Читать онлайн Эротические рассказы 2 бесплатно

Эротические рассказы 2

Запретная близость с дядей

У меня были очень странные отношения с моим дядей. Ближе, чем просто родственные. Когда его головка касалась кончика моего языка, я забывала о стыде и о других правилах морали, не считая того, что я занимаюсь чем-то неправильным, хотя перед тётей Галей всё-таки было немножко неудобно.

Сняв напряжение первых минут у Павла Олеговича, я посмотрела на него с хитрецой, прильнув к его члену своими губами я, начала активно его посасывать.

У нас есть особые секрет, о котором знаем только мы. Мой дядюшка любил кончать, когда я массажировала его простату в заднем проходе. Я засовывала пальчик, изгибала его, пытаясь найти самую нужную точку.

Он верещал как девочка, насаживаясь на мой палец, когда я засовывала его в анус в поисках простаты. Своим членом он старался проникнуть в мой рот как можно глубже, двигая бедрами туда-сюда туда-сюда…

Тугим кольцом из губ я взяла его ствол почти на всю длину в себя, облизывая его словно чупа-чупс. Я решила, что одним только пальцем, высшего наслаждения ему не доставить, поэтому решила включить в работу ещё и второй пальчик, медленно засовывая его в заднее отверстие. От игры моих пальчиков Павел Олегович громко дышал, пыхтел и стонал. Когда на его лбу появилась первая испарина, он постарался удержать равновесие и уперся руками об стол, на котором лежали тетрадки с домашним заданием его учеников и учебники.

Он умолял меня, чтобы я делала это сильнее.

Я всегда была его послушной девочкой, поэтому ускорила темп движение своей головы и пальцев. Мне хотелось засунуть их в него как можно глубже.

– Оооо! Как же я люблю твой рот! Пожалуйста, продолжай! – всё громче стонал он.

Пресс напрягся так, что если б не богатые запасы жира, то могли бы показаться кубики, а руки дрожали, двигая моей головой так, что была некоторая вероятность проломить мне череп своим огромным длинным инструментом. Я почувствовала приближение его оргазма, потому что его тело задрожало, и от этой мысли сама возбудилась ещё сильнее.

Когда я начала очень легко покусывать по всей длине члена, дядя окончательно обезумел от наслаждения. Он вцепился в мои волосы, и прижал мою голову к краю стола так, чтобы она уперлась в его живот. Я была зафиксирована, совершенно не имея возможности сопротивляться его настойчивым движениям.

Когда я почувствовала, что мой рвотный рефлекс вот-вот сработает, мне хотелось отодвинуть голову, но деваться было некуда, поэтому на моих глазах появились слёзы, и от этого ощущения, я возбуждалась сильнее и сильнее.

Уже почти пребывая в экстазе, мне хотелось доставить максимальное удовольствие своему репетитору, а также мужу моей родной тёти по совместительству. Мои пальчики продолжили свой вальс в его анальном отверстии, а другая рука сильно сжав его член у основания, начала дрочить его с такой силой, что кажется ему даже стало немного больно, но это была приятная боль, он всегда с благодарностью её терпел.

Мы, конечно, знали, что нужно вести себя тихо, потому что в кабинет могли войти в любой момент, но эмоции просто зашкаливали! Их невозможно было держать внутри себя.

– Аааа! – дёрнулся Павел Олегович. Его член запульсировал и начал изливать свою семенную жидкость прямо ко мне в рот.

Мне хотелось проглотить её полностью, но некоторая часть всё-таки изливалась от своего избытка по уголкам моего рта, капая на грудь.

Мне хватило этой дозы допинга. Внутри меня начали взрываться хлопушки, а осыпающиеся конфетти свидетельствовали о наступлении высшей точки наслаждения и у меня. Это произошло практически синхронно вместе с Павлом Олеговичем.

Я засунула свою руку в трусики, и наслаждалась огромным размером моего пульсирующего клитора, гладя его и немного растирая. Может быть, это выглядело несколько глупо или забавно, я не знаю, но в такие моменты ты не думаешь, о том, как ты выглядишь со стороны.

Павел Олегович, наверное, тоже кайфовал от вкуса своей спермы, потому что каждый раз после меня он облизывал мои губы, причмокивая. Хотя и нельзя поспорить с тем фактом, что он был безмерно благодарен мне за этот сеанс удовольствия, поэтому, может быть, его просто мало интересовало, в каком состоянии сейчас находятся мои губы: слюнявые они или смазаны в его извержениях.

– Это было круто! Спасибо милая! – шептал он мне.

Он получил своё удовольствие, но мне хотелось ещё немножечко его продлить, поэтому я снова прильнула губами к нему, облизав головку и просовывая язычок в его дырочку, что заставило Павла Олеговича трястись ещё сильнее.

– Юляш, пойдём, а то сейчас прозвенит звонок, и в кабинет прибежит куча сорванцов, которые не должны увидеть то, что мы здесь с тобой делаем! – Он подмигнул мне и стал поправлять свои брюки и рубашку.

Я открыла окно, чтобы запустить свежий воздух в лабораторию, который был наполнен нашими феромонами, и тоже стала приводить себя в порядок, вытирая губы и поправляя блузочку.

– Ваши законы, Павел Олегович, не работают! Вы хороший любовник, но учитель физики так себе! Ведь, чем сильнее вы давили на мою голову, тем меньше я могла сопротивляться, хотя закон гласит, что чем выше сила давления, тем выше сила сопротивления!

– Меня радует хотя бы то, что ты запомнила эту формулировку. Хотя твоя техника минета радует меня еще больше – ты можешь идти. Ставлю тебе «отлично» за сегодняшнее занятие.

Получив легкий шлепок по попе, я вышла из лаборатории довольная и счастливая.

– До встречи дома! – кинула я ему, уходя.

Кто бы мог подумать, что я буду ловить такой кайф, делая минет Павлу Олеговичу, который с 10 лет воспитывал меня как свою дочку. Он стал первым моим мужчиной, который научил меня получать удовольствие, доставляя его другому человеку.

Летом я стала совершеннолетней, а Павлу Олеговичу на тот момент уже был 41 год. В принципе, значительная разница, но меня это ни грамма не смущало. Всех всё устраивало.

Мои родители работали на химическом заводе. Однажды, когда мне было 10 лет, в их цеху произошел взрыв, от которого они скончались прямо на месте. Не думая ни секунды, тётя Галя сразу сказала, что я буду жить у них. После чего, они оформили на меня опекунство. Я долгое время очень страдала из-за смерти моих близких, но моя семья, состоящая из Павла Олеговича, тёти Гали и кота Тошки, дарили мне любовь и ласку, что несколько смягчило мою боль. Своих детей по неизвестным причинам у них не было. В подростковом возрасте девочке как никогда очень сильно нужно мужское внимание. Мне нужен был папа, которого Павел Олегович практически сумел заменить полностью.

Своего дядю я знала с детства. Мне очень нравилось с ним общаться и играть, когда я была маленькой, но когда у меня начала оформляться грудь и появилась фигура, которая свидетельствовала о половой зрелости, я стала наблюдать что мой дядюшка такой же озабоченный, как и большинство мужчин. Когда я переехала к ним жить, они старались сохранять спокойную атмосферу, но когда всё утихло, все друг к другу привыкли, их конфликты всё же стали выплывать наружу. Я сначала не понимала, из-за чего они ругаются, но немножко повзрослев, поняла, что их скандалы были из-за неудовлетворённости в постели.

Однажды они разругались так, что тётя Галя собрала сумки и меня, и мы поехали на месяц жить к бабушке. В тот момент они чуть не развелись. Я не знаю, что спасло их семью, но всё-таки через некоторое время они помирились, но это всё был ненадолго. Я сильно переживала из-за их скандалов, даже плакала в подушку, когда никто не мог этого видеть.

Вскоре, они снова начали ругаться, потому что их проблема не имела своего решения из-за характера тёти Гали. Судя по всему, в постели она была натуральным бревном, что жутко раздражало Павла Олеговича.

Павлом Олеговичем я звала его, потому что он был преподавателем в университете, поэтому как-то с самого детства считала, что раз учитель, значит по имени-отчеству.

Проблемы в супружеской спальне были обусловлены воспитанием тёти Гали. Им с моей мамой бабушка внушала, что всё, что делается в половых отношениях, нужно только исключительно, чтоб родить ребёночка, а все остальное – постыдно и греховно.

Этому же бабушка пыталась учить и меня, но мои взгляды на жизнь сумел сломить Павел Олегович, наверное, потому что моя психика ещё была пластичной и поддавалась "лепке".

Иногда, в праздники, когда парочка моих опекунов хорошенько выпивали где-то, то внутренний контроль у моей тёти ослабевал, она могла чуть-чуть подвигаться и постонать, но в основном акт их соития выглядел, как приношение себя в жертву со стороны жены. Понятно, что такому активному мужчине этого было мало.

Однажды я встала ночью попить водички, и, проходя мимо зала, увидела, что дядька смотрит эротическое кино, подергивая рукой в районе паха. Я замерла от увиденного. Вместо того, чтоб мышкой вернуться в свою комнату, я стояла, как вкопанная, и смотрела на происходящее. Почувствовав на себе взгляд, Павел Олегович вздрогнул и покраснел. Я шмыгнула на кухню, где от волнения с трудом смогла опустошить стакан воды.

После этого мы несколько дней старались избегать друг друга, а при отсутствии такой возможности, отводили глаза. Все равно эта ситуация требовала обсуждения. Поэтому разговор не мог не состояться.

Павел Олегович нашел в себе силы заговорить. Вообще, я считаю, что он как старший, должен быть умнее и мудрее, поэтому просто обязан был стать инициатором разговора.

Он выбрал момент, когда дома были только мы вдвоем. Постучав ко мне в комнату, он заглянул. Я взглядом показала, чтоб прошел. Я предполагала, зачем он пришел, поэтому, не дождавшись ни единого слова, уже стала багряной, как кленовый лист осенью.

– Юляш, я понимаю, что должен… – Запинался мой собеседник, – немного неловко, но я бы хотел поговорить с тобой. Думаю, ты понимаешь, о чем пойдет речь. – Павел Олегович заикался и выглядел как маленький зверек, которого загнали в угол. – Я бы очень не хотел, чтобы Галя узнала, про то, что я делал в ту ночь. Ты пойми, мы и так как кошка с собакой, вечно сцепляемся, её на работе нервируют, а меня в шараге ( так почему-то он называл свое место работы, хотя университет считался одним из лучших в районе) сама знаешь какие сейчас студенты… Думаю, что ты можешь себе представить, как отреагирует Галишка на эту новость…Так что…

– Представляю… – перебила я, – Она считает, что только развратники и маньяки могут смотреть порнушку, и не забывает вдалбливать мне это в голову на внеплановых уроках полового воспитания.

