Читать онлайн Система: Эксперимент. Часть 3 бесплатно

Система: Эксперимент. Часть 3

Глава 1

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

No Time to Die – Sybrid, Brittney Bouchard)

Четырьмя днями позднее:

– Сжигая себя, пытаешься согреть других? – нежный шёпот Лиона, раздался откуда-то справа. – Ати, я так скучаю…

Красные ленты обвивали мои ноги, руки и, даже, шею. Потянув за одну из лент, Лион плавно притянул меня к себе. Мучительная скорбь разлилась по моим венам, отзываясь противоречивым желанием раствориться в настоящем моменте. Был ли этот сон моим тайным желанием? Олицетворением правды, которую я скрывала от самой себя?

– Что ты делаешь? – спросила я, пристально разглядывая мужчину, в которого была несчастно влюблена.

– Сколько мне придётся вспоминать тебя? – перенимая мои оковы на себя, ответил мне Лион вопросом на вопрос. – Десятилетия? Века? Даже, если ты меня забудешь, я не смогу этого принять. Неужели, мне просто суждено терять всё, что становится особенно дорого? К чему бы я ни стремился, это лишь продолжит мои страдания?

– Не понимаю, – призналась я, околдованная его голосом, его существом…

– Ты нужна мне…

Лион тоже стал моей мечтой, о существовании которой я должна была забыть. Нуждаясь в нём так отчаянно, так явно, мне больше не было смысла надеяться на счастливый финал. Несмотря на это, на самом деле, я продолжала надеяться, что всё это лишь страшный сон, жестокий неудачный розыгрыш, не более… и мой Лион… никогда не слышал об эксперименте, а я могу любить его, как раньше…

Не помню, как я уснула, но из-за кряхтящих звуков сломанного радио мне захотелось раз и навсегда лишиться слуха.

– Убей меня, – взвыла я, перекрикивая пронизывающую до дрожи мелодию.

– Рано, – с улыбкой ответил Лир.

Я прикрыла уши руками, уткнувшись в его шею.

Настоящее время:

– Это не может быть правдой, – не намереваясь вслух признавать в них богов, сказала я. – Зачем вы только придумали этот бред, – огрызнулась я, выпрямив плечи.

Слёзы продолжали свой ход, смывая с моего лица последние остатки наивности. Моё сердце стало разбитыми обломками надежд, которые с недавних пор казались такими реальными.

Слова Лиона о том, что эксперимент необходим, звучали отголосками холодной логики, пронизывающей всё, что было между нами. Всё это время он был всего лишь актером в этой мрачной пьесе, а я была лишь марионеткой в его холодных руках.

Я уже никогда не смогу увидеть в нём достойного мужчину. Труса? Может быть. Слабака? Вероятно.

Смахнув предательские слёзы, я сделала глубокий вдох, унимая дрожь.

– Бред? – вспыхнул Исиэль, задрав голову. – Конечно, тебе не понять. – Он с облегчением улыбнулся. – Дитя, наслаждайся возможностью быть среди нас. Каждому в мироздании отведена своя роль…

Наши глаза с Исиэлем встретились. Мне стоило прогнуться под весом его безразличия, но почему-то я просто не могла смириться со своим предназначением. Признав свою ничтожность, мне стоило бежать, в испуге опустив голову, но что-то во мне не позволило поддаться этому порыву. Решимость, восставшая из пепла, подарила силы пойти против их нечеловечных убеждений.

Человек передо мной был проклятьем. А я была никем в его глазах. Но на самом деле я всё ещё была на кое-что способна!

– Каждому в мироздании отведена своя роль…, – почти неслышно повторила я его слова.

Исиэль посмотрел на меня, будто я произнесла что-то абсурдное. Мне было не понять его эмоций, мыслей и намерений. К радости, мне это было и не нужно. Взяв себя в руки, я сдерживалась чтобы не выпалить всё, что чесало нёбо. Развернувшись на каблуках, я покинула террасу, виляя бёдрами.

Шагая в неизвестном направлении, я металась между желанием забиться в угол и плакать и намерением ворваться на этот мерзкий праздник и разгромить там всё, что попадётся под руку.

– Ты в порядке? – нерешительно спросил Лир, следуя за мной.

– Нет, – честно ответила я. – Хочу уйти.

Мысли путались, эмоции лавиной обрушали столпы моих понятий, ярость выжигала какую-то важную часть моей личности. Не в силах осознать общее положение дел, я могла лишь тонуть в омуте собственных предположений.

Даже эти великолепные интерьеры теперь казались частью моего разрушенного мира. Воображение безжалостно пускало трещины по полу и стенам, сбивая декор со стен и вырывая с корнем провода. Не в силах игнорировать желание кричать, я мечтала собственными руками с чем-нибудь расправиться. Не зная милосердия, злость пожирала меня изнутри. Опустошение и безрассудство вели собственную битву, обрекая меня стать свидетельницей испепеления моей души.

Проходя мимо глупо-счастливых участниц, которые потерянно блуждали по малоизвестным маршрутам, я поняла, как мы на самом деле выглядели со стороны.

– Нам направо, – подсказал Лир, указывая на выход.

Не знаю скольких сил мне стоило держать лицо, во время того, как все мои мышцы сводило судорогами. Увидев собственное отражение, я вздрогнула от отвращения, намереваясь побыстрее избавиться от этого платья.

– Я сожгу его…, – прошипела я.

– Кого? – настороженно уточнил Лир.

– Платье, – ответила я, оказавшись на свежем воздухе.

Оно стало олицетворением надругательства над моей наивностью. Стремясь к свободе, я решила, что первым пунктом будет избавление от этого проклятого символа разочарования и предательства.

– Уже уходишь, Альби? – Раздался голос Райана, из-за чего моё лицо нешуточно скривилось.

Если я позволю себе остановиться и взглянуть на него, все мои эмоции с силой метеора, свергнутого с небес, обрушатся на него. Ускорив шаг, я уходила прочь из этого места, где, казалось, даже воздух был пропитан тщеславием и лживой добротой.

Райан встал передо мной, и его глаза испытующе пристально взглянули на меня.

Да помогут мне все святые, не наброситься на него с кулаками. Почему он всегда становится частью моих самых ужасных воспоминаний об этом месте?

– Уйди с дороги, – грубо сказала я.

– Такая горячая, – ответил он, облизнув губы.

Ненависть клубилась вокруг меня, словно электрические разряды. Я почувствовала, что ещё мгновение, и я не смогу сдержать свою ярость. Я была не в состоянии распознать шутку, угрозу или намёк в его голосе, поэтому восприняла его слова буквально.

– Твои фантазии – не моя проблема, – громче обычного воскликнула я. – Отстань от меня! – перешла я на крик.

– Атанасия, пойдём. С дороги, – сказал Лир Райану, прежде чем обойти меня.

– Что у вас здесь происходит? – Услышала я голос, который болью пронзил мою грудь.

– Не сейчас, – добавил Лир, поднимая меня на руки.

Забыв, как дышать, я ухватилась за него, не в силах бороться с онемевшим телом в одиночку. Задыхаясь от растерянности и злости, я вгрызла зубы в нижнюю губу, стараясь сдержать рвущиеся наружу слёзы.

– Что случилось? – Голос Лиона звучал издалека.

– Лир…, – начала я, но голос замер в горле.

Он крепче обнял меня, быстрыми шагами направляясь к автогену. Забравшись внутрь, я поняла, что мы сорвались с места. Я чувствовала себя потерянной, запертой в непроницаемо-чёрной комнате без света.

– Почему ты ничего мне не рассказал, Лир…? – наконец-то вымолвила я, безвольно принимая его прикосновения.

– Стоило мне рассказать, я бы получил вот такую подопечную. – Он поднял к себе моё заплаканное лицо. – А мне нужна была перспективная участница. Да и вдобавок, я мало, что знаю об эксперименте. Всё, что озвучил Исиэль для меня тоже стало открытием. – Он прочистил горло. – Не ожидал подобного. Хотя, всё это очень даже в стиле советников Системы.

