Читать онлайн Женская лирика. Том 2 бесплатно

Женская лирика. Том 2

Стихотворения 2003

Стихотворения января

***

На наших отношениях только точки,

число тех точек: месяцы, года.

Пред точками стояли в чувствах строчки,

теперь все то, что было – ерунда.

Еще могу я быть немного нужной,

для этого должна я быть рабой.

Должна я быть рабой твоей послушной,

иначе и звонкам твоим – отбой.

Со всеми так, когда исчезнет страстность,

а это гостья редкая, весьма.

Семья на время связывает властно,

любой длины кончается тесьма.

И я тебе звонить уже не стала,

и Новый год не повод для звонков.

А быть рабой… Желанье скрыто сталью.

Тесьма и сталь линейки из годков.

От наших отношений – наши дети,

и точки наших чувств им не нужны.

Для них нам надо что-то все же делать,

и им еще зачем-то мы нужны.

А меж собой… мы прожили, довольно,

нам больше не осилить, ну и что?

И ты по свету бродишь ветер вольный,

а я семьи остатки своей чту.

1 января 2003

***

Новый год наливается силой,

задышал, закричал, что он есть!

Но тотчас был откинут на сито:

он в истории новая весть.

Чувство есть, проезжаешь вершину,

на вершине бессонная ночь.

Старый год – въезд в историю шины.

Мы проехали. Дальше что? Прочь.

Так в любви побеждает новинка

из эмоций, прелюдий, страстей.

Старый год стал забытою вилкой

на бифштексе из лучших частей.

Старый стих, старый фильм, старый номер.

Стало прошлым безумство любви.

Новый год, он во всем еще молод,

ты его, как флюиды лови.

И бегут в круговерти каникул:

сказки, песни, улыбки и смех.

Вот, вот, вот и восторги все сникнут,

жизнь войдет в прежний ритм из помех.

Но пока все немного затихло.

Суеверие в людях не зря.

Две недели божественно, лихо,

полыхают, как года заря.

5 января 2003

***

Земля меняет поколения,

земля меняет день и ночь.

Кто знает прошлого колена?

В седьмом колене был точь-в-точь.

Клонировать самой природой…

В развитии идешь вперед,

и в прошлом цепь живого рода,

ты удлиняешь свой же род.

Пересечения разных кланов

усилят кровь одной родни.

Родятся новые уланы,

они грядущего родник.

Бывают родственные связи,

они несут болезнь крови.

А можно в прошлом всем увязнуть?

Клонироваться без любви.

Стоят коровы клон на клоне,

как стадо ровное телят.

Березы разные на склоне.

На склоне вновь стада ягнят.

6 января 2003

***

Рождество, мороз и ветви,

словно линии судьбы,

простираются под светлым

небосклоном из мечты.

Голубь сжался, точно шарик,

под окном сидит один.

На судьбе все беды – шрамы,

холод нынче господин.

Голубь вдруг расправил крылья.

И над ветками судьбы

полетел. Две птицы рыли

снег балконный без вражды.

Словно кто меня услышал:

голубь стукнул мне в окно.

И поют опять под крышей.

Что за птички? Все равно.

Рождество и голубь мира,

примирение хоть на миг.

Заиграла в холод лира.

На сугробах солнца блик.

7 января 2003

Диалог в Рождество

– В народе в моде…

– Что?

– Гаремы. Один мужчина на двоих.

Такие парные системы,

давно бытуют.

– Да ну их.

– Есть в этом некая система,

одна с кольцом, другая – так.

– Что это, временная схема?

Иль он силен на все мастак?

– Однако так, бывает много

модификаций всех систем.

С моралью все же в мире строго.

Так может, скажем, нет и тем?

– Однажды в ночь под Рождество

одна ушла к другому.

– Зачем? Там было пиршество?

Иль в горло боль по кому?

– Да, как сказать… Ей надоело,

что дома очень пристают.

– А, то есть с первым охладела.

А со вторым они поют?

– Вот в том и юмор, новый – слабый

и к ней совсем не лезет он.

– Ха, не поймут такого бабы,

ушла от секса в бастион.

– Так слушай дальше, ставит тесто

мадам на кухне у него.

– Что на дрожжах? Им там не тесно?

Так без любви. А он чего?

– А он еще дрожжей подсыпал,

и тесто стало – тополя!

– А первый ей за ночку всыпал?

Вот чудеса, песком пыля!

– Зачем ей нужен был второй

и тесто, да в чужой квартире?

Все было некою игрой,

а вот закончилось – разрывом.

– Осталась дамочка одна?

– Без двух, сплошная тишина.

7 января 2003

***

Струи экзотических желаний

струнами сыграв, бегут по телу,

словно поднебесные послания

выбрали экстаз своею темой.

Тело все блаженно встрепенулось,

выбросив в пространство тик конвульсий,

силы, задремавшие, проснулись,

оживилась, задышала вольно.

Вот еще счастливое мгновенье,

что несет здоровье и блаженство,

подзарядка проникает в вены.

Обновление тела и эмоций,

возрождение и мужчин, и женщин,

Ведь любовь в здоровье лучший лоцман.

11 января 2003

***

Человек не так силен,

коль кумир не весел.

Это шерсть? Нет, это лен.

Он гребет без весел.

Поразительный итог

в жизни есть у многих:

сам к себе поэт так строг,

что закрыты ноги,

как закрытая душа.

Он, мол, не развратный.

Может, нет. Слова крушат

память безвозвратно.

Скучно все. Переключу.

Вот актриса стонет.

Стережет свой дом, ключом

сердцем пишет оды.

Петросян, Аншлаг, Шифрин,

Степаненко, Клара.

На столе уснул графин,

выключаю рано.

13 января 2003

Прелюдии любви…

Разлука и в душе бывает криминальной,

и расставанья миг тревожит день и ночь.

И солнечной любви бывает очень мало.

И вот уж не стоит никто у ваших ног.

Похоже, нет сейчас вам дел до новой грусти,

что вновь почтила вас уже в который раз,

все боли на душе не пересадишь в садик,

чтобы потом расцвел колючками от роз.

Лишь грусть и говорит, что вы сегодня живы,

что память вновь болит издержками забот.

Позвольте, может, вы ни ту надежду сшили?

А горести у вас… Вы брошены за борт.

А я не утону, я поднимусь по трапу,

и раны от любви, конечно, заживут,

Вы встанете у ног, и будите так рады,

что розами души Вас мило позову!

Прелюдии любви… Их избегать спокойней.

Боюсь, их вечный зов, в беспамятство любви.

Отчаянье и боль закончат вечер знойный,

в букете не поют привольно соловьи.

13 января 2003

Красно-синий

Она ходила – в красном с белым.

Он – темно-синий был герой.

И вот, когда все вишни спели,

жизнь обернулась к ним игрой.

Он к ней тянулся – мягкий, сильный,

ее он Милой величал.

Она казалась очень милой,

но импульс шел, а взгляд кричал.

Она читала. День был летний.

Звенит звонок как громкий зов.

Он звал ее как мушку к слету.

И дверь закрыл, замок – засов.

Проходит несколько мгновений

из очень теплой тишины,

закончен секс и стихли вены,

и в кресле с думами жены…

Она болела долго-долго,

она страдала день и ночь,

себя казнила. Мало толку,

и шла от мыслей горьких прочь.

В ней зародился некто синий.

В потоке красном он исчез.

А лик ее был бело-синий.

Так улыбнись. Ты – в жизни. ЧИЗ.

14 января 2003

***

Он долго женщин не любил,

такая лень, без денег, право.

Он женщин точно бы побил,

но за дела кричал бы: браво!

И он хотел лишь побеждать!

Но побеждать над кем-то надо,

ему бы женщину зажать,

но лишь под чьим-то тихим взглядом.

С собой подругу с другом брал,

смотрел, как тянутся друг к другу.

Потом подругу забирал,

а друга выдворял из круга.

Он часто жен чужих манил,

пленил очами и фигурой.

Он с ними ласков, нежен, мил,

коль муж платил за секс и туры.

Он долго женщин не любил,

менял и изводил словами.

Он пары многие разбил.

Случайно он сейчас не с вами?

15 января 2003

***

Иду сквозь облака, летающих снежинок,

сквозь бурю нежных чувств, пылающих к тебе.

Деревья в кружевах немыслимых новинок,

и дремлют их стволы, замкнувшись все в себе.

Иду сквозь шум потерь, и сквозь сигналы горя,

сквозь сон и ураган, потерянных надежд.

Иду сквозь шум дождя, не с кем давно не споря,

и кожею скреплю, и кожею одежд.

Иду всегда к тебе, но мимо сонных буден,

по топям и тропе, ухоженных дорог.

Когда-нибудь еще мы вместе, может, будем,

когда нам протрубит олень в красивый рог.

И ветви в вышине сплетаются мечтами,

и снежные холмы на памяти моей.

Но вот встают дома и исчезают – дали,

и окна в них горят свечением монет.

