморил.

– Ты хочешь работать со мной и есть как сегодня?

Ну я в ответе не сомневался, парень настолько активно кивал, что я опасался за целостность его шеи.

– Тогда завтра, в 6.00 жду у восточных ворот, вон там, – для надёжности показал я.

Утром весьма прохладно, я утеплился курткой, а Мор в драном комбезе сверкает прорехами. На ногах подвязанные ботинки каши просят.

Парня оставил на холме, ждать меня. С ним ходить одно мучение, идёт как кабан, распугиваю всю дичь. Но сегодня я завалил крупного представителя местной фауны. Отдалённо похож на кабанчика. Я бы поостерегся выходить против такого, в нём живого веса центнера три. Но это живчик вывалился на тропу метрах в двадцати впереди меня, заметив мою особу он развернулся и вместо того, чтобы дать дёру, начал разгонятся в мою сторону.

Я пальнул с испугу тем, что было в настройках ружья, картечью. Три выстрела заставили борова лечь у моих ног.

Не, придётся соорудить тележку, душа разрывается от того, что приходится оставлять мясо. На Мора я нагрузил килограмм шестьдесят, сам тридцать тащу, остальное оставил на поживу зверью. Брал вырезку, шейную часть и мякоть.

К моему счастью, мясо лишь чуть более жёсткое, чем с косули. Зато у последней оно постное, а это с жирком. Мякоть я порубил на небольшие куски и приготовил блюдо типа гуляша, добавив местные корнеплоды. Остальное пошло на стейки.

У меня проблема в том, что нет возможности приобрести морозильную камеру. Вернее, возможность есть, но цена в 5000 кредитов выше моих возможностей.

Здесь вообще высокотехнологичные вещи чрезвычайно редки и дороги. Редко в городе встретишь небольшую гравиплатформу или дроида-погрузчика. Это стопудово корпоранты, местные передвигаются на гужевом транспорте и используют местных прирученных животных.

Корпорация вообще участия в местной жизни особо не принимает. Даже наведения порядка внутри города и защита периметра лежит на местной дружине из добровольцев. Мне тоже предлагают вступить. Собственно, почему нет, если будет необходимость меня привлекут, раз в месяц дежурство в составе бригады местного шерифа. Не так уж обременительно, за это не платят, но предлагают некие льготы. Это возможность приобретении собственного жилья и скидки на покупки в местном лабазе.

Я пока думаю, соглашаться или нет. Денег на свой угол всё одно пока нет, да и не хочется мне здесь надолго зависать. Не нравится мне здешние обычаи, да и всё серо, люди двигаются как роботы, перспектив лично для меня нет. Ну не хочу я так провести ещё 20 лет.

Вот и местная осень наступила, никакой плавной смены сезона. А где бабье лето, где болдинская осень с её разноцветием?

Как по мановению палочки, вчера ещё припекало, а сегодня пошёл дождь и упала температура воздуха. Причём местные говорят, что это всё, впереди заморозки и зима.

Нам с Мором, который переехал жить ко мне, стало невозможно выбираться за город. Поверхность развезло, пришлось сидеть дома и заниматься планированием.

Так-то я, как чувствовал необходимость, пахал как проклятый. Всю денежку в кубышку, не тратил на развлечения и доступных женщин. Хотя не скрою, очень хотелось. Ведь у меня со времени похищения секса не было, даже и мыслей об этом не возникало, наверное, давали в казарме что-то подавляющее. А тут на планете навалилось неистовое желание, разок сходил, отвёл душу. Физически стало легче, а на душе противно. Та женщина с погасшими глазами молча скинула халат и легла, раскинув ноги. Ну её понять можно. Она из таких же ссыльных, только зарабатывать решили иным способом. А он на первый взгляд легок, но быстро убивает душу.

Вообще здесь, к сожалению, количество женщин непропорционально мало. Поэтому если кто ухитрялся завести подругу, то ему приходилось крутить голову на 360 градусов, чтобы не увели или не похитили.

На сегодняшний день у меня 3700 кредов и 270 на счету корпорации.

К сожалению, у моего помощника с баблом пусто. На мой вопрос, – Зина, а где деньги? – он только руками развёл.

– Так это, я ну, ребятам занял…

Ну понятно, малой на себя не тратил, тратили за него другие. Пользуясь его доверчивостью, выциганивали креды, ничего нет на счету, – у суки, – невольно вырвалось у меня.

Мор испуганно замер, отреагировав на мою эмоциональную реакцию.

Он пытался починить колесо тележки, которое отлетело в последнюю удачную охоту.

Кстати, надо переделать. Эту тележку я сваял из остатков железа, найденных в отвале, куда с мастерских скидывали искорёженное и неисправное барахло.

В близлежащей мастерской, я отозвал в сторону её владельца. Тот неплохо ко мне относился и даже выполнил пару заказов по моим чертежам.

Я показал ему эскиз тележки, который мне нужен.

Это должна быть лёгкая и крепкая конструкция на двух больших колёсах, для удобства перемещения по бездорожью. На задней части намечалось складывающееся маленькое колесо для возможности поставить тачку на три опору и так толкать.

Ещё я заказал ему набор инструмента, типа одно и двуручных пил, стамески и прочий плотницкий и слесарный инструмент.

Мастер в недоумении посмотрел эскизы, почесал в затылке и собирался задать вопрос, «на хрена тебе эта мутотень». Вопрос легко читался на его физиономии, но вспомнив, что у колонистов нет дроидов, которым можно отдать задание и они всё сами сделают, он выдохнул набранный воздух.

Поскрипев мозгами, мужик улыбнулся, – да нет вопросов сделаем, даже денег не возьму. Только сваргань нам своего мясца.

Вот же гавнюк, ему же сделать заказанное, имея технических дронов – раз плюнуть. А мне придётся переться в непогоду по размякшей земле в поисках дичи.

Зима пришла также стремительно, как и окончилось лето. Просто в одно прекрасное утро мы с Мором проснулись от холода. Я встал отлить, открыл дверь сарая и увидел белоснежную землю. Не веря глазам, нагнулся и набрал пригоршню снега. Да, обычный снег. На глаза навернулись слёзы, то ли от ослепляющей белизны, то ли от того, что я увидел нечто родное.

Но с этим надо что-то делать. Первым делом на складе компании приобрёл два спальных мешка из синтетического материала. Продавец уверил, что в таких можно спать на снегу при сорокаградусном морозе. Вполне вероятно, там же прикупил по паре комплектов термобелья. Так, осталось 30 кредов на счету. Как раз хватило на топорик для хозяйственных нужд.

Тёплая одежда для Мора встала мне в копейку, почти 70 кредов. Всё с натуральных материалов, поэтому вышло дешевле.

Мы успели дважды сходить на охоту. Первый раз вернулись пустые, никого. Следы зверья есть, а их самих нет.

На следующий раз мы углубились в лесополосу и удалось подстрелить олешку, что позволило самим отъесться и заготовить впрок. Я просто нарезал мясо полосками и заморозил, выставив мешок наружу. Ничего продавать не стали, нам самим пригодится в дороге.

Да, мы собрались сваливать из этого захолустья под гордым названием Зелёный – Центр.

Уже два дня у нас в городке формируют караван на юг.

Грузовики внешне напоминают знакомые мне. Только кабины имеют округлую форму и колёса-дутики, огромного размера, приспособленные для бездорожья по снегу. Я сразу как узнал побежал на площадку, где стояли машины и, найдя замещающего карго, купил два билета и место под багаж.

Это обошлось мне в 1050 кредов. Понятно, что Мор со мной. Я это даже не спрашивал у него, и так понятно. За последнее время парнишка привязался ко мне. Когда он понял, что я взял ответственность за него, то буквально прилип ко мне, как к мамочке. Поначалу меня это раздражало, а сейчас привык всё время присматривать за ним, как бы не попал в историю.

Парень хороший, не ленивый. Исполнительный и как у всех немножко аутистов у него получается выполнять мелкую монотонную работу. Но и силёнок у него не меряно. Он мог спокойно поднять вес в 100 кг и даже присесть с ним, и это без всякой подготовки.

Отправление завтра, а сегодня мы заканчиваем сборы. Наша новая тележка плотно забита всем накопленным здесь. Тут и разборный небольшой мангал и старый сварной, тут инструмент и припасы. На себе понесём только рюкзаки с самым необходимым. Последними я уторкал в багаж два ящичка с боеприпасами. Выкупил в магазине остатки, больше у него нет. Поэтому несмотря на дороговизну я выложил три сотни кредов за полторы тысячи патронов. Уверен, что такие там наверху будут продавать в десять раз дешевле, но выбора то нет. Патроны я упаковал в непромокаемую ткань и убрал в серёдку. В рюкзаке пристроена сотня на первое время.

В отличии от Мора я спал плохо. Предстоящая дорога заставляла меня судорожно подрываться, я переживал, что-то забуду нечто важное.

Утром встали рано, в темноте. Разогрел нечто похожее на чай из местных трав, с трудом затолкал в рот бутерброд. Прожевал и посмотрел на напарника.

Мор улыбается и добивает второй сэндвич с мясом. Лицо беззаботное, только пасёт мои эмоции.

– Ладно, дружище, посидим на дорожку.

Сели и тут же встали, я подобрал у двери свёрток с едой на первое время и сунул его в своё рюкзак. Тот уже раздулся как шарик, ни ничего, тут недалеко топать.

По снежку Мор пёр с тачкой как трактор. Подойдя к площадке, где загружались грузовики, он только разогрелся.

Неулыбчивый старший конвой показал нам место в предпоследнем грузовике. Там стояли в кузове по деревянной лавке вдоль обоих бортов. Довольно неудобно сидеть. Я занял места ближе к кабине, всё меньше дуть будет. Нашу тележку загрузили в грузовик, идущий последним, он чисто грузовой. Всего пять машин. Кроме нас залезли ещё семь человек. В принципе мы разместились свободно.

Не было слышно звука заведённого двигателя, машина просто дёрнулась и поехала. Значить стоят электродвигателя, а зарядка наверняка сменой топливных картриджей.

Благодаря хорошей подвеске и большим колёсам, а также снежному покрытию зимника нас почти не трясло. Мы как-то подложили под задницу и спину мягкие вещи и даже смогли уснуть.

Остановка ближе к обеду заставила нас быстро спрыгнуть вниз и сбегать к кустику. Местность немного изменилась, стала более холмистая и появились высокие деревья, покрытые хвоей. Я даже подошёл и потёр пальцами иголки. Да, знакомый запах.

Размяв ноги, мы вернулись и сразу караван тронулся. Наши попутчики тихо переговаривались, кто-то проголодался и начал обедать. Ну, самоподогревающимися пайками нас не удивишь. У меня припасено 30 штук на всякий пожарный. Они имеют очень слабый запах и такой же вкус.

Мне доводилось пробовать офицерские пайки. Те да, вполне съедобны. В них даже входит нечто вроде фруктового джема.

А то, что едят наши попутчики, не вызывает аппетита.

Заметив, что Мор зашевелил носом я спросил, – Мор, будем обедать?

Ну да, этот всегда готов. Жалко, что нельзя сейчас разогреть мясо. У меня есть таблетки типа сухого спирта. Ну да ладно, полрюкзака сэндвичей забацал, как раз для подобного случая.

Надо было видеть реакцию попутчиков. Они уже успели умять свои пайки и готовились продолжить кемарить. Но разнёсшийся по закрытому кузову запах заставил их любопытно вытянуть шеи.

Да, моего напарника можно выставлять в рекламе моей продукции. Он так аппетитно уминает свой бутерброд, что даже я проникся. Народ злобно сверкнул глазами и надвинул шапки поглубже.

С нами ехали три компании. Они держались обособленно.

Три мужика средних лет и явно объединённых общим делом. Может старатели какие. Потом странная парочка лет. Парнишка молодой, лет двадцать пять. И женщина старше, явно под сорок. Меня заинтересовал их статус. Учитывая современную медицину, она свободно может оказаться парню мамашей или даже бабушкой. Но позже понял, что они именно пара. Парень втихаря тискал тётку, шаря у нее под курткой, а она улыбалась и отталкивала его руку.

Ещё одна парочка была мне более понятна. Пожилой мужик с пацанчиком лет десяти. Дед он ему или сопровождающий – не важно.

Но когда пацан подсел к нам с любопытством посмотрел на то, как остатки исчезают в моём рту, я отломил кусочек и протянул ему.

Понравилось, что тот взял вежливо, поблагодарил и осторожно попробовал языком. Распробовав, быстро проглотил, что вызвало у меня улыбку. Это от того, что у мальчика была при этом забавная мордашка. А потом я не общался здесь с малышами. Очень их мало здесь, видел издалека. А тут любопытный ребёнок задаёт такие же вопросы.

После вопроса мальчика, – а что он ел, – я перехватил настороженный взгляд его сопровождающего. Тот, заметив мой взгляд, подсел к нам:

– Вы извините внука, он ещё маленький. Даник, иди ко мне.

Так как ехать ещё долго, а при этом ещё и скучно, у нас завязался разговор. То, что ребёнка зовут Дан, я понял, а вот его дед представился Нисоном. Они возвращаются домой, где мужчина и проживает.

Потихоньку мы разговорились. Оказывается, на севере есть небольшой космопорт с техническими комплексами, где работали родители Даника. Там произошла производственная авария и ребёнок остался сиротой. Пожилому мужчине, которому оказывается почти две сотни лет, и который жил один, пришлось переться за тысячу километров за внучком.

Чем он толком занимался я не понял, что-то техническое. О себе я рассказывал только то, что связанно с планетой. Да и так понятно, что я зэк и попал сюда не по собственной воле.

