Читать онлайн Не идеально идеальный бесплатно

Не идеально идеальный

Глава 1.

Надя 

– Точно не хочешь отметить? Ну, давай, Надюх. А? Зимнюю сессию закрыли ведь! Такое событие! – уже раз пятый или даже шестой Лара пыталась уломать меня пойти со всей группой в клуб.

– Нет, Лар. У меня на сегодня ещё планов громадьё. Не до клуба мне сейчас, – и как бы она ни старалась, я оставалась непреклонна.

И дело не в том, что я не хочу идти. Я-то как раз и не против развлечься. Закрытие сессии – хороший повод для того, чтоб отметить. Но неожиданно возникшие планы сместили приоритеты.

– Блин, ну ты и зануда! – нацепила на лицо делано обиженное выражение и надула губы. – Ну, если передумаешь, позвонишь хоть?

– Если передумаю, позвоню обязательно, – заверила подругу. Лишь бы больше не приставала.

Говорить о том, что я точно не передумаю, не стала. У меня сегодня действительно будет забитый вечер. Далеко не самый приятный, но ничего не поделать.

Пока Андрея нет дома и он на смене, хочу успеть собрать все вещи и съехать. Может, и буду выглядеть при этом не самым лучшим образом. Но кому какая разница, правда ведь?

После года отношений уйду по-английски. Да и плевать! Боюсь, что иначе не получится. Ведь, по сути, мой побег – это не прихоть, а необходимость.

Андрей старше меня на восемь лет. Год назад, будучи восемнадцатилетней девчонкой, влюбилась в него без памяти. А сейчас думаю о том, что лучше бы и не встречала его никогда.

То ли он изменился в худшую сторону за прошедшее время, то ли я поумнела и перестала закрывать глаза на очевидное. Одно из двух.

В наших отношениях всё было неплохо до тех пор, пока он не начал проявлять агрессию. Сначала это были слова. Обидные, колкие, ранящие.

После начались тычки. Мог толкнуть. Просто потому, что что-то ему не понравилось. Я при этом могла молчать и не пытаться отстаивать свою точку зрения. Всё равно прилетало.

Вчера, когда я приняла решение и заговорила о расставании, он ударил. Именно ударил. Не толкнул, не схватил. А зарядил мне неслабую оплеуху. Поддержав это словами о том, что никуда я от него не уйду. Что скорее сам в лесочке прикопает, чем даст уйти. Исходящая от него агрессия не на шутку пугала.

Так я поняла, что это точка невозврата. Ловить здесь нечего. И решила уйти тихо и незаметно. Затягивать не стала. Как раз сегодня он до вечера на работе, и я успею собрать вещи. Их не особо много, но и то, что есть, оставлять не хочу.

Да и, откровенно говоря, такой тихий побег организован потому, что мне стало страшно находиться рядом с ним. У него словно крышу сорвало. И одному богу известно, что может взбрести ему в голову. Проверять я не хочу. Жизнь и здоровье у меня одни. Неоправданные риски мне не интересны.

Кое-какие сбережения у меня имелись, и я уже приглядела дешёвенький хостел. На что-то более презентабельное лишних средств не было. А там потом переберусь в общежитие.

Я иногородняя, оно мне положено. А места будут со следующей недели, я сегодня узнавала. Ничего, не пропаду. Голова на плечах, руки-ноги на месте.

Училась я неплохо. Не отличница, но вполне себе уверенная хорошистка. Теперь останется подыскать что-то более высокооплачиваемое в плане подработки. Нынешняя, похоже, уже не сгодится.

Но это не проблема. Думаю, решу этот вопрос быстро. Было бы желание. А оно, собственно, есть.

Так что, распрощавшись с одногруппниками, прямой наводкой отправилась в дом, в котором жила чуть меньше года. Желание поскорее съехать подстёгивало и прибавляло скорости.

Стоило зайти в квартиру, как приступила к исполнению намеченного плана. Собиралась быстро, не теряя драгоценного времени. Какое-то внутреннее чутьё буквально кричало, что нужно поторапливаться.

Управилась в итоге за час. Две не особо большие сумки – вот и все мои вещи. Оттащив их ко входной двери, достала телефон и открыла приложение такси. Заказав машину, собралась на выход. Но спустя пару секунд встала как вкопанная. Дёрнулась от неожиданности, когда в двери провернулся ключ и щёлкнул замок. Не успела.

– О! А ты чего дома уже? – пробасил Андрей, прикрывая за собой дверь.

Приветливое изначально выражение лица вмиг приобрело раздражённость. А у меня по всему телу озноб прошёл. Как током шарахнуло. – Не понял.

Окидывая хмурым взглядом сумки, невесело усмехнулся. А мне сквозь землю провалиться захотелось. Всё плохо. Всё очень-очень плохо.

– Андрей, я…, – сама не знаю, чего хотела сказать. Полный сумбур в голове.

– Рот закрой! – обрубил меня на полуслове. – Что же ты, Наденька, решила как крыса свалить? Даже не попрощаешься?

Шагнул ко мне, а я инстинктивно попятилась назад. Воображаемая лампочка загорелась красным, сигнализируя об опасности. Захотелось голову вжать в плечи и испариться.

Но я старалась не показывать животного страха. Хищники чувствуют его и нападают. Андрей сейчас для меня хищник.

– Андрей, давай не будем ругаться? Мы адекватные люди, можем ведь разойтись по-человечески, – хоть и старалась говорить спокойно, дрожащий голос всё равно выдавал меня с потрохами.

На подсознании чувствовала, что ничем хорошим наш разговор не закончится. Для меня точно. Взгляд, которым Андрей на меня смотрел, пугал до чёртиков.

– Ага. Можем конечно, – подойдя вплотную, припёр к стене и сжал шею. Неожиданно. Резко. – Но не будем.

В ужасе раскрыла глаза, смотря на обезображенное гневом лицо. Он снова впал в ярость. Снова безумный взгляд, будто в него демоны вселились. Держал за шею крепко, но не душил. Но от этого легче не становилось. Внутри меня уже вовсю царила паника.

– Андрей, отпусти! – попыталась вырваться, но куда мне там. Мои пятьдесят килограммов не ровня его без малого сотне. Преимущество явно не на моей стороне.

– Какая же ты сука, Наденька. Что, как у меня проблемы с бизнесом начались, сразу не нужен стал? Да? Тварь меркантильная.

Понятия не имела, о чём он говорит. Какие проблемы? Впервые слышу. Да и дело ведь не в этом.

– Ты делаешь мне больно, – произнесла, когда рука на шее усилила напор.

– О, поверь, ещё даже не начинал, – зло оскалился и, тряхнув меня, приложил затылком о стену.

Из глаз чуть ли не искры полетели. Но это, как оказалось, было не самым страшным. Дальше начался самый настоящий ад. Удары посыпались на меня как из рога изобилия. И в какой-то момент я просто-напросто отключилась. Не выдержала.

Придя в себя, не поверила, что живая. Всё тело ноет. Яркий свет режет глаза. Каждое движение отдаёт острой простреливающей болью. Будто меня через мясорубку прокрутили. Судя по ощущениям, места живого не осталось.

Слёз уже нет. Кажется, выплакала всё на пару лет вперёд. Ещё тогда, когда он избивал.

Воспоминания проносились словно вспышки. Помню, Андрей что-то кричал, матерился. Бил и руками, и ногами, когда я, скорчившись от боли, лежала на полу.

Ему было плевать на мои мольбы остановиться. Плевать на слёзы и крики. Кажется, тогда у меня вся жизнь пронеслась перед глазами.

Не помню, как всё закончилось. Очнулась на полу. Долго не могла подняться. Кое-как ползком добралась до двери. Дёрнула ручку. Закрыто.

Начала озираться по сторонам. Полка в коридоре, настенная ключница. Пусто. Дотянулась до сумочки. Вывалила на пол всё её содержимое. Ключей нигде не было.

Телефон лежал на полу, разбитый на мелкие осколки. По нему словно асфальтоукладчиком проехались. Как, собственно, и по мне.

Не видела себя в зеркало, но предполагаю, что ничего хорошего бы там не разглядела. Андрея дома не было. Это понять я уже успела. И даже не знаю, радоваться или плакать.

Избил меня, закрыл в квартире и ушёл. И вроде бы облегчение присутствует, что его нет поблизости. Но и тяготило тоже. И сейчас я больше всего боялась его возвращения. Страшно было, что повторит.

А я клянусь, не уверена, что переживу.

Были бы силы, по простыням в окно сиганула. И плевать, что седьмой этаж. Но сейчас я не то что лезть в окно, я подняться на ноги не могла.

Тело будто мне не принадлежало вовсе. Разум мой, а оболочка – нет.

Но упрямо не хотела сдаваться. Доползла до кухни и начала стучать по батареям. Последние силы расходовала. Но толку ноль. Всем, видимо, плевать.

Вернулась в коридор. Чем ближе физически я находилась к выходу, тем эмоциональнее пробирало. Казалось бы, вот она, дверь на волю, руку протяни. Ан нет. Не всё так просто.

Свернувшись калачиком на полу возле входной двери, тихо плакала. Хотя это больше походило на скулёж побитой собаки. Разрывало от неимоверной боли, жгучей обиды, беспомощности.

Обречённость давила незримым грузом. Я понимала, что встреча с Андреем неизбежна. Иначе мне не выйти.

О чём это я? Да и когда он вернётся, далеко не факт, что я смогу уйти. В этом я сильно сомневалась, если уж начистоту. Замкнутый круг.

Понятия не имею, сколько прошло времени, но когда услышала шорох за дверью, напряглась. Если это он вернулся, то лучше бы я не приходила в себя. Не хочу. Не могу. Не переживу ещё одного акта истязания.

Зажмурила глаза, когда ключ в замке провернулся и дверь открылась. Лежала и, кажется, не дышала. Хотелось силой мысли переместиться в другое место. Туда, где спокойно, легко и безопасно. Но чудес не бывает. Увы.

– Надя? – раздалось словно в вакууме. Даже не сразу осознала, что голос принадлежит не Андрею. А когда понимание пришло, распахнула глаза. Широко.

Не верю!

Первым, что увидела, – были чёрные, начищенные до блеска туфли. Это точно не Андрей. Он носит исключительно кроссовки, презирая классический стиль.