Смесь боли, обмана и ярости заставляли меня колебаться между потребностью забыться и жаждой ответов.

– Что же теперь делать… – Я тяжело вздохнула, прикрыв лицо руками.

– Не думаю, что с этим можно что-то сделать, – задумчиво ответил Лир. – Такой масштабный проект не мог быть утверждён лишь советниками Кристаллхельма. Сколько советников Верума поддерживают эксперимент ЗЕМЛЯ, – вслух произнёс Лир, прежде чем ему ответил голос Системы.

– Пять тысяч девятьсот тринадцать советников поддерживают эксперимент ЗЕМЛЯ. Шестьдесят девять процентов от общего числа советников Верума.

Нежный голос Системы звучал как грозовой раскат.

– Пять тысяч девятьсот тринадцать… – прошептала я, словно пытаясь осмыслить цифры, которые звучали как приговор. Моя семья, как и люди, в глазах которых ежедневно я видела боль тягот их повседневности, скорбь по умершим, безумие от голода и холода… Мы все были пленниками собственной судьбы. Чувство бессилия становилось всё более угнетающим. – Несправедливо! Вот бы нам всем поменяться местами, – прокряхтела я. – Всех советников спустить на Землю, и поглядеть…

– А это хорошая идея! – Лир аж подпрыгнул, удивив меня. – Конечно, про советников речи не идёт, но вот правилами проекта не запрещено устроить холостяку свидание на Земле! – рассмеявшись, добавил он.

– Ты шутишь, Лир? – Казалось, я была близка к обмороку. – Что ты имеешь ввиду?

– На днях будет интервью для победительниц второго испытания, где каждая из участниц должна будет представить подготовленную идею свидания для выбранного холостяка, – заговорщески тараторил он. – Ты представь их лица, если озвучишь локацией для свидания Землю!

Я залилась адским смехом, всецело отдаваясь истерике овладевшей моим телом. Я содрогалась, со слезами на глазах веселясь предложенной идее Лира, поддерживая его эйфорию.

– О, Лир, ты сошел с ума! – воскликнула я, едва успокаиваясь после очередного взрыва смеха.

Лир ухмыльнулся, словно предвкушая развитие событий.

– А что? Вспомни, как Аурелион глупо озирался по сторонам, попав в твоё воображение на втором испытании. А что было бы на самом деле? – не унимался Лир.

– На самом деле…, – загипнотизировано повторила я.

***

Я не ожидала оказаться перед советом Кристаллхельма так скоро.

– Мы поддерживаем идею экскурсии на территорию ЗЕМЛЯ, – гордо подытожила одна из советников Системы. – Перспективность воочию убедиться в важности эксперимента – честь для каждого советника…

Последние два дня прошли как в тумане. Мне пришлось собирать себя по кусочкам, вдыхая новую жизнь в своё, казалось, мёртвое тело. Выяснилось, что Лир в первый же день убедил Зои и Шерара сохранять молчание, чтобы не сбивать мой настрой. А также, я убедилась, что каждое слово Исиэля о Земле было правдой.

Мучаясь от ломоты в теле из-за повышенной температуры и слабости, я старалась держаться уверенно перед кучкой с недавних пор мерзких нелюдей. Какого было моё удивление, что драгоценному холостяку действительно позволили покинуть божью гавань. Не думала, что плану Лира суждено сбыться.

– Отец, но там ведь ад! – истошно вопил Райан, которого намеревались отправить с нами. – Почему я тоже должен рисковать собой? Ради чего? – не унимался испуганный верумианец.

Ни о каком индивидуальном свидании речи не шло. Воспользовавшись удобной возможностью, Исиэль хотел убить двух зайцев одним выстрелом: доказать старшему сыну важность делегирования куда подальше социальных и климатических катастров, а младшему, судя по всему, внушить страх перед вероятностью ссылки, как он выразился, в ад.

– Всё в порядке? – прошептал Лир из-за моей спины.

– Да, – сухо ответила я, не в силах даже натянуто улыбнуться.

Аурелион молча стоял перед советом, покорно и без лишних вопросов принимая свою участь. Думаю, когда при мне советники назвали Землю экспериментом, а я никак не реагировала на это, он осознал, что произошло. Сын своего отца понял, что я узнала весь его великий план, а теперь была намерена погрузить его в свой мир. Он ведь так сочувствовал болезни моего отца, нашей тяжёлой жизни и что там ещё… И у меня была возможность окунуть его так глубоко, чтобы он на все четыреста лет запомнил какого это играть в бога.

Мои эмоции мало кого волновали в этом поднебесном зале советников Системы. Я была лишь сошкой, незначительной пылью, единицей в массивах их статистики, достойная лишь визуальной оценки и незначительной доли жалости.

– Прошу тебя отец, – кряхтел Райан, рухнув на колени в мольбе к совету. – Не отправляй меня туда.

Мне было тошно смотреть на это.

Взгляд Аурелиона встретился с моим, из-за в сознании прогремел гром, заряжая меня силой. Даже в этой непроницаемой тьме, я нашла свой свет. Единственное, чему удавалось держать мои глаза открытыми – месть. Новая цель стала моей путеводной звездой. За эти дни, моя душа пережила несколько перерождений, в конечном итоге сосредоточившись лишь на одном. Я должна была наказать их за всё, что переживали люди на Земле.

– Всё уже решено, – беспрекословно кинул один из советников, прежде чем отпустить нас.

– Ты! Это всё ты виновата, – кричал через весь зал Райан. – Откажись от этого грёбанного свидания! Ты! Ст… – подавился он.

Я обернулась на Лира.

– Ты не боишься? – уточнила я, медленно направившись прочь.

– Думаю, моя повседневность не сильно отличалась от твоей, а вот… – Он многозначительно посмотрел на Райна, усмехнувшись. – Золотым мальчикам будет посложнее.

– В любом случае, ты не был обязан следовать за мной… но, спасибо, что будешь рядом, – решила я быть честной. – Я успела привыкнуть к твоей силе за моей спиной.

– Я ведь обещал. – Лир пожал плечами.

Конечно, я злилась на него за то, что он не рассказал мне правды, но по сравнению с Аурелионом, Лир никогда не скрывал своих истинных намерений на мой счёт. И я могла понять почему он решил умолчать об этой трагедии, а вот к чему стремился Аурелион, скрывая правду? Что бы я сюда не подставляла в качестве ответа, всё звучало просто ужасно. Я не простила Лира, но могла понять. Тогда как для Аурелиона у меня не было оправданий. Даже его мерзкий брат был честнее со мной, не намереваясь мириться с тайной нашего происхождения.

– Ати…, – Услышала я голос, иметь дело с которым всё ещё не была готова.

Обернувшись, я сунула руки в карманы куртки, чтобы скрыть дрожь, и расставила широко ноги, чтобы удержать равновесие.

Его лицо, взгляд…

Мой немой крик раздался эхом, отражаясь в моих мёртвых глазах.

Я снова была на грани…

– Я хотел увидеть тебя, но твой сопровождающий не пускал меня к тебе, – сухо сказал он, в естественной манере для человеческого обличия.

Мне нечего было ему ответить. Эти два дня его желанию увидеть меня мешала убедительная фигура Лира, по моей же просьбе.

Я лишь продолжала молча смотреть на мужчину, который успел стать моей мечтой…

Он сделал шаг ко мне, а я сделала шаг от него.

Мне не хватало злости, чтобы отказаться от желания расплакаться и броситься ему в объятья. От этого, я чувствовала себя только хуже.

– Давай поговорим наедине, – настойчиво сказал Аурелион. – Ты чувствуешь, правда? – тихо произнес он, не получив моего ответа. – Ту связь, что соединяет нас. Не отвергай меня…, – с ноткой боли в голосе произнёс он слова своего недавнего признания.

