Читать онлайн Раскрытие тайн «Апокалипсиса» 2 бесплатно

Раскрытие тайн «Апокалипсиса» 2

Глава 1 Путь в подземный мир

ПУТЬ В ПОДЗЕМНЫЙ МИР

РУСАКОВ: … совершенно неожиданно для меня, наш катер качнуло так сильно, что я вылетел за его борт, подобно пробке из неохлажденной бутылки шапманского, и уносился каким-то сильным водоворотом куда-то на глубину морскую. Последнее, что я запомнил, так это приближение ко мне огромной, неизвестной мне рыбы или чудища морского …

Невозможно передать ощущения, когда тебя целиком проглатывает живое существо.

Ни один человек не ощущает себя пищей животных, особенно же рыбы. Как тут не взгрустнуть и не вспомнить священные слова из книги Бытия: Быт.1, 28: «И благословил их Бог, и сказал им Бог: … и владычествуйте над рыбами морскими [и над зверями,] и над птицами небесными, [и над всяким скотом, и над всею землею,] и над всяким животным, пресмыкающимся по земле».

Насколько я успел заметить, меня проглотило что-то похожее на огромную рыбу. Вот мне и вспомнились слова из Библии: «владычествуйте над рыбами морскими». Только я не знал того, как мне владычествовать над той рыбой, которая уже проглотила меня. И к этому я вспомнил другое место из Библии, Ион.2: «1И повелел Господь большому киту поглотить Иону; и был Иона во чреве этого кита три дня и три ночи. 2И помолился Иона Господу Богу своему из чрева кита 3и сказал: к Господу воззвал я в скорби моей, и Он услышал меня; из чрева преисподней я возопил, и Ты услышал голос мой».

Вспомнив про пророка Иону во чреве большого кита, я тоже принялся молиться, но часть моего сознания следила за происходящим со мной.

Конечно, я не дерзал сравнивать себя с великим пророком Божьим, но обстоятельства уж очень были схожими. Святой Иона молился так, как буд-то он взывал из преисподней, но мне и в голову не могло прийти то, что я сам окажусь в реальной преисподней на самом деле. Потому я молился просто от сложившейся у меня ситуации: «Боже, не знаю, что со мной, но молю сохрани меня и управь путь мой». При этом я внимательно рассматривал то, в чем я находился. Это было какое-то пространство заполненное какими-то кишками, кожаными пузырями и мясистыми органами живого существа, определить которое я не мог. Я удивлялся тому, что мог дышать и что ничего такого, чтобы переваривало меня, как пищу или угрожало бы моей жизни не наблюдалось. Мне даже пришла такая шутливая мысль, что не хватает компьютера и Интернета, чтобы выставить публике селфи – «аз внутри рыбы». Но полжение мое было весьма шатким, ибо меня бросало из стороны в сторону, или сказать точнее, от одного боку рыбы к другому. Хорошо, что я все время ударялся о мягкие части дивного морского существа, не терпя себя никакого вреда. Чувство времени я потерял напорочь и не мог оценить сколько времени нахожусь в таком незавидном и непредсказуемом положении. Время от времени я впадал в забытье, как некую разновидность сна, в котором видел эту рыбу как бы снаружи и наблюдал за маршрутом её движения, направленным куда-то вглубь.