– Помогите! – сама свой голос не узнала. Хриплый, скрипучий. Еле языком ворочала, а от каждого движения разбитые губы вновь трескались по слегка затянувшимся ранкам.

За то время, что я тут лежала, кажется, последние силы упустила. Стало ещё хуже, чем было. Хотя, казалось бы, куда хуже?

– Пиздец, – нервно и напряжённо произнёс мужчина.

Кажется, он в шоке от увиденного. Ну, это и не удивительно.

По всем ощущениям, я сейчас та ещё красотка. Сногсшибательная.

Я даже толком рассматривать не стала, кто зашёл в квартиру Андрея. И не задавалась вопросом: откуда у мужчины ключи. Точно помню, что открыл он дверь именно ими.

Плевать. Главное, что не вернулся хозяин квартиры.

– Больно, – когда он решил поднять меня на руки, не смогла сдержать болезненного стона.

Ошиблась я. Выплакала, оказывается, не всё. Снова слёзы из глаз брызнули.

– Потерпи, маленькая. Сейчас заберу тебя и в больницу поедем. Потерпи, – что-то ещё бормотал, прижимая меня к себе. А мне каждый его быстрый шаг отдавал куда-то в рёбра. Настолько всё болело и ныло.

Стоило выйти на улицу, как тело охватил зимний морозный воздух. А я понять не могла, от чего дрожу больше. От холода или шока, смешанного с пронизывающей болью.

Уложив меня на заднее сиденье машины, чем-то укрыл. И только сейчас, когда мужчина склонился надо мной, подкладывая под голову сложенную куртку, разглядела его.

– Кирилл? – даже в таком состоянии не смогла скрыть удивления. Вышло хрипло и глухо, но он услышал.

Тут же переменился в лице. Холодная сталь во взгляде. Такой, каким я привыкла его видеть в моменты редких встреч. Такой, от взгляда которого, как и раньше, хотелось поёжиться и отвести глаза. Потому что он отталкивал.

Странно. С его суровым образом и вечной непроницаемой маской на своеобразном лице никак не вяжется ранее сказанное им: «потерпи, маленькая». Но сейчас мне было на это плевать. Главное – он забрал меня из ада. Вытащил из самого пекла. Об остальном думать не хочу.

Глава 2.

Надя 

Судя по всему, я долго была в отключке. Как подъехали к клинике, я уже не помнила. Провалилась в небытие почти сразу, как мы отъехали от дома, который не дом мне вовсе. Теперь уже точно.

Всё тело ломило, но уже немного другой болью. Если сразу после произвола Андрея она была точечной и острой, то сейчас её острота разносилась по всему телу. Будто охватывала с ног до головы. Кажется, даже моргать было больно.

А ещё очень сильно тошнило. Похоже, из-за этого я и очнулась. Попыталась перекинуться на бок. Мутило жутко. Но как же больно было совершить хотя бы одно маломальское движение.

– Я помогу, – вмиг опешила.

Даже не заметила, что не одна. Но противиться не стала. Не до того сейчас.

Передо мной тут же, как из ниоткуда, возникла какая-то медицинская ёмкость, куда меня сразу же вывернуло.

Мужская рука крепко придерживала за плечо. Опустошив и без того пустой желудок, попыталась лечь. Морщась, сдерживая стоны, устраивалась на постели. Губ коснулось горлышко бутылки.

– Пей, – и я пила. Жадно глотала воду. – Хватит. Сразу много нельзя. Иначе снова стошнит, – отняв от губ бутылку, поставил её на тумбочку у кровати.

Только сейчас осмелилась посмотреть на участливого мужчину. Им был не кто иной, как Кирилл. Сказать, что я удивлена, – это ничего не сказать. Не знаю, кого ожидала увидеть, но точно не его.

– Вы? – произнесла, разлепив потрескавшиеся губы.

– Я, – мельком посмотрел на меня и сел в кресло напротив.

Как всегда немногословен. Не то чтоб я часто с ним общалась. Но в те редкие моменты он именно таким и был. Сдержанный молчун, с неприкрытым пофигизмом на всё, что вокруг него происходило.

– Вы не уйдёте? – спросила первое, о чём подумала. Было странным, что он до сих пор тут. Хотя и отторжения это не вызывало.

– Скоро подойдёт лечащий врач, и я уеду, – и переключил всё своё внимание на телефон. Что-то сосредоточенно печатал.

Не стала его больше расспрашивать и рассматривать.

Мне всегда было неудобно в его обществе. Какое-то непонятное ощущение, когда не знаешь, куда отвести взгляд.

Он не как все, кого я видела и знала. Вроде ничего особенного, мужчина как мужчина. Ровесник Андрея. Его друг. Но рассматривать его я не могла никогда. Потому что сразу подвисала.

Он, если можно так сказать, необычный. Кирилл отлично сложен физически. Высокий, крепкий. Не перекаченный, но явно уделяющий время спорту. Это видно невооружённым взглядом.

Но на лицо совершенно не красавец. У него всё было слишком.

Слишком крупный нос с ощутимой горбинкой. Слишком широкий рот. Наверное, поэтому он никогда не улыбается. Высокий лоб, скрытый густой чёрной чёлкой. Оттопыренные уши, которые ничем не скрыть. А в глазах вечный арктический холод.

Всё по отдельности, наверное, могло бы выглядеть неплохо. Но в совокупности… отталкивающе. Непривлекательно. От слова «совсем». Несуразно.

Я всегда старалась избегать взгляда ему в  лицо. Он прекрасно знал, как выглядит, и мне казалось нетактичным его рассматривать.

А может, всё дело в том, что я боялась. Вдруг он в моём взгляде увидит отвращение и неприязнь? Наверное, это ближе к истине. Потому что самой было стыдно за свою реакцию. Но что я могу с собой поделать, если он мне неприятен…

Поэтому, когда Андрей брал меня с собой на редкие встречи с Кириллом, я смотрела в пол или по сторонам. Даже общаясь с ним. Пусть это и было банальное «привет-пока».

Хотя по тому, как он держался в общении с окружающими, казалось, что ему плевать, кто и что о нём думает. Такой пофигизм касался не только внешности, а в целом всего. И это не могло не вызвать определённой доли уважения. Уверенный в себе.

Это Андрей вечно кичился тем, какой он охрененный красавчик, и, как девица на выданье, порой переживал из-за стрижки. Весь мозг мог вынести.

А иногда он не отказывал себе в том, чтоб за спиной пройтись по Кириллу. Мол, удивлялся: «кто ему с такой рожей даёт». Зато себя Андрей любил.

Только самым настоящим уродом оказался он сам. Если и не внешне, то внутри.

Тот случай, когда за приятной картинкой прячется самая настоящая гниль. И я в эту гниль вляпалась. Как результат: лежу в больничной палате, не в силах пошевелиться.

Вскоре, как и говорил Кирилл, подошёл врач. Невысокий и тучный мужчина возрастом чуть за пятьдесят. Навскидку.

– Ну, Надежда, как вы себя чувствуете? – даже от меня не скрылось, с каким сочувствием смотрел на меня врач.

– Будто я отбивная, – шутка, которая и не шутка вовсе.

– Скоро всё пройдёт. Постепенно станет легче. У вас множественные ушибы, рассечения, сотрясение головного мозга. Сломано ребро и трещина в руке, – кажется, я даже изменилась в лице. – Не пугайтесь так. Звучит действительно паршиво. Но главное – живая. Мы вас на ноги поставим. Полежите пока у нас. Когда станет легче и состояние нормализуется, отпущу домой. Правда, под строгое наблюдение. Но пока рано об этом говорить, сами понимаете. Посмотрим за динамикой.

В этот момент к глазам подступили слёзы. «Главное – живая». А ведь когда Андрей избивал, я практически с жизнью попрощалась. Думала: всё, вот он, конец. Так страшно и больно было.

– Спасибо, – произнесла на выдохе.

– Не за что меня благодарить. Это мой долг – оказывать помощь и ставить на ноги, – добродушно улыбнулся и после переключил внимание на того, кто присутствовал рядом всё это время. – Кирилл Викторович, все документы подготовлены, как вы и просили. Протокол лечения я вам предоставлю. Можем после осмотра переговорить у меня в кабинете.

Кирилл только молча кивнул, прожигая меня внимательным взглядом. Вскользь посмотрела ему в лицо. У него в глазах будто недовольство читалось.

Ну ещё бы. Ввязался не пойми во что. Видимо, из-за меня пришлось поменять планы. Насколько мне известно, он достаточно занятой. Особенно для того, чтоб сидеть сейчас со мной в палате. И это до сих пор не укладывалось у меня в голове.

После осмотра врач, попрощавшись, вышел из палаты. А мы снова остались одни.

– Спасибо, что забрали меня оттуда, – посчитала необходимым это озвучить.

Странно, но у меня язык не поворачивается обращаться к нему на «ты». Изначально так повелось. Он не исправлял, а мне так комфортнее было.

– Пожалуйста, – безэмоционально и твёрдо. – Мне нужно уехать. Если тебе что-то понадобится, скажешь медсестре или лечащему врачу. Мне передадут. Поправляйся, – кинув на меня быстрый взгляд, направился к выходу.

– Хорошо, – практически ему в спину, когда он выходил из палаты.

Естественно, просить я ни о чём не буду. Это слишком. Судя по всему, меня и так не без участия Кирилла положили в отдельную палату. Да и клиника явно не из дешёвых. Даже подумать страшно, во сколько ему всё это обошлось. Такая обуза в моём лице.

Ладно. Как только поправлюсь, найду более-менее нормальную работу, а не лайтовую подработку, и буду частями возвращать ему деньги.

Оставаться должной я не хочу. Неправильно это. Мы друг другу вообще никто. Даже не товарищи.

Вот что действительно не давало покоя помимо боли во всём теле, так это мысли о том, как Кирилл оказался в квартире Андрея. И я ведь точно помню, что он открыл её ключами и зашёл.

Откуда у него ключи? И для чего он приехал? По делу или узнал обо мне? Хотя нет, бред это. С чего ему вообще про меня что-то узнавать и тем более мчаться спасать?

Столько вопросов, оставленных без ответов. Но если так посудить. А не всё ли равно, почему и зачем он приехал к Андрею? Ведь если бы не это стечение обстоятельств, неизвестно, что бы со мной вообще было.