На протяжении двух дней, помимо прочего, Лир убеждал меня в целесообразности держать свои эмоции при себе, не позволив Аурелиону узнать моих истинных чувств. Так было бы куда проще манипулировать им, без угрозы вылета с проекта.

Проект… Я так и не поняла о каком сближении двух планет шла речь, когда одна из них была полигоном второй. Шерар рассказал, что среди представителей элиты Верума есть целое движение, выступающее за прекращение экспериментов на Земле, поэтому он предположил, что наш проект – большее, на что согласились советники Системы, для демонстрации лояльности ко всем либеральным движениям населения.

Разорвав своё сердце пополам, я развернулась и направилась прочь.

Всё это не имело значения.

Глава 2

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Time – slowme, Hans Zimmer)

– Ати, но что теперь? – нежно спросила Зои, расчёсывая мои волосы перед сном.

Ей было стыдно, когда я несколько дней назад вернулась домой разбитая правдой, но понемногу её забота и внимательность, избавили меня от нехороших предположений на её счёт. К моему удивлению, ни Зои, ни Шерар, ни Лир не испытывали ко мне жалости или неприязни. Всё это время эти люди были искренними по отношению ко мне.

Я вздохнула, радуясь возможности забыть о своей ничтожности, находясь в этом доме.

– Не знаю, Зои. Не знаю…, – прошептала я.

С первого дня на Веруме я избегала чувств, металась, бегала, гадала…

Время замедлилось, а фигура Аурелиона чёткими контурами появилась перед глазами. Мне было так жаль, что между нами всё было кончено… это было так больно…

Поддаваясь странным порывам сорваться к нему, я сдерживала себя неоспоримыми фактами: Аурелион беспрекословно поддерживал важность истязаний невинных во имя благополучия более совершенных и важных людей. Намереваясь меня оставить при себе, он знал, что я никогда не смогла бы стать полноправным членом их общества, являясь подопытной крыской. Обещая придумать способ, как позаботиться о моих родителях, он лишь закрывал мне глаза на правду, намереваясь дальше пудрить мозги. Его желание построить отношения лишь бы с кем из участниц с Земли, в угоду своей тайне, оказалось реализовано со мной по воле моей же наивности. Его великолепный образ заботливого и внимательного представителя совета, был лишь ширмой его трусости. Если он поддерживал ужасы, ниспосланные советом Верума на Землю, ни о какой любви к людям и речи идти не могло. Он лишь покорно приносил пользу святой Системе, переживая лишь о себе самом.

Я не должна была больше ему сопереживать. Все его рассказы о прошлом, настоящем и будущем, казались мне теперь неважными. Я не могла ему больше доверять. В угоду себе любимому он мог скрывать что угодно, трясясь над своим благополучием. Я не могла позволить себе любить его. Аурелион был моей сказкой, моей несбыточной мечтой… а теперь, он был лишь сыном советника Системы, который вот-вот окунётся в трагедии Земли по горло. Уж я об этом позабочусь.

Слёзы скатывались по моим щекам, отказываясь признавать моё неминуемое поражение…

***

– Заткнись, – рявкнул Лир.

– Не нужно, – прошептала я, прикоснувшись к его предплечью.

– Ати, тебе нехорошо? – учтиво поинтересовался Аурелион.

– Ей лучше всех, брат! – Райан поправил ремни, пересекающие его униформу. – Она то летит домой, – рявкнул он.

На всех троих красовалась униформа мутантов, что, кажется, должно было смутить Аурелиона и совершенно точно оскорбляло Райана.

С первыми лучами солнца, мы вчетвером красовались на высокой платформе небольшого аэродрома. Будь я в хорошем расположении духа, смогла бы с восторгом осмотреть открывающийся перед нами вид на красоты Кристаллхельма.

Я убрала волосы с лица, когда ветер нежно напомнил мне о том, что земля под нашими ногами не несла ответственности за решения живущих на ней людей. Сделав глубокий вздох, я попыталась сфокусироваться на себе, не желая ввязываться в назревающий конфликт.

Я не могла поверить глазам, когда вдалеке увидела серебряный диск.

– Да вы издеваетесь…, – прошептала я, прищурившись.

– Это планеген, – сказал Лир, указав на огромный автоген, напоминающий летающую тарелку.

– Ну конечно. – Я принялась массировать виски.

Моя сестра описалась бы от счастья, узнай она о существовании НЛО, к числу которых, казалось, суждено примкнуть и мне. Несмотря на недавно овладевшее мной уныние, я смело расхохоталась, всё лучше рассматривая металлический блестящий корпус планегена, как назвал его Лир.

– Дети мои, – гордо провозгласила появившаяся голограмма Исиэля. – Пусть это станет важной ступенью на пути к великим целям Верума…

– Что смешного? – перекрикивая монолог отца, рявкнул Райан, удивляясь моему неожиданному веселью.

Даже не удостоив его взглядом, я прошла сквозь надменно-величественную голограмму навстречу исследованию волнующего меня открытия. Тот факт, что летающие тарелки не были выдумкой сумасшедших – просто взрывало мне мозг! Пристыковавшись к нашей платформе, части корпуса планегена разъехались в стороны, приглашая нас пройти внутрь.

Оглянувшись, я опомнилась, что было бы неплохо пропустить первыми на борт детей богов. Лир встал за мной, скрестив руки на груди. Дослушав обращение отца, мужчины послушно последовали его указу. Следуя за ними, я ахнула, увидев внутреннее пространство эпицентра городских легенд. Райан продолжал что-то бубнить, сразу взявшись пристёгиваться к какой-то вертикальной стойке, будто нам что-то угрожало.

– А сколько нам лететь? – уточнила я, обратившись с Лиру.

Оказавшись на небольшом помосте, я была удивлена прозрачности частей корпуса перед нами и отсутствию видимой опоры под ногами. Впечатление невесомости добавляло таинственности этому удивительному месту. Металлическая отделка и хромированные детали блестели, пуская солнечных зайчиков. Казалось, многие предметы, перегородки и, даже, стены переливались словно мыльные пузыри. Я попробовала дотянуться до стекла перед собой, но не почувствовав пальцами прохладу – одёрнула руку. Почему-то мне было сложно сориентироваться в окружающем меня пространстве.

– Пару часов, – выдал он, что-то разглядывая на появившихся в центре голограммах.

– Но как?! – воскликнула я, блуждая взглядом по разнообразию панелей управления, которые будто таяли в воздухе.

Неужели, весь этот рассказ о другой планете тоже вымысел? Что на этот раз? Теория плоской земли? Верум на самом деле Атлантида?

– Телепорт, – спокойно сказал Аурелион, подперев металлический поручень рядом со мной.

– Такой есть и на Земле? – нехотя уточнила я, искоса взглянув на него.

– Конечно, – добавил он, бесстрастным голосом.

Непрошенное любопытство заставило впервые заговорить с ним, вызвав предательские мурашки.

Я взглянула на остальных, и меня охватило волнение. Мысль о том, что через несколько часов я окажусь дома, заставила сердце биться быстрее. Все сомнения и волнения уступили место чувству восхищения и предвкушения.

– Ты довольна, Альби? – зловеще прокряхтел Райан, наблюдая за мной.

– Вам понравится. – Я сдержала язвительную улыбку. – Проведу вас по моим любимым местам, – притворно-дружелюбно сказала я.

– Прошу вас не доставлять мне лишних проблем, – обратился Лир к Аурелиону и Райану. – Покинув планеген я не ручаюсь за вашу безопасность. – Он поднял руки. – Каждый сам по себе. А также напоминаю, что любые правила и законы Системы на Земле не имеют силы, – он многозначительно посмотрел на собравшихся. – Атанасия, подойди ко мне. Я пристегну тебя.

Быстро обойдя Аурелиона, я направилась к Лиру.

Я пыталась понять геометрию этого корабля, но каждый шаг казался каким-то непривычным, словно я находилась в изгибающейся реальности.

Металлический кликер несколько раз подтвердил, что я была безопасно пристёгнута.