– А ты смотрела? – поинтересовался Павел Олегович.

Я чуть не сгорела от стыда. Я не готова была обсуждать со своим дядей такие пикантные темы, но решила ответить правду.

– Да, – опустила взгляд. – У подружки, когда была в гостях, она сказала, что у нее есть прикол, предложила посмотреть, а там это…

–Ну и как? Интересно? Понравилось? – убивал он меня своим любопытством, видимо мстил за то неудобство, которое я ему причинила своим неожиданным появлением в ненужный момент.

Я подала плечами, не зная, что ответить. Он предложил сохранить в тайне то, что я увидела в ту злополучную ночь.

Счастье и благополучие тёти было очень важно для меня. Конечно же, я ничего не собиралась говорить ей ни при каких обстоятельствах. Она бы не поверила, сказав, что я наговариваю, а если бы поверила, то была бы очередная ругань, от которой устали уже все проживающие в доме.

– Мне горько, когда вы ругаетесь. Вы мне почти как родители, и я хочу, чтоб у вас все было хорошо. – я говорила довольно уверенно.

– Ты предлагаешь обмен? Ты – молчишь, а я – прекращаю ругаться с Галей? Так? – он нахмурил брови, – На шантаж вроде похоже?

– Не-не-не! Я бы в любом случае ничего не говорила, мне не нужны никакие обмены. Просто постарайтесь с ней поменьше скандалить, а то я переживаю за ваши отношения. Вы мне оба дороги.

– Без ссор не бывает, такова жизнь, – вздохнул он.

– Не бывает, я согласна, только необязательно каждый день ссориться, можно же и мирно жить. Я знаю такие семьи, где практически не ругаются! Тетя Галя очень ранимый человек, поэтому она очень страдает, после каждой ссоры, даже если она произошла из-за брошенного носка или немытой чашки.

Зачастую, именно он и был инициатором ругани, так сказать свои профессиональные качества тренировал дома, стараясь научить, проучить, доказать. Только бесполезно – сформировавшегося человека не переделать. Мне дико от того, что вроде бы он умный, а понять этого не мог.

– Ага, как ты это представляешь? Я, значит, прихожу такой с работы, голодный и уставший и тут начинают трахать мне мозг, что всё не так, да не эдак! Нет, я бывает и промолчу, но она ведь все равно доводит, не замечая, что я пытался своим молчание как-то сгладить острый угол. За день нанервничаешься, а она своей бензопилой только развязывает руки, чтоб сорвать на ней стресс всего дня. Стресс накапливается за день, а она является тем, кто заставляет его высвобождаться. – Он откровенно говорил, что и ему самому надоело с ней ругаться, но его характер вспыхивал, как спичка, когда тетка его провоцировала. Она, конечно, не ангел, ей бы тоже бывает язык бы попридержать, но все же, я считаю, мужчине стоит быть сдержаннее.

– Тетю Галю не изменить, может, стоит как-то снимать стресс рабочего дня до прихода домой? Либо, может, стоит научиться расслабляться каким-нибудь другим образом, не нападая друг на друга? Просто оставляя негатив за порогом дома?

– Вообще, есть один вариант для снятия стресса… – он смутился, улыбнулся и посмотрел на меня как-то странно.

– О чем речь? – не понимала я.

– Ну, в ту ты застала меня именно за снятием стресса. – Мгновенно покраснев, он снова отвел свой взгляд в сторону, кажется, ему до сих пор было стыдно за то, что его застукали за самоудовлетворением.

– Получается, чтобы вы не ругались вам иногда надо подрочить в спокойной обстановке? – я сомневалась в правильности своего предположения. Почему бы не делать это в туалете, или на работе, когда никто не видит, к примеру? Эти ролики можно смотреть и на планшете, если уж сильно приспичит.

– Не только подрочить… Можно и по-другому, но тоже связано с членом, хоть и звучит похабно. – Он внимательно смотрел на меня, ожидая реакции, а по его лицу было видно, что он задумал что-то. – Не хотела бы помочь?

Я чуть не рухнула на месте! Что?! Чего он мне только что сказал? Нет, я, наверное, оглохла или сошла с ума! Павел Олегович не мог мне этого сказать! Мне, наверное, снится какой-то кошмар. Надо ущипнуть себя. Он не может такого предлагать. Он знает меня с малолетства, воспитывал меня как дочку, а теперь… Он хочет мне предложить переспать с ним?

У меня зазвенело в ушах, а голова закружилась, потому что стало трудно дышать.

– Павел Олегович, я не очень вас поняла сейчас… – мой голос выдавал мое удивление и возмущение от услышанного. – Вы мне что, предлагаете с вами трахаться?!

Наверное, у меня глаза увеличились, став похожими на огромные блюдца. Как он может мне предлагать такое?!

– С ума сошла что ли? Нет, конечно!

Я выдохнула, а то уж подумала невесть что, но он продолжил:

– Я могу предложить тебе сделку! Она нам обоим будет очень выгодна, особенно для твоего будущего… – Ему сложно давались правильные слова. – Ты поможешь в снятии стресса после трудовых будней. Нет, я не предлагаю тебе со мной спать. Это уже слишком, все-таки мы родственники, хоть и не по крови.

– Я запуталась… – судорожно хватая воздух, прошептала я.

– Предложить освоить очень полезный навык. Технику минета. Я предоставлю тебе свой орган для тренировки. Рано или поздно научиться придется, чтоб жить в гармонии со своим партнером, поэтому здесь будет совмещено приятное с полезным. Ты будешь уметь удовлетворять мужчин, а мне будет приятно. К тому же, скинув стресс, в нашей семье воцарится мир и взаимопонимание. Я смогу спокойнее реагировать на провокации Гали.

Я офигела от такого предложения. Это так ужасно! Муж моей тёти, которого я знаю столько лет, просит меня сосать! Как такое можно адекватно воспринять?!

– Ты в курсе, что такое минет? – подошел он чуть ближе, задав мне вопрос.

– В общих чертах… – неохотно ответила я, что выглядело грубо, но я не знала, что мне ему отвечать и как реагировать на такое предложение.

– А пробовала это делать? –не переставал задавать мне провокационные вопросы.

– Я не такая! Нет! – вскрикнула я, возмутившись, укоризненно посмотрев на него.

– Девочка, надеюсь, ты будешь не такой, как моя супруга! Ей загубили психику, вот и посмотри, во что это превратилось в семейной жизни. Думаю, что ты заслуживаешь семейного счастья, в котором не будет ненужных устаревших директив. Нет ничего плохого в том, чтоб доставлять удовольствие любимому человеку, а ты сейчас реагируешь в точности, как она, при слове минет.

Может, он и прав, но голова плохо соображала.

– Не буду форсировать события. Ты должна хорошенько подумать. – нервно произнес Павел Олегович. – Ты можешь провести эксперимент и убедиться, как быстро в нашей семье все станет радостно и спокойно.

Я промолчала. В голове крутилась карусель из мыслей, мой дядя – тот, чей член я возьму в свой рот? Он будет у меня первым? Неужели это все происходит со мной? Может это шутка какая или розыгрыш?

А что, если бы он не попался мне за своими грязными делишками? Он бы никогда не посмел предложить мне это?

И что получается, он хотел выставить меня шантажисткой, а сам сейчас использует шантаж? Отсос за идиллию в доме? Зашибись!

– Соглашайся, Юль, обещаю, тебе понравится, – улыбнулся он и приобнял слегка. – Со мной ты научишься такому, что всю жизнь будешь благодарить!

Меня трясло, как сырое объявление на столбе во время ветра, в голове рисовалась картина, как я беру в рот мужской орган Павла Олеговича, и как нас застукивает тетя Галя. Да она ж с инфарктом сляжет в тот же миг!

Конечно, можно все провернуть, чтоб она никогда об этом не узнала, ведь я это было и для ее блага тоже. Раз она сама не может помочь своему мужчине, то значит надо передать эту возможность другому человеку, в конце-концов, это лучше, чем чужая тетка, которая потом может потребовать от Павла того, чтоб он бросил семью, и ушел к ней. Мне было важно сохранить их брак.

Да, можно рассматривать такой вариант, что сосать Павлу Олеговичу – это предавать своего родного человека, который приютил меня, не сдав в детдом. Это ладно, а он сам как будет чувствовать себя, ведь это измена, как ни крути!

Может, если я дам своё согласие, это реально поможет избежать многих неприятностей у нас дома? Да и отказаться всегда можно, если что-то пойдет не так.

– Неправильно это как-то… – мялась я, а его взгляд сверлил меня, давая понять, что лучше согласиться. – Можно попробовать… Лишь бы вы не ругались, а главное, чтоб никто и никогда не узнал об этом.

Дядя улыбнулся, он ликовал, что сумел меня уболтать. Он посмотрел на часы.

– Галя скоро придет из торгового центра, а после него она опять собиралась отъехать по работе, я хотел передернуть рукой, но раз теперь ты согласна, то, думаю, твой ротик будет приятнее. Поможешь ведь?

– Да, попробую. – я не представляла, как всё это делается, впервые столкнувшись с такой животрепещущей темой.

Вспомнив, как он дергал свой писюн, смотря эротику, я слегка возбудилась. Мне скоро предстоит увидеть член своими глазами, и даже потрогать! Невероятно! От предстоящих событий мои эмоции толпились внутри меня, желая найти свой выход.

Галина приехала из магазина ближе к вечеру. Она была такая довольная, что смогла урвать по акции крутую пару туфель, за которыми гонялась с начала сезона, а еще и кофточка новенькая, и пудра, и сумочку присмотрела – тетя Галя очень любила все эти женские штучки.

Я была очень рада за нее, но все равно в душе было как-то грустно и стыдно перед ней за то, что я пошла на сделку с ее мужем. А с другой стороны… Да, все ради нее, нас. Постараюсь так думать постоянно, иначе сойду с ума или, хуже того, проколюсь, и она догадается обо всем, чего бы мне точно не хотелось. Да и Павел Олегович не самый противный из мужчин, почему бы и не поучиться? Я любила его, как своего родственника, поэтому сделать для него что-то приятное, я вполне могла.