Вообще на планете четыре категории населения. Кроме зэков и сотрудников корпорации имеются хуманы, которые оказались на планете в различные периоды, то есть ранние колонисты, которые, по сути, свободные люди, а фактически живут в тех же условиях что и мы, разве что не имеют вживлённого чипа. А ещё есть аборигены, этих я видел несколько раз, но только издалека. По телосложению похожи на нас, но поговаривают, что физические отличия имеются. Если все, включая старых колонистов говорят на общем языке, то аборигены имеют свой уникальный. Что отличает их от остальных, это то, что они даже в приличные морозы спокойно расхаживают в лёгкой одежде.

На ночёвку остановились, съехав в небольшой распадок. Караванщики привычно расставили машины в линию, а сами быстро поставили настоящую юрту. Ну это была палатка из плотной ткани приличного размера на приличную компанию. Я сразу начал мечтать о такой. Нам же спать придётся в кузове машины в спальниках.

Я отправил Мора с топориком за дровами. Не знаю, чем ужинали караванщики в своей юрте, мужское трио испарилось, вполне вероятно присоединились к караванщикам. Разновозрастная парочка уединилась в нашем кузове, видимо парнишке невтерпёж, а Нисон с внучком с интересом смотрит как я развожу огонь. Привычно поставив щепки шалашиком, я внутрь положил таблетку с горючим. Зажигалок как таковых тут нет, но мне повезло купить фонарик с опцией воспламенения. Вот этой функцией я и пользовался.

Вскоре ярко разгорелся костёр, я подложил крупные сучья и начал готовить мясо к жарке.

Достав стационарный мангал из кузова, я поставил его на ножки. Использовав металлический совок как лопатку, я нагрёб углей и заполнил на треть мангал. Теперь за костёр отвечал Мор с Даником, он нам нужен чисто для сугреву и антуража.

Собственно мясо заморожено, я кинул шматы оленины, сразу пошёл духан, заставивший караванщиков высунуть из юрты носы.

Ну я где-то так и предполагал, когда я перевернул стейки и посыпал специями, народ потянулся к костру. Вылезли все. Я так понял, что караванщики вместе с частью пассажиров, коих насчитывалось дюжина, бухали в палатке под стандартные пайки.

Пришлось угощать народ и мои запасы мяса исчезли. Если честно, то я рассчитывал продержаться на них трое суток, на весь период дороги.

Но не получилось, мужики как с голодного края, сожрали всё.

Правда при этом угостили нас чем крепким, типа настойки на травах.

В итоге мы как в пионерском лагере сидели вокруг жарко горевшего костра. Расходились, когда дрова прогорели и раздались звуки собравшегося на праздник зверья.

Я дёрнулся на рык хищника, забыв, что ружьё осталось в кузове. Но старший караванщик успокаивающе махнул рукой. По его команде помощник вынес и установил, воткнув в снег, несколько палок. Оказалось, что это охранная система, отпугивающая хищников излучением в неком диапазоне. Классная вещь, мне бы пригодилась.

На следующий день мы остановились на ночёвку раньше. Всем так понравилось вчерашнее, что решили повторить. И, пока народ собирал сухие сучья, я отправился с Мором на охоту. Места пошли лесистые, пришлось пробираться по глубокому снегу. Мне удалось сбить несколько крупных птиц, тира глухаря, и уконтропупить крупного грызуна, килограмм на двадцать.

Эту добычу мы и доставили в лагерь.

– Не, народ, так не пойдёт. Мы принесли добычу, мы её чистим, и мы же готовим. А что от вас?

Моё возмущение тем, что народ собрался к вечеринке, все такие благостные, а мы в пене и в мыле должны на всех готовить.

В результате нам на бедность скинулись полторы сотни кредитов. Ну хоть так, всё не обидно.

Следующая остановка через час. Часть пассажиров уже сошли в населённых пунктах. Скоро нас покинут Нисон с Даником. А нам пилить до выбранного поселения почти 18 часов.

На прощание Нисон сказал, – ну, рады были с вами познакомиться. Даник прямо расцвёл, а то ехал погасший. Удачи вам в новом месте.

Подумав, добавил, – а может к нам? У нас неплохо, люди хорошие. Вон у меня домина в два этажа, а живу один. Вам-то какая разница, где кости кинуть?

Хм, в принципе поселение я выбирал, основываясь на близости к берегу океана. А по большому счёту всё равно.

– Не знаю, Нисон. А женщины у вас в деревне есть?

В результате наш багаж скинули с борта грузовика и караван, шелестя покрышками по снегу унёсся дальше.

А мы вчетвером остались на снежной равнине. Метрах в четырёхстах от дороги ограда населённого пункта и мы, подхватив пожитки попёрлись навстречу новому счастью.

Что мне сразу понравилось, что несколько улочек деревни застроены привычными мне избами. Никакого пенобетона с его непритязательностью и обезличенностью. Настоящие избы, срубленные из местных пород деревьев. Окна, закрывающиеся ставнями. Крылечки, под которыми устроены погреба.

У нашего хозяина прям хоромы. Большой дом в два этажа. Нам с Мором отвели комнату на первом этаже. Там расположена столовая с синтезатором, пару комнатушек хозяйственного назначения и, видимо, гостевая комната.

Две складывающиеся кровати, вдоль стен и одёжный шкаф. Всё функционально и просто. Комната три на четыре практически пустая. Санузел в отдельном помещений. Из удобств бытовой утилизатор.

Спали отлично, выспались. В доме тишина, пока умылись появился вездесущий Даник и позвал нас завтракать. Нисон в комбинезоне чёрного цвета угостил нам напитком с фруктовым вкусом и кашей с кусочками растительного происхождения. В принципе очень вкусно, похоже на рисовую кажу с мёдом.

Хозяин дома сослался на необходимость работать и ушёл в свою мастерскую.

А Даник с удовольствием согласился показать нам поселение.

А что, мне нравится. Здесь центральная улица, состоящая из нескольких десятков домов, пересекается тремя поменьше. Вокруг поселения невысокий забор из сетки под напряжением. Это чисто от зверья. В центре посёлка три здания типичной структуры из пенобетона. Наверное администрация. Людей не много, встреченные здоровались, что непривычно. В городе Зелёный – Центр прохожие отворачивались при встрече, а тут мы тоже раскланивались.

Что примечательно, попадается и женский пол. Заметны и бегающие детишки. Одеваются по-разному, но больше в одежду ручного изготовления. Сделав круг по посёлку, мы вернулись.

От нечего делать я зашёл в мастерскую Нисона. Я догадывался, что он и старых колонистов. Только у них стоят нейросети. Вот и сейчас он с помощью ремонтного дроида курочил некий агрегат размером со стиральную машину.

– А, привет, как прогулялись? – мужчина оторвался от увлекательного занятия – чтения некого талмуда. Пока робот трудился, посверкивая сваркой, Нисон лениво перелистывал некий технический справочник. Редкое зрелище, здесь книги в бумажном виде сохранились только в медвежьих углах, подобно этому.

– Нормально, вот зашёл узнать, а как у вас с охотой?

Мужчина с хитринкой посмотрел на меня, – не терпится опробовать своё ружьё?

– У нас есть трапперы, добывающие редкие органы некоторых животных, которые охотно покупает корпорация. Но для пропитания мясо не добывается. От тебя я узнал, что это неплохая мысль. Есть у нас установка, где туши перерабатываются в картриджи для синтезаторов. Но так в живую – нет.

На следующий день мы с Мором попёрлись в лес. Решили прогуляться, заодно проверить, как тут с живностью.

Мы шли, подыскивая места, где снега поменьше. Периодически проваливались в скрытые снегом ложбинки. На чистом снегу многочисленные следы животных. На ветках деревьев заметил мелких животных. Видел и пернатых. Деревья в основном вечнозелёные типа наших сосен. Только без шишек и нет смолистого кожуха вокруг ствола.

Так и вернулись без добычи, а вечером я подумал о том, что сегодня видел массу следов на снегу и нам не помешали бы силки и капканы.

На третий день нам повезло завалить крупное животное с короткой шерстью. Длинные ноги уверенно несли его по снегу, когда я заметил эту тушу на прогалине, то сразу сделал знак Мору замереть. Он по сложению похож на лопоухого бычка с длинными конечностями.

Две пули в корпус и в район шеи заставили животной рвануть в сторону леса. Мощные конечности взбили снег до состояния пыли. В этом облаке он и двигался, только с каждым мгновением всё медленнее.

– Пошли, – мы с Мором не торопясь, выжидая, когда животное затихнет, направились к жертве.

Да, в этом гиганте не меньше полутоны.

– Мор, дуй в посёлок и попроси Нисона подъехать к нам на его грузовичке.

Парень кивнул и решительно направился в сторону деревни. Я же остался один на едине с большим куском мяса.

Так, придётся разделывать на месте. К сожалению, у Нисона небольшой грузовичок с кузовом. Был бы подъёмник, можно было бы погрузить и спокойно в комфортных условиях разделать.

Блин, в следующий раз надо взять запасной комбинезон из легко моющейся ткани. Пришлось скидывать полушубок и начать грязную работу.

Хорошо, что Нисон догадался взять специальные герметичные мешки. В них я засунул всё срезанное мясо, оставил только кости.

Учитывая температуру на улице, мне не составило труда заморозить добытое мясо. А когда я поставил в углу участка большой мангал и начал разжигать огонь, то подтянулся Даник с соседним пацаном и Нисон с товарищем.

Вечер удался, Нисон заставил свой синтезатор выдать нам лепёшки подходящего вкуса. Он смог также заставить устаревший агрегат разродиться неким пойлом с хорошим градусом. Напомнило мне по вкусу итальянскую граппу. На столе сильно не хватало солений и простейших салатиков, но ужин удался.

Так пошла наша жизнь, я примелькался в деревеньке, уже познакомился с большинством жителей, коих наберётся почти две сотни. Пять десятков дворов, в семье в среднем два ребёнка. Большая часть из старожилов, но есть и такие же, как я.

Основная часть жителей занята в разработках некого минерала, который добывают в двадцати километрах от нас. Приходит транспорт и забирает рабочих, вечером возвращает.

Остиальные занимаются натуральным хозяйством и обслуживают поселение. У людей имеются огороды, где выращивают овощи. Есть несколько человек, которых кормит лес. Они собирают местные растения и ягоды, в основном для сдачи корпорации. Есть разновидность мха, который растёт только в этих местах. Его собирают весь летний период.

Имеются несколько предприятий малого бизнеса. К ним можно отнести универсальную мастерскую Нисона. Имелся общественный центр, где одна предприимчивая парочка организовала нечто вроде кафе. Там стоял неплохой синтезатор, играл музыкальный автомат, и пришедшие могли скоротать вечер в приятной компании.

Нисон нас тоже привёл туда. Оказывается, три бетонных здания в центре – это администрация, складской центр и третье – досуговый центр.

Здесь имелась игровая комната для детишек, вечно закрытый медпункт и большой зал с расставленными столами. По вечерам центр работал через день, просто люди не приходили каждый вечер.

Я попросил Нисона познакомить меня с местным начальством, оказалось он старый товарищ Нисона, они вместе подымали этот посёлок.

Это как в фильме «Кавказская пленница», весь посёлок собрался тут. И мэр, и прокурор, и судья.

Мэр оказался шустрым живчиком с плешью на голове. Лысину здесь редко увидишь, в медкапсуле лечится как насморк. Но на этой планете всё натурально. В принципе мэр положительно отнёсся к моему предложению, чтобы я готовил натуральное мясо желающим. Оказалось, что он старый товарищ Нисона и они вместе подымали это поселение.

– Не знаю, я не против, договорись только с нашей Сами.

Нисон сидит за одним столиком с мэром, которого звали Дарел. Тот выслушав мою речь, даже не стал узнавать подробности. Типа ему бара-бир, разбирайтесь сами. Семейная пара арендует часть здания и администрацию всё устраивает.

А это значить, что мне придётся поиметь удовольствие общаться с экспрессивной дамой.

Местные же халдеи оказались категорически против. В этой паре главная конечно жена. Сами – крупная и решительная женщина, от её фигуры веет этакой эпической угрозой. Она в теле, но это не портит общее впечатление. Женщина быстро перемещается по залу, покачивая округлостями и выпуклостями, заставляя обращать на себя внимание. Впечатление немного портит язвительное выражение лица. Ейный супруг на полголовы ниже и рядом с нею смотрится сынком. Субтильного телосложения, он ловко перемещается между столиками и производит впечатление классического «чего изволите».

Через день я уже был готов к бою. Во дворике за общественным центром разложил мангал и пару столиков. Потешно смотреть как Мор со своей шайбой вырядился в белый фартук и строит из себя официанта.

Мне даже стараться не надо было, запах мяса быстро проник в помещение и потянулись любопытные. Первый вечер я решил поработать бесплатно в качестве подарка общине. Сами пару раз высунула нос, окинула меня злющим взглядом и убралась внутрь, а народ продолжал любопытствовать, жадно вдыхая мясной аромат. Вскоре мясо закончилось и те, кто подтянулся попозже, обиженно узнавали, что они пролетели.

Я сказал, что послезавтра будет продолжение, но уже не бесплатно.

А в конце дня у нас были разборки. Меня решительно зажала в угол туша в центнер весом и прессуя мягкими выпуклостями стала склонять к поражению. Я же робко сопротивлялся, но эта зараза ещё включила женскую составляющую, заставившую меня вспомнить, что я всё-таки мужчина и у меня давно не было секса.

Но, надо отдать должное моей стойкости, мне удалось выдавить предложение встретиться завтра в любое устривавшее её время.

Я не удивился, что та согласилась поговорить, а мужа на стрелку не позвала.

Пока тот делал вид, что протирает столики, мы устроились за одним столом.

– Ну, юноша, ты решил порадовать тётю Сами хорошими новостями? Ты наконец-то надумал свалить с нашего поселения?

Хм, женщине на первый взгляд под сороковник, лицо с крупными чертами и глубоко посаженными глазами. Смотрит в упор, пытаясь смутить меня. При этом использует женский арсенал. На ней комбинезон в обтяжку, поэтому округлые формы выставлены наружу. Роскошная грудь видимо предмет её гордости, потому что она периодически поправляет причёску и грудь тяжело колышется при каждом движении.