Прикрывая глаза, попыталась расслабиться. Выходило, но с трудом. И дело не только в физической боли. Основная сложность в том, что стоило сомкнуть веки, как перед глазами всплывал перенесённый ужас.

Перекошенное злобой лицо Андрея. Его голос с агрессивными интонациями. Удары, тычки, истязания.

Снова хотелось плакать. В чём, собственно, я себе не стала отказывать. Оказывается, чувство беспомощности – это очень страшно. А если оно ещё и обречённостью подпитано, то и вовсе удручающий коктейль.

Теперь главное – поскорее прийти в норму и поставить жизнь на нужные рельсы. Решить вопрос с работой, подыскать жильё. Правда, основная проблема в том, что все мои вещи, документы и деньги так и остались в квартире Андрея. И как их теперь оттуда забрать, я ума не приложу.

Глава 3.

Кирилл

– Прикинь, сука какая, уйти от меня захотела! – опрокинув в себя очередную стопку, сокрушался Андрей.

Хотел бы я сказать, что девочка долго продержалась. Её предшественницы сваливали раньше. Но промолчал.

Мне не интересна личная жизнь Андрея. Разве что сама девочка, которая наконец-то решила его кинуть. Хорошенькая, миленькая.

– Насильно мил не будешь, – произнёс я, флегматично отпивая остывший кофе.

– Ну да. Кто бы говорил, – окинул меня насмешливым взглядом.

Я к этому привык. Уже не трогало и не задевало. Таких взглядов за прожитые двадцать восемь лет испытал несчётное количество.

Я знаю, что далеко не эталон красоты. Мне это отчётливо донесли с самого детства.

Тогда было сложно. Смешки, тычки, издёвки. С возрастом прошло.

Я тот, кто я есть. Отчасти благодаря тому, что было в прошлом, я добился многого сейчас.

– Ну ничего. Никуда не денется. Сейчас оклемается, подумает хорошенько. Сделает правильные выводы и перестанет рыпаться, – с некой долей злобы проговаривал.

А меня что-то в этой фразе напрягло.

– В плане «оклемается»? – зная Андрея, ожидать можно всего чего угодно.

– Да, – как-то неопределённо махнул рукой. – Выбесила сегодня. Сорвался немного. Ввалил ей.

– Ты её ударил? – почему-то от такого предположения передёрнуло.

Она ж хрупкая совсем. Такой много не надо.

– Ну, как тебе сказать, – снова заржал как конь. – Отпиздил, короче.

– Чего ты, блядь, сделал?

Может, я ослышался и чего-то недопонял? Но, судя по роже Андрея, – нет. Не ослышался.

– Чего-чего! Того! А не хер взбрыкивать. Я ей что, мальчик, чтоб бегать? Уйти она захотела, видите ли. Посидит пару недель дома, пока подлатается. А там уже захлопнет рот. И тему эту поднимать не будет, – он снова подлил себе вискарь и тут же выпил.

– Ты не мальчик, Андрей. Ты мудак!

Рывком поднялся с кресла и в пару шагов пересёк разделяющее нас пространство.

Хер знает, что мной двигало, но я даже подумать не успел, прежде чем дёрнул его за ворот, заставляя подняться.

Считанные секунды, и мой кулак врезался в его физиономию.

– Ты охренел?! – взревел, хватаясь за нос.

Ничего не ответил. Молча повторил удар. Потом ещё раз. И ещё. До тех пор, пока он не свалился на пол.

Охрана, стоящая неподалёку, молча наблюдала. Парни не решались встревать.

Ещё бы. Если владелец клуба решил кому-то втащить, значит, на то есть веские причины. В любой другой ситуации они бы уже вмешались и разняли драку.

У меня с этим строго. Приличный клуб, приличная публика. Никаких мордобоев и разборок. Если есть желание, то на выход. И за пределами клуба пусть хоть до кровавых соплей лупят друг друга. Но не здесь.

Ага, не здесь. Сам же сорвался.

Я не сторонник таких разборок. Всегда предпочитал конструктивный диалог. Считал, что даже до самого тупого можно донести информацию словами.

Сейчас же сорвало. Ярость появилась из ниоткуда. Вспыхнул.

Она же девчонка совсем. Как можно руку на неё поднять? В голове не укладывалось. И от этого зверел ещё сильнее.

После серии ударов сел на корточки возле его туши. Он уже не сопротивлялся.

Достал из его кармана ключи от квартиры и выпрямился. После взял со стола салфетки и вытер руки. Скомкал и бросил на пол. Мусор к мусору.

Прихватив телефон и ключи от тачки, пошёл к выходу.

– Разберитесь, – сказал ребятам из охраны и кивнул назад. – Для начала в ментовку сдайте, пусть там в себя приходит.

– Сделаем, Кирилл Викторович.

Не сомневаюсь, что сделают.

Не став больше терять времени, вышел на улицу и сел в тачку. Мороз пробирал, верхнюю одежду оставил в клубе. Да и машина за это время успела остыть.

Но прогревать её мне некогда. Всё это мелочи, которые заботили меня в последнюю очередь.

К дому, где жил Андрей, гнал на запредельной скорости. Волосы дыбом, стоило представить, как он её бьёт.

Будь хоть трижды мудаком, мужик не должен поднимать руку на тех, кто слабее. Табу. Это должно быть выбито на подкорке.

Одно радовало, что она решила от него уйти. Этим Надя полностью развязала мне руки. Потому что сегодняшним вечером наказание для Андрея не ограничится.

Доехав до места, бросил тачку как попало и сорвался к подъезду. Поднявшись на нужный этаж, замер напротив двери.

Словно в прошлое откинуло.

Восемнадцать лет назад я также стоял у двери. Только своей квартиры. И тогда зашёл домой, ничего не опасаясь и не подозревая. А там был пиздец.

На полу в кухне лежала избитая мать. Уже не подававшая признаков жизни.

Её избил мой отчим. Мне от него тоже не слабо прилетало, когда он перебирал с выпивкой. В итоге мать решила разойтись с ним. Чтоб не калечить жизнь ни мне, ни себе.

Как результат, он её избил. Избил до смерти. Не рассчитал силы в пьяном угаре. Лишил меня единственного родного человека. Лишил меня матери. Лишил жизни женщину, которая меня любила ни за что-то, а просто потому, что я её ребёнок.

Отчим тогда отделался испугом. Откупился, мразь. А я сделать ничего не мог. Да что взять с десятилетнего пацана? Только рыдал сутки напролёт, отказываясь верить, что мамы больше нет.

Так я и оказался в детском доме. Родных не было. Отца я никогда не знал. Один остался.

Там я, кстати, и познакомился с Андреем. Не сразу, но сдружились. И несмотря на то что были совершенно разными и в будущем дороги практически разошлись, связь поддерживали.

Наверное, потому меня сегодня и триггернуло так. С головой окунулся в прошлое. Вспомнил, как бывает, когда сильный избивает слабого. Какие могут быть последствия. Необратимые.

Стряхнув оцепенение, достал из кармана связку ключей. Не сразу нашёл нужный. Но когда ключ провернулся, толкнул дверь и встал как вкопанный.

На полу, прямо в коридоре, свернувшись калачиком, лежала Надя. На ней места живого не было. Голос свой не узнал, когда имя её назвал.

Дальше всё как в бреду. В голове навязчивая и пульсирующая мысль: скорее добраться до больницы.

Меня, блядь, самого трясло не меньше, чем её. От каждого её всхлипа и стона сердце кровью обливалось. Маленькая такая, беззащитная. Как тростиночка.

Пока мчался в больницу, ещё твёрже укоренился в решении, что Андрею пиздец.

Плевать на многолетнюю дружбу. Плевать на то, что когда-то были друг за друга горой.

Когда-то по вине такого же ублюдка умерла моя мать. И я не я, если позволю такому повториться.

Тогда я ничего не смог сделать. А сейчас… Сейчас я уже не тот беспомощный пацан, которым был восемнадцать лет назад.

В клинику ворвался как безумец, с Надей на руках. Она уже без сознания была, а я в явной панике. Страх пробирал до костей.

Уже не вспомню, что орал, пока бежал с ней по больничному коридору. Мозг отключился напрочь. Мной руководил дикий и животный страх.

Передав её врачам, мерил коридор шагами. Пятьдесят один шаг в одну сторону и столько же в другую. Кажется, каждую плитку на полу изучил досконально.

После полного обследования её перевели в палату. И дальше наступило мучительное ожидание. Сидел в её палате и гипнотизировал хрупкую изувеченную фигурку стеклянным взглядом. За всю ночь глаз не сомкнул.

Отвлекался только на телефон. Парни отчитывались о поручении насчёт Андрея. Если бы увидел её до того, как дал парням задание, то, скорее всего, сказал им прикопать его в лесочке.

Наверное, и к лучшему, что не видел. Чем-чем, а мокрухой я не занимался. А тут вроде как все предпосылки имелись.

В прошлом мог бы ступить на эту дорожку, если бы отчим не загнулся от пьянки раньше.

Мне бы радоваться, что он гниёт в земле. Да отчего-то чувство неудовлетворённости преследует. Что я отомстить не успел, и старуха с косой добралась до него раньше.

В таких мыслях прошла вся ночь. Меня так и кидало из прошлого в настоящее.

Надя пришла в себя утром. Взгляд потерянный, пустой. Меня не заметила сразу.

Зато когда заметила, сразу в лице изменилась. Удивление, непонимание. Ну и, естественно, почти сразу отвела взгляд в сторону.

Ну, ожидаемо. Она всегда так себя вела в моём обществе. Изначально знал, что я ей неприятен. Об этом кричало всё. Но громче всего её глаза.

Я таких взглядов повидал немало. Привык. Но отчего-то именно её делал неприятно.

Понимал прекрасно, что как по щелчку симпатией она ко мне не проникнется. Но… хотелось?

Возможно. Скорее всего, дело в том, что она мне понравилась ещё в тот день, когда впервые увидел.

Такая милая, воздушная. Такую, как она, хотелось сграбастать и не отпускать. Но, увы. Это не о нас. Лезть из кожи вон для того, чтоб она посмотрела на меня иначе, я не буду.

