Читать онлайн Обсессия бесплатно

От автора

Если вы это читаете, значит, я всё же смогла побороть свои сомнения и выложить этот черновик!

С «Обсессией» у меня сложились более трудные отношения, чем с моей первой книгой. Здесь я решила поднять темы, на которые раньше не говорила в рамках своего творчества, и писать о том, о чём до этого знала слишком мало.

Именно поэтому мне жизненно необходим ваш фидбек! Серьёзно, я рада любым оценкам и комментариям.

А если вам интересно узнать побольше о процессе написания и выходе новых глав, подписывайтесь на мой телеграм-канал! Там я публикую все новости и много болтаю на разные темы.

Желаю всем приятного прочтения и надеюсь, эта история займёт особое место в вашем сердечке!

Посвящение

Всем девушкам, которые были уверены, что недостойны Его.

Поверьте, это Он был недостоин Вас!

Плейлист

ROSÉ – toxic till the end

Halsey – Young God

James Arthur – Impossible

Chase Atlantic – Roxanne

Olivia Rodrigo – driving license

Olivia Rodrigo – jealously, jealously

JENNIE, Dominic Fike – Love Hangover

Conan Gray – Vodka Cranberry

Tate McRae – Greenlight

Tate McRae – Revolving door

Conan Gray – Yours

My Chemical Romance – The World Is Ugly

Arctic Monkeys – I Wanna Be Yours

The Neighborhood – Lovebomb

Глава 1

Вывеска «SMG» на здании яхт-клуба уже несколько минут гипнотизирует своим устрашающим видом. Рокси кажется, – нет, она уверена! – что вместо полного названия компании «Sinclair Marine Group», под логотипом мелкой антиквой написано: «Рокси, тебе здесь не рады».

Рокси вздыхает и переводит взор на лежащую на коленях подарочную коробку. Поправляет голубую ленту, которая, если приглядеться, завязана не по центру, а значит заставит и без того скромный подарок выглядеть неаккуратно.

Не порядок, Рокси. Ты можешь лучше!

Следуя наставлениям своего внутреннего голоса, спешно пытается исправить ситуацию с подарком, когда на запястье ложится смуглая рука Айви.

– Ты не должна этого делать, Рокс, – в голосе подруги ощущается искреннее беспокойство. – Мы можем отсюда уехать. Пройтись по магазинам или завалиться в ближайший бар. Только, пожалуйста, не нужно…

– Всё в порядке, Айвз, – Рокси натягивает улыбку и откидывается на спинку сиденья, чтобы выглядеть расслабленной. – Я не делаю ничего сверхъестественного, всего лишь иду на свадьбу бывшего парня, с которым мы не поддерживали связь уже три года.

Поправка. На свадьбу парня, из-за родителей которого она целый год посещала кабинет психиатра чаще Макдональдса. Может быть, гуманнее было бы придушить себя морской верёвкой, чем возвращаться сюда?

Ты не справишься. Ты снова облажаешься, Рокси!

Перед глазами предстаёт тот самый вечер, виноватый взгляд Ника и надменный тон Винсента и Присциллы Синклер. Рокси уже плохо помнит, что именно они говорили: по словам психолога, психика скрыла это, чтобы не дать окончательно сойти с ума.

Лучше бы она так поступила и со словами Ника. Потому что его тихое: «Прости, Рокс, мы не можем…» преследовало Рокси в кошмарах несколько месяцев. Несколько мучительно болезненных месяцев.

Но прошло три года. Рокси, хоть и не без проблем, окончила университет, прошла курс терапии, а её внутренний монстр в лице ОКР погрузился в крепкий сон, лишь изредка терроризируя своей назойливой компанией.

Как, например, сегодня.

– Мы опаздываем, это невежливо, – напоминает Рокси, прежде чем взять подарок и выйти из машины.

Айви вздыхает, раздражённо цокая языком, но всё же, поправив своё тёмно-синее платье, направляется за Рокси, следуя главному кодексу подруги: «Приключения на одну задницу – это хорошо, но на две ещё лучше!».

Здание яхт-клуба выполнено в американском колониальном стиле. Белый фасад, выложенные плиткой широкие тропинки и массивные колонны напоминают о статусе семьи, владеющей этим заведением.

У главного входа их встречает охрана. Рокси с нервной улыбкой достаёт из сумочки своё приглашение и отдаёт им. В этот момент у неё закрадывается надежда, что оно было прислано по ошибке, и среди списка гостей нет никого с именем Роксана Уоллес… Но этим надеждам не суждено оправдаться.

Грозный мужчина сначала оценивающе смотрит на растерянную Рокси, затем на скрестившую руки на груди Айви, и, сделав короткий кивок, приглашает их следовать на террасу. Оттуда доносятся громкая музыка, смех гостей и звон бокалов.

Оказавшись на месте празднования, Рокси и Айви с замиранием сердца озираются по сторонам. Левая часть террасы обставлена круглыми столами на шесть человек, покрытыми тончайшим белоснежным льняным полотном. В центре каждого стола – пышный букет голубых гортензий, аромат которых смешивается с морским бризом и дорогим парфюмом. Голубые бархатные салфетки, белые фарфоровые тарелки и аккуратные карточки с именами гостей, выполненные на плотном картоне с тиснением – столы буквально кричат о размахе, с которым была организована эта свадьба!

Большая часть мест пока пуста: мужчины в безупречно скроенных костюмах облюбовали бар, а молодые люди и женщины кружатся на танцполе у ди-джейской будки. Лёгкий сценический дым и переливы разноцветного неона играют на стеклянных и металлических поверхностях, отражаясь в бокалах и столовых приборах.

Рокси восхищённо озирается по сторонам, пока её взгляд останавливается на столе жениха и невесты, расположенном в конце террасы под изысканной свадебной аркой, украшенной свечами и композицией голубых гортензий.

Сердце Рокси пропускает удар, когда она читает приклеенную к столу золотую надпись «Доминик & Кейденс». Она нервно сглатывает, замечая, как за ним сидит человек, с которым они в последний раз виделись три года назад в этом же месте. И едва не теряет равновесие, когда его грустный взгляд обращается на неё.

Время словно замирает.

Ник ни капельки не изменился. Всё те же серые глаза, которые будто совсем недавно смотрели на Рокси с бесконечной теплотой, пухлые губы и аккуратно зачёсанные тёмные волосы. Будучи сыном бостонского аристократа с английскими корнями и испанской модели он унаследовал острые черты лица и бронзовый оттенок кожи, будто его ещё при рождении поцеловало солнце.

Словом, Ник выиграл генетическую лотерею. А Рокси проиграла ему своё сердце. И, кажется, продолжает проигрывать!

– Прекрати на него пялиться! – злобно шепчет Айви, возвращая Рокси в реальность. – Иначе мне придётся утащить тебя отсюда.

– Во-первых, это будет выглядеть странно, – шепчет Рокси. – А во-вторых, я просто рада видеть старого друга. Что в этом такого?

Ложь. Наглая ложь!

Айви цокает языком, хватает Рокси под руку – видимо, слишком буквально воспринимая просьбу «следить за ней», полученную накануне от неё самой – и ведёт к бару.

Рокси опускает голову. Патио выложено светлой плиткой, и она едва поспевает за подругой, стараясь не наступать на межплиточные швы.

Иначе случится катастрофа.

Только она успевает об этом подумать, как подошва начинает скользить, и Рокси неуклюже подаётся вперёд, едва не падая на кого-то из присутствующих. Но ей везёт: ловкие руки незнакомца ложатся на талию, придерживая и спасая от падения. Сердце будто замирает: центр подошвы стоит прямо на шве. Не к добру.

Айви тихо чертыхается. Рокси спешно переставляет ноги, отстраняясь от своего спасителя, и поднимает голову. Её словно ударяет током.

Боже, боже… Почему я?

Перед ней, уверенно возвышаясь, стоит Винсент Синклер. По его взгляду, направленному на Рокси из-под опущенных бровей, она понимает две вещи:

Первое: он совершенно не ожидал её здесь увидеть.

Второе: она – последняя, кого бы он хотел здесь видеть.

По телу бежит холодок. Может быть, то приглашение всё-таки было ошибкой?

– Роксана Уоллес, какой сюрприз! – восклицает Винсент.

И пускай его тон звучит дружелюбно, в прищуренных серых глазах Рокси отчётливо видит презрение.

– Мистер Синклер, – кивает она в знак приветствия.

Разумнее было бы натянуть улыбку: ту самую, которую она носила, отчаянно пытаясь заслужить расположение главы семьи своего – уже бывшего – парня. Но лицевые мышцы будто вмиг стали деревянными.

– Вы устроились сюда работать? – интересуется он, делая глоток янтарного напитка из бокала. – Потому что я не видел вашего имени в списке…

– Я её пригласил.

Ник появляется рядом словно из ниоткуда, навлекая на себя презрительный взгляд отца.

Рокси чувствует лёгкое прикосновение Айви к своему плечу: она явно ощутила растущее напряжение и предлагает скрыться в безопасном месте. Вот только с появлением Ника Рокси словно вовсе утратила способность двигаться.

– Сын, если ты не помнишь, эта юная леди…

– Моя бывшая одноклассница, – уверенно чеканит Ник. – И поэтому имеет полное право здесь присутствовать.

По лицу Винсента отчётливо видно: он в корне не согласен с этим утверждением. Рокси прикрывает глаза, готовясь к худшему. Снова ссора. Снова из-за неё.

Однако вопреки её опасениям, Винсент лишь вздыхает, многозначительно качает головой и удаляется к одному из столов, за которым сидит несколько мужчин примерно его возраста в дорогих костюмах.

Теперь, когда самое страшное осталось позади, Рокси поворачивается к Нику. Их взгляды сталкиваются, и, кажется, в этот момент воздух сотрясается, будто где-то неподалёку взорвалась бомба.

Бомба под названием «влечение к бывшему парню».

– Рад тебя видеть, Рокс, – Ник протягивает руку, и до Рокси только спустя несколько секунд доходит, что её нужно пожать.

Опомнившись, она быстро обхватывает его руку своей. Это становится ошибкой. Прикосновение к мягкой коже сладким теплом растекается по всему телу. Рокси поднимает взгляд. Лицо Ника находится на опасно близком расстоянии. Она слышит лёгкий аромат его парфюма, который идеально сочетается с запахом солёного бриза.

Серые глаза Ника будто гипнотизируют, заставляя провалиться в воспоминания…

– Скорее, Рокс!

Молния издаёт скрип, – и его джинсы мгновенно оказываются на полу. Рокси на цыпочках делает шаг назад.

– Осторожно, – шепчет она, – я не должна наступать на…

Ник не даёт договорить, подхватывая и аккуратно толкая на стоящую сзади двуспальную кровать. Воздух выбивает из лёгких, а тело опаляет жар, когда он с довольной улыбкой нависает над ней.

– Это небезопасно, – шепчет Рокси, вглядываясь в потолок и лихорадочно считая лампочки, пока Ник припадает к её шее, покрывая её беспорядочными поцелуями. – Если твои родители узнают…

– Они на приёме у Андреасов, вернутся только утром, – шепчет он, проводя ладонью по внутренней стороне бедра. – Или ты хочешь остановиться?

Пальцы медленно пробираются под тонкую ткань белья. Рокси шипит. Нет, не хочет. Она готова отказаться от ежедневного пересчёта своих маркеров, но не от Ника. Поэтому обхватывает его лицо руками, притягивая к себе, пока его пальцы бесстыдно доводят её до исступления…

Рокси одёргивает руку, словно от чайника с кипятком. Ник смотрит на неё в недоумении. Интересно, если простое рукопожатие пробудило в ней такие эмоции, что было бы, если бы они совершенно случайно остались наедине…

Рокси прикусывает губу. Проклятье. Ей нельзя думать о Нике в таком ключе. Не на его, чёрт возьми, свадьбе!

Кстати о ней…

– Вот, – она протягивает бумажный свёрток. – Это подарок для вас с Кейденс.

– Не стоило, Рокс, – краснея, забирает его Ник.

– Стоило, – с уверенностью заявляет она. – Я же твоя бывшая… Одноклассница.

Стоящая где-то позади Айви, кажется, давится воздухом.

Рокси поправляет юбку бирюзового платья и спешит ретироваться, но видит её.

Лёгкой походкой, словно плывя среди гостей и ловя их восхищённые взгляды, к ним направляется Кейденс, одетая в белое платье с кружевным корсетом и пышной юбкой, которая переливается, подобно морской пене.

Её блондинистые волосы собраны в аккуратную причёску с хвостом и двумя спадающими на лоб прядями. Не то что у Рокси. Она широко улыбается, прямо как модель с рекламы зубного отбеливателя – не то что Рокси – и подходит к Нику, опираясь на его плечо и касаясь щеки лёгким поцелуем. Как хотела бы сделать Рокси.

– Не соскучился без меня, зайчонок? – нежно щебечет Кейденс, переводя взгляд на Рокси. – А ты?..

– Роксана Уоллес, бывшая одноклассница Ника, – словно выученную фразу выдаёт она. – Но для друзей просто Рокси.

– А-а, приятно познакомиться, Рокси, – с искренней улыбкой произносит Кейденс, окидывая её оценивающим взглядом. – У тебя красивый цвет волос!

Рокси шепчет смущённое: «Спасибо» и смотрит на Ника. На его лице сияет улыбка. Немудрено: ведь именно он шесть лет назад сказал, что ей очень подойдёт клубничный блонд.

«Будешь похожа на твою любимую русалочку».

Эти слова, произнесённые горячим шёпотом, до сих пор заставляют тело Рокси плавиться. Прошло много лет, многое успело поменяться, но этот оттенок волос превратился в её фишку, которая позволила Рокси наконец-то стать собой.

И принять тот факт, что она всегда будет отличаться от остальных.

– Была рада знакомству, – произносит Рокси, слегка кивая. – Мне нужно выпить.

И уходит, мысленно отвешивая себе подзатыльник.

Айви, всё это время терпеливо наблюдавшая за разворачивающейся драмой, ободряюще похлопывает Рокси по плечу. Кто-кто, а она точно понимает, какие кошки сейчас скребут у неё на душе.

Хотя нет. Когда дело касается Синклеров, кошки превращаются в пантер.

– Ты отлично справилась, – ободряюще произносит Айви.

Рокси лишь вздыхает, окидывая взглядом столы, чтобы найти карточки с номерами из приглашений. К счастью, её имя и надпись «+1 Рокси», выведенные серебристыми чернилами на плотном картоне, быстро бросаются в глаза, и они занимают места за столом, расположенным недалеко от танцпола.

Благо сейчас он пустует.

Взгляд цепляется за столовые приборы. Вилка лежит чуть дальше от тарелки, чем ложка с ножом. Не порядок. Рокси спешно поправляет её, заодно удостоверившись, что они лежат на одном уровне.

– Вряд ли сервировка стола поможет тебе расслабиться, – подмечает Айви, оглядываясь по сторонам. – Здесь есть официанты?

К их столу тут же подбегает молодой парень в форме, по просьбе Айви наполняя их фужеры шампанским.

– Вот, – она протягивает один Рокси. – Это более действенный метод.

Игристый напиток растекается по языку, оставляя приятное послевкусие. Рокси разглядывает свой фужер. Возможно, стоило выпить до прихода сюда? Тогда столкновение с отцом Ника показалось бы не таким кошмарным, разговор с Ником и Кейденс менее неловким, а эта свадьба – более сносной.

Но стоит ей об этом подумать, как ведущий в синем костюме просит гостей занять свои места и наслаждаться первым танцем жениха и невесты. По его команде Ник и Кейденс становятся в центре танцпола, неоновые огни сменяют цвет на голубой, а диджей ставит вместо зажигательного хита нежную классическую мелодию.

Услышав её первые аккорды, Рокси едва не роняет свой бокал.

– Неужели они всё-таки выбрали «Part of your world»1? – возмущённо шепчет кто-то из гостей. – Это же так банально!

В горле будто застревает ком.

– А если мы когда-нибудь поженимся?

Предположение Ника заставляет Рокси громко рассмеяться.

– Хочешь, чтобы твои родители наняли для меня киллера?

В ответ он лишь улыбается, нежно касаясь её щеки.

– Но если серьёзно, как ты представляешь нашу свадьбу?

– Если серьёзно, – Рокси переворачивается на бок, подпирая голову рукой. – Она должна пройти на берегу океана. И наш первый танец обязательно будет под песню из «Русалочки»!

– Хорошо, – обещает Ник. – Так и будет!

Кейденс широко улыбается, пока Ник поддерживает её за талию. Голубые огни неона отражаются в тихом океане, – кажется, торжество Синклеров смогло усмирить даже стихию.

При виде широких улыбок на их лицах в горле застывает ком, а в груди ощущается лишь пустота. Будто у Рокси забрали что-то важное. Последнюю надежду на то, что в её сказке принц будет расколдован, и они бегущей походкой устремятся в своё «долго и счастливо».

Рокси ловит на себе победный взгляд Винсента Синклера. Его холодные глаза словно говорят: «Всё кончено: ты проиграла!». А стоящая рядом Присцилла служит очередным напоминанием, что в их семье Рокси всегда была лишь случайно выброшенной на поверхность рыбой, которая с трудом находила в себе силы дышать.

Музыка льётся из колонок. Ник кружит Кейденс в медленном танце. Она смеется, и её смех похож на звон бокалов с шампанским. Ник смотрит на неё с неприкрытой нежностью. Неудивительно, ведь Кейденс – само совершенство! И от этого зрелища на глаза предательски наворачиваются слёзы.

Рокси поджимает губы. Пора признать: их историю с Ником писал не Дисней. А значит, пришёл тот самый момент, когда ей нужно сдаться и исчезнуть, как это сделала русалочка из сказки Андерсена, превратившись в морскую пену.

– Айви, – тихо шепчет Рокси.

– Да?

– Твоё предложение поехать в бар ещё в силе?

Глава 2

Вечерний бар постепенно заполняют посетители. Они располагаются у барной стойки, на которой уже видны следы от стаканов, на угловых кожаных диванчиках или за столиками по центру.