Новая кофточка сидела на тете Гале изумительно! Она порхала в ней по всей квартире и крутилась перед зеркалом. Собрав полный образ, она прыснулась своими любимыми духами, подкрасила губки и отправилась на работу. Поворот ключей в замочной скважине дал моему телу сигнал – всё! Пора! Сердце выскакивало, я вся оцепенела. Что меня ждет? А вдруг не получится? Ноги отказывались идти в комнату Павла Олеговича, но, раз обещала – надо выполнять, заставив всё свое дрожащее тельце двигаться в комнату к своему дядюшке.

Он уже поджидал меня. В глазах бегали задорные искорки, а на лице появилась улыбка.

– Не боись! Сам боюсь! – пошутил он.

– Может не надо? – переспросила я в надежде, что он все это говорил мне не всерьез.

– Не включай заднюю, пока не попробуешь. А то так и не узнаешь, как это классно! Иди сюда. – нежно позвал меня ближе. – Первый раз, говоришь?

– Угу. – скромно ответила я.

Я старалась немножко расслабиться и успокаивала себя тем, что все мои действия направлены ради счастья и радости моей тёти. Если Павел Олегович будет спокоен, то конфликты снизятся более, чем наполовину, а позже и тете Гале станет неинтересно качать из него энергию, если он перестанет реагировать на ее выходки. Меньше скандалов – меньше стресса – крепче здоровье у всех членов семьи.

– Малышка, как ты дожила до восемнадцати, а до сих пор не сосала? Да ты девочка совсем! Но не переживай, все будет хорошо, – он как-то с легкостью притянул меня к своему довольно крепкому телу, и погладил по голове. – Будь уверена, наши уроки будут интересны и познавательны для тебя, очень скоро тебе самой будет хотеться побыстрее уединиться со мной. Я гарантирую.

– Ладно. – я все еще волновалась.

– Я сначала хотел дать тебе некоторую теорию, а потом решил, что буду просто подсказывать. На практике легче получить новый навык.

Я горела от стыда, пылая, как костер, поэтому прикосновение его ладони показалось мне леденящим.

Он начал приспускать свои спортивные штаны, делая это очень медленно. Показались первые кудряшки волос лобка. Мне хотелось закрыть глаза и сбежать, пока не произошло роковой ошибки, но вот, показался и виновник всех моих бед и переживаний. Какое-то бесформенное и безжизненное маленькое тельце. Я уставилась на него, не в силах произнести ни слова.

– Что замерла, малышка? Давай приступать. Он пока что спит, так что ты должна потрогать его, чтобы он возбудился. Возьми его в свою ручку. Поиграй с ним аккуратненько ею, попробуй поцеловать головку, проведи язычком, я думаю, от таких ласк он быстро воспрянет.

Мне стало страшно, но назад дороги не было, дальше сделаю только хуже, если сейчас сбегу отсюда. Внутренний голос уговаривал меня: «Не бойся, это все для спокойной жизни, для тети!»

Я медленно опустилась на колени, оказавшись четко напротив моего методического пособия.

Я не могла понять, как это не очень красивый орган мог доводить до блаженства? Может, тетя Галя и правильно делает, что избегает его?

Моя ладошка обернулась вокруг всего члена, и начала свои медленные движения.

– Смелее, прикоснись к нему губами. – поступило мне указание сверху.

Я представила, что передо мной не маленький кусочек, больше напоминающий сардельку, а вкусное фисташковое мороженое, которое так хочется в жаркий полдень знойного лета. Я стала вылизывать его, словно наслаждалась этим мороженым. Запах, конечно, и близко не стоял с любимым лакомством детства, но был каким-то особенно привлекательным.

Сначала мой язычок двигался вперед-назад по всей длине члена, которая увеличилась раз в пять, став мощным жезлом, а потом мой язык передал сигнал к мозгу, что касаться этого инструмента очень приятно, поэтому я начала возбуждаться.

Снизу живота возникло новое и особое ощущение. Оно такое игривое, мимолетное, что хочется, чтобы оно повторялось снова и снова, но оно прокатилось и исчезло.

Мне хотелось еще разок почувствовать это, поэтому я стала увлеченно скользить языком, в надежде почувствовать это еще раз. Я раньше слышала выражение про бабочек в животе, но никогда не знала, что оно означает. Так вот нечто отдаленно похожее на шорох крыльев, который коснулся передней стенки брюшной полости, но было и еще что-то волшебное вместе с этим.

Мне хотелось рассмотреть член целиком, поэтому я перестала его задорить языком и начала рассматривать: вены сильно выделялись на нем, а головка была крупной и ярко-розовой.

– Я думал, что ты шутила, когда говорила, что не видела мужские половые органы, а, смотрю, не шутила! Такой огонек в твоих глазах! Такой живой интерес! Вот бы мой предмет с таким же упоением изучала! Ладно, смотри, это головка и она самая чувствительная, поэтому требует особенного трепетного отношения и любит много-много ласк. Рукой, конечно, тоже двигать не забывай, только аккуратнее в области яичек, они очень болезненно воспринимают неаккуратные движения.

Эти первые уроки жизни я никогда не забуду. Теперь я уже профессионально отсасываю, и думаю, скоро смогу начать сосать не только дяде. Почему я до сих пор продолжаю удовлетворять его? Дело не только в том, что благодаря моим стараниям тетя Галя теперь ходит счастливая и довольная жизнью. Все дело в наших особых играх. Вряд ли кто-то из парней позволит мне больше во время минета, а с дядей я могу все.

Мы пробовали не только пальчики в анусе, но и разные предметы. Я люблю смотреть на его лицо, когда он извивается от наслаждения, изливаясь в мой рот терпким и теплым потоком семени.

Он так до сих пор меня и не трахал, я сама себя удовлетворяю. Возможно, когда-нибудь мне захочется чего-то большего, но пока я довольная тем, что имею. И я счастлива.

Раскрепощенная парочка

Дмитрий любил маленький город, в котором жил. Красивые виды, особенно если это касалось женщин. Дмитрий – мужчина видный, не сказать, что красавчик, но успехом у женщин определенно пользовался. К своим тридцати он уже потерял счет тем, с кем спал. И не только спал.

Мужчина всегда выбирал женщин, которые не были обременены моральными принципами. Если он хотел трахнуть в рот – они ему давали, хотел в зад – всегда пожалуйста.

Одной из последних пассий Дмитрия стала Маша – эффектная платиновая блондинка высокого роста и с фигурой фотомодели. Точнее, она и была моделью, выбирающей лучшие и модные одежды и аксессуары. С Машей они уже были длительное время, если месяц отношений можно назвать «длительным».

Маша была раскрепощенной, иногда удивляя даже Диму. Однажды они отправились на одну из тех вечеринок, в которых каждый делал то, что им было интересно. Дмитрий настоял на фотосессии Маши, дабы в памяти и не только сохранить прекрасное тело Марии.

Мужчину дико возбуждало осознание того, что другой мужчина видит его девушку полуобнаженной. Маша была лишь в нижнем белье, которое едва ли что-то скрывало. Острые соски просвечивали сквозь бюстгальтер, а тонкая полоска лобковых темных волос просвечивала сквозь кружевные трусики… Дима едва сдерживался, чтобы не схватить рукой свой истекающий от желания член, прилично набухший в штанах.

Когда Дима и Маша вернулись к ней домой, мужчина настоял, чтобы провести собственную фотосессию. Но непростую, а в стиле порно. Мария хищно усмехнулась, извлекая из комода ворох «игрушек для взрослых». Дима лишь усмехнулся, но был определенно не против подобных вещей. Мужчина взял свой мобильный телефон, закрепил его на штативе, наблюдая, как Маша избавляется от одежды. Белоснежная кожа сверкала в свете лампы, соски набухли от возбуждения. Дима сделал несколько первых фотографий, когда Мария выгнулась в спине. Дальше стало интереснее…

Маша взяла в руки вибратор – здоровенный дилдо с внушительной головкой. Такой штуке позавидовал бы любой мужик. Девушка забралась на постель, широко расставив ноги, а Дима подошел ближе, приближая камеру телефона и делая снимок идеально выбритой промежности с полоской волос. Штаны стали ему совсем тесными. Маша взяла вибратор, нажала несколько кнопок и раздался приятный вибрирующий звук. Девушка облизнула головку игрушки, затем направила ее к своей промежности. Дмитрий делал одно фото за другим, жаждав запечатлеть каждый момент, чтобы потом раз за разом просматривать, надрачивая себе дома.

Мария, словно дразня, медленно вводила вибратор в себя, расширяя половые губы до такой степени, что Диме казалось: вот-вот он увидит ее изнутри. Вибратор послал в тело мощную волну вибрации, Маша выгнулась дугой и протяжно застонала, выпуская игрушку из руки. Дилдо торчал из ее влагалища, вибрируя на сверх высоких частотах, а Дима делал фотографии. Девушка вернула руку на вибратор, водя им взад и перед, продолжая протяжно стонать.

– Не поможешь? – спросила Маша, вынимая из себя дилдо и беря в руки анальные шарики. Они были разных размеров, ближе к концу шарики были маленькими.

Дима оставил телефон с включенной камерой на штативе, сам приблизился к Маше, которая уже стояла на коленях, руками упираясь в постель. Ее задница была оттопырена, открывая вид на анус. Дима погладил гладкую кожу ягодиц, пальцем, словно случайно, проникая к манящей дырочке. Член в штанах натирал о ширинку до такой степени, что мужчина готов был уже кончить, лишь бы прекратить эти тянущие мучения своего полового органа.

Он начал вводить анальные шарики в ее отверстие, предварительно смазав влагой, которую сам же собрал на свои пальцы с ее промежности. Шарики скользнули легко, то растягивая анус, то сужаясь вокруг кожаного шнурка, на котором шарики держались. Маша стонала, выгибаясь и выпячивая свою пятую точку еще больше.

Теперь Дима мог не только вводить игрушку в анус, но и видеть промежность, покрасневшую от недавнего трения вибратором и истекающую соками. Дмитрий отошел назад, любуясь, как из заднего прохода девушки торчит кожаная веревка с шариком на конце.

Он начал фотографировать, когда Маша стала извлекать шарики из своего анального отверстия. Тянула медленно, продолжая выгибаться в спине. Анальные шарики упали на пол, но Маша не торопилась менять позицию. Она пальчиками мастурбировала себе, вводя указательный и средний пальцы во влагалище и растягивая его так, что камера выхватила красные внутренние складки. Дмитрий мечтал, чтобы на месте этих пальчиков был его член.