Иду к себе домой, где нет мужской опеки,

где нет любимых глаз, где ужин не стоит,

где сняты у судьбы любовные все пенки.

Осталась тишина. Остался женский скит.

16 января 2003

О морском чуде

Волны ласкают и волны казнят.

Волны взлетают и гладят фрегат.

Волны смели новобрачных в пучину.

Шторм на мели уничтожил мужчину.

Он одинок в своей доле несчастной,

волны прибили разбитый фрегат.

Девушка нежная, славное счастье.

Было и не было, взор как агат.

Стан-монумент и такой он печальный.

Волны ласкают совсем как она.

Море решило женой быть. Венчание?

Море капризно. И волны она.

Море волшебно, в нем сила морская.

Волны в томление припали к ногам,

и исступленно ласкают, ласкают.

Чайки кричат из-за них крик и гам.

Он встрепенулся, шатнулся от моря.

Нет, не Нептун он, обычный моряк,

и потемнел весь, охваченный горем.

И только думал: "А, где она? Как?"

Вдруг он заметил, что чайки над морем,

что-то несут над волнами к нему.

Сверток белеет и видно он мокрый,

и непонятно виденье ему.

Чайки пред ним опустились на берег.

Девушка в свертке лежит на песке,

саван-фата и весь лик ее белый.

Он побледнел в неуемной тоске.

Он наклонился, припал к ней губами,

страх, забирая, несущий их в рай.

И сквозь ресницы мечта голубая,

вздрогнув, взглянула – люби, забирай.

19 января 2003

Янтарь в январе

В мае тает лед желаний,

исполняются мечты.

Год насыщенных познаний,

словно милые черты.

Облака плывут светлея,

над моею головой.

Ветви в листьях тихо млеют

и качаются ветлой.

Размечталась я о мае,

за окном царит январь.

Солнца мало, очень мало.

Я в руке держу янтарь,

в нем смола моих желаний,

о морских чужих краях,

где по пляжам бродят лани,

иногда и без рубах.

А есть женщины как осень,

на плечах лежит листва,

охрой выкрашена проседь.

Шлейф, как медная молва.

Но зато, какое море!

В мае белые тела,

все мечтают об амуре

в свете солнца и тепла.

23 января 2003

Переменная

Красивая и скверная

дорога переменная.

А наша жизнь обычная,

понурая, привычная,

то в радости с салютами

и с фейерверком грез,

то словно с камнепадами,

с крутыми водопадами,

она в долине слез.

Красивая и скверная

дорога переменная.

Мечты, друзья – приличные,

дела всегда – отличные,

а то вдруг обрываются

любые все дела,

подруги забываются,

мужья в других влюбляются -

сама их отдала.

Красивая и скверная

дорога переменная.

Здоровье все колеблется,

качается и верится,

то словно сталь могучее,

то будто грязь в руке,

то нотами певучими,

то птицами летучими,

то хрип на сквозняке.

Красивая и скверная

дорога переменная.

И я сама, то верная,

то, как осина нервная.

Бывает, улыбаюсь я,

когда влюбляюсь вновь,

потом немного каюсь я,

и новая Любовь!

23 января 2003

Стихотворения февраля

Банкет любви

1. Пройдем по мостовой.

Отметим? Двадцать лет любви

забытой фразой,

из памяти ты позови

любви рассказы.

Пройдем еще по мостовой.

Ты не споткнулся?

Здесь был когда-то постовой.

Ты что замкнулся?

Пройдем по старым пустырям

любви и быта,

поклонимся монастырям

полузабытым.

Ты видишь, там идет трамвай?

Был на подножке?

Тогда иди, быстрей давай!

Подставил ножку?

Кому? Коряге. Корни – чьи

глядят сквозь землю?

Да, мы с тобой давно ничьи.

Я мыслям внемлю.

2. Проедем?

Сорок три – тридцать четыре,

и плывет жара.

Душно очень, как в квартире.

В воду, что ль, пора?

Проезжай дорогой этой,

там ты проезжал.

В светофоре мало света?

Тормоз завизжал.

По оврагам, по корягам,

пролегла она.

Как ее дорога. Рядом

леса седина.

Остановка, как парковка,

и лесной пейзаж.

Шины – это не подковка.

Что на счастье дашь?

Сорок три – тридцать четыре -

это ты и я,

Сорок три – тридцать четыре -

стали мы родня.

3. Любовь земная…

Ты даешь такую силу,

что взлетаю я.

Ты становишься мне милым,

таю, таю я.

Ну, подвинься, опрокинься.

Господи, краса!

Взглядом всю меня окинул,

словно небеса.

От затменья. От плененья

радостная тишь.

От любви одни волненья.

Ну, комарик, кыш!

От такого дорогого

трудно отойти.

Не найду себе иного.

Все, пора идти.

Да куда там, притяженье

до земной поры.

Вновь упала. Есть скольженье.

Рук твоих дары.

4. Пещерный банкет.

Постелем шкуру мамонта,

умоемся водицей.

В простой пещере каменной

и люди – бледнолицы.

Костер горит. Колышутся

их тени – от волненья,

под сводами так дышится,

как в древних поколеньях.

Тепло здесь или холодно,

уютно или нет,

и сытно здесь и голодно,

но здесь москитов нет.

Баран над жаром крутится,

все меньше, тоньше, ярче,

и шкура точно кружево.

Снимай с углей, Команчи!

И зубы в мясо врезались,

и рвут, и мечут губы,

а зубы, точно фрезами,

на части мясо губят.

3 февраля 2003

***

Жду, не жду, надеюсь и люблю,

утомленно всматриваюсь вдаль.

В мыслях я пою надежды блюз,

ты надежду мне на счастье дал.

Я хочу увидеть облик твой,

я хочу в руках твоих затихнуть,

я хочу насытиться тобой,

но мечты все тише, тише, тише.

Знаю, что билет для встречи есть,

поезд, день, вагон и километры.

Принесли сороки счастья весть,

в сердце дата, это снова метка.

Вот к перрону поезд подошел,

темное зеленое виденье,

и надежда как компостер, шелк.

Рядом с тобой девушка, ты демон.

Не хочу я видеть облик твой,

не хочу в руках твоих затихнуть,

я уже насытилась тобой,

и мечты все тише, тише, тише.

14 февраля 2003

***

Почему всегда ветра веют над мужчиной?

Выйти утром из шатра веские причины.

Ветер мысли мне его принесет мгновенно,

я проснусь от них легко и самозабвенно.

Буду думать я о нем, когда занят он конем.

Приготовлю завтрак так, чтоб он был довольный,

это ведь такой пустяк, труд не подневольный.

Я люблю его, люблю, брошу в печь полено,

и к обеду пригублю пыльное колено.

Буду думать я о нем, когда занят он конем.

Он опять умчится вдаль, приготовлю ужин.

Женский труд – мужчине дань, коль мужчина нужен.

Он прискачет весь в пыли, мысль за горизонтом.

Я верну, из той дали, когда будет сонным.

Буду думать я о нем, когда занят он конем.

Вот он сыт. Шатер. Полог. Мышцы в полудреме.

Он красиво очень лег, но душа на стреме.

Я к нему прильну душой, с самой милой лаской,

он любимый и большой, он утонет в сказке.

Буду думать я о нем, когда занят он конем.

17 февраля 2003

***

Духи и книги, стол и стулья,

букетик лилий и комод,

ТВ, компьютер, вазы дуло,

какие-то предметы мод.

Слегка разбросаны предметы,

слегка раскиданы слова,

а в голове остатки сметы,

не спит, не дремлет голова.

В ней рассуждения о прозе,

в ней что-то грустно без прикрас.

Светодиоды, словно росы,

в ночи высвечивают нас.

И тик, и так, и шум машины,

и тени темные в углах.

Лекарство с медом как вершина,

надежд движенья на ногах.

Ночные мысли – отголоски

дневных забот, точнее дел.

От лепестков цветов – полоски,

точнее тени белых тел.

Как эти лилии надменны!

Бессмертник спрятан в лепестках

на фоне стен, белее мела,

как проза мыслей на устах.

20 февраля 2003

***

Обрамление волос,

обрамление взгляда,

контур черный глаз, не слез,

что для взгляда надо.

Словно новый парапет

на речном вокзале.

Так и новый кавалер

Вас закружит в зале.

Обрамление волос,

обрамление воли,

Ваша внешность мыслям лоск,

если взгляд без боли.

Если речка без бревна,

и сомы не бревна,

значит, близится весна,

и зима царевна.

Обрамление волос,

обрамление веток,

лес зимою не подрос,

рост весь будет лишь летом.

Это темные снега

вокруг рек и пруда.

Пред весной зима легка.

О красе – не буду.

27 февраля 2003

***

Бывает в жизни лишь один доход,

его едва хватает на компот,

налог с него всегда у всех снимают,

доходом этим вряд ли одевают.

И совесть так чиста, как пуст карман,

и потому разломан весь диван.

Но кто-то деньги на диван дает,

и вот он возникает, как комод.