Не настолько я безнадёжен, чтоб кому-то навязываться. Несмотря на то что далеко не красавчик, женским вниманием не обделён.

Я не страдаю комплексами. И мне плевать, из-за чего девицы вьются рядом. Из-за толстого кошелька? Да похер. У всех свои слабости. Кто я такой, чтоб кого-то осуждать? Вот и Надю не буду. Не нравлюсь? Уж переживу как-то.

Это раньше парился, когда сопляком был. Мама, пока жива была, всегда говорила, что если человек твой, то он смотрит в душу. И полюбит душу. Правда, до души дело доходило редко. Или, если быть точнее, никогда.

Но и меня никто не цеплял настолько, чтоб жить не мог. Слишком сильно я привык держаться особняком. Так жить проще. Без привязанностей, а на товарно-денежных отношениях. Зато всё искренне. Без заискиваний.

После осмотра врача собрался на выход. Наде не комфортно. Пусть отдыхает.

– Мне нужно уехать. Если тебе что-то понадобится, скажешь медсестре или лечащему врачу. Мне передадут. Поправляйся, – не дожидаясь ответа, направился к двери.

Прежде чем поехать домой, пошёл к лечащему врачу. Нужно обсудить некоторые моменты касательно Надиного здоровья и дальнейшего восстановления.

– Можно? – постучав, открыл дверь в кабинет.

– Да, конечно. Проходите, Кирилл Викторович. Я как раз вас ждал, – нормальный мужик, дельный. Место своё занимает заслуженно.

– Я вас слушаю, – сел напротив него. – Как будет протекать восстановление девушки?

Это теперь моя приоритетная тема. Неожиданно.

– Ну, сложно сказать как. При благоприятных обстоятельствах, думаю, быстро восстановится. Главное, чтоб нигде не выстрелило. Сами понимаете, пострадала девочка серьёзно. И последствия травм могут сыграть злую шутку. Тут сложно прогнозировать. По крайней мере, на данном этапе лечения.

– Какими могут быть последствия? – напрягся. А всё почему? Потому что, видимо, рано расслабился.

– Меня больше беспокоит не физическое состояние, – приподняв очки, он устало потёр глаза. – Я бы советовал обратиться к специалисту, который сможет контролировать её душевное состояние.

– Предлагаете обратиться к психологу?

– Не предлагаю, но настоятельно советую. Девочка молоденькая совсем. Мало ли как психика среагирует. Сейчас может быть нормально, а потом неожиданно начнётся откат. Лучше предотвратить, нежели потом лечить.

– Я вас услышал. А физически?

– Ну, физически всё обратимо. Кости срастутся, ссадины и синяки сойдут. Не сразу, конечно. Но мы приложим к этому все усилия. Хорошо, что внутренние органы не пострадали, – чуть помедлив, задал вопрос: – Кто ж её так?

– Не важно, – решил сразу пресечь эту тему. Лишнее. – Но можете быть спокойны, виновный понесёт наказание. С рук не сойдёт.

Подумав об Андрее, сжал челюсти. Желание размозжить ему череп не уходило. А только крепчало. До красной пелены перед глазами.

Обсудив план лечения, покинул стены больницы. Домой ехал с роем мыслей. Сам не понял, как полностью окунулся во всё, что касалось Нади.

Но тут, раз начал, надо доводить до конца. И лечение её, и восстановление. Нужно будет психолога подыскать. Раз необходимо, значит, такой специалист будет.

Какую-то ответственность за неё чувствовал, что ли. Несвойственное чувство для человека – одиночки по жизни. Не привык я о ком-то заботиться. Видимо, пора начинать.

Не бросать же её на произвол судьбы. Не смогу.

Приехав домой, первым делом направился в душ. Скинул с себя шмотки и отмокал.

Минут двадцать под тёплыми струями воды стоял. А потом вышел и посмотрел на своё отражение в зеркале. Ухмыльнулся.

Ну что ж, Наденька, придётся тебе пока потерпеть мою рожу. Сорри.

Прежде чем рухнуть в постель, позвонил парням из охраны. Вспомнил, что хотел подкинуть им ещё одно задание.

– Слушаю, Кирилл Викторович, – отозвался Костя после третьего гудка.

– Я тебе адрес скину, сгоняй с ребятами. Нужно вещи забрать. Документы. В общем, всё, что найдёте из принадлежащего девушке.

– Понял.

– Квартира не заперта, – только сейчас понял, что умотал с Надей на руках, оставив дверь нараспашку. Да и похер. Не до того было.

– Всё сделаем. Вещи куда потом?

– Ко мне домой везите, – ответил, не задумываясь.

Нажав отбой, наконец-то лёг. Устал как собака. Больше морально выдохся. Надо в норму приходить. Дел до жопы.

Помимо Нади и Андрея была ещё работа. Которую никак нельзя похерить. И попробуй разорвись.

Глава 4.

Надя

Когда в первый раз увидела себя в зеркале, разрыдалась. Не была я готова к такому зрелищу. Синяки, ссадины, отёк. С того момента предпочитала избегать своего отражения.

Не то чтоб я была повёрнута на своей внешности. Нет. Но мне кажется, даже самый отъявленный пофигист на моём месте не остался бы спокойным.

Уже две недели я провела в стенах больницы. В целом мне уже значительно лучше. По сравнению с тем, как было, – небо и земля.

Кирилл заезжал ко мне практически каждый день. Ненадолго. Но это и хорошо. Терялась я в его присутствии. Робела и смущалась. Нам элементарно поговорить не о чем было. Мы друг друга совершенно не знаем. Чужие люди.

Вообще чудно, что он со мной до сих пор носился. Визиты его краткосрочные, но регулярные. Которые в большей степени проходили или в тишине, или в скупых и коротких репликах по типу вопрос-ответ.

Привозил кое-какие вещи, вкусную ресторанную еду и отчаливал. Я ни о чём этом не просила. Он сам. Зачем-то.

– Ну что, Надюша. Как чувствуешь себя? – поприветствовал меня лечащий врач, зайдя в палату.

Вот с ним мне общаться нравилось. Легко и непринуждённо выходило. Добродушный дядечка.

– Отлично, Игорь Леонидович! Бодра, весела и готова к подвигам, – отрапортовала с улыбкой.

– Ну, с подвигами повремени пока. Но раз в целом всё хорошо, то спешу тебя обрадовать. Выпишем сегодня.

– Уже? – странный вопрос для человека, который две недели провёл в четырёх стенах больницы, никуда носа не высовывая.

– Что значит уже? Не рада, что ли? – прищурился врач, не сдержав смешка.

– Рада конечно! – поспешила заверить мужчину. – Просто не ожидала.

– Ну а раз рада, собирайся потихоньку. Я пока выписку подготовлю.

Когда мужчина ушёл, я погрузилась в мысли. Рада я или нет?

Вроде бы рада. Кому нравится в больнице лежать? Мне не очень. Даже несмотря на то, что моя палата как гостиничный номер. А внимание со стороны медицинского персонала лучше и быть не может.

Но всё омрачало чувство неизвестности. А дальше-то куда? Ещё и появления Андрея опасалась. Тут вроде как под защитой была. Сюда бы он точно не сунулся.

А там, на воле, неизвестно, где можем столкнуться и чем это столкновение закончится.

Я бы предпочла вообще его больше не видеть. Никогда. А ещё было желание, чтоб он ответил за то, что сделал со мной. Едва до смерти не забил. До сих пор последствия избиения налицо. И ощущаются физически.

Но, как я говорила, состояние уже не такое критичное, как было в начале. Но тем не менее! Он же неуравновешенный псих. Просто без тормозов, принципов и морали. Угораздило же вляпаться в такого.

Не став терять времени, стала собираться. Ладно, по ходу дела разберусь, как быть дальше. Главное – живая. Остальное приложится.

Пока лежала в больнице, долго думала о будущем. На второй день моего тут пребывания Кирилл привёз мне новый телефон. Но, несмотря на то что старый разбит вдребезги, новый принимать отказывалась наотрез.

Я имела представление о том, сколько этот аппарат может стоить. И от этого дурно становилось. Но все мои отказы закончились тем, что он его оставил и ушёл. Просто положил на тумбочку возле кровати и вышел за дверь.

Почти сутки я к нему не прикасалась. Смотрела с опаской на коробочку, но в руки не брала. Но потом любопытство пересилило.

Достала его. Из-за чего до сих пор на душе неспокойно. Но дала себе обещание, что постепенно буду возвращать Кириллу долг. За лечение и телефон. Последний можно продать и купить что-то попроще. Оставшиеся деньги вернуть. А там с зарплаты буду частями остальное возвращать.

Кстати о работе. Как раз её поисками я и занялась, зайдя в интернет с нового телефона. Поначалу было сложно долго смотреть на экран. Головокружение, резь в глазах и тошнота не давали сконцентрироваться. Но постепенно смогла посвящать поиску работы больше времени. Так я нашла вакансию уборщицы в одной из дорогих гостиниц города. Да, работа не для белоручки, но я такой и не была. Зато зарплата неплохая и с учёбой совмещать вполне реально.

Лишь бы физически после травм потянула, остальное не проблема.

Оставалось надеяться, что место в общежитии ещё свободно. Звонила в деканат, но меня заверили, что мне не о чем беспокоиться. Они в курсе, что со мной стряслось, и пожелали скорейшего выздоровления.

Это повергло меня в шок. Откуда? Не мог же Кирилл и тут всё уладить? Да нет, бред какой-то. Зачем ему это?

Но если всё действительно так, как мне сказали в деканате, это вселяло надежду, что не так уж всё и плохо у меня в перспективе.

Закончив сборы, села на кровать. Всё бы ничего, но из-за ребра движения тяжело даются. Ещё и рука в подвесном бандаже. Да уж, попробуй в таком виде устройся на работу. Кому я нужна сейчас? Ладно. Главное – не вешать нос.

Спустя минут десять дверь в палату открылась. Поднялась на ноги, готовая к выходу. И приросла к полу, словно корни пустила.

– Здравствуй, Надя. Готова? – в палату вошёл Кирилл.

Как всегда серьёзный, собранный. Весь в чёрном. Рубашка, брюки, расстёгнутое пальто. Должно быть, это его любимый цвет. В другом я его и не видела.