По мере продвижения в глубины морские тело огромной рыбины становилось все жёстче и мне внутри нее становилось все как-то теснее и сдавленее дышать. Пузыри во внутренности рыбины стали сдавливать меня со всех сторон, а воздуха становилось все меньше. Не долго думая, я проколол одно из них, и на меня сразу пахнул свежий приток воздуха, отдававший, испытанным мной когда-то, морским бризом. По ходу продвижения я задумался о том, что обычному живому существу в такие глубины не возможно проникнуть, а тем более выжить. С этой мыслью я опять отключился на время и снова испытал очередной толчок и ощущение, что дышать стало легче. Видать давление внутренностей гигантской рыбины стали ослабевать. Меня это взбодрило, придало сил и оптимизма. Но все равно воздуха в достаточной мере мне не хватало. Потому я как-то остервенело продолжал протыкать воздушные пузыри, насыщая внутренность рыбы относительно свежим воздухом. Мне было интересно наблюдать в своих мыслях о том, что выдыхаемый мною углекислый газ никак меня не безпокоил. Возможно здесь происходили какие то удивительные химические процессы абсорбации или просто Господь сохранял мою жизнь чудесным образом. Ибо нде Бог хочет, тпм нпрушается естества чин. Вдруг по моему телу и его внутренностям прошла какая то вибрация и последующая за ней конвульсия. Вместе с этим меня вдруг подхватило какой-то волной образовавшейся во внутренности рыбы, которая подхватила меня и вынесла на поверхность воды возле берега. Я осознал, что был, в момент такого моего забытья, изблеван рыбой на какую-то каменистую поверхность. Придя в себя после всего пережитого, я принялся осматривать место, в котором невольно очутился. Я понимал, что все это случилось не без промысла Божьего, но не ведал для чего это и что последует дальше. Место моего прибытия было освещено непонятно каким образом. Во всяком случае никаких источников света и светильников я здесь не обнаружил. Казалось что сами каменные стены излучают неяркий свет, заполняя им все пространство огромной пещеры. Пещера зрительно уходила в меркнущую даль, но, как бы у подножия горы, вдруг устремляясь вверх. Если наша земля образует видимый горизонт, то здесь никкого горизонта не было, а виделся постоянный подъем вверх каменного содержания. И здесь меня озарило – я находился на перевернутой поверхности сферы, как отражения земной поверхности. Но тогда возникал вопрос: а как же вода спокойно плескалась у берегов?Очередная мысль, пришедшая ко мне. объясняла то, что когда мы уходим в глубины морских пучин, то приближаемся к некоему магнитному пласту земли и далее, минуя его, попадаем в воздействие обратного процесса магнитизма, и тогда понятно, что все воды держатся вокруг этого магнитного пояса. От этого можно было предположить то, откуда взялись воды всемирного потопа, когда разверзлись все хляби небесные и земные. До верха пещеры было, как мне казалось, не мнее двадцати метров, а стены ее отстояли от меня на сотню метров. Примерно половину дна пещеры занимал водоем, из которого меня и выплюнуло морское существо. Вторая половина пещеры представляла собой более-менее ровную площадку из-з какого-то твердого камня, похожего на гранит. В трех местах, прямо, справа и слева, были заметны три тоннеля или хода, уходящие куда-то в неизвестную даль. Признаюсь честно, я не знал, что мне делать и, встав на колени, принялся молиться Богу своими словами о вразумлении: «Боже, вразуми меня, для чего Ты привел меня сюда». Когда я устал стоять на коленях, то сел и просто стал ждать не ведая чего. Вдруг пещера осветилась ярким, белым светом и предо мной явился образ Ангела Божьего, который картинно завис в воздухе. Я впервые видел перед собой двукрылое, прекрасное существо, не менее двнадцати метров роста, похожее на иконописные изображения Ангелов Божьих, которы мне приходилось видеть на фресках и иконах. Только у моего визитера не было никакой плотности, и я, видя его во всех деталях, видел и все через него. Ангел прославил Бога и обратился ко мне со словами на понятном мне языке: «Не бойся, Иван. Я Ангел Бога Вышнего и послан к тебе возвестить тебе то, что тебе предстоит сделать. Три дня и три ночи ты пребывал во чреве большой рыбы, которая по воле Бога доставила тебя в подземный мир. Помни слова Писания: Флп.2: «9Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, 10дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних».