Если бы мне было в самом деле двадцать пять, да ещё без опыта общения с женщинами, может я бы и повёлся на это оружие крупного калибра.

Я же не торопился отвечать, плотоядно обвёл взглядом её главный калибр, попытался взглядом проникнуть сквозь материю комбинезона. Не достигнув в этом успеха обратил внимание на её лицо.

В принципе тётка интересная, когда идёт, две половинки задницы описывают сложные фигуры, притягивая внимание. Или же я совсем оголодал, или она в принципе ничего, вполне.

Если не обращать внимание на тяжёлый взгляд, до лицо довольно симпатичное. Полные губы в принципе шепчут и обещают, а ещё шея и открытая часть груди призывают полюбоваться на белоснежную и чистую кожу. Я и раньше замечал, что у полных кожа, как правила чистая и бархатистая на ощупь. Интересно, а у неё какая?

Видимо что-то пошло не по её плану, потому что Сами отвела первой взгляд, чуть покраснела и сердито буркнула, – ну чего звал? Сидишь тут, молчишь, а у меня работы много.

Можно подумать, какая работа? Перезарядить при необходимости картриджи в пищевом синтезаторе, протереть столики, выкинуть мусор в утилизатор и проверить, как бестолковый муж закрыл наружную дверь по окончанию работы.

– Да я, уважаемая, хотел с Вами посоветоваться. Я молодой, опыта шыш-на -пыш, а Вы давно работаете в сфере питания. У меня к вам деловое предложение.

Вот, нестандартный подход. Дама ожидает наезда или оправданий, а тут непонятные речи от молодого парня. Она удивлена и немого заинтригована. А удивить, значить почти победить.

– Сами, вот сколько вы с мужем подымаете за вечер в этом месте? – и я окинул взглядом зал.

– А тебе какое дело, приехал тут понимаешь и лезет на готовое.

Отлично, вот она и озвучила свои претензии. Значить можно ходить с козыря.

– Конечно, я не собираюсь вам мешать. Но прошу, уважаемая, послушайте, что я предлагаю.

Женщина сделала вид, что это с её стороны невиданная жертва, тяжело вздохнула и поудобнее устроилась на стуле.

Её муженёк закончился убираться и опасливо глянув в нашу сторону, поспешил исчезнуть с горизонта. Какой-то он зашуганный.

– Смотри, Сами, – перешёл я на простой язык, устанавливая между нами более доверительные отношения, при этом придвинулся к неё ближе.

– Сейчас часть жителей вашего посёлка заходят к вам посидеть вечерок. Приходят семьями, заказывают порцию с синтезатора. Некоторые берут алкоголь и сидят со стаканчиком весь вечер. Я заметил, что вы открыты по нечётным числам и в среднем приходят пар 20–25. Это даёт вам определённую прибыль и вы довольны.

– Ну, так к чему ты ведёшь? – женщина не отодвигается от меня и перестала злобно сверлить у меня во лбу дырку.

– Можно реально быстро заставить приходить как минимум половину населения и оставлять здесь не 3 кредита с человека, а 10–15.

– И что для этого нужно?

В течение получаса я рассказал свои задумки. На первый взгляд мороки много, но если вдуматься, то вполне реально, тем более, что большая часть падает на мои плечи.

– Ну допустим, – наконец отмерла кабатчица, теперь она смотрит на меня иначе. Взгляд стал хитрый, наверняка хочет облапошить.

– Пополам, прибыль 50 на 50.

– Нет, – жёстко ответила та.

– Мы тут уже семь лет работаем, нас люди знают. А ты тут проезжий.

– Ну и что, в основном то нагрузка ляжет на меня, вам останется только денежки складывать в карман.

– Ну не знаю.

– Дорогуша, а чего тут знать. Вкладываться придётся мне, вам никакого риску. Поработаем месяц, не получится – разбегаемся.

В итоге мы заключили пока полюбовное соглашение. Я выбил себе неделю на подготовку, затем мы попытаемся изменить на хрен это болото.

А вот утром я сидел, подсчитывая бабки и горестно вздыхал. Верный Мор сидел обнявши Даника за плечи и мне сопереживал.

Чистая душа, чувствует, что я в замешательстве, пытается помочь, но не знает как.

Я сам наобещал женщине, что всё беру на себя, ну кроме облагораживания угла зала, где мы планируем бар.

В чём смысл моих новшеств – люди будут по-прежнему приходить в столовую, поужинать. В их распоряжении еда из синтезатора, а он довольно устаревший и выдаёт довольно посредственное питание.

А мы в углу оборудуем бар. Там будут другие столы и стулья, более удобные для еды и отдыха. У нас будет висеть галовизор и крутить музыку или сериалы допустим.

Еда только натуральная, барбекю обеспечиваю я. Должно быть в меню пара – тройка видов мяса, а также овощи и гарнир. Кроме единственного пятидесятиградусного пойла с синтезатора, напоминающего разведённый спирт, у нас будет небольшой выбор более качественных напитков. И главное – это отношение. В баре будет симпатичная девочка – официантка, приносящая заказанное на настоящих керамических тарелках. Вместо одноразовых ножей и вилок у нас будут качественная посуда.

Понимаю, что придётся затратиться, но мне кажется, что народ с удовольствием будет к нам приходить. Хотя иди-знай местных, может им в кайф жрать синтезированную пищу пластиковыми ложками, сидя на жёстких табуретках.

Когда Нисон вернулся с работы, я решил посоветоваться с ним. Рассказал ему свои задумки и спросил, будут ли заинтересованы люди в новом формате.

Немолодой мужчина неторопливо доел свой стандартный ужин, состоящий из каши с кусочками розоватых соплей, что выдал ему синтезатор.

– Послушай Дим, – это местный вариант моего полного имени Дмитрий, – а зачем тебе эти сложности? Народ приходит только перекусить, не каждый в состоянии оставить на пару 20–30 монет. Ты только потратишь свои накопления и останешься с пустыми карманами. Лучше подзаработай на охоте и выкупи у меня мой грузовичок.

Да, Нисон знает, что я не ровно дышу к его транспортному средству. Очень удачная модель. Двухрядная кабина, свободно вмещающая четырёх человек и кузов, грузоподъёмность тонны полторы. Уникальная система подкачки колёс позволяет на ходу менять давление в них, а значить и площадь контакта с поверхностью, отсюда повышенная проходимость. Машинка неплохо гребёт по рыхлому снегу, в грязи тоже не спасует. Вот только дороговато Нисон просит, 7500 кредов. А у меня чуть больше 1500 имеется.

Пришлось мне доказывать приютившему меня хозяину, что я всё продумал. От него многое зависело в моём плане.

Убедить не убедил, но тот тоскливо глянул, как Мор играется с его внучком и со вздохом произнёс, – Дим, я тебе помогу, без проблем, но подумай лучше о моём предложении.

Да я бы за, имея такой грузовичок, моя мобильность возрастёт и я смогу снабжать близлежащие поселения мясом. Но идея быстрого финансового подъёма захватила меня.

В итоге с утра дед взял меня с собой в мастерскую.

Перво-наперво нам нужна мебель, я планирую пока ограничиться десятком столов и по четыре стула к каждому. Вот этим мы и занялись. Нисон опять горестно вздохнул и начал изучать мои каракули.

Надо отдать ему должное, если он взялся, то дальше уже не капризничал.

Мастер, ей богу мастер. У Нисона два дроида, технический и ремонтник. Технарь имеет небольшие габариты, как крупная собака. Он заточен на диагностику и ремонт приборов. Ремонтник в три раза выше и его задача, более габаритные узлы. У него нет искина, как у технаря и Нисон работает, беря его под прямое управление. Зато, не имея возможности протестировать узел, этот дроид имеет два мощных манипулятора и серьёзный сварочный агрегат. Ведь этот парень создан для ремонта небольших судов в космосе и способен латать дыры.

Вот этот дроид и нарезал на нужные мне заготовки части трубчатых конструкций. Унисона в отдельном сарае свалена масса железа, остатки искорёженных деталей и коммуникаций.

Через три часа на улице стояли сваренные каркасы столов и стульев.

– Сегодня сходим в одно место, договоримся с плотником.

Плотником оказался совсем молодой парень, он сходу вник в требуемое и выдал цену, – плати 170 монет, и я сам соберу твоё барахло. Могу даже покрасить железо в жёлтый цвет. Другого извини нет, осталось немного от знакомого.

Так, Нисон с меня денги брать отказался, а плотник подрядился подготовить столешницы из местной породы деревьев типа бука. Из этого же материала сидушки и спинки стульев.

Для цивилизованного мира это невиданная роскошь – мебель из натуральных материалов. Например в нашем общественном центре она вс пластиковая. Но в этих места, в глухом лесу, проблема легко решается специализированными дроидами.

Плотник обещался через три дня закончить.

На следующий день Нисон сварил мне два мангала одинакового размера. Мои старые тут не подойдут. Мне придётся одновременно готовить на несколько десятков человек, при чём разное мясо. Я знаю, о чём говорю.

К мангалам естественно решётки и даже шампура, может кто закажет шашлык.

Осталось самое трудное, об этом я решил поговорить с Нисоном.

– Тебе нужен галовизор без подключения к галонету, по которому ты будешь крутить музыку и фильмы?

– Ну да, я вот думаю, может заказать караванщикам в городе кристаллы памяти с развлекательными каналами. Там-то у корпорантов есть галонет и можно купить такие записи.

Убедившись, что он меня правильно понял, дед поднялся на второй этаж. Его долго не было, затем он вернулся с коробкой.

– Вот, от дочки осталось. Покупал ей, когда она маленькой была покупал.

В коробке устройство, похожее на ноут с небольшим экраном. Похоже на мой планшет, только функционал побогаче.

– К нему кристаллы памяти, там много чего. И видеоклипы и любимые сериалы, разберёшься.

В отдельной коробке тонкие кристаллы, похожие на короткие карандаши.

– А вот галовизора у меня нет, – мужчина ухмыльнулся, – но я знаю у кого он есть. Большая панель, на полстены. Он не исправен, но думаю, что смогу починить. Только парень, тебе придётся за него заплатить.

– Да нет проблем, обрадованно заверил я радушного хозяина.

Нисон мимоходом за один день решил все мои проблемы, осталась ерунда.

Открытие бара произошло поначалу незаметно, просто люди пришли как обычно, а тут потянуло мясным душком с улицы, это я начал жечь угли. Их мне в большом количестве привёз плотник за несчастные 10 кредов. Он даже порезал их как мне надо.

Вот народ и начал интересоваться у Сами, что за огороженный угол и что это за новшества.

А угол у нас вышел примечательный, нечто похожее на барную стойку, где можно посидеть с бокальчиком спиртного и посмотреть здоровенную галопанель, где чередовались видеоклипы и развлекательные передачи. Выбор спиртного пока небогатый, три вкуса. Это по моей идее, Сами настояла спиртягу из синтезатора на местных ягодах.

Столики на четырёх человек с полированными деревянными столешницами смотрелись очень выигрышно по сравнению с пластиковой дешёвой мебелью. Нанять симпатюльку – официантку не получилось. Молоденьких, да ещё симпатичных в деревне мало и тех берегут. Поэтому принарядили Шима, Саминого мужа, и тот как заправский халдей готовился принимать заказы. В меню стейки из косули и кабанчика, это я условно называют животных, похожих внешне и по вкусу на знакомых мне по прежней жизни. Два раза я выходил с Мором на охоту. Нисон переделал нашу тачку, сняв колеса поставил её на полозья. Прикольно было смотреть как высокий и плечистый Мор тащит большие санки. Охота была в общем удачная и я заморозил разделанное мясо. С утра только его мариновал, специи приходиться заказывать у караванщиков.

Первый заказ последовал после того, как пара любителей выпить накатила в баре. Он был щитами отгорожен от основной части. Мужикам понравилась обстановка и запах с улицы, вот они и заказали по стейку. За вечер я приготовил половину принесённого мяса. Если честно, рассчитывал, что народ сметёт всё.

В конце рабочего дня сели в уголке с Сами и прикидывали.

– Сами, а давай немного понизим цены. Пусть народ привыкнет, сегодня говоришь, многие приходили посидеть в баре, за столы не садились и уходили? Надо народ приучить, что бар – это круто. И кстати, я всё мясо пожарил, можешь забрать с собой часть. Угости там подружек, думаю они оценят.

По итогам первого дня мы много не заработали, вернее это копейки по сравнению с расходами, что я понёс. Но это ведь только начало.

Решили назавтра тоже работать, будем открыты каждый.

Нисона я обрадовал ещё тёплыми стейками, парочку он умял. Мора упрашивать не нужно было, а маленькому Данику я порезал ножом на кусочки.

Да, вот ещё не дошли руки до керамических тарелок и удобного инструмента. Есть варианты заказать на стороне, но это будет небыстро и недёшево – индивидуальный заказ.

На следующий день было немного пооживлённее. Я заглянул внутрь, пять столиков оккупировали несколько семейств и похоже им нравилась обстановка, негромкая музыка и моя кухня.

Лиха беда- начало, в добрый путь. А меня поддерживали Мор и Даник. Они активно мне помогали, ну это им так казалось, а больше мешали. Несмотря на морозец, у мангалов тепло, я работал в комбинезоне. Периодически мы заходили внутрь, Шим передавал мне заявки и пошебуршив угли кидал на решётку пласты мяса. Весь смысл в том, что пища подаётся с пылу – жару. Остывшее и разогретое не так вкусно.

Прожорливый Мор навострился жарить для себя и друга кусочки и это им дико нравится. А когда Сами вынесла им попить, они с довольными рожами сидели на перевёрнутых ящиках.

Вот кто счастлив, жизнь прекрасна, не надо думать о завтрашнем дне.