– Здравствуйте, Кирилл. Выписку жду.

– Может, уже на «ты»? Мы с Андреем ровесники. «Выкать» мне необязательно. С ним же не на «вы» общалась.

При упоминании Андрея аж передёрнуло.

– Хорошо, – согласилась без препирательств. Хотя не думаю, что мне это легко дастся.

– Твои медицинские документы у меня. Выписка, история болезни и назначения. Так что можем ехать. Это все твои вещи? – указал взглядом на сумку.

– Все, – впала в ступор. Это он за мной приехал, получается?

– Тогда пойдём.

Взяв в руку сумку с вещами, пропустил меня вперёд. В больничном коридоре, по пути к выходу, уже я семенила следом. Он твёрдой и решительной походкой рассекал пространство. А я неуверенно и будто крадучись.

Придержав мне дверь, ведущую на улицу, подал руку. Я уставилась на неё, будто она кусается.

– Тут скользко, – пояснил мне свой жест.

Нерешительно вложила свою ладонь в его. Непривычны его прикосновения. Чужеродные.

Хотя, если вспомнить, забирал от Андрея он меня, неся на руках. И тогда я ничего подобного не чувствовала. Хотя тогда я вообще ничего, кроме боли, не ощущала.

Придерживая меня за здоровую руку, помог спуститься по ступенькам. Действительно скользко.

Подойдя к огромной чёрной машине, открыл багажник и положил в него сумку. Я так и стояла рядом, переминаясь с ноги на ногу. Из-за не до конца застёгнутой куртки пробирало холодным зимним ветром. Как он так ходит, не застёгиваясь? Задубеть ведь можно.

– Садись, – открыл переднюю пассажирскую дверь, снова подал руку. Тут тормозить не стала. Высоко. Сама буду корячиться как кляча.

– Спасибо, – но он уже захлопнул дверь, стоило мне усесться.

Когда он занял место за рулём и завёл двигатель, всё же взглянула на него полноценно. В профиль он лучше, чем в фас. Хотя нос всё же в глаза бросался.

Выехав со стоянки, он полностью сконцентрировался на дороге, а у меня в голове был целый рой мыслей. Пожалуй, пора их озвучить.

Но как же тяжело первой нарушить тишину. Особенно когда Кирилл этого делать явно не торопится. Такое впечатление складывается, что он вовсе моего присутствия не замечает.

– А куда мы? – чуть прокашлявшись, озвучила один из интересующих меня вопросов. Самый важный для меня на данный момент.

– Домой, – одно слово, а меня прострелило насквозь.

– Я к Андрею не поеду! – чуть ли не выкрикнула.

Придерживаться спокойной интонации и дальше не вышло. Меня сковал ужас. Дикий, животный и не поддающийся контролю. Даже потом холодным обдало. Хотелось на ходу выпрыгнуть из машины.

– Андрей тут при чём? – спросил и быстро мазнул по мне взглядом.

– А в какой ещё дом ты можешь меня везти? Лучше останови машину, и я сама дальше разберусь. К нему я на пушечный выстрел больше не приближусь, – я всё никак не могла взять себя в руки и успокоиться. Даже не заметила, как перешла на «ты». Оказывается, это просто, когда тобой руководят эмоции. Проще, чем казалось в больничной палате.

– Во-первых, успокойся и прекрати разводить панику. Во-вторых, Андрей в полиции и к тебе не приблизится. Это понятно? – молча кивнула. – Дальше. Мы едем ко мне домой. Пока полностью не восстановишься, будешь жить у меня, – сказал как отрезал.

А я не знала, за какую мысль хвататься. То ли за ту, что Андрей под арестом. То ли за ту, что Кирилл везёт меня к себе. Одна радостная, другая пугающая.

– К тебе я тоже не поеду, – выпалила на одном дыхании.

– Уже едешь, – спокойный и непробиваемый. Глядя на него, кажется, что он вообще не способен испытывать эмоций.

– Нет. Останови, пожалуйста. Я сама справлюсь, – воспротивилась подобной перспективе.

– Ещё раз повторю: успокойся. Терпеть не могу женские истерики, – ан нет, испытывает эмоции, оказывается. Сейчас, например, раздражение. – Давай начистоту?

– Давай, – ответила, сцепив зубы.

– Идти тебе некуда. Денег у тебя практически нет. Работать ты сейчас не сможешь. И даже не спорь, – пресёк, стоило открыть рот. Тут же его захлопнула. – Твоя первостепенная цель – нормально долечиться и прийти в норму. До этого момента сама себя содержать ты не сможешь. Общежитие? Да, вариант, конечно. Но не идеальный. По крайней мере, не сейчас. Поэтому включи уже голову и подумай как следует. У меня большой дом. С утра до позднего вечера я на работе. Пересекаться мы практически не будем, если тебя это беспокоит. Как только поправишься, вольна делать всё что угодно.

– Если я не заселюсь, моё место в общежитии отдадут кому-то другому, – промямлила, понимая, что логика в его словах, к сожалению, есть. И общежитие – последний аргумент, который у меня остался.

– За это можешь не переживать. Твоё место останется за тобой столько, сколько будет нужно. Ещё вопросы?

Получается, всё же это он сообщил в университет? И с общежитием, значит, он решил? Вопросы? Да у меня их масса!

– Почему, Кирилл? – впервые с момента нашего знакомства уставилась на него во все глаза. Каждый размером по пятаку.

– Что «почему»?

– Почему ты мне помогаешь? – это мне совершенно не понятно. К чему ему возня с малознакомой девчонкой?

– Считай, карму себе чищу благими делами. Такой ответ устроит?

Если честно, то нет. Не устроит. Но вряд ли я добьюсь от него другого ответа. Поэтому эту тему опустила. И решила перейти к той, которая волновала не меньше.

– Андрей, правда, в тюрьме?

– Не в тюрьме. Пока ещё. Он в следственном изоляторе. За то, что сделал с тобой, он ответит. Надеюсь, ты препятствовать этому не будешь? – его слова были пропитаны раздражением и злостью.

– Что? Препятствовать? Нет конечно! Я готова только содействовать, чтоб он ответил перед законом по максимуму.

– Содействовать ни к чему. Этот вопрос я решу сам.

Вот опять. В чём его заинтересованность? Для чего ему всё это? Хоть убейте, понять логику его поступков я не могу. Она для меня настолько неочевидна, что не поддаётся объяснению. Ни одной догадки.

– Вы же друзья, – это ведь весомая причина, из-за которой мне непонятны поступки Кирилла?

– Были, – снова коротко, но исчерпывающе.

После этого разговора мы на какое-то время погрузились в молчание. В салоне негромко играла музыка. Кирилл внимательно следил за дорогой. Я же с интересом рассматривала вид за окном.

Куда я еду? Правильно ли поступаю в том, что не спорю и соглашаюсь с Кириллом? Так много вопросов и настоящая напряжёнка с ответами.

Да, если откинуть эмоции и включить голову, он прав. Тысячу раз прав. Работник из меня никакой, как бы я ни хорохорилась. Ни один работодатель не примет на работу человека с едва сросшимися рёбрами и подвязанной рукой.

Своего у меня ничего нет. Во всяком случае, здесь. Да и в родном посёлке тоже. Был раньше дом, где мы жили с мамой. Но, когда она сошлась с моим отчимом, продала его, и они на двоих купили квартиру. Там я теперь как в гостях.

Вообще была рада до безумия, когда поступила в столичный университет и вырвалась в свободное плавание. Кто ж знал, что мне в нём плавники подрежут.

С мамой отношения почти никакие. Мы не ругаемся, она меня не пилит. Но и особого участия в жизни не проявляет. Полное равнодушие к моей персоне. Вся в новой семье. В отчиме и его дочери от первого брака, с которой, к слову, отношения у нас не сложились.

Только сейчас задумалась о том, как давно я созванивалась с мамой. Она ведь даже не знает о том, что со мной приключилось. Может, и к лучшему.

– Кирилл, я точно тебе не помешаю? – задала вопрос, когда мы въехали в коттеджный посёлок.

Тут всё такое дорогое. Каждый дом кричит о статусе владельцев. Непривычно. Неуютно.

– Точно. Можешь не беспокоиться. Если бы мешала, то я снял бы тебе квартиру в городе.

Хотела спросить: а почему не снял? Но вовремя захлопнула рот. Ещё этого мне не хватало. Я тогда до пенсии с ним не расплачусь.

– Спасибо тебе большое. И за то, что от Андрея забрал, и вообще. Наверное, я бы сама не справилась.

– На здоровье. Приехали, – отвлеклась от дороги, а мы уже, оказывается, въезжаем на территорию участка.

Кажется, своего удивления я скрыть не смогла.

– Ты здесь живёшь? Один? – Господи, а ведь я даже не спросила до этого, один ли он живёт или с кем-то? Вдруг у него девушка есть?

Просто до этого у меня и мысли не было, что у него может быть девушка. Не уверена, но мне казалось, что не каждая клюнет на него с такой внешностью.

А вот сейчас задумалась. А вдруг нашлась такая? Как она отнесётся к моему появлению в доме? Хотелось взвыть от подобной перспективы.

– Да, я здесь живу. И да, один, – ответил, паркуясь и глуша двигатель.

– Один в таком большом доме? – дом и правда большой. Не дворец, конечно. Но и не среднестатистический дом, к размерам которых я зрительно привыкла.

– Он не большой, он просторный, – ответил и вышел из машины.

Не большой, а просторный? А в чём принципиальная разница? Ладно, пусть так.

– Выходи, – открыл дверь с моей стороны и снова подал руку.

Выйдя на улицу, осмотрелась по сторонам. Красиво. Несмотря на лежащий на земле снег, было понятно, что территория ухоженная. Летом тут должно быть ещё красивее. Хотя и так очень даже.

– Пойдём в дом, пока не замёрзла. Потом осмотришься, – Кирилл уже стоял возле меня, держа сумку с вещами.

Побрела за ним. Так чудно это всё. Будто не со мной вовсе.

Зайдя в дом, лучше поняла его слова о просторе. Сразу с прихожей попала в огромную гостиную. Пространство не было загромождено мелочами или ещё чём-то. Минимализм, если можно так сказать. Но стильно. Просто чуточку не хватает уюта. По-мужски сдержанно, я бы сказала.

