Читать онлайн Секрет гробницы фараона бесплатно

Секрет гробницы фараона

A. B. Greenfield

Ra the Mighty: Cat Detective of Pharaoh’s Court Book 2

RA THE MIGHTY: CAT DETECTIVE OF PHARAOH’S COURT

by A B Greenfield

Copyright © 2019 by Amy Butler Greenfield

Illustrations copyright © 2019 by Sarah Horne

Published by arrangement with Pippin Properties Inc. through Rights People, London and the Van Lear Agency

© Иванова В. А., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

* * *

Для Вивиан, Карло и Софии, чудесных читателей, путешественников и кузенов – Э. Б. Г.

Глава 1

Ухаживание

Рис.0 Секрет гробницы фараона

Мне не так уж и сложно угодить. Спросите любого. Но если ты, покрытый шерстью с ног до головы, два дня плыл по Нилу под палящим летним солнцем, у тебя есть полное право ожидать, что за тобой кто-нибудь немного поухаживает. Особенно если ты Ра Всемогущий, кот фараона.

К счастью, я путешествую со своей собственной командой профессиональных ухаживателей. Мы добрались до дворца в Фивах к рассвету, и они перенесли меня в личный сад фараона. Там они уложили меня на подушку и предложили перекусить пряным козерогом, а сами принялись распаковывать расчёски и благовония.

Я принялся за третий кусок мяса, когда тоненький голосок затренькал где-то между моими ушами.

– Ра? Ты же не собираешься и вправду надушиться всем этим?

– Конечно, собираюсь, – ответил я. – Я знаю, что ты никогда раньше не был в Фивах, но это город элиты с высокими стандартами. Поверь мне, это гламурное местечко. Я всегда здесь пользуюсь парфюмом.

Рис.1 Секрет гробницы фараона

– А я, пожалуй, обойдусь, – вставил мой приятель Хепри. Мой мех колыхнулся, и он приземлился на камни возле моей подушки. Для скарабея он был весьма проворен. Наверно, всё дело в шариках навоза, которые он без конца катает.

– Ну, дело твоё. – Я умял последний кусок мяса. – Но если тебе интересно моё мнение, немного парфюма тебе бы совсем не повредило, Хепри. Ведь ты так часто ковыряешься в навозе…

– Навоз пахнет чудесно, – запротестовал Хепри.

– Позволю себе не согласиться. – Я прилёг на бок, когда подошли слуги с расчёсками. – Тебе никогда не застать меня пахнущим, как навозная куча.

Уже не в первый раз я был рад, что мои слуги не понимали ни слова из нашего с Хепри разговора (люди на это не способны).

– Ты многое теряешь, Ра, – заявил Хепри.

– Ничего я не теряю. Жасмин, лилия, мирт – вот что я называю благовониями.

– Буэ! – Хепри попятился, отойдя на безопасное расстояние от флакончиков с парфюмом. – Пойду-ка я осмотрю дворец.

– Хорошо. – Я зевнул, опустил голову и позволил слугам пригладить мех между моими ушами (увидев это, Хепри, как всегда, поморщился). – Ступай, я разыщу тебя позже.

– Отлично, – прострекотал он. – К тому времени я, быть может, найду нам новое дело.

Я поднял голову:

– О, Хепри. Только не это. – Мы вместе разгадали ровно одну тайну, и я считаю, что это уже очень много. Но Хепри думал иначе.

– Тебе нужно быть более открытым, Ра, – настаивал Хепри. – Я приношу тебе всё новые и новые дела, а ты продолжаешь от них отказываться. Дело об исчезнувших буханках хлеба…

– Они не исчезли, – перебил я. – Помощник пекаря обсчитался. У него всегда было плохо с цифрами.

– …дело о таинственном незнакомце…

– Я же говорил тебе – это был сирийский посол.

– …дело о пропавшей навозной куче…

– Хепри, на навозе я ставлю точку. – Я перевернулся, чтобы слуги могли расчесать мой животик. – Мы Великие Детективы, мой друг. Нам нужна Великая Тайна, а не какое-то жалкое подобие дела. Когда появится Великая Тайна, я возьмусь за неё. Но не раньше.

– Ну а меня бы устроила и Маленькая Тайна, – ответил Хепри. – Даже Очень Маленькая Тайна.

– Ты прав, Хепри, – произнёс игривый голос позади нас. – Даже Очень Маленькая Тайна пошла бы Ра на пользу.

К нам присоединилась наша коллега, ещё один Великий Детектив, Миу – кошка кухонная, экстраординарная. Я развернулся и весь напрягся. Миу потрясающая подруга, храбрая и преданная, но со странной убеждённостью в том, что мой стиль жизни не формирует сильный характер. (Ну, правда! Все же знают, что коты фараонов рождаются с железобетонным характером. Куда им ещё?)

Я поприветствовал её взмахом усов:

– Ты вроде собиралась остаться на корабле, чтобы поохотиться на крыс-безбилетников?

– Уже поохотилась, – гордо сообщила Миу. Она потёрла лапой своё порванное ухо, сняв с него паутину. – А что насчет тебя, Ра? Что достойного ты успел сделать с тех пор, как мы приплыли?

– Я успел достойно перекусить, – ответил я.

Миу вздёрнула усы:

– Это не считается.

– Конечно, считается. – Я зевнул и снова размяк. Слуги добрались до моего хвоста – обожаю!

– Сколько бы раз я это ни видела, до сих пор не могу поверить, – сказала Миу, наблюдая. – Кошки должны мыть себя сами, Ра. Вот так. – И она принялась вылизываться.

Я прикрыл глаза:

– Брр. Я не против иногда пригладить себе шёрстку тут или там. Но мыться полностью? Слизывать грязь своим языком? Ты, наверное, шутишь.

– Мы кошки, – сказала Миу. – Мы так и делаем.

– Только не кот фараона, – возразил я. – У меня для этого есть люди. Видишь? – Слуги закончили расчёсывать меня и взялись за флаконы с парфюмом.

– Духи? – оскорблённо взвилась Миу. – Ра, это переходит все границы.

Рис.2 Секрет гробницы фараона

– Это же Фивы, Миу. Ты ещё не видела город, но здесь так принято. – Слуги втирали парфюм в мой мех, и я радостно вдыхал аромат. – Ммм… Это мои любимые. Жасмин с нотками лотоса.

Миу сморщила нос:

– Кто-то должен спасти тебя от тебя самого, Ра.

Я вальяжно взмахнул лапой:

– Я в порядке. Не надо никого спасать.

Миу была непреклонна и проигнорировала мой ответ:

– Хепри, мы просто обязаны вмешаться. Нам нужно найти дело для Ра. И срочно!

Хепри щёлкнул передними лапками, выражая согласие.

– Слушаюсь!

Но у меня были другие планы. Завершив свою работу, слуги поклонились и отступили. Я поднялся с подушки, хорошенько потянулся и с надменным видом направился к двери.

– Ра, куда это ты собрался? – спросила Миу.

Хепри поспешил за мной:

– Да, куда ты?

Я остановился в дверном проёме.

– Это тайна, – ответил я и пустился наутёк.