Огромный, неуклюжий словно слон,

и ровный, незнакомый как уклон.

И на диване можно выпить сок,

он не компот, он сам проводит ток.

27 февраля 2003

Стихотворения марта

***

Солярий солнечной системы

светил в десятки светлых труб.

После загара засвистели

сигналы, мол, плати свой рубль.

И весь загар в стеклянной колбе

теплом и светом был наполнен.

Спокойно потемнела кожа,

все для тебя, все для тебя.

Сказать собой: "Люблю". Ты тоже

на мне осмотришь все любя.

Не трудно быть твоей богиней,

но трудно быть, как светит иней.

Для похудения съем таблетки,

лекарства больше, чем еды,

чтоб ощущать себя кокеткой,

чтоб говорить, что лучший ты.

Не трудно жить в свои-то годы,

но трудно быть милей на годы.

2 марта 2003

***

Звоню тебе как в первый раз.

Узнал меня, но удивился.

Ты ждал звонка, любви рассказ

недели две. Звонок забылся.

"Привет! Привет! А ты одна?

Сегодня точно будешь дома?

Давно нигде ты видна,

А без тебя тоскливо, томно".

Проходят дни, года, недели,

проходит быстро наша жизнь,

без поцелуев и постели,

но вдруг звонок: "Меня дождись!"

Не знаю, право, но так надо,

чтоб был один ты навсегда.

Ты позвонишь и скажешь: «Надо,

ты как всегда моя звезда".

Мы где-то были и так долго.

Ты где-то там, я где-то тут.

Весь разговор пройдет без толку.

Любви надежды не растут.

Я не хочу тебя коснуться,

поговорила, вот и все.

Ты стал забытый мой касатик.

"Ну, позвони, привет, еще".

3 марта 2003

***

Город лесной, город родной,

светлый, красивый.

Солнечный весь, небом, водой,

зданиями в иней.

Здания плывут, сказочный флот,

как бригантины.

Мэрия вдруг – жизни оплот,

горы все сдвинет.

Взмоет фонтан струйкой воды,

облаком влаги.

Город родной, милый как ты,

в трепетном флаге.

Вижу красу новых людей,

умных, спокойных.

Едут, идут в мир новостей

честно, достойно.

Город живой тихой водой,

словно весь вымыт,

мертвой водой в годы войны,

он будто вымер.

Выжил родной, встал он из сел

белым и славным,

и в микросхемах прочно осел,

и в них стал главным.

4 марта 2003

***

Завис сосульками сугроб

под солнышком, к восьмому марта.

Он весь ажурный, словно герб,

и весь он в нишах, будто парта.

А рядом снег лежит как вата,

он неподвижный, он – газон,

слегка искрит, под солнцем – надо,

над ним витает сам озон.

Все осмотрела. Взгляд напротив

завис, с улыбкой на устах.

Глаза искрят, и зубы, рот ли.

Сосульки лет. В моих летах.

6 марта 2003

***

А я умею: молчать, как рыба.

А я умею: не улыбаться.

Я не умею: кричать у гриба.

Я не умею: в ногах валяться.

Я не прошу, не умоляю,

и улыбаюсь, в ответ на шутку.

Я даже в детстве, была не Ляля,

и не касалась зверей и уток.

Всегда упряма, всегда сильна я,

и пусть, бывает, совсем слегла я,

но и тогда, сжимая зубы,

я говорю: «Я буду, буду!!!»

6 марта 2003

***

Окунись в мир солнца и тепла,

пробеги ты зайчиком по лужам,

разбуди весеннего орла,

трепет крыльев так для счастья нужен.

И дорога станет так светла,

как глаза любовника и мужа.

Полыхнет весенняя капель

в свете отраженных канделябров,

и стряхнет усталость чудо-ель,

и сверкнет окраской милый зяблик,

и с сосулек капли, словно гель,

упадут на солнечный кораблик.

7 марта 2003

***

Дюймовочка сидела в орхидеи,

малюсенькая, нежная она,

как будто бы участвует в спидвее,

и пилотирует случайно лишь одна.

Опасный спорт. Дюймовочка кометой

по льду на мотоцикле пронеслась.

Теперь на пьедестале. Всем заметно,

что орхидея не дала упасть.

12 марта 2003

***

Светлеет весеннее утро,

прозрачное утро в Москве.

И в контурах крыш очень бодро

сверкают лучи. На доске

луч света совсем не ярок,

хоть эта доска – козырек.

У утра короткие сроки,

и быстро проходит сей срок.

Пока светло – серое небо

светлее за крышей домов,

где спряталось солнце, что слепит,

а звук от машины вдруг смолк.

У утра есть звуки и солнце,

у утра есть птичий распев,

и ламп, выключаемых, кольца,

а звуки по лужам – припев.

17 марта 2003

***

Спасенье ищут в неизвестности.

А если стало все известным,

не изменяя больше местности,

вдруг закрываешь мыслей вести.

Закрылся мир, закрылись горести.

Здоровье копишь одиноко.

А может просто дело в гордости?

Боишься грубости? Однако.

Не хочется встречаться с обществом:

все улыбнутся, кто-то клюнет,

пусть интересы были общие,

но не люблю чужие слюни.

Они как зависть очень липкие,

чем выше мысль, тем больше колют.

Уж лучше вновь сидеть под липами,

кленовый лист, иглой не колет.

Когда одна побудешь с мыслями,

И соберешь строкой, что гложет,

готова новь сказать со смыслом ли:

спасенье – стих – всегда поможет.

30 марта 2003

Стихотворения апреля

***

Столкну своих друзей я бывших,

пусть тоже дружат, коль хотят,

пусть расцветает дружба пышно,

пусть лепят строчки, как котят.

А я от них слегка устала,

мне нужен кто-то. А они…

Пусть смотрят в оба, как снег тает,

как в нем купаются огни.

Пустите, братцы на свободу,

отдайте душу, хватит вам…

Котенок выпил снег и воду.

Огни достанутся словам.

9 апреля 2003

***

Две глупости в одном флаконе,

довольно трудно пережить,

пусть новый сайт уже в законе,

но стих куда-то тихо вжик….

И кто-то что-то мне вдруг впишет,

все в мой раздел и без меня.

Одни нули, никто не слышит.

Программы кто не поменял?

9 апреля 2003

***

Нет, мы с Вами не встречались,

не бродили под луной.

Вспышкой молнии венчались,

но не с Вами, был другой.

Был другой такой хороший,

но его сменил другой.

Нет, меня, и он не бросил,

помню радугу дугой.

Радугу сменил друг Осень,

и опавшая листва.

"Долго он был?" – кто-то спросит.

Снегу я была нова.

А один весной заметил,

но другой перехватил,

Летом он меня приметил,

и фигуру все хвалил.

А потом я изменилась,

а потом пошли дожди,

и с грозою появились

очень милые цветы.

10 апреля 2003

***

Хожу, брожу по чьим-то сайтам,

там напишу, а тут скажу.

Кругом свои там правят байки,

но я друзей не нахожу.

Бывает кто-то на два слова,

бывает кто-то на рецу,

и нет нигде совсем улова,

опять иду сюда, к крыльцу.

Я без улыбки, потеряла

слова по весям чуждым мне,

кого-то зря я укоряла…

И в голубом осталась сне.

11 апреля 2003

***

Как трудно быть судьбой гонимой,

как трудно просто первой быть,

как хочется неутолимо,

кого-то просто полюбить.

Но кто же даст? Да, нет, конечно.

Меня оставят в пустоте,

меня опять хотят безгрешной,

все только видеть в суете.

Я не нужна ни тем, ни этим.

Должна я быть всегда одна

под зонтиком, пусть солнце светит.

И, чтоб никем я не видна.

Хожу, брожу по чьим-то сайтам,

там напишу, а тут скажу.

Кругом свои там правят байки,

а я друзей не нахожу.

Бывает кто-то на два слова,

бывает кто-то на пыльцу,

и нет нигде совсем улова,

опять иду, сюда, к крыльцу.

Я без улыбки, потеряла

ее по весям чуждым мне.

Кого-то зря я укоряла,

и в голубом осталась сне.

11 апреля 2003

***

Я не хочу соприкасаться сердцем,

пускай живет в глубинах естества,

уж лучше я увижу взгляд Ваш серый,

который я не знаю. И едва

его узнать нелепо мне придется.

Пусть моя строчка встречей той прольется.

14 апреля 2003

***

Пелена лекарств, держит мозг в тумане,

словно, сумма кар, есть у вас в кармане,

словно пара штор – закрывают солнце,

вечный штиль, не шторм, есть на дне колодца.

Пелена всегда не дает нам думать,

мысли – не беда, есть плохие думы.

Выйду из лекарств и раздвину шторы.

Пусть вороны: кар… да шумят моторы.

Я открою кран, зашумит водица,

хватит в сердце ран, мне пора умыться.

16 апреля 2003

***

А женщины на свете есть без вас,

и нежные, красивые при этом,

но двойники… Они не контрабас.