Диме пришлось снять телефон со штатива, когда Мария прекратила теребить себе пальцами и спустилась с постели, встав на колени на пол. Мужчина приблизился к ней, снимая сверху вниз, как девушка расстегивала его брюки и тянула вниз.

Он тяжело выдохнул, когда член выпал наружу, ударившись о лицо Маши. Дмитрий снимал, как Мария берет его половой орган одной рукой и надрачивает ему, а потом принимает головку в свой рот, при этом ее глаза смотрели на Диму с вызовом. Он почти сбился, прекратив делать фотографии, когда ловкий язычок Маши водил по кругу головки, когда кончик ее языка утопал в ложбинке его члена.

Мужчина сделал несколько фото, когда Мария принимала в рот его член, заглатывая по самую мошонку. Член пульсировал, жаждав излиться в горло Маши мощной струей спермы. Дима подался вперед, вдалбливаясь в рот девушки, попутно фотографируя все действия на камеру мобильного. Он кончал ей в горло, а Маша глотала его сперму всю до единой капли…

Тогда Дмитрий, уже приехав домой, просматривал фотографии. Снимков было пару сотен, местами размытые, а местами – настолько четкие, что Дима не мог сдерживаться. Он, словно возбужденный подросток, забрался в душ и под мощными струями воды возбуждал себя руками, мастурбируя долго и интенсивно, пока не забрызгал ванну спермой.

***

Новый год Дмитрий и Мария встречали в Египте. Алкоголь лился рекой, все вокруг были разнузданными, а Маша… Маша просто любила оказываться во всяких провокационных ситуациях.

Они оказались на какой-то вечеринке, где публику развлекали аниматоры. Дмитрий не мог понять, на каком языке они разговаривали, но ему было глубоко наплевать. Людей в зале было много, все пьяные и веселые. Аниматор, как позже понял Дима, искал желающих станцевать стриптиз, но не так, чтобы оголяться, а скорее развлекать зрителей танцем. Мужчина не сомневался, что Маша не пропустит такое.

Девушка была одета согласно погоде и своему состоянию, платье на Марии едва прикрывало ее красивое тело. Девушка извивалась на сцене под одобрение и улюлюканье толпы, прогибаясь в спине настолько, что стали видны ее трусики под натянутым платьем.

Дима был не против, когда аниматор помог Маше, однако не рассчитал своих действий, случайно задев легкое платье, слетевшее с грудей. Теперь каждый видел белоснежные полушария грудей Марии, с сосками, набухшими от возбуждения и количества выпитого.

Аниматор что-то залепетал, под общий гомон и смех толпы пытаясь своими руками прикрыть груди девушки. Но та, словно случайно, оступилась, налетая на иностранца так, что его руки легли на белоснежные полушария и сжались на них. Мария слегка покраснела, но Дима не понимал, от количества ли выпитого или такой провокационной ситуации.

Толпа ликовала, кричала на «бис» и требовала продолжения. Тогда аниматор, словно в шутку, отпустил груди Маши, опустил голову ниже и приложился губами к соскам. Девушка засмеялась, когда неизвестный мужчина засасывал в свой рот сначала один ее сосок, затем другой. Вернулась Маша за их столик раскрасневшаяся, едва прикрывая обрывком платья свои груди.

Они с Димой вернулись в номер, снимая общее возбуждение от «танца» Марии.

– Маша, ты такая раскрепощенная. Может быть, в попку дашь? – Дима был на пределе возбуждения.

– Я не особо люблю анал, пробовала как-то уже, но это не мое. – попыталась отмазаться Мария, но парень не собирался отступать.

– Давай, я постараюсь осторожно! Я обожаю анальный секс!

– Ладно. – Маша поняла, что спорить бесполезно. – Только постарайся осторожно.

– Не переживай, я не обижу твою попку, – услышала она его довольный шепот и почувствовала, как он изучает пальцами ее дырочку. – Хорошо. Расслабься и получай удовольствие. Не бойся.

У Маши вырывается стон, когда он надавил и палец проскочил через анус в кишку, она ощутила вращательные движения и надавливания на ее стенки.

– Ой, осторожнее! Больно! Ты когда ногти стриг в последний раз? – жалобно заскулила Маша, хотя на самом деле больно не было, а скорее, было просто неприятно.

– Серьезно? – удивился парень и одновременно с вопросом проник в нее еще глубже. – Когда ты трахалась в попку в последний раз?

– Да черт знает, давно уже, – ответила Мария и почувствовала, как по телу пробежали мурашки. Что-то было в его движениях. Давно забытое и нежное.

Он несколько минут трахал ее пальцем, а затем смазал анальное колечко и сразу же вставил в нее еще один палец. Мария даже не успела пискнуть, как ощутила сильное наполнение и чувство распирания в прямой кишке.

– Все хорошо, милая? – спросил мужчина.

– Да, в этом что-то есть…

На самом деле Маше пришла в голову мысль, что ей надо сходить в туалет по-большому. Так ощущалось внутри кишечника. Ей стало жутко неудобно, и она не знала, как ей сказать ему такое? Эти странные потуги реально сейчас были не вовремя!

Он продолжал орудовать пальцами в ее анусе, а Маша старалась сдерживаться и не стонать, повернув голову набок, судорожно дыша и прислушиваясь, что он планирует делать дальше.

Поиграв еще чуть-чуть, он наклонился к ней, и Маша снова ощутила его обжигающее дыхание.

– Вот так, девочка, тебе же нравится это? Скажи, что тебе это нравится…

– Мне нравится…

Он говорил, что если это делать все тоже самое членом, то будет намного приятнее.

Машу трясло, хоть он и не трахал ее уже своими пальцами, но при этом, анус горел и пульсировал. Маша чувствовала, как там все сжимается.

– Давай, малышка, доверься мне, – снова послышался его шепот, от которого у Марии по всему телу побежали мурашки. – Сейчас я войду в тебя членом. Он не причинит тебе боли, но ты сможешь почувствовать спектр новых ощущений. Это будет для тебя нечто новое, то что ты никогда ранее не чувствовала.

– Но у меня уже был анал… – попыталась возразить девушка.

– Это все фигня! Другие члены по сравнению с моим – полный ноль! Я бог анала! Я знаю, как заставить женщин кончать! Тебе же нравилось, как я трахал тебя пальцами? А член нежнее пальцев, и он более горячий и упругий.

Маша продолжала судорожно дышать, но не сопротивлялась, позволяя мужчине делать все, что он хочет. Мария ловила себя на бредовой мысли, что ей хочется подчиняться этому мужчине. Хотелось доверять ему, даже если он в итоге сделает ей больно.

Головка члена коснулась анального колечка, и Маша снова сжалась, ее трясло и захотелось кричать. Мужчина лег сверху, и его руки сжали ее ляжки.

– Милая, давай, расслабься, все будет хорошо!

Медленно головка начала проваливаться в задний проход, и Маша ощущала каждое ее движение внутри. Чувство это было весьма странное, словно что-то теплое вползает в ее прямую кишку, а анус пытается вытолкать этот инородный предмет обратно.

– Еще чуть-чуть, – прошептал мужчина.

И ей уже казалось, что его член проник до конца, но это еще только начало. Он продолжал проваливаться, расталкивая стенки кишки.

Маша испытывала неприятное чувство дискомфорта, но боли нет. Она поймала себя на мысли, что есть ощущение наполненности. Из сжатых губ послышались ее стоны, но она так и лежала, не разжимая рот.

Он выходил из меня и снова начинал разрабатывать пальцами ее анус:

– Слишком узко, но ничего. Это даже хорошо.

Телом качнувшись в его сторону, Маша почувствовала снова прикосновение пальцев к перегородке в попке, анальная дырочка интенсивно пульсировала и вздрагивала. Маша обильно текла, и в промежности послышались подозрительные звуки, передаваемые активными движениями пальцев в анусе.

Мария опять начинала постанывать с закрытыми глазами.

– Все отлично, не переживай, у тебя все хорошо получается.

Он приподнял Машу и поставил на ноги. У нее закружилась голова от дезориентации.

Ее живота касались его губы и начинали медленно подниматься к груди, обхватывают ее, втянув в себя сосок. Маше снова захлотелось кончить от охватившего все естество восторга, на пике блаженства она ощутила, как подкатывает первая волна оргазма.

Обида улетучилась, страха почти уже не осталось, разум очищался от прежних переживаний и на полных парах покидал голову. Уста открылись и их наполнял стон радости. Мужчина переключался на другой сосок и закружил вокруг него влажным и немного шершавым языком, нежно покусывая зубками.

Пальцы продолжают массировать отверстия в промежности чередуя их и делая ввинчивающие движения при проникновении, как будто закрывают-открывают пробку бутылки. Тело Марии пробивала мелкая дрожь от испытываемого кайфа, и девушка улетала, стараясь забыться от происходящего и впитывать в себя весь восторг от испытываемых удовольствий.

– Какая же ты горячая штучка. Фантастическая девочка. Тебе это нравится?

– Да… – выдохнула она на автомате.

– Расслабься, дорогая, и все будет еще лучше.

Мужчина подхватил ее ноги себе на плечи, склонился, достал руками до грудей и начинал покачивать их из стороны в сторону.

Маше стало немного больно, и она напряглась, пытаясь вырваться.

– Потерпи немного, все будет хорошо, – прошептал он, прислонясь к ее ягодицам своим пахом. Она почувствовала его увеличившийся в размерах член, колом торчащий у нее между бедер. Ее снова пробивала дрожь и полезли нехорошие мысли, что в анус такая штука точно не влезет.

Ирония судьбы заключалась в том, что Маша никогда не думала, что будет разрешать парням так глубоко вставить в зад, а сейчас спокойно позволяет это делать такому дерзкому мужику, не опасаясь, что он порвет ее с таким размером.

Крепкие пальцы рук мучителя перекидывались с груди на промежность и снова чередуя дырочки, надавливая на стенки, входя внутрь, прокручиваясь в открывающихся отверстиях… Маша вздрагивала каждый раз, но инстинктивно подмахивала ему, приподнимая бедра.

Что-то навязчиво зудело в мозгу о необходимости остановиться, но тело отказывалось подчиняться и требовало продолжения. Мужчина снова приставил головку члена ко входу в анус. Ощущение пугало, но сама Маша уже нормально реагировала к очередному вводу туда такого массивного ствола.