– Направо кухня и столовая. Повар приезжает каждое утро, готовит завтрак и ужин. Днём меня не бывает, поэтому скажу, чтоб теперь и обед накрывал.

– Я в состоянии сама себя обслужить, – вот ещё. Не хватало, чтоб повар специально для меня столы накрывал.

– Твоя комната на втором этаже, – продолжил как ни в чём не бывало, пропустив мою реплику мимо ушей. – Там же санузел. Вещи твои и документы из квартиры Андрея забрали. Всё в комнате.

Последняя информация несказанно порадовала. Я переживала, что всё, что у меня есть, забрать теперь не смогу. Особенно документы и кое-какие сбережения. А оказывается, Кирилл и тут всё разрулил.

– Спасибо большое, – не могла не поблагодарить за это.

– Моя комната тоже наверху, но в противоположной стороне. Рядом кабинет. Как правило, после работы я там. Если вдруг будут какие-то вопросы, будешь знать, где искать. Ну или звони. В течение рабочего дня могу не всегда быть на связи, значит, потом перезвоню сам, – всё это он объяснял, пока мы поднимались по лестнице на второй этаж.

– У меня нет твоего номера, – зачем-то озвучила. Вряд ли я когда-то решусь сама ему позвонить. Я планирую сидеть здесь мышкой и не особо мелькать перед глазами.

– Есть. Он записан в твоём телефоне, – чёрт. Даже как-то неудобно стало. Я об этом не думала.

– Поняла, – промямлила еле слышно.

– Располагайся. Отдохни с дороги, – толкнув одну из дверей, пропустил меня в комнату. Сумку с вещами поставил на пол. – Сегодня на работу я уже не поеду. Если что, обращайся. Ужин будет готов чуть позже. Но если хочешь перекусить, кухня в твоём распоряжении.

Он говорил вроде и много. Но все слова были такими сухими и сдержанными. Будто он проговаривал всё на автопилоте. Никаких эмоций.

– Спасибо. Я дождусь ужина, – прежде чем он вышел, окликнула. – А что с моей учёбой? Я же буду ездить в университет?

– Будешь конечно. Ты тут не пленница и вольна делать всё, что считаешь нужным. Но пока ты на больничном, – с этими словами он вышел, прикрыв за собой дверь.

Я же, оставшись одна и стоя на месте, рассматривала комнату.

Просторная. В светлых тонах. Минимум мебели. Двуспальная кровать, встроенный шкаф, кресло с журнальным столиком. Телевизор и пара прикроватных тумб. Но всё стильное. Очевидно, что недешёвое.

Но больше всего меня поразило огромное панорамное окно в пол. А вид за ним и вовсе вызывал восторг.

Вдали запорошённый снегом еловый лес. А перед ним озеро. Смотришь на это всё и кажется, что зима такая уютная. Как в сказке.

А я, похоже, и попала в сказку. Как ещё объяснить то, что меня поселил у себя малознакомый мужчина? Занимается моим лечением, учёбой. Мужчина, от вида которого я всегда испытываю эстетическую неприязнь. Даже стыдно оттого, какие эмоции испытываю, глядя на него.

Думаю, со временем это пройдёт и я начну смотреть на него иначе. Обвыкнусь и присмотрюсь, что ли.

Зато, как ни крути, человек он хороший. Несмотря на сухость и сдержанность, участливый. Далеко не каждый решил бы помочь постороннему человеку. Ещё и в дом свой привести.

Обойдя комнату по всему периметру, разобраться с вещами решила чуть позже. Сейчас решила прилечь.

Стоило голове коснуться подушки, как я отключилась. Не думала, что так расслаблюсь в новом и незнакомом месте. А получилось вон как. Спала без задних ног.

И неизвестно, когда бы очнулась, если бы не стук в дверь.

– Да, – отозвалась, поднимаясь с постели.

– Ужин готов, – в дверном проёме появился Кирилл.

– Спасибо. Одну минуту и я иду, – нужно хоть волосы собрать и умыться.

Кирилл молча ждал меня в комнате. Когда закончила, мы вышли и направились вниз в столовую.

Он переоделся. Теперь был облачён не в строгую классику, а в чёрные спортивные брюки и футболку такого же цвета.

Надо отдать должное, фигура у него более чем хороша. Внимание притягивает. И в хорошем смысле слова, а не как… остальная внешность. А ещё на его предплечье красовалась татуировка. Но рисунок разглядывать не стала.

Пройдя в столовую, сели за стол. Поваром оказалась приятная на вид женщина лет пятидесяти. На стол накрыла она же.

Ужинала я с аппетитом. Мало того что вкусно, так и я проголодалась. Всё действо проходило в полном молчании.

– Спасибо, – поблагодарила за ужин и за… компанию. Поднявшись с места, взяла столовые приборы.

– Оставь, – кивнул головой на тарелку в моих руках.

– Да мне несложно убрать за собой, – немного растерялась. Не привыкла я оставлять посуду после приёма пищи. Как-то это не хозяйственно, что ли.

– Оставь. Со стола уберут.

– Ладно, – поставила всё обратно. Спорить с ним бесполезно. И не особо хочется. – Спасибо ещё раз, – меня как заело. Только и делаю, что благодарю.

Направилась к лестнице. Но Кирилл меня окликнул.

– Завтра у тебя беседа с психологом. Будь готова к двум часам. Тебя отвезёт водитель, – припечатал, как всегда, ровной интонацией.

– Чего?! – медленно обернулась, уставившись на него в полном недоумении.

Глава 5.

Надя 

– Думаю, для первого раза достаточно. На следующий приём жду вас в понедельник, – лучезарно улыбнулась мне женщина. Которая являлась психологом.

– Спасибо. Я не уверена, что следующий раз необходим. В психологическом плане я чувствую себя нормально, – один раз с треском, но сходила. Но второй? А где второй, там и третий. Да боже упаси!

– Кирилл Викторович настаивал, чтоб мы с вами прошли полный курс адаптации после домашнего насилия, – у неё улыбка приклеенная, что ли? Или нерв где-то защемило? Я миролюбивый человек, но сейчас внутри всё аж клокотало.

– А ну если Кирилл Викторович сказал, – протянула не без издёвки в голосе.

– Надежда, не воспринимайте помощь в штыки. Всё на ваше благо.

– Конечно-конечно.

– Вы со временем поймёте, что польза от этого есть. Многим девушкам, пережившим подобное, поначалу кажется, что они все держат под контролем и всё хорошо. Но в большинстве случаев это не так. Свой отпечаток на психике подобные ситуации оставляют. Наша задача – предотвратить поздний откат. Наступит он или нет, сказать сложно. Но лучше ведь предотвратить, чем бороться с осложнениями позже. Ну, посмотрите, сегодня ведь не произошло ничего страшного. Не отказывайтесь, это всегда успеете.

– Извините. Я не с претензией к вам. Просто для меня вообще подобное времяпрепровождение стало сюрпризом. Меня даже не спросили, хочу ли я этого? – посыпала откровениями. Да и не по себе стало. Она-то не при чём. Это мои психи.

– Я понимаю. Просто, видимо, ваш мужчина хотел как лучше. Поймите и его. Он выражает заботу так, как умеет. Это не всегда может быть понятно, – после её слов наверняка красными пятнами пошла. Чувствовала, как кожа горит.

– Он не мой мужчина! – кажется, я даже голос повысила. Ещё и тональность поменяла. Случайно вышло.

– Да? Значит, ошиблась. Просто он так настойчиво выбивал для вас место. Ко мне попасть не так просто. Очередь записи практически на полгода вперёд. И, как видите, своего он добился. Настойчивости ему, конечно, не занимать, – огорошила своими словами.

У меня разве что глаза на лоб не полезли. Признаю, Кирилл умеет удивлять. Причём, похоже, даже не преследуя такой цели. Что у него в голове? Он меня всё больше и больше поражает и пугает одновременно.

Не могу расслабиться, когда не понимаю логики поступков человека. Особенно когда эти поступки напрямую касаются меня.

И вроде бы ничего плохо не делает. Если задуматься, то всё действительно на благо. Но это и пугает. С чего такая щедрость? В общем, вопросов становится ещё больше, чем было.

Попрощавшись с психологом, вышла на улицу. Водитель тут же материализовался и, открыв мне дверь, подал руку.

– Спасибо. Я бы и сама справилась, – смущённо улыбнулась мужчине.

И я действительно справилась бы самостоятельно. Во-первых, мне неудобно, что передо мной так суетятся, будто я фифа какая-то. А во-вторых, эта машина не такая, как та, на которой мы ехали из больницы. Значительно ниже. И тут помощь мне не нужна, чтоб забраться в салон. И тем более двери открывать. Ну правда!

– Домой? Или хотите ещё куда-то заехать? – поинтересовался водитель, прежде чем тронуться с места.

– Нет, спасибо. Отвезите домой, пожалуйста, – так противоестественно говорить «домой». Прям сложно даётся.

– Как скажете, – подкрепив слова улыбкой, выехал со стоянки.

Пока ехали, всё думала о том, какой лихой крен сделала моя жизнь. Никогда бы не подумала, что буду жить с Кириллом. Точнее, у него. Всегда его сторонилась, а теперь ближе некуда.

А ещё он всегда мне казался бесчувственным и безэмоциональным, если можно так сказать. А теперь как-то не вяжутся эти определения с ним. Нет, он, конечно, по-прежнему не проявляет особых эмоций. Скуп на них. Это скорее его особенность и такой склад характера. Но Кирилл точно не бесчувственный. Теперь язык не повернётся так его назвать.

Не стал бы он тогда проявлять участие к моей жизни. Помогать в беде. И после. Рассорился с другом. Андрей говорил, что они давно дружат. Насколько знаю, познакомились в детском доме.

Андрей попал туда из-за постоянных пьянок родителей. Они вели асоциальный образ жизни, и его забрали из семьи. А вот как там оказался Кирилл, я не знала. Андрей не рассказывал, а я и не спрашивала. Зачем?

А сейчас стало немного любопытно. Хотя, думаю, эта информация не для моего носа. И тем более спрашивать я не решусь. Неприлично.

До места добрались относительно быстро, принимая во внимание, что дом находится за чертой города. Но, думаю, до университета добираться будет проблематично. Хотя, возможно, я уже съеду к этому времени.