– Спасибо, – пробормотала я, не в силах унять волнение перед взлётом. – Придётся стоять так несколько часов? – намекая на неудобную позу, уточнила я.

– Расстегнёшься, когда почувствуешься себя уверенно, – ответил Лир, поправив чуть задравшиеся штанины и рукава моего костюма. – Пока придётся потерпеть. – Он закинул мои волосы за плечи и снова проверил ремни безопасности.

Аурелион разместился напротив, загородив собой красивый вид на внешний мир, где пейзаж Кристаллхельма, казалось, тянулся до самого горизонта. Мне было сложно делать вид, что я вовсе не замечаю его сфокусированный на мне взгляд. Мысли путались, сбивая мой решительный настрой отомстить этим зазнавшимся детишкам за нашу боль и страдания.

– Нам нужно поговорить, – одними губами, произнёс он.

Я отвела взгляд, не намереваясь уступать ему.

Мне должно было быть неинтересно, что он придумает на этот раз. Думаю, после возвращения на Верум, он сконцентрируется на завоевании другой участницы… так как поймёт, что со мной ему не по пути.

Когда Лир занял оставшееся место, планеген плавно взмыл в воздух, и я поняла зачем нужны были крепления. По мере полёта, диаметр летающей тарелки перемещался вокруг нас, сбивая с толку вестибулярный аппарат. Лишь твёрдая поверхность под ногами позволяла ориентироваться в пространстве. Не успела я избавиться от ощущения ускользающей от меня реальности, как Лир отстегнулся и, как ни в чём не бывало, прошёл к голограммам. Занятный управлением кораблем, он выглядел как профессионал, полностью сосредоточенный на своих обязанностях.

С каждой секундой наш путь становился всё более захватывающим и загадочным. Улицы города мелькали настолько быстро, что казались размытыми единообразными пятнами. Головокружения отступили лишь тогда, когда перед нами открылся невероятный вид на бескрайние просторы льда и снега, окружённых высокими горами.

Райан сделал тяжёлый вздох, обречённо рассматривая незнакомый пейзаж. Я тоже не знала где мы, но Лир выглядел удовлетворённым.

– Атанасия, мы не сможем остановиться прямо в городе. Есть идеи? – Он воодушевлённо обернулся на меня.

– Вас не будут встречать официальные лица Ясора? – уточнила я.

– Их в любом случае оповестят о нашем прибытии, – ответил Аурелион, отвоёвывая моё внимание у Лира.

– Не говорите, что нам понадобится поле для посадки…, – обречённо сказала я.

– Откуда знаешь? – искренне удивился Лир, заставив меня рассмеяться.

– Не могу поверить! – прыснула я.

Планеген стал двигаться более стабильно, благодаря чему я смогла расслабиться, перестав впиваться пальцами в ремни безопасности.

– Прошли несколько сотен километров к югу от полюса, – озвучил Лир. – Нам ведь нужен Аковам? – уточнил он, продолжая настраивать системы корабля.

– Да.

– Когда сможешь уверенно стоять на ногах, тебе нужно будет указать мне на подходящее место посадки, – предупредил меня Лир.

– Конечно, – привыкая к иллюзии отсутствия опоры под ногами, ответила я.

Я не могла определиться с нашим местонахождением, из-за незнакомых рельефов и невероятной высоты полёта. Верум остался позади? Получается, мы уже воспользовались телепортом? Мы двигались так быстро, пролетая над пышными облаками, голубыми океанами и неизвестными мне континентами. Так вот как верумианцы путешествуют между мирами…

Когда я совсем забыла о том, где нахожусь и, что происходит на самом деле, Аурелион отстегнулся и уверенной походкой направился ко мне.

Это была ловушка.

Бесповоротное поражение.

Смехотворная неудача!

Намереваясь сбежать, я понятия не имела как, во-первых, отстегнуть ремни безопасности, а, во-вторых, устоять на ногах. Комок в горле всё ещё напоминал о себе, при перемещении диска планегена вокруг корабля.

– Нам нужно поговорить, – убедительно сказал Аурелион, вцепившись одной рукой в мою опору.

– И о чём же? – не подымая глаз, спросила я.

– О том, что ты узнала. О том, как ты это узнала. И о том, что всё это значит, – спокойно объяснил он.

– Мне и так всё понятно, – отрезала я, не намереваясь разбираться с последующей бессмыслицей. Моя ненависть и злость таяли, когда он был так близко. Я чувствовала, что придаю саму себя, когда позволяю ему говорить со мной.

– Тебе ничего не понятно, – передразнил он.

Я лишь уставилась в его грудь, стараясь не оказывать ему слишком много чести.

Лир убеждал меня всю дорогу к аэродрому вести себя с Аурелионом приветливо, чтобы сыграть на контрастах, предстоящих ему зрелищ. Но я не могла. Не должна была. Попав на Верум, я пообещала себе быть свободной, честной, искренней. Груз ответственности за жизни всех на Земле с силой давил на меня, намекая держаться строго, жёстко и, даже, злобно.

Я напомнила себе, что мужчина передо мной – заботился лишь о своём благополучии, по-видимому, намереваясь переубедить меня в сделанных мною выводах. Для успешного финала проекта, я всё ещё была нужна ему. Я всё ещё была его перспективой стать хвалебным советником, которых я успела возненавидеть всем сердцем.

– Брат! Это всё ты виноват, – осознавая действительность, крикнул Райан. – Она не дура! Если бы ты был честен с ней с самого начала, ничего этого бы не произошло, – закрыв лицо руками, завывал он.

В какой-то момент мне даже стало жалко Райана. Его страх перед ожидающей его жизнью на Земле, кажется, уже был осязаем. Не думала, что этот горделивый мужчина будет ползать перед советом на коленях, умоляя пощадить его. Смирившиеся с нашим путешествием Лир и Аурелион выглядели на его фоне психами, готовыми умереть уже сегодня. Райан явно не разделял спокойствия брата и энтузиазма Лира.

Я подняла взгляд на Аурелиона.

Он молчал, а его глаза оставались холодными и пронизывающими.

– Всё пошло не так, как ты задумал, Аурелион? – язвительно бросила я.

Не знаю сколько шагов назад я сделала в своём к нему отношении, вернувшись к прежней манере общения. У меня было стойкое ощущение дежавю. Я была готова взять все свои слова назад, снова назвав его странным. Мы сейчас стояли друг перед другом, прям как тогда, после первого испытания в лесу.

Незнакомцы…

Землянка и верумианец…

Люди, судьбам которых, не суждено было переплестись…

Это была ложь. Но я должна была поверить в неё, стерев из памяти все доказательства своей наивности.

– Ати…, – шёпотом вымолвил Аурелион, прежде чем взяться за мои крепления.

Несмотря на всё, я не боялась его. Чтобы он не намеревался сделать, я была готова принять это, признав долей своего наказания за слепую веру в чудо.

Аурелион подхватил меня на руки, быстро разделавшись со всеми застёжками. Лир глянул на меня через плечо, но увидев, как я демонстративно закатила глаза, вернулся к своим обязанностям. Отдавшись течению, я намеревалась просеять всё сказанное Аурелионом через сито скептицизма и неверия.

Оказавшись в небольшой каюте на нижней палубе, он бережно поставил меня на ноги перед собой. Стоило проходу за его спиной закрыться, меня пронзили мощные волны сковывающего ужаса.

– Не прикасайся ко мне, – преодолевая боль в горле, строго заявила я, намереваясь больше никогда не давать ему прямой доступ к моим чувствам.

Я чуть отшатнулась, когда он рухнул передо мной на колени.