Ее челюсть сдалась от предстоящего полового акта, про анус вообще можно было молчать, казалось, что он наглухо закрылся и она уже не могла его контролировать.

– Если будет больно, можешь царапать мне спину. Мне нравится, когда женщины это делают. Или можешь кусать в плечо.

– Попробую, – несмело улыбнулась Маша, обычно, во время секса, она не кусалась никогда. Даже не думала об этом. Но возможно, сейчас это будет уместно. Укусить его и если будет сильно больно, сдавить ему зубами так, чтобы остались следы. Так будет менее страшно.

До нее донеслось его горячее дыхание.

– Ну так что, погнали? – спросил он, но не дожидаясь ответа, продолжил. – Все через это проходят, анал раскрепощает, а еще сближает. Поймаешь кайф, и сразу поймешь. Еще будешь потом меня вспоминать.

После этих слов он резко качнулся вперед, надавив на вход в анал. Ноги Маши по прежнему были на его плечах, и она подумала, если он наклонится к ней, то мне будет гораздо больнее принимать его член.

Головка медленно пошла внутрь. Маша ощутила, как ее попка начала сопротивляться и не впускать член. Мужчина рукой надавливал и проталкивал свой агрегат в кишку. Мария ощущала боль, и дергалась, из горла вырываелся вскрик, он резко наклонился и прижимал ее к своему телу. Маша была в ужасе и вцепилась в его плечо зубами и укусила его, так сильно, чтобы передать ему всю ту боль, что он причиняет ей.

Он тоже застонал вместе с ней, но продолжал проталкивать в нее свой детородный орган. Ствол мужчины медленно входил внутрь все глубже, и казалось, разрывает там стенки кишечника.

– Сейчас станет легче, потерпи чуть-чуть. Больно только сначала. Потом как по маслу пойдет.

В какой-то момент Маша начала еще сильнее вцепаться в него зубами, да так, что он громко застонал:

– Эй, да ты чего! Зачем так сильно кусаешься?!

– Мне просто больно! – разжав зубы, жалобно произнес я.

– Милая, ты просто зажимаешься. Расслабься…

Его слова прозвучали так нежно, что Маша и правда сразу же начала успокаиваться. Молча уткнулась в его плечо, ощущая, как его член таранит ее в этот момент.

На самом деле чувства были противоречивые. Хотелось избавиться от проникающей в нее боли, оттолкнуть Диму. Но их тела слились в единое целое, и Маша глубоко дышала, а мужчина начинал двигать внутри свой поршень, смешивая вместе боль, возбуждение и наслаждение.

Сознание, взбудораженное началом проникновения, и пронизанное болью уверенно возвращалось на место. Резная боль быстро отступала, но попка внутри еще отзывалась болевыми ощущениями на движения члена, смазать бы ее предварительно надо было получше.

Парень постепенно ускорялся, и Маше начинало казаться, что с каждым толчком вперед она двигалась по кровати, настолько были мощные удары этого здоровенного ствола.

Ее отверстие, заткнутое трахающим его аппаратом, издает какие-то странные звуки, заставляющие ее смущаться. Шлепки его бедер по ее попе дополняют своими звуками, образуя целый оркестр. А вместе с издаваемыми стонами, Маша временами теряла полностью концентрацию и казалось, что онна находилась в невесомости. Тело покрылось бисером пота. Страх и желание сковывали ее и превращали в бешеное животное.

В момент, когда движениям члена уже ничего не противилось, и мужчина входил и выходил в ее анус, не принося ей боли, она расслаблялась и чувствовала, как его инструмент входил в нее свободно и размашисто, и пытаясь осознать эти новые для нее ощущения.

Маша теперь уже наслаждалась этими движениями в ее кишечнике и думала о том, как это сейчас выглядит все со стороны, как поршень ее благоверного мощно работает в ней.

В какой-то момент он сильно вогнал в нее свой кол, да так сильно, что Маша на миг почувствовала, как яички вжались в ее ягодицы, а внутри кишечника пронзила сильная боль от его толчка.

Скорее всего, он потерял контроль и Маша тоже не смогла сдержаться и издала сдавленный стон. Дима зачем-то закрыл ей рот ладонью, потом опять медленно начал выходить из ее несчастной кишки.

– Не надо так сильно, больно, – сквозь стоны выдохнула Маша.

– Терпи, я уже скоро! – нервно прошептал Дима, и еще увеличил темп.

Вцепившись в него ногтями, она с силой старалась поцарапать этого обманщика.

На миг Маша поймала себя на мысли, что ей очень нравится анал. Растяжение усиливалось, анус жгло и бурно реагировало на каждый толчок, девушка не выдержала и начала громко вскрикивать. Член методично входил в нее на всю его длину и выходил, оставляя в анусе только кончик и, тут же снова возвращаелся по самый корень.

Попа «горела», в ней во всю уже начинали чувствоваться болевые симптомы, но они тонули в потоке восхитительного наслаждения. Мария уже не знала, хочет ли она прекратить это? Она громко кричала и выла, мотая головой из стороны в сторону.

Вдруг ощутила прерывистые сокращения и пульсацию его ствола, мужчина припадал к ней всем телом, она почувствовала, как бьется мужское сердце в груди, а член быстро-быстро сокращается в ее анусе.

В стенку кишечника выстреливала первая, самая мощная струя спермы, за ней вторая и потом семя начало истекать несчетным количеством сокращений, заполняя задний проход.

– Хорошо-то как! – громко вскрикнул мучитель, продолжая вздрагивать и в такт толчкам спермы сжимать бедра Маши своими.

Дима удивительно долго кончал, потом успокоился, и член его уменьшился, почти сразу же перестав восприниматься как нечто существенное и доставляющее множество удовольствий.

Мужчина начал медленно подниматься, его детородный орган выскочил из ануса. Как истинный джентльмен – Дима помогал ей встать, взяв ее за руки.

Маша поднялась, опираясь на сильные руки парня и попутно попыталась погладить их, почему-то ей кажется, что она должна запомнить каждую вену, каждый шрам на этом теле, чтобы узнать потом даже с закрытыми глазами.

Она ощущала, как из открывшейся дырочки ануса начала вытекать его семенная жидкость. Потрогала там пальцем и отдернула руку, почувствовав боль и какую-то неприятную вязкость этой субстанции.

От усталости в ушах слышится какой-то шум, Маша попыталась подняться, тело раскачивалось из стороны в сторону. Дима заметил это, подошел и придержал ее за плечи.

– Все в норме? – спросил и поправил ей волосы на головею

У нее все кружилось и она не могла ничего ответить.

– Эй, что с тобой? Все в порядке?

– Все хорошо, пройдет сейчас.

– Это от избытка новых ощущений, – с насмешкой сказал мужчина.

– Возможно, – ответила она ему и попыталась улыбаться через силу.

Отвечать не было сил и желания, она просто кивала. Чувствовала, как по ляжке из ануса продолжает медленно вытекать сперма. Хотелось как можно скорее смыть с себя все, встать под струи теплого душа.

От воспоминаний недавней близости, внутри все сжалось. Несмотря на боль в анусе, Маша ощущала сильное возбуждение. Как бы ей хотелось заняться полноценной любовью с этим мужчиной! Чтобы его член вошел в ее вагину!

Голова слегка побаливала, в попке что-то зудело. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, чтобы переключиться на другие мысли, она пыталась думать о том, что теперь он часто будет хотеть именно анал. Она сама позволила ему зайти с этого хода, открыла ящик Пандоры.

После этого она уже без особых проблем позволяла мужчине трахать себя в зад, максимально грубо и жестко. Дмитрий натягивал на себя девушку, пока она выгибалась в спине. Ей больше не было больно. Только кайфово. Это были самые крутые дни отдыха, о которых можно только мечтать!

Руки мужчины мяли грудь, прокатывали между пальцами соски. Теперь они трахались все ночи напролет и не могли успокоиться до самого утра, прерываясь только на то, чтобы пропустить по бокальчику шампанского.

До конца отдыха, стоило Диме и Маше появиться на улицах, как иностранцы смотрели на них и здоровались. Но смотрели, конечно, в основном на Машу, раздевая ее похотливыми взглядами.

Тройничок и стропон

Моя подруга Мариша предложила мне присоединиться к ней и ее другу.

– Секс втроем? – удивилась я.

– А почему бы и нет?

Так я оказалась с ними в постели. Мы долго целовались с Саней, я ведь его видела сегодня впервые. Это было просто фантастикой, и я уже готова была отсосать ему, но мне не дала этого сделать Мариша. Она завела руки мне за голову, упираясь мне в лицо. Потом она одела страпон, чем окончательно удивила меня.

– Будем сейчас трахать Саню.

Она отпустила мои руки и сползла с дивана, встав сразу за своим парнем. Тот, видимо, только этого и ждал. Приподнявшись, он стал раком, все еще удерживая мои ноги руками. Мариша встала на колени, взяла в руки смазку и выдавила немного на анус своего парня.

Руками помазала и вдоль резинового страпона. Я охнула одновременно с этим Саней, когда он резко двумя пальцами вошел в меня, а Мариша вошла в его задний проход. Парень стонал и рычал, а действия девушки внутри него невольно передавались и мне.

Он трахал меня сначала двумя пальцами, затем добавил еще третий, растягивая мое влагалище до предела. Я хотела прикрыть рот рукой, чтобы не показать, что я, словно шалава, готова орать от этих ощущений. Меня трахал неизвестный мужик и я кайфовала от этого!

– Смена позиций! – воскликнула Мариша.

Я не сразу сообразила, что пальцы из моего влагалища исчезли. Надо мной нависла девушка, что-то цепляя мне на бедра.

– Твоя очередь, красотка.

Меня подняли, развернули, сзади закрепив ремень страпона. Саня на живот опустился на диван и развел в стороны ноги. Мариша стала сразу позади меня и потерлась грудями о мою спину, подталкивая вперед.

– Оттрахай его, – прошептала она, рукой проводя по моим ягодицам, а грудями вжимаясь в спину. – Всади эту штуку ему так, чтобы он завизжал как сучка. Он это дико любит.

Пальчики Мариши прошлись по моему анусу, когда я опустилась на диван так, что головка страпона оказалась сразу перед задним проходом парня. Я осмелилась протянуть руки, чтобы развести ягодицы в разные стороны, чтобы было хорошо видно дырку этого фрика. Из его ануса вытекала смазка.