Попрощавшись с водителем, пошла к дому. Первым делом, как поднялась в отведённую мне комнату, полезла в интернет.

Хотела посмотреть отзывы на работу психолога, у которого проторчала час. Действительно ли она настолько занятой специалист, как сказала.

Лучше бы я этого не делала. Отзывы были замечательные. Хвалебные. Но цена её сеансов повергла в шок. Да он сдурел, что ли?!

Нет, хватит! Обязательно сегодня дождусь появления Кирилла и поговорю с ним. Ну, не дело это. У него, возможно, нет напряжёнки с финансами, но всё же перебор.

Я почувствовала себя какой-то пиявкой, высасывающей из него финансы. Пусть я этого и не просила, но слишком это. Да всё слишком.

Немного посидев в комнате, решила спуститься в столовую. Проголодалась. Последний приём пищи был рано утром за завтраком. А уже вечереет.

– Наденька, может, чайку? – спросила Инна Альбертовна, когда я доела.

Сегодня, когда Кирилла не было дома, мы с ней познакомились поближе. Даже разговорились немного.

Она приходящий повар. Готовит, кстати, потрясающе. Да и женщина приятная. В общем, общаться с ней оказалось комфортно.

– Составите компанию? – с удовольствием бы с ней почаёвничала.

Кроме неё в доме больше никого не бывает. Если не считать клининговую службу, поддерживающую дом в чистоте.

Ну, я уже не удивляюсь, что Кирилл держится особняком. Видимо, склад характера у него такой. Любит уединение. Я иногда тоже, но не всегда.

– Составлю. Отчего же не составить, – приняла с радостью моё предложение.

– А давно вы работаете у Кирилла? – спросила, когда мы уселись за стол.

– Ой, уже прилично. А знаю его и того больше. Я же поваром в детском доме работала, в котором Кирилл рос.

Про детский дом мне известно, поэтому удивления с моей стороны не было. А вот женщина, кажется, подумала, что сболтнула лишнего. Об этом буквально кричало выражение её лица.

– Я Кирилла не очень хорошо знаю, но про детский дом в курсе. Не переживайте, – поспешила успокоить женщину, которая по-прежнему молчала.

– Даже так? А я уж начала ругать себя за длинный язык без костей, – как-то непонятно взмахнула рукой и рассекла воздух. Чем вызвала улыбку.

– А как сюда попали?

– А Кирилл, когда выпустился, сначала пропал. В армию пошёл. Отслужил и начал потихоньку на ноги вставать. Потом в детский дом приехал, там и встретились опять. У нас как раз разруха началась, зарплаты задерживали. Чёрт-те что, в общем. Ну, он и предложил мне работу у себя. Я думала сначала, но согласилась. Мне внука поднимать нужно было, на операцию деньги собирали. У Кирилла стабильно с этим, ещё и премиями балует.

Значит, мне не показалось, что еда, которую она готовит, больше похожа не на ресторанную, а на домашнюю. В чём был несомненный плюс. Тем временем Инна Альбертовна продолжала рассказ, а я навострила ушки.

– Так вот, Кирилл не просто к себе взял, ещё и с операцией помог. Все расходы покрыл. Я ему по гроб жизни обязана буду, – отпивая чай, заметила, как у женщины блестят глаза. Того гляди, расплачется.

– Наверное, это у него в крови. Помогать тем, кому помощь нужна. Я всё голову ломала, почему он со мной возится, мы же вообще чужие люди. Вас, по крайней мере, прошлое связывает, а я просто чуть ли не девочка с улицы. Единственное, что нас косвенно связывало, – один общий знакомый,  – поделилась с женщиной.

– Кирилл такой. Сдержанный очень, но сердце у него доброе. Он же в детском доме, знаешь, каким был? Худоба болезненная, чуть ли не кожа светилась. В чём только душа держалась? Мне его всегда откормить хотелось, что, собственно, я и делала. А вымахал вон какой!

– Да, так и не скажешь, что был таким, как вы говорите.

Сейчас он точно не имеет болезненной худобы. Высокий, крепкий. Не перекаченный, но рельефный. Плечи широкие, спина крепкая. Да, я вчера не отказала себе в слабости поразглядывать его со спины, когда шли ужинать. Я и так видела, что с фигурой у него всё более чем в порядке. Но в домашней одежде смотрелось иначе.

– Я давно Кириллу говорила, что пора о семье подумать. Финансы позволяют, где жить есть. Но он на мои причитания никак не реагирует. Себе на уме. А дом большой, но как не живой вовсе. Всё же так хорошо, что ты приехала и поселилась здесь. Хоть пообщаться теперь есть с кем.

– Ну, я здесь ненадолго. Как восстановлюсь окончательно, буду сама устраиваться. Неудобно на чужой шее сидеть, – решила обозначить свою позицию.

– Ну и зря. Я бы не торопилась на твоём месте. Присмотрись. Думается мне, что помощь помощью, но привёз тебя Кирилл к себе неспроста. Он домой вообще никого не приводит. Сколько лет тут тружусь, ни разу не видела, – смотрела на меня каким-то загадочным взглядом.

А я почувствовала смущение. Уж не намекает ли она на то, что я ему нравлюсь? Глупости. И лучше бы это было не так, как подумала. Потому что мне он вообще не нравится. Ну, за исключением поступков. Они восхищают, хоть и удивляют.

– Если вы намекаете на что-то большее, чем просто человеческое общение, то нет. Мне отношения не нужны, хватило, – наглядно продемонстрировала физические последствия.

– Это тебя парень так, да? – задала вопрос с сочувствием в голосе.

– Да. Вы, должно быть, его знаете. Андрей. Вместе с Кириллом в одном детском доме жил, – каждый раз произнося вслух имя бывшего, по коже проносился неприятный холодок.

– Вот гадёныш! Помню я его, как же не помнить. Не нравился мне никогда. Задира и пакостник. Ещё и агрессивный. Злобы в нём много. Всегда поражалась тому, как с ним мог общаться Кирилл. Вот же угораздило тебя, девочка, в такое дерьмо вляпаться.

– Дерьмо и есть. Надеюсь, ответит за то, что сделал. Кирилл сказал, что он сейчас в изоляторе, – хоть бы там и оставался. А потом сел. Всей душой этого желала.

– Ответит, – сказала с такой уверенностью, будто знала всё наперёд.

Допив чай и вдоволь наговорившись, пошла в свою комнату. Теперь осталось дождаться Кирилла. Нам предстоит разговор, инициатором которого буду выступать я.

Видимо, он не соврал, когда говорил, что приходит домой поздно. На часах почти полночь, а его всё нет. В сон клонило нещадно. Но я не позволяла себе даже вздремнуть, чтоб не пропустить его возвращение.

Но откладывать разговор на завтра я не хотела. Настроилась уже.

Подорвалась с кровати, когда услышала шаги за дверью. Даже поморщилась от такого резкого подъёма. Но решительно проследовала на выход.

– Кирилл, – окликнула до того, как он зашёл к себе в спальню. – Можно тебя на минутку?

– Привет. Да, можно, – прикрыв дверь комнаты, развернулся и направился ко мне.  – Что-то случилось? – задал вопрос, уже стоя напротив меня. А мне опять не по себе, что он так близко. Так, главное – не теряться и вспомнить, зачем я затеяла разговор.

– Можно и так сказать. Я сегодня была у психолога.

– Так. Тебя что-то не устроило? Если нет, я найду другого специалиста. Не проблема, – истолковал по-своему начало моей речи.

– Меня всё устроило. Точнее нет. То есть не сам психолог и её работа, а то, сколько стоит час её консультации. Я посмотрела в интернете. Поэтому давай договоримся сейчас. Больше к ней ходить я не буду, – ещё осталось ножкой топнуть в поддержку своего протеста.

– Окей, не ходи, – я уже было обрадовалась, но он продолжил. – Найду другого специалиста. Этот психолог оплачен на целый курс. Но это не проблема, – пожал плечами так беспечно, будто то, что он слил кучу денег, – сущий пустяк.

– Зачем?! Забери деньги обратно! – чуть ли не взмолилась.

– Что ещё мне сделать? Надя, не нужно учить меня тому, что я и так неплохо умею. А именно: решать вопросы так, как считаю нужным. А что касательно психолога – тебе решать. Хочешь – ходи к прежнему. Хочешь – найдём другого, – непробиваемый робот. Бесит своим спокойствием.

Только мне решать. Ага, как же. Вот нельзя было озвучить то же самое, только в контексте: ходить к психологу или нет? А не к кому именно ходить! Да и тем более с такой постановкой дел дальнейший выбор не имеет смысла.

– Да я с тобой до конца жизни не расплачусь! – выпалила нервно.

– А я разве просил со мной расплачиваться? – кажется, я начинаю его злить.

– Нет, но…

– Никаких «но», – перебил на полуслове. – Закрываем тему. Если это всё, то дальнейшее обсуждение не имеет смысла. Я чертовски устал и хочу лечь спать.

Он и правда выглядел уставшим. Я успела это заметить, даже мельком глядя на лицо. Одни круги под глазами чего стоили.

– Спокойной ночи, – крутанувшись на пятках, поспешила к себе. Позорно сбегаю после проигранного спора. Который и спором по факту не был. Его твёрдое «нет» и я быстро сдулась.

– Спокойной, – задумчиво донеслось в спину.

Чувствовала, что смотрит вслед. Кожа на затылке огнём горела. И это под его-то холодным взглядом.

Глава 6.

Кирилл

Всё никак привыкнуть не могу, что в доме я теперь не один обитаю.

Возвращаюсь с работы, а там Надя. Она, конечно, старается меня избегать. Это настолько очевидно, что в какой-то степени даже забавно.

Ходит как запуганный зверёк, но иногда порывается показать зубки. Взять хотя бы ситуацию с психологом.

Сначала бойко начала отстаивать свою позицию. Но быстро спасовала. Видимо, чувствуя, что не продавит, отступает.

В чём-то похвально: не лезет на рожон. Но я бы не отказался посмотреть на неё и в воинственном амплуа.

После того разговора невольно задумался. Может, я действительно перегибаю? Слишком категоричен?