Никто не тиражируется светом.

Клинок чужой строки, чужой молвы,

клинок из двойников потусторонних,

стихи и строки, словно из толпы,

и псевдоним, двойник не посторонний.

16 апреля 2003

***

Влюблюсь, не влюблюсь, не влюбляюсь

сегодня и завтра, вчера.

В одежды надежд погружаюсь,

и тихи мои вечера.

Все жду Вашей забытой строчки,

все жду из конверта печать,

все жду Вашу грудь без сорочки,

и хочется просто кричать.

Услышь, позови иль окликни,

замолви собой предо мной.

Тогда и счастливые лики,

устало уснут под луной.

16 апреля 2003

***

А я люблю быть дома каждый миг,

когда в том доме есть и мой любимый.

Люблю я твой орлиный, дикий вид.

Ты так хорош, почти невыносимый.

А перья птиц – уютное гнездо,

похожее оно на одеяло,

в нем можно утонуть совсем легко.

А где же затерялись весла яла?

Морской покой в тиши небесных стен,

и плеск вина из хрусталя бокала,

как много притаилась в нем измен,

так много и вина к губам стекало.

18 апреля 2003

***

Квадратик кнопки, полоска строчки,

удар по кнопкам и слово есть.

Ну, кто-то смотрит с улыбкой робко,

не трону, милый я Вашу честь.

Квадратик неба, полоски – лампы,

ко мне вопрос Ваш: "Так, как дела?"

От прозы к прозе, но лучше строчки,

когда есть рифма, она мила.

Дела – квадратом, овал улыбки,

и беспредельный зевок судьбы.

Сосед сегодня не вяжет лыка,

ему сегодня все хоть бы хны.

Квадрат экрана и глазки скрепки,

и скучно что-то не в первый раз.

И чай не пью я, он слишком терпкий,

а легкий кофе – он в самый раз.

Квадрат работы, совсем зеленый,

зелено – белый чертеж готов,

а цифры, словно листочки клена,

и черно – белый поток листов.

21 апреля 2003

Стихотворения мая

Мужчина

ВАУ! Класс! Какой мужчина!

Он так манит на любовь.

Подскочил под стать пружине,

у него играет кровь.

Он почувствовал, ответил,

ловко руку взял мою.

Осветил душой и светом.

Губы я его ловлю.

Затяжной прыжок в пространство,

мы не чувствуем земли.

Уж не слишком это рьяно?

Миг – рождения семьи.

Пульсы бьются учащенно.

Нет вопросов, есть любовь.

Узнаю, завороженный,

взгляд в тебе я, милый, вновь.

Хороши такие чувства,

если вовремя они,

когда все во мне так чутко,

словно светятся огни.

Поцелуй души словами:

'Я хочу так быть с тобой'.

'Я согласна, милый, с Вами'-

пел морской любви прибой.

Подожди чуть-чуть свиданья,

подожди сквозь будни снов,

посмотри без опозданья

сновиденья добрых снов.

Волны мыслей полетели,

словно воздух по волнам

тех, что памятью назвали,

тех, что так подходят нам.

'Я люблю', – сказали оба.

'Я люблю' – тепло души.

Поцелуй словесный, чтобы

мы отлипли от души.

Только двое, только вместе

могут жизнь земную дать.

Поцелуй души словесный,

но как с ним приятно спать…

2 мая 2003

***

Солнце светит, светит.

Первый дождик льет.

И проходит время,

и растаял лед.

Жду и жду листочки,

а их нет и нет.

Первые сережки

вылезли на свет.

Распушилась верба,

в хвостиках сосна.

О, да то осина.

Скромная весна.

Мелкие листочки

еще день и вот,

над стволами будет

их зеленый свод.

3 мая 2003

***

Долгожданный мой хороший,

самый теплый день,

ты в забвении не брошен

среди разных дел.

Все равно меня достанешь

теплотой своей.

Все листочки больше станут

в тишине ветвей.

Серебрятся мирно волны,

ветер с ними брат,

он всегда немного вольный,

ветер волнам рад.

Я пройду сквозь теплый полдень,

сквозь аллеи лет.

День пригожий, знаешь, полно

приглуши свой свет.

Вот и ладно. День теплеет,

где-то мимо нас.

Значит вечер. Вечереет.

Май природный ас!

21 мая 2003

***

Светлые мечты стелются над миром

в солнечных лучах.

Ясный небосклон трепетной Стихиры

в копьях и мечах.

Зеленеет луг, всходами светлеет,

прямо на глазах.

А газоны вновь точками желтеют,

в одуванчиках.

23 мая 2003

***

Как ты опять неосторожен,

летишь на желтый солнцепек,

не видишь брошенную брошку,

и одуванчика цветок.

Какой ты весь сегодня милый,

как мне приятен облик твой!

Не делай царственную мину,

ты улыбнись, и вот, вот, вот…

Ты словно герцог лучезарный,

ты словно воин знаменит,

ты как полковник очень бравый,

ты словно батюшки зенит.

Ты без погон, но так похоже,

что на плечах твоих заря.

Ты сам как царственный вельможа,

мне брошку желтую даря.

А их сегодня очень много,

на всех газонах желтый крик.

Но где тюльпаны, их трогай,

там желтый отблеск не горит.

23 мая 2003

***

Тибетский чай из русских трав,

немного горьковатый.

Я пью его, смолкает нрав,

сегодня толстоватый.

Мой вес опять за горизонт

от стрелки оторвался,

меня вполне закроет зонт,

коль он не оборвался.

Диеты все мне не к лицу,

они почти без вкуса.

Дополню кекс я к огурцу,

и сразу станет лучше.

Мой вкус диет он вне диет.

Я съем и то, и это.

И всем худым скажу: "Привет!

Не с вами в это лето.

Не с вами я кто уж за сто,

сегодня перебрался".

Я съем таблеток этак сто,

но весь мой вес остался.

28 мая 2003

Стихотворения июня

***

Блестят в граните берега.

Каналы ткут свои узоры.

Как море, плещется река.

Встают великие соборы.

Ворота редкой красоты

златою кованой зарницей,

слегка касаются листвы,

и отражают чьи – то лица.

Пройду Великий Эрмитаж,

коснусь прекрасного величия,

и поднимусь как на этаж,

в душе своей, в полеты птичьи.

Я пролечу над бездной лет

красот былых, великолепных.

Оставил разум высший след

и золотой на стенах слепок.

Янтарный клад пленит меня

своим теплом, своим сияньем.

Он будет комнатный магнит,

он отразит веков слияние.

Фонтаны плещут в синеве

и замирают у Самсона.

И только блеска нет в листве,

но блеск есть даже у газона.

03 июня 2003

***

Скульптура Ермака давила мощью

огромной глыбы, древностью лица.

Вдали виднелись трубы, как-то молча,

а рядом шла фигура молодца.

Пальто на нем сидело мешковато,

растянуто лишь было на плечах.

Он девушку держал чудаковато,

учил ее быть сдержанней в речах.

Решал он с ней по физике задачи,

вот так спокойно, прямо на ходу.

Коль не было любовной в ней отдачи,

так хоть умом была бы с ним в ряду.

Он мог поднять ее над всей землею,

и это было все разрешено,

но не были они одной семьей,

в задаче у них все уж решено.

Река текла и медленно, и вольно,

и так же было вольно на душе.

Вдруг он сказал: «Ой, знаешь, что? Довольно,

пойдем мы в ЗАГС!» И это не клише.

4 июня 2003

***

Пройди тропой любви в предгорье,

увидишь красочный пейзаж,

потом поднимешься на горы,

и там увидишь вернисаж.

Из дальних, ближних гор и впадин,

и неба ломаный кусок.

Здесь могут сдвинуть камнепады,

здесь можно пить любовный сок.

Вдали увидишь эдельвейс

такой, какой совсем не видел.

И ты обрадуешься весь

как тот цветок, а ты как идол.

Какая глупость! Ты один!

И не с кем радостью делиться,

ты словно весь из горных льдин!

Дай кинокамере открыться!

Любимой с неба принесешь

и эдельвейс, и вид вершины,

и даже прошлогодний снег

нетронутый любой машиной.

4 июня 2003

***

Сомы как бревна плывут, качаясь.

Их туши всюду видны в воде,

над ними в небе белеют чайки,

и сушит солнце траву везде.

Подсолнух черный, совсем поспел он,

его собратьев стоят поля.

И помидоров подолы полны,

они красивы как – никогда.

Стоит палатка, стоит шалашик,

костер пылает на берегу.

Один купальник, какой там плащик.

А я себя лишь и берегу.

Мужчина мощный, весьма спортивный,

колдует снова над тем костром,

и мысли вовсе не позитивны,

и он как пьяный, в нем будто ром.

Он как в тумане с такой девчонкой,

что не дается никак ему,

она уж въелась ему в печенки,

но не подвластна. Быть по сему.

И он сдается, живет соседом.

Она – в палатке, он – в шалаше.