Глава 2

Великий кот фараона

Рис.0 Секрет гробницы фараона

Поухаживали за мной или нет, я могу двигаться так быстро, как захочу. К тому времени, как Миу с Хепри догнали меня, я добрался до своей цели – внутреннего двора.

Хепри спрыгнул с Миу и взобрался на меня:

– Что происходит, Ра?

– Узнаешь через минуту, – ответил я.

Фараон стоял в окружении охраны. Его расшитая золотом туника сияла на солнце. Перед ним в низком поклоне согнулся визирь Юга, главный чиновник Фив. Как представитель фараона, он был ответственным за управление дворцом, сбор налогов, а также соблюдение законов на вверенной ему территории.

Увидев меня, фараон прервал свой разговор с визирем:

– Ра, ты выглядишь великолепно. Визирь, помнишь ли ты моего кота?

– Конечно, помню. – Повернувшись ко мне, визирь склонился ещё ниже. – Ра Всемогущий, Властелин Могучей Лапы, Великий кот фараона, я так рад снова приветствовать вас в царском дворце в Фивах.

Его поклон мне польстил, но меня так просто не обманешь. Визирь никогда не был моим поклонником, ведь я сорвал с него парик и разодрал его на глазах у всего двора. (Он выглядел точь-в-точь как крыса, клянусь вам.) Я был тогда всего лишь игривым котёнком, поэтому он мог бы уже простить и забыть. Но он не простил и не забыл.

Когда фараон отвернулся, визирь презрительно скривил губы. Я сделал то же самое в ответ, показав свои острые зубы.

Рис.3 Секрет гробницы фараона

Фараон улыбнулся нам обоим:

– Мы рады, что ты счастлив видеть Ра, визирь. Ведь вы проведёте вместе весь день.

Визирь растерялся:

– В-весь день? О, Правитель всех правителей, я этого недостоин.

– Может, и так, – согласился фараон, – но нам нужно, чтобы ты сегодня отвёз Ра в Долину Царей. Он будет позировать художникам, работающим над нашей гробницей. Они создадут фреску с ним, а ещё скульптуру. И то и другое – во весь рост.

– Вот, – сказал я Миу и Хепри. – Теперь вы знаете, почему мне нужно было хорошенько причесаться.

Миу была сбита с толку:

– Ты надушился, чтобы отправиться в гробницу?

– Это часть моего образа в целом, – ответил я. – Она задаёт нужный настрой.

Она потёрла лапкой нос:

– Угу, определённо.

– Мне всегда так хотелось увидеть Долину Царей, – мечтательно произнёс Хепри, сидя у меня на макушке. – Это ведь там хоронят фараонов в их пирамидах, да?

– Ты отстал от жизни, Хепри, – ответил я ему. – Никто больше не строит пирамиды. Слишком старомодно. И слишком заметно. С тем же успехом можно было бы поставить огромный знак с надписью «Грабители, тут лежат сокровища». Поэтому фараоны переключились на Долину Царей. Она охраняется, вход посторонним туда запрещён, и её могут посещать только царские особы. Гробницы строят в скалах, и так как они запечатаны, большинство людей даже не догадываются, где находится вход.

– Так, значит, там нечего смотреть? – разочарованно протянул Хепри.

– О, там множество пустынных утёсов, если тебе по душе такие пейзажи. Они выглядят весьма величественно, если застать их при правильном освещении. И, возможно, тебе удастся заглянуть в строящуюся гробницу фараона…

– О-о-о, – оживился Хепри. – Правда?

– Почему бы и нет. И пока ты будешь там, сможешь посмотреть и на мою тоже. Не могу вспомнить, что я рассказывал тебе о ней…

– Фараон сам её спроектировал, – прострекотал Хепри.

– Помещение будет присоединено к гробнице самого фараона, – вставила Миу.

– Стены будут отделаны сердоликом и ляпис-лазурью…

– На фресках будет изображён твой любимый бассейн…

– И там будет стоять золочёная кошачья статуя…

– С украшенной драгоценными камнями подушкой…

– И маленькими глиняными слугами…

– Которые будут расчёсывать твой мех…

– А ещё там будет саркофаг в форме кота, – закончил Хепри.

– Я и вправду так много о ней говорю? – удивился я.

– О нет, что ты, – ответил Хепри.

– О да, – ответила Миу.

– Ну, разве можно меня в этом винить? – Я был счастлив. – Это будет шедевр. А я говорил про всякие вкусности? – Одна только мысль о них заставила меня облизнуться: деревянные ящики, до краёв наполненные мумифицированными кусочками мяса перепёлок, козерога, антилопы и баранины. – Вот что-что, а голодать после смерти мне уж точно не придётся.

Насколько я понимаю, в этом и есть вся суть гробницы. Золочёная кошачья статуя с украшенной драгоценными камнями подушкой – прекрасные аксессуары, и я в восторге от глиняных слуг, которые будут ухаживать за мной всю оставшуюся вечность, но больше всего меня интересует именно еда – и не только потому, что я самую малость гурман. Как говорят священнослужители, для хорошей загробной жизни нужно две вещи: тщательно забальзамированная мумия и достаточное количество еды для поддержания духа. Если у тебя этого нет, остаётся лишь ждать прощального поцелуя потустороннего мира.

– Конечно, сейчас там идут работы, – напомнил я Миу и Хепри. – Поэтому мне и нужно им попозировать.

Хепри практически скакал у меня между ушей:

– Ра, можно мне поехать с тобой?

– Конечно, – ответил я. – Ты сможешь развлекать меня, пока они будут рисовать. Ты тоже можешь поехать с нами, Миу.

Она почесалась задней лапой:

– Нет, спасибо.

– Как ты можешь отказываться, Миу? – Содрогаясь от восторга, Хепри танцевал у моего уха. – Целый день в Долине Царей – ух ты! Мы сможем обследовать местность, Ра. И может, мы даже найдём Великую Тайну. Какую-нибудь жуткую, возможно – или даже спрятанные сокровища.

– Прости, Хепри. Я буду слишком занят – мне же нужно позировать. – В его взгляде появилось такое разочарование, что я добавил: – Но ты сможешь сам осмотреться там, если захочешь.

Хепри взглянул на свои крошечные передние лапки:

– Одному мне далеко не уйти.

С этим трудно было поспорить. Скарабеи маленькие, а Долина Царей огромна.

Миу громко вздохнула:

– Ладно, Хепри. Если тебе так хочется осмотреть Долину, я тебя покатаю.

– Но ты же сказала, что не поедешь.

– Я передумала, – ласково ответила Миу.

В нескольких шагах от нас фараон договаривался о делах с визирем:

– И последнее, визирь: до нас дошли слухи о недовольстве среди работников гробницы.

Визирь всё ещё стоял с опущенной головой:

– О, Правитель всех правителей, не беспокойтесь ни о чём. Рабочие гробницы рады служить вам, как и все мы. Мы недостойны даже смотреть на ваши ноги…

– Визирь, ты должен узнать, что там за проблема, и доложить нам до конца этого дня. – Фараон произнёс это тем решительным тоном, который был хорошо знаком мне с моих юных дней, когда я драл когтями мебель.

Визирь был совсем не глуп:

– О, Правитель всех правителей, я сейчас же отправлюсь туда.