Но я такой. Иначе не умею. Нет у меня полумер. Если есть рекомендация, что необходим психолог, значит, он необходим. Я не спрашиваю о её желании и нежелании к нему ходить не потому, что мне плевать на неё. А потому, что хочу как лучше.

Не умею я советоваться. Не привык. Не научили.

Не было у меня никогда потребности или необходимости в этом. Если я знаю, что что-то необходимо, я беру и делаю это. Просто потому, что это нужно.

Стоит пересмотреть свои привычки и методы решения вопросов? Возможно, не помешает. Но всё же не сейчас.

Не та ситуация, когда есть необходимость что-то менять. Надя в моей жизни временный пассажир.

Как бы мне ни хотелось обратного, но, увы. Слабоумием не страдаю. Понимаю прекрасно, что она не для меня. И вряд ли когда-то это изменится. Хотя сейчас она уже не смотрит на меня как на чудовище.

Или мне просто кажется? Хочу выдать желаемое за действительное? Подсознание диктует что-то отдалённое от реальности. Вполне вероятно, так и есть.

Думаю о ней периодически. Нравиться она мне не перестала. Даже более того, стала симпатична ещё больше, чем была. И это несмотря на то, что времени, проведённого вместе, настолько мизер, что на пальцах эти минуты сосчитать можно.

О своей помощи ей я не жалею. Не привык сожалеть о том, что делаю осознанно и взвешенно.

И если с вопросом её здоровья всё более-менее ясно, то другой вопрос пока находится в подвешенном состоянии. А именно: ответка для Андрея.

Собственно, сейчас я ехал в отделение как раз по его душу. Что-то мутное там происходит.

Должны были закрыть, а теперь встал вопрос о его освобождении. И это меня никак не устраивало. Полностью. Хер он выйдет. Этот момент принципиальный. И по отношению к Наде, и по личным соображениям.

Подъехав к отделению, первым делом направился на встречу с Андреем. Договорился заранее, чтоб всё организовали. Хочу проверить одну догадку. Если я прав, он спалится. А я только окрепну в своём предположении.

– О, какие люди. Ну, заходи. Друг, – услышал сразу же, как зашёл в допросную, куда уже привели Андрея.

Ничего не ответил. Просто прошёл, отодвинул стул и сел напротив.

– Давно тебя не видно было. Решил проведать старого приятеля? – усмехался гадёныш.

– Ага. Соскучился, пиздец. Дай, думаю, на рожу твою посмотрю, – он только прищурился и подался вперёд.

– Это ты меня сюда засунул из-за сучки Нади? Что, уже успел ей присунуть? И как? Горячая кобылка, да? Сам любил её драть. Но мне не жалко. Пользуй. Пока что, – будто специально провоцировать пытался.

Ясен хрен, ничего у меня с Надей не было. И вряд ли будет. Но отчего-то его слова неприятно царапнули.

Вот ни хрена не в кайф мне было слышать, как они проводили время за закрытыми дверями спальни.

– Ты здесь исключительно из-за себя. Из-за того, что сделал с девочкой, – проговорил невозмутимо. Ни черта он не увидит моих истинных эмоций.

– А что я сделал? – откинувшись на спинку стула, принял расслабленную позу. – Не понимаю, о чём ты. А то, что я пока здесь, временно, – кто бы только знал, как хотелось снова ему втащить.

– Нет ничего более постоянного, чем что-то временное. Отсюда в ближайшее время ты не выйдешь. Я посодействую.

– Решил променять дружбу на бабу? Я, конечно, предполагал, что Надька тебе запала. Да только облом. Просто задницей подмахнуть не откажется, поиметь себя даст. Но не обольщайся. Она, знаешь ли, к эстетике привыкла.

Мудак. Как она с ним жила столько времени? И как я с ним дружбу поддерживал столько лет?

Наверное, вопрос о том, что нашей дружбе конец, рано или поздно бы всё же встал. Не сейчас, так позже. Удивительно, что не раньше.

– А была ли дружба, чтоб её променивать? Мне похер, что ты думаешь. Но чисто по-человечески я ей помогу. И воздух коптить вне стен зоны ты нескоро сможешь.

– Думаешь, только у тебя связи? – поменялся в лице, и от былой расслабленности не осталось и следа. – Я здесь ненадолго, можешь не пыжиться. Всё равно выйду. Я успел разжиться полезными связями, и мой выход на волю – вопрос времени. Причём короткого срока. А вот когда я выйду, поверь, эта сука ещё пожалеет, что когда-то решила слинять. И ты пожалеешь, если будешь переходить дорогу. Ну, это я так, чисто по-дружески предупреждаю. Так что не лезь.

Столько самоуверенности. Пиздец просто.

– Ты выйди для начала. Пока ты тут, а мы там. По разные стороны социума, – поднялся со стула и окинул его брезгливым взглядом. Какое ж он дерьмо. – Собственно, всё, что я хотел узнать, я узнал. Счастливо оставаться.

– Посмотрим. Шарик круглый. Ещё свидимся.

Вышел из кабинета и после направился к следователю. У него пробыл минут двадцать. Ничего конкретного от него не узнал.

На работу поехал немного перевозбуждённым в эмоциональном плане.

Судя по поведению Андрея, он пребывал в полной уверенности, что выйдет. И это мне не очень нравилось. Ещё и следак как-то мутно себя вёл. Будто ни нашим, ни вашим. Это настораживало.

Придётся держать руку на пульсе во избежание неприятных инцидентов. Для начала пробью, кто готов жопу рвать за Андрея. И за какие заслуги.

А дальше по ситуации. Благо я тоже не последний человек в городе и свои подвязки в разных кругах имеются. Не получится честно, значит, будем играть по-грязному. Мне плевать. Замараться не боюсь. Знаю ради чего.

Глава 7.

Надя

– Даже не верится, что ты наконец-то вернулась на учёбу! – повторяла Лара уже, наверное, в сотый раз за сегодня. Я уже не отвечала на это ничего.

Устала. Слишком много внимания к моей персоне за один день. Как оказалось, весь наш поток был в курсе произошедшего.

Стоило переступить порог университета, как на меня обрушился шквал вопросов. И все на одну тему. Невольно стала звездой группы. Сомнительная, правда, звёздность. Лучше бы без всего этого.

Но сам факт того, что я снова хожу в университет, радовал. Засиделась я совсем.

По сути, единственным местом, куда я выбиралась, были сеансы у психолога.

Да-да, я продолжила ходить туда. И именно к той женщине. Сначала внутренне артачилась. А потом постепенно пришла к выводу, что не такая уж это и плохая идея. И в чём-то Кирилл был прав. Наверное, это было нужно. Действительно стало легче. Я старалась не замечать того осадка, что остался после Андрея. А оказалось, он был.

Меня, конечно, до сих коробило от стоимости этих консультаций. Но… но что уж. Пришлось принять как данность.

– Не хочешь вечером с нами сходить в кафешку? – предложила Лара, пока я витала в своих мыслях.

– Нет, точно не сегодня, – ответила без раздумий.

– А чего? Давай. Хоть поболтаем вдоволь. А то не виделись столько.

Не виделись мы и правда давно. По телефону созванивались, переписывались, но без встреч. Да и, положа руку на сердце, поначалу и не особо хотелось.

– У меня на сегодня другие планы, – какие именно, говорить не стала.

Я сама ещё не до конца осознала своё желание. И как только в голову это взбрело? Но раз уж решила, то нужно дерзать.

– Уж не с тем ли загадочным покровителем они связаны, у которого живёшь? – чуть ли не нараспев произнесла подруга.

Угораздило же меня ляпнуть, что живу в доме у знакомого, который помог мне во всей ситуации.

Сказала без задней мысли. А теперь получаю подковырки из-за своей неосмотрительности. Ну, уроком на будущее будет. Что нужно сначала лучше думать, а только потом говорить.

– Он не мой покровитель, – отрезала категорично. – Он просто знакомый, который оказал помощь.

– Ага. Знакомый. И пустил к себе пожить. Что-то ты темнишь, подруга. Колись давай, что у вас? Ну не поверю я, что вы не спите.

Посмотрела на неё широко раскрытыми от удивления глазами. Совсем, что ли, с дуба рухнула?

– Лар, представь себе, бывают такие мужчины, которые не тащат женщин в постель для того, чтоб те отплатили за помощь телом и раздвинутыми ногами.

Господи, да я даже не представляла себе такого. Я и Кирилл? Это что-то из области фантастики.

Я прекрасно вижу, что ему на меня глубоко плевать как на женщину. Это и к лучшему. Потому что меня он как мужчина тоже не привлекает.

Я уже, конечно, иначе реагирую на его внешность. Привыкла, что ли. Присмотрелась. Уже не хочется отвести взгляд, когда мы пусть и изредка, но разговариваем и общаемся.

– Кстати, а какой он. У тебя фоток нет? Так посмотреть интересно, – не унималась Лара.

– В смысле «какой»?

– Ну, не знаю, – развела руками. – Я же поняла, что он состоятельный. Секси, наверное?

– А как одно связано с другим?

Что за странная логика? При чём тут красота и деньги? Кирилл – пример того, когда есть деньги и, судя по всему, немалые, но нет привлекательности. Думаю, он – это далеко не единичный пример.

– Мне так казалось. Ладно, не обижайся. Мне просто очень любопытно на него посмотреть. Вот и мелю что попало, – проговорила немного виновато.

На этом тему обсуждения Кирилла мы плавно свернули. Не хотелось мне разговоров в контексте нас с ним. Не комфортно мне от этого.

Перед тем как выйти из университета, я забежала в учебный отдел. Нужно было утрясти некоторые моменты касательно моего длительного отсутствия. Пусть и формально.

Лара дождалась меня в холле, и на улицу мы вышли вместе. Стоило взгляду напороться на чёрный внедорожник, как резко остановилась.

Кирилл? А он что здесь делает? На занятия меня привёз водитель. Я долго противилась. Но, как обычно, Кирилл настоял. Аргументировал тем, что это работа нанятого им человека и как минимум мне неудобно будет добираться до учёбы с территории закрытого частного сектора.

Мне хоть и не понравилась эта идея, но всё же предполагала, что и заберёт меня водитель. А сейчас напротив меня стоял Кирилл. И как мне реагировать на его появление. Может, он вообще не за мной?

Продолжить чтение