В данном случае тебе важно то, что пред именем нашего Господа Иисуса преклоняется всякое колено преисподних, ибо Бог посылает тебя именно туда для продолжения твоей миссии по сбору листов рукописи с толкованием, а также для исследования подземного мир и ада, чтобы вернувшись, описать увиденное тобой и передать это людям. Смело иди с этим именем нашего Господа и ничего не бойся. Ты будешь невидим падшим духам и никто не сможет причинить тебе вред из населяющих подземный мир. Я же, твой Хранитель и Куратор, на время оставляю тебя и вернусь за тобой по завершении тобой порученного тебе дела. Следуй прямо по центру. Будь Вышний Бог наш благословен, до встречи» – и Ангел исчез также непонятно как, как и появился. Некоторое время я провел в осмыслении всего сказанного Ангелом и пержитого мной. Меня удивляло то, что у меня не было никакого чувства жажды, голода или необходимости справлять естественную нужду. Забегая вперед, отмечу, что так было все время моего пребывания в подземном мире. К тому же я не знал никакой усталости и не имел нужды во сне, и, если и дремал, то не для отдыха, а для получения указаний и вразумлений свыше. Наконец я собрался с духом и настроился на дальнешее путешествие. И тут во мне проснулся филолог. Я мысленно вернулся к речи Ангела и отметил для себя, что, несмотря на всю ясность понимания его речи, я не мог определить на каком языке он говорил мне. Этот язык не был русским, славянским и вообще каким-то земным языком. Меня удивляло то, что я сам, не зная этого языка, свободно думал на нем и говорил. Теперь Господь готовит всех людей к тому, чтобы вернуть их к их первому, райскому языку. Первыми же на этот язык перейдут члены Церкви Божией. И здесь, в подземелье, я узнал то, что на этом языке говорят все души томящиеся в аду и все бесы, а также все Ангелы Божии и небожители из числа людей.

В любом случая, проблема с языком и пониманием людей, их душ и иных говорящих существ для меня была решена. Я шел в глубины подземного мира вооруженный ясным языком, прикрытый невидимостью для бесов, обеспеченный поддержанием моей жизни и жизненной энергии. Воодушевленный всеми новыми откровениями и дарами Бога я направился к центральному ходу, согласно указанию Ангела, напевая слова из богослужения: «С нами Бог, разумейте подземельцы, и покоряйтеся, яко с нами Бог». Понятно, что это я сам заменил слово «языцы» (то есть народы), на «подземельцы». Ведь я сам направлялся прямо в подземелье. Особенно же мне понравилась моя способность быть невидимым и не обнаруживаемым бесами. Я предвкушал, как позабавлюсь с ее помощью над духами зла, ибо они попадают в то самое положение, которое, мы люди, имеем с ними на земле, ибо не видим их и не учитываем их действия на нас. Теперь пришел черед и мне от лица всех людей поиздеваться над духами лукавыми.

Продвигаясь к центральному входу по лабиринту, я успел заметить безжизненность каменистых поверхностей подземного мира. Наблюдались лишь слабые проявления жизни в виде какого-то лишайника и чего-то похожего на вид лиан, спускавшихся с каменных стен. Воистину, здесь воочию мне открывался смысл сказанного Господом в Евангелии о семени брошенного сеятелем на каменистую поверхность. которая не позваляет ему пустить корни и прорсти. Мне очень не хватало земных деревьев. кустов и нашей зелени вообще. И от этого чувства, пронзительная мысль вдруг ясно высветила для меня весь символизм и значение дерева, как Божьего творения. Особенно же это касалось спасительного для нас крестного дерева, освящение Которого наш Господь совершил своим распятием на Нем. Дерево вырастает из гумуса, как бы из наследия всего земного. Оно стремится ввысь к солнцу, свету и небу. Устремляясь своими ветями от земного ввысь, оно не разрывает себя с землей, но, имея сильные корни веры, достигает предельных для себя высот, что символично передает нам свое устремление к Божественным смыслам и, уже в виде птиц, продолжает свое возвышение к Богу Небесному. Это некий символ веры в земном смысле. Как бы и нам, посенным Богом людям, научится возрасти до таких высот, когда возможно устремится в небо и достигнуть его. Да и само дерево, даже спиленное лдьми и превращенное в строительный материал, часто применяется именно для возведения строений тянущихся вверх. Не зря Господь сотворил дерево и даже Сам насадил некоторые деревья в саду Эдемском. Среди них дерево жизни, и дерево познания.