Из колонок доносится песня группы Arctic Monkeys «Why'd You Only Call Me When You High?», которую старательно перекрикивают группа баскетбольных фанатов. Рокси опускает взгляд на свой стакан имбирного лимонада, двигая его так, чтобы он стоял на одной линии с «Космополитеном» Айви. И почему бармен не заботится о таких мелочах?

– Уверена, что хочешь сегодня пропагандировать трезвость? – интересуется Айви, потягивая свой коктейль. – После свадьбы бывшего ты могла бы…

– Шампанского сегодня было достаточно, – с уверенностью отвечает Рокси.

Айви лишь пожимает плечами, словно бросая немое: «Как знаешь». Но её безобидный жест тут же заставляет Рокси сомневаться: а вдруг она права, и после свадьбы стоило напиться и отпустить себя, а не пытаться собрать в кучу остатки самоконтроля, отношения с которым с момента получения приглашения трещат по швам? Увы, ответа на этот вопрос не знает никто.

Айви медленно допивает свой коктейль, и в её глазах отражается удивление, когда бармен ставит перед ней новый.

– За счёт заведения, – подмигивает он, вызывая у Айви кокетливую улыбку.

Неудивительно, что под стаканом она находит бумажку с его номером. Рокси лишь фыркает.

– Ты до самой старости будешь соблазнять бедных работников бара и общепита?

– Учитывая моё прошлое, это неизбежно, – отвечает Айви, протягивая коктейль. – Никто не виноват, что я так горяча даже после рождения двух маленьких монстров!

Рокси лишь качает головой. Монстры, о которых говорит Айви, – её четырёхлетние близнецы Роуэн и Райден. Они – причина, по которой Рокси нечасто бывает в гостях у подруги: как только эти двое вылезли из детских кроватей, квартира Айви и её мужа превратилась в олицетворение слова «хаос». Лицезреть такое – настоящая пытка.

– Спасибо, что пошла со мной сегодня, – искренне произносит Рокси. – Я понимаю, что у тебя были…

– Дела? – усмехается Айви. – Ещё немного, и я бы повесилась от саундтрека тупого мультика, который смотрит Роуэн! Или убила бы Джозефа, потому что он даже носки свои найти не может!

– Зато в поисках преступников ему нет равных, – с гордостью произносит Рокси. – Ты же знаешь, Айвз: работа в полиции – далеко не сахар. Он тратит на неё все силы.

– А толку от этого ноль!

Сказав это, Айви тут же прикусывает губу и спешит запить свои же слова алкоголем. Рокси сочувственно вздыхает: работа Джозефа – больная тема для её подруги.

– Он получает сущие копейки, – пренебрежительно выпаливает Айви. – И не даёт мне вернуться в клуб.

– Интересно, почему? – саркастично интересуется Рокси. – Каждый мужчина просто мечтает о том, чтобы его полуголая жена танцевала перед кучей престарелых извращенцев.

– Эти извращенцы хотя бы платят!

– Но Айвз, ты должна быть выше этого!

– И прожить всю жизнь в нищете, как моя мамаша? Ну уж нет!

Айви шумно вздыхает.

– Слушай, Рокс, я знаю, ты тоже натерпелась, но… – она трёт переносицу. – Готова поспорить, ты не знаешь, что такое три недели жить без электричества и разбивать порцию макарон с сыром на весь день. И вряд ли твоя мама – какой бы она ни была! – пьяная дралась с органами опеки, пока её очередной мужик натягивал штаны.

Ресницы Айви дрожат, а рука сильнее вцепляется в бокал с «Космополитеном».

– Если Джозеф не сможет… Если нам придётся… Если мои мальчики узнают, каково это…

Рокси осторожно кладёт ладонь поверх её руки, заглядывая прямо в глаза, и успокаивающе произносит:

– Этого не будет, Айвз. Джозеф любит вас и никогда такого не допустит.

– Я хочу верить. Но порой это даётся мне с трудом.

Айви слабо улыбается, а грудь Рокси словно пронзает меч. Надо же, с самого утра ей казалось, что свадьба Ника – самая настоящая катастрофа! И она даже на секунду не могла подумать, что её подруга ежедневно сталкивается с комарами гораздо хуже.

– Прости меня, – произносит Рокси. – Я, наверное, достала тебя со свадьбой и… Всем этим. Ещё и с собой потащила! Это было… Эгоистично.

– Даже не начинай, Рокс, – перебивает её Айви. – Мне нужна была перезагрузка. Пилатес по четвергам это классно, но… – она поднимает бокал. – Что может быть лучше, чем напиться с подругой, которая предпочитает безалкогольный алкоголь?

Рокси усмехается, поднимая свой стакан лимонада, и звон стекла ставит точку в их непростом разговоре.

– Да и к тому же, – добавляет Айви, – как я могла тебя оставить? Ты бы бросилась на Ника, как только пришла!

– Ничего подобного! – восклицает Рокси, отрицательно мотая головой. – Ник… Он давным-давно остался в прошлом! Он… Он женат, в конце концов! За кого ты меня…

– Ни за кого, Рокс! – успокаивающе произносит Айви. – Это просто шутка.

– Плохая, – подмечает Рокси.

Айви лишь пожимает плечами.

– Как и твои попытки отрицать, что ты всё ещё любишь своего бывшего.

Рокси делает глоток лимонада, но тут же им давится. Туше! Она поднимает голову, встречаясь с уверенным взглядом Айви, в котором читается немое: «А я же говорила!».

Грудная клетка ноет от боли. Нет, не от того, что актёрских навыков Рокси не хватило для сокрытия столь очевидной правды. А потому что теперь жить с ней станет чуточку сложнее. Ведь все призрачные надежды вернуть Ника сегодня окончательно умерли под каблуком дизайнерских туфель Кейденс.

– Ты права, – наконец соглашается Рокси. – Мне надо выпить.

Айви жестом подзывает бармена, прося его сделать Ромовый пунш. Это единственный крепкий алкоголь, который признавала Рокси: сочетание крепкого рома и сладкого тропического сока помогало согреться, забыться и приподнять настроение, когда то настойчиво пыталось поцеловать плинтус.

Когда коктейль оказывается перед Рокси, она делает небольшой глоток. Его вкус приятным теплом растекается по языку, а в теле впервые за этот день наступает лёгкость, будто все проблемы магическим образом растворились в роме.

Губы Рокси растягиваются в улыбке, на что Айви удовлетворительно кивает.

– Ну вот, хоть что-то заставило тебя перестать думать о твоём богатеньком снобе!

– Он не мой сноб, – напоминает Рокси, тут же запивая боль от собственных слов большим глотком пунш. – Его родители меня ненавидят. Мысль о том, что Ник хотел со мной съехаться, едва не довела их до психушки, – она качает головой. – Забавно. Ведь сумасшедшей все считали меня.

– Они – просто придурки, – заключает Айви. – Но ничего. Думаю, их новая невестка очень скоро сведёт с ума всё чокнутое семейство! Ты видела её соцсети?

Рокси ничего не отвечает, ограничиваясь мрачным кивком. Видела. Ну разумеется она видела! Просмотр страницы Кейденс был третьим пунктом в цикле под названием «Этапы принятия помолвки бывшего парня». Первый разделили слёзы и мороженое, второй – вино в компании Айви и приступ ностальгии.

– Она идеальна, – произносит Рокси, и горечь от собственных слов тут же растекается по языку. – Милая, добрая, общительная, богатая. Она всего добилась сама, и у него нет чёртового… Акне!

Разумеется, на ум приходит другая проблема, но Рокси знает: стоит произнести её вслух, и она обретёт ещё более значимый вес. Поэтому смещает фокус внимания в сторону идеально гладкого лица Кейденс, которое сильно контрастирует с её собственным.

Акне появилось у Рокси в пятнадцать лет. Сколько бы она ни уговаривала маму сводить её к косметологу, та отмахивалась, аргументируя, что люди должны смотреть на душу, а не на лицо. Но её слова лишь всё усугубляли. Ведь душа Рокси уже была насквозь пропитана тьмой, которая была последствием навязчивых идей, едва не сводивших с ума.

Телефон в сумке начинает вибрировать. Рокси достаёт его и грустно вздыхает при виде именно контакта «Мама». Легка на помине!

– Ответишь? – интересуется Айви.

Рокси мотает головой, переворачивая телефон экраном вниз.

– Наверняка ей интересно, как прошла свадьба. А ещё, из какой больницы меня нужно забирать.

– Ты преувеличиваешь.

Эти слова словно проходят по черепной коробке, неприятно царапает её изнутри. С губ срывается нервный смешок.

– Нет, – Рокси мотает головой. – Ты просто не знаешь мою маму.

Айви лишь пожимает плечами, продолжая потягивать коктейль. А когда допивает всё до дна, жестом просит бармена обновить их бокалы. В любой другой день Рокси бы её остановила, но сегодня ей жизненно необходимо заглушить внутренний голос, который, словно заезженная пластинка, без конца напоминает, что сердце Ника теперь навсегда занято другой, а ей до конца жизни суждено резаться об острые осколки своего.

И пускай это даже в её голове звучит чересчур драматично, Рокси уверена: эта чёртова свадьба – начало её личного апокалипсиса. И она не в состоянии даже придумать, как его пережить.

Бармен изящным движением ставит перед Айви бокал «Космополитена», ловя её игривый взгляд, и принимается за напиток Рокси.

– Вкусные коктейли, милые бармены, прекрасная музыка… – блаженно произносит Айви. – Этот вечер просто не может стать лучше!

Рокси охотно соглашается. Перед ней появляется бокал с трубочкой, к которому она тут же тянется, но замирает, когда на барную стойку падает чья-то длинная тень. Рокси резко разворачивается, видя перед собой светловолосого незнакомца, который тут же хватает её бокал с пуншем.

– Премного благодарен! – парень салютует бармену, делая большой глоток.

Челюсть Рокси медленно тянется к полу. С ней всё в порядке? Ей точно это не кажется? Она переводит взгляд на Айви, карие глаза которой расширяются от шока, понимая: нет, не кажется. Какой-то нахал только что украл её коктейль. Прямо под её носом. И судя по блаженной улыбке на его лице, угрызения совести ему не светят.

– Эй! – восклицает Рокси, придя в себя от ступора. – Это мой пунш!

– Правда? Извини, – он протягивает ей бокал. – Будешь?

Рокси пристальным взглядом смотрит на красную трубочку, застывшую в пяти сантиметрах от её рта, а затем переводит его на незнакомца. Его лицо расплывается в хмельной улыбке.

– Ты… спятил?

Риторический вопрос.

– Что-то не так? – парень склоняет голову вбок, одаряя её по-детски невинной улыбкой, отчего ещё больше начинает действовать на нервы.

– Да! – возмущённо восклицает Рокси. – Ты пускал слюни в этот бокал, а теперь предлагаешь его мне! А вдруг у тебя вирус Эпштейн-Барра? Или ЦМВ1? Или герпес?

– Насчёт последнего можешь не волноваться: я использую защиту.

Он кокетливо подмигивает, разжигая внутри Рокси целую бурю негодования.

– Знаешь, обычно парни покупают девушкам коктейли, а не воруют их, придурок! – в их перепалку вмешивается Айви.

– Боже, и чего вы такие душные? – незнакомец театрально закатывает глаза, а затем достаёт из кошелька несколько купюр, бросая их на барную стойку. – Коктейли дамам за мой счёт. А то они слишком напряжены.

Айви лишь раздражённо фыркает. Но Рокси этого мало. Её личное пространство было самым наглым образом нарушено – с таким же успехом этот парень мог бы въехать в бар на машине, разрушив одну из его стен.

Неужели он и правда думает, что дело лишь в чёртовом коктейле? Неужели считает, что покупка нового исправит ситуацию?

Ха! С таким же успехом можно было закрывать дыру в стене тонкими шторами.

– Что с тобой не так? – шипит Рокси.

– Не угадал с коктейлем? Могу заказать другой, детка, мне…

– Не называй меня так, кретин!

– Ты только что сделала кучу ошибок в слове «Даниэль», – беззаботно улыбается парень. – Это, кстати, моё имя.

Он протягивает ладонь для рукопожатия, но Рокси демонстративно скрещивает руки на груди. При взгляде на Даниэля, который выжидающе смотрит на неё своими синими глазами, в груди тупой болью отдаёт дьявольское чувство дежавю. Ведь сегодняшняя встреча с Ником на свадьбе начиналась точно так же.

Но Рокси тут же мотает головой, отгоняя эти мысли, словно рой назойливых комаров, и отворачивается от нового знакомого, так и не приняв его жест перемирия.

– Нет? Ну и ладно, – судя по тону голоса, его совершенно это не задело.

Рокси раздражённо фыркает. В голове крутится целая куча слов, которые она в других обстоятельствах не раздумывая лавиной вылила бы на Даниэля. Но увы: внутренние рамки в очередной раз срабатывают против неё. Поэтому Рокси отворачивается, делая вид, что наблюдает за трюками бармена, который смешивает её коктейль.

Когда бокал с трубочкой оказывается перед Рокси, в сумке Айви раздаётся громкая вибрация: она выключила звук телефона, но звонок всё равно можно было бы услышать даже на другом конце бара.

Айви лениво подносит его к уху, произносит ленивое: «Алло», и её лицо тут же искажает гримаса ужаса.

– Меня нет дома всего день, откуда у него взялась температура? – она страдальчески вздыхает. – Ладно! Буду через полчаса.

Айви бросает виноватый взгляд на Рокси.

– Что-то случилось?

– У Роуэна поднялась температура. А так как жаропонижающее – не террорист и даже не вор, Джозеф никак не может его найти, – с её губ срывается разочарованный вздох. – Мне нужно ехать. Ты со мной?

Рокси переводит взгляд на свой напиток, потом на Даниэля, который – чёрт бы его побрал! – всё ещё ошивается рядом с ними, а затем возвращает его к Айви.

– Езжай, Айвз. Я доберусь сама.

– Ты уверена? – уточняет Айви, попутно расплачиваясь с барменом за свой коктейль. – Я буду волноваться, если с тобой…

– Не волнуйся, детка, я не дам твоей подруге напиться в дрова! – с уверенностью заявляет Даниэль.

Айви полминуты сверлит его недоверчивым взглядом, а затем открывает заметки и протягивает ему свой телефон.

– Запиши сюда своё полное имя, телефон, адрес и ник в соцсетях.

– Воу, – присвистывает Даниэль. – А не многовато ли данных?

– Мой муж – полицейский. И если ты что-то сделаешь с моей подругой, он должен знать, где тебя искать, – с улыбкой отвечает Айви. – А ты, Рокс, включи геолокацию. И напиши, когда будешь дома.

Рокси кивает. Опека Айви невольно напоминает ей о матери, чьи поступки и желание сделать как лучше всё детство душил её, как самый ненавистный зимний шарф. Но Рокси напоминает себе, что это лишь мера предосторожности. Айви заботилась бы о ней точно также, даже не будь у неё треклятого ОКР. Ведь мир, к огромному сожалению, всё ещё полон опасностей. Особенно для молодых девушек. И в этом случае даже акне не способно от них спасти.

Даниэль послушно заполняет заметки, возвращая телефон Айви. Она одобрительно кивает, прощается с Рокси, приобнимая её, и пулей выбегает из бара, оставляя за собой лишь шлейф фиалковых духов.

– Теперь, когда мы остались одни, может расскажешь, чьи похороны вы сегодня отмечали? – с широкой улыбкой спрашивает Даниэль.

Рокси лишь закатывает глаза, предпочитая пить пунш в одиночестве, без его глупых вопросов. Но Даниэль не сдается, опускаясь на стул рядом.

– Ты ведь не отстанешь, правда? – догадывается Рокси.

– Не-а.

– Прискорбно.

– Да ладно тебе, – усмехается Даниэль. – Люди приходят в бар с тремя целями: кого-то подцепить, напиться или выговориться.

– И что, по-твоему, здесь делаю я? – спрашивает Рокси, демонстративно попивая пунш.

– Ну-у-у, – Даниэль лениво чешет затылок. – Ты отшиваешь все мои подкаты, поэтому точно не первое. Вы в баре уже пару часов, а ты только недавно перешла на пунш, так что второй вариант тоже отмечаем. Остаётся третий. Тебе необходим собеседник, потому что день был полным дерьмо. Я угадал?

Рокси ничего не отвечает. Но этого и не нужно: лицо её непрошенного собеседника и так сияет от победной улыбки, будто он только что выиграл в викторине миллион долларов.

Она устало вздыхает, подпирая голову рукой и зарываясь в своих волнистых волосах.

– Тебе-то какое дело?

– Никакого, – мотает головой Даниэль. – Но видишь того парня?

Он указывает на молодого латиноамериканца в расстегнутой гавайской рубашке, который один за другим выпивает готы в компании двух девушек.

– Это мой друг Гэвин. Два года проработал в фирме одного занудного толстосума, а несколько дней назад его оттуда выкинули.

– Сочувствую ему, – с сожалением произносит Рокси, аккуратно помешивая пунш трубочкой.

– Не стоит, – отмахивается Даниэль. – В качестве мести он помог пройти собеседование на своё место тому, кто палец о палец не ударит, если это не принесёт ему серьёзной выгоды, – он вальяжно задирает подбородок. – Так что поздравь: теперь его бывший начальник будет иметь дело с самым несносным работников во всём Массачусетсе! Должность вчера стала моей!

– Ого, это сильно, – Рокси одобрительно кивает, хотя внутри всё кипит от раздирающих её вопросов.

А честно ли поступают парни? А вдруг халатность Даниэля разрушит всю фирму? А если…

Она делает глоток Ромового пунша, который, словно цепь, связывает эти мысли, пока Рокси бросает их в воображаемый подвал, из которого они не выберутся до конца вечера.

А если попытаемся, она непременно даст им отпор.

– Что насчёт тебя? – меняет тему Даниэль. – Я так и не узнал, на чьих похоронах вы с подругой сегодня побывали.

Кажется, пунш наконец-то начинает действовать. Потому что Рокси позволяет себе усмехнуться.