– Ну трахай же! Скорее! – рявкнул он.

Если честно, со мной такого никогда не было. В смысле, я привыкла к обычному сексу с мужчиной, когда его пенис в моем влагалище. Но чтобы я трахала мужика в зад?! Такое у меня впервые. Я стала осторожно проталкивать страпон в анус Сани, чувствуя, как он проползает по смазанным стенкам. Страпон идет легко, я вхожу по самое основание, оказавшись в чрезмерной близости к телу этого человека.

– Долби его, подруга! Не жалей! Его попка выдержит и большее! – прошипела Мариша.

Я стала двигаться, имитируя действия мужчины. Это оказалось непривычно, но так кайфово.

Девушка позади подталкивала меня, заставляла трахать ее парня жестче и грубее. Ее рука поглаживала меня по ягодицам, груди бились о мою спину при каждом толчке. Саня приподнимал задницу, отчего толчки стали более интенсивными, а парень подо мной стал стонать и умолять не останавливаться. Я разошлась так, что ноги стали побаливать, а в голове шумело от желания.

Парень подо мной начал дрожать, резко прижимаясь ко мне, скрывая полностью в себе страпон.

Меня грубо скинули, страпон выскользнул из зада Сани. Я оказалась на спине, но и опомниться не успела, как руки парня и девушки перевернули меня на живот, затем поставили раком. Сложно было понять, чей палец резко вошел в мой анус, а я не выдержала и закричала.

– Аааа, – я хотела вырваться, но мне не дали.

– Как же горячо внутри тебя, но влаги еще мало, – прошипел парень, чей палец и оказался во мне.

Было действительно больно, мне хотелось вырваться и взвыть. Что-то потекло по ягодицам, и я поняла, что это смазка – холодная и слегка липкая. И боль невероятным образом прошла, уступив место непонятному ощущению.

Меня ни разу не долбили в зад, я не представляла, от чего многие получали удовольствие. До этого момента. Пальчик парня резко выскочил из ануса, я повалилась головой на смятые простыни. Мой зад все так же был в приподнятом положении.

– Давай еще! – попросила я.

– Как скажешь, – прошептал Саша.

Я думала, он и дальше будет трахать меня в зад пальцем, чтобы разработать как следует дырку. Но тут почувствовала, как нечто, похожее на головку члена, стало упираться в анус.

Саша резко вошел в мою попку. От неожиданности я вскрикнула. Стало так больно, что я взвыла, хотела отпрянуть, но сильные руки схватили за талию и с нажимом стали насаживать меня на член. Саня входил резкими толчками, снова и снова, а я орала так, словно меня разрывали на куски. По ощущениям, головка его члена находилась где-то в середине живота, заставляя испытывать дискомфорт.

– Терпи, – орала на меня Мариша, пару раз ударив по спине. – Вон Сашка, он ведь терпел, когда ты его трахала.

Несмотря на обилие смазки, я стала громче кричать ближе к концу. Мой анус горел огнем, когда Саня кончил и задрожал от оргазма, вышел из моего зада. Я рукой потянулась к саднящему проходу, из которого потоком вытекала сперма вперемежку со смазкой. Перекатившись на спину, чуть ли не подпрыгнула от боли, простреливший низ спины. Парень упал рядом со мной, тяжело дыша.

– Не надо драмы, все там нормально, – прохрипел он, вроде как даже успокаивал меня. – Кстати, сама-то ты кончила?

– Нет. – Интересно, как бы я кончила, когда в меня вдалбливались, растягивая дырку до невыносимой боли.

– Непорядок. Надо исправить.

Мариша восприняла его слова как сигнал. Она оказалась рядом со мной, снова закрепила страпон на мне. Меня не трогали, не заставляли вновь ставать раком. Саня встал и переместился, сел надо мной на корточки и, придерживая страпон, сел на него задом. Он прыгал на моем искусственном члене, рычал и мычал одновременно. Сама того не понимая, я его вроде как трахала, стараясь приподнимать бедра в такт его движениям.

Задница все еще болела, так что ощущения были не те. Да и дико раздражал член, который всего несколько минут назад трахал меня в зад, а теперь болтался чуть ли не перед самым лицом. Скажем так, ну совсем не сексуальное настроение было сейчас.

Я все же смогла кончить, но не только благодаря тому, что этот тип скакал на ненастоящем члене.

К нам присоединилась Мариша, которая начала активно вылизывать его плоть, ставший до невозможного чувствительным.

Все закончилось так же внезапно, как и началось. Я кое-как оделась и ушла, с трудом переставляя ноги. Ну я и попала, просто сложно представить! В голове крутились миллионы мыслей о том, что произошло. Здравый смысл орал, что я натворила, как на такое повелась. Почему я не сбежала сразу! Как я могла позволить Марише снять с себя одежду и трахать меня пальцами?! Почему позволила Сане отлизывать мне, а затем так же отодрать пальцами?! На бедрах с внутренней стороны точно останутся синяки от рук, которыми он сдерживал мои разведенные ноги. Как позволила оттрахать себя в задницу?! Я – та, которая привыкла только к классическому вагинальному сексу, не позволявшему ни одному парню уговорить себя на анал! И меня же вытрахали в этот анал!

Задница до сих пор невероятно болела. Вдруг этот парень мне там все порвал?! И даже никому не расскажешь… Не посоветует никто, что делать дальше, как жить дальше…

И вдруг меня осенило – Светлана! Она-то точно выслушает, даст совет, и даже издеваться не станет. И уж наверняка никому не расскажет.

Когда я приехала по нужному адресу, задница все еще болела.

– О, Анюта, здравствуй! – хозяйка приветливо улыбалась мне с порога. – Ну что ты стоишь, проходи. Я уж и не надеялась, что ты порадуешь меня своим визитом.

Я переступила через порог, в анусе стрельнуло болью, и я поморщилась.

– Что с тобой? – обеспокоенно поинтересовалась женщина. – Ты плохо себя чувствуешь?

– Да, немного… Светлана, я хотела бы с вами поговорить. Как бы, хочу сказать, что теперь моя очередь вам поплакаться, – я выдавила из себя жалобную улыбку.

Проклятое ведро

Не могу поверить, нет, я просто не могу поверить в то, что слышу! Но, к сожалению, нет никаких сомнений в том, что предлагает мне мой до сегодняшнего дня уважаемый начальник! Ведь все это он только что озвучил мне лично, скабрезно ухмыляясь при этом. Самое смешное, что еще пару часов назад, когда я направлялась на работу, я даже представить себе не могла, что все так обернется.

Все началось с ведра, о которое я запнулась. Или все началось с того, что я поздно родила болезненную дочь? А мой муж, с которым мы вместе планировали беременность, после десяти лет совместной жизни слился как тупой подросток? И оставил меня одну решать все проблемы – а их было много! С самого рождения Ули и становилось все больше и больше.

Днем я работать не могла, точнее, я работала из дома, к счастью, операторы всякого рода колл-центров сейчас очень нужны. Итак, днем я принимала заказы в службе доставки еды, а вечерами и ночами работала диспетчером службы 112.

По идее, смены должны быть суточные, но мне пошли навстречу, и мы с моей сменщицей работаем она в день, а я в ночь. Это удобно нам обеим, а руководство любезно закрывает на это глаза.

Так вот, ведро. Я бежала в туалет (мой перерыв составлял 15 минут, и за это время мне нужно было успеть удовлетворить все свои первичные потребности – пописать, выпить кофе, ну, и в идеале, съесть пару бутербродов).

Наша уборщица Гузель в это время мыла пол в коридоре возле туалета. И вот, когда я уже подошла к женскому туалету, из мужского внезапно выплыл наш шеф (и под словом шеф я имею в виду самый главный шеф) – Виталий Михайлович.

Он настолько важный и серьезный, что я избегаю смотреть ему в глаза, и вообще, теряюсь в его присутствии так, словно мне не 38, а 16. Естественно, и сейчас я засуетилась, запнулась о ведро, которое Гузель оставила посреди коридора, и шквал грязной воды выплеснулся прямо на бежевые слаксы шефа. Возникла немая сцена. Гузель тихо слилась, а вот мне было некуда. И я подняла на шефа глаза.

– …. мать! – прошипел он, яростно глядя на меня. – Какого черта? Глаза на затылок закатила?

– Простите, – пробормотала я, снова опустив голову и бочком протискиваясь в туалет.

Но я сделала лишь шаг, когда почувствовала, что меня схватили за волосы.

– Простите?? – издевательски прошептал мне в ухо шеф. – Да нет, ты сейчас извинишься по-настоящему.

С этими словами он впихнул меня в женский туалет. Я настолько обалдела от происходящего, что совершенно не сопротивлялась. Шеф затолкал меня в одну из кабинок и поставил раком прямо на бачок унитаза.

Его рука уже залезла в мои джинсы, он грубо ласкал мой клитор. Сама не ожидая от себя, я застонала, ноги обмякли. Меня не трахали уже год, максимум, что проникало в мою заскучавшую дырку, – это вибратор. И несмотря на то, что ситуация была, мягко говоря, необычной, мысль о том, что меня сейчас качественно трахнут, возбудила меня до крайности. Пальцы шефа уже проникли внутрь меня, попкой я чувствовала его напряженный член, и он был большим.

– Тебе нравится, грязная ты девчонка? Нравится, как я сейчас отымею тебя? – шептал мне Виталий Михайлович, покусывая за шею.

– Дааааа, – выдохнула я с протяжным стоном. – Трахни меня скорее!

Внезапно на мою задницу опустилась тяжелая ладонь. От шлепка нежная кожа загорелась огнем, но это возбудило меня еще сильнее.

– Не указывай мне, шлюшка!

Но возбуждение сыграло злую шутку и с шефом – он не мог больше сдерживаться, и его член на всей скорости влетел в меня. Член был большой и толстый, мне было очень хорошо даже просто чувствовать его в себе. Пальцами он продолжал дрочить мой клитор, а членом – вколачиваться в меня, и я кончила через пару минут.

– Какая горячая шлюшка! – одобрил шеф, когда конвульсии оргазма закончились. – Теперь моя очередь кончать.