Когда я размышляю о дереве познания, то прихожу для себя к мысли, что вкушение нас всех его плодов, начавшееся с Адама и его жены, поставило нас в позицию неизбежного для нас дурного дуализма. Уже в самом названии дерева он ясно отражен: "древо познание доброго и лукавого (злого)". Отсюда пошли гулять в наших головах и душах понятия добро-зло, жизнь-смерть, хорошо-плохо, истина-ложь и прочее подобное. Бог сказал человеку, что от этого вкушения тот смертью умрет. Но это Божественное предупреждение. проявившееся и закрепившееся в нашей реальности, не есть нечто законченное или одноразово произошедшее. Это процесс умирания, который тогда только лишь начался и который продолжается до сих пор. Бог, в противовес ему, начал со Своей стороны анти процесс, как процесс не умирания, выхода из умирания смертью, бессмертия. Все Его действия направлены прежде всего на это. Почему же мы не можем и не должны иметь в себе дуализм в виде доброе – злое, жизнь – смерть? Потому, что это выдумка злых сил, которые образовались, как злые, своим уходом от Источника доброго – Бога. По этой выдумке, распространяемой гностиками, философами и прочими подобными мыслителями, добро и зло противопоставлено в виде пары Бог – сатана, или "добрый Бог" – "злой Бог". На самом деле такие пары не существуют в реальности, ибо нет никого и ничего, что можно было противопоставить Реальному Живому Богу. В этом мире в реальности невозможно осуществить идею отсутствия Бога. По этой идее, если доброго Бога нет, то есть взамен Него злой Бог. который возникает именно как Его отсутствие, ибо зло есть отсутствие добра, а тьма – отсутствие света. С Живим Богом такого не происходит и не может происходить. Все такое можно представлять лишь в поврежденных умах разумных существ. Поскольку реальному Богу нечего противопоставить, постольку Ему нет нужды вести какую-бы то ни было борьбу за Свое. Ему не с кем воевать и некого побеждать. Но нам людям, как существам ограниченными и слабым (в сравнении с Богом), Он попускает участие в войне и борьбе. Но наша война и брань не смерть образующая и не разрушающая бытие сотворенное Богом, а вытеснительная, и ведется она не с плотью и кровью, а с: Еф.6, 12: "потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной". В отношении же людей Бог сказал нам: Исх.20, 13: "Не убивай". Но люди не слышат Бога и не слушают Его повелений. Они живут производством смерти людей, совершая их убийство, в том числе посредством ведения войны. Бог попускает это, ибо по Его смотрению надлежит сему быть. Но почему так? Потому что они ослеплены своим неверием и не видят своих подлинных врагов, сильных и безжалостных, представителей инфернального мира. Их жуткое обольщение состоит в том, что они полагают то, что с помощью умерщвления живых людей можно делать свою жизнь и свое пребывание в бытии лучше, интереснее, не таким скучным и нудным. Убивая каких-то людей, они вытесняют их в мир мертвых, где они пребывают некоторое время вплоть до всеобщего воскрешения Богом всех умерших людей. Тогда во всю встанет вопрос про воздаяние за убийство человека, которое не было санкционированно Богом Всевышним. Тогда все осуществлявшие первую смерть будут повержены в смерть вторую. Но приходит время, и уже пришло, когда воздействием Ипостаси Духа Святого некоторым ныне живущим людям, принимающим новейшее благовествование об окончательном преодолении внутри человека его умирания смертью и окончательной и бесповоротной победы над этой смертью, как последним врагом человека, будет навсегда даровано это неумирание и не умерщвляемость. Тогда весь мир, все сложное мироздание начнет преображаться в русле этого вытеснения смерти из жизни людей. резко меняя в их жизни всё. Больше никому уже не будет возможности решать свои проблемы и осуществлять свои похоти, прихоти и желания путем умерщвления людей и прочих одушевленных творений. Мне было блаженно осознавать себя одним из таких облагодетельствованных Богом людей. Я был живым благовестником носящим это благовествование в самом себе, присутствующим во мне невозможностью умертвить меня любому существу любым образом или способом. Укрепленный этим само воззрением моей внутренней реальности, я продолжил свой путь в родземный мир.

Глава 2 Подземный лабиринт

ПОДЗЕМНЫЙ ЛАБИРИНТ

Оказавшись где-то внутри Земли я не подозревал, что у нашего Господа Бога был обо мне конкретный замысел. Он хотел, чтобы в подземный мир я вошел одним человеком, а вышел совершенно другим, иным, таким, каким Он захотел видеть меня. Я уразумел это значительно позже, перед выходом на землю.