– Прости меня, что не рассказал тебе обо всём. Прости меня, Ати…, – молил он, слепо глядя прямо перед собой. Его пустой взгляд, пропитанный глубокой тоской, казался отражением моей собственной душевной боли. Мгновение стало вечностью, и в моём сердце разверзлась бездна страданий, над которой я больше не властвовала. – Я боялся потерять тебя, – Он умолял не только о прощении, но и о том, чтобы я поняла, что его решение молчать было тенью возможности быть со мной. – Я хотел рассказать, но не так… – Его слова проникали в самое сердце, раскалывая его на крошечные части. – А теперь…

– Ты поддерживаешь истязания невинных, – признавая безвозвратно утраченное к нему доверие, перебила его я. Его плечи поникли пуще прежнего, а руки безвольно покоились на бёдрах ладонями вверх. – Я слышала ваш разговор с отцом. Освободи нас от этого притворства, – не поддаваясь мраку его ауры, сказала я.

– Прошу…, – шептал он, по-прежнему сидя передо мной, сокрушенный и беззащитный, словно ожидая приговора. – Не отказывайся от меня. Я не знаю, что мне делать, Ати… Пожалуйста… Ненависть и презрение в твоих глазах убивают меня…

В моем сердце звучало эхо разбившегося мира… Я была вынуждена признать, что мы принадлежали разным мирам. Что бы он ни говорил, чему бы я ни поверила, всё это не имело никакого значения. Всё что мне было дорого, всё что казалось ценным и важным, теперь, было ничем. Я не имела права поддаваться глупым чувствам, позволяя себе влюбиться в такого человека. Все на этом борту были чужими мне людьми, которые беспокоились лишь о себе. И, наверное, это нормально. Наверное, и я должна была в первую очередь думать о своём будущем, не поддаваясь уговорам верумианцев делать вид, будто ничего не произошло.

– Я не верю тебе, Аурелион, – сказала я, с трудом подавляя слёзы. – И я тоже не знаю, что ты теперь можешь сделать…, – добавила я.

Взяв себя в руки, я обошла его, и передо мной отворилась дверь.

Неуверенно балансируя при каждом шаге, я вернулась к Лиру. Когда я бессильно упёрлась лбом в его спину, тихие слёзы предательски хлынули наружу, высвобождая всю накопившуюся боль.

Глава 3

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Where It All Begins – Portals)

Смахнув непрошенные слёзы, я показала Лиру подходящее место для посадки на карте.

Так как в моём секторе Аковама не было места природе, придётся довольствоваться крышей заброшенного здания у самой окраины. Беда была в том, что у нас просто не было шансов пройти по улицам незамеченными. Во-первых, мы слишком легко одеты для жёсткого климата нынешнего времени года. Во-вторых, трое верумианцев, ростом превышающих два метра и обладающих такими внушительными фигурами, явно будут выделяться среди среднестатистических горожан…

Я помассировала виски, стоило мне представить реакции прохожих.

Отвлекаясь на эти размышления, мне с трудом удавалось переносить тяжесть в желудке из-за захлёстывающих меня эмоций. Казалось, моей злости было недостаточно, чтобы стойко справиться с чувствами, которые вызывал во мне тот, кого здесь сейчас не было.

– А какой у вас план? – уточнила я, ненамеренно тяжело вздохнув. – Кажется, я прослушала эту часть.

Я только сейчас поняла, что взгляд Лира был сосредоточен на мне.

– Именно ты устраиваешь свидание холостяку проекта, поэтому тебе и решать, – сочувствующе улыбнувшись, ответил он.

Райан, отстегнувшись от опоры, сполз на пол, уставившись перед собой. Он попробовал активировать Систему над рукой, но голограммы так и не появились. Его тяжёлый вздох был пропитан обречённостью. Мы оба были очень расстроены, но по очень разным причинам.

– Мы будем слишком выделяться, – подметила я. – И нам нужна тёплая одежда.

– Так позаботься о нас, Альби, – грозно проворчал Райан. – Верум тебя принял с радушием и заботой, так будь добра, ответить тем же.

Кажется, он снова переключил свой гнев с брата на меня.

Я смахнула волосы с плеча.

– К сожалению, Ясор не готов принимать кого бы то ни было с радушием. Но, будем надеяться, твой папочка приостановит на этот день свои эксперименты, и не пустит по улицам Аковама ядовитые пары или радиоактивный дождь.

Я пожала плечами, отыгрываясь на нём в ответ.

Полтора часа пролетели, словно в тумане. Ненамеренно погружаясь в свои мысли, я не могла отделаться от желания показать вернувшемуся к нам Аурелиону глубину своей печали. Мне было невероятно важно продемонстрировать, насколько другой я могу быть. Я хотела, чтобы он понял, что я могу быть равнодушной, и насколько ценным было то, что он потерял. Всем своим видом я транслировала разочарованность и пренебрежение. Вступая в перепалки с Райаном, я продолжала вести себя дерзко и, даже, грубо. Теперь, когда за ним внимательно следил Лир, мне было нестрашно высказать всё, что я думаю.

В какой-то момент, я почувствовала, что, на самом деле, запуталась в своих чувствах. Думаю, со стороны моё поведение казалось странным и немного диким. Но я даже хотела, чтобы они во мне увидели ту самую жительницу Земли, которая не заслуживала шанса на лучшую жизнь. Они смеялись над нами, издевались, а я, в свою очередь, должна была продолжать строить из себя мисс-элегантность?

Но, если честно, во мне не было сил. Бороться, доказывать, защищать. Все мои слова и движения были пронизаны безысходностью. И я очень боялась, что это видно со стороны. Разве Райан, с которым я спорила, был виноват в существовании эксперимента? Конечно, нет. Но его вспыльчивость и заносчивость сейчас задевали меня за живое, поэтому я просто не могла игнорировать его.

– Хватит, брат, – прервал Аурелион очередной выпад Райана.

– Мы уже близко, – громко заявил Лир. – Атанасия, подойти ко мне.

Не сводя глаз с пыхтящего Райана, я подошла к Лиру. Схватившись за один из ремней на его форме, я будто присваивала силу моего сопровождающего себе.

Вид из планегена представлял собой чёрно-серую муть, напоминающую облака. Прорезая небо, я увидела знакомые черты родного города, которые никогда бы ни с чем не перепутала. Была поздняя ночь, из-за чего с трудом удавалось рассмотреть помпезные административные здания и разваливающиеся жилые кварталы.

Вид любимых улиц теперь был пронизан несправедливой болью невинных людей. Всё, что мне казалось понятным и родным, отныне, нужно было рассматривать под другим углом. Кого стоило винить в такой тяжелой повседневности? Кто нёс ответственность за наш образ жизни? Сопереживая всем нуждающимся, больным и измученным, я чувствовала, как меня покидали последние силы. О какой ненависти и мести я думала, когда на самом деле, я была такой же слабой и беззащитной, как и все те, кто сейчас мирно спал в своих постелях.

Не справляясь с тревогой, непрошенные слёзы снова дали о себе знать.

– Дальше, ведёшь ты, – сказал Лир.

Совершив посадку, планеген перешёл в режим энергосбережения, приглушив свет и замерев на месте.

Я уже знала, где принцам процветающей планеты придётся провести эту ночь. Взяв себя в руки, я пообещала себе за кратчайшие сроки показать им всё, что они должны были запомнить навсегда. Некогда было плакать и жалеть себя. Только заставив их ощутить всё на своей шкуре, я могла добиться чего-то большего. Лир был прав, когда сказал, что я должна быть более лояльна к Аурелиону. Если, намереваясь вымолить моё прощение, он будет готов сделать хоть что-то, значит у меня всё ещё был шанс изменить жизнь на Земле к лучшему. Я буду задыхаться от боли, изнемогать от несчастья, но сделаю всё, что в моих силах…

Части корпуса планегена разъехались в стороны.

Ухватившись за новую надежду, я сделала шаг в объятья привычного мороза. Щёки тут же пронзили миллионы игл, невероятный холод пробрал всё тело, ловко пробираясь сквозь одежду.

Я была дома.

– Брат, Система не отвечает, – съёжившись из-за ветра, тараторил Райан. – И как мы вызовем планеген, если вдруг что-то случится?

– Никак, – подтвердил Лир, встав за моей спиной.

Аурелион скучающим взглядом смотрел на пропадающее из виду доказательство нашего прибытия на Землю.