– Давай-давай. – Фараон махнул рукой в сторону задней части двора. К нему подошли шесть мужчин, несущие изысканный паланкин (или людскую переноску, как я её называю). Визирь попятился назад, сгибаясь перед фараоном в полупоклонах, и забрался под прекрасный льняной балдахин.

– Давай, Ра, – сказал фараон.

– Держись, – прошептал я Хепри. Запрыгнув в паланкин, я приземлился почти на колени к визирю – серьёзный просчёт с моей стороны. Рука визиря схватила меня за загривок. Под балдахином, скрывающим нас от взгляда фараона, он попытался выкинуть меня из паланкина.

Хепри соскочил с моего меха и побежал по руке визиря. Тот взвизгнул и отпустил меня.

– Отличная работа, – прошептал я, когда Хепри запрыгнул обратно мне на голову.

– Жук! – Рот визиря скривился в гримасе отвращения. – Ползающий в кошачьей шерсти…

Если честно, люди слишком накручивают себя из-за насекомых.

– Это скарабей, – пояснил фараон. – Священное создание теперь неразлучно с Ра. Это великий знак божьей милости.

– Ты слышал, Ра? – тонкий голосок зазвучал у меня между ушей. – Я знак божьей милости.

– Да ну? – Я надкусил ломтик жареной баранины, любезно поданной слугами фараона. – А я-то думал, что ты просто мой приятель.

– Только этого мне ещё не хватало, – пробормотал визирь. – Мерзкая кошка с навозным жуком на голове.

Он так сильно сгорбился, что, вероятно, думал, что его никто не услышит. Но лицо фараона помрачнело:

– Что ты сказал, визирь?

Визирь испуганно посмотрел наверх и слабо улыбнулся фараону:

– О, Правитель всех правителей, я сказал… эм… именно этого мне так не хватало – царской кошки со священным жуком на голове. – Он погладил меня, обойдя рукой место, на котором сидел Хепри. – Это предзнаменование отличного дня.

– И правда. – Фараон оглядел меня с обожанием. – Ра идеальный компаньон для путешествий. Да хранит вас Амон-Ра во время вашей поездки.

Махнув мне рукой на прощание, он отвернулся. Шестеро носильщиков подняли паланкин на свои плечи.

– А где Миу? – взволнованно прошептал Хепри.

Пятнистый комок меха ввалился в паланкин.

– Извините, – сказала Миу. – Охотилась за крысой.

Визирь с отвращением взглянул на Миу:

– Я так полагаю, ты тоже под царской защитой. – Оглянувшись на отдаляющегося фараона, он оттолкнул всех нас от себя. – Если я увижу хоть один кошачий волосок на своей одежде, вы все поплатитесь за это. А про навоз я даже говорить не буду.

«Да ты ведь только что о нём сказал», – подумал я. И я знал, что Хепри подумал о том же, потому что он захихикал.

Я с комфортом растянулся в передней части паланкина и принялся драть подушки визиря. Миу устроилась рядом со мной.

Рис.4 Секрет гробницы фараона

Визирь надулся и уставился в другую сторону.

Паланкин закачался, и Хепри потёр лапками в предвосхищении:

– Мы едем в Долину Царей!

Глава 3

Место Истины

Рис.0 Секрет гробницы фараона

Солнце припекало. В паланкине было очень комфортно. К тому времени, как мы пересекли Нил и направились в глубь пустыни, я доел закуски и заснул, видя сны о тушёном мясе антилопы и жареных перепёлках.

– Просыпайся, Ра! – затрубил Хепри мне в ухо.

Я не открыл глаза и попытался отодвинуть его от себя лапой:

– Хепри, пожалуйста! – Ещё один кусочек мяса антилопы…

– Ра, мы приехали, – сказала Миу. – Ну, по крайней мере, мне так кажется.

Я открыл глаза – и тут же пожалел об этом. Окружённая стеной деревня из глинобитного кирпича выглядела такой же иссушенной и пыльной, как и утёсы позади неё, – небо и земля по сравнению с элегантными Фивами. Но это место было мне знакомо. Я уже приезжал сюда несколько лет назад, когда фараон выбирал место для нашей гробницы.

– Это Сет-Маат, – объяснил я Хепри и Миу, – Место Истины.

Хепри выглядел смущённым:

– Я думал, мы собирались в Долину Царей.

– Долина начинается там. – Я кивнул головой в сторону высоких утёсов к северу от нас. – А в Сет-Маате живут рабочие. – Я повернулся к толпе, собирающейся у стен. – Глядите-ка! Они ждут меня.

С Хепри, повисшим у меня на шее, и Миу, следующей за мной по пятам, я вышел поприветствовать свой народ.

Грузный мужчина с синими от чернил пальцами сделал шаг вперёд и поклонился. В одной руке у него была деревянная палочка, а в другой – доска для письма.

– Добро пожаловать в Сет-Маат, Властелин Могучей Лапы. Мы были так горды услышать от фараона, что нам представится честь принимать вас.

– Эй, да я его помню, – прошептал я Хепри и Миу. – Это писарь гробницы.

Встречали ли вы когда-нибудь писаря гробницы? Если у вас нет собственной гробницы, то вряд ли. Он нужен для следующего: когда фараон или визирь отправляют указы рабочим гробницы, писарь гробницы зачитывает их для всех и пишет ответ. Он сообщает фараону и визирю, что указы были получены, и уведомляет их о возникающих проблемах. В его работу также входит писать обо всём, что происходит на месте строительства гробницы: о каждом одолженном зубиле, о каждом отсутствующем рабочем, о каждой уплаченной монете.

У фараона также есть стража в Долине Царей. Их начальник – капитан стражи, и они охраняют как строящиеся гробницы, так и те, что уже завершены и запечатаны. Но за самими рабочими следит писарь. А их очень много. Чтобы построить гробницу, нужны бригадиры, плотники, каменщики, штукатуры, скульпторы, ювелиры, художники и другие ремесленники – и писарь ведёт наблюдение за ними всеми.

Короче говоря, писарь гробницы наделён огромной властью, и этот конкретный был главным в Сет-Маате.

Его голос продолжал гудеть, когда писарь поклонился Миу и визирю:

– Я рад приветствовать и достопочтенную свиту Властелина Могучей Лапы.

Вместо ответа визирь вгляделся в толпу:

– Да вы посмотрите-ка, сколько бездельников. Вы почему не работаете?

– Именно это я и собирался сказать, мой господин, – без запинки ответил писарь. – Вчера мы праздновали ежегодное торжество в честь древнего основателя Сет-Маата, а сегодня пришло время вернуться к обычной рутине.

– Ещё один праздник? – Визирь зарычал на толпу. – Фараон не за это платит вам жалованье!

По толпе пробежал ропот, худой мужчина с кисточкой в руке сделал шаг вперёд:

– О, Великий визирь, если уж зашла речь о жалованье, вероятно, пришло время напомнить вам, что вы задержали нам выплату положенных нам хлеба и пива в прошлом месяце, и в позапрошлом, и в позапозапрошлом.

Толпа позади него загудела, выражая согласие, но писарь ткнул в мужчину своей палочкой:

– Хватит, Пенту.