Перелом наступил, когда к нам заехал караван. Не знаю, откуда они прознали о новом кафе, думаю наш мэр подсуетился. Но толпа в три десятка проезжающих вместе с караванщиками быстро смели заготовленное мною мясо.

Старший каравана сказал, что они могут периодически сворачивать к нам на ночёвку. Ему не трудно так подгадать, чтобы оказаться поблизости в вечернее время.

– Тогда тебе и ещё двум твоим приятелям еда бесплатно, за выпивку придётся заплатить.

Поскрипев мозгами он согласно кивнул. Пассажиры рассосались по избам, задолбало спать в кузове, мне это знакомо.

На следующий день я сделал перерыв, чтобы запастить свежей дичиной. Так Сами сказала, что народ был очень недоволен. Пришлось пообещать исправиться. Собственно мы с Мором вернулись к обеду, просто я решил дать себе отдых, задолбало возвращаться поздно домой.

После прибытия второго каравана наши стали проявлять беспокойство. Те занимали три четверти мест и местным не стало хватать мест. Пришлось добавлять простые стулья.

Постепенно работа нашего кафе вошла в долгожданный ритм. Мы поняли в какие дни следует ожидать караваны и готовились к их прибытию. Местные стали отводить для них свободные помещения и гости смогли получить полноценный отдых.

В остальные дни нас посещало человек семьдесят. Некоторые приходили с детьми пораньше, были такие, что сидели до закрытия.

Один день в неделю мы устраивали выходной. Невозможно каждый вечер проводить в нашем кафе. И хотя мы вставали довольно поздно и до обеда занимались своими делами, часам к трём надо было начинать разжигать мангалы. Возвращались поздно, основная масса расходилась раньше, многим на работу утром вставать, но были и полуночники, а также влюблённые парочки.

Керамическую посуду в итоге решили не делать, просто заказали более качественную одноразовую. На входе в общественный центр повесили красочную вывеску, где была просто размещена картинка накрытого стола с мясом, сделанная на основании фотографии.

Естественно, у нас было не только мясо. Но это уже заслуга нашей хозяйки. Сами ухитрилась раздобыть местные овощи, которые сохранились с лета и шли как салат. А в качестве гарнира шёл местный горох. Женщина выпекала в духовке лепёшки, которые получались довольно неплохо.

И только через два месяца мы вышли в устойчивый плюс. Наконец-то у меня в кармане зазвенела монета. Прикормленные караванщики и небольшой постоянный доход от местных давали лично мне порядка двух тысяч в месяц. Мои напарники чуть побольше, но у них ещё столовая, за аренду платили пополам. Энергию мы получали от генератора, размещённого в соседнем здании. Вода шла из скважины, насос только подымал её на поверхность. Посудомойки у нас не имелось как класса.

Одноразовая посуда шла в утилизатор, а я свои железки драил специальным раствором. Наш Шим только протирал столы и убирался в зале. Он же играл роль бармена. Сами оформляла с женской тщательностью моё мясо гарниром и овощами, она вела расчёты с клиентами и вообще бдила.

Я был свидетелем сцены, когда троица залётных фраеров, отведав наши яства возмутились дороговизной и попытались не заплатить.

Сцена эпическая, я видел Сами со спины. Она упёрла руки в крутые бока. Дальше я видел только её содрогающееся плечи и потряхивания головы.

Сами била из главных калибров, она буквально нависла над несчастными. Те обречённо внимали её прочувствованной речи, у них не было ни малейшего шанса продержаться против орудийных башен линкора. Очень быстро они расплатились и их жалкие потрёпанные миноноски, поскрипывая побитым такелажем удалились прочь.

Ну, как бы я в напарнице и не сомневался, но всегда приятно убедится в собственной правоте. Что я и высказал женщине.

Мы взяли в привычку поздний ужин. Я оставлял несколько кусочков и мы макая лепёшки в жирный соус делились впечатлениями.

Ейный муженёк, быстро поклевав исчез заканчивать уборку, даже жалко его порой. А мы вальяжно сидели и устало перекидывались фразами.

– Сами, подруга, ну ты сегодня была хороша. Я прямо получил удовольствие.

– Хм, а то. На том стоим, – женщина выпятила главный калибр и убедительно колыхнула им в знак одобрения моей похвалы.

В последнее время она взяла в моду растягивать верхнюю часть комбинезона, приоткрывая белоснежную шею и часть груди. Зараза, ведь приметила, что я реагирую на эту часть её тела и всячески старается загнать меня в комплекс. Обычно ей это не удаётся, но сейчас я устал и расслабился. А ещё мы приняли по паре дринков и мне совсем захорошело. Сами просто расцвела, прямо секс-бомба, чувствую ещё ежели накачу, так просто полезу на неё.

Ощутив, что её чары действуют, дама пересела на соседний стул. Теперь я не могу лицезреть её богатства, зато она касается меня тёплым бедром. А когда она наклонилась ко мне, отреагировав на шутку, её достоинство заколыхалось и я вдохнул запах половозрелой самки.

Чёрт, в штанах вздыбился член, напоминая, что давно бы пора разговеться. Сами шестым чувством поняла, что со мной творится.

Она просто вытянула руку и погладила меня по ноге, легко коснувшись того места, которым я сейчас думал.

– Пойдём ко мне?

Чёрт, я бы многое отдал за ночку с ней, но ведь рядом муженёк, а это как-то не комильфо.

– А супруг не будет против?

– Этот, – и Сами пренебрежительно посмотрела в зал, – это не супруг, так…

Ну если ей «так», то мне тем более «так».

Жила женщина в конце главной улицы, домик поскромнее нашего, одноэтажный.

Дальнейшее прошло как в угаре. Я торопливо тащил женщину в спальню. Она со смехом отбивалась и говорила, что я маньяк.

В результате она меня так зажала в угол, что мне стало трудно дышать.

Зато наконец узнал, как на ощупь её грудь и задница. До кровати мы так и не добрались. Увидев её голой, у меня снесло крышу, завалил на ковёр в спальне и рванул в бой.

Утром я долго всплывал из небытия. Сначала услышал тихий звук, открыв глаза огляделся. Я в кровати, укрытый тёплым одеялом смешного розового цвета. Мне показалось, что запахло съестным и живот тут же свело от голода. Ну да, уже десять утра и сил ночью я отдал немерено. Умотала меня Сами своим роскошным телом. Она тоже похоже сидела на голодном пайке, потому что энтузиазм во время секса проявила неподдельный.

Напялив комбез я вылез из берлоги.

– Милый, а я жду, когда ты встанешь. Вот, завтрак приготовила.

– Ахренеть, нежные булочки с вкуснейшим фруктовым джемом.

Я знал, что Сами печёт и у неё есть самая настоящая духовка, но откуда натуральный джем.

– Откуда, дорогая, такая вкуснятина?

Женщина зарделась, довольная похвалой.

Через час я вышел из её хаты и пошёл домой. Мне казалось, что местные ехидно улыбаются и все знают, где я провёл ночь.

До времени, когда надо было отправляться в наше кафе, я тупо лежал и думал о произошедшем. Заводить любовные связи на работе и среди соседей всегда надо избегать. А Сами ещё и не свободна, муженёк или кто он ей там – недоделанный имеется. Даже не заявился с разборками, чмо.

А вот что делать с Сами, она явно не поймёт меня, если сделаю вид, что ничего не было. Ну на хрена я к ней попёрся, вот что водка с мужиком делает.

А с другой стороны, вспомнив некоторые пикантные моменты ночи, меня сразу скрутил сладостный спазм в паху. Секс с Сами мне понравился, никогда не было у меня женщин такого размера. Но у ней это как-то всё гармонично, вполне аппетитная фигура, а уж сиськи – закачаешься. А что она ими творит, вспомнив один момент я покраснел.

Удивительно, но при встрече, Сами была вся в делах, сегодня ждём караван, она только чуть более обычного мне улыбнулась и растворилась внутри кухни.

Шим, тот для меня вообще загадка, он заискивающе мне улыбнулся и пошёл по своим халдейским делам, протирать бокалы наверное.

Я смотрел, как Мор ловко разжигает огонь и подумал – не, Шим однозначно не любовник. Напарник, возможно слуга, но не любовник. Или я ни хрена не понимаю в бабах.

Да, вот казалось только жизнь заиграет красками и наладится быт, как раз – бац и всё под откос. Я стою перед пятью телами, выложенными в рядок на чистом снегу. Крови почти нет, такое ощущение, что люди прилегли отдохнуть. Вот только выражения лиц у покойников не умиротворённые.

Прошло два месяца после того, как я с Сами стали любовниками. Мы почти открыто встречались не менее пары раз в неделю. Зародившиеся отношения на афишировали, но и не прятались. Народ принял это спокойно, принцип тут такой – сам живи и дай другим. Шим нам не мешал и я так до конца не уяснил его роль в их паре. Жила эта парочка в одном доме, но явно они не являлись сексуальными партнёрами.

Наш совместный бизнес наладился, Нам удалось перетянуть часть караванщиков, двигающихся к южному побережью. Они останавливались в нашей деревушке и в общем местные жители довольны сложившейся ситуацией. Появились пара новых магазинчиков, торгующих всякой мелочью для дороги. Опять-таки не все пассажиры оставались только на ночь, были и желающие зависнуть у нас подольше.

Я же с помощью Дарела, нашего мэра, сумел наладить поставку в три населённых пункта готового мяса. Я готовил мясо косули, кабанчика и рыбу, пойманную в местной речке и запаковав в специальную термоупаковку, развозил по близлежащим деревушкам. У меня появились там постоянные клиенты.

Вот и в тот утро я повёз приготовленное вчера мясо. Торопился успеть к началу работы в нашем кафе. Перемещались мы на грузовичке Нисона, я научился управляться с ним и без всякой нейросети управлял в ручном режиме. Там в принципе всё элементарно, несложная система, включение нескольких тумблеров, ожидание прогрева масляной системы и ходу, знай крути баранку.

Выехали втроём, кроме Мора увязался Даник. Он давно упрашивал меня взять с собой, но дед не соглашался, а сегодня отпустил.

Уже после обеда мы возвращались в поселение, шёл лёгкий снежок, превративший окружающий лес в сказочную картинку.

Я даже не сразу сообразил, что на дороге мы не одни. Местная техника на электромоторах двигается почти бесшумно, только шелест выдают при приближении. Сначала я увидел спереди силуэт приближающего транспорта, тот на приличной скорости двигался мне навстречу. Хорошо, в этом месте зимник широкий и мне удалось принять вправо. Мимо на хорошей скорости, почти на форсаже прошли два грузовика. Я ещё подумал, от кого они убегают?

На въезде в поселение меня встретили неласково, заставили остановиться и выйти. Десяток вооружённых сельчан поведали, что сорок минут назад на поселение напали. Пользуясь эффектом неожиданности, бандиты завалили нашего сторожа на въезде и прорвались на центральную площадь. Пока не ясно, какую цель они преследовали, грабёж или что иное. Но они начали сгонять народ на площадь. Может у них что и получилось бы, но тут они получили по сусалам. На руках у местных имелось кой-какое оружие. Потеряв несколько человек бандиты, прихватив несколько заложников, умчались прочь. А мы заявились когда народ пытался сообразить, что делать.

Хуже всего, что из пятерых погибших, кроме сторожа и незнакомого мужчина близкие мне люди. Это мэр Дарел, Сами и её подельник Шим.

Именно эта троица оказала сопротивление, обстреляв из дух зданий людоловов. Пока бандиты перегруппировались и попытались ворваться в помещения, откуда вёлся огонь, начали подтягиваться вооружённые жители.

Когда напряжённость боя достигла некого предела бандиты решили, что пора сматываться. К сожалению они успели зачистить здание и покончить со стрелявшими. Не думал, что Сами, а тем более Шим способны оказать вооружённое сопротивление в подобных условиях.

Одно дело, дать отпор подвыпившему клиенту, другое – сцепиться с двумя десятками бандитов.

Наши потери пять человек и непонятное пока количество похищенных.

С их стороны семь трупов, я только сейчас заметил небрежно сброшенные в кювет тела.

Мне даже не дали возможности осмыслить смерть подруги.

Нас окружили человек тридцать мужчин, почти все вооружены.

В течение пяти минут выяснили, что захвачено 9 человек. Все женского пола, половина ещё совсем девочки. Родственников захваченных видно сразу, они стоят на особицу и размахивают руками, пытаясь смотивировать остальных на действия.

Подбежавший Нисон обхватил испуганного внука.

Блин, ну хоть с ним поговорить, – Нисон, что делать?

Выяснилось, что ведал самообороной в посёлке погибший мэр, а его заместитель в отъезде. Мнения присутствующих разделились приблизительно пополам, часть настаивала на немедленном преследовании, другие предлагали послать за помощью.

– Да там же дети совсем, эти изверги продадут их на юг в рабство, – надрывалась полуодетая женщина, видимо родственница.

– Тихо, кто знает, сколько осталось бандитов?

Через минуту выяснений оказалось, что их ушёл десяток, не больше. Они же рассчитывали на большое количество полона. С ними на двух грузовиках девять женщин.

– Ясно, мужики, чем они были вооружены?

Выяснилось, что было несколько огнестрелов типа моего и игольники.

Именно последние и нанесли нам потери, убитые с нашей стороны пали от этого оружия.

Ладно, потом буду думать, как они смогли обойти блокировку на игольниках.

Выяснилось, что кроме грузовичка Нисона в посёлке имеются ещё три подобных лайбы разной степени изношенности.

В принципе я могу взять троих в кабину и ещё четверых в кузов.

То есть теоретически мы можем выставить до двадцать пяти человек, двое против одного. Неплохо.

А через десять минут мы уже выскочили на зимник в северном направлении, я ехал замыкающим, со мной в кабине четверо, тесно, но желающих морозить сопли в открытом кузове не нашлось.