Планеген стал полностью прозрачным.

Пусть здание, на крыше которого мы приземлились, и было заброшенным, я узнала об этом из сводок новостей, когда рассказывали о сгоревшем цехе недалеко от центра временного размещения. Несмотря на то, что Лир проверил место посадки на прочность технологиями корабля, я всё равно нервничала. Здание было старым, да ещё и пострадало от пожара…

С грохотом сбив ногой замок с громоздких металлических дверей, ведущих на крышу, Лир улыбнулся нам, радуясь полной безнаказанности.

– А мне здесь нравится, – добавил он, прежде чем распахнуть дверь, а затем быстро захлопнуть её.

– Что там? – сделав шаг назад, спросил Райан сдавленным голосом.

Лир со вздохом развернулся.

– Трупы.

– Трупы?! – Голос Райана сорвался. – Нет. Всё. Я останусь здесь. Идите куда хотите.

– Видимо, люди пытались выбежать на крышу, спасаясь от огня…, – тихо предположила я. – Говорили, этот пожар унёс много жизней.

Я знала, что такое может ожидать нас… но надеялась, что людей, всё же, похоронили. Видимо, нет.

Шёл снег, облепляя наши лица и одежду.

Райан попятился назад, обняв себя руками.

Аурелион схватил брата за ремень его униформы.

– Успокойся, – строго сказал он.

– Нам придётся пройти здесь. Сканирование показало, что лестница цела и является единственным спуском с крыши.

Я решила, что должна пояснять подобные моменты вслух, чтобы верумианцам было понятно, почему всё именно так.

– Тушить пожары – слишком дорого. В Яросе не осталось техники, благодаря которой раньше справлялись с огнём. Даже если речь идёт об объекте государственной важности, оно так же, как и обычное здание, сгорит дотла, – говорила я так, чтобы бедственность положения землян была им предельно ясна. – Причина возгорания не имеет значения. Спасать невинных некому. Из-за отсутствия техники, службы по спасению были расформированы ещё до моего рождения. Мало того, я знаю о их существовании лишь потому, что училась в государственной академии. То, что я рассказала вам – государственная тайна, о которой обычным гражданам знать не следует.

– Почему? – недоумевал Райан.

– Если пожар приравнен к стихийному бедствию, некого винить в бездействии.

– Жестоко, – подытожил Лир.

– Добро пожаловать в Ясор, – печально улыбнувшись, сказала я.

– Значит это нормально? – Не унимался Райан.

– В каком-то смысле…

Впервые я наблюдала на красивом лице Райана глубокие тёмные круги под глазами. Он ещё и шага не сделал в реальную жизнь, а уже был готов упасть в обморок.

– Брат, ты слышишь! Я не хочу. Я отказываюсь идти дальше.

– Ладно, вперёд, – объявил Лир, прежде чем подхватить меня на руки. – Всего пять этажей. Совет из практики: лучше задержать дыхание.

Отказавшись от вдохов и выдохов, я закрыла замерзающими ладонями уши, не собираясь и секунды придаваться омерзительным звукам последствия пожара. Уткнувшись в шершавую ткань формы Лира, я лишь ждала… ждала, когда мороз снова восторжествует над нами.

Не знаю, сколько усилий пришлось приложить Аурелиону чтобы затащить Райана в тёмное узкое пространство, пропитанное смертью, но я не сомневалась в решительности старшего брата узнать о моём мире как можно больше. Всё, что он увидит здесь – пригодится ему в принятии важных решений в будущем. Каждый шаг на Земле был для него честью, предвещающим уважение со стороны советников. Смогу ли я доказать ему безжалостность эксперимента? Земной Эксперимент Мироздания и Локальных Явлений не имел права на существование, чем бы все эти советники не оправдывались…

– Вот и всё, – сказал Лир, опуская мои ноги в снег.

Сделав глубокий вздох, я осмотрелась.

Райан умывался снегом, придерживаясь одной рукой о стену здания. Оказавшись самым впечатлительным из верумианцев, он тяжелее всех перенёс спуск, украсив сугроб содержимым своего желудка.

Я усмехнулась, взглянув на бесстрастного Аурелиона.

О чём же он сейчас думал? Что чувствовал на самом деле? Совсем недавно, мне казалось, я начала понимать его, видеть его эмоции сквозь эту маску спокойствия, но теперь… я была не уверена в том, кто стоит передо мной.

Оглядев моих спутников в антураже Аковама, я пришла к выводу, что из-за униформы, они выглядели, как некоторые из служителей правопорядка. С одной стороны, нам это было на руку, но с другой – это могло принести дополнительных проблем.

Послышались странные крики. На плохо освещённой улице, было сложно понять откуда шёл звук.

– Нам нужно идти, – спешно сказал я, накинув капюшон.

Радуясь куртке, я засунула руки в карманы так глубоко, насколько это было возможно. Подпирая основания зданий, я вела мужчин по незнакомым закоулкам. По новостям упоминали, что недалеко от сгоревшего цеха был центр временного размещения. Нам нужно было его найти. Блуждать по ночам было крайне небезопасно.

– И куда мы? – возбуждённо спросил Лир.

Кажется, несмотря на увиденное, его энтузиазм к изучению Земли лишь возрос.

– Мы плохо одеты, поэтому замёрзнем раньше, чем сможем добраться до моего дома, – заглядывая за угол, сказала я. – Денег у нас нет, верно? – Остановившись, я оглянулась на мужчин. Все трое отрицательно покачали головой. – Денег у нас нет. А это значит, единственный вариант дождаться утра – центр временного размещения.

Я резко остановилась, увидев в конце переулка группу мужчин, из-за чего в мою спину влетел Лир. Не удержавшись на ногах, я вскрикнула, когда он схватил меня, удерживая от падения в снег. Комендантский час была давно позади, а значит приличной группу этих незнакомцев было назвать нельзя.

– Просто идите за мной, – сказал Лир, встав передо мной.

Оказавшись между тремя верумианцами, я опустила глаза, чтобы не привлекать к себе внимания. Наши шаги были быстрыми и бесшумными, словно мы пытались спрятаться от самой ночи. Несмотря на наше откровенное намерение не встревать в неприятности, несколько мужчин перегородили нам дорогу.

– Служи, потерялись? Нужна помощь? – со смешком, спросил один из них.

– Кого ведёте? – уточнил другой, пытаясь ко мне присмотреться. – Времечко то позднее… только трое служей… и сколько за неё дают?

Видимо, он принял меня за преступницу, за голову которой дадут вознаграждение.

– Альби, – в ярости прошипел Райан, опустившись к моему плечу, – если мы умрём в этом грязном переулке…

Он не успел договорить, уставившись на брата. Аурелион обошёл нас и встал рядом с Лиром. Моё сердце предательски пропустило удар. На улицах Аковама подобные группы мужчин, зачастую, были вооружены. Нуждающиеся, по воле судьбы, были вынуждены изощряться в способах нелегального заработка, чтобы прокормить себя и свои семьи. И если способности Лира могли позволить ему выйти из этой перепалки невредимым, то на счёт безопасности Аурелиона… я была не уверена.

Глава 4

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Fading Memories – HOYO-MiX)

– Мы не ищем проблем, – сухо сказал Аурелион.

– Или ищем? – Лир обернулся, взглянув на меня.

Я в спешке отрицательно покачала головой, прежде чем он мог бы взяться за дело. Да, избив этих мужчин, он не получил бы наказания, но это не значит, что применять физическую силу – единственное решение.

– Оставьте их в покое, – сказал кто-то из группы. Повстречавшаяся нам компания властвовала над этим переулком не первый день. Это можно было понять по скомпонованному хламу в иллюзии удобств. Чтобы не мёрзнуть, сидя на промёрзших мусорных баках, эти мужчины соорудили что-то вроде тента, натянув его над своими импровизированными владениями. – Уж больно здоровые, – намекая на телосложения моих спутников, добавил говорящий.