Но Пенту продолжил:

– И вы урезали нам зарплату, хотя мы стали работать больше…

– Кто разрешил тебе говорить? – Визирь так разозлился, что практически выплёвывал каждое слово. – Если я ещё хоть раз услышу, что ты жалуешься на зарплату, я тебя уволю! – Он повернулся к толпе: – И ко всем вам это тоже относится!

Все замолчали. Плечи Пенту бессильно опустились, и его кисточка упала на землю. Стоявший позади него худенький мальчик поднял её и молча вернул мужчине.

– Вы все слышали достопочтенного визиря, – выкрикнул писарь. – Возвращайтесь к работе! – Он повернулся к высокому парню рядом с Пенту: – Кроме тебя, Хайя.

Очевидно, польщённый тем, что его выделили, Хайя самодовольно ухмыльнулся и выставил напоказ свои мускулы:

– Хотите убедиться, что бунтарь Пенту будет держать рот на замке, господин писарь? Скажите только слово…

– Не сейчас, Хайя. – Писарь подвёл его к визирю. – Мой господин, это плотник Хайя, про которого я вам писал в своём последнем письме. Он помогает мне с разными делами.

– Правда? – Визирь уставился на Хайю, пронизывая его взглядом. – Я слышал, ты очень способный. И не болтливый.

Ухмылка Хайи растянулась ещё шире, и он низко поклонился:

– Я нем как могила, господин визирь.

– Хайя обустроил для вас место у деревенской ограды, – пояснил писарь визирю. – Я приказал ему построить платформу в прохладной тени от стены с хорошим освещением. Вам нужно сопроводить кота фараона туда, и наши лучшие художники приступят к работе.

Визирь даже не взглянул на меня. Щёлкнув пальцами, он подозвал стоящего неподалёку мальчика – того самого, который подобрал кисточку Пенту:

– Эй ты. Отнеси кошку куда следует.

– Но…

– Без возражений! – рявкнул визирь.

Сжавшись, мальчишка нагнулся ко мне. Ему было примерно столько же лет, сколько старшему сыну фараона – одиннадцать или около того. У него были длинные пальцы, длинная шея и настороженные, голодные глаза.

– Он похож на Пенту, тебе не кажется? – прошептал Хепри.

– Хм… Да, – согласился я. Если они были родственниками, неудивительно, что мальчик испугался визиря.

Когда визирь горделиво удалился, мальчик улыбнулся мне и протянул руки:

– О, Милостивый кот фараона, не окажешь ли ты мне честь…

Я не особо люблю, когда меня берут на руки незнакомцы. Но я не хотел, чтобы мальчик попал в беду, поэтому позволил поднять себя.

К моему облегчению, он знал, что нужно делать. Если честно, мальчик вполне мог бы получить место официального носильщика котов.

– Моя мама обожала кошек, – прошептал он мне. – Я мало что о ней помню, но это вот помню. Поэтому и я люблю кошек.

Через несколько мгновений мы прошли через ворота в деревню. Внутри своих высоких внешних стен Сет-Маат выглядел таким же тесным и оживлённым, каким я его запомнил, с пыльными домами, стоящими друг за другом. Водовозы и рабочие сновали по узким шумным улочкам, пропахшим дымом и кухонными отходами.

– А, – с нами поравнялся писарь, – Кенамон, я смотрю, ты уже познакомился с котом фараона. Очень хорошо! – Он подвёл нас к платформе у ворот. – А теперь посади его на пьедестал – вон тот, на свету, установленный Хайей, – и доставай свою дощечку и краски. Я жду от тебя сегодня прекрасной работы.

Кенамон усадил меня на мой пьедестал, и я уставился на него с удивлением. Этот мальчик – мой портретист?

Глава 4

Проблема

Рис.0 Секрет гробницы фараона

Если я был удивлён, то что уж говорить о визире. Усевшись рядом с моим пьедесталом, он сказал:

– Этот мальчишка слишком молод для этой работы, писарь. Сколько ему лет? Десять?

– Почти двенадцать, мой господин, – ответил писарь. – И он лучший художник из тех, что я встречал. Он начал работать в гробницах в прошлом году, и в предыдущем месяце я сам нанял его, чтобы он нарисовал мою любимицу, Менуи.

Положив свои вещи и дощечку для письма, он тоже сел и предложил визирю закуски и вино. Вино меня не интересовало, но до меня донеслись ароматы пряного гуся, и они сводили меня с ума. Неужели меня так никто и не угостит?

Рис.5 Секрет гробницы фараона

Уж точно не визирь. Закинув кусочек себе в рот, он уставился на парнишку-художника. Тот доставал свои краски из коробки, что стояла на земле.

– Он похож на того бунтаря из толпы.

– Да, это его отец, – подтвердил писарь. – Но от мальчика никогда не было проблем. – Он понизил голос, но я всё равно прекрасно всё слышал. Кошки слышат всё. – Отец потратил почти все деньги на лекарства для своей жены, так что они еле сводят концы с концами. Но для нас это даже к лучшему, мой господин. Чтобы заработать дополнительные деньги, мальчик берётся за любые подработки в своё свободное время. Вы можете нанять его для работы в вашей собственной гробнице, мой господин, за весьма невысокую плату…

– Вы заинтриговали меня, писарь. Давайте посмотрим, на что этот мальчишка способен. – Продолжая пронизывать Кенамона своим взглядом, визирь поднял с тарелки ещё один ломтик.

Когда и писарь проглотил свой кусок, я тихо мяукнул, но они проигнорировали меня.

– Для начала мальчик должен сделать несколько набросков, – сказал писарь. – Рисовать саму картину он начнёт позже. Она будет чудесна, даю вам слово.

Хайя всё это время тихо переговаривался с другим плотником. Теперь же он подошёл к писарю и кивнул. На его лице снова сияла ухмылка, и по одному его виду было понятно, что ему не терпится поделиться каким-то секретом:

– Можно вас на пару слов, господин писарь? И вас тоже, господин визирь…

Я пропустил их разговор, потому что ко мне подошёл другой хорошо сложенный мужчина, чьи пальцы были испачканы глиной, и поклонился мне. Он был старше Хайи, и меня порадовало отсутствие какой-либо ухмылки на его лице. Его глубоко посаженные глаза были серьёзны, но в них я видел доброту.

Он положил передо мной плотную полоску вяленой свинины:

– О, Великий кот фараона, Властелин Могучей Лапы, я скульптор Бек. Мне выпала великая честь изваять вашу статую. Прошу вас принять моё подношение.

Если честно, вяленая свинина не соответствовала моим стандартам о еде. Но визирь только что проглотил последний кусочек пряного гуся, поэтому я решил поощрить Бека за старания.

– Ты собираешься это съесть? – удивлённо спросил Хепри, когда я впился зубами в полоску мяса.

– Чисто из вежливости, – ответил я.

Свинина была совсем не так плоха, как я ожидал. Возможно, благодаря особому воздуху в пустыне. А может, я просто проголодался.

Я облизнулся, и Бек улыбнулся мне:

– А теперь, Великий кот фараона, позвольте мне приступить к работе. Вы не могли бы просто сесть вот так? – Он протянул руки, чтобы показать мне, но я сам принял нужную позу, подобрав под себя задние лапы и высоко подняв голову.

Бек засиял:

– Да, вот так – просто идеально.