– На похоронах моих пустых надежд, – отвечает она.

– Как интересно… – задумчиво произносит Даниэль, потирая подбородок. – Но нихрена не понятно. Мне нужны подробности!

Рокси окидывает его недоверчивым взглядом. Небрежная причёска с выбритым затылком, серьга в левом ухе и цветастая футболка, которую будто специально смяли, прежде чем надеть. Образ довершает озорной огонёк в ярко-синих глазах, который как бы намекает: доверять этому парню – чертовски плохая идея.

Но заявиться на свадьбу к Нику было ещё более бредовым решением? Так чего ей терять? Хуже уже точно не станет!

Этот лозунг в сочетании с пуншем придаёт Рокси уверенность, и рот открывается сам:

– Мой бывший, к которому я так и не смогла остыть, сегодня женился на сексапильной модели, – выпаливает она, запивая слова коктейлем.

– Ауч, это обидно, – морщится Даниэль. – Лучше бы это реально были похороны.

Рокси смеётся, уже не скрывая того, что его шутки её веселят.

– Он придурок, раз…

– Нет, – она мотает головой. – Он всё сделал правильно. С той девушкой ему будет в тысячу раз лучше, чем со мной. Так что я даже не могу его осуждать. Это был удачный выбор.

– Не говори так, – с горькой улыбкой произносит Даниэль. – Пусть мы знакомы от силы минут двадцать, ты далеко не заурядная девчонка.

– Ага, – соглашается Рокси.

Вряд ли боязнь, что хлопья кончатся быстрее орехов и будут не ровно стоять в контейнерах, можно причислить к заурядности.

– В таком случае, предлагаю тост, – Даниэль поднимает свой бокал. – За твоего слепого бывшего, который потерял бриллиант, и за моего нового босса, по глупости доверившего мне работу над новым проектом!

Звон стекла придаёт его речи особую торжественность. Рокси улыбается. Снова. Пускай этот парень и ведёт себя, как полный придурок, без него этот день закончился бы так же паршиво, как и начался.

Завтра они забудут про этот разговор и больше никогда не встретятся. И это будет к лучшему.

Глава 3

– Так значит, это ваша первая работа?

Рокси сдержанно кивает. Мисс Тёрнер, полная женщина около сорока лет, старательно сверлит взглядом бумажку с резюме, а затем вновь переводит его на Рокси.

– И что же привело вас в «Green Dream»?

– Ваша репутация в интернете, – с улыбкой отвечает Рокси, стараясь смотреть в маленькие чёрные глаза своей – она надеется! – будущей руководительнице, а не на заваленный бумагами стол или пошарпанные оливковые стены.

Как только «Green Dream» откликнулись на её резюме, Рокси сразу загуглила название компании в интернете. Увиденное не слишком её обрадовало: фирма принадлежала женщине, которая пару лет занималась созданием авторского хенд-мейд мыла, а теперь решила расширить ассортимент и превратить хобби в бизнес.

Однако у фирмы были серьёзные проблемы. Плохо оформленные соцсети, нарисованный на коленке логотип и, вишенка на торте, склад и офис по соседству со старой автомастерской!

– Клиентам нравится ваша продукция, вот только… – Рокси прикусывает губу, неловко ёрзая на стуле, отчего он издаёт неприятный скрип.

– Вот только что? – владелица приподнимает бровь. В её тоне отчётливо слышно презрение.

«Начинать беседу с работодателем с критики компании… Да ты просто гений, Рокси!».

Но, взяв себя в руки, она продолжает:

– У вас нет фирменного стиля. Упаковка выглядит так, будто в ней не крафтовое мыло, а кусок мусора. Соцсети ведутся нерегулярно, а фотографии в них… Их будто делал семилетний ребёнок. Я уже не говорю про логотип, это просто…

– Довольно! – прерывает её мисс Тёрнер.

Рокси испуганно вздрагивает, отчего стул под ней вновь скрипит.

– Вы пришли устраиваться на работу или критиковать мой бизнес?

– Я знаю, как сделать его лучше. Поверьте, вы не понесёте больших затрат, но если всё получится, прибыль вырастет в два раза!

Мисс Тёрнер лишь снисходительно улыбается, подперев руками округлый подбородок.

– Знаете, сколько у меня было таких же наивных энтузиастов, как вы, милочка? – её губы растягиваются в кривой усмешке.

– Мои идеи не наивны: они – ваш шанс дать компании светлое будущее! – настаивает Рокси.

Её внутренний монстр довольно потирает ладони, скандируя похвалу. Она не должна останавливаться, потому что на сто процентов права: компанию мисс Тёрнер ждёт грандиозный крах, если та продолжит вести её по этому пути, попивая давно остывший чай, пакетик которого сейчас болтается в её кружке, стоящей среди разбросанных по столу документов и пары экземпляров мыла из новой линейки.

Этому бизнесу нужен порядок, и Рокси непременно сможет его навести! Она точно справится! Она…

– Дурочка, – фыркает мисс Тёрнер, пренебрежительным жестом отбрасывая в сторону её резюме. – Думаешь, мне правда нужны твои грандиозные идеи?

– Да, раз вы ищите маркетолога, – парирует Рокси, скрестив руки на груди.

– Я ищу того, кто поможет мне продать товар, а не перевернёт тут всё вверх дном! – восклицает мисс Тёрнер, обводя рукой помещение. – К тому же, судя по твоему резюме, ты будешь делать это с особой скрупулёзностью.

Последние слова бьют Рокси ниже пояса. Потому что речь в них явно идёт о её ОКР.

Вся бодрость мгновенно улетучивается, и на смену ей приходит тахикардия и мерзкий холодок, обволакивающий её позвоночник.

– Мой диагноз никак не влияет на работоспособность, – ровным голосом произносит Рокси. Но тот предательски дрожит.

– Именно поэтому ты с самого начала грубишь мне и нарушаешь субординацию? – ехидно интересуется мисс Тёрнер. – Я ценю в людях исполнительность, а от тебя можно ожидать чего угодно! Поэтому желаю удачи в дальнейших поисках.

Она возвращает Рокси её папку с резюме. Та слабо кивает на прощание и спешит удалиться из кабинета, где, кажется, оставила щепотку своей уверенности.

Выбежав из здания, где снимает офис мисс Тёрнер, Рокси прикрывает глаза, вдыхая тёплый воздух с едким запахом бензина. Дорчестер сложно назвать районом, где хотелось бы задержаться надолго. Он пропитан шумом двигателей и руганью бедных работников, заполнивших все маленькие квартирки в викторианских кирпичных домах. Даже листья на деревьях утратили свой ярко-зелёный цвет, постепенно сменяя его бледной желтизной. Хотя на календаре сейчас только середина сентября.

Рокси думала, что здесь её охотно примут. Местные работодатели готовы на всё, лишь бы поднять прибыль в своих маленьких магазинчиках и салонах, чтобы продолжать держаться на плаву. Но увы: сегодня ей не повезло.

Рокси тяжело вздыхает и медленным шагом плетётся к автобусной остановке. Сегодня у неё не назначено других собеседований, а значит можно закрыться в своей квартире, помедитировать со стилусом в руках и подумать, что делать дальше.

Когда автобус подходит к остановке, у Рокси звонит телефон. На дисплее высвечивается лаконичное: «Мама», заставляя невольно вздохнуть. Как всегда вовремя!

Игнорировать её просто бесполезно: Аманда Уоллес славится своей удивительной настойчивостью и обидчивостью. Поэтому, недолго думая, Рокси отвечает на звонок, заходя в набитый людьми автобус.

– Привет, мам, – спокойно произносит она, вставая рядом с высоким мускулистым мужчиной лет сорока.

От него отвратительно пахнет потом и машинным маслом. Рокси морщится.

– Привет, милая! – в голосе матери чувствуется столько напускной заботы, что к горлу подступает тошнота. – Как ты? Как прошло собеседование? Ты очаровала работодателя своими талантами? Он назвал зарплату? Ты сможешь платить за квартиру?

Её бесконечный поток вопросов едва не лишает Рокси равновесия. Хотя нет, это делает резко тронувшийся с места автобус! Рокси хватается за поручень, сталкиваясь взглядом с пассажиром из автомастерской. При виде неё он обнажает губы в кривой улыбке, что становится причиной второго приступа тошноты.

Кажется, сегодня просто не её день.

Глубоко вздохнув, Рокси сильнее прижимает к уху телефон, морально готовясь дать ответ, который, скорее всего, приведёт её мать в ужас.

– Меня не взяли, – первый удар. – Работодательнице не понравился мой диагноз, – второй удар. – Я не смогу заплатить за квартиру в этом месяце, – третий удар!

Будь Рокси боксёром, её соперник уже отправился бы в нокаут.

В трубке повисает тишина. А после её мать заливается рыданиями, словно плохая актриса на театральных пробках.

– О, Господи, за что ты так с нами? – вопит Аманда, вынуждая Рокси отстраниться от телефона.

Зря. На её тираду, доносящуюся из динамиков, тут же реагирует половина автобуса, обращая на Рокси свои заинтересованные взгляды. Она раздражённо вздыхает. Просто блеск!

– Неужели я вела неподобающий образ жизни? Или дело в моём муже? – не унимается Аманда. – А может быть, это наказание за того негодяя, которому ты столь рано позволила себя обесчестить?

– Мама! – восклицает Рокси, краснея то ли от стыда, то ли от злости.

– Ты права, милая: наказание за это мы уже понесли сполна, когда ты лечилась у психиатра от твоего недуга.

С каждым новым предложением Рокси всё больше кажется, что вокруг её шею затягивают петлю. Интересно, какие слова её матери наконец совершат эту мучительную казнь и положат этому конец?

– Я говорила Говарду: нужно поскорее забрать тебя домой, но этот старый дурак и слушать меня не захотел! – продолжает Аманда, захлебываясь в несуществующих слезах.

Губы Рокси растягиваются в слабой улыбке. Судьба послала ей несносную мать, но наградила понимающим отцом. Если бы не он, вместо колледжа она бы поступила в ближайшую от их дома психиатрическую лечебницу, потому что жизнь с Амандой сломила бы даже самого психически здорового человека!

О том, что её действия причиняют Рокси невыносимую боль, она даже не хотела слышать. Будто на несколько минут становилась глухой.

– Приезжай домой, Рокси! Приезжай поскорее! Мы с отцом будем рады…

– Нет! – восклицает Рокси так громко, что снова обращает на себя внимание половины автобуса. – Я не вернусь, мама. У меня правда всё под контролем.

– Но как же…

– Всё, не могу говорить: вторая линия. Пока, мам! – тараторит Рокси и сбрасывает звонок, не услышав ответа.

Из груди вырывается вздох облегчения. А пассажиры автобуса одаряют её сочувствующими взглядами: кажется, разыгранный Амандой спектакль под названием «Как правильно душить ребёнка гиперопекой» смог поразить их до глубины души.

Однако уже через мгновение Рокси вновь накрывает волна неприятного, липкого чувства. А что, если её мать права? За месяц она так и не смогла найти работу, с виноватой улыбкой выпрашивая у родителей денег, когда те звонили по видеосвязи. Не проще ли вернуться домой? Это хотя бы спасло от расходов за аренду квартиры, пока Рокси не в силах оплачивать её самостоятельно.

– О чём-то задумалась, милочка?

Внезапный вопрос выдёргивает Рокси из размышлений. Она поднимает голову. Мужчина с автосервиса вышел на последней остановке, и его место заняла пожилая женщина. От неё пахло сладкими духами, а красный сарафан украшали безвкусные жёлтые цветы.

Прямо как на халатах матери.

Рокси прикрывает глаза, невольно погружаясь в очередное воспоминание.

– Ты спятил, Говард?!

От громкого крика матери Рокси резко зажмуривается, прижимая к груди плюшевого зайца.

– Пожалуйста, успокойся, – уставшим голосом просит Говард, обхватывая жену за плечи. – Давай обсудим всё спокойно, хорошо? Поверь, Рокси будет гораздо лучше, если…

– Если весь город будет знать, что она – сумасшедшая? – Аманда со злостью отпихивает от себя мужа.

Её жёлтая юбка с красными маками красиво развивается от этого резкого движения. Но Рокси ненавидит это сочетание цветов. Ровно как и все платья из маминого гардероба, в которых она отчаянно пародирует идеальную домохозяйку из шестидесятых, хотя на самом деле никогда ей не являлась.

– Домашнее обучение – не признак отклонений, – со спокойной улыбкой объясняет Говард. – Я уверен: наша дочь большая умница, но ей тринадцать, Мэнди! Ты же знаешь, подростки в этом возрасте бывают жестоки. Я боюсь, что записки в шкафчике с предложением «пересчитать их фломастеры» – это только начало! Разве наша дочь это заслужила?

– А разве я это заслужила? – возмущается Аманда. – Весь приход считает, что в Рокси поселились бесы, и поэтому она не ходит в церковь. Только представь, что о нас подумают, если мы посадим её дома?

– О, Мэнди…

Говард прижимает ладонь ко лбу, краем глаза замечая за дверью Рокси. Страх острой иглой пронзает сердце. Она убегает на второй этаж, зарываясь в своей комнате, и судорожно считает приклеенные к потолку звёздочки.

Одна… Две… Три…

Рокси часто дышит, переваривая слова матери.

Четыре… Пять… Шесть…

Она доходит до числа «восемнадцать» и медленно выдыхает.

Эти звёздочки – напоминание, что когда ей исполнится восемнадцать, всё закончится. Она уедет из родительского дома и больше не будет позорить мать своим присутствием.

Нужно только немного подождать…

– Дорогуша, с тобой всё в порядке?

Голос пожилой женщины выдёргивает Рокси и воспоминаний, от которых по телу бежит холодок, будто на неё высыпали ведро со льдом.

Нет, она ни при каких обстоятельствах не должна вернуться домой!

– Да, – кивает Рокси, чтобы успокоить пассажирку. Хотя её тело продолжает бить дрожь.

«Не поддавайся эмоциям, думай рационально!» – звучит в голове голос психотерапевта, заставляя прислушаться к этому совету.

Рокси вспоминает свой план. Из десяти мест, куда она отправляла резюме, отказ был получен только в семи. Осталось ещё три. Если всё пройдёт хорошо, в одном из них её утвердят на должность. Если нет – она попробует поискать работу в других компаниях, попутно мониторя аккаунты начинающих брендах в соцсетях.

А если не поможет и это, Рокси всегда может узнать контакты клуба, где работала Айви, и устроиться туда. Даже идея разносить напитки в полуобнажённом виде кажется ей куда более привлекательной, чем позорное возвращение в родной город.

Телефон начинает вибрировать. На дисплее отображается незнакомый номер. Рокси усмехается: кажется, высшие силы, услышав её план, послали ей ещё один шанс!

Настроение мгновенно поднимается, а унылый настрой сменяется на боевой.

– Алло, – Рокси берёт трубку, удивляясь, как бодро звучит её собственный голос.

Словно она возвращается не с унизительного собеседования, а с недельного оздоровительного ретрита.

– Рокс, это Ник.

Ретрит сменяется пыточной камерой. Рокси пошатывается на месте так, что едва не вписывается в окно.

Чёрт побери, это не к добру!

– Ты слышишь меня? – его мягкий голос вызывает мурашки по всему телу.

Рокси поправляет пиджак и трясёт головой, изо всех сил стараясь об этом не думать.

– Да-а-а… Я в автобусе, здесь немного шумно, – будто не своим голосом отвечает она, откашливаясь в кулак. – Ты что-то хотел?

«Если довести меня до инфаркта, у тебя почти получилось» – мысленно констатирует она.

– Да, – отвечает Ник, и сердце Рокси окончательно уходит куда-то в пятки. – Ты не могла бы подъехать в ресторан «Contessa» где-то через полчаса?

Рокси удерживает телефон плечом, незаметно щипая себя за левую руку. Боль ощущается даже через пиджак. Значит, ей это не мерещится. Чёртов Доминик Синклер назначает ей чёртову встречу в чёртовом ресторане… Айви с ума сойдёт, когда узнает!

Рокси шумно вдыхает, оглядываясь по сторонам.

– Я еду домой, мне придётся пересесть на другой автобус, – с досадой произносит она.

– Может быть, я вызову тебе такси? – предлагает Ник.

– Нет! – тут же восклицает Рокси, мотая головой. – Не нужно. Я приеду, как можно быстрее.

– Хорошо. Жду тебя.

Ник вешает трубку, а Рокси готова поклясться, внутри неё взрывается ядерная бомба.

***

«Contessa» встречает Рокси шумными голосами посетителей и ароматом томатной пасты, от которого рот сразу наполняется слюной.

Интерьер заведения выполнен в современно-итальянском стиле. Пол выложен яркой мозаичной плиткой, деревянные столики окружены стульями и диванчиками с мягкой обивкой. Стеклянная крыша и панорамные окна открывают прекрасный вид на городские высотки. Рокси разглядывает их, приоткрыв рот от восхищения, пока её не окликивает знакомый голос:

– Эй, Рокс!

Она поворачивается. Ник сидит на полукруглом диванчике в углу, жестом, приглашая её присоединиться. При виде него Рокси нервно сглатывает. Последний раз они встречались три недели назад, на свадьбе, и тогда она была уверена, что больше никогда не увидит бывшего возлюбленного, из-за которого пролила столько слёз, что едва не устроила озеро прямо у себя в комнате.

Однако Ник снова перед ней. В идеально отглаженной рубашке, тёмно-сером кашемировом жилете, который сочетается с его цветом глаз, и прилизанными волосами. Хочется немедленно запустить в них руки и растрепать, но Рокси лишь прикусывает губу, мысленно коря себя за столь неуместное желание.

Натянув приветливую улыбку, она решительно направляется к их столику – хотя ноги отчаянно сопротивляются – и отодвигает стул, обитый зелёным бархатом, занимая место напротив Ника. Садиться с ним рядом на диване кажется ей чертовски плохой идеей.

– Я рад, что ты пришла, – искренне произносит Ник.

– Ну разве я могла проигнорировать такое неожиданное приглашение? – с усмешкой отвечает Рокси. Хотя её смех больше походит на истерический.