Нисон ехать отказался, он вцепился в мальчонку, – Дим, если хочешь, езжай, бери мою машину. А я останусь с внуком. Если я погибну, куда он пойдёт, кому он будет нужен, у нас больше нет родственников.

Я посмотрел на пожилого мужчину и похлопал по плечу, – нет проблем, мы скоро вернёмся, присмотри за Мором.

Пока ехали, я узнал, что среди бандитов нет старожилов, которые бы имели нейросети. На вопрос, а как они обошли блокировку на игольниках, мне пояснили, что есть спецы, срезающие панельку управления. Игольник при этом теряет часть своих функций, становится невозможно привязать оружие к конкретному пользователю, не получится использовать баллистический блок и выбирать тип боеприпасов. То есть по умолчанию выставляется, допустим, разрывной боеприпас и всё.

Мужики, сидящие рядом пояснили, что эти подонки ударили по самому больному. Детей и так мало, а девчонок и молодых женщин половозрелого возраста и подавно. Они пользуются повышенным спросом на южном континенте. За молодую девчонку можно выручить сумму, достаточную для покупки скромного домика в городе здесь на севере.

На мой вопрос, куда стремятся бандиты и что впереди – я получил следующий ответ, – смотри, Дим, километров в ста от нас посёлок, поболее нашего будет. Но туда сообщили о нападении, значить будет заслон на дороге. Возможно они вышлют нам навстречу помощь.

– Не, это вряд ли, – перебил другой.

– Никто на ночь глядя в непогоду не выедет из посёлка.

А лёгкий снежок действительно превратился в небольшую пока метель. Поднялся ветер и видимость упала до тридцати метров.

– По такой погоде надо смотреть в оба, если они съедут с дороги, мы их потом не найдём.

Мне приходится напрягать глаза, спина ноет от напряжения. Я стараюсь не отстать от уходящих на хорошей скорости машин.

– Стой, стой, – заголосил с заднего сиденья молодой парень, – смотрите.

Чёрт, я сдал задним ходом, вправо с трассы видно припорошённую снегом колею. Гарантии нет, что это наши враги, но с другой стороны колея совсем свежая, полчаса, не более.

– У кого есть связь с нашими?

Охренительная ситуация, бесполезно моргать фарами, машины исчезли в мутной взвеси снега и связи у нас с колонной нет. Они конечно сообразят, что мы отстали, мало ли, может поломка. Но вряд ли быстро вернуться, они другим заняты.

– Ну, мужики, чего делать-то. Ещё минут десять и заметёт след-то. Потом искать бесполезно будет.

Мужики переглядываются, среди них только один интересант, у него дочь похитили. Остальные как я, добровольцы.

– Ну, не знаю, как вы, а я бы рискнул. Нас пятеро и нашей стороне фактор неожиданности.

– Да, а положат там всех, я же простой рабочий на руднике, погрузчиком управляю. Вояки из нас ещё те.

– Не ссы, я немножко воевал, попусту рисковать не будем.

Это моё заявление решило исход голосования. За руль сел другой, а я пассажиром. Если чего сподручнее будет выскочить из машины.

Наш пикап пока уверенно едет по чужой колее. Мы всматриваемся в непогоду, пытаясь увидеть задние габаритные огни грузовиков. Через десять минут колея стала более рыхлая и мотор начал подвывать. Самое худшее сейчас, это закопаться в снег.

Ну вот, накаркал, мы сели по самое брюхо. Теперь надо пытаться откопаться, грузовики то повыше клиренс имеют, а мы сели.

Мужики начали остервенело отбрасывать снег подручными предметами из-под днища. Я же согревшись, помахав доской, отошёл отлить.

Показалось что ли, – эй, погаси фары, слышь.

Это я крикнул водиле. Мне почудился отблеск света метрах впереди.

Оставив остальных я взял молодого и глазастого парнишку и мы, проваливаясь в снег, пошли вперёд.

Интересно, стоит знакомая машина, похоже тоже застряли, но почему одна.

– Парень, дуй за нашими, веди сюда. Но осторожно, чтобы вас не заметили. Парень побежал, неуклюже вскидывая ноги назад.

Так, банда разделилась или первая машина бросила отставшую. Вопрос только сколько бандитов и сколько пленников. Я вижу троих, они пока бестолково мечутся и пытаются руками отгребать снег от завязших колёс.

Через десять минут тяжело плюхнулись рядом остальные мои соратники.

Вскоре выяснилось, что бандосов четверо, по-крайней мере больше не замечено. Может кто в кабине остался.

Я оглянулся, да, вояки из моих крутые, судя по испуганным мордам и то, как они держат оружие. У молодого вообще в руке станнер, похожий на игрушечный пластиковый пистолет. Это нелетальное оружие, способное с расстояния 5–10 метров парализовать пару человек на время до получаса, в зависимости от модификации. У двоих я вижу некие огнестрельные ружбайки, интересно, умеют ли они ими пользоваться. Последний крепко сжимает импульсник, стреляющий энергетическими сгустками. Прожигают с тридцати метров лёгкую броню, а бездоспешных впечатлит и с сотни. Причём выглядит решительно, возьму его на заметку.

– Приходилось пользоваться?

– Мужик на мой вопрос кивнул.

Дальше стало не до вопросов, бандиты для себя что-то решили, откинули борт кузова и сверху стали спрыгивать люди.

Батюшки, да это же наши женщины. И похоже тут все девять. Их начали подталкивать к заднему борту, видимо хотят вместе вытолкать облегченный грузовик из плена.

– Так, слушать сюда. Я выдвигаюсь вперёд и постараюсь оглушить станером бандитов. Ты будешь меня страховать, будет цель без опаски зацепить наших – вали, только дай мне добраться начать. Остальные страхуете и помните, там наши женщины.

Видимо мой голос не дал возможности усомниться в правомочности моих действий.

А я уже полз по глубокому снегу. Полушубок скинул, ружьё отдал молодому, у меня только нож и станнер.

Ползти пришлось не мало, но наконец я услышал голоса, приподняв голову понял, что вытащить пока не получается и бандиты перешли на активные действия, они начали избивать женщин, две уже лежат в снегу.

Так получилось, что я взял вправо и теперь передо мной стоят двое, оружие закинуто за спины. Один пинает лежащее тело, второй наблюдает. Что делается по другую сторону от машины, мне пока не видно.

Так, станнер стоит на среднем положении, то есть если зацеплю не того, кого надо, страшного не произойдёт. Последние метры уже бежал. К сожалению меня выдала женщина, которая вытянула руку в моём направлении. Наблюдавший развернулся и пока он поражался моему появлению я начал стрелять. С непривычки сделал вместо прицельного выстрела, от силы двух, сделал больше, пока не сработала отсечка. Теперь батарея, пока не накопит разряд, станнер использовать нельзя. Вот что значить гражданская слабенькая модель. Но зато все, стоящие по эту сторону повалились на снег.

Так, станнер за пазуху, что у нас тут. Но пока я пытался сообразить, что выбрать – непонятную бандуру угрожающего вида или игольник, раздались выстрелы. Это мои не выдержали, открыли стрельбу.

Ёлки, а я как раз на линии огня. Как только выйду из-под защиты корпуса грузовика, окажусь на линии дружественного огня.

А вот застрекотал игольник, это уже не наш.

Обогнув грузовик с кабины, проверил её – пусто. На коленках дополз до здоровенного колеса и выглянул. Совсем рядом стоят мужик в длинном тулупе и палит из игольника. Мои спрятались в снегу и только заметны фонтанчики, когда иглы прошивали рыхлый снег.

А, раз живём, я выпрямился и сделал три гигантских прыжка, вот спина врага, пока летел на него, соображал, куда бить ножом. В тулуп бессмысленно.

Плотный удар столкновения и я лечу, увлекая за собой врага. Его бородатая харя раззявила рот в яростном крике. Выпростав вооружённую руку из-под себя я нанёс несколько ударов в район шеи. Блин, горячая кровь попала мне прямо в рот, какая гадость. Мужик пытался бороться со мной, но зря он тянет игольник. Я другой рукой тоже вцепился в грозное оружие. Здоровый кабан, если бы не смертельное ранения в шею, он бы меня заделал. Но я чувствую, как слабеет его рук, мгновения и из него будто стержень вытянули.

С трудом я вылез из-под этой окровавленной туши, став на колено вижу картину, наши очнулись и азартно добивают уже упавшего последнего бандита.

Чёрт, только не это. Увлёкшись расстрелом они перенесли огонь на меня. Что-то куснуло меня в плечо и я откатился под защиту колеса.

– Идиоты, придурки, прекратить огонь.

Долбодятлы только сейчас остановились. Кое-как встав, я опёрся о борт кузова. Так, контроль, оглушённые бандиты и парочка женщин ещё отдыхают. Остальные бабоньки стоят в сторонке, ещё не поняли, что их судьба изменилась к лучшему.

– Так, этих вяжите и в машину, проверьте остальных, – начал отдавать я приказания.

Среди пленниц была совсем юная, лет двенадцать. Мордашка заплаканная, кутается в платок, я подошёл ближе.

– Ну, красавицы, как настроение, поехали домой.

А чего это они такие зашуганные. А, понятно, а же весь в чужой крови. Хотя не совсем чужой. На левом плече расплывается пятно. Проведя рукой почувствовал резкую боль. Наверное я потерял много крови, потому что закружилась голова и накатила дурнота. Небо кувыркнулось и темнота.

Потом смутно помню, что мы едем, нас мотает и моя голова покоится на чьих-то коленях. Помню, как меня снимали с машины и чуть не уронили. Помню, как кто-то приложил к животу аптечку и уколы погрузили меня в беспамятство.

Пришёл в себя в незнакомом помещении. Это явно не дом Нисона.

Похоже на лазарет. Я лежу на узкой койке, похожа на раскладушку, только высокую. В комнате тепло и залито дневным светом. Я укрыт одеялом, пошевелившись почувствовал боль в плече. Откинув одеяло обнаружил плотную повязку, на белоснежном бинте выступила желтизна лекарства. Я в кальсонах, большего ничего. Комната девственно чиста, ни вещей ни мебели. Ну разве что считать за таковой медицинский столик. На нём разложены склянки и медицинский инструмент.

От осознания, что я в безопасности, меня тут же повело в сон и я не стал сопротивляться этой напасти.

Проснулся от неожиданного шума. Около меня стоит женщина и позвякивает инструментарием на столике:

– Здрасьте, – выдавил я.

Женщина обернулась, легко обозначила приветствие уголками рта и как будто несмышлёнышу проверила температуру ладошкой. Рука у неё прохладная. Ей на первый взгляд под пятьдесят, а может быть сто пятьдесят.

Видимо в моих глазах отразился большой вопрос, такой вопросище, потому что она наконец произнесла, – здравствуй, меня зовут Глори, я медик. У тебя огнестрельное ранение плеча, я сделала операцию и ты вполне в неплохом состоянии. Если будешь выполнять мои указания, то вскоре будешь бегать. А сейчас я принесу поесть.

Ну вот, большая часть моих вопросов осталась при мне. Но то, что я не умираю и скоро буду бегать – это радует. Вот только странно слышать про операцию. За последние два года я не слышал о таком. Раненых или больных ложат в лечебную капсулу. На худой случай в полевых условиях есть автоаптечки, которые позволяют протянуть до эвакуации, а потом опять-таки медбокс. А тут операция. Значить она вручную чистила мою рану и зашивала?

А вот это сюрприз, Глори вернулась не одна. С ней та малявка, которая таращилась на меня у машины. Именно её лицо я запомнил последним.

– Инара поможет нам.

Ага мелкую зовут Инара, ясненько.

Вдвоём они помогли мне сесть, подложив под спину валик. А потом Глори оставила меня и ушла, а малявка старательно, высунув от усердия язычок кормила меня с ложечки.

Это супчик, причём сваренный, а не полученный из синтезатора. Интересно, кто его автор?

Пока мы ели, то есть ел я, а Инара тарахтела. Но из фонтана её красноречия я понял, что больше жертв с наше стороны нет и вообще то всё обошлось. Детали узнать не получилось. Зато я узнал, сто Глори – это ей мама, и что ей 73 года, а девчушке 14, просто она молодо выглядит. Глори в самом деле медик, только она работает а корпорацию. И это меня очень, ну очень заинтересовало.

К вечеру меня посетил Нисон, он привёл Мора и Даника. Последний с детской непосредственностью залез ко мне на кровать. А вот Мор стоял у входа, сжимая свою шапку. У него было такое выражение лица, что я живо вспомнил слова Нисона, что если он погибнет, Даник пропадёт.

Даник не пропал бы, его с удовольствием усыновили бы в другой семье. А вот Мор бы наверняка бы пропал. Внешне взрослый и крупный, он или бы попал к людоловам и пахал бы в неволе, или бы его грохнули в пьяной драке колонисты. Не будешь же каждому объяснять, что парень имеет развитие семилетнего ребёнка. И он, когда влезал в драку, всего лишь хотел как лучше, чтобы не ругались.

Нисон поведал мне то, что я пропустил. Мужики тогда решили не истерить и правильно сделали. Они загнали девчонок в кабину, а сами переночевали в кузове с двумя связанными бандитами. Там был подогрев, а утром общими силами, без спешки откопались и развернув машину поехали назад. Пикап Нисона выдернули без проблем и так вернулись в посёлок.

А вот основная часть нашей группы вернулась значительно позже. У них получилось не так складно. Оказывается бандиты разделились. Главарь это тот, которому я почти отрезал башку. Он оказался хитроделанным, одну машину с основной бандой он отправил вперёд. А сам с тремя подельниками съехал с трассы, понимая, что начинающаяся метель заметён следы. Но тут ему попался я, бывает.