Вернувшись к установленному для него столу, он начал придавать форму куску глины, по своему размеру точно соответствовавшему моей голове. Я перевёл взгляд на Пенту, потом снова на Бека. Они оба были полностью сконцентрированы на мне. Как чудесно!

– Не двигайтесь, – выдохнул Бек, и я замер.

– Творение Бека будет прекрасным, – сказал писарь визирю. – Он лучший скульптор в Сет-Маате, как был и его отец, и отец его отца, и дальше вверх по их линии. На протяжении веков каждый фараон выбирал представителей этой семьи для работы над своей гробницей.

Я постарался придать своей мордочке самое невозмутимое выражение в надежде, что Бек увидит, как сильно я похож на своего знаменитого предка, кошачью богиню Бастет.

– Эй, посмотри-ка, что рисует Кенамон! – Хепри приподнялся на моём ухе, чтобы лучше видеть. – Это ты, один в один, Ра!

Ох, что за пытка! Мне очень хотелось понаблюдать за тем, как он рисует, но чтобы портрет и скульптура вышли приличными, я должен был сидеть неподвижно.

Я тихонечко мяукнул от безысходности. Словно поняв меня, мальчик наклонил свою дощечку, чтобы я мог посмотреть.

– Гляди-ка, – радостно прошептал Хепри. – Он и меня нарисовал!

Это и в самом деле был портрет нас двоих – и что это был за портрет! Кенамон сумел не только передать мою врождённую величавость, но и изобразить Хепри так, словно он действительно был знаком божьей милости. Очень впечатляет, скажу я вам.

Когда Кенамон вернулся к работе, мимо плотника Хайи прошагал накачанный мужчина, и тот помрачнел. Покрутив в пальцах кольца, незнакомец склонился перед визирем в элегантном поклоне.

– Я Неферхотеп, золотых дел мастер, мой господин. Меня прислали, чтобы я сделал копию ошейника кота фараона.

– Копию? – нахмурился визирь. – Для чего?

Неферхотеп снова вывернул пальцы:

– Чтобы его статуя была украшена должным образом, мой господин. Можно мне снять с него ошейник?

Я еле подавил свой вопль. Эта полоска золота с бусинами была подарком самого фараона. Я получил этот ошейник, когда был ещё котёнком.

– Если он тебе нужен, то снимай, – приказал визирь. – И не медли. У нас и так мало времени.

Нетерпеливые пальцы Неферхотепа дёрнули меня за шерсть, и ошейник упал.

Без него я не чувствовал себя самим собой. Но никто как будто даже не заметил. И Миу, объявившаяся у моего пьедестала, – тоже.

– Ну, если Ра уже устроился тут, может, мы с тобой пока осмотрим окрестности? – спросила она Хепри.

– Конечно. – Хепри спрыгнул на её спину. – Следующая остановка: Долина Царей!

– Подожди-ка, – оторопел я. – Ты же вроде собирался развлекать меня, помнишь?

– Мы расскажем тебе о наших приключениях, когда вернёмся, – радостно заявил Хепри.

Через мгновение они скрылись из виду, и на меня накатила обида. Как могли мои друзья бросить меня тут?

Но, поглощённый чувством жалости к самому себе, я ошибался, считая, что остался совсем один.

Рис.6 Секрет гробницы фараона

– Ух ты. Это что, духи? – Я заметил огромного, полосатого, как тигр, кота, идущего вальяжной походкой. Обтеревшись о Бека, который ему улыбнулся, он неторопливо подошёл к моему пьедесталу. – О, да неужели это сам Властелин Пафосные Лапы – тут, у нас, в Сет-Маате?

Властелин Пафосных Лап? Это он обо мне?

Я мало что мог сделать, чтобы поставить его на место, ведь мне нужно было сохранять позу, но я вздыбил свою шерсть, чтобы показать ему, кто тут главный:

– Мой титул нужно произносить как «Кот фараона, Властелин Могучей Лапы».

– Да ладно? – Голос кота звучал грубо, но у него была харизма, и его зелёные глаза смеялись надо мной. – Мы, кошки пустыни, мало внимания уделяем титулам.

– А ты-то кто? – спросил я.

– Я Сабу. Я тут главный, Пафосные Лапы.

– Я – кот фараона, – процедил я сквозь сжатые зубы.

Прежде чем я успел что-нибудь добавить, ко мне подбежала Миу с Хепри. Мой друг вцепился в шерсть у неё на шее.

– Ра, я тут поговорила с местными кошками, и у меня чудесные новости. – Заметив Сабу, она умолкла. – Боже мой, так это правда. Сабу, что ты здесь делаешь?

– Миу? – Сабу выглядел более чем довольным. – Сколько лет, сколько зим!

Я в изумлении наблюдал, как они поприветствовали друг друга касанием усов.

– Миу, ты знаешь этого кота?

– Конечно, Ра. – Она с нежностью взглянула на Сабу: – Это мой кузен.

– Восьмиюродный брат во втором поколении по материнской линии, – подтвердил Сабу (для кошек такие детали очень важны).

– Но мы не виделись с тех пор, когда я была совсем ещё котёнком, – добавила Миу, снова касаясь Сабу усами. – Последнее, что я о тебе слышала, Сабу, это то, что ты отправился искать приключения.

– А ты отправилась во дворец, – ответил Сабу. – Мне всегда было интересно, как у тебя там всё сложилось.

– У меня всё отлично, – сказала Миу. – Как видишь, я нашла друзей. А ты обрёл свой дом здесь?

– Я живу с Беком, лучшим ремесленником во всей деревне. – Сабу кивнул головой в сторону скульптора.

Рис.7 Секрет гробницы фараона

Я просто не мог не поспорить с ним:

– Кенамон тоже довольно хорош, судя по тому, что я видел.

– Кенамон? – с пренебрежением переспросил Сабу. – Он не плох, но он ещё ребёнок. Он любит повалять дурака. А вот Бек – настоящий мастер своего дела. – Он с обожанием посмотрел на скульптора. – Я знаю, о чём говорю. Я живу с ним уже много лет.

– Мне бы так хотелось узнать побольше о твоей жизни, – сказала Миу. – Если у тебя есть время, может, ты покажешь нам, что тут есть? Мы с Хепри думали о том, чтобы посетить Долину Царей, но мы не знаем, по какой дороге идти.

Прежде чем Сабу успел что-нибудь ответить, из-за ворот донёсся какой-то шум. Судя по звукам, там собиралась толпа.

– Что происходит? – властно спросил визирь. – Надеюсь, это не очередной праздник, писарь?

– Нет, мой господин. – Писарь повернулся к плотнику, всё ещё сидящему рядом с ним. – Хайя, заставь их разойтись. Скажи им, что визирь недоволен.

Хайя был на полпути к воротам, когда толпа прошла через них. Во главе толпы шёл молодой стражник в пыльной набедренной повязке с острым копьём в руке.

– Мои господа! – Стражник неуверенно обратился к писарю и визирю. – Одну из гробниц ограбили!

Глава 5

Защитник мёртвых

Рис.0 Секрет гробницы фараона

– Расхитители гробниц! – Я спрыгнул со своего пьедестала, распушив хвост. – Давайте я ими займусь!