Ник жестом подзывает официанта, и тот кладёт перед ними два меню. Рокси скользит взглядом по золотистым буквам на плотном картоне. От разнообразия выбора блюд во рту скапливается слюна. Но стоит ей увидеть цены, и голод тут же куда-то улетучивается.

«Паста по цене моих выходных джинсов… Интересно, какие у здешних официантов чаевые?».

Рокси отчаянно пытается найти подходящее блюдо, но даже обычная вода стоит дороже вина из супермаркета. Поэтому она лишь вздыхает, откладывая меню, и принимается выравнивать столовые приборы, лежащие по бокам от её пустой тарелки.

– Что-нибудь выбрала? – интересуется Ник.

Его вопрос кажется Рокси самым настоящим издевательством. Она бросает на него презрительный взгляд.

– Ты же знаешь, на тарелку местной пасты я могу закупиться вещами на целый сезон.

– А ты знаешь, что я никогда не позволю даме заплатить, – с улыбкой отвечает Ник, ставя Рокси в ещё более неловкое положение.

Щёки начинают предательски пылать, и она молит всех богов, чтобы её превращение в помидор осталось незамеченным.

Тем временем Ник снова подзывает официанта, озвучивая ему заказ.

– Две порции острого капеллини с лобстером и бутылка шабли «Вьей Вуа» от Домен Ларош, двадцать третьего года, – он переводит взгляд на Рокси. – Ты же не против алкоголя?

Она лишь сдержанно кивает. Обычно в обед Рокси предпочитала чай, но сейчас не отказалась бы даже от водки: возможно, она бы смогла снизить градус колючего напряжения, повисшего между ней и Ником.

Официант уходит, оставляя их наедине. Рокси прикусывает губу. Ситуация похожа на один из её снов, от которого не хотелось просыпаться. Но почему-то в реальности общество Ника приносило не только бабочек в животе, сопровождавших её на протяжении всего пути в ресторан, но и колючий холодок, цепями сковавший её позвоночник.

– Зачем ты позвал меня сюда? – Рокси старается звучать уверенно, но при мысли о возможных вариантах ответа голос начинает предательски дрожать.

– Хотел пообедать со старой подругой, – слегка наклонив голову вперёд, отвечает Ник.

– Мы не в тех отношениях, – подмечает она.

Дьявол на плече тут же нашёптывает тихое: «А жаль!». Но Рокси его игнорирует, выравниваясь, и смиряя Ника заинтересованным взглядом. Который отчаянно пытается опуститься на его пухлые губы.

– Ты права, – он усмехается, но в этой усмешке, кажется, мелькает едва различимое сожаление. – У меня есть предположение.

– Руки и сердца? – шутка срывается с языка быстрее, чем Рокси успевает её обдумать.

Лицо Ника вытягивается от удивления. К лицу прилипает жар, а желание провалиться сквозь землю плотно конкурирует с мольбой о похищении пришельцами. Дышать становится тяжелее. Рокси опускает взгляд на плитку, судорожно считая мозаичные квадратики и мечтая оказаться где угодно, только не здесь.

Однако в следующее мгновение Ник заливается тёплым смехом, чем резко понижает градус неловкости.

– Да, Рокс, – он с улыбкой качает головой, – мне не хватало твоих шуток.

«А мне тебя» – думает Рокси, тут же проклиная себя за эти мысли.

– А ещё твоей кропотливости и изящного ума, – звонко произносит Ника, слегка подаваясь вперёд. – Именно поэтому я тебя и позвал! Нужна твоя помощь.

– Хочешь, чтобы я подсказала, в каком порядке расставить баночки со специями в твоей новой квартире?

– Лучше, – его глаза загадочно блестят. – Хочу предложить тебе работу в «Sinclair Marine Group».

Рокси внимательно рассматривает его лицо, пытаясь найти в нём намёк на веселье. Но Ник, как назло остаётся непроницаемо серьёзным. Его выдержка заставляет Рокси усмехнуться.

– Это шутка?

– Нет, – Ник мотает головой.

Рокси изо всех сил надеется, что он не выдержит и рассмеётся. Но этого не происходит. Ситуация набирает пугающий оборот.

– Но «SMG» принадлежит твоему отцу! – напоминает Рокси, судорожно сжимая пальцами пиджак. – Он… Он скорее поставит бассейн с акулами в яхт-клубе, чем примет меня на работу.

– Мой отец – тот ещё сноб, но он не идиот, Рокс, – мягко произносит Ник. – Я прочитал твоё резюме.

– Ты… Что?!

Сердце делает кульбит. Рокси пошатывается, едва не падая со стула.

Чёрт возьми, это невозможно! Доминик Синклер читал её резюме, написанное под руководством податой Айви!

Во рту стремительно пересыхает. Словно по волшебству – или по тонкому знаку Ника, которого она не заметила, – рядом появляется официант. Рокси завороженно наблюдает, как тот бесшумно открывает бутылку шабли «Вьей Вуа». Бледно-золотистая струйка медленно наполняет её изящный бокал из тонкого стекла примерно на четверть, а потом официант с той же лёгкостью перемещает горлышко бутылки к бокалу Ника.

Рокси делает жадный глоток, будто это не вино, а жизненно необходимое лекарство. Язык обжигает кислинка, почти напоминающая лимонную. Она слегка морщится. Но это только начало. Вино медленно растекается по языку, вымывая все вкусы и оставляя после себя лишь лёгкое минеральное послевкусие и удивительную свежесть, как будто Рокси прополоскала рот мятным ополаскивателем.

– Нравится? – с улыбкой спрашивает Ник, осторожно крутя в руках бокал и вдыхая тонкий аромат вина.

– Неплохо, – отвечает Рокси. – Для бокала за тридцать баксов.

Ник усмехается. По телу растекается приятное тепло, будто её уже опьянил дорогущий алкоголь. Но гладя на Ника, Рокси на сто процентов уверена: дело тут вовсе не в вине.

– В нашей компании открылась новая программа для студентов. Что-то между стажировкой и подработкой, – сообщает Ник, заставляя резко вспомнить, что секунду назад они говорили о работе. – Ты – идеальная кандидатка на это место!

– При всём уважении, Ник, – с неловкой улыбкой произносит Рокси, нервно крутя ножку бокала, – ты глубоко ошибаешься.

– Хочешь сказать, оценки в твоём дипломе были завышены?

– Это обычные результаты среднестатистического студента-хорошиста.

– И писала его не ты?

– Я. Но он посвящён развитию маленькой косметической фирмы, а не крупнейшего в Бостоне яхт-клуба!

– И тебе не нужна работа?

– Нужна! Но Ник, – голос Рокси почти срывается на отчаянный крик, – я ни черта не смыслю в вашем бизнесе. Это будет полнейшая катастрофа!

Ник лишь пожимает плечами. Рокси обессиленно откидывается на спинку стула. Но ненадолго. Рядом с их столом появляются два официанта. Один ставит перед Ником тарелку, где идеально уложенные капеллини обвиты ярко-оранжевым соусом, усеянным кусочками нежно-розового лобстера. Второй синхронно опускает перед Рокси точно такую же, зеркальную тарелку. От неё тянется пряный, дразнящий аромат – чеснок, перец чили, что-то морское и, очевидно, безумно дорогое. Рокси невольно сглатывает слюну, и её желудок, забывший о еде с утра, предательски урчит.

– Попробуй, – с улыбкой просит Ник, указывая вилкой на её блюдо.

Рокси сдаётся, вновь придвигаясь к столу. Капеллини скатываются с её вилки при любой попытке их на неё намотать. Рокси прикусывает губу, медленно считая до десяти. Обычно это помогает ей успокоиться даже в самых стрессовых ситуациях. Но есть это дурацкое блюдо в присутствии Ника – больше, чем просто стрессовая ситуация. Это настоящая пытка.

Наконец, намотав пасту на вилку – не так изящно, как это сделал Ник, – Рокси отправляет её себе в рот. По языку растекается тёплая острота, которая тут же перерастает в настоящий пожар.

«Слишком много соуса!» – с ужасом понимает Рокси, хватая со стола бокал, чтобы запить блюдо вином.

Его мятное послевкусие быстро нейтрализует остроту. Рокси наматывает на вилку вторую порцию пасты уже с меньшим количеством соуса и отправляет её в рот, облизнув горящие губы.

– Вот видишь, – с усмешкой произносит Ник, – ты быстро учишься!

Паста едва не встаёт поперёк горла. Рокси замирает, стараясь быстро её проглотить, и делает жадный глоток вина.

Ты быстро учишься!

Эта фраза… В их далёком прошлом Ник произносил её дважды. Впервые когда наконец смог объяснить Рокси задачку по физике, из-за которой её едва не завалила преподавательница. А второй раз…

Ох, чёрт!

Перед глазами предстаёт образ Ника с взъерошенными волосами и тёмными, почти чёрными глазами, на которого Рокси смотрела, стоя перед ним на коленях.

Ты быстро учишься…

В тот вечер он научил доводить себя до исступления ещё одним способом.

Сердце начинает биться чаще. Рокси бросает взгляд на Ника, и, судя по расширенным зрачкам, он тоже думает про тот вечер.

– Глубже, Рокс…

Его низкий голос в голове заглушает все остальные звуки. Рокси рвано вздыхает. К чёрту дорогое вино, острый каппеллини и разговоры о работе. Больше всего на свете она бы хотела смахнуть всю посуду со стола, приблизиться к Нику и, словно голодная пираньи, влиться в его пухлые губы, по которым он проводит языком, слизывая остатки соуса и будто самостоятельно принуждая Рокси к действию.

Сейчас или никогда.

Она набирает в грудь побольше воздуха. Но в этот момент сзади раздаётся звонкий, как звук битого стекла, голос:

– Никки, дорогой!

Рокси и Ник синхронно оборачиваются. Перед ними стоит Кейденс и кокетливо машет рукой своему мужу в знак приветствия. Она одета в лёгкое платье до колена цвета шампань, её волосы крупными волнами спадают на левое плечо, а руки завешаны большими пакетами с логотипами известных брендов.

Кейденс подходит к Нику, громко стуча каблуками бежевых туфель с красной подошвой, и оставляет нежный поцелуй на его губах. Глядя на это, Рокси чувствует, как к горлу подступает тошнота, а грудную клетку сдавливает, будто её затянули в тугой корсет.

Ощущение усиливается, когда Кейденс садится рядом с Ником, по-собственнически обвивая руками его шею, и наконец замечает Рокси.

– Ты – та самая подруга Ника, которую он хочет взять в «SMG»? – она поворачивается к Доминику, смиряя его вопросительным взглядом. – Ты уже говорил с ней?

Ник кивает, а у Рокси болезненно сводит желудок от того, как он смотрит на Кейденс. Будто она – самое прекрасное создание, живущее на этой планете.

«Неудивительно: она – его жена» – напоминает себе Рокси, заедая горечь обиды острым капеллини.

– Да, – отвечает Ник. – Мы поговорили.

– И-и-и? – Кейденс переводит взгляд на Рокси. – Ты согласилась?

Рокси отрицательно мотает головой, понятия не имея, какое ей до этого дела.

– Это очень щедрое предложение, но я сомневаюсь, что мистер Синклер согласится взять меня к себе, – честно отвечает Рокси.

Кейденс раздражённо фыркает.

– Отец моего мужа – тот ещё кретин! – она поворачивается к Нику, бесцеремонно забирая его бокал и делая глоток вина. – Прости, Никки, но это правда. Помнишь, что он спросил, когда узнал, сколько я зарабатываю на своём блоге?

– Кто был твоим спонсором, – с виноватым вздохом произносит Ник.

Кейденс смотрит на Рокси, всем своим видом крича: «Вот видишь!», пока у неё начинает кружиться голова от этой внезапной информации. Разве Винсент не был в восторге от своей невестки? Разве не кричал во всех интервью, что рад видеть рядом с сыном такую целеустремлённую красавицу, как Кейденс?

Рокси трёт виски, пытаясь переварить услышанное.

– Хочешь дам совет? – Кейденс слегка подаётся вперёд, заглядывая прямо в глаза. – Не отказывайся от должности, если вся проблема лишь в предвзятом, самовлюблённом снобе. У «SMG» великое будущее, но ему нужна молодая кровь. Мы, – она обводит рукой себя, Рокси и Ника, – справимся гораздо лучше, чем престарелый совет директоров, который отклонил предложение прошлого маркетолога. А его идея сдать яхту для концерта молодой поп-звезды была прекрасна!

Речь Кейденс волшебным образом вселяет в Рокси давно забытое чувство: уверенность.

Если даже ей не удалось наладить отношения с высокомерным свёкром, должно ли Рокси пугать его неодобрение? Да, она хотела рекламировать косметические товары, но Ник прав: она быстро учится. А работа в «SMG» подарит ей не только ценный опыт, но и оклад, который точно не сможет предложить ни одна фирма с сайта поиска работы.

Поэтому, немного поразмыслить, Рокси берёт бокал и произносит:

– Передай моё резюме эйч-ар отделу. Хочу в следующий раз самостоятельно оплатить свой счёт в ресторане.

Кейденс радостно хлопает в ладоши, едва не перелезая через стол, чтобы задушить Рокси в своих объятиях.

– Ты сделала правильный выбор, подруга! – с уверенностью заявляет она, доставая из сумки телефон. – Какой у тебя ник в инстаграме?1[1] Я просто обязана на тебя подписаться!

Рокси берёт свой телефон, чтобы обменяться контактами с Кейденс. Происходящее кажется полным безумием, но бушующий адреналин в крови не даёт ей это обдумать, призывая немедленно действовать.

– Готово! – с радостью произносит Кейденс, нажимая кнопку подписки.

Рокси поднимает взгляд на Ника. На его лице читается гордость, а в глазах – неприкрытая нежность.

И смотрит он не на Кейденс. А на неё!

Рокси нервно сглатывает, понимая, что вместе с трудовым договором подпишет себе смертный приговор.

Глава 4

– Боже, Рокси, ты хотя бы понимаешь, насколько это хреновая идея?! – раздражённый вопль Айви из трубки едва не разрывает барабанные перепонки.

Рокси лишь громко вздыхает, отчего волнистая прядь смахивается со лба. Крутится перед большим зеркалом, чтобы убедиться, что пиджак сидит на ней нормально – на то, чтобы его отгладить, у неё ушёл целый час! – и наконец ровным тоном произносит:

– Помнится, ты была готова работать в стрип-клубе, лишь бы оплатить аренду квартиры. Чем место стажёра в маркетинговом отделе хуже тряски бёдрами перед престарелыми извращенцами?

– Тем, что на это место меня не вербовал бывший! – продолжает сокрушаться Айви. – Боже, просто признайся, тебе реально хочется работать рядом с Ником в компании его отца после всего, что между вами было?

Рокси бросает взгляд на своё отражение. Оно молчит, но в зелёных глазах красным по белому читается: «Нет! Ни за что!». Но стоит ей вспомнить про недавний разговор с матерью, и все внутренние протесты останавливаются, уступая место простой, но такой болезненной истине: у неё просто нет выбора.

Если бы она отклонила предложение Ника, все накопления пришлось бы спустить на перевозку вещей в родительский дом на окраине Бостона. А такого унижения она бы не выдержала.

– В последний раз, когда я была дома, мама пригласила пастора церкви, чтобы тот изгнал из моей комнаты демона, потому что я не выходила из неё неделю, – грудь режет неприятное чувство стыда. Рокси поднимает взгляд на потолок, будто прося несуществующее божество дать ей сил. – Он случайно рассыпал мои фломастеры, которые были рассортированы по цветам в радужном порядке, и у меня случился нервный срыв… Думаешь, это лучше, чем работать на грёбаного Винсента Синклера?

Вопрос риторический. Какими бы не были родители Ника, их действия никогда не задевали Рокси сильнее, чем то, как порой поступала её собственная мать.

Кажется, Айви тоже это понимает. Потому что из трубки раздаётся глубокий вздох, а потом она уже более спокойно произносит:

– Просто пообещай мне, что не дашь себя в обиду.

Её забота отзывается в Рокси судорожным вздохом. Будто она пытается сдержать слёзы.

– Разумеется. В конце концов, муж моей подруги – полицейский, и если со мной что-то случится, виновнику придётся несладко.

Айви лишь усмехается. Трогательный момент нарушает грохот и детский визг.

– Райден, я же сказала, не бросать мяч в квартире! – из заботливой сестры, чью роль она частенько играет для Рокси, Айви в одно мгновение превращается в суровую мать. – Всё, у нас ЧП! Ни пуха!

Она вешает трубку. Без её болтовни Рокси остаётся в тишине. Она наносит на лицо тональный крем, чтобы хоть немного замаскировать акне. Такой ритуал она делает крайне редко, по совету дерматолога давая коже дышать, но сегодня… Сегодня ей нужна броня из иллюзии идеальности, чтобы выстоять перед Винсентом.

Закончив с остальным макияжем, Рокси хватает с дивана сумку и окидывает взглядом квартиру. Она представляет собой помещение с высокими потолками, белыми стенами и дешёвым паркетом. Посередине небольшой гостиной стоит белый диван из бюджетной коллекции Икеи, у стены – телевизор на тумбе из этой же линейки. По бокам располагаются два книжных стеллажа с аккуратно расставленными книгами. При взгляде на них Рокси невольно улыбается. Всю мебель в квартире помог выбрать и собрать её отец. Возможно, поэтому это место – единственное во всём мире, где она может почувствовать себя в безопасности.

«Надеюсь, ты держишь за меня кулачки, папа» – думает Рокси, прежде чем выйти из квартиры, закрыть дверь и направиться к метро.

Дорога до офиса «SMG», к её счастью, не занимает много времени. Зато доехав до нужного адреса, Рокси чувствует, будто попала в другой мир. Малоэтажные кирпичные дома сменяются зеркальными высотками. Студенты в худи – работниками в деловых костюмах.