А первая машина столкнулась с высланным вперёд дозором из селения, что находилось в ста километрах от нас. Дозор из трёх человек на лёгком байке легко опрокинули, а тут наши сзади подоспели. Среди бандитов оказался человек сведущий в военном деле. Он использовал захваченный у дозора импульсник военного образца. Бандитам удалось сжечь переднюю нашу машину и уложить пятерых, пока их не упокоили обошедшие с фланга стрелки. Вот такие итоги. Но главное, что возвратили похищенных.

Нисон намекнул, что вновь избранный мэр готовит для меня приятный сюрприз.

Я бы с удовольствием слушал и слушал, мне так приятно видеть сегодняшних посетителей, но сильно устал и вошедшая Глори решительно всех выгнала.

Следующее пробуждение было не слишком приятное. Проснулся от неприятной процедуры. Глори начала делать перевязку. Вот интересно, рана выглядела, как будто ей неделя как минимум. На плече багровый шрамик круглой формы, на спине не знаю, но Глори говорит, что дырка сквозная и сзади не так страшно. Отсюда делаю вывод, что выходное отверстие на спине будет неэстетичным.

– Ничего, можно сделать пластику. Или возможно я договорюсь и тебя положат в медкапсулу.

Мой сердце как у испуганного зайчишки дало сбой. Капсула, откуда, я бы много отдал, чтобы попасть в настоящую капсулу. Но пока рано говорить об этом, как бы не спугнуть.

Я всем своим поведением старался показать немолодой медичке, что я очень хороший, настоящая душка. Но женщина оказалась стервозного характера.

– Дим, скажу своему парню, что я выкину его вместе с вонючей шкурой на улицу. Мне надоело, что он вторую ночь спит у двери.

Оказалось, что верный Мор убежал от Нисона и отказывается бросить меня. Он довёл медика до бешенства. Это мне рассказала болтушка Инара.

– Мама так кричала, чтобы он уходил, а тот улыбается и молчит. Мне его так жалко и я попросила маму пустить. Сегодня он спал у двери палаты.

Кстати я лежу в административном корпусе, кабинет мэра и пары местных чиновников на втором этаже. А внизу склад корпорации, куда местные свозят с нескольких посёлков добытое сырье растительного происхождения.

А ещё имеется единственная палата, она же и медпункт. Действуя очень осторожно удалось узнать, что Глори работает в медчасти корпоративного рудника километрах в ста пятидесяти от нас. Супруг трудится там же оператором технического комплекса, а дочка большей частью пропадает у соседей. Живёт то семья в посёлке, родители работают вахтовым методом, а за дочкой присматривала соседка. Когда произошло нападение, любопытная девчонка попала в плен одной из первой.

Когда меня привезли, то перевязали и обкололи с помощью автоаптечки. Но та смогла только поддержать сердце и другие органы. А вот утром вернулась в панике Глори, ей то сообщили, что дочь похищена. Вот она и в знак благодарности прооперировала меня, иначе пришлось бы везти меня в соседний посёлок, где имелся свой медик.

Так что у нас получилось взаимовыгодное сотрудничество.

Новый мэр мне малознаком. Я видел его мельком в посёлке. Он конечно значительно моложе предыдущего и на вскидку ему лет сорок пять. Мужчина поблагодарил меня за помощь в освобождении, опять намекнул на материальную благодарность и испарился, выполнив свою миссию.

А вот вечером была встреча поинтереснее, завались мои соратники. Трое бойцов тащили как на аркане четвёртого. Тот молодой парнишка, что умудрился подстрелить меня из моего же ружья явно не жаждал со мной общаться. Но его буквально втолкнули в комнату.

Парень бледнея жалко оправдывался, я сжалился и махнул рукой на этого мазилу. Моё счастье, что выстрел был картечью. Разлетевшийся конус зацепил меня, но если бы парень стрелял пулей и был бы чуть точнее, меня бы уже давно сожгли и похоронили бы вместе с остальными.

Сразу всем стало легче общаться. Мужики ещё раз поведали о последующих событиях, когда я валялся бессознательным. Неким оправданием молодому снайперу явился тот факт, что он пожертвовал для перевязки свою исподнюю рубаху и принял самое непосредственное участие в моей реанимации.

На прощание мне вручили трофейный игольник, тот самый, из которого главарь поливал моих бравых бойцов.

А когда народ оставил меня одного я чертыхнулся. Насколько я знаю, седи колонистов действует негласный закон, трофеи делятся по признаку, кто завалил, того и трофей. Если руководствоваться им, то из четырёх бандитов трое на моём счету и их имущество, включая оружие моё.

Так я заводил себя, пока утром не пришёл Нисон с Даником. Пожилой мужчина понял мою озлобленность.

– Понимаешь, Дим, в посёлки на этот счёт действуют другие правила. Все защищаемся, трофеи идут обществу. А оно уже награждает наиболее отличившихся. Тебе достался неплохой игольник, который можно использовать в ручном режиме. Тем более я его проверил, какой-то умелец смог просто разорвать связь управляющего контура и исполнительного механизма. То есть его не изуродовали по-варварски как обычно, вырезав мешающую схему.

– Ты хочешь сказать, что можешь восстановить его работоспособность?

– Возможно, но тебе то зачем? Или ты собрался поставить себе нейросеть?

– Нет, конечно, – смущённо ответил я. Ну не говорить же ему, что сетка у меня осталась, но она мёртвая. Может когда-нибудь удасться её активировать.

А на следующий день меня выгнали пинком под зад из помещения медпункта. Глори в последний раз сделала перевязку и сказала, что мне можно выписываться. Повязку она сама снимет через пять дней, а сегодня ей нужно возвращаться на работу. И так её отпустили только на три дня.

А дома хорошо, первое время мне я быстро уставал, видимо сказывается большая потеря крови. Потом начал приходить в форму. Левая рука подвешена и зафиксирована, пока приходится действовать одной. Но в этом плане Мор буквально не отходил от меня, как тень следовал за мной. Доходило до абсурда – он ждал меня, пока я находился в санузле. Пришлось выговаривать ему. Но тот только виновато улыбается и продолжает преследование.

Так как делать мне нечего, я стал пропадать в мастерской Нисона. Как я и думал, у него стоит нейросеть. И если у меня установлена военная версия «Абордажник – 5», то у него «Техник по обслуживанию зообиологических установок» третьего уровня. Мужчина расшифровал мне, что он работал на зооферме, где обслуживал установки для получения сырья, идущего для пищевых картриджей.

– Стоишь по колено в дерьме и пытаешься пробить забившуюся канаву. Дронов у нас не хватало, приходилось ручками.

Он назвал местечко, откуда прибыл сюда. Мне ни о чём не сказало название планеты и номер звёздной системы, но понятно, что это дыра дырой.

– Я чего сюда пожаловали, здесь на Фагусе тоже цивилизацией не пахнет?

– Ты ещё молодой, Дим. Зато тут поспокойней, а там раз в два-три года пираты совершали набеги. Что не заберут, то пожгут. Сколько себя помню, всегда мы убегали в джунгли, где и пережидали эту напасть.

– Ну ясно, – и я продолжил смотреть, как мужчина ловко работает.

В углу были свалены различные поломанные девайсы – ридеры, головизоры, старые синтезаторы и прочая бытовая техника. Технический дроид получив указание ловко вскрывал внутренности и проводил диагностику. Чаще всего он, используя свой набор инструментов, мародёрил, извлекая нужные узлы. Тогда корпуса и раскуроченные внутренности ремонтник относил в предбанник. А реже умный дроид принимался за ремонт. Тогда Нисон проверял работоспособность и довольно крякая относил рабочую вещь на стеллаж. Это он пустит в продажу, местные очень охотно скупали подобные свидетельства цивилизации.

К новому мэру пошли вдвоём, Нисон решил составить мне компанию.

Мужчину звали Кроул, он в прошлом был пилотом, но после какой-то истории попал сюда на планету. Не уверен, что он сохранил нейросеть, но в любом случае говорят, что летательные аппараты используются только корпорантами. Поэтому его специальность здесь не востребована.

Пригласил он меня по такому поводу. Наш бизнес с Сами после её смерти и моего ранения благополучно заглох. На днях должен прибыть очередной караван:

– Дим, нашему посёлку позарез нужно возобновить работу вашего заведения. Люди не хотят к возврату прошлого. Всем понравилось, что у нас появилось нечто, что напоминает о прошлом, о цивилизованных мирах. Да и неплохую копейку приносил ваш бизнес нашему посёлку. Что скажешь?

Неожиданно, я-то думал, что он хочет вручить мне обещанную награду. После гибели Сами и Шима, которых с остальными павшими кремировали и похоронили за оградой, мне не приходила мысль продолжить. Принципиально там проблем нет, работа была налажена. Тем более на мне была основная нагрузка. О чём я сообщил Кроулу.

В результате я пообещал постараться успеть к приходу каравана.

Собственно мы закрыли это так. По-прежнему мне отходило 50% прибыли. На мне добыча мяса, готовка и общее руководство как человеку, который один раз уже организовал этот бизнес.

– Дим, мы же помним, каких трудов тебе стоило уговорить нашу Сами начать это дело.

Остальное мэр брал на себя, то есть то, что делали Сами и Шим, будут делать поселенцы.

Я только сомневался, что уже готов приступить к охоте. Хотя, если взять вместо ружья мой новый игольник, то почему нет? У него почти нет отдачи и легко стрелять одной рукой. А с собой кроме Мора возьму ещё помощника.

Когда я собрался прощаться, Нисон меня придержал.

Мэр кинул на меня взгляд, будто только что отдал мне в жёны любимую дочь.

– И ещё, Дим. Наша община, учитывая твой вклад в возврат наших детей решила тебя отблагодарить.

Вот же сука, тварь жадная, да чтоб ты жил на одну пенсию.

Мы с Нисоном стоим в дворе здания мэрии. Там красуются два трофейных грузовика, те самые, что мы отбили у бандитов. Тот, что благодаря моим стараниям достался невредимым, только пару следов от пуль удалось найти на водительской двери. А в остальном вполне рабочая машинка. Эта имеет грузоподъёмность до 10 тонн, она выполнена в грузопассажирском варианте. В кузове стоят лавки по обоим бортам, откидывающими задний борт позволяет быстро разгрузить машину. В кабине всё функционально, без излишеств, напоминает наш ЗИЛ – 130, который стоял в нашей конторе, ожидая очереди на утилизацию.

А вторая машинка чуть меньше, она более приземистая. Кузов предназначен только для перевозки груза. Всё би ничего, но этот боец побывал в сражении. Вся морда побита, по нему долбили в несколько стволов. Остекления не осталось, колёса пробиты, в водительскую дверь будто носорог врезался. Вдоль борта прошлась, и не по разу очередь из игольника. Короче без слёз смотреть невозможно.

– Что, не впечатляет? – Нисон ухмыляясь похлопал меня по здоровому плечу.

Одобрительно выслушав поток брани по поводу нового мэра он добавил.

– А Кроул ещё не хотел отдавать этого подранка, предлагал разобрать на запчасти. С трудом мне удалось поднять наших ребят и устроить ему выволочку. А когда в приёмную пришли родственники похищенных тот спёкся.

– Да, ну и что мне с этим делать? – и я со злости пнул единственное оставшееся целым колесо. Оно отомстило мне, отозвавшись дребезжавшим защитным диском.

– Да не переживай так, не всё так плохо. Я провёл предварительную диагностику. Ты смотришь на внешние повреждения, в принципе они легко устранимы. Главное – состояние узлов в неплохом состоянии. Вот у другого грузовика состояние намного печальнее.

Я попытался успокоиться, слова Нисона убедительны.

– Да и ты сам видишь, это разные модификации грузовиков, которые до сих по производятся для отсталых аграрных миров. Кстати твой более удачный.

– Это чем, тем что выглядит так непрезентабельно?

– Ты послушай меня, твой имеет другой индекс в названии. Он означает, что это военная модификация. Отличия в проходимости, у твоего три электромотора, вместо двух у того. Что обеспечивает лучшую проходимость, подвеска опять-таки посерьёзнее, электросхемы продублированы и также стоит защита на наиболее важных узлах. Теоретически твою птичку можно даже попытаться завести, правда топливный картридж исчез.

Я даже догадываюсь, кто его скоммуниздил. Но моё настроение после слов Нисона улучшилось и я уже иначе смотрю на подарок. Желание намылить шею мелочному мэру пропало.

– Так что, мне идти договариваться, чтобы перетащили красавца к нам во двор?

Дождавшись моего кивка Нисон довольно улыбнулся и исчез в глубине здания.

Охота с игольником конечно отличается в выгодную сторону. Он как швейная машинка шьёт иглами. Хочешь одиночными, а хочешь очередями с отсечкой. Траектория более настильная и скорость ветра почти не играет серьёзной роли из-за высокой скорости полёта иглы. У дичи не было шансов против нас. Я не стал жадничать, подстрелил парнокопытного, пару подсвинков и несколько крупных птичек, их мясо пользуется неизменным спросом. Со мной кроме Мора два грузчика. Эта троица ждала моей команды после того, как я отстрелялся. Они так шумно ходят по лесу, будто лось прёт напролом. Зато Мор мастерски освежевал туши, ливер оставил, а остальная требуха пойдёт зверью. Парень научился у меня предварительной разделке, поэтому я гордо шёл назад, посматривая, как троица прёт по снегу перегруженный санки.

Наш мэр решил пойти по другому пути. Из постоянных работников была только одна женщина, она у нас типа бухгалтера. Остальной штат менялся, зато появились долгожданные симпатичные официантки и молодые парни, прислуживающие в зале и на кухне. Мне не составило труда объяснить азы ресторанного бизнеса. Одна из женщин трудилась на кухне, она готовила гарнир и что-то овощное к моему мясу. Парочка парней приспособились разливать с достаточной грацией спиртные напитки.

Из новшеств, у нас появился постоянный охранник, он присматривал, чтобы подпившие гости не приставали к девчонкам. Мужик на удивление добродушный, но его могучая комплекция заставляла расшумевшихся клиентов сбавлять обороты.