Я сообщаю об этом, тебе, мой читатель, чтобы ты сразу знал то, чего я не знал и следил бы за линией моих действий во время пребывания под землей и уловил бы ход моего изменения, которое стало для меня поражающим и потрясающим. По ходу жизни в Подземелье, а это была самая настоящая, хотя весьма необычная жизнь. Быть и жить это разные вещи. К бытию (существованию) призваны все живые существа, но живут из них лишь те, которые воспринимают от Живого Бога жизнь.

Придя на землю в виде совершенного Человека, Сын Божий Иисус Христос говорит нам, что Он есть жизнь и что Он пришел для того, чтобы дать нам жизнь, причем с избытком. Вообще все действия Бога в отношении нас людей направлены против нашей смерти и для дарования и устроения нашей жизни. В Писании Бога это записано, как речь из уст Его так: «Не хочу смерти грешного, но чтобы он обратился и жил».

Обратился куда, к кому? К Источнику жизни Господу Богу. И когда в истории людей, которая есть не что иное, как борьба за жизнь, Бог попускает орудовать смерти, то только для жизни, ибо смерть человека временна, а жизнь – вечна. Нам обещано Богом возвращение к жизни, которое именуется воскресением. И напоминание об этом мы имеем каждый воскресный день, который у нас выходной.

Размышления размышлениями (а их еще по ходу повествования будет много), но нельзя отойти от происходящего в реальности. А происходило то, что я шел не зная куда и не зная для чего. Да и как идти было для меня не ясно. Направился я к центральному ходу и пошел по нему. Он представлял из себя абсолютно ровный овал высотой где-то около семи метров, который достаточно хорошо освещался какими то светящимися массами вещества неизвестного мне. Степень освещения была такой, что я мог свободно читать и делать записи в своем блокноте.

Мне пришлось идти, чтобы идти, а это психологически самое неудобное положение.

Обычно человек знает куда и для чего он идет.

Я пока ничего не знал, но просто шел с верой, призывая имя Иисуса Христа. Кто долго и качественно занимался призыванием этого имени, тот знает, что со временем благодать Божия начинает настолько сильно действовать на душу человека, что у него возникают неведомые для не молящихся людей благодатные состояния ума, когда ум прозревает нечто такое, чего раньше никогда не зрел. Человек мыслил, но умом своим был слеп. А здесь ум, очищенный энергией имени Бога от всех внушений падших духов и своего падшего естества, от всех пустых мечтаний и представлений, под воздействием Духа Святого начинает зреть то, что ему на пользу показывает Бог. Это есть духовное видение ума. Я был поставлен в идеальные условия для подобных видений, и поскольку по ходу моего продвижения ничего не менялось, постольку я параллельно стал зреть своим умом то, что это внешнее мое путешествие во внутренность Земли есть, вместе с тем, и мое путешествие внутрь самого себя, к тому внутреннему человеку, о котором писали в своих трудах святые отцы Церкви Христовой. Мое внешнее положение служило символической прорисовкой моего внутреннего человека, к познанию которого нас призывает наш Бог.

К тому же у меня, как ничем обычным не связанного (нуждой спать, есть и тому подобное), появилась возможность размышлять о том, на что никогда не хватало времени в житейской круговерти, которую премудрый царь Соломон справедливо именует суетой сует. Предлагаю и тебе, мой придирчивый читатель, отстраниться от своей суеты и проследить за моим путешествием ума в уме. В этот раз я размышлял о реальности, которая выражается и проявляется в присутствии. Набирись терпения, мой терпеливый читатель, и вникай в мое размышление, ибо оно также и твое, ибо живет и в тебе, хотя до времени и не обнаруживает себя. Итак, я, как филолог, поэт, мыслитель, любитель истории и гуманитарии вообще,