Рокси замирает перед парадной дверью в здание, на котором висит логотип «SMG». Сердце выстукивает чечётку. Вот он, момент, который разделит её жизнь на «до» и «после». Воспоминания о Синклерах лёгким сопротивлением отзываются в груди. Но Рокси его игнорирует: слишком многое стоит на кону, чтобы поддаться этому детскому импульсу.

Поэтому, сделав глубокий вдох, она проходит через стеклянные раздвижные двери и оказывается в просторном холле с ресепшеном.

В нос ударяет аромат кофе и дорогого парфюма – наверное, так пахнут ароматизаторы, расставленные на свободных поверхностях. На кожаных диванчиках сидят мужчины и женщины в офисных костюмах приглушённых тонов. При взгляде на них, Рокси невольно одёргивает рукава своего розового пиджака. Наверняка она выглядит в нём нелепо. И многочисленные взгляды, направленные в её сторону, лишь подтверждают эту догадку.

Натянув улыбку, чтобы замаскировать растущее чувство неловкости, Рокси подходит к ресепшену, за которым стоит девушка лет тридцати в белой рубашке. «Клара» – гласит надпись на её бейджике.

– Здравствуйте, у меня назначена встреча, – сообщает Рокси.

– Ваша фамилия? – спрашивает девушка, не отрывая взгляда от экрана компьютера.

– Уоллес. Роксана Уоллес.

Голос предательски дрожит, за что Рокси мысленно отвешивает себе подзатыльник.

Клара стучит пальцами с аккуратным маникюром по клавиатуре, кликает мышкой и мотает головой.

– Простите, но на ваше имя не назначено никаких встреч.

– Но как же так?..

Сердце Рокси опускается в пятки. Неужели она перепутала дату? Достав из кармана телефон, она перечитывает сообщение Ника. Пятнадцатое сентября, всё правильно! А если собеседование перенесли, и Ник ей забыл сообщить? Или, ещё хуже, Винсент отклонил её кандидатуру, как только прочитал имя в резюме?

Тревога комом заполняет горло, перекрывая кислород. Рокси закрывает глаза. Что там советовала её терапевт в таких случаях?

«Просто считай» – шепчет внутренний голос.

Рокси начинает традиционный счёт до десяти, сопровождая каждое число постукиванием пальцев по экрану смартфона.

Один, два…

Произошла какая-то ошибка.

Три, четыре…

Ник точно не мог так с ней поступить.

Пять, шесть…

Она позвонит ему, и всё разрешится.

Семь, восемь…

– Отчёт должен быть у меня на столе через час!

Знакомый голос заставляет Рокси ощутить ликование и панику одновременно.

Она поворачивается. В холл заходит Винсент, недовольно разговаривая по телефону, и твёрдой походкой направляется к ресепшену, будто сейчас его перевернёт. Слева от него идёт Ник, что-то усердно печатая и едва поспевая за отцом. Они одеты в почти одинаковые тёмно-серые костюмы с галстуками в цвет, но Рокси про себя отмечает, что на Нике костюм смотрится гораздо лучше.

«Безнадёжная дурочка» – констатирует внутренний голос, и Рокси виновато прикусывает губу.

– Клара, дорогая, пришли мне список сегодняшних посетителей, – требует Винсент, подойдя к ресепшену.

Ник, наконец-то допечатав своё сообщение, поднимает голову, встречаясь взглядом с Рокси.

– О, привет, рад тебя видеть! – его тон вызывает приятные мурашки, бегущие по всему телу.

Но они мгновенно сменяются острым холодком, когда Рокси замечает Винсент. Его лицо искажает плохо различимая эмоция, которую он тут же прячет за маской отстранённости, обращаясь к сыну:

– Я думал, мы с тобой уладили этот вопрос.

– А я думал, твой новый работник нуждается в помощи, – парирует Ник.

Винсент поджимает губы, изо всех сил пытаясь скрыть своё искреннее раздражение. Но у него не получается: Рокси ощущает его даже на расстоянии.

– Ты прав, – наконец произносит он, вдруг поворачиваясь к Рокси. – Мисс Уоллес, пройдёмте за мной.

Его слова вызывают смесь облегчения и одновременно нарастающей тревоги. Ник одаривает Рокси сочувствующим взглядом, словно говоря: «Прости, это мой отец», и они втроём заходят в лифт. Слава богам, в нём достаточно просторно: если бы дистанция между ней и Синклерами была меньше, Рокси бы не выдержала этих нескольких секунд ада в виде презрительного молчания Винсента и неловких переглядок с Ником.

На нужном этаже располагается несколько просторных офисов, разделённых длинным коридором. Друг от друга помещения отделяются тонкими стеклянными стенами, демонстрируя «политику открытости», которой придерживается «SMG». И лишь один из офисов закрыт рулонными шторами.

Винсент проводит ключ-картой по замку, когда к нему подбегает низенькая девушка в очках.

– Мистер Синклер, мистер Ларсон просил передать…

Она замолкает, когда Винсент выставляет перед ней ладонь.

– Не сейчас, Дарла: зайди ко мне через час, – он поворачивается к Рокси и Нику, жестом приказывая пройти.

Его кабинет расположен на углу здания, благодаря чему из панорамных окон открывается прекрасный вид на богатый район Бостона. Взгляд Рокси скользит от книжного стеллажа, на котором аккуратно расставлены книги в дорогих изданиях, до массивного деревянного стола, стоящего по диагонали между окнами. На нём расположен лишь компьютер, маятник Ньютона и тонкая папка с документами.

Рокси невольно вздыхает. Такой идеальный порядок в кабинете даже у неё вызывает лёгкое напряжение.

Винсент опускается в кожаное кресло, приглашая Рокси подойти ближе. Она бросает взгляд на Ника. Он загадочно подмигивает и садится на небольшой двухместный диван. Мысль, что он рядом, приятно согревает сердце, и Рокси расправляет плечи, готовясь к диалогу с тем, кто одним своим взглядом заставляет всё внутри сжаться в болезненный ком.

– Итак, мисс Уоллес, – Винсент скрещивает руки в замок, устремляя на Рокси острый взгляд своих серых глаз, – мой сын очень лестно отзывался о ваших навыках.

– Ник склонен приукрашивать, – отвечает Рокси.

На губах Винсента появляется нескрываемая усмешка.

– Я рад, что мы понимаем друг друга, – дружелюбие в его тоне отзывается неприятным покалыванием в кончиках пальцев.

Ладони со страшной силой начинают потеть. Рокси сжимает их в кулаки, мысленно направляя туда то неприятное чувство тревоги, которое заполонило каждую клеточку тела. Ей надо выстоять.

– Видите ли, мисс Уоллес, – снисходительно произносит Винсент, с головы до ног окидывая взглядом Рокси, – работа в «SMG» – это не практика в маленьком агентстве через дорогу. Это – привилегия. И доступна она далеко не каждому.

– Я знаю, – отвечает Рокси.

– Чудно, – Винсент подаётся вперёд, подпирая подбородок тыльной стороной ладоней. – Тогда вы должны знать, что получивший эту привилегию не имеет права на ошибку. И не важно, допущена она по его невнимательности или… – уголки его губ растягиваются в коварной улыбке. – Под влиянием каких-либо нейроотличительных особенностей.

То, как он произносит последнее слово, едва не выбивает у Рокси почву из-под ног. Хотя, учитывая высоту здания, в котором они находятся, у неё под ногами и не может быть никакой почвы, лишь серая каменная плитка. Но от этого едва ли становится легче.

Она набирает в грудь побольше воздуха, чтобы ответить на возможные опасения Винсента, – которые, честно говоря, больше напоминают открытую провокацию. Но в этот момент с места вскакивает Ник.

– Пап, хватит! – требовательно рубит он.

– Я разговариваю с юной леди, – даже не смотря в его сторону, отвечает Винсент. – Или ты хочешь быть её представителем на будущих встречах? Что ж, я могу это организовать! Но в таком случае тебе придётся покинуть должность в финансовом отделе.

Ник ничего не отвечает, однако на его лице отражается вся палитра от негодования до гнева. Да, он явно не научился массировать эмоции так же виртуозно, как его отец.

Рокси набирает в грудь побольше воздуха и мысленно молится всем богам, чтобы те помогли ей в этом безумстве.

– Мистер Синклер, – её голос дрожит, но она продолжает, – я прекрасно понимаю ваши опасения касательно моих… Особенностей. Но должна напомнить, что я прошла курс терапии, четыре года обучалась в колледже, посещала некоторые лекции очно и защитила диплом с первого раза.

Винсент ничего не отвечает, спокойно слушая её монолог.

– Пускай три года назад я могла допускать ошибки, – сердце пропускает удар при воспоминании о том вечере, – сейчас всё иначе. Я готова к этой работе. И если вы в этом сомневаетесь, могу предоставить заключение моего лечащего врача и характеристику от психолога. Хотя, думаю, у вас и без того хватает документов для изучения.

В кабинете повисает тишина. Рокси шумно вздыхает. Тело охватывает усталость, будто она не говорила с будущим начальником, а разгружала кирпичи.

Винсент смотрит на неё внимательным взглядом. И по нему крайне сложно понять, проникся ли он словами Рокси или прямо сейчас вытолкнет её в окно, заставив лететь с высоты двадцати этажей. Второму варианту она бы не удивилась.

Но вместо этого он лишь слабо улыбается – хотя вряд ли это можно назвать улыбкой, – и достаёт из ящика стола бланк документа.

– Обычно мои сотрудники подписывают трудовой договор в эйч-ар отделе, но раз мой сын, – Винсент кивает в сторону Ника, – так заботится о вас, мисс Уоллес, почему бы нам не покончить с этим прямо сейчас?

На секунду Рокси впадает в оцепенение, не веря своим ушам. Её речь сработала? Она правда устраивается в «SMG»? В её утреннем кофе точно не было галлюциногенов?..

Требовательный взгляд Винсента возвращает её в реальность. Не время думать, каким образом ей досталась эта должность: тратить время нового босса чревато её быстрой потерей.

Поэтому Рокси разворачивает к себе бланк документа и протянутой ей ручкой Винсента ставит подпись в конце. Она уже успела изучить условия договора – спасибо Нику, который прислал его копию на почту, – но в сердце всё равно поселяется странное предчувствие.

Как будто она только что заключила сделку с самим Дьяволом.

Впрочем, так и есть.

– Поздравляю с новой должностью, мисс Уоллес! – с натянутой улыбкой восклицает Винсент, тут же переходя на серьёзный тон: – А сейчас, будьте добры, покиньте мой кабинет. Ник проводит вас на новое рабочее место.

Рокси скромным кивком прощается с Винсентом, подходя к двери. Её перед ней галантным открывает Ник, одними губами шепча: «Дай мне минуту». Рокси выходит в коридор. С плеч словно спадает гора, позволяя ей наконец-то с облегчением выдохнуть.

«Я смогла!».

Она издаёт победное «Да!», привлекая к себе недоумённые взгляды работников, наблюдающих за этой картиной сквозь стеклянные стены. Будь она неладна, политика открытости!

Ник выходит из кабинета через две минуты. И судя по его лицу, разговор с Винсентом, который успешно скрыла шумоизоляция, вышел не самым приятным.

– Всё в порядке? – обеспокоенно спрашивает Рокси, едва заметно касаясь его плеча.

Этот жест заставляет Ника отшатнуться, будто его ударило током. Но он тут же натягивает улыбку.

– Да, не бери в голову.

Звучит убедительно. Но Рокси не остаётся ничего другого, кроме как поверить ему на слово.

– Готова к небольшой экскурсии? – глаза Ника загораются озорным блеском.

Рокси кивает, переполненная искрящимся на кончиках пальцев предвкушением. Тогда Ник жестом приглашает её пройти к лифту, следуя рядом и рассказывая об офисе, подобно опытному экскурсоводу.

– В распоряжении «SMG» находится пятнадцать этажей, – они заходят в лифт, и он жмёт цифру «31». – Отец распределил рабочие места так, что с повышением этажа повышается и значимость работающего на нём отдела.

– В таком случае он явно недооценивает вклад маркетологов, – подмечает Рокси, кивая в сторону кнопок.

– И недолюбливает финансистов, – усмехается Ник. – Мы работаем аж на четыре этажа ниже него.

Лифт трогается с места, и Рокси только сейчас осознаёт, что они с Ником остались одни в чертовски маленьком пространстве. Да, на какие-то считанные мгновения, но это не мешало ногам подкашиваться, а ладоням – безбожно потеть.

Рокси поджимает губы. Не время. Влияние Ника может всё испортить, нужно срочно брать себя в руки!

Она делает глубокий вдох, когда лифт доезжает до нужного этажа. Двери раздвигаются, и Ник первым выходит в коридор, перед этим случайно задевая ладонь Рокси своей.

Сердце пропускает болезненный удар. Но Рокси некогда погружаться в его переживания: её ждёт новое рабочее место.

Она быстро догоняет Ника, и он, как ни в чём ни бывало, продолжает экскурсию.

– На каждом этаже есть автоматы с кофе и чаем, – он указывает на сотрудницу, которая наливает ароматный напиток в одноразовый стакан. – А на двадцатом этаже – ресторан: там можно неплохо пообедать.

Рокси огладывается по сторонам, замечая кабинеты, в которых расположено по три или четыре стола.

– Я буду работать не одна? – с опаской спрашивает она.

Пускай в кабинете Винсента Рокси и распиналась о своей социализированности, Нику можно не врать: он прекрасно знает, что ей проще работать в одиночестве и желательно в тишине.

Но, увы: создать такие условия в офисе было бы невозможно.

– С тобой будет напарник, – подтверждает её мысли Ник, и на душе становится тревожно. – Но не волнуйся: он устроился к нам по той же программе, а значит, вы быстро поладите!

Его позитивный настрой не внушает Рокси уверенности, но она лишь кивает: Ник и так много для неё сделал, было бы глупо и совершенно не профессионально требовать выделить ей отдельный кабинет.

Они доходят до конца коридора. Рокси с удивлением подмечает, что её рабочее место находится на семь этажей ниже кабинета Винсента, в том же углу здания. А значит, отсюда будет открываться такой же потрясающий вид.

– Добро пожаловать в новый кабинет! – торжественно произносит Ник, когда они проходят внутрь. – Располагайся.

Рокси бросает взгляд на стол из светлого дерева с идеально чистой поверхностью, на которой располагается лишь рабочий ноутбук и маленький кактус в жёлтом горшке. Перед глазами уже предстаёт картина, как она заполнит поверхность органайзерами, в которых будет храниться её канцелярия…

Рокси мечтательно вздыхает: да, это определённо то, чего она так хотела!

– А это, – голос Ника вырывает её из собственных фантазий, – твой напарник. Мисс Уоллес, мистер Кэмпбелл.

Рокси поворачивается, чтобы представиться новому коллеге, но резко замирает. За столом, повёрнутым на девяносто градусов от её, сидит уже знакомый ей парень в жёлтом свитшоте и сверлит её внимательным взглядом своих синих глаз.

Языковые рецепторы щекочет фантомный вкус ромового пунша. Губы парня растягиваются в улыбке, а Рокси мечтает – в который раз за день! – провалиться сквозь землю. И плевать, что для этого придётся пробить пол на тридцать одном этаже.

– Какая встреча! – произносит Даниэль, разводя руками. – Я думал, судьба не сведёт нас снова.

– Вы знакомы? – недоумённо спрашивает Ник.

Рокси смотрит на Даниэля, всем своим видом моля, чтобы он ей подыграл.

– Нет.

– Рокси обвинила меня в попытке заразить её герпесом, – будничным тоном произносит Даниэль. – Хорошо, что это недоразумение не помешало нам получить удовольствие от того вечера. Верно, детка?

В кабинете нет зеркал, но Рокси уверена: на её лице отражается вся палитра красного. Она переводит взгляд с довольного, как кот, Даниэля на Ника, смотрящего на неё в искреннем недоумении.

– Где здесь уборная? – глухим тоном интересуется Рокси.

– В противоположной стороне от лифта, – отвечает Ник.

Рокси благодарно кивает, выходя в коридор. С каждым шагом стук её невысоких каблуков становится всё чаще, а сердце стучит всё громче, заглушая звук печатающих принтеров, стук клавиатуры и голоса сотрудников.

Добравшись до уборной, она заходит в ближайшую кабинку и садится, закрывая руками лицо.

По комнате разносится пронзительный нервный вскрик.

***

– Скажи, у тебя талант попадать в ситуации из тупых комедий?

Рокси лишь пожимает плечами, пока Айви, откровенно веселясь, наполняет их бокалы вином. Позади доносится быстрый топот маленьких шагов.

– Роуэн! Райден! Успокойтесь! А то наша полоумная соседка снизу снова будет угрожать мне судом!

Рокси лишь усмехается, наблюдая, как двое похожих, словно две капли воды, сорванца бегают вокруг дивана со старой полосатой обивкой, выкрикивая друг другу подобие угроз.

Наличие детей сильно повлияло на внешний вид квартиры Айви и её мужа, по планировке очень похожей на квартиру Рокси. На тёмно-зелёных стенах – которые никогда не нравились Айви, – появились многочисленные каракули Роуэна. Перед телевизором стояла табличка с надписью от руки: «Кто разобьёт – отдам на усыновление!». Почерк принадлежал Айви. На дешёвом паркете уже давно обосновались пятна и трещины, которые аккуратно прикрывались ворсистым ковром. А по бокам от телевизора стояли старые закрытые шкафы – стекло здесь было бы не лучшим решением, – где хранились мячи Райдена, фломастеры и краски Роуэна и ещё целая куча игрушек, большая часть которых обычно была разбросана по квартире. Лишь к приходу Рокси Айви с криками и воплями заставляла их наводить подобие порядка.

– За твою новую работу! – торжественно произносит она, поднимая бокал. – И за то, чтобы у Винсента отсохло всё его достоинство, если он решит тебя уволить!

Рокси усмехается, делая глоток вина. Оно сладкое и отдалённо напоминает виноградный сок. Неудивительно: вряд ли за те деньги, за которые его продают в супермаркете, в бутылке с неровно наклеенной этикеткой будет что-то другое.