– Ну и что с того? Кажись, они безоружны, – ответили ему.

– Служи без оружия! – Рассмеялся кто-то перед нами. – Это что-то новенькое.

– Продадим их на мясо, а девку оставим себе.

Лир громко рассмеялся, наслаждаясь происходящим.

– На мясо… – прошептал Райан. – Это он о чём…

– Ходят слухи, что голодающие справляются со своими базовыми потребностями по-разному… но это… лишь слухи, – неуверенно объяснила я.

Аурелион сделал шаг вперёд, расталкивая в стороны мужчин перед собой.

Сбитые с толку смехом Лира и наглостью Аурелиона мужчины, расступились позабыв о своих угрозах.

– Потрясающе, Атанасия! – искренне радовался Лир. – Мы точно не ищем проблем? – с надеждой в голосе, прокряхтел он, всё посматривая на мужчин.

– Мы не ищем проблем. Прошу тебя, – сказала я, проходя мимо него вслед за Аурелионом.

Оставив странную компанию позади, мы быстро зашагали вперёд. Напряжение в воздухе оставалось ощутимым.

– Чему ты так радуешься, Лириадор?! – прибывая в глубоком шоке, уточнил Райан.

– Разве ты не чувствуешь свободу? – удивлённо спросил Лир.

– Свободу? У тебя всё в порядке с головой?

Мне не нужно было смотреть на выражение лица Райана, чтобы почувствовать степень его недоумения. Заметив небольшой стенд с правилами по ту сторону дороги, я обрадовалась возможности завершить блуждания по тёмным улицам Аковама. Переступив через большие сугробы, укрывающие от глаз горы мусора перед входом, я зашла внутрь.

– А эти что здесь делают…, – недовольно закряхтела старая женщина, сидящая у самого входа.

Игнорируя её, я убедилась в необходимости как можно скорее переодеть моих спутников. Аурелион обошёл меня, внимательно осматриваясь.

– Нам сюда, – указала я на арку, ведущую в подобие лавки товаров.

На секунду наши взгляды с Аурелионом встретились, и мне показалось, что я заметила в его глазах скорбь. И если Лира и Райана можно было понять без дополнительных расспросов, мысли и чувства Аурелиона оставались для меня загадкой.

– Мы закрыты, – тут же выдал мужчина за прилавком.

Переступая через пустые бутылки и какие-то мокрые тряпки, я направилась прямиком к нему. Несмотря на то, что это место было магазином, выглядело всё так, будто мы вторглись в его дом. Кажется, этот немолодой беззубый мужчина жил здесь, не на секунду не покидая пост.

– Предлагаю обмен, – уверенно сказала я, рассматривая пластмассовые коробы за его спиной.

Продавец уставился на меня, сглотнув. Заподозрив в трёх мужчинах за моей спиной служителей правопорядка, он всем своим видом демонстрировал нежелание с нами связываться. Сотрудничество с представителями государства считалось позором, стукачеством, самым последним делом для любого жителя Ясора. Все знали, что ни к чему хорошему такое сотрудничество привести не могло. К сожалению, по большей части, он был прав.

– Слушаю, – неестественно улыбнувшись, сказал он, что-то нащупывая под прилавком.

– Такого тебе ещё никто никогда не предлагал, – заинтриговала его я, заставив прищуриться. – Три комплекта униформы служителей правопорядка. Обменяю на обычную одежду под стать погоде.

– Новинок у нас нет, только лохмотья. – Глаза торговца блеснули.

Никто из служителей правопорядка в своём уме не стал бы лишаться своей униформы. Во-первых, в этом не было смысла, так как при необходимости, у них и так была обычная одежда. Во-вторых, если бы это всё же произошло, последовало жёсткое наказание за нарушение регламента. Мужчина напротив знал, что я предлагаю ему обзавестись исключительным товаром, что вынуждало его согласиться на сотрудничество с представителями власти в нашем лице.

– Раздевайтесь, – обернувшись к верумианцам, сказала я.

– Это шутка? – с омерзением разглядывая магазин больше похожий на заброшенный плохо-освещённый склад, спросил Райан.

Лир первым принялся расстёгивать жёсткие пряжки на униформе, не подвергая моё решение сомнению. Как только мужчина за прилавком увидел пронизывающие тело Лира глубокие шрамы, он ахнул и привстал.

– Верь мне, это не шутка. – Я взглянула на Райана, чувствуя его недовольство. – Нам нужно это сделать.

Посмотрев на брата, он медленно кивнул, сжимая челюсти. Пусть этот стриптиз и был абсурдным, он был нашим шансом слиться с обычными горожанами. Когда Лир, оставшийся лишь в чёрных боксерах и высоких сапогах, кинул свою униформу на прилавок, продавец тут же вцепился в неё, пристально рассматривая. Просияв, он оглядел раздевающихся мужчин и бросился в подсобное помещение.

– Вас назвали служами, обратили внимание? – я решила пояснить мужчинам происходящее. – Из-за формы, в вас видят служителей правопорядка. И если на Веруме представители Системы в почёте, в Аковаме – всё совсем иначе. Вы вызываете слишком много подозрений и привлекаете лишнее внимание.

– Безумие, – пробубнил Райан. – Это просто бред.

В отличие от недовольного брата, Аурелион выглядел привычно спокойным. Раздеваясь в этом странном месте, он выглядел так, будто в этом не было ничего необычного.

– А ты в хорошей форме, – подметил Лир атлетичное строение тела Аурелиона. – Не знал, что представителей совета принуждают к тренировкам.

Никогда не думала о том, что мне представится возможность сравнить этих мужчин. Мощная фигура Лира была изрезана памятью о глубоких ранах, что придавало его образу невероятной воинственности и бесстрашия. Несмотря на это, массивные рельефы Аурелиона выглядели не менее внушительно. Благодаря человеческому обличию, мне впервые удалось рассмотреть вены на его руках и ряд русых волос, спускающихся от пупка к линии бёдер.

Я отвела взгляд, стоило продавцу вернуться за прилавок. Он вывалил целую кучу вещей самых разных размеров.

– Забирайте только то, что вам подойдёт, – прибывая в прекрасном настроении, почти пропел он.

Мужчины принялись разбирать вещи.

– Потрясающе. – Веселился Лир, рассматривая порванные штаны.

Я не могла без улыбки смотреть на Райана, который, казалось, не мог преодолеть рвотные позывы, притрагиваясь к чужим старым вещам. Растягивая их перед собой, он не мог принять тот факт, что ему придётся облачиться в подобное. Несмотря на то, что он был на пару лет младше брата и Лира, его фигура тоже могла похвастаться грациозной атлетичностью и изысканностью рельефов. Все люди Верума были идеально сложены, что было неудивительно.

– Почему всё такое старое? – неожиданно для меня, поинтересовался Аурелион. – Подобному место на переработке.

Я ухмыльнулась, наслаждаясь его наивностью.

– Не стоит грубить, служ, – оскорблённо выдал мужчина за прилавком. – Это лучшее, что у меня есть. Обмен достойный. – Он гордо поднял заросший седой бородкой подбородок.

Когда мои верумианцы были готовы, мы вышли в коридор. Центр временного размещения представлял собой полуподвальное помещение, в котором бесплатно мог переночевать любой нуждающийся.

– У нас нет производств, – пояснила я, отвечая на вопрос Аурелиона. – Из-за отсутствия возможности профессионального обслуживания оборудования, оно выходит из строя и навсегда превращается в многотонный мусор. На сегодняшний день, в Ясоре остался только ручной труд, который не в силах обеспечить население страны всем необходимым.

Обходя небольшие группы людей, я хотела провести верумианцев в основной зал, который должен был хорошенько их впечатлить.

– Недели не хватит смыть с себя эту грязь, – подытожил Райан.

– Что на счёт еды? – видимо, проголодавшись, спросил Лир.

– К утру откроется пункт безвозмездного общепита, – ответила я, продолжая поиски нужного мне помещения.