В отличии от старого мэра новый серьёзнее относится к безопасности. Мы поставили на въезде бетонную будку, где постоянно дежурят сторожа. Днём один, ночью двое. Еще по моему предложению воздвигли препятствие из трёх бетонных блоков. Теперь стало невозможно проехать на скорости внутрь посёлка, машинам приходится медленно лавировать между ними.

Не могу сказать, что я собираюсь всё оставшееся время проработать мангальщиком, но пока мне нужно восстановить формы и выполнить некоторые свои задумки.

С помощью Мора нам удалось раскидать мой грузовик. Сейчас он представляет собой жалостное зрелище. Рама, с закреплёнными на ней узлами. Кузов разобран, остатки кабины демонтированы.

После тщательной диагностики Нисон смог провести техобслуживание двигателям, крохотной трансмиссии и шасси. Удалось сэкономить на запчастях, но вот на специальную мастику покрыть ходовую придётся разориться. Зато сносу не будет железу. Но это мелочи, кузов у нас будет новый, плотник соберёт по нашим чертежам и Нисон покроет листовым железом. Проблема в том, же восстановить кабину не просто. Это возьмёт время и понадобится потратиться. Такого остекленения и дверей нет в нашем регионе, нужно заказывать у корпорации.

Городок Зелёный – Восток немного более презентабельный чем его северный собрат. Сказывается более мягкий климат и близость океана. Народу побольше. Город находится в двух дня пути от нашего посёлка. Мы добрались сюда с попутным караваном. Даника взять побоялись, оставили на соседей, а вот от Мора отбиться было нереальным. Он стал такой несчастный, когда я сообщил ему, что уеду без него на несколько дней. Я чуть сам не разревелся, глядючи на него. Поэтому взял с собой, тем более парень в дороге весьма неприхотлив и пророй полезен.

У Нисон тут знакомый и он сдал нам комнату в своём доме. Поэтому устроились мы неплохо. Питались естественно в забегаловках, после натуральной пищи – полученная из синтезаторов казалась безвкусной и с трудом принималась организмом. Даже непритязательный Мор кривился, когда ел свою порцию.

Зато здесь есть настоящие магазины и нам удалось прикупить одежду на весну, нижнее бельё и прочую мелочевку. Я удачно напоролся на магазин «Всё для кухни», где купил так необходимый мне инструмент и специи.

В оружейном я поглазел на холодняк. За бронированным стеклом лежало более современное оружие, гражданские станнеры и игольники. Но продавец опередил мой вопрос, – только для имеющих нейросети и при наличии разрешения.

В переводе означает, для работников корпорации и избранных старожилов.

Ну и ладно, у меня не хуже игольник имеется. Он к тому же военного образца, а эти разработаны для полиции и дружин народного ополчения в слаборазвитых колониях. Уж в этом я кое-что понимаю. Несмотря на то, что сетка отключена и часть знаний мне затёрлись, постепенно я, сталкиваясь с новыми вопросами, вспоминал забытое. Например сейчас я помню массу подробностей о ручном стрелковом оружии, а также о тактике действий в группе и самостоятельно.

Нисон решал свои дела, а я решил навестить местный медицинский центр. Дело в том, что я строил определённые планы по поводу нашего медика Глори, но та уже продолжительное время не появлялась в посёлке.

А я хотел, чтобы меня проверили в настоящей медкапсуле, проверили здоровье и последствия ранения. Но главное не в этом. Я хотел попытаться убедить медика включить мне нейросеть.

Я-то давно привык обходиться без неё, слава богу прожил без оной всю жизнь, проживу и дальше. Но вот этот несомненно ценный девайс даёт массу плюсов. Это и возможность управлять относительно современной техникой. Оружие, пищевые синтезаторы, большинство не переделанной бытовой техники требовали нейросети. Да у них даже кнопок нет для включение. Наши спецы переделывали такие устройства, удаляли контроллеры, перепаивали схемы и монтировали эти самые кнопки и тумблеры.

Да даже моим будущим транспортом без нейросети управлять конечно можно. Но при этом он теряет массу вкусных функции – автопилот, всепогодный радар и даже в моём варианте имеется функция охраны периметра. Конечно защититься от посягательств он не сможет, но подать сигнал на сетку – эта функция относится к стандартным. Я уже не говорю о том, что можно дистанционно заблокировать грузовик и он превратиться в мёртвую железку.

Вот с такими планами я встал утром. Нисон тоже после завтрака собрался по делам, он хочет через знакомого кладовщика выкупить палёные электронные блоки по цене их утилизации. Платить надо только за доставку.

– А вы куда? – и Нисон вопросительно кивнул в сторону нас с Мором.

– Дим, ты делаешь большую ошибку, – неожиданно пожилой мастер серьёзно отнёсся к тому, что я собираюсь посетить медцентр корпорации.

– Понимаешь парень, то что тебе оставили сетку – это оплошность медперсонала. Просто по каким-то причинам им было лень этим заниматься. Не захотели вопреки инструкции тебя пролечить, а потом удалить девайс.

Я слышал о таких случаях, не скажу что таких как ты много, но есть.

Если ты сам, по дурости, ляжешь в капсулу, проснёшься без сетки – это абсолютно точно. Здешние лепилы – это обычно проштрафившиеся медики из периферийных баронств. Они как и ты отрабатывают срок и сомневаюсь, что кто-то рискнёт своим положением ради твоих красивых глаз. Даже если ты приплатишь, они не станут связываться, а ещё и обманут, денежки возьмут, а тебя сдадут. Им за это ещё премию выпишут.

Вот же чёрт, я конечно Нисону верю, какой ему резон обманывать. Но нарушение дальних планов окончательно испортило настроение.

– Пошли ребята со мной, познакомлю со своим старым дружком.

Нам пришлось забраться к чёрту на кулички, пересечь городок и чуть не заблудиться среди ангаров и складов.

Нужный нам человек ожидаемо оказался пожилым и не высоким мужчиной. Почти лысый с печальными глазами и каплей под носом, кладовщик сначала нас встретил неприветливо. Мы долго стучали в огромные ворота и только когда Мор подобрал железяку и устроил дикий грохот, долбя в ворота, нас облаяли изнутри. Наконец открылась калитка сбоку и нас проверили на предмет вшивости.

– Открывай, глухой старикашка, к тебе народ пришёл, – это Нисон обозначил себя.

– А, это ты, старый греховодник, кого ко мне привёл?

Потом нас наконец-то пустили в святая святых. Это корпоративный склад, куда свозят неисправную технику бытового назначения.

– По инструкции это барахло нужно сортировать, отделяя ценные блоки. Но в действительности кто это здесь будет делать?

Логично, старый кладовщик поведал мне, почему здесь такие горы технического мусора. Лично я бы с удовольствием здесь покопался.

Заметил несколько технических дроидов различного предназначения.

– Не, паря, в ту сторону даже не смотри, это всё на учёте.

Вот так обламываются самые розовые мечты.

Оказалось, что действительно классные вещи, типа технических комплексов, летающей и бегающей техники и многого другого забирают шарашки, близкие к начальству. А вот общий мусор лежит и ждёт своего. По той же инструкции положено ждать некоторое время, а только потом становится возможным отдавать на утилизацию.

Насколько я понял, кладовщик получит от Нисона откат и за это поможет ему отобрать более вкусные агрегаты. Откровенный мусор оставят на потом.

Пока оба старичка занимались загрузкой выбранного с помощью дроидов-погрузчиков в контейнер, Мор глазел на улицу, а я прикидывал, что есть что в куче сгоревших блоков.

Лично я уже проголодался, часа три мы тут прозябаем, наконец оба деятеля вернулись и явно довольны друг другом.

Кладовщик вытащил бутыль чего-то горячительного и явно не слабенького дамского ликёра. Наш ответ ему понравился, я выложил вкусно пахнувший пакет с бутербродами. Это мы брали с собой в дорогу, а потом забыли про остатки. Складской деляга заметно воодушевился и после того, как мы выпили, он набросился на куски нежной оленины с серым хлебом. Там ещё я полил острым соусом, так что дед впечатлился.

А Нисон явно что-то задумал, потому что незаметно подмигнул мне.

Когда кладовщик хорошо так захмелел, несмотря на хорошую закусь, Нисон рассказал о нашей проблеме.

Дед благосклонно выслушал и задумался. Вообще, когда Нисон поведал, что я повар и готовлю натуральную пищу, в глазах пожилого хозяина местного лабаза появилось ласковое выражение. Неравнодушен дед к мирским благам. Понимает отличие от синтезированной пищи.

– Смотри, Нисон. Давай проверим, что можно сделать, – и они вдвоём начали юзать складской планшет. Минут двадцать они перебирали варианты.

– Слушай, старый, на хрена огород городить. Зачем мы будем заказывать вам комплектующие к этому древнему уродцу. Чуть дороже обойдётся новая кабина от траулера. Вот смотри, переделаешь крепления и она станет как миленькая. Зато она боле современная, там действительно другое поколение.

Развернувшись ко мне Нисон в полголоса вводит меня в курс дела.

– Смотри, Дим, мы нашли подходящее к нашему грузовичку, наружный набор защиты, двери, сидушки и оборудование обойдётся тебе в 2700 кредов. И это очень недорого, ведь тащить придётся с центрального склада, что в 3000 километрах от нас. А мой дружок Дуда предлагает вместо поддержанного барахла купить кабину от траулера. Она новая, немного больше по размерам, но переделать крепления элементарно. Зато она полностью комплектна и на поколение выше. В ней уже можно жить. Шучу конечно, но автономность траулера почти двадцать суток. Там много чего интересного имеется. Но и цена не малая. Дуду слукавил, она почти в два раза выше – 5000 кредов. Как, потянешь?

Я, честно говоря, не рассчитывал на такие траты, деньги у меня есть, но я планирую их вложить в себя.

Хотя сейчас, когда я пролетел с медкапсулой, вроде как свободные средства есть.

– А когда платить?

– Сразу, иначе и разговора нет, – решительно ответил дед с каплей под носом.

Нисон ободряюще кивнул. Пришлось лезть в сумку и отсчитывать кровью заработанные денежки.

Назад шли молча, я немного расстроился непредвиденной тратой.

– Ну и чего приуныли, герои? – Нисон решил нас расшевелить.

– Дим, ты сделал хороший выбор, с новой кабиной у нас получится классный транспорт, даже завидую немного. А знаете, что, давайте зайдём в одно место.

Одно место оказалось элитным п местным меркам рестораном. Мы разделись и я даже почувствовал неловкость от того, что мы одеты очень просто, а тут даже дамы в платьях сидят. К счастью на нас никто не обратил внимание.

– Так, ребятишки, я угощаю.

К сожалению в этом ресторане угощают синтезированной пищей, но обслуга – живые люди а не выбор блюд на планшете.

Правда когда мы сделали заказ и нам принесли пиво, или нечто очень похожее на него, то оглядевшись я понял, что мне тут нравится.

Стены покрыты галопанелями изображающими океан и пляж с купающимися людьми. ТО есть если не понимать, что это коробка из пенобетона, то полное ощущение, что сидишь в собственном бунгало за столиком и смотришь на практически голых девушек и парней, выходящих из морской воды. Даже показалось, что воздух похож на морской, солёный с запахом водорослей.

Мору пришлось закрыть рот, а то он закапал слюной скатерть. Парень обалдел от пейзажа.

Когда принесли заказанное я был немало удивлён. Так как мне поднадоело мясо дичи, захотелось чего-то нежного и экзотического, мяса омара, например, в томатно-коньячном соусе.

Не знаю, как соус, но у меня впечатления незабываемые. Мясо действительно бело-розовое и нежное. Конечно это не омар, но официант понял, что мне нужно. Это зверушка явно из океана.

– Дим, в этом ресторане синтезатор, стоимость которого приближается к стоимости флайера премиум-класса. Ты серьёзно думаешь, что все люди жрут те помои, что готовит наш поселковый синтезатор? Скажу тебе, что я знаю некоторых из присутствующих. Это из люди из верхнего эшелона местной власти.

Всё дело в ингредиентах, они сильно различаются по качеству. И конечно от класса синтезатора. Этот весьма неплохой. Мне попадались подобные, они заправляются не одним универсальным картриджем за 12 кредов, а десятком с различной начинкой. И цена каждого доходит до сотни монет. Вот так парень, понравился ужин?

Мою попытку поучаствовать в расходах Нисон решительно пресёк, а счёт нам выкатили в 180 кредов. Для ужина на троих это очень дорого.

Зато настроение прекрасное, вечером пошёл снег, и мы с Мором даже побарахтались в пушистом сугробе, который намело у входа в дом нашего знакомого. Засыпая я почувствовал нетерпение и предвкушение, теперь придётся две недели ждать доставки моего заказа. Интересно, что получиться на выходе из моего грузовичка.

Эти две недели я занимался своими прямыми обязанностями, а с утра помогал Нисону разбирать контейнер. Грузовик привёз и скинул его перед нашим входом, теперь вот копаемся. Мы с Мором перетаскивает понравившиеся узлы а Нисон, с видом повелителя зверей, натравливает своего технаря на новые агрегаты.

Ничего себе, никогда не видел на планете что-либо подобное.

Огромный грузовой флайер поднял немалую панику среди наших в одно прекрасное утро. Зависнув над нашим домом он аккуратно опустил закреплённый под брюхом куб. И сразу, подняв снег выше крышы плавно удалился.

Ну что это заказанная моя кабина я понял. Но учитывая, что мне уже пора выдвигаться к нашему кафе. Чисто на силе воли заставил себя погладить плотный упаковочный материл и выйти из дома.

Весь рабочий вечер мучался неопределённостью – вдруг вскрою, а там тракторная будка. Спал тоже так себе, зато после завтрака в припрыжку побежал распаковывать своё приобретение.