В памяти всплывает вкус белого вина из ресторана, где они совсем недавно встречались с Ником. Их разница едва не вызывает у Рокси стон разочарования. Но она быстро подавляет его, отправляя в рот кубик нарезанного сыра.

– Как только получу первую зарплату, мы с тобой сходим в ресторан, – решает Рокси.

– Я только за! – воодушевляется Айви. – Надену своё лучшее платье, оставлю сорванцов на бедную соседку и пойду покорять высший свет!

Рокси усмехается, отпивая вино, которое начинает казаться всё менее отвратительным.

– Тебе даже не придётся прикладывать усилий! – заключает она. – Природа наделила тебя внешностью голливудской звезды и манерами аристократки, – Рокси обводит руками обеденный стол, где стоят бокалы и сырная нарезка.

Айви несколько секунд сверлит его задумчивым взглядом своих тёмных, как крепкий кофе, глаз, а потом тихо усмехается.

– Моя мама любила пить вино с сыром. Говорила, так принято делать в высшем обществе, – она пожимает плечами. – Каждый раз, когда ей выдавали зарплату, она покупала бутылку вина для себя, виноградный сок для меня и сыр на распродаже. Мы ужинали и представляли себя богачками из мелодрам, которые крутили по телеку.

– Звучит мило, – подмечает Рокси.

– Да, – соглашается Айви. Её взгляд резко меняется, обретая привычную колючесть. – Но потом в её постели появлялся незнакомый мужик, и всё возвращалось на круги своя.

Рокси лишь сочувственно вздыхает, накрывая её ладонь своей. Тема непутёвых матерей – та самая крепкая нить, которая когда-то связала их вместе. И пускай Айви не знает, что такое жить с религиозной фанатичкой, а Рокси – каково это, когда в детстве единственный родной человек не может тебя даже покормить, у их историй есть похожие сюжетные повороты, некогда превратившие их из соседок по многоквартирному дому в настоящих подруг.

– Если честно, мне немного тревожно, – резко меняет тему Рокси. – В баре Даниэль сказал, что ему плевать на эту работу.

– Он мог просто выпендриваться, – подмечает Айви. – Все мужики это любят.

– Да, но… – Рокси вздыхает, задумчиво прокручивая в руках ножку бокала. – Вдруг он будет саботировать мою работу? Мне сложно сосредоточиться, когда рядом есть кто-то ещё, особенно…

«Особенно если его стол завален бумагами, которые легко бы поместились в одной стопке» – мысленно заключает она, вспоминая хаос на рабочем месте Даниэля.

Туда было даже страшно взглянуть! А что будет, когда она начнёт проводить в кабинете по десять часов и боковым зрением постоянно смотреть на рабочее место напарника?..

– Уверена, всё будет хорошо, – успокаивает её Айви. – В тот вечер Даниэль спокойно согласился оставить мне свой номер, хотя мог закатить скандал, как это любят делать всякие идиоты. Я думаю, с ним можно будет поладить…

Позади раздаётся грохот. Рокси и Айви синхронно оборачиваются. На полу валяется цветочный горшок, в котором находился какой-то вялый росток, а рядом стоят близнецы. Заметив на себе грозный взгляд матери, Райден указывает пальцем на Роуэна.

– …если он не четырёхлетний ребёнок, которому я сто раз говорила не бросать мяч в квартире! – Айви подрывается с места, заставляя его ретироваться в детскую. – Ах ты, мелкий засранец!

Рокси эта картина забавляет, и она не может сдержать смех.

Айви бросается в погоню. Но её останавливает звук открывающейся двери. В квартиру заходит Джозеф, и судя по его уставшему виду, за последние сорок восемь часов он поспал от силы минут двадцать.

– Привет, любовь моя, – он подходит к Айви, чтобы получить поцелуй.

Но та лишь капризно отворачивается, указывая на разбитый горшок.

– Посмотри, что натворили твои дьяволята!

– Ну, справедливости ради это наши дьяволята, – с улыбкой подмечает Джозеф, сгребая недовольную жену в объятия. – И свою сущность они унаследовали явно не от меня.

Айви недовольно фыркает, но не сопротивляется, когда он наклоняется к ней, чтобы сорвать с губ страстный поцелуй.

Существует мнение, что противоположности притягиваются. Айви и Джозеф – его прямое доказательство! Вряд ли несколько лет назад молодой и совсем зелёный лейтенант Рид, отправляясь на ночной вызов в стрип-клуб мог подумать, что танцовщица в бордовом кружевном боди, которая раз за разом красноречиво посылала его во всё более интересные места, пока он прижимал её к полу, а потом забрал в участок для дачи показаний, через две недели согласится пойти с ним на свидание. А уже через три месяца осчастливит новостью о скором отцовстве.

– Папа! Папа! – Райден выбегает из детской, тут же оказываясь в объятиях Джозефа, который кружит его над потолком.

Роуэн в это время с опаской подходит к Айви, будто всё ещё думает, что та поверила в фальшивые обвинения Райдена. Она лишь снисходительно вздыхает, прижимая его к себе.

Со стороны их семья выглядит немного несуразно: смуглая кожа, невысокий рост и пылкий нрав Айви сильно контрастируют с бледностью, высоким ростом и непрошибаемым спокойствием Джозефа. Но они нашли друг в друге то, чего им так сильно не хватало в них самих. А пара близнецов, взявших от обоих родителей всё самое лучшее, лишь доказала правильность этого союза.

– О, Рокси, не знал, что ты здесь, – Джозеф опускает Райдена на пол и подходит, чтобы её приобнять.

За время общения с Айви у Рокси сложились тёплые отношения и с её мужем, поэтому такой жест с его стороны был в порядке вещей.

– Да я уже ухожу, – признаётся она, вставая со стула. – Спасибо за гостеприимство.

– Что? – недоумевает Айви. – Но мы не выпили и двух бокалов!

– Завтра мой первый рабочий день, не забыла? Винсент вышвырнет меня из офиса, если опоздаю или приду с похмельем.

Айви раздражённо цокает языком, но понимает: Рокси права.

– Ла-а-адно, – сдаётся она, обнимая на прощанье. – Но завтра расскажешь, как всё прошло!

– Обязательно, – обещает Рокси.

Она прощается с Джозефом и близнецами, которые, кажется, безумно рады её уходу, ведь после него Айви разрешит им высыпать все игрушки из шкафа.

И хотя покидать уютное гнёздышко семейства Рид нет никакого желания, Рокси понимает, как редко Джозеф бывает дома, и как сильно Айви и близнецы хотят провести время с ним наедине.

Она выходит в подъезд, поднимаясь по лестнице. Её квартира располагается этажом выше, что сильно увеличивает частоту их совместных посиделок с Айви.

В кармане пиджака вибрирует телефон. Рокси достаёт его и останавливается, чтобы прочитать сообщение.

Мама: Ну как дела с работой?

Она нервно сглатывает, печатая ответ:

Рокси: Меня приняли на классную должность. Смогу оплачивать аренду и закупаться джинсами хоть каждый месяц!

Вообще-то она хотела позвонить им вечером, чтобы сообщить новость и отцу, но после разговора с Айви слишком устала.

Однако мать решила напомнить о себе самостоятельно. Как в её духе.

Рокси доходит до квартиры и открывает дверь, когда ей приходит ответ:

Мама: Чудесно! Не зря я молила Бога, чтобы он дал тебе второй шанс!

Горло перекрывает болезненный ком, который Рокси с трудом удаётся проглотить. Она заходит в квартиру, закрывает за собой дверь и медленно опускается на пол, прижавшись к ней спиной. Всё как обычно. Стоило рассказать матери о своих заслугах, и она вновь присвоила их Богу, проявившему несказанное милосердие к её бедной дочери.

Вот только Рокси знает: если Бог существует, ему искренне на неё плевать! Иначе он бы не позволил ей расти с чокнутой матерью, терпеть издевательства детей в школе, которые вытряхивали содержимое портфеля Рокси, заставляя разложить тетради и учебники по цветам, и учителей, почему-то решивших, что чем громче они будут кричать, тем тише станет голос внутреннего монстра в лице ОКР. Спойлер: вышло с точностью наоборот.

Рокси запрокидывает голову, устремляя взгляд в белый потолок. Глаза обжигают слёзы. Обида – ещё один грех, о котором постоянно твердила ей мать. Но это только способствовало её росту и, соответственно, очернению души Рокси в глазах всевышнего.

Она прикрывает веки. Возможно, мама права, и Бог действительно существует. И сегодня он в наказание за все грехи отправил Рокси в лапы самого Дьявола, носившего облик Винсента Синклера.

Глава 5

Любимым детским мультфильмом Рокси была Диснеевская «Русалочка».

Каждый раз при пересмотре она находила сходство между судьбами Ариэль и своей собственной. Они обе родились не в том мире, обе страдали от оков непонимания со стороны общества и обе так отчаянно мечтали о свободе…

Вот только в шесть лет Рокси и подумать не могла, что в один прекрасный день сама превратится в Ариэль. Только в её случае чары злой ведьмы не помогут избавиться от хвоста в лице ОКР, прекрасный принц не подарит ей «долго и счастливо», а главные злодеи никогда не будут наказаны.

Реальная жизнь оказалась жестока. Но при должном уровне усердия Рокси и сама могла бы наколдовать себе нужную концовку. Только ради неё, прямо как в сказке, нужно было отправиться в логово злодея и заключить с ним сделку на условиях, выгодных лишь ему самому…

Об этом Рокси размышляет всё утро. И даже сейчас, поднимаясь на лифте на нужный этаж, до сих пор задаётся вопросом: как человек, некогда ненавидевший её лишь за сам факт существования, так просто согласился принять Рокси на работу?

«Здесь определённо есть подвох» – подсказывает внутренний голос, и она не может с ним поспорить.

Отдел маркетинга встречает Рокси шумом кофейного автомата и бурными обсуждениями местных работников. Она проходит мимо кабинета, откуда даже через толстое стекло доносятся дебаты трёх сотрудников. В этот момент Рокси мысленно благодарит Ника: окажусь она среди них, не выдержала бы на этой работе и пяти минут.

Поэтому дойдя до своего кабинета, Рокси чувствует облегчение. Около него не ошиваются сотрудники, благодаря расположению в конце коридора. Стекло, хоть и не обладает должным уровнем шумоизоляции, не пропускает большинство раздражающих звуков, превращая их в далёкий фоновый шум.

Стол Рокси встречает её идеальным порядком. Она с улыбкой смотрит на его гладкую поверхность, на которой располагается лишь ноутбук и…

– Где мой кактус? – вдруг интересуется она, заметив отсутствие маленького растения в жёлтом горшке.

В качестве ответа помещение заполняет звук ленивого постукивания пальцами по клавиатуре. Рокси поворачивается. За соседним столом, не обращая на неё никакого внимания, сидит Даниэль, что-то печатая на ноутбуке и периодически отвлекаясь на экран телефона. Сегодня на нём красуется футболка кислотно-лаймового цвета с красноречивой надписью «Fuck this shit», которая является отличным отражением его рабочей деятельности.

Среди разбросанных по столу бумаг и стикеров Рокси замечает свой потерянный кактус, стоящий практически на самом краю. Гнев обжигает её тело изнутри. Она подходит к Даниэлю.

– Какого чёрта ты забрал мой кактус?

Он бросает на неё недоумённый взгляд.

– Разве этот кактус приехал в офис с тобой?

– Нет, но…

– Значит, он принадлежит компании, и может стоять где угодно! – бодро заключает Даниэль, вновь возвращая взгляд в экран ноутбука. – Что-то ещё?

– Да, – кивает Рокси, хватая со стола горшок. – Раз кактус может стоять где угодно, я забираю его себе!

Даниэль лишь пожимает плечами. Рокси ставит горшок с кактусом на его вчерашнее место, когда из-за спины доносится:

– Если с твоего стола попадёт ручка, ты тоже включишь злобного коллектора?

Рокси резко разворачивается, с уверенностью отвечая:

– Да, включу!

– Потому что ты – зануда? – Даниэль игриво прикусывает кончик ручки.

В его глазах пляшут демонические искорки. Очень раздражающие демонические искорки.

– Потому что у меня ОКР! – выпаливает Рокси прежде чем успевает подумать.

Веселье в его глазах мгновенно сменяется недоумением.

– Что?

– Я слишком чувствительна и не люблю, когда кто-то трогает мои вещи, – объясняет Рокси. – А ещё терпеть не могу беспорядок. Поэтому, будь добр, либо уберись на своём столе, либо отгороди его ширмой!

Даниэль несколько секунд молчит. А потом качает головой, констатируя:

– Тяжёлый случай.

Рокси резко разворачивается, опираясь руками на гладкую поверхность стола. Сердце колотится в бешеном ритме. Дура. Зачем она сказала это именно сейчас?

В попытке заглушить внутренний голос Рокси прикусывает нижнюю губу. Боль отрезвляет, и она вспоминает слова психолога: «Мы не стыдимся того, на что не могли повлиять».

ОКР – часть её, от которой она бы с удовольствием отказалась, если бы у неё появилась такая возможность. Но, увы, этого не случится. А значит, слова Рокси – не более, чем просто информация, а не открытие какой-то страшной тайны.

Она выпрямляется, желая наконец-то сесть за стол. Но в этот момент из ноутбука Даниэля раздаётся мелодия видеозвонка, от которой он едва не подскакивает с места, шипя красноречивое: «Дерьмо!».

– Да, мистер Синклер.

Рокси замирает, с опаской смотря в сторону напарника.

– Мисс Уоллес на месте? – вопрос Винсента звучит сухо. Он даже не приветствует Даниэля, игнорируя базовые правила этикета.

Рокси подходит к столу, старательно игнорируя беспорядок на нём.

– Вы хотели меня видеть?

– Вас обоих, – уточняет Винсент, крутя в руках свою дорогую ручку.

Ту самую, которой Рокси поставила подпись на контракте с «SMG».

– У нас разрабатывается новый проект, и я хочу, чтобы вы занялись планом его продвижения. Подробности уже лежат на рабочей почте мистера Кэмпбелла.

– О, сэр, благодарю вас за такое доверие! – Даниэль театрально прижимает правую руку к сердцу.

Рокси едва сдерживается, чтобы не закатить глаза.

Винсент прищуривается, будто что-то разглядывая через экран. А потом таким же ледяным тоном произносит:

– Мисс Уоллес, до конца дня вы должны создать рабочую почту: я до сих пор не увидел ваш адрес в базе данных сотрудников, – он переводит взгляд на Даниэля. – А вы, мистер Кэмпбелл, постарайтесь в следующий раз соблюдать дресс-код: демонстрация вашей смелой жизненной позиции может навредить имиджу компании.

– Будет сделано, босс! – салютует в камеру Даниэль.

Винсент сбрасывает звонок. Рокси и Даниэль выдыхают, удивляясь тому, насколько синхронным выходит это действие.

– Ты и правда наденешь завтра костюм? – интересуется она.

– Да. Если на землю упадёт космический корабль, – Даниэль одаривает её игривым взглядом. – Не волнуйся, детка: я не собираюсь убивать свою индивидуальность в угоду своему драгоценному начальнику!

«Значит, вылетишь отсюда быстрее, чем я» – мысленно заключает Рокси, радуясь тому, что их вынужденное сотрудничество продлится совсем недолго. Как славно.

Она садится за ноутбук. Не создать рабочий почтовый адрес – большой промах! Об этом нужно было позаботиться вчера вечером, но Рокси предпочла самоуничижаться из-за слов матери. Как будто она сказала что-то новое!

Пальцы стучат по клавиатуре. Рокси заполняет все нужные данные для создания почты, лаконично называя её: «RoxanneW@smg.com».

Она поворачивается к Даниэлю с просьбой сбросить ей данные от Винсента, но он выходит из кабинета.

– Ты куда? – интересуется Рокси.

– За кофе, – отвечает он.

– Но документы…

– Пришлю, как только вернусь. Я мигом!

И убегает, оставляя Рокси одну.

Она раздражённо вздыхает, скрещивая руки на груди. Винсент дал понять, что их работа не терпит задержки. Но как можно к ней приступить, если не знаешь, что именно нужно сделать?

Рокси вздыхает, откидываясь на спинку стула. Каждая секунда ожидания Даниэля отзывается в её голове звуком удара в барабан. Она трёт виски. Нужно срочно себя чем-нибудь занять!

Рокси достаёт беспроводные наушники и включает плейлист с фоновой музыкой – это помогает настроиться на работу. Потом ищет в интернете подходящее изображение для рабочего стола, останавливаясь на осенней панораме Бостона, и создаёт папки на рабочем столе, чтобы сортировать будущие документы.

«Миг», на который убежал Даниэль, растягивается на полчаса. На час. На два…

Рокси успевает перечитать все отчёты о деятельности «SMG», к которым у неё есть доступ. От восьмизначных чисел перед глазами начинает плыть, и она устало вздыхает, уже совершенно не понимая, что здесь забыла.

Даниэль пропадает почти на полдня, срывая все планы и заставляя внутреннего монстра вопить от негодования.

Рокси отправляет несколько гневных сообщений Айви, в которых во всех красках проклинает новоиспечённого коллегу.

«Лучше бы мне попался четырёхлетний ребёнок» – заключает она, вспоминая вчерашний разговор в квартире подруги.

От бессилия Рокси опускает голову и трёт виски, оперевшись локтями на деревянную поверхность стола. В этот момент, к её великому удивлению, дверь в кабинет открывается, сопровождаясь звуком тихих шагов. С губ срывается облегчённый вздох.

– Ну наконец-то! – восклицает Рокси. – Где тебя носило?

Она поднимает голову, сталкиваясь с недоумённым взглядом серых глаз. Щёки вспыхивают пламенем.

– В финансовом отделе, если вопрос предназначался мне, – отвечает Ник.

Его губы растягиваются в беззлобной усмешке. Рокси мысленно отвешивает себе подзатыльник.

– Прости, это… Я просто заработалась, – растерянно произносит она, хватаясь за голову. – Первый день, и всё такое.

«Тиран-босс, суперсрочное задание и пропавший напарник… Меня же можно понять?» – задумывается Рокси, прикидывая, насколько облажалась перед Ником.