– Не найдётся мелочи? – Перегородила нам дорогу девушка лет пятнадцати. Её грязные волосы и чёрные ногти прямо говорили о нищете, в которой ей приходилось существовать.

Я указала на Аурелиона, не отрывая от неё сочувствующего взгляда.

– Вся власть у него, – сказала я.

Девушка вцепилась в его одежду.

– Моя бабушка умирает… – Она указала на старуху, безжизненно подпирающую стену грязного коридора. – Помогите копеечкой. На еду.

Зная о том, как Аурелион тщательно подходит к любой просьбе своих прихожан, мне было жизненно необходимо увидеть в его отношении чёткую грань, разделяющую верумианцев от землян, не заслуживающих достойной жизни.

Пока Райан с ужасом смотрел в сторону неподвижной женщины, Лир обошёл меня чтобы отгородить от направляющихся в нашу сторону мужчин. Пьяницы, не предавая развернувшейся сцене прошения милостыни никакого значения, спотыкаясь и смеясь, прошли мимо.

Думаю, эта девчушка выживала только благодаря сочувствую чужих людей, и заметив сомнения Аурелиона, она была настроена получить хоть что-то.

Я развернулась и зашагала вперёд, оставляя Аурелиона наедине со своими понятиями и ценностями. Райан поспешил за нами, не намереваясь брать на себя ответственность за развернувшуюся сцену.

Почувствовав отголоски знакомой ауры, я ненамеренно обернулась. Аурелион склонился над старушкой, о чём-то разговаривая с попрошайкой. Стоило бабушке сделать глубокий вздох и прокашляться, девушка бросилась в её объятья. Как ни в чём не бывало Аурелион поднялся и направился к нам. Видимо, воспользовавшись своим даром, он исцелил умирающую от тяжёлого недуга женщину. Пусть, кардинально это ничего не меняло, но глубоко внутри, я была рада, что он всё же не смог остаться равнодушным к этим несчастным людям.

Завернув за угол, мы спустились по ступенькам, следуя указателям и вошли в большой холл.

– Только не говори, что мы останемся здесь, – обречённо прошептал Райан, рассматривая бесчисленные ряды трёхуровневых кроватей.

В плохо освещенном помещении без окон, стоял неприятный гул из голосов, кашля и храпа. А запах какой стоял впечатляющий. Даже мне стало не по себе.

– Мы переночуем именно здесь, – пояснила я, прежде чем направиться на поиски свободных коек.

– Да в островной тюрьме условия лучше, – пыхтел Райан, держась стены по правую сторону от нас.

– Сомневаюсь. – Пожал плечами Лир, переступая через развалившегося на полу пьяного бородатого мужчину.

Непрекращающийся детский плач резал уши, намекая на нарушение одного из правил центра временного размещения. Детям здесь было не место. Оставшись без дома, их было положено отдавать в сиротские дома до лучших времён. Несмотря на это, никто из присутствующих не намеревался выдворять несчастных матерей на мороз или сдавать их служителям правопорядка. Любой человек мог оказаться на их месте, поэтому все относились к нежеланию расставаться с детьми с пониманием и сочувствием. Несмотря на тяжёлые условия жизни, наше общество не утратило человечности, что не могло оставить меня равнодушной.

Увидев совсем молоденькую девчушку с плачущим свёртком на руках… я остановилась.

Если судить по лицу молодой мамы, на котором не было ни морщинки, я предположила, что девушка была не старше двадцати лет. Моё сердце обливалось кровью, наблюдая глубокую скорбь в её глазах. Зная себя, я всегда старалась держаться подальше от таких мест… Находясь среди таких людей, моя душа погибала, безвозвратно омрачаясь чужими тяготами и страданиями.

Девушка, тихо что-то шепча своему чаду, сидела на одной из коек. Казалось, из имущества у неё с собой был лишь небольшой истрепанный рюкзак и вязанка. Мне было больно смотреть на это. Я не смогла пройти мимо и подошла к ней.

– Меня зовут Атанасия. Я из социальной защиты населения Аковама, – перекрикивая плач ребёнка, сказала я. – Вы знаете о том, что молодым мамам, оставшимся без жилья, положена материальная помощь?

– Нет… мы только недавно…, – она запнулась.

Позабыв о спутниках, я объяснила девушке, как встать на учёт и получить положенную ей помощь. Рассказывая о вариантах решения её жизненной ситуации, я сделала особый акцент на социальной программе, позволяющей волонтёрить в сиротских домах, где может содержаться её ребёнок. Пусть это и предполагало частичное расставание, зато её малыш содержался бы в тепле и сытости…

С тяжёлым сердцем, я попрощалась и направилась дальше. Все кровати были заняты обездоленными, больными и нуждающимися людьми, которым не куда было идти.

– Что с ней будет? – тихо спросил Райан, удивив меня ноткой сочувствия в голосе.

– Не знаю…, – честно ответила я. – Всем не помочь…

Быстро прошмыгнув мимо мужчин, между которыми разгоралась ссора, я продолжала искать глазами свободные койки. В самой глубине большого помещения, я заметила ряд свободных постелей.

– Думаю, так быть не должно, – указав на кровавые пятна, сказал Лир.

– Кровь несёт в себе самые тяжёлые заболевания, – серьёзно сказала я. Райан сглотнул. Лир распахнул глаза. Аурелион сделал шаг назад. – Будьте бдительны, – предупредила я.

Пройдя ещё немного вглубь, мы, наконец, нашли пригодные дня отдыха кровати. Ни подушек, ни одеял здесь не было. Только голые матрасы, поверх которых нужно ложиться в верхней одежде, чтобы не замёрзнуть. От холодных стен отражались звуки ругани, кашля и храпа.

– Нам нужно дождаться утра, поэтому располагайтесь, – сказала я. – С собой у нас ничего нет, а значит красть у нас нечего. Для разбоя среди присутствующих есть куда более соблазнительные варианты.

Райан, по привычке, попытался вызвать Систему, взглянув на руку. Тяжело вздохнув, он принялся вбираться на второй ярус, внимательно разглядывая всё, к чему предстояло прикоснуться. Аурелион разместился под койкой брата, с трудом уместившись в длину. Он развернулся на бок, чтобы удобнее подогнуть ноги. Лир также расселся на первом ярусе, на соседней койке.

– Всё это напоминает мне времена учёбы в военном центре трансформария, – сказал он.

– Значит мутанты для жителей Верума такое же отребье, как люди на Земле. – Я подмигнула ему, не намереваясь обидеть. – Никогда прежде я не оставалась в центре временного размещения надолго, поэтому не знаю, что здесь может произойти.

– Если ты устала, можешь поспать. – Лир расстегнул куртку, приглашая меня рухнуть к нему в объятья.

Я улыбнулась ему, прежде чем встать на металлическую раму кровати Аурелиона. Удерживаясь за решетки второго яруса, я осмотрела Райана. Он медленно повернул голову, чтобы взглянуть на меня.

– Альби, твоя жизнь – полный отстой, – тихо сказал он.

– Я знаю, – так же тихо ответила я. – На самом деле, я хотела сказать тебе… что поначалу так злилась на тебя, но… в общем, мне жаль. Ты к этому всему не имеешь никакого отношения, а вынужден…

– Я тоже ошибался в тебе, – перебил меня Райан. – Но не думай, что мы теперь друзья.

– Никогда, – с улыбкой ответила я, и спрыгнула на пол.

Сняв куртку, я повесила её на хлипкий крючок между кроватями. Под пристальным взглядом Аурелиона, я аккуратно забралась на руки к Лиру. Когда он укутал меня в свой плащ, словно в одеяло, я устало прильнула к его тёплой груди.

Как бы мне хотелось, чтобы всё было иначе…

– В семь утра по громкоговорителю зазвучит гимн Ясора, – предупредила я Лира.

– Я тебя понял.

Глава 5

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

Ultraviolet – Freya Ridings)

Не помню, как я уснула, но из-за кряхтящих звуков

Продолжить чтение