имею нужду разобраться, что в моей жизи истинное, реальное, а что наносное, пустое, прелестное. Под прелестью я понимаю святоотеческое утверждение, что это ложная мысль принятая за истинную. Итак, я отчетливо увидел, что в моей жизни есть нечто реальное, настоящее, а есть выдуманное. Выдуманное возникает от того, что я, как падший человек (а мы все рождаемся падшими), имею ум поврежденный падением, который отделен от моего естества и наблюдает за всем, как посторонний наблюдатель. Между ним и тем, что он наблюдает находится некоторое расстояние. Это настолько привычно человеку, что он не усматривает здесь повреждение и болезнь. На самом же деле все умозримое тобой, то, что мы называем сознанием, есть выдумка и мечта, а не реальность. Перебирая умом его выдумки, человек полагает, что он живет этим. На самом деле он обольщается и пребывает в прелести не существующего. А такое пребывание убивает человека и подвигает его к желанию не существовать. Покажу это на примере действий с текстом, например с библейским. Есть такое понятие умственной деятельности, как герменевтика. Герменевтика – это искусство понимания текста, значений и интерпретаций его (то есть придумывание того, чего в нем нет). Мир герменевтики – это мир знаков, значений, сознания и мышления опирающийся на смертность человека. Открывается истина о связи смерти и сознания. А со-знание, это то, что связано с знанием. А знание – это то объяснение всего, с чем мы только соприкасаемся, привнесенное нам извне. Знание получают, приобретают, добывают, достают и тому подобное. Наше сознание по отношению к реальности находится всегда со стороны. Оно не живет, а рассматривает проявления жизни с некоторого расстояния, превращая живое и реальное, в отвлеченное мертвое и умопредставимое. Оно ищет смыслы и ложно исповедует зависимость содержания от формы. Все известные нам человеческие практики (кроме святоотеческого умного делания) сводились и сводятся к практике понимания. Мы хотим все и вся понимать. У нас даже существует насмешливое и оскорбительное слово характеризующее не понимающих нас людей – «непонятливый». Да и само понятие счастья выражено словами героини из старого советского фильма «Доживем до понедельника» так: «Счастье – это когда тебя понимают». Потому неудивительно, что считается делом культуры и гуманитарных наук – это понимать. А что понимать? А то, что находится между знаком и значением, которое этот знак несет собой. Но любые знаки всегда имеют некое тело. Например, десять заповедей Бога были начертаны на каменных скрижалях. Тексты писались на глиняных и медных таблицах, на пергаменте, бумаге, дереве и других материалах. Сегодня мы видим тексты на экране компьютера или мобильного телефона.

Для нашего сознания не имеет значения то, на чем изображены или запечатлены знаки (буквы, цифры), но важно лишь то, что они означают. То есть какое знание они несут нам.

Если вернуться к скрижалям с заповедями, то Бог мог просто передать их словами, а Моисей озвучил бы их народу. Но Бог передал их в начале на двух сапфирах, а потом, второй раз (ибо первые Моисей разбил от негодования от греха народа впавшего в идолопоклонение вылитому им золотому тельцу) в виде каменных скрижалей, которые хранились в обшитом золотом Ковчеге Завета, который являлся и является д сих пор величайшей Святыней Израиля. Но сам Моисей пережил не изумление от знаков, букв и слов начертаных на камнях Богом, а от притсутствия здесь и сейчас Живого Бога, Который этим присутствием неожиданно вторгся в жизнь Моисея, делая эту жизнь для него живой и реальной. Во-первых, присутствие, а затем использование знаков для передачи заповедей от пережитого им присутствия. Но и сами эти заповеди и знаки, которыми они были начертаны, были переданы людям не для умственной игры ими, а для того, чтобы исполняющие их на самом деле тоже приходили бы к присутсвию Бога и наслаждению Им, как Жизнью. Итак, мы имеем различение двух противоположных эффектов – эффекта присутствия и эффекта значения (сознания), которые есть эффект жизни и эффект смерти. Здесь мне открылось то, для чего Дух Божий, при сотворении Богом этого мира, носился над бездной. Этим Он создавал эффект Своего присутствия в тварном мире, чем и живил его. От этого разумения я перешел к разумению повествования двух важнейших райских деревьев насажденных Самим Богом – Древа жизни, и древа познания доброго и лукавого (злого). В этих деревьях Бог противопоставил для нас жизнь и знание.