Но он, кажется, даже не обижается. По крайней мере, об этом говорит его лучезарная улыбка.

– Поэтому я и здесь, – произносит Ник, подходя ближе. – Не хочешь на часок отвлечься и сходить со мной на обед?

– Уже обед? – в ужасе вопит Рокси, бросая взгляд на часы.

Они показывают 12:47. Ещё немного, и Даниэля можно смело объявлять пропавшим без вести.

«Прекрасное начало работы!».

Рокси ощущает дьявольское чувство дежавю. Ситуация практически такая же, как в день её собеседования в Дорчестере: всё шло наперекосяк, но появился Ник и спас её от настоящего кошмара!

И хотя откровенную грубость миссис Тёрнер вряд ли можно сравнить с простой безответственностью Даниэля, ответ на предложение остаётся неизменным.

– Почему нет? – пожимает плечами Рокси. – Продолжим нашу экскурсию по ресторанам с космическим ценником!

Ник лишь усмехается. И эта усмешка в очередной раз напоминает, насколько крупно она попала.

***

Интерьер ресторана, в который её приводит Ник, выполнен в бело-бежевых тонах. Он находится в том же здании, что и офис «SMG», поэтому Рокси не удивляется увидеть среди посетителей знакомые лица сотрудников, с которыми сталкивалась в коридорах.

Нику удаётся выторговать столик у окна – хотя, наверное, в его положении это не так сложно, – куда их с широкой улыбкой проводит администратор. Официант вручает меню, и Рокси тут же принимается изучать местный ассортимент.

– Может быть, доверишь выбор мне? – предлагает Ник. – Как показывает практика, у меня безупречный вкус!

Рокси лишь фыркает, одаривая его уничижительным взглядом.

– Твой безупречный вкус в прошлый раз едва не сжёг мне язык.

– Но тебе же понравилось, так? Особенно вино.

– За такие деньги ничего особенного. В этот раз я выбираю блюдо сама!

– Ла-а-адно, как скажешь, – сдаётся Ник. – Но плачу за обед я.

– И снова твои джентльменские замашки!

– Раньше тебе они нравились, разве нет?

Рокси едва не роняет меню. В тоне Ника ощущается особый подтекст, который явно не предвещает ничего хорошего. Ровно как и крутящиеся в голове шестерёнки, мгновенно заставившие её вспомнить обо всех моментах, когда он был джентльменом.

Официант принимает заказ. Ник выбегает стейк средней прожарки, а Рокси тыкает пальцем в первый из списка салат, обращая внимание больше на его низкую цену, чем на ингредиенты. Когда официант уходит, Ник заводит разговор на другую тему.

– Как твой первый рабочий день?

– Кошмарно, – признаётся Рокси. – Винсент поручил нам какое-то задание, а я даже не могу его изучить, потому файлы лежат на почте Даниэля. А сам Даниэль сбежал!

Она не хотела жаловаться на своего напарника. Но злость горящим пламенем обжигала грудную клетку, не давая спокойно мыслить. До вечернего разговора с Айви Рокси бы точно не выдержала.

– Сегодня же расскажу об этом отцу, – обещает Ник. – Кэмпбелл вылетит отсюда быстрее, чем пробка из бутылки шампанского.

– Нет, прошу! – мотает головой Рокси. – Ничего не говори Винсенту.

– Но этот тип доставляет тебе проблемы, Рокс! – настаивает Ник. – Его должны уволить!

– И уволят, – соглашается она. – Просто… Пускай это будет не из-за меня, ладно? Не хочу чувствовать себя виноватой.

Ник лишь вздыхает, осуждающе качая головой.

– Твоя доброта тебя погубит, Рокс.

Рокси не спорит. Зачем? Глупо соглашаться с этим фактом. Ещё со времён средней школы внутреннее чувство «правильности» не позволяло ей вступать в конфликты. Она боялась задеть даже тех, кто этого заслуживал. Но что-то внутри не давало переступить эту черту.

А потом Рокси перешла в старшую школу. Сначала казалось, в ней ничего не изменилось: ученики так же подшучивали над её странностями, разве что не нападали в открытую. А учителям по большей части было всё равно и на диагноз Рокси, и на то, какую сумму ежемесячно платил её отец. Говард был уверен, что обучение в платной школе – лучший вариант для его дочери. И оказался прав.

Потому что именно там Рокси встретила Ника, и её жизнь навсегда изменилась.

Официанты приносят еду. Рокси принимается спешно поедать салат с морепродуктами, пока Ник осторожно, словно истинный аристократ, отрезает маленький кусочек стейка и отправляет его себе в рот.

– Кажется, у работы в «SMG» есть определённый плюс, – произносит она, наматывая на вилку кальмара. – Я могу расширить свои гастрономические границы.

На лице Ника появляется загадочная ухмылка.

– Приятно снова быть инициатором расширения твоих границ.

Рокси замирает, бросая на него вопросительный взгляд.

– Снова?

– Ага, – кивает Ник. – Помнится, во время нашего первого репетиторства ты сказала, что не будешь заниматься сексом с парнем, пока он не сделает тебе предложение руки и сердца. Это было бы слишком грустно, не так ли?

Тело окутывает жар, будто тонкий пиджак превратился в зимний пуховик. Рокси несколько раз моргает. Тот факт, что Ник просто так сказал об этом вслух, кажется ей чистым безумием или последствием помутнения рассудка после первого рабочего дня.

Но судя по невинной улыбке на его лице, оба варианта здесь не причём. Ник действительно решил обсудить их прошлое за дружеским ланчем, к великому сожалению Рокси вспомнив о самых пикантных моментах.

Она прочищает горло.

– Ты уверен, что нам стоит… Об этом говорить?

– Почему нет? – невинно пожимает плечами Ник. – Это часть нашей истории, Рокс. Безумная, но часть, – он прищуривается. – Или ты предпочла бы её забыть?

Вопрос застаёт Рокси врасплох. Она мгновенно жалеет, что в этот раз они обедают без вина: чтобы пережить этот диалог, нужен как минимум фужер.

Хотела бы она забыть об их прошлом? Никогда! Но будь у неё такая возможность, она бы воспользовалась ей, чтобы сохранить место у Винсента и собственный рассудок.

Потому что сейчас, глядя на Ника и зная, что он думает об их первой совместной ночи, Рокси кажется, она вот-вот сойдёт с ума.

– Думаю, прошлому место в прошлом, – наконец произносит Рокси, найдя максимально безопасные слова, чтобы свернуть с этой кривой дорожки.

Иначе она приведёт их прямо в кювет.

– Пожалуй, ты права, – соглашается Ник.

Но Рокси готова поклясться, в его тоне отчётливо слышны нотки разочарования.

«Боже, что происходит?».

Ответа на этот вопрос у неё нет. И через мгновение он становится вовсе не нужен.

– Никки, дорогой!

Кейденс появляется в зале, порхая по нему словно фея из сказок, пока воздушная юбка её розового платья красиво развивается от каждого шага. Ритуал их приветствия с Ником острым ножом впивается в сердце Рокси. Но она, как и в прошлый раз, заедает эту боль, надеясь, что морепродукты заглушат приторность их поцелуев.

Потому что просто закрыть глаза было бы неприлично.

«Ровно как и обсуждать секс с парнем за секунду до появления его жены» – думает Рокси.

– Как я рада тебя видеть! – восклицает Кейденс, одаряя Рокси широкой улыбкой. Кажется, её зубы стали ещё белее. – Расскажешь, как тебе работа в «SMG»?

Рокси поджимает губы, мысленно перебирая прилагательные, которыми можно было бы описать эти полдня. Ужасно? Отвратительно? Настоящая катастрофа? Нет, пожалуй, ни одно из этих слов не сможет описать последние пару часов!

А присутствие Кейденс рядом с Ником делает ситуацию в сотню раз хуже. Поэтому Рокси прибегает к своему лучшему плану: немедленно ретироваться.

– Мне пора возвращаться в кабинет, – сообщает она, поднимаясь с места.

– Но я думала, мы успеем поболтать, – с досадой произносит Кейденс. – У меня еле получилось выбраться со съёмок!

– В другой раз, – обещает Рокси, переводя взгляд на Ника. – У тебя есть почта Даниэля?

– Сброшу тебе вместе с документами, – обещает он.

– Спасибо.

Очередная помощь со стороны Ника приятным теплом растекается по телу. Но это опасное чувство. Поэтому Рокси берёт себя в руки и, спешно попрощавшись, покидает ресторан.

Обед утомил её больше бесполезного пребывания на работе. И что самое страшное, впереди ещё несколько часов до завершения этого кошмарного дня.

***

– Итак, Рокси, какие мы можем подвести итоги?

Рокси поджимает губы, обводя взглядом квартиру. Её психолог поправляет свои круглые очки. Они договорились созваниваться раз в месяц, чтобы отслеживать состояние Рокси, которое, пускай и перешло в статус «стабильного», в любой момент могло откатиться на несколько лет назад.

ОКР никогда не оставит её в покое. Но по словам мисс Доусон, может уйти на второй план, из громкого командного голоса превратившись лишь в слегка раздражающий фоновый шум.

Взгляд Рокси падает на кухонные столешницы. Она улыбается, подмечая первое маленькое достижение.

– В моих прозрачных баночках хлопья, орехи и гранола находятся на разном уровне. Три месяца назад я пополняла запасы, как только чего-то становилось немного меньше.

Мисс Доусон одобрительно кивает, делая запись в блокноте.

– Вчера я так торопилась домой, что наступила на плиточный шов, – продолжает Рокси. – Это было… Неприятно. Но со мной ничего не случилось, так что проклятие неудачи, кажется, тоже отступает.

– Ты же помнишь, что дело не в самом проклятие, а в твоих мыслях? – уточняет психолог. – Чем больше ты о чём-то думаешь, тем чаще начинаешь это замечать.

Рокси кивает. Так вот как она снова притянула в свою жизнь Ника!

– Отлично, – мисс Доусон одобрительно кивает. – Есть что-то ещё? Ты же помнишь, мы должны подмечать каждую мелочь! Так ты поймёшь, что всё идёт не зря.

– Да, – отвечает Рокси, теребя край домашней футболки. – Я устроилась на работу.

– Поздравляю, Рокси! – с улыбкой восклицает психолог. – Это огромный шаг…

– К отцу бывшего парня. Того самого.

Ликование на лице психолога сменяется искренним недоумением, – именно такой реакции ожидала Рокси, когда прокручивала их грядущий разговор в голове.

Мисс Доусон появилась в её жизни в момент расставания с Ником и переезда в отдельную квартиру. Она застала все стадии принятия неизбежного, конфликты с матерью, которая отчаянно хотела вернуть Рокси домой, и сильнейшее обострение ОКР, когда ежедневная проверка расставленной в шкафах посуды на симметрию была обыденным ритуалом, а каждый выход из дома сопровождался отчаянными попытками скрыть акне, словно оно было визуальным доказательством испорченности. Об этом Рокси без умолку твердила её собственная мать.

И вот теперь, когда всё это осталось позади, она совершенно невинным тоном сообщает психологу, что в её жизнь вернулся корень половины проблем, которые последние три года лечила терапия.

Повезло, что мисс Доусон – не Айви: та бы убила Рокси на месте.

– Вы снова общаетесь? – спустя несколько секунд паузы уточняет психолог.

И говорит она явно не о Винсенте.

– В августе, перед моим днём рождения, я была на свадьбе Ника, – отвечает Рокси. – Потом он связался со мной и предложил работу.

– Почему ты решила согласиться? – интересуется мисс Доусон, рассматривая её слишком подозрительным взглядом.

– Потому что… Потому что мне нужны были деньги, – Рокси прочищает горло, разводя руками. – Разве это не очевидно?

Психолог ничего не отвечает. Но судя по её выражению лица, она ни на миг не поверила словам Рокси.

Неудивительно. Сама Рокси тоже бы вряд ли себе поверила.

– Скажи… – задумчиво произносит она, поправляя съехавшие на нос очки. – Какие отношения сейчас связывают тебя и твоего бывшего?

– Он женат, – тут же отвечает Рокси, выпрямляя спину.

– Я спросила не это, – с лёгкой улыбкой подмечает психолог.

Щёки начинают гореть. Рокси нервно сглатывает, опуская взгляд на клавиатуру. Ей надо срочно убедиться, что цифры расположены в верном порядке.

Один, два…

– Понимаешь, Рокси, – начинает рассуждать мисс Доусон, – психике нужен чёткий баланс прошлого, настоящего и будущего. Особенно твоей.

Три, четыре…

– Общаться с бывшим парнем для тебя – всё равно что встречаться с восставшим из могилы мертвецом: противоестественно.

Пять, шесть…

– Ты не сможешь идти дальше, если крышка гроба будет открыта, как бы странно это ни звучало.

Семь, восемь…

– Понимаю, это жестоко. Но спроси себя: готова ли ты рисковать теми результатами, которых мы добились, ради минутной слабости?

Девять, ноль…

Убедившись, что с клавиатурой ноутбука всё в порядке, Рокси поднимает глаза. На неё пристально смотрит мисс Доусон, явно ожидая ответа. И Рокси даже знает, какого именно.

– Ник давно в прошлом, – с уверенностью произносит она. – А эта работа – для меня шанс остаться на плаву, потому что в других местах моё резюме отклонили. Как я смогу начать новую жизнь, если в ней меня продолжат преследовать проблемы с деньгами?

Мисс Доусон сдержанно кивает – то ли в знак согласия, то ли сделав для себя очередную пометку.

– В таком случае, надеюсь, эта работа сможет решить твои проблемы, – произносит она. – Продолжим?

Остаток сессии они обсуждают записи в дневнике Рокси, который психолог посоветовала вести каждый день для рефлексии и фиксирования маленьких достижений – популярный метод терапии среди пациентов с ОКР.

Когда они заканчивают, Рокси откидывается на спинку дивана, судорожно выдыхая и прикрывая глаза. Сердце бешено колотится. Сегодня она впервые соврала: то ли своему психологу, то ли себе самой.

И кому эта ложь навредит сильнее, Рокси уже догадывается.

Глава 6

Дыхание ровное. Мысли чисты.

Рокси сосредотачивается на ощущениях. Шершавая поверхность коврика под голой ступнёй. Прохладный воздух, ласкающий разгорячённую кожу, когда она поднимает руку. Лёгкое жжение в мышцах пресса, похожее на прикосновение тёплого песка. Она вытягивается, и её взгляд падает на собственную руку – на идеально прямую линию от плеча до кончиков пальцев. Губы растягиваются в гордой улыбке.

Пускай жизнь Рокси и стала похожа на полную неразбериху, занятия пилатесом по-прежнему остаются лучшим способом вернуть себе контроль. Ведь на них и мысли, и тело подчиняются лишь ей одной, и нет ни одного обстоятельства, на которое она не могла бы повлиять.

В отличие от офиса с безответственным напарником.

– Отлично, – негромко произносит тренер. – Продолжаем в том же духе.

Рокси вздыхает, переходя к следующему упражнению – «вытягиванию позвоночника», лёжа на спине с поднятыми ногами. Она чувствует, как напряжение покидает её спину позвонок за позвонком, освобождая зажатые нервы.

Пилатес появился в её жизни по совету психолога: мисс Доусон буквально настояла, чтобы Рокси добавила в свою жизнь физические нагрузки. Обычный спортзал ей не подошёл из-за его слишком бурного ритма, а вот пилатес стал хорошим способом разгрузить голову после тяжёлого дня под аккомпанемент расслабляющей музыки и аромата эфирных масел.

Однако долго это не продлилось.

– Какие яхты заставил тебя продавать Винсент?

Рокси вздыхает. С тех пор как к её занятиям присоединилась Айви, посчитав пилатес ещё одним поводом выбраться из дома, он утратил бо́льшую часть своих целебных свойств. Зато стал ещё одним местом для их обмена сплетнями.

– Карликовые яхты, – отвечает Рокси, медленно вытягивая позвоночник в позе «кошки» и пытаясь сохранить остатки концентрации. – Вообще-то, они называются по-другому, но…

– Карликовые? – усмехается Айви. – Винсент так изящно заявляет о размере своего достоинства? Боюсь представить, какой у них ценник.

Рокси не сдерживает смех, за что тренер озаряет её грозным взглядом. Но даже это не может помешать веселью, которое зарождается в их с Айви диалоге.

– По правде говоря, я не знаю, что делать, – признаётся Рокси, опускаясь на коврик. – Мне удалось набросать слоган кампании и несколько идей, но будь я потенциальным клиентом, ни одна из них не убедила бы меня купить эту яхту!

– Проблемы богатых людей: им некуда слить деньги, – констатирует Айви, вставая на локти. – Тебе лишь нужно убедить их, что эти яхты им реально нужны.

– А если не смогу, Винсент выставит меня из «SMG». Мой психолог будет доволен.

– Не могу с ней спорить: твоя идея работать на отца бывшего с самого начала была хреновой.

Рокси игнорирует её слова, сжимая пальцы ног в мягких носках. Зачем снова поднимать эту тему, если всё давно решено? Зачем тратить энергию на объяснение очевидной информации, если после пилатеса Рокси ожидают пустые слайды презентации, на заполнение которых ей нужны все силы этого мира?

После изучения документов, которые прислал Ник, Рокси поняла: она ни черта не понимает в яхтах! Целая ночь ушла на поиск информации об их видах, строении и целевой аудитории. Она узнала, что тридцать футов – это предел, за которым уже нужна профессиональная команда. Значит, «Эхо» – яхта для одиночки, обладающего весьма внушительным состоянием и желанием скрыться от назойливых глаз в безмятежном океане. Если бы не пункт про финансовый статус, Рокси бы сама могла подойти под это описание.

После этих исследований она поняла, что продать идею Винсента возможно, но нужно учесть слишком много нюансов.

И это последнее, о чём бы Рокси хотела думать на пилатесе, где её главная цель – разгружать голову. Поэтому когда Айви пытается задать очередной вопрос, она её опережает:

– Как дела у Джозефа?