Если и есть что-то более подлое, чем расхищение гробниц, то я об этом не знаю. Обычные воры тоже поступают нехорошо, но расхитители гробниц портят вашу загробную жизнь. Я говорю об уроне, нанесённом в вечности. Это просто самая большая подлость изо всех возможных.

С поднятым хвостом я направился к воротам.

– Я найду их, кто бы они ни были. Они узнают, что Ра Всемогущему лучше дорогу не переходить.

– Уймись, Ра! – прервала меня Миу. – Послушай стражника.

– Это правда, мои господа. – Копьё в руках стражника затряслось. – Говорю вам, в Долине вчера видели бога Анубиса. Он напал на наших мужчин, а потом вошёл в гробницу.

Писарь и визирь побледнели, как и Кенамон. Хайа прекратил ухмыляться, а у Неферхотепа затряслись руки. Скульптор Бек и вовсе подхватил Сабу и прижал его к себе, словно пытаясь защитить.

Анубис всегда производит на людей такой эффект. Он проводник в загробную жизнь с шакальей головой, защитник мёртвых, взвешивающий души. Из всех богов Египта Анубис – самый пугающий.

Но я никогда раньше не слышал, чтобы он грабил гробницы.

– Разве Анубис не должен охранять гробницы? – прошептал я Миу и Хепри.

– Определённо должен, – согласилась Миу. – Если вам интересно моё мнение, вся эта история дурно попахивает. Зачем Анубису грабить гробницу? Это делают люди. Хотелось бы знать, что там случилось на самом деле.

– Это Великая Тайна! – ликовал Хепри. – Даже ты не можешь это отрицать, Ра.

Он был прав. Я не мог. Хотя часть меня сожалела об этом. Ведь оставалась вероятность, что Анубис всё-таки был в этом замешан, а он тот самый бог, с которым вам бы не хотелось иметь никаких дел.

– Эм… Может, нам лучше позволить заняться этим визирю? – спросил я.

– Визирю? – Хепри скатился по меху Миу и приземлился у моих ног. – Ра, это ограбление царской гробницы. А ты кот фараона. На тебе лежит ответственность.

Мой хвост уже не стоял столбом, но мне пришлось признать, что он прав. Ограбление царской гробницы определённо было делом, за которое должен был взяться кот фараона.

– Ладно, ладно, – сдался я. – Попробуем разузнать. Но только немножко.

– Ура! – Хепри взобрался мне на голову. – Быстро! Стражник уводит визиря и писаря к месту преступления. Хайя идёт за ними. Давайте тоже пойдём туда.

Рис.8 Секрет гробницы фараона

В итоге нам удалось пробраться в паланкин визиря. Не сказать, чтобы визирь был этому рад.

– Держитесь от меня подальше, зверьё, – пробурчал он.

Проигнорировав его, я впился когтями в трофейную подушку и наблюдал, как скульптор Бек гладит Сабу и кормит его с руки кусочками какой-то еды. Сабу поглощал угощения с видом правителя, принимающего подношения.

Может, это всего лишь кусочки вяленой свинины, успокаивал я себя. Ничего такого, что могло бы возбудить взыскательный аппетит кота фараона. Но мой желудок всё равно заурчал. Как так получилось, что Сабу получает угощения, а я нет?

К нам подошёл писарь, и я повернулся к нему в надежде, что он наполнит мои миски для еды. Вместо этого он подтолкнул к нам Кенамона:

– Возьмите мальчика с собой, визирь. Пусть он зарисует, какой ущерб нанесён гробнице. Эти рисунки понадобятся мне для записей и отчётов.

Визирь взглянул на Кенамона с презрением:

– А почему он не может пойти с вами, писарь?

– Мы со стражником сможем идти наравне с вами, как и Хайя, – ответил писарь. – А вот мальчишка будет нас задерживать.

– Ваша взяла. – Визирь жестом указал Кенамону на место внутри паланкина: – Садись рядом с кошками, парень.

Кенамон, судя по его виду, был рад присоединиться к нам. Ради него я принял величественную позу и замер в ней. Мальчик потянулся к своей коробке с материалами для рисования, глядя на меня с обожанием.

Мне это доставило почти такое же удовольствие, какое доставляла еда.

Рис.9 Секрет гробницы фараона

Мы были на полпути к Долине Царей, когда я осознал, что случилось нечто ужасное.

– Мой ошейник! – Я сокрушённо мяукнул. – Мы оставили его в Сет-Маате.

– Не волнуйся, – ответил Хепри. – Он же не пропал. Неферхотеп за ним присмотрит.

Но мне от этого было не легче. Моё ожерелье не должно было остаться у вертлявого ювелира. Оно должно было висеть на моей шее.

– Ему, наверно, даже безопаснее оставаться в Сет-Маате, – подметила Миу. – Если бы ты потерял его среди утёсов, то уже никогда не нашёл бы.

– Вы упускаете главное, – запротестовал я. – Ошейник – часть меня. Это подарок фараона.

Миу посмотрела на меня искоса:

– Знаешь, Ра, кошкам вообще-то не нужны украшения.

– А вот этому коту – нужны, – печально ответил я. О, тончайшая золотая цепочка! О, бренчащие золотые бусинки! – Если бы у тебя они были, ты бы меня поняла.

– Ну, у меня их нет, – сказала Миу. – Но я же как-то выживаю.

– Как и я, – пискнул Хепри. – Не грусти, Ра.

Я был безутешен. Когда мы добрались до места нападения, мне стало ещё хуже. Было так жарко, что мой мех едва не покрывался волдырями.

– Ой! – Я одёргивал свои лапы почти сразу, как только опускал на землю. – Ой! Ой! Ой!

Удобно устроившись у меня между ушами, Хепри погнал меня вперёд:

– Иди за Миу. Она отлично справляется.

– Миу кухонная кошка, – ответил я ему. – Она привыкла к жаре.

– И ты привыкнешь, – заверил меня Хепри.

Ему легко говорить. Ведь это не ему приходилось обжигать свои лапы о горячие, словно сковородка, камни.

Сделав ещё один мучительный шаг, я был спасен – Кенамон взял меня на руки:

– Извините меня за эту вольность, Ра Всемогущий, но вы выглядите так, словно вам нужна помощь.

Это действительно была вольность, и в обычных обстоятельствах я бы ему такое не позволил. Но в нынешних условиях я его сразу же простил. Какой осмотрительный мальчик!

Лениво развалившись в руках Кенамона, я спросил Хепри:

– Что за человек идёт между визирем и писарем? Он вылитый Хайя.

Ну, на самом деле не прямо «вылитый», ведь этот человек был на голову выше, а его губы не были искривлены в ухмылке. И всё же сходство было очень сильным.

– Это капитан стражи, – сообщил мне Хепри. – Тссс. Он рассказывает о нападении.

В своей помятой униформе капитан выглядел так, словно не спал всю ночь.

– Вон там мы нашли стражников, брошенных умирать. – Он указал на скалы.

– Когда они пропали? – спросил писарь. Он разложил свои принадлежности между двумя камнями и делал пометки на доске для письма.

Капитан со смущённым видом потёр нос:

– Ну… Эм… Сложно сказать. Прошлой ночью всё было немного не так, как обычно, из-за праздника и торжества.

– Поверить в это не могу! – Визирь был разгневан. – Здесь вообще есть хоть кто-нибудь, выполняющий свою работу?