И он задвигался с такой скоростью, что унитаз под нами заходил ходуном. Он сжимал мою грудь, задницу, его руки были везде, и это доставляло мне огромное удовольствие. Он еще увеличил скорость, сжав мои бедра так, что я поняла, что синяки точно останутся, начав драть меня по-настоящему жестко. Каждый удар его члена я встречала разнузданным стоном. Наконец, меня настиг второй оргазм, и шеф тоже подошел к финишу. Он кончил прямо в меня таким напором спермы, что она начала выливаться.

Мы долго не могли отдышаться. Наконец, кое-как сфокусировав взгляд, я повернулась к шефу лицом. Он смотрел на меня совершенно отстраненно, словно я только что не скакала на его члене как безумная.

– Сядь и помочись, – скомандовал он.

– Что? – мне показалось, что я не расслышала.

– Сядь на унитаз, ты ведь сюда за этим пришла? Давай!

Я была уверена, что при постороннем человеке не смогу пописать, но, видимо, я себя недооценивала. Как только я начала писать, шеф поднес свой обмякший член к моему рту. Я открыла рот и с удовольствием приняла его. Член поднялся за секунду. Я только закончила свое мокрое дело, как шеф рывком поднял меня и снова насадил на свой член, но уже лицом к себе.

– Какая ты хорошая шлюшка! – одобрительно сказал он, двигаясь внутри меня. – Пожалуй, ты мне подходишь. Будешь делать все, что я скажу. И когда я скажу.

Его член подходил моей дырочке просто идеально, поэтому соображать, когда он находился внутри, я не могла. Я могла только кивать и стонать. Что и делала. Мысль о том, что у меня заканчивается перерыв, ко мне не приходила, ведь ничто не могло бы заставить меня слезть с этого великолепного члена.

Я улетала от блаженства, а он теребил и теребил мой клитор. После всех этих манипуляций шеф вставил палец мне в попу. Никто и никогда не трахал меня в попу, я просто офигела от резкой пронзающей боли. Я ощутила, как колечко сфинктера резко сжало его член.

– Терпи! Не ной! Ты уже взрослая девочка! – приказал босс, и я послушно заскулила.

А потом мне внезапно стало так хорошо… Невероятно, как анальное проникновение пальцем может приносить такое наслаждение.

Неожиданно шеф развернул меня спиной и засадил в мою попу свой огромный член. А вот это меня уже окончательно разорвало на несколько частей. Я задохнулась от боли, слезы полились ручьем, но он двигался в том же ритме, что и до этого трахал меня.

– Подрочи себя, будет не так больно, – посоветовал он. – Ааааа, какая ты тугая и узкая, – его стоны становились все протяжнее, я поняла, что финал близок.

Я просунула к клитору свою руку и догнала шефа на финишной прямой. Раздолбав мне все дырки, шеф со словами: На сегодня хватит, – отпустил меня.

Я кое-как оделась и побрела к выходу из туалета.

Случайная встреча с извращенцем

Этот день казался Эвелине невыносимым с самого утра! Она опоздала в универ, и ее задержал преподаватель в тот момент, когда вся группа ушла на обед. Эвелина безумно хотела есть и проклинала все на свете, мечтая успеть хоть что-то купить, иначе не высидеть ей еще две пары. И вот, когда она забегала внутрь, столкнулась с кем-то.

Когда она уже падала, сбитая с ног весьма сильно торопившимся куда-то существом, она невольно закричала, привлекая к себе внимание.

– Эй, ты куда прешь, идиот? Эвелина окинула незнакомца презрительным взглядом: перед ней стоял молодой человек лет двадцати со светлыми волосами, а кончики тонированные в сиреневый, немного завивались. Толстый бежевый свитер очень подходил к его голубым глазам, брюки, были приятного серого цвета.

– Прошу прощения, виноват. – незнакомец протянул руку помощи.

– Я и сама в состоянии встать, – не потеряв гордости, ответила Эвелина. Она не любила принимать помощь от других и предпочитала все делать сама.

– Вот, возьмите платок.

Эвелина кинула на него свой испепеляющий взгляд.

– Мне правда очень жаль… я так перед вами виноват. – продолжал извиняться незнакомец, а тут и действительно было за что извиняться: весь плащ был в грязи, а рука расцарапана в кровь.

– Да… вам следовало бы смотреть по сторонам. – Эвелина уже успела оправиться после падения и довольно-таки крепко стояла на ногах, которые ее все так же не слушались. Незнакомец смотрел на нее с добродушной, казалось бы, улыбкой. Что-то загадочное, навевающее бурю эмоций, заключалось в этом мимическом приветствии.

– Ну, тогда я попытаюсь загладить свою вину, угостив вас обедом в кафе. Вы ведь туда направлялись? – услужливо предложил незнакомец.

– Не могу согласиться на это предложение, пусть даже такое заманчивое, – разговор стал походить на светскую беседу.

С первого взгляда незнакомец создавал впечатление избалованного ребенка, но его улыбка… унылое настроение Эвелины просто исчезло без следа, снова хотелось творить, нужно было успеть поймать эту нить вдохновения, убежать домой и воспользоваться этим внезапно открывшимся фонтаном энергии!

– Простите, я совсем забыл представиться, я Патрик, учусь на втором курсе. – все проходило по заранее отлаженному сценарию.

– Приятно познакомиться, меня зовут Эвелина. – она открыла дверь в кафе. Она и сама не понимала, почему вела себя так учтиво и обходительно с этим человеком, он ей понравился. Но также было в этом новом знакомом что-то особенное, что вызывало подозрение… Хотя, может быть, это было просто влечение… Просто странное чувство, от которого маленькие мурашки покрывали кожу Эвелины.

– Из-за меня твой плащ испачкан, может быть, не стоит сегодня идти на уроки? – С сожалением вздохнул Патрик.

– Ну, я сама тоже виновата…

– Может, вместо кафе, мы пройдем ко мне домой? Я неплохо готовлю, так что думаю, вполне смогу исчерпать этот неприятный инцидент. – Для большего убеждения он взглядом указал на измятый и грязный плащ Эвелины.

Отказываться было неудобно. Но Эвелину все еще смущали безупречные манеры собеседника.

– Я не прочь вкусно поесть! Да еще и бесплатно! – Она сама удивилась своему, весьма наглому тону. Оставалось еще какое-то неудобное чувство, но эта улыбка…

– Тогда решено! Мы идем ко мне домой, я живу, сосем близко, буквально в соседнем доме.

***

Через три минуты ходьбы, они приблизились к нужному дому.

Квартира, вопреки ожиданиям Эвелины, оказалась не такой уж и большой.

“Интересно, почему у такого красивого и вежливого молодого человека нет девушки?” – вопрос всплывал сам собой, стоило лишь оглядеться вокруг. В квартире царил полнейший беспорядок: вещи были раскиданы по всей комнате, которую из-за широкого коридора было нетрудно заглянуть из прихожей, а на кухне в мойке лежала гора немытой посуды.

Патрик услужливо помог гостье снять верхнюю одежду и отнес ее на кухню, где запихал в стиральную машину, перед этим внимательно прочитав указания к стирке на ярлыке.

– Можешь пока принять душ.

– Большое спасибо, – найти ванную, находящуюся прямо по коридору, было не трудно, и полотенца лежали аккуратной стопкой на полке, что было весьма странно, если учесть беспорядок в других частях квартиры. Складывалось впечатление, что об этом заранее позаботились…

Белоснежная ванная, настолько чистая, словно ее специально отмыли перед ее приходом. Комната казалась очень светлой из-за всех этих зеркал, покрывавших стены от пола до потолка, идеально отполированных. Тут приятно пахло жидким персиковым мылом и еще, там был какой-то непонятный запах…

Запах, который Эвелина не смогла бы описать словами. Он был одновременно приятный и приторно сладкий с нотками горечи. Нет, сейчас, он уже больше походил на запах сгоревшей карамели! Он становился все противнее и противнее, словно что-то неприятное и угрожающее приближалось сзади… Эвелина начала раздеваться, преодолевая еле уловимое ощущение, что за ней кто-то следит. Она медленно расстегивала блузку, поражаясь грациозности своих движений.

Ручка двери повернулась, и в ванную проскользнул Патрик:

– Прошу прощения, я забыл предупредить, чтобы ты… – на его лице расплылась загадочная улыбка…

В один шаг, преодолев расстояние между ними, одной рукой он вцепился в плечо Эвелины, а второй, медленно с садистским наслаждением начал сжимать хрупкую шею.

Только сейчас, Эвелина заметила длинные ногти, аккуратно накрашенные черным лаком, которые совсем не сочетались с «романтическим» образом Патрика (Они выглядели так неестественно, скорее похожие на небольшие лезвия). Его глаза начали сверкать нездоровым блеском. Новый знакомый превращался в маньяка, опасного, ненасытного.

Дыхание начало сбиваться, и уже чувствовалось напряжение внизу живота.

Патрик схватил свою жертву за волосы и потянул вверх так, что Эвелине пришлось подняться на носки, чувствуя бесспорное физическое превосходство парня.

Девушке стало страшно, и в то же время, все ее тело охватил сильный жар. Длинный шершавый язык парня прошелся по ее шее, оставляя за собой влажный липкий след.

Голова Эвелины начала кружиться, а перед глазами все поплыло. Стоило только парню ослабить хватку, как ноги гостьи подкосились, и она рухнула на холодный кафель. С протяжным стоном она перевернулась на спину и закрыла глаза. Последнее, что она почувствовала, как его перехватили поперек туловища и потащили куда-то.

***

Она оказалась в темном помещении… лежала на кровати. Окна были завешаны плотными бардовыми шторами, от чего вся комната озарялась мягким красноватым светом. Все тело болело, а левая рука, пристегнутая наручниками к спинке кровати, затекла. – «Стоп! Наручники?!» – она заметила их только сейчас, потому что за ночь успела привыкнуть. Спала она, видимо очень крепко, раз не помнил того, что с ней проделывали…

Она едва могла различить предметы, составляющие интерьер комнаты. Глаза понемногу начали привыкать к полумраку.

Дверь, которую Эвелина не могла видеть из-за положения кровати, резко открылась, и в комнату вошел ее вчерашний знакомый, по совместительству сегодняшний тюремщик.

– Готова? –холодный, но интригующий тон.

– К чему? – Эвелина инстинктивно отодвинутся назад, и тут же подскочила от неожиданности. Спинка кровати была ледяной.

– Позже. Ты все узнаешь позже… – а про себя подумал: “Она слишком изнеженная”.

***

Он медленно подходил к кровати, словно обдумывая свои слова. Приблизившись вплотную к узнице, Патрик отстегнул наручник от спинки кровати и надел на вторую руку Эвелины, заломив их за голову.