Мышцы Айви заметно напрягаются, и Рокси понимает: они только что поменялись местами.

– Отвратительно, – шипит Айви. – Он не появлялся дома больше суток, а начальник даже не думает поднять ему зарплату!

– Это полиция, Айвз, – напоминает Рокси. – У них всегда много работы.

– Зачем он вообще туда пошёл, если ему платят копейки?

– Дамы, не отвлекаемся! – грозный тон тренера заставляет их вернуться к упражнению.

Рокси выдыхает. Медленно, как было написано в методичке по пилатесу. Если Айви так бесится из-за заработка мужа, почему не понимает её желания работать у Винсента? Продажа маленьких яхт – только начало. Если Рокси сможет там закрепиться, ей будут платить столько, что она сможет записаться в самую дорогую студию пилатеса, а не заниматься в подвале кирпичной малоэтажки, где этажом выше находится прачечная.

Главное, чтобы Винсент одобрил их с Даниэлем проект. А так как её новоиспечённый коллега до сих пор не ответил на сообщение, остаётся попросить помощи у того, кто точно в ней не откажет.

Предстоящий рабочий день кажется сущим кошмаром. Но при мысли об обеденном перерыве сердце Рокси начинает биться чаще. Потому что она проведёт его с тем, чья компания сейчас – единственный луч света в работе в «SMG».

***

– Думаешь, это хорошая идея? – осторожно интересуется Рокси.

Она нервно ёрзает на стуле с подушкой из белого бархата – главного цвета очередного ресторана, куда её пригласил Ник.

Его зал заполняет звон бокалов, тихие разговоры посетителей и лёгкий джаз на фоне. Приглушённый свет, проникающий в помещение сквозь тяжёлые бархатные шторы, создаёт интимную атмосферу. Но от этого Рокси чувствует себя ещё более некомфортно. Ведь напротив неё сидит парень, который был – и до сих пор является! – её первой любовью в компании своей жены.

И пускай Кейденс слишком увлечена своим коктейлем и скроллингом ленты в телефоне, её присутствие физически душит Рокси. Как будто к её шее привязали булыжник и вот-вот выбросят за борт судна, которое она, по иронии судьбы, должна продать клиентам «SMG».

Рокси вздыхает, десять раз постукивая пальцами по накрытому мягкой скатертью столу, чтобы успокоиться. В конце концов, она пришла сюда за помощью, а не на казнь!

Взгляд Ника бегает по открытой странице заметок на экране её телефона – времени, чтобы внести данные в презентацию у неё пока не хватило. Да и перед этим хотелось услышать мнение того, кто разбирается в этом больше, чем она.

Ник с самого рождения находился рядом с «SMG» и знает практически всё о яхтах и их покупателях. Против этого одна ночь скроллинга Википедии и сайтов по данной теме кажется сущим ничтожеством.

Однако вопреки опасениям Рокси, на лице Ника появляется гордая улыбка, с которой он возвращает ей телефон.

– Это блестящее начало, Рокс!

От его бархатного голоса по телу бегут мурашки. Рокси осторожно направляет волосы за ухо, но тут же об этом жалеет: наверняка они были единственным, что скрывало от внимательного взора Ника её пылающие щёки. А теперь ситуация стала ещё более очевидной.

Рокси поджимает плечи, надеясь, что это хоть немного спасёт её положение, и нежелательную реакцию можно будет списать на банальное волнение.

– В колледже нас учили, что нельзя продавать продукт, не зная своего покупателя, – произносит она, открывая сумку и доставая оттуда листы бумаги. – Понимаю, это было необязательно, но мне захотелось визуализировать его с помощью набросков.

Ник осторожно выкладывает перед собой листы бумаги. Осторожно проводит пальцами по карандашному контуру и застывает в изумлении, – именно такую реакцию от него хотела получить Рокси.

На этих скетчах она изобразила образ молодого мужчины в свободной рубашке и шортах. Если бы она добавила в этот эскиз цвет, то короткие волосы приобрели бы каштановый оттенок, а рубашка окрасилась в светло-голубой – один из любимых цветов Ника.

Потому что именно он вдохновил Рокси на эту кампанию. Именно его образ всплыл у неё в голове, когда она представляла идеального владельца яхты «Эхо» – молодой, богатый, красивый, с безупречным вкусом и любовью к минималистичной роскоши. Как настоящий принц.

Однако она не может ему об этом рассказать. Поэтому описывает образ, который придумала специально для презентации, посчитав более лаконичным:

– Нашему клиенту около тридцати лет. Он работает на бирже, либо владеет крупным бизнесом в сфере айти. Вокруг него всегда много красивых женщин и бизнес-партнёров, которые приглашают его на свои вечеринки, чтобы заключать крупные сделки. Но его это утомляет. Он хочет покоя и уединения. И именно поэтому яхта «Эхо» – его идеальный вариант!

– Ого, это… Прекрасно, Рокс! – восклицает Ник. – Ты отлично уловила суть и образ нашего клиента. Думаю, отец будет в восторге!

Его слова вселяют в Рокси чувство гордости, распространяющееся по венам и будто делая её тело более твёрдым и лёгким одновременно. Ведь её страхи не угодить «SMG» оказались беспочвенными! Если Ник одобрил концепцию будущего проекта, его финальный вариант может понравиться и Винсенту. Главное – не сбиться с намеченного курса!

И не отчаиваться из-за халатности напарника, который появился в офисе всего на пять минут и так и не ответил ни на одно её письмо.

Мысли о Даниэле слегка пошатывают обретённое равновесие. Он – последний, кого Рокси хотела бы видеть рядом на защите своего первого проекта. Но, к огромному сожалению, яхты «Эхо» – это их проект. И если Даниэль не возьмёт себя в руки, он повторит судьбу «Титаника» ещё до официального запуска. В таком случае и Рокси, и Даниэль отправятся на дно вместе с ним.

«Работа в «SMG» – это привилегия» – крутятся в голове слова Винсента.

Рокси сжимает край пиджака, думая о том, насколько близка к потере этой привилегии.

Однако её мысли прерывает резкий звук, с которым Кейденс потягивает через трубочку остатки своего коктейля.

Хоть её присутствие здесь практически незаметно, Рокси чувствует непреодолимое желание выйти через одно из панорамных окон этого здания каждый раз, когда Ник с нежностью – или с нескрываемой страстью – касается своей молодой жены. Младше Рокси на год, но успешнее и красивее в сотню раз.

– Что-то не так, дорогая? – обеспокоенно интересуется Ник.

Его рука осторожно касается плеча Кейденс, и Рокси будто физически ощущает это прикосновение. Только ей оно почему-то приносит невыносимую боль.

– Да, – отвечает юная миссис Синклер, поставив на стол пустой бокал. – Почему покупателем вашей яхты должен быть именно мужчина? Разве среди клиентов «SMG» нет женщин?

Рокси пожимает плечами: об этом она как-то не подумала.

– Ну ты же знаешь, милая, – ласково отвечает Ник, поглаживая её по ладони, – мой отец крайне консервативен в таких вопросах. Ему будет гораздо привычнее видеть в презентации Рокси именно мужчину.

– Боюсь, милый, если бы все вокруг вечно потакали его желаниям, мы бы с тобой никогда не поженились, – чеканит Кейденс, глядя мужу прямо в глаза. А потом поворачивается к Рокси. – Уверена, что хочешь презентовать именно этот вариант?

Под двумя пристальными взглядами ладони начинают неистово потеть. Рокси бросает взгляды то на Ника, то на Кейденс, совершенно не понимая, что должна ответить. Нику нравятся её идеи. Он считает их достаточно удачными для презентации своему отцу, а значит, у Рокси есть шанс сохранить своё место в компании. Однако доводы Кейденс кажутся ей разумными: «SMG» никогда не позиционировала себя как мужской бренд, а значит, невежливо игнорировать такую большую часть своей аудитории.

Рокси мысленно считает до десяти. А зачем озвучивает, как ей кажется, наиболее удачное решение:

– Я проработаю оба варианта. В конце концов, чем шире список потенциальных клиентов, тем больше «Эхо» принесёт прибыли.

Кейденс довольно улыбается, смиряя Ника взглядом в стиле: «Я же говорила». Он лишь поджимает губы, но ответить ничего не успевает, так как раздаётся телефонный звонок.

– Мне надо ответить, – бросает Ник, прежде чем покинуть зал.

Рокси провожает его грустным взглядом. А затем с ужасом осознаёт, что осталась наедине с его женой.

В горле встаёт ком. А под дружелюбным взглядом Кейденс его размер увеличивается в геометрической прогрессии.

– Знаешь, Рокси, я думаю, нам стоит познакомиться поближе, – с искренней улыбкой произносит Кейденс.

– З-зачем? – нервно уточняет Рокси, едва не сваливая со стола вилку, которую тут же принимается поправлять.

Она должна лежать слева от тарелки. Параллельно ложке и ножу. Так правильно.

Заказанная Ником спаржа так и остаётся нетронутой: на стрессе от предстоящего объёма работы Рокси теряет аппетит.

– Ну как же? – восклицает Кейденс. – Ты – единственная девушка, с которой дружит мой муж! Он очень тепло о тебе отзывается. Хотя Винсенту вроде это не нравится, – она усмехается. – И поэтому я хочу с тобой общаться. Возможно, мы станем такими же друзьями, как вы с Ником!

Рокси едва подавляет нервный смешок. Если бы Кейденс знала, насколько близкая дружба связывает её и Ника, без сомнения, вместо улыбки на её лице бы собралась вся палитра гнева, а Рокси была убита одним из сервировочных ножей прямо за этим столом, окрасив алой кровью белоснежную скатерть.

Но озвучивать свои мысли Рокси, конечно же, не собирается. Она судорожно пытается придумать подходящий ответ, когда, к её великому счастью, за стол возвращается Ник.

Она тихо выдыхает.

– Звонил отец, – сообщает Ник. – Я рассказал ему про твои наработки: он с нетерпением ждёт презентацию.

В голове раздаётся вопль ужаса. Кажется, выдыхать было рано.

– Сколько у меня времени? – как можно спокойнее спрашивает Рокси, постукивая пальцами по столу.

Один, два…

– До четырёх часов завтрашнего дня, – отвечает Ник. – Он пожелал вам с Кэмпбеллом удачи.

…три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять!

Рокси быстро выстукивает оставшиеся цифры, привлекая к себе недоумённый взгляд Кейденс, а затем вскакивает с места, как будто на мягкой подушке её стула резко обнаружилось пчелиное жало.

– Мне нужно найти Даниэля, – произносит Рокси, прежде чем пулей вылететь из ресторана.

Доминик провожает её шокированным взглядом. И только чуть позже Рокси осознаёт: она впервые сбежала от него, даже не попрощавшись.

***

Остаток дня в офисе проходит из рук вон плохо: вместо напарника Рокси сверлит взглядом пустой стул. Ещё немного, и она поверит, что эта работа – и правда карма Всевышнего, которой так боится её мать.

У неё получается внести презентацию те данные, которые одобрил Ник, но на большее сил не хватает: паника дрожью бьёт всё тело, будто Рокси подхватила вирус. Поэтому она продолжает работу уже в своей квартире, разместившись на мягкой кровати и закутавшись в плед.

На слайде с образом клиента она создаёт две колонки, по совету Кейденс внося во вторую данные о женщине, которая бы с удовольствием приобрела «Эхо», чтобы уединяться в океане после бурной рабочей недели в компании одной-двух близких подруг. Возможно, в историю лучше бы вписался кавалер, но тогда и эта колонка прочно бы ассоциировалась с Ником. Его уже стало слишком много.

Телефон вибрирует. Рокси проверяет новое сообщение.

Айви: Не хочешь поужинать с нами?

Желудок предательски урчит, скандируя победное: «Да!». Но Рокси вынуждена его расстроить.

Рокси: Айвз. Мне нужно доделать презентацию.

Айви: Разве нельзя скинуть её на твоего напарника?

Напарник. Вряд ли этот термин подходит Даниэлю. Рокси предпочла бы назвать его засранцем, который бросил её в самый ответственный момент, даже не думая о последствиях!

Возможно, так и стоит написать на последнем слайде? «Презентация была подготовлена Роксаной Уоллес и Засранцем Кэмпбеллом»? Рокси усмехается тому, насколько привлекательной кажется ей эта идея.

Недолго думая, она печатает сообщение:

Рокси: Если он объявится, я так и сделаю.

Рокси: А если нет – найму киллера! Зарплата в «SMG» мне это позволяет.

Айви тут же перезванивает.

– Что такого произошло, отчего моя дружелюбная подруга захотела крови? – удивлённо интересуется она.

На фоне Рокси слышит топот и крики близнецов, но не слышит голос Джозефа. Вероятно, он снова пропадает на работе. Поэтому Айви пригласила её на ужин.

– Он – просто катастрофа, Айвз! – восклицает Рокси, всплеснув руками. – Презентация должна быть готова до завтра, а мы так её и не обсудили! Я… Я даже не знаю, что нужно делать мне, а что ему.

– Попробуй поговорить с ним ещё раз, Рокс, – советует Айви.

– Предлагаешь отправить ему голубя? – саркастично интересуется Рокси. – Потому мы не успели обменяться номерами, а мои сообщения на почте он игнорирует!

В трубке повисает тишина. А затем Айви заговорщически произносит:

– Он дал мне свои контакты в баре, когда я приняла его за маньяка. Могу тебе…

– Кидай! – восклицает Рокси, едва не подпрыгивая на кровати. – И пока! Я позвоню завтра!

Она завершает вызов. А уже через мгновение Айви присылает сообщение со всеми контактами Даниэля. Недолго думая, Рокси ему звонит.

Несколько длинных гудков заставляют сердце колотиться, словно под действием литров кофеина. Это неправильно. Даниэль не давал ей свой номер, а значит, не хотел говорить. Но перед лицом опасности в виде возможного увольнения моральные принципы слегка размываются, как рисунки на песке под действием приливной волны.

Завтра Рокси восстановит их. Честно-честно. Но сейчас ей необходима помощь.

Спустя целую вечность Даниэль всё же берёт трубку.

– Алло, – его голос звучит слишком расслабленно.

Либо он только что проснулся, либо…

– Ты пьян! – в ужасе констатирует Рокси.

– И тебе привет, моя тревожная коллега! – восклицает он. На фоне слышна музыка и чьи-то голоса: значит, Рокси не ошиблась. Он точно не спал. – Где ты достала мой номер?

– Ты сам дал его моей подруге, разве не помнишь?

– А-а-а… И ты выведала его, чтобы прочитать мне лекцию о вреде алкоголя? Я польщён!

Рокси раздражённо вздыхает, откидывая голову и устремляя взгляд в потолок.

«Боже, если ты существуешь, дай мне сил! Иначе моя бедная душа потонет ещё в одном непростительном грехе!».

Она медленно выдыхает, считая до десяти и стараясь вернуть себе самообладание. А потом натягивает улыбку, произнося как можно спокойнее:

– Завтра нам выступать с презентацией, если ты не помнишь, – Рокси едва узнаёт свой голос: звучит он, как у психически больного за мгновение до нервного срыва. – Или алкоголь вымыл эту информацию из твоих извилин вместе с серым веществом?

Вопрос риторический.

И в подтверждение этому Даниэль разражается громким смехом, от которого приходится отстранить от уха телефон.

– А ты забавная, чудачка, – отвечает он. И последнее слово Рокси категорически не нравится. – Но не забыла ли ты, где и при каких обстоятельствах мы познакомились? Или на тебя это чудотворное действие алкоголя не распространяется?

Рокси поджимает губы. Что ж, один-один. Но она проиграла всего лишь битву, а не войну!

– Ладно, поступим по-другому. Мне плевать, чем ты сейчас занят: до завтра презентация должна быть готова!

– Потому что ты решила поиграть в строгую мамочку? – голос Даниэля не пошатывает, а магическим образом переворачивает её внутреннее равновесие.

Рокси впивается кончиками ногтей в свою ладонь. Нужно продержаться ещё немного: взрываться при нём – отвратительная идея.

– Потому что на кону стоит наше будущее, – отвечает она. – И если тебе плевать на своё, подумай хотя бы обо мне, – глубокий вздох. – Презентация почти готова, я оставила тебе несколько пустых слайдов. Ссылку сбросить в СМС?

Повисает тишина. Хотя это громко сказано: в трубке на фоне играет какой-то попсовый хит, едва ли заглушающий гул пьяных голосов. Рокси тяжело вздыхает, мысленно готовясь к поражению.

Но, к её удивлению, этого не происходит.

– На рабочую почту, – вздыхает Даниэль. – Ты много сделала?

– Почти всё, – гордо чеканит Рокси. – Если будешь вносить правки в мои слайды, предупреди, хорошо?

Снова тишина. Кто-то в комнате окрикивает Даниэля, и Рокси понимает: её последние слова он даже не слышал.

– Я сказала…

– До завтра, чудачка!

И сбрасывает звонок.

Глубокий вдох.

Один, два, три…

Рокси с воплем падает на подушку, закрывая лицо руками и едва не спихивая с кровати свой ноутбук. Опрометчиво: вряд ли её первой зарплаты хватит на покупку нового. Да что там, вряд ли она вообще продержится на должности до первой зарплаты!

Её трясёт, словно в лихорадке. Рокси забирается под плед. Кто бы мог подумать, что главной трудностью в работе с Синклерами будут не сами Синклеры, а её совершенно невыносимый напарник? Уму непостижимо!

В отчаянии Рокси вспоминает все молитвы, которым её учила мать в попытках приобщить к своему приходу. Тщетно. Их слова тонут в воспоминаниях о неоспоримом вердикте священника: дочь почтенной Аманды Уоллес – проделка самого Дьявола, а значит, ни одна молитва не поможет её обелить!.. Но, к счастью, щедрое пожертвование в церковный фонд могло бы исправить это досадное обстоятельство.

Утопая в мрачных мыслях о завтрашнем дне, Рокси не замечает, как начинает засыпать. Последним, о чём она думает, становится обещание убить Даниэля, если они провалятся по его вине.

Но только в случае, что Винсент сам не убьёт их обоих.