Они колдуют лишь над обедом.

Такой наземный у них фуршет.

4 июня 2003

***

"А Вы меня бы полюбили? -

спросил высокий человек, -

Иль Вам нужны автомобили?"

Глаза блестели из-под век.

А я сказала: "Да, конечно.

Я одинока, нет мужчин".

"Да, быть одной бесчеловечно", -

ответил он, касаясь шин.

Такой холодный магнетизм,

был неизбежен на природе,

ведь я подсела как турист,

и от него была на взводе.

Но изменилось нечто в нем,

когда его слегка коснулась,

таких пылающих огней,

мне видеть и не приходилось.

И он сказал: "Сидите тихо.

Опасны чувства за рулем.

Поехали", – добавил лихо,

глаза блеснули в нем углем.

А я подумала в смятение:

"О, Господи, как он пригож!"

А, он подумал: "Вот везение!

Какая дама! День хорош!"

04 июня 2003

Дивный парень

Из-за ивы на бугре показался дивный парень,

плечи, бедра, голова и прическа – очень гарный.

Здравствуй! Здравствуйте! Привет. Зашуршали все словами.

Очень стройный он атлет, как индеец встал над нами.

Ветви ивы на ветру колыхаются спокойно.

На песке лежат, сидят и играют, но пристойно.

Вот, сейчас он подойдет, его плечи шире лодки,

он такой, как бегемот, но спортивная походка.

Ноги горного козла, протянулись на простынке,

он немного полежал и слова сказал простые:

«Кто ставок переплывет, поцелую, непременно».

Я решила: "Обойдусь и останусь неприметной".

Братья, сестры, все гурьбой побежали, как вприпрыжку,

кто с разбега, так поплыл. Кто взобрался и на вышку.

Передался мне азарт, побежала за другими,

все подняли жуткий гвалт, оказались неплохими.

Поцелуй не заслужила, переплыть я не смогла,

бег без приза завершила, мокрой плюхнулась, легла.

Он подходит, смотрит хмуро и расцвел весь на глазах:

На колени мне садилась очень тихо стрекоза.

4 июня 2003

***

В пургу попали мы, болтая,

сугробы стенами стоят.

Природа стонет, завывая.

Автобус полон был ребят.

Они все пели песни дружно,

так заглушая страха миг.

Мотор ревел во тьме натужно,

и не естественный был мир.

Стояли вдоль дорог машины.

У них, что ль кончился бензин?

Сугробов дикие вершины

страшили близостью картин,

Они почти касались окон.

А снег вращался и летел.

Никто от страха не заохал,

лишь прессовал сугробы тел.

И все сближались ближе, ближе,

И пели громко, что есть сил.

Их головы склонялись ниже,

вдруг, кто-то сонно засопел.

5 июня 2003

***

Есть опыт счастья небольшого,

и для поэта он бальзам,

не надо мужа мне чужого,

и своего вам мужа дам…

Но лишь в стихах, но только в мыслях,

порой для красного словца,

чтобы душа была умытой

любви обильного ловца.

Фантазий много, через меру,

но ровно столько, что б самой,

мне не впадать в тоску, химеру,

стихи казались бы игрой.

Так вот в чем счастье: в развлеченье,

в самом массаже слов и дел,

в любви самой или влеченье,

и без касанья рук и тел.

Еще есть счастье в созерцанье:

что б пред глазами было то,

что вам приятно в мирозданье,

и что б тепло, хотя б в пальто.

5 июня 2003

***

Арбузный запах голубых флаконов

исходит из нежнейшего создания.

Мадам бы покорила фараонов,

но едет в институт добавить знаний.

Такой же запах девушек лукавых.

Как отличить студентку от гарема?

Такой же запах будет у легавых.

Но запах разный у ворот эдема.

6 июня 2003

***

Погода, я скажу вам, не шашлычная,

с зонтом не очень хочется гулять.

Деревья мокнут, дело-то обычное,

под зонтиком пройду сегодня я.

На озере дожди с водою светлою

встречаются, как точечный массаж.

Деревья в такт качают тихо ветками,

ты мне главой кивнул. Какой пассаж!

Шашлык устал томиться, с луком вяленый,

ведь дождик затевает новый бег.

Деревья мокнут, ветрами повалены,

стояли ж на пригорке целый век.

Шашлык сегодня нам не улыбается,

и кровь в сердцах не вспыхнет от вина.

Погода очень мокрая и банная,

и встреча наша вовсе не видна.

Мир спит под дождик влагой затуманенный,

под зонтиком все медленно спешат.

А дождик расплескался водной манною,

и капли в лужах рожками смешат.

10 июня 2003

***

У озера чернеют очи,

у озера твой взгляд кричал.

Наверно, дивные здесь ночи,

твои глаза таят печаль.

Под голубым сияньем неба

прозрачна черная вода.

Рябит она, но нежно, плавно,

над нею чайка не видна.

Есть рыбаки, кто ловит рыбку.

А мы отлавливаем вид.

Наш взгляд по озеру все рыщет,

ты мне по топям местный гид.

Откуда ты как черный отзвук,

как черный озера отлив,

нездешних мест красивый отпрыск?

Ты даже в лени не ленив?

Белеют белые березы,

их ветви клонятся дугой.

Оставим озеру мы грезы,

оставлю я тебя другой.

13 июня 2003

***

Ах, интересная Вы дама,

Вас все обходят стороной,

и вид у Вас весьма упрямый,

несете гордо над страной.

Повисла серая завеса

из смеси неба и дождя,

и каждый праведный повеса

к себе и дам домой не ждет.

Походка так тяжеловата,

что в Вас нет даже суеты,

и ноги мягкие как вата,

и округлились все черты.

И все труднее все движенья,

лишь воля к воздуху ведет.

И в небе мелкое брожение,

Вас от прогулки не спугнет.

И Ваши бывшие повесы

затихли, словно в забытье.

Для них – огромный вес – завеса,

Один лишь знает: Он и Вы.

14 июня 2003

***

Синева отчаянно холодная

расточала солнце перед сном.

Это лето искренне прохладное,

лишь в дождях как – будто некий сноб.

Молодые ледяными взорами

смотрят сквозь чужие времена.

Попадаю в краешки обзора я,

но проходят взоры сквозь меня.

18 июня 2003

***

Какая схватка междометий,

какой каскад чужой любви!

Мы красный праздник так отметим…

О, милый сильно не дави…

Чужой мужчина на постели,

чужие ласки и тепло,

мы вместе с ним лишь ужин съели,

а тело рядышком легло.

Стою пред ним я на коленях.

Какой пассаж, какой фурор!

А он вальяжный в сгустках лени…

Звонок, звонок… и скорость сбор....

Куда, зачем, все в междометье.

И лишь осталось на века,

его любовь, на память метка,

и очень нежная рука.

И он исчез в пространстве жизни,

как мимолетный и чужой,

но он остался, словно жилка,

что только бьется лишь с женой.

19 июня 2003

***

Я влюбилась в того, кто мне мил.

Я влюблялась совсем незаметно.

Он меня как водичку отпил,

и другую бутылку наметил.

Исчерпала лимит на любовь,

исчерпала до капли, до слова.

Удивленно подернулась бровь?

Для него откровение не ново.

24 июня 2003

Россия

Кто знает сильную Россию

всю от начала до конца?

Кто знает тропки все лесные?

Кто знает прелести крыльца?

Среди равнин, лесов, болот

есть склоны гор, а есть овраги,

есть ленты ровные дорог

для всех машин, они как маги.

Россия мощная страна,

огромные ее просторы

не обойдешь ее одна,

и не залезешь на все горы.

Над нею можно пролететь,

увидеть склоны и долины,

и изгородей мелких клеть,

и пашен черные картины.

И ехать долго мимо рек,

Проехать мост, перила рядом,

и за окном – деревьев бег,

и у домов краюшки грядок.

Въезжать в другие города,

считать перроны отправлений,

и улыбаться иногда

от очень разных объявлений.

И снова в путь. На колесе.

На колесе, пусть обозрения,

и видеть мир во всей красе,

архитектурные творения.

Потом по центру походить,

где Кремль, где площадь, и музеи,

пусть не везде вам заходить,

пройдя охрану мавзолея.

25 июня 2003

***

Мигай, мигай, подмигивай

красивый, милый мой,

от страсти не увиливай,

иди со мной домой.

Целуй, целуй, люби меня,

в тебе и бес, и конь.

На вина поднебесные

любовь ты не меняй.

Любовь, вином залитая,

как скатерть в грязный час,

как курочка убитая,

бывает только раз.

Ты, что мигаешь, миленький,

красивый, милый мой?

От дома не увиливай,

иди к себе домой.

28 июня 2003

***

Тебе б молчать в моем присутствии,

не отпуская далеко,

а мне бы слово для напутствия,

и стало, может быть, легко.

Повисло в воздухе страдание:

«Куда уходишь, ты куда?»

Нет, чтобы чмокнуть без признания.

«Туда, где утром есть звезда».