Ну что сказать, я разочарован. Напридумывал себе всякое. Кабина чисто функциональна, без эстетических изысков. Прямые рубленные линии, никакого полёта фантазии. Чем-то это незамысловатое произведение конструктора напомнило мне армейские российские тягачи, таскающие тяжёлые ракетные комплексы. В них столько же эстетики. Кабина вытянута вперёд и передняя ось оказывается значительно смещена назад.

Нисон сходил считал моё настроение и ухмыльнулся в усы. У нас ушло три дня на установку приобретения, пришлось переделывать крепление на раме, потом технический дроид долго и нудно проводил наладку и тестирование.

– Слабоват мой старичок для такой работы. Здесь трёхкратное дублирование цепей и несколько узлов, которые надо придумать, как привязать к твоего грузовику, – извиняющимся голосом произнёс пожилой техник.

А вот когда он разрешил забраться внутрь мы втроем стрелой помчались к кабине. Первым залетел шустрый Данька, потом взлетел на высокую подножку я, и тогда только с пассажирской стороны тяжело залез Мор.

Неожиданно внутри и оказалось просторно и всё продуманно. Удобное кресло водителя и широкая сидушка с пассажирской стороны, где спокойно поместятся пара не самых худеньких ребят.

Сзади ещё сиденья для четверых, но при желании этот ряд легко становится спальником на пару человек. Технические отсеки проверю потом. Сверху люк, через который можно выбраться наверх. Приборная панель внушает уважение размерами, но пока она частично затянута защитной плёнкой. Торчат провода, это дроид ещё на закончил подключение всех систем.

Даник покрутил тугой руль, он смотрится маленьким и игрушечным. Пока системы не работают, крутить его даже мне сложно.

Интересной стала наша встреча с Глори. Мадам наконец-то в посёлке и даже послала за мной гонца. В медпункте она заставила меня раздеться по пояс и неприятно холодными пальцами ощупала зарубцевавшуюся рану.

– Одевайся, в принципе всё хорошо. Если побережёшь плечо, скоро забудешь про ранение. Мясо нарастёт, пуля удачно не задела крупные сосуды, кость и сухожилия. Но если…, – неожиданно открылась дверь и вошла Инара. За несколько месяцев девочка из гадкого утёнка превратилась в молоденькую лебёдушку. Мы встречались несколько раз в посёлке, и девочка неизменно зависала около меня. Мне тоже было приятно с нею пообщаться. Вспомнил её тогда стоящую около машины, растерянную, напуганную, и страшно любопытную.

Но сейчас эта уже девушка, заметив мой обнажённый торс, ойкнула и выскочила обратно.

На вечно недовольном лице Глори на мгновение мелькнула чисто материнская улыбка.

– Так, что я хотела сказать напоследок? А, так вот, если захочешь, я могу договориться и тебя положат на часик в медкапсулу, убрать этот шрам. На спине он смотрится не очень, для такого молодого парня это не нужно.

Натянув рубаху, я посмотрел на женщину. Та протёрла руки дезинфицирующей салфеткой и собралась уходить.

А, была не была, – Глори, можно Вас задержать на минуту?

М-да, неприветливые глазки у женщины, но она стала напротив меня, ожидая продолжения.

– Понимаете Глори, я очень хочу попасть к медику. Дело в том, что у меня не удалена нейросеть, там были противопоказания по медицинской части. И дежурный медик решил не лечить меня, схалтурил и просто выключил сетку. Есть ли возможность включить её?

Интересно, а она точно медик? Смотрит как будто работает в СБ корпорации. Сейчас начнёт меня пытать.

Женщина перестала гипнотизировать меня и начала одеваться. Она сделала шаг к двери, но вдруг остановилась. Опять тяжёлый взгляд, но на сей раз в нём появились новые оттенки.

– Тебя вроде Дим зовут? Так вот Дим, то, о чём ты говоришь тут тянет на пожизненное. Я, как и ты колонистка, у меня нейросеть тоже удалили и мне осталось прозябать на этой чёртовой планете меньше пяти лет. Знал бы ты какие усилия потребовались, чтобы получить место в медчасти. Это ещё благо, что медикам не затирают знания, а у меня базы подняты в пятом ранге.

Затем женщина запнулась и замолчала. Она присела на кушетку, устало опустив руки на колени. На миг её лицо смягчилось и стало вполне симпатичным.

Но на миг, а сейчас передо мной опять стоит та же Глори. Мне остаётся только гадать, она меня сразу сдаст или подождёт?

– Я тебе парень так скажу. Для нас с мужем дочь очень тяжело досталась, и мы её любим больше жизни. Как подумаю, что мы могли её потерять, всё внутри леденеет.

– Поэтому я попробую договориться, но учти – никому ни слова. Никому, даже про себя упоминай этот разговор. Договорились? Меня не ищу, сама тебя найду.

Напоследок женщина неожиданно потрепала меня по здоровому плечу и резко развернувшись вышла.

Вот и пойми этих колонисток.

Домой летел как на крыльях, Нисон пытался выпытать причины не сходящей с лица счастливой улыбки. Но он ошибочно сопоставил факт моего посещения медпункта и присутствия там некой юной особы. А я не стал отрицать, пусть думает, что у нас с молодой леди что-то есть.

Я даже как-то при встрече с Инарой позволил себе придержать её рукой за талию, та в это время хохотала над моей шуткой, но моё прикосновение заставило девушку всмотреться в моё лицо. У нас с ней чисто дружеские отношения и чистая душа подумала, что мне не хорошо и спросила всё ли у меня в порядке.

Мне же стало неудобно, что я использую её в своих низменных интересах. Но среди местных пошёл слушок, что я приударяю за молодой девушкой.

Ремонт моего внедорожника затянулся. Нисон подошёл к вопросу профессионально. Он заставил меня ещё потратится на специальное покрытие, которое предохраняет металлические части шасси и кузова от агрессивных осадков. Но в принципе грузовик на ходу. Радует глаз его новые колёса. Мощная рубчатая резина намекает на способность преодолевать снег и грязь. Внутри кабина приведена в порядок. К сожалению, половина оборудования не функционирует в виду отсутствия подключения к спутниковой и радиосвязи. Но зато у меня появился комбинированный инфракрасный радар. Он совмещает в себе микроволновой с возможностью определения направления движения и отсечения кросстрафика и трёхлучевую головку, позволяющую определять тепловые засветки.

Топливные картриджи в количестве трёх штук находятся под кабиной и их можно менять не вылезая наружу. Нисон оборудовал по собственной инициативе бак для пресной воды. В кузове имеются троса для крепления груза. При необходимости можно быстро установить лавки для пассажиров. Машина имеет небольшой управляющий блок – по сути, мощный компьютер. Это конечно не искин, но есть возможность управлять через нейросеть. Тогда открываются весьма вкусные возможности – автопилот и активация охранного режима. Это актуально на стоянке, охранный периметр составляет около 30 метров. В случае его нарушения будет идти сигнал на сетку. Нисон уверяет, что есть модуль, излучающий неприятное для мошкары и мелких животных излучение. Крупным хищникам, конечно, плевать на слабенький сигнал ультразвука, а от досаждающего гнуса, которого навалом здесь летом, возможно удастся избавиться.

Первый выезд превзошёл мои ожидания. Грузовик мягко идёт по зимнику, при попытке съехать с накатанной дороге без проблем попёр по целине. Если бы тогда главарь банды удирал на этом – фиг бы мы его бы догнали. Но, видимо тот исходил из вместимости, мой тут явно проигрывал.

С этого момента я ездил на охоту на своём внедорожнике. Блокировал кабину ключом и оставлял на опушке, а сам с двумя помощниками заходил в лес.

Работа мне не приносит той радости как в начале. А может это связано с личностью Сами. Та умела взвихрить вокруг себя флюиды бесшабашности. А теперь я больше по привычке добываю дичь, готовлю барбекю и слежу за происходящим в кафе. Денежка мне капает исправно, в районе 700 кредов в месяц. Я бы попросил отставки, меня тянет исследовать континент. Но я безуспешно ожидаю информации от Глори.

Инара при встрече говорит, что с родителями всё в порядке. Ну не буду же я просить девушку поторопить маму пойти на должностное преступление. Но уговариваю себя, что она меня не забыла.

То, что я немного переценил свой охотничий талант, мне недвусмысленно показали последние события. Они произошли с разницей в десять дней. Сначала мы напоролись на стаю голодных зраков, эти хищники по внешнему виду напоминают кошачьих с длинными шеями и массивной клыкастой башкой. А по функционалу они действуют стаями, как волки. Я сталкивался с ними, 2-3 особи не представляют для меня опасности, да они и не нападали. Мы расходились бортами при своих.

Видимо суровая зима заставила их сбиться в большую стаю. Когда раздалось из специфичное мявкание и я заметил десятка два силуэта между деревьями, то стало ясно – пришли по нашу душу. И, как назло, в этот день я взял ружьё вместо игольника. Захотелось ощутить охотничьей романтики, придурок.

Пришлось нам с Мором спешно, побросав рюкзаки лезть на большое и сучковатое дерево. К счастью, зраки не умеют лазить по деревьям. Они надолго обложили наше дерево. Я рискнул и начал отстреливать наиболее активных особей. У меня бы не хватило патрон на всех, боеприпасы остались в рюкзаке. Но мне повезло, среди хищников началась свара, после отчаянной драки за место вожака они разбежались, зализывая раны. Только к вечеру мы спустились вниз, рюкзаки разорваны в клочья, содержимое разбросанно по рыхлому снегу. Первым делом я выудил из-под снега упаковку с патронами. К счастью, нас оставили в покое, и мы добрались до грузовика.

Второй случай не прошёл бесследным для меня. Абсолютно стандартная ситуация – оленье семейство кормится возле группы деревьев. Они копытами разрывают наст снега и взрыхляя землю добывают себе съедобные корешки. Как всегда, я выбрал целью молодую самку. Прицелившись, сделал точный выстрел, и та рванула в сторону, пробежав несколько метров легла. Спугнутая семейка стартанула в кусты. Но вожак, самец вооружённый солидными украшениями на голове почему-то решил, что он мужчина и развернувшись понёсся на меня. Он преодолел двадцать метров по глубокому снегу за несколько секунд. К несчастью, я отвлёкся на Мора, крикнув ему тащить всё необходимое для разделки. Повернув голову, я ужаснулся, на меня несётся разъярённое животное. Самец наклонил голову, выставив ветвистые рога. Всё что я успел, это бросить игольник ему в морду игольник и прыгнуть в сторону.

Мне почти удалось уйти с траектории атаки. Почти, но не совсем.

По касательное удал пришёлся опять по левому боку. Это придало мне дополнительный импульс, и я улетел на несколько метров под защиту большого дерева. На моё счастье, геройство самца имело ограничение, всё-таки он не хищник. Ограничившись мелкой местью, тот издал трубный звук и гордо побежал догонять семейство.

Я очнулся от удара, когда Мор с помощником стал пытаться поднять меня.

Вот падла, испортил полушубок, как бритвой вспорол качественную вещь. Сунув руку внутрь, я понял, что надо торопиться. Вся рука в крови.

Кое-как перевязав кровоточивший бок, я крикнул поторапливаться.

Когда въезжали в посёлок я чувствовал дурноту, но крепился. Мор с нанятым грузчиком не умели управлять грузовиком.

Когда Нисон начал оказывать мне первую помощь мне поплохело от потери крови.

Господи, это какое-то дежавю. Опять медпункт, опять недовольная физия Глори и опять боль.

– Ну, молодой человек, ты не можешь обойтись без приключений?

Вопрос риторический и ответа не требующий, тем более я больной.

Но вот что странно, бок по-прежнему печёт и почему-то Глори элементарно не зашила рану.

Сунувшаяся было в палату Инар была выпровожена в самом решительном тоне.

– Дим, послушай, у нас появился шанс провернуть твоё дельце. Ты меня слышишь, понимаешь?

Я кивнул головой, бок печёт, но терпимо.

– У меня есть знакомый врач, работающий на корпорацию. В принципе он готов провернуть твоё дельце. Но ему придётся заплатить, 5000 кредитов. И это недорого для такого. Ты согласен? Найдёшь такую сумму.

Меня немного знобит, но это не помешало мне заверить, что я вполне кредитоспособен. У меня почти имеется такая сумма, уверен Нисон добавит недостающие 800 кредов.

– Отлично, теперь слушай меня внимательно. Главная проблема в том, что на территорию рудника чужих не пускают. А значить невозможно проникнуть в медкомплекс. А вот если, допустим, рядом с периметром произойдёт нападение хищников на человека, думаю удастся убедить охрану пропустить раненного.

Я с трудом, но понял идею Глори.

– Но учти, нам придётся ехать 30 часов. И лечить тебя нельзя, ты должен выглядеть очень плохо.

Чёрт, как мне хреново. Мы выехали на пикапе Нисона, тот держит довольно высокую скорость, поэтому меня растрясло. Поднялась температура, меня вырвало. Бок сначала горел, а сейчас я его не чувствую, впрочем, как и всё тело. Я не понял, как мы попали на территорию рудника. Просто вдруг я пришёл в себя. Я голый и лежу в каком-то туннеле. Неяркий поначалу свет стал слепить глаза и вдруг потолок стал отъезжать назад, и я понял, что лежу в медкапсуле.

Ощущение, что я отлично выспался, ничего не болит. Провёл рукой по боку, даже следа не осталось от ранения.

– Хватил лежать, марш в душ.

Это сказал молодой парнишка лет двадцати пяти. Я только сейчас ощутил, что моё тело в липком растворе. Легок вылез из капсулы и голый поплёлся в указанном направлении. После мелкодисперсного душа я одел нательное бельё и сразу почувствовал сильный голод.

– Значить так, я провёл общие процедуры и включил твою нейросеть. Надеюсь, ты доволен? А теперь убирайся, надеюсь я тебя больше не увижу.

Через пятнадцать минут я уже сидел в пикапчике Нисона. Мы находимся с внешней стороны периметра рудника.

Продолжить чтение