– О, мы выходили в дозор, мой господин, – спешно ответил капитан. – У нас сейчас не хватает людей, но мы знаем свои обязанности. Мы просто думали, что два этих стражника укрылись где-то от песчаной бури, разразившейся перед рассветом. Но они не вернулись и утром, поэтому мы отправили поисковый отряд. Мы нашли их в очень плохом состоянии.

– А что там насчёт Анубиса? – спросил визирь.

– Оба парня говорят, что видели бога прямо перед тем, как их сшибли с ног, мой господин. И один из них видел в руках у бога сокровища.

Глаза визиря сузились:

– Я хочу их допросить.

– Их здесь нет, мой господин. Они залечивают раны в караульне…

– Отправьте за ними людей, – гаркнул визирь. – Сейчас же!

После того, как капитан неохотно отдал приказ, писарь спросил:

– Какую гробницу ограбили?

– Я не могу точно сказать, – признал капитан. – Песчаная буря занесла все следы, а печати на тех гробницах, что мы успели проверить, не тронуты. Нигде нет никаких повреждений. Но мы нашли вот это. – Он достал из сумки золотое кольцо и протянул его писарю: – Кажется, мне удалось прочитать надпись на нём, но я не эксперт.

Писарь вгляделся в кольцо:

– Оно из гробницы Сетнахта.

Сетнахта? Он был одним из выдающихся прародителей фараона, хозяином Памиу, моего предка. И Сетнахт, и Памиу были в своё время легендами, так что саркофагу, в котором лежала мумия Памиу, также суждено было стать легендой. Сделанный из золота и дерева, он должен был быть похож на живую кошку, с золотым мехом и глазами из блестящего янтаря.

– Сетнахт, да? – Капитан кивнул. – Я так и прочитал. Мы проверили его гробницу, и она всё так же запечатана, но, похоже, кто-то нашёл другой вход. Нам нужно вскрыть печати и посмотреть, что ещё оттуда украли – с вашего разрешения, мои господа.

Вместо ответа писарь передал кольцо визирю.

Визирь сжал кольцо в кулаке.

– Капитан, как вы можете просить нас о том, чтобы вскрыть священное место упокоения Сетнахта? Насколько нам известно, это кольцо никогда и не было в гробнице. Возможно, его подменили во время похорон Сетнахта, больше века назад.

– Его нашли на земле, рядом со стражниками, на которых напали, – ответил капитан. – Маловероятно, что оно лежало там целое столетие, мой господин. Всю территорию регулярно осматривает дозор, там постоянно проходят бригады рабочих. А золото блестит на солнце.

Визирь нахмурился. Писарь что-то перечеркнул на своей доске.

– Никто не хочет ломать священные печати на гробнице, – продолжил капитан. – Но если есть подозрения, что её ограбили, мы обязаны что-то предпринять. Если вы не можете дать разрешение, я буду вынужден поехать к самому фараону.

Визирь покраснел, хотя я не мог сказать, от смущения или от гнева.

– Ладно, – рявкнул он. – Вскрывайте гробницу.

Рис.8 Секрет гробницы фараона

Если сначала лицо визиря было красным, то когда они распечатали гробницу, оно стало ярко-пурпурным. Наши глаза едва успели привыкнуть к тусклому свету факелов во внутренней камере, как он завопил:

– Воры! Предатели! Еретики! Они нарушили вечный покой Сетнахта! Они украли его сокровища!

Сидя на руках у Кенамона, я потрясённо осматривал гробницу.

Она была разрушена.

Воры сняли золото со статуй. Они искромсали покрытую золотом мебель – вероятно, чтобы вынуть драгоценные камни. Но хуже всего было то, что они вскрыли огромный каменный саркофаг, в котором лежала мумия Сетнахта, и сорвали с неё бесценные амулеты и ожерелье.

– Они забрали даже скарабея его сердца, – тихо сказал Хепри, глядя на обнажённую грудь мумии.

Туда, где у мумии сердце, помещали камень в виде скарабея. Он должен облегчить путь умершего в загробный мир. Скарабей сердца Сетнахта наверняка был огромным и, вероятно, выполненным из яшмы или аметиста. Очень ценным, проще говоря.

– Святотатство! – закричал визирь, и я был вынужден согласиться.

Но затем, спрыгнув на пол, я увидел нечто похуже.

– Хепри! – крикнул я. – Миу!

Миу поспешила ко мне.

Хепри вцепился в мою шерсть.

– Что такое, Ра?

Я сделал жест трясущейся лапой.

– Смотрите! – Мне пришлось прикрыть собственные глаза, чтобы не видеть это ужасное зрелище. – Мой великий предок, Памиу – это его мумия валяется на полу. Грабители украли его золотой саркофаг!

Глава 6

На охоте

Рис.0 Секрет гробницы фараона

Я заставил себя вновь взглянуть на кошачью мумию. Уши были отломаны, бинты распущены. Сквозь время и пространство я словно услышал голос Памиу: «Отомсти за меня, Ра Всемогущий. Убедись, что правосудие восторжествует».

Как я мог проигнорировать такой зов?

– Великий Детектив берётся за дело, – громко пообещал я.

Хепри прокашлялся:

– Ты имел в виду, Великие Детективы.

– Верно, – согласилась Миу. – Мы команда.

И правда. Мы договорились об этом, когда завершили наше предыдущее дело.

– Но это дело – личное, – сказал я им. – Это мой предок лежит здесь. Поэтому я должен обо всём позаботиться.

– Мы вместе сделаем это. – Взмахнув хвостом, Миу шагнула к осквернённой мумии Памиу. – Ты думаешь, что я не расстроена, Ра? Кошка есть кошка.

– Но эта кошка – особенная, – напомнил я ей. – Ведь далеко не каждый кот фараона получает золотой саркофаг. Этой чести удостаиваются только лучшие, только самые любимые. – Понизив голос, я признался: – Если честно, я тоже надеюсь получить такой.

Миу вздохнула и подняла взгляд на Хепри. А я вернулся к бедной растрёпанной мумии Памиу, чтобы осмотреть её. Без сомнения, грабители сорвут с его прекрасного саркофага яшмовые глаза, а остальное расплавят на золото.

Люди догнали нас лишь спустя какое-то время, и писарь наконец обнаружил мумию Памиу.

– Визирь, посмотрите-ка сюда. Саркофаг кота тоже украли. Ещё один бесценный объект!

– Составляйте список, писарь. Нужен список. – Постепенно отходя от своего первоначального гнева, визирь бродил по погребальной камере. – Записывайте всё, что пропало. Всё, что отсутствует там, где должно быть. И главное, найдите, как воры пробрались сюда. Мы не сможем поймать их, пока не поймём, как они всё это провернули.

Вместо того чтобы усесться с доской для письма, писарь впихнул свои принадлежности Кенамону.

– Эй ты. Начинай рисовать. Мне нужны описания всего ущерба, который мы видим.

– Нигде нет даже намёка на вход, – сообщил капитан, исследуя стены. – Я не понимаю, как они это сделали.

Он опустил свой зажжённый факел, в камере стало темно, и мы все оказались погружены в довольно жуткую атмосферу.

– Ануууууууууубис.