Я ухожу для созидания,

для новых взглядов и идей,

для чувств, для мыслей восклицания,

а ты лишь мыслями – владей.

30 июня 2003

Стихотворения июля

***

Пионы цвели десять дней пред глазами,

фонтан, окружая пушистой волной,

а струи им вторили, как голосами,

и что-то хорошее было со мной.

Я тихо парила над бездной небесной,

была на глазах твоих вечер и день.

Ты мне улыбался совсем бесполезно,

А туя бросала прекрасную тень.

Иду загорать – ты выходишь навстречу,

иду с процедуры – под дверью сидишь.

В бассейне назначу безмолвную встречу,

а ты у стола ждешь, с ракеткой стоишь.

Летит день за днем, то обеды, то ужин,

то крик чьей-то песни, то танцы молчком.

Я знаю, что ты и в безмолвии нужен,

когда я на пляже под солнцем ничком.

Плыву я на лодке, средь бреющих рыбок,

среди незнакомых совсем берегов,

где дачи и дачи, и зелень в них – рынок.

И вдруг тебя вижу. Ах, вот ты каков!

Везде успеваешь, везде ты бываешь…

«Ой, время скажи, мне куда-то пора».

В дверях мы столкнулись: «А ты уезжаешь?»

«Пионы все вянут, прошла их пора».

12 июля 2003

***

Ладья скиталась по волнам,

ладья ходила по полям,

по белым, черным островам,

и не боялась волн и ям.

Береза белая не плачет,

и не тоскует уж тем паче.

Дыши одной, пиши другой,

не будешь в жизни ты изгой.

13 июля 2003

***

Час пик в моих графских развалинах.

Час пик пустоты в небесах.

Час пик на забытых всем валенках.

Час пик в среднерусских лесах.

Час пик интернет перегруженный.

Час пик поздравительный день.

Час пик слава чем-то всем нужная.

Час пик на компьютере тень.

Час пик на улыбке божественной.

Час пик очень грустных речей.

Час пик, когда скажут все жестами.

Час пик слава все горячей.

Час пик я останусь за кульманом.

Час пик жизнь идет без утех.

Час пик вы сегодня весь культовый.

Час пик как велик человек!

18 июля 2003

***

По пляжу шел поэт хороший.

Лежала группа из парней.

Один сказал: «Поэт, похоже».

Лежащим, шедший был видней.

А я стояла, руки в боки,

глаза, прищурив от лучей.

О, где вы были, чувства Боги!

Все стало сразу горячей.

Поэт прошел, главу склоняя,

не повернув ко мне глаза.

Я вслед бежала, догоняя,

не сдвинув с места. Чудеса.

Прошел поэт. Прошел хороший.

Его я знаю много лет.

Он не узнал? Узнал? И что же?

До счастья с ним – не мой билет.

Он меня предал между делом,

он заменил меня другой,

не для меня изгибы тела.

Спина в одежде лишь дугой.

20 июля 2003

Ожидание

Жизнь вся – сплошное ожидание,

ты постоянно что-то ждешь,

то ждешь всего одно свиданье,

то ждешь, когда утихнет дождь.

Боюсь я ждать, гоню все встречи,

боюсь терять твою любовь,

боюсь встречать свободный вечер,

но не боюсь влюбиться вновь.

Я жду, не зная телефона,

не зная номер твой совсем,

не зная смех и говор звонкий.

Тебя я жду, и вновь меж тем

я рада каждой новой встречи,

я рада взгляду и кивку,

я рада рядом быть весь вечер,

ты знаешь, милый, я не лгу.

Возможно, я люблю условно,

ревную к каждой, кто с тобой.

Я помню речи все дословно,

что ты сказал лишь мне одной.

Я жду тебя, когда светлеет,

я жду тебя, когда темно.

Я жду тебя! Закат алеет.

Люблю тебя в душе давно.

Как глупость – ожиданье.

Ждать, верить, думать не о чем.

Потом пройдет еще свиданье,

и ты в нем будешь не причем.

Мне надоели ожиданья,

мне надоела чехарда

твоих безропотных признаний.

И наши встречи – ерунда.

20 июля 2003

****

Когда к любви мы не готовы,

то встреча вроде ни к чему,

но для стихов она подкова,

а сердце рвется все к нему.

2003

***

Травинки – былинки. Листочки и почки.

И вид самолета, и рокот его.

И дом – небоскреб, что построен так точно.

Струя самолета расплылась легко.

Ребенок поранил мизинец в фонтане,

бежит и кричит, что в нем сетка остра.

Берем подорожник почти что спонтанно

и кровь остановим, и кончится страх.

Стремительно птицы летят к водопою.

Фонтан гладкой струйкой скользит с высоты.

И листья к фонтану летят, как к прибою,

летят с черешками. И мокнут листы.

Опять разбрелась детвора по фонтанам,

но обувь совсем не снимают с ноги.

Быть может, кому-то все это и странно,

но в речке вода холодней, не с руки…

Травинки – былинки, и дети – картинки…

И солнечный вечер длиннющего дня,

и шлепанцы в ряд на фонтане, ботинки…

Придет для них время. Сижу не одна.

21 июля 2003

***

Как ясен голубой простор!

Какой размах небесной тверди!

Как хочется придумать вздор,

чтоб в омуте проснулись черти!

Вода в реке и без волны,

равнина неба наизнанку,

а чайки чувствами полны.

Шоферы держат лишь баранку.

У утра есть закон утра,

когда встают лишь поневоле,

когда идти не всем пора,

когда не птицы мы на воле.

Кусочек неба в вышине

оставят нам на день грядущий,

И вздор затихнет весь во мне.

Работа есть, я в ней ведущий.

Остались небом и глаза.

Твои глаза уже проснулись?

Они и небо, и леса,

со мною только разминулись.

21 июля 2003

***

Деревья в корень спилены,

остались пни да кочки,

в песочке счастье полное,

детишки и совочки.

Еще сказали будто бы

и дом наш весь снесут,

хоть это в близком будущем,

но эту весть несут.

В моем дворе все сломано,

живут одни собаки,

у них здесь видно логово.

Сидят на стульях бабки.

Все будто кем-то куплено,

построят здесь объект,

а мы жильцы все куцые,

мы вовсе не субъект.

Ведь мы не знаменитости,

автограф не берут.

Стихи поэта нитками,

коль их в печать не шьют.

29 июля 2003

***

Нормальная южная ночь

легла в среднерусской равнине.

А градусник – тридцать, ноль, ноль.

Колышет лесная низина.

И утром усталости нет,

есть чувство – тебя разварили.

Оставлю я пеший свой след

у леса, где клеща морили.

Ищу я прохладу в лесу,

а там испарения земные.

Я бренное тело несу,

и ладно, что ноги не ныли.

Автобус я свой обошла,

прошла там, где мало, кто ходит.

Достигла положенных благ,

еще проработаю годик.

А может быть больше, Бог даст.

А может… к чему все сомненья.

Работа – конструкторский дар,

для мозга нашла применение.

30 июля 2003

***

Молния судьбы меня прошила,

что – то изменилось вдруг во мне.

Молнию не спрячешь, как и шило,

перестала жить я как во сне.

Молния прошла перед глазами,

грома оглушительный раскат.

В небе развивалось молний знамя,

словно поднебесный, яркий скат.

31 июля 2003

Стихотворения августа

***

Откроем эру неба, солнца

и просто трепета души.

Уйдем из бочки, из засолки,

откроем крышку, словно щит.

Мы помидоры, если в банке.

Мы огурцы. Хорош засол?

Танкисты мы, коль едем в танке.

Душа закрыта, так посол.

В капусте стонут бриллианты,

они опасны навсегда.

В коробке сок? В нем спят атланты.

Проспят там год или года.

Вот джем вкуснее сладкой ночи,

легко ложится на кусок.

Так и девица без сорочки

легла куда? Он что брусок?

Морской капусте путь к диете

всегда открыт или закрыт.

А волк морской летит по свету,

ветрам и солнцу он открыт.

Морковь прекрасна с подземелья

всегда, везде, во всем она,

во все закуски лезет смело,

и где видна, и где одна.

3 августа 2003

***

Покрыты губы перламутром,

на веках тройственный каскад,

а лоб блестит от пудры мудро,

в губах сверкает виноград.

А ногти в блеске светлых сказок

сжимают веточку мечты.

И замирает пир негласно,

глотая капельки воды.

Потусторонние предметы

летают где-то в вышине,

они в безоблачность одеты,

и приукрашены кашне.

На подбородке порезвился,

какой-то западный фокстрот,

слегка весь соусом облился,

гусенок, видя некий грот.

И зажевали что-то люди,

сверкают лезвия ножей,

и нежно вытекают слюни,

слова касаются ушей.

Подносит рюмочку мартини

довольно крупная рука,

а взгляд уже от жажды стынет,

где перламутра губ легла.

5 августа 2003

***

Чувствую, иду по западне

в мареве небес без откровений.