Бог, как Существо Само-умное и Самое Умное, творя человека по образу и подобию Своему, сотворил его существом наделенным умом. Но в этом скрывалась и опасность, ибо к уму Бог добавил свободу воли. Зло уже было в мире, как лукавство, то есть искажение, уклонение от Бога и Божьего, что и есть смерть. Поэтому Бог, помогая человеку, сообщает ему Свою заповедь для предохранения человека от смерти. Этой заповедью Он запрещает человеку прикасаться к дереву познания и вкушать от него плоды, объявляя, что в случае вкушения этих плодов он умрет смертью. Так человеку созданному для бессмертной жизни была явлена истина, которая освобождала его от смерти, показывая ее происхождение от прикосновения к знанию. Вкушение же плодов от Древа Жизни давало человеку жизнь, наполнение жизнью и бессмертие. Бог предусмотрел дарование жизни именно через эффект присутствия и телесности (материальности), а не путем остстраненного умозрения конструкций мышления. На этом эффекте основана Церковь Христова, ибо Она есть живой, живущий Богочеловеческий Организм, со всегдашним присутствием Бога телесным образом (почему сама Церковь именуется Телом Христовым) в Таинстве Евхаристии. Верные не просто наслаждаются присутствием Бога, хотя и воспевают это в своих богослужебных песнях: «С нами Бог, разумейте народы и покоряйтесь, ибо с Нами Бог», но телесно вкушают Тело Христово и пьют Его Кровь, и делают это по заповеди Христа для того, чтобы по Его же слову, иметь жизнь в себе. То есть Евхаристия есть таинство жизни и бессмертия. Это тайна, ибо она не подвластна никакому умственному объяснению и пониманию, и не может быть описанной никакими знаками, буквами и словами и прочими умопредставлениями. Она есть чудо присутствия Бога с нами и в нас, как реального питания нашей жизни и поддержания ее без всякого осмысления умом и сознанием со стороны и на расстоянии. Это наша реальная (а не воображаемая сознанием) встреча с Живым воплотившемся Богом, Который Один Самосущ и Самореален. Именно Своим воплощением и вочеловечиванием Бог сделал Свое присутствие с нами телесно осязаемым и реально переживаемым, чем и увел нас от смертельного для нас вкушения знания. В том числе от знания доброго и злого, которое всегда абстрактно и зрится нами в виде мертвых мыслительных конструкций и анализаторских схем. Знания важны только для смертных людей. Почему так? Потому, что человек сознающий, что он живет короткое время, а потом умрет смертью, чем прекратит свою жизнь и деятельность, не может рассчитывать на реальное, телесное общение с Богом и всеми элементами сотворенного Им мира (миров) в позиции здесь, сейчас и навсегда, и от этого осознания впадает в великую, убивающую его печаль, уныние (злое разленение в отношении к жизни) и отчаяние, и потому стремится своим умозрением обманывать себя, строя в своем сознании различные, придуманные им конструкции, которыми и создает иллюзию жизни, заменяя ею реальную жизнь присутствия. Он верит не Богу и Творцу Своему, сказавшему ему «не ешь знания, иначе умрешь смертью», а врагу Бога и людей, сказавшему устами Змея: «ешьте знания, не умрете, но станете Богами». Богами люди бывают лишь в своих пустых мечтаниях и больном воображении, а вот смертью умирают по настоящему. Творя Свой мир для Себя и для нас, Бог прежде всего творит пространство, как место для наполнения его тварными телами. Самым тонким из этих тел является свет, который Бог творит первым. Свет движется и являет себя видимым тем, кто сотворен видеть его и благодаря ему. Пространство позволяет свету двигаться по нему и освещать его и все то, что появляется в нем. Затем Бог присоединяет свет к большим телам – Солнцу. Луне и звездам, чтобы мы помышляли о нем не абстрактно отвлеченно, но переживали его присутствие с нами и свое соприсутствие с ним, с его освещением и теплом. Научившись этому на тварном свете, мы можем повторить это и с Богом, Который есть Свет не тварный, нематериальный.

Продолжить чтение