Легчайший шёпот выдохнул это имя, но я навострил своё ухо, как только услышал его. Все замерли, а визирь с писарем уставились друг на друга дикими глазами.

Миу слегка подтолкнула меня лапой. Она смотрела на Кенамона, и я заметил, что он был единственным из людей, кто не выглядел напуганным. В его глазах даже промелькнул огонёк. Я вспомнил, как Сабу говорил, что мальчик любит повалять дурака. Что он имел в виду? Что мальчик любит разыгрывать других? Может, он и есть этот шептун? Или же это бог мёртвых, предостерегающий нас, призывающий уйти?

Я обернулся к входу в туннель и охнул от испуга. К нам приближались две фигуры на негнущихся ногах. Они тихонько постанывали, и полоски ткани, в которые они были замотаны, трепетали в причудливых бликах света от пламени факелов.

Рис.10 Секрет гробницы фараона

– Мумии! – взвизгнув, я спрятался за погребальным сосудом.

– Визирь, – сказал капитан, – это стражники, на которых напали в скалах.

Ох.

– Сложно было не перепутать, – сказал я Хепри, фыркающему от смеха у меня на макушке. – Все эти бинты могут обмануть любого.

Я вышел из укрытия.

– Расскажите визирю, что с вами случилось, – приказал он мужчинам.

У одного из них, что был повыше ростом, была подвязана рука, и он сильно наклонял голову, словно она болела.

– Мы вместе были в дозоре, мой господин. Ночь была безлунной, и это было непросто. Но нам светили звёзды. – Он замолк и прикусил губу.

– Продолжай, – сказал капитан.

Голова мужчины опустилась ещё ниже.

– Сразу после полуночи мы услышали, как в каньоне воют шакалы. Обычно они так сильно не шумят, и мы решили, что нужно пойти посмотреть, что случилось. А потом они набросились на нас – десятки шакалов, все сразу, побежали прямо на нас, и мы потеряли друг друга из виду. Я стал взбираться на скалу, чтобы оторваться от них, но когда я повернулся… – Стражник закрыл глаза, словно не хотел вспоминать.

– То что? – потребовал продолжать визирь.

– Я увидел огромную шакалью голову. – Парализованный ужасом мужчина с трудом выговаривал слова. – Это был бог Анубис, и он был зол. И это последнее, что я помню.

У второго стражника, что был ростом пониже, голова была забинтована, а одна из ног – загипсована.

– Я тоже побежал, мой господин. Но потом услышал крик. И тогда я увидел великого бога Анубиса, поднимающегося передо мной, с полными руками золота и драгоценностей. – Его голос задрожал при одном воспоминании. – Божественная сила подчинила меня, и он стёр мою память. Больше я ничего не помню.

Визирь казался обескураженным. Как и писарь. Если честно, я и сам был обескуражен.

Я взглянул на Кенамона. Он казался таким же напуганным, как и все остальные. Огонёк в его глазах исчез.

– Я даже не знаю, что и думать. – Капитан оглядел гробницу тревожным взглядом. – Мы допросили их по отдельности, конечно же, но детали совпадают. И они оба поклялись, что их показания правдивы.

Факел замерцал, и в камере стало ещё темнее. В такой жуткой обстановке легко было представить тёмную волчью морду, вырисовывающуюся на фоне ночного неба. И в затянувшейся тишине почти можно было услышать тихие шаги бога-шакала, приближающегося к нам.

Меня затрясло. Хепри спрыгнул на пол, словно ему для спокойствия нужно было почувствовать твёрдую почву под ногами. Даже Миу выглядела обеспокоенной.

– Может ли это быть правдой? – сказал капитан почти шёпотом. – Может ли Анубис ходить по этой Долине?

Визирь уставился на настенную роспись перед собой, изображающую бога с чёрной головой шакала, взвешивающего сердца мёртвых. Она притянула и мой взгляд.

– Гробница была запечатана, – голос визиря был едва слышен. – И мы не нашли другой вход.

– Только бог мог войти, – прошептал писарь.

Они с визирем посмотрели друг на друга долгим неуверенным взглядом.

– Мне нужен свежий воздух. – Прижав ладонь к вспотевшему лбу, визирь, спотыкаясь, направился к туннелю. Встрепенувшись, писарь последовал за ним, вцепившись в собственные вещи и прижимая доску для письма к своей груди.

Я припал к земле, пытаясь укрыться от взгляда золотых глаз Анубиса на настенной росписи.

Нет никого храбрее кота фараона, конечно же. Мои друзья всегда так говорят. (Ну, не Хепри и Миу. Но все остальные говорят.) И всё же бог есть бог, и силы кота с ним вряд ли сравнимы. Наше мурлыканье может заставить вас, людей, говорить, но это всё, что мы можем. А от этого мало толку, когда вы имеете дело со стражем загробной жизни.

– Если честно, от всех этих историй про Анубиса у меня мурашки по коже, – сказал я Миу и Хепри. – Может, нам лучше уйти прямо сейчас?

Хепри щёлкнул крылышками с укором:

– Мы же Великие Детективы, Ра. Мы не позволяем нашим страхам одолеть нас. Мы выясняем правду.

– Верно, – согласилась Миу. – Нам нужно искать улики – неоспоримые факты.

– Ладно, – ответил я, всё ещё прижимаясь к земле. – Как насчёт того, чтобы поискать их снаружи?

– Ра, если мы сейчас выйдем, они могут не пустить нас обратно, – ответил Хепри. – Нам нужно обыскать гробницу, пока у нас есть такая возможность.

– Если ты боишься, тебе не обязательно тут оставаться, – попыталась приободрить меня Миу. – Мы сделаем дело и найдём тебя, когда выйдем.

– А кто здесь боится? – Я заставил себя подняться. Если кто-то и должен отомстить за Памиу, то это я. – Просто здесь немного темновато. И душновато.

И жутковато.

– Давайте посмотрим, не удастся ли нам выяснить, как грабители сюда пробрались. – Хепри пополз в угол камеры. – Проверьте стены, особенно снизу. О, и пол. Люди никогда не уделяют должного внимания полу.

Капитан со своим человеком и Хайей осматривали главную камеру и туннель, ведущий к ней, но Хепри был прав: они были не особо внимательны к тому, что находилось ниже их колен. Только Кенамон, казалось, изучал действительно всё, и он двигался очень медленно.

Хепри, Миу и я приступили к работе. Мы шаг за шагом двигались по периметру камеры, держась подальше от людей, обнюхивая (мы с Миу) и простукивая (Хепри) всё, что попадалось нам на пути.

Мы находились под позолоченным стулом, изучая сегмент пола, который люди пропустили, когда я поизнёс:

– Знаете, а это довольно трудная работа.

Миу прижалась носом к щели между двумя камнями.

– Такая работа, из-за которой чувствуешь голод, – сказал я.

Клик, клик, клик – не останавливался Хепри.

– Такая работа, – сказал я мечтательно, – из-за которой начинаешь мечтать о миске пряного козерога, стоящей прямо перед тобой. – Я закрыл глаза, представляя её. – Приправленного тмином, с лёгкими нотками корицы. Говорю вам, я практически чувствую его запах прямо сейчас.

– Забавно. – Миу села, насторожившись. – Я тоже чувствую запах корицы.

Продолжить чтение