– Как ты это сделал? – имея в виду, что ключа он не использовал.

– Фокус. – Патрик склонился над ней и посмотрел в ее глаза, светло-коричневого цвета. Они были полны ярости, безудержной и такой возбуждающей…

– Ты что, совсем отмороженный? Ты что творишь? – Эвелина нагло на него посмотрела и двинулась навстречу, зацепив руки в оковах за его шею.

– Знаешь, иногда жизнь кажется слишком скучной и обыденной. У тебя такого не бывает?

Девушка молча сверлила его глазами, ничего не отвечая.

– Значит, я не ошибся. – Опять зловещая ухмылка. – Я тебе покажу рай, крошка. Наслаждение, через боль.

– Ну, давай, сделай это! Ты, чертов садист, сделай это со мной и отвали от меня! Я не хочу больше видеть твою рожу.

– Хорошо. – Прошипел Патрик, наклоняясь к ее шее. Он провел своим шершавым, как наждачная бумага, языком от плеча к уху и резко, за край, укусил ее так, что почти отсек кусок хряща с кожей. Эвелина же, от боли вцепилась насильнику в спину, но молчала, наслаждаясь каждой ее ноткой.

Патрик начал стягивать штаны с девушки, облизывая длинным языком ее упругие, обтянутые белой, почти прозрачной кожей, бедра. Раздвинул ее ноги и начал облизывать пальцы, покрывая их своей липкой слюной.

Одной рукой он уперся в кровать, а другой начал водить вокруг ануса, заставляя мышцы девушки сокращаться от возбуждения.

– Помоги мне раздеться! – приказал парень. Эвелина уже мало соображала, она была возбуждена. Но ей лишь с третьей попытки удалось снять джинсы с Патрика, потому, что к наручникам она еще не приспособилась и к тому же, руки у нее дрожали от чувства невообразимо приятного предвкушения. Предвкушения того, как Патрик ее хорошенько оттрахает.

Патрик немного помедлил и снова начал играть пальцами, проталкивая то в промежность, то в анус девушки. Через несколько минут он достал пальцы. Затем парень обхватил клитор Эвелины и крепко его сжал, надавив довольно сильно.

Эвелина выгнулась и застонала. Патрик начал покрывать поцелуями ее подтянутый живот, продвигаясь все ниже и ниже… Вдруг, он резко остановился и спросил:

– Ты подаришь мне поцелуй?

– Не дождешься. – Эвелина ухмыльнулась.

Патрик задумался, осмысливая возможные пути проникновения.

– Ты ведь хочешь есть?

– Да.

– Хочешь – достань. – Патрик достал из-за конфету и сунул себе в рот.

– Придурок! – Скривила она лицо и засунула свой горячий язык в рот Патрика, и они слились в поцелуе, теребя волосы друг друга.

Через мгновение, Патрик резко вошел в ее анус. Та прогнулась от боли и со всей силы укусила его за язык. Почувствовав вкус крови вперемешку со слюной, Эвелина отстранилась.

– Прости… – она посмотрела на парня, но не заметила на его лице даже капли злости.

– Ну вот, ты мне и отомстила. – Опять улыбка. Патрик продолжал ритмичными толчками, не входя до конца.

Эвелин хрипло стонала, пытаясь двигаться навстречу, а про себя подумала:

«О да, ты не ошибся! Я это сделала специально! Как же ты меня бесишь! И я чувствую тебя каждой клеткой своего тела. И это до отвращения приятно!»

***

– Тебе понравилось?

– Нет. Но ты сделал этот скучный день чуть интереснее.

– Я рад. – Патрик светился искренней улыбкой…

– Позволь, кое-что у тебя спросить? – она посмотрела Патрику в глаза.

– Слушаю.

– Зачем ты меня похитил?

– Потому, что я тоже хотел спросить: Ты будешь позировать для моей картины?

– ЧТО???

– Ты будешь моей натурщицей?

– ЧТО??? – в голосе девушки слышна обида, – Всего… всего лишь игрушка… дурацкая игрушка… – шептала она, повторяя эти слова снова и снова. – А потом выбросишь? – Ею овладела ярость, но уже не та, пьянящая похоть похожая на эйфорию, а разрушающая безудержная злость.

Она была готова убить Патрика, если бы только у нее были силы. Она злилась и на себя, за то, что не сопротивлялась, за то, что ей это понравилось… невероятно понравилось… Она с силой подавила в себе мысль, что хочет еще, и, собрав все силы, что у нее были, занесла руку для удара. Но Патрик оказался сильнее и одним движением остановил ее:

– Нет. – Удивительно, но всего лишь одно слово способно развеять все сомнения и вернуть ясность происходящему. Эвелина не сомневалась в его искренности, стоило лишь посмотреть в эти глаза, такие же голубые и светлые, как небо… очаровывающие и притягивающие…

– Я согласна. Я в полной твоей власти, – Эвелина не хотела этого говорить, лишь подумала, но как будто плененная этим взглядом, готова была полностью отдаться Ему.

– Черт, ты просто прелесть! – Он не вложил в эту фразу никакого значения, по крайней мере голосом, но в его глазах можно было ясно увидеть дикую одержимость. – Он именно этого ответа от нее и ждал.

– Я хочу, чтобы ты познала всю прелесть близости со мной. Чтобы ты получала наслаждение через боль… – его слова пугали Эвелину и заставляли бояться еще больше.

– Кто ты такой, черт бы тебя побрал? – странное чувство. Как будто Эвелина понимала, о чем он говорит, и вроде бы, ее возбуждало это. Но в то же время, она боялась даже подумать об этом…

Несмотря на мандраж, она все-таки хочет этого человека. С ней такое впервые.

Злобный смех в голове становится только громче, когда она видит, что он тоже сильно возбужден. Мать его, он так и не дал ей кончить! Он трахнул ее в зад и кончил, все случилось так быстро, а сколько было слов, сколько эмоций!

Эвелина не могла поверить, что на этом все закончится.

Парень полностью освободил ее руки и улегся спать голым, да еще и без одеяла! Ну все, окончательно достал, придурок недоделанный!

Она аккуратно тянет руку к горячей пульсирующей плоти, садиться на колени перед спящим парнем и любуюсь на это «чудо». Сидит так с полминуты, тупит: «А че я тут вообще делаю? Может, я тоже рехнулась, как и этот псих?».

Эвелина опирается на кровать, и все же протягивает руку к его члену, еще немного медлит, а потом надавливает на головку одним пальцем. Реакция не заставляет себя ждать, парень снова выгибается и стонет, а палец соскальзывает от обилия смазки.

Тогда девушка обхватывает его у основания и начинает медленно двигать рукой, она левша, поэтому облизывает пальцы на правой руке и неумело начинает мякать яички, а потом переключается на пятую точку, дырочка мягкая и податливая, но узкая. Она сделает это нежно, так что трудно даже описать, как бедняга извивается и стонет). Зачем она все это делает? Просто этот парень чем-то привлекает ее.

Она придвигается еще ближе и просто берет в рот, свободной рукой выкручивая нежно-розоватый сосок Патрика. Правая рука сама проскальзывает между ног, и она тоже начинает дрочить. Все это действо освещает тусклый свет луны, и когда к ней приходит осознание происходящего в этой комнате извращения, ее новый странный друг кончает ей прямо в рот. Она чуть не подавилась, еле откашлялась!

Когда она выпрямилась, то поняла, что парень сидит на кровати и смотрит на нее со смесью благодарности и похоти.

– Я не спал…

– И что? – спрашивает Эвелина, пытаясь сохранить невозмутимый вид, хотя ей ой как стыдно. Ведь стыдно всегда после, а не до, – Хочешь продолжения?

– Хочу… – Патрик опустил голову. Затем, решительно ее поднял, сделав глубокий вдох, потянулся к ней. И тут Эвелина замечает, что эрекция у парня все еще не прошла. Он опускается перед ней на корточки, облизывает пальцы и начинает заталкивать их в свой анус.

Сказать, что Эвелина была в шоке, это ничего не сказать.

– Что ты делаешь? А ты и правда извращенец… – она посмотрела на него и опустила глаза. Испанский стыд. Никогда еще не встречались ей такие парни, красивый, сексуальный, но шизанутый на всю башку.

Я не извращенец, не думай про меня плохо, я просто ловлю кайф, когда в анус что-то засовываю. Хочешь засунуть туда палец? – Парик так развратно выглядит… Эвелина почему-то еще больше возбудилась от его виноватого взгляда.

– Эх… А еще говоришь, не извращенец, – улыбается девушка. Ее рука сама тянется к его члену, но он отводит ее в сторону и за доли секунды оказывается на ней сверху.

– А тебе? Разве не нравится, когда играют с твоей попкой? – наклоняется и целует ее взасос, а она страстно отвечает ему на поцелуй, потом с выдохом признается:

– Ладно. Наверное, я тоже извращенка. Поэтому и позволяю тебе все это делать со мной.

Его мягкие волосы щекочутся, пробивает на смех, девушка морщится. Прерывает их страстный и глубокий поцелуй, чмокает в щечку и аккуратно насаживается на его член попкой, было немного больно. Прикусила губу, насаживаясь еще сильнее. Очень больно. Но также ей это в кайф, она смотрит на парня и ловит его вожделенный взгляд.

Пока она насаживалась на его член, он любовался ее выражением лица. За такое похотливое выражение лица, ему еще больше захотелось ее оттрахать.

Он обхватывает ее за бедра и проталкивается внутрь, до самого основания. Выгибается и вскрикивает, стонет уже громко. Да правильно, плевать на всех остальных! Ждет, пока они оба привыкнут к новым ощущениям, внутри так тесно и горячо, Патрик начинает двигаться, сначала Эвелине было не особо приятно, но потом парень находит нужный темп и девушка ощущает, как ее уносит на крыльях счастья.

В животе словно пархают бабочки… Девушка плачет.

– С тобой все в порядке?.. Я сделал тебе больно? Но ведь я просто пугал насчет боли, это был прикол, я не такой на самом деле… – Патрик выглядит растерянно. Он останавливается и внимательно смотрит на Эвелину.

– Все в порядке, я плачу от счастья, – Эвелина притягивает его к себе и целует. Еще несколько толчков, и Патрик хватает ее за волосы, грубо отрывает от себя, и они вместе кончаем. О да! Он на самом деле еще тот садист!

Продолжить чтение