Опускаюсь, мысленно на дне

в мистике пера и вдохновения.

Глазом ухватила красоту:

тихая вода течет устало,

ехала машина по мосту,

в воздухе прохладность зависала.

Не скажу, что каждый из мужчин

тех, что по дороге повстречались,

все имели много величин,

ощущение: шла как вдоль причала.

Не свернуть и мне не повернуть,

чувствую от них настороженность.

Так же было, как бы здесь ввернуть,

в день Олимпиады – напряженность.

Шла с Олимпиады по Москве,

по пустым проспектам – тихий улей.

В это время умер весь в тоске,

бард и чародей российских улиц.

08 августа 2003

***

Физики живут весьма непрочно,

головы забиты их с лихвой,

в институтах учат, как нарочно

то, что не ухватишь головой.

Учат языки, да еще пару.

Мозг студента, словно на века,

им еще работать до угара,

и до пенсий жизнь их не легка.

Тянут, тянут лямочку всезнайки,

а она не в силах им помочь,

нервы свои вывернут с изнанки,

и уходят с этой жизни прочь.

Убегают в лес или на дачу,

убегают в детство, где теплей,

упускают бывшую удачу,

их не в силах выдержать дисплей.

Физики, довольно специфичны,

гонор в них сменяет пустота.

Их проблемы с нервами типичны,

старость у них с первого листа.

11 августа 2003

***

Картонный муж красивый, без изъяна

в руках очаровательной жены.

Она, как негритянская Диана,

он холоден, как отклики страны.

И космонавты снова на орбите:

орбите славы, почестей молвы.

Да, женихов из космоса берите,

Жизнь без любви, а в роли лишь вдовы.

Пусть живы – будут, будет встреча чудом,

картонный муж ей видим, не живой.

Надолго ли та свадьба, словно с другом?

Невеста ведь обвенчана с молвой.

12 августа 2003

***

Разливались быстро реки по асфальту,

поплыла вода неведомо куда,

под зонтом идут не шатко и не валко,

в брюках мокрых притаилась вся вода.

Водопады застилают горизонты,

усмехаются кудряво небеса,

и народ с утра какой-то слишком сонный,

в каждой капле пробуждения – роса.

Ты влетел весь взбудораженный потоком,

из машины, словно мамонт или бык,

и экран сверкнул, не выдержал он тока,

очень влажно и в компьютере все блик.

Хорошо, потом сменим предохранитель,

и компьютер снова с нами оживет,

а пока он будет таинства хранитель,

и таинственно в душе моей поет.

Прекратился, усмирился дождь – морзянка,

и на крышу опустилась тишина,

и земля от влаги точно негритянка,

Ты за стенкой. Все спокойно. Я одна.

14 августа 2003

***

Как женщины меняются с годами,

то были и красивы, и легки.

С мужчинами о будущем гадали,

и в завитушках были их виски.

Потом их ноги точно похудели:

каблук, чулок и юбка от бедра.

Потом они немного пополнели,

и груди стали, будто это бра.

Затем они кричали на потомство,

и мужа от себя гоняли прочь,

и на чужих заглядывались томно,

потом и тем сказали: "Не морочь".

Потом вприпрыжку бегали за внуком,

и с молодыми спорили слегка.

Потом на них свалилось бремя скуки,

и мудрые морщинки у виска.

Потом они сидели на скамейках,

и старики ворчали им вослед.

И вот стоят на кладбище скамейки,

и правнук говорит: "Пойдем, мой дед".

14 августа 2003

***

Кораллы белые бутоном

цветут как некий странный куст,

как будто море странным стоном

застыло в камне и мир пуст.

Остались былые кораллы,

остался каменный букет.

Его Вы в руки нежно брали,

смотрели в море. Моря нет.

Вас память вдаль несла незримо

туда, где были Вы давно,

где Вы склонялись пилигримом,

и Ваша память как кино.

Моря и дали словно юность

застыли – каменный букет.

Какой тогда Вы были юный!

Коралл остался – странствий след.

В какой-то бухте вы стояли,

коралл Вам девушка дала,

чтобы о ней не забывали,

взамен всю юность забрала.

Теперь коралл источник музы,

он словно вешалка для бус,

он открывает в мысли шлюзы,

но бусы жемчуга без уст.

17 августа 2003

***

Длинное лицо, глаза простые,

свет в окне, как пламя из огня.

Ветры бродят горькие, сквозные,

ямбы ему с ветрами летят.

Пастернак поэт мне не встречался,

знаю его фото наизусть:

он стоит у форточки печальный,

и слова застыли в кромке уст.

Ногти. Пальцы. Спрятаны манжеты.

Белая рубашка и пиджак.

Нос прямой у рамы. Шпингалеты.

Словно он в пространство сделал шаг.

Взгляд его уходит за мечтами,

волосы взлохмачены рукой,

манят его строчки, манят – дали,

и душа, не знавшая покой.

Ухо. Шея. Впадина на горле.

Полнота красивых очень губ.

Главное – стоит он очень гордый,

этим бесконечно многим люб.

20 августа 2003

СКАН

Сканировал микробы ртом,

целуя губы сладострастно.

Тор вдруг сказал: «Счастливый дом,

как хорошо, что в нем есть счастье».

Катрин смотрела на него,

прикрыв глаза от возбужденья,

пройдя с ним путь любви легко,

познала прелесть вожделенья.

Катрин проникла в тайны губ,

пила слияния нектары.

Тор не был нежным, не был груб,

но не касался лишь гитары.

Тор был силен. Азарт любви

искал все новые кроссворды.

В слиянье пели соловьи,

Тор от любви был очень гордый.

Катрин в конвульсиях к нему

от страсти нервно приникала.

Не понимала почему,

лишь рядом с ним она такая?

Катрин отставил, закурил.

Пошел на кухню ставить чайник,

достал вино, но не кутил,

не пил Тор редко, да и часто.

Бокала два и чашки две,

еда в тарелках, хлеб кусочки.

На кухне ярко, сильный свет

совсем не к месту в этой ночке.

Тор долго ел, потом курил.

Катрин заснула без эмоций.

Тор что-то много говорил.

Ей надоел. Нет, он не боцман.

20-21 августа 2003

Красавица и Тор 

Красавица и Тор играли в личный секс.

Катрин к нему пришла в назначенное время.

Попутный ветерок, мужчина, словно Зевс,

хотел остановить, познать любовь и бремя.

Катрин сказала: «Нет, сегодня Тор со мной,

ты Зевс освободи мне лунные дороги,

я не могу с тобой встречаться под луной.

Довольно поздний час, а Тор, ты знаешь, строгий».

Красавица прошла сквозь ветер не спеша.

Навстречу ей катил сам Тор в медвежьей шкуре.

Остановился Тор. Катрин, едва дыша,

открыла тихо дверь, сказала: "Здесь не курят".

И тут же поняла всю крепость Тора рук.

Тор кнопочку нажал. Сиденья вмиг упали.

Осталось вдруг Катрин без туники и брюк,

а шпильки каблуков уже педаль достали.

Красавица и Тор друг друга разожгли.

Все спуталось вдруг в миг: касания, ласки, стоны.

Вдруг по машине стук. Их страхи обожгли.

А там ворона вдруг: «Тор, дай кусок батона».

21 августа 2003

***

Генка, Генка съешь гематоген – то,

будешь ты хорошим добряком.

Перестанешь злиться, будешь веселиться,

а потом ты станешь моряком.

Женщину полюбишь, сладкую пригубишь,

станешь ей поэмы ты писать.

А потом детишки, смелые врунишки

будут сквозь любовь твою визжать.

Генка, Генка съешь гематоген-то.

21 августа 2003

***

Ночной интернет приглушенно стрекочет,

колени холодные и дисковод.

Читаю стихи, в них любовь кто-то хочет,

а кто-то в машине прошел через борт.

И кто-то стихами всех давит любовью,

он как программатор машину ведет,

он, секс и любовь, а панель в изголовье,

он всеми читаем, он пламя и лед.

А некто опять все сканирует чувства,

он трепетно ласков в своих чудесах,

в его же строках все рождается чудо,

и женщины с ним все парят в небеса.

А я тут замерзла, читая их вирши,

колени мои не согрел дисковод.

Я все выключаю, стихи с души свергнув,

пойду просто лягу, где сонный есть свод.

22 августа 2003

Поворот

Обойду я взглядом грусть земную,

скорость надо правильно сбавлять,

поворот дороги я миную,

и увижу ровную я гладь.

Затаи дыханье – неприятность,

неумытый, грязный небосвод.

Неприятность – с нею лучше в прятки,

и не видеть неприкрытость вод.

Пусть течет вода серее неба,

рябь души клубиться над водой,

кто бы ты ушедший в небо не был,

станешь словно памятник литой.

Граждане, шоферы, руки в брюки!

Едите: опасно! Поворот.

Не в воде, ни щуки, ни севрюги,

не пройдете вы дорогу вброд.

Медленней поэты и шоферы,

вы творите чудо на земле,

не впадайте в разные аферы,

берегите жизнь и чудо лет.

25 августа 2003

Пена слов

Морская пена грустных слов

Легла мне на душу, пьянея.

Я ем их, словно это плов,

но я одна. Я леденею.

А волны жизни бьют в причал,

в словах любых играет шалость,

когда-то ты любил, кричал,

теперь осталась только жалость.

Теперь осталась пустота,

остались мелкие желанья,

осталась жизнь и красота

под пеной слов любви послания.

26 августа 2003

Не готова

**

Восемнадцать лет одна, вот славно.

Не было мужчины для меня,

А недавно, словно как облава,

вновь мужчины рвутся до меня.

Пожилой напал, но я отбилась.

Юный был – так ноги унесла.

Тут красавец в дверь мою оббился.

Ты спаси! Кричит он в дверь моля.

Я уснула. Вижу – не отбиться.

Лишь увижу – мощный поцелуй.

Вырвалась, бегу. Успел побриться.

Я ушла. Приснился поцелуй.

**

Не знаю почему, но мне приятно,

продлить мгновенье с Вами на часок,

есть что-то в Вас такое, Вам понятно,

что хочется уйти, хотя б в лесок.

**

Когда к любви мы не готовы,

то встреча вроде не к чему,

но для стихов она подкова,

и сердце рвется все к нему.

27 августа 2003

***

Кто не знает его профиль соколиный?

Кто не знает его дерзкие черты?

И в Москве его я встретила. Былина?

Это правда, как столкнулись Я и Ты.

Еще в школе пели песни Окуджавы,

мы с подругой знали все их наизусть,

и мальчишек с этой песней провожали.

Годы канули, осталась в сердце грусть.

Мы столкнулись в магазине. Центр вселенной.

Рядом муж, а рядом с ним была она.

Да, блондинка. То ли Ольга, то ли Лена.

Но она очарованием полна.

А Булат обтянут джинсами лихими.

Он крутился предо мною просто так.

Он товар смотрел. Шли девяностые лихие,

когда в джинсах не ходили просто так.

День был теплый. Он обтянут, словно тополь,

иль береза. Да, он в белом был друзья!

Разошлись они и мы. И стих наш топот.

А куда мы шли, давно забыла я.

28 августа 2003

Мужской коллектив

Люблю мужские корабли,

плывут они в заливе знаний,

и многомужеству сродни,

не все они чужие сани.

Когда встречаю я фрегат

из чисто женского значения,

я в нем – заброшенный агат,

не для любви, не для прощенья.

Лишь пара слов ответных дам,

и ухожу я восвояси,

я среди них всегда ни там.

А почему? А мне неясно.

Иду в любимый коллектив

из разноплановых мужчин,

а среди них я их актив,

и тут хоть молнии мечи.

Они совсем ни так опасны,

они порядочны вполне,

найду для рифмы я запаску,

когда есть профиль на окне.

29 августа 2003

Хит

Я боюсь тебя очень,

я хочу тебя очень,

я нужна тебе очень,

я нужна.

Ты далек так сегодня,

ты один лишь сегодня,

ты сердитый сегодня,

без меня.

Солнца нет, только ветер,

солнца нет, только дождик,

солнца нет, только грустно,

без тебя.

Ты ранимый, как прежде,

ты гонимый, как прежде,

ты тоскливый, как прежде,

без меня.

Хочешь, будем мы вместе?

Хочешь, стану невестой?

Хочешь просто, мне лестно,

быть с тобой?

Я люблю тебя очень,

я хочу тебя очень,

я целую. Хохочешь.

Мы с тобой!!!

30 августа 2003

Давай солжем

Давай солжем, что все прекрасно,

что мы любимы, ты любим.

Давай солжем, что солнце ясно,

что мы с тобой любви хотим.

Давай солжем, что нам по двадцать,

что ветер бродит в голове.

Давай солжем, что все повадки

у нас с тобой не первый век.

Давай солжем, что мы флюиды,

что носит нас по воле тех,

кто любит солнце и корриды,

что я мех-тех, а ты – физтех.

Давай солжем, что черепаха

нам отдала свой длинный век.

Что у тебя была папаха,

что на коне ты лучше всех.

Давай солжем, что из народа,

потом приврем, что короли,

что у нас кровь, у нас порода,

что мы шуты, что мы врали …

31 августа 2003

Послание

Пишу сквозь дождь в твои края,

где светит солнце каждодневно,

где волны плещут у руля,

где есть твое мужское дело.

Скучаю, милый, каждый день,

летая с аистом по крышам.

А капли, словно дребедень,

и каждый день их только слышу.

Надеюсь, где-то на корме,

не заблудилась птица феникс?

А ты не мальчик, не корнет,

ты ей не нужен, словно веник.

Пошли мне весточку, родной,

сквозь даль вершин и глубь морскую.

Пусть лебедь реет над страной,

пусть он курлычет, как тоскую.

Надеюсь, чайка от тебя

подальше держит крылья счастья,

не зачастил ты к ней любя?

А то здесь дождик плачет часто.

Прими родной глоток росы,

что утром встретит взгляд холодный,

и закрути свои усы.

Ты самый милый, самый модный.

31 августа 2003

Стихотворения сентября

Юмор и печаль

Что делать, если юмор жизни

влечет в неведомую даль?

Похоже, страсть мы не изжили,

а возраст – юмор и печаль.

Когда и я, и ты годами,

все как не надо, набекрень?

Что чувство к нам пришло с дарами

одних лишь слов, давая крен.

И осторожно, выбираясь

из этой страсти не для нас,

я убегала не ласкаясь,

боясь твоих горящих глаз.

В охрану маму попросили,

чтоб сторожила от меня.

Тебя в любовь не тянут силой.

Кто нас на части разменял?

Какое все-таки болото,

любая чувственная новь!

А кто любовь спасает? Кто-то?

Как тяжела порой любовь!

Кому понять – детей ты младше,

я – старше матери твоей,

сегодня много разной фальши,

была любовь, теперь фойе.

5 сентября 2003

Альт сентября

Листья зеленеют,

словно не сентябрь.

Холод, ветры веют,

будто бы октябрь.

Я совсем замерзла

в лиственной глуши.

Листья не измерить,

будто камыши.

Небо темной страстью

замерло и ждет,

что сентябрь проснется,

желтизна пойдет.

И бескрайним морем

зеленеет лес,

как бы перед смотром

праведных небес.

Мокрый цвет асфальта,

мокрые листы,

и сентябрь альтом

в холод шлет мосты.

5 сентября 2003

Страдания души

Душа влюбляется вне возраста,

не понимая, почему

ее кончаются возможности

и в голове, и наяву.

Проходит таинство лингвистики,

и остается в реках плес,

душа страдает лишь неистово,

неся в себе подобный крест.

Не надо мучиться бессонницей,

такой удел мне не впервой.

Ну не влюбляюсь я ведь в конницу,

а только в роту с головой!

Все это глупая нелепица,

мои страдания души,

два дня пройдет, и он отлепится,

чтоб снова чувствами крушить.

Не бойтесь, мальчики и дедушки,

мужчины милые, меня.

На вас смотрю почти без ретуши,

вас в преисподнюю маня.

6 сентября 2003

Шаль неба

Листва качается, качается

под ветром томно и легко.

С мальчишкой девочка встречается

и с ним уходит далеко.

Идут куда-то в звездной россыпи

и окружение полей.

Идут красиво, гордо, рослыми,

со знанием города, аллей.

А здесь совсем иначе видится,

когда за далью, видно даль.

Когда им не на что обидеться,

когда все небо в звездах – шаль.

Они идут и не касаются,

им жалко чувство нарушать.

Они словечками бросаются,

им только руку бы пожать.

И поцелуи в отдалении,

они до них не доросли.

И их любовь – флюид пленение,

они флюидами вросли.

В них чувство есть как небо звездное,

им еще много в жизни вновь.

Пора домой, ведь время позднее,

слегка проклюнулась любовь.

6 сентября 2003

Морока

Вам жалко. Очень жаль.

Мне нужен только он.

С ним в холод, страсть и жар.

У вас в глазах укор.

Мне нравится ваш сын,

отдайте мне его,

он с юга. Не грузин.

Общаться с ним легко.

Ну, право, почему?

Он тоже ведь не прочь.

Что, что сейчас пойму?

Все. Ладно. Не морочь.

Конечно, проживу

без ласк и нежных слов.

А что это по шву?

Он ест? Сегодня плов.

А, ладно, не впервой,

но грустно, Боже мой,

опять одной, хоть вой.

Одна иду домой.

Что, что? Его отец?

Так он всегда с женой.

Опять любви конец.

Пиши стихи. Не ной.

7 сентября 2003

Осенняя стыковка

Втекают в небо клубы пара,

тропинки вьются у дорог,

в моря вошли все речки даром,

а милый мой забыл порог.

Кем ты увлекся, мой любимый?

В какой еще попал ты плен?

Кому ты был сегодня милый?

Продолжить чтение