Читать онлайн Тепло среди снегопада бесплатно
Глава 1. Белое утро.
Даша проснулась под мягкий шорох падающего за окном снега. Зима уже крепко вступила в свои права, и 30 декабря обещало быть холодным и ясным. Она потянулась, застонала и, не открывая глаз полностью, потянула руку к телефону на тумбочке. Экран уже светился — пропущенные звонки.
«Матвей… три раза. Тимур… два», — пробормотала она себе под нос, сердце начало стучать быстрее. Почему они звонили? Почему именно сейчас? Она знала, что это неизбежно, но всё равно чувствовала ком в груди.
Неделя. Целая неделя, и она избегала разговоров с ними. Они пытались достучаться, а она… убегала. И не физически, а внутренне, закрываясь от их слов и взглядов.
— Нет, — прошептала она сама себе, глядя на снежный пейзаж за окном. — Сначала нужно разобраться с собой.
Она провела пальцем по экрану, увидела новые сообщения: «Даша, давай поговорим», «Почему ты игнорируешь?» — текст Матвея подсвечивался ярким зеленым. Внутри всё словно замерло.
«Если я сейчас отвечу… если я скажу что-нибудь, я… что? Наверное, всё только испорчу. А если промолчу — они обидятся. Но как объяснить, что внутри всё так сложно?» — думала она, сжимая телефон в руках, пальцы чуть белеющие от напряжения.
Сквозь окно она увидела, как снежинки медленно кружатся в воздухе. Они летели так свободно, и это почти завораживало, но Даше было не до завораживания. Сердце сжималось от противоречий — и от стыда, и от усталости, и от злости на себя за то, что не могла просто сказать «привет».
— Я не могу… пока не могу, — тихо повторила она, почти шепотом, словно боялась, что кто-то услышит её внутренний голос. — Сначала я сама с собой разберусь.
Она положила телефон на тумбочку, глубоко вздохнула и накрылась одеялом, ощущая тяжесть мыслей и одновременно лёгкость, что она хоть на мгновение дала себе передышку.
В комнате повисло тёплое, но тревожное молчание. Даша знала: придёт день, когда придётся ответить, когда надо будет говорить, но сегодня она просто хотела остаться наедине с собой и с этим зимним утром, полным обещаний и тревог.
Даша медленно поднялась с кровати, ощущая, как холодный воздух комнаты слегка щекочет кожу. Ноги коснулись пола, и лёгкий озноб пробежал по телу — зима не щадила даже стены дома.
Она подошла к окну, отодвинула штору. За стеклом тихо падал снег: мягкие белые хлопья кружились, будто танцевали свой медленный вальс. Город выглядел так, словно кто-то накрыл его пуховым одеялом — дома, деревья, припаркованные машины, всё было окутано мягким белым светом.
— Красиво… — выдохнула Даша почти неслышно, сама удивляясь тому, как её голос растворился в утренней тишине.
Но это спокойствие обманчиво. Её грудь сдавило. Мысли снова вернулись к телефону и пропущенным звонкам.
«Матвей… Тимур… Почему вы не оставляете меня в покое? Или… это нормально, что не оставляете?» — спросила она себя, чувствуя знакомый ком под горлом.
Она прижала ладони к холодному стеклу. Оно было ледяным, и это немного отрезвило.
— Если бы всё было проще, — прошептала Даша, глядя на падающий снег. — Если бы я не запуталась так глупо…
В голове всплыли слова Матвея из последнего разговора, который она обрубила на полуслове:
«Даш, мы просто хотим… понять. Ты же знаешь, мы не враги».
Она тогда только пробормотала «не сейчас» и убежала.
— Как объяснить им, что дело не в них, а во мне? — её голос дрогнул. — Или всё-таки в них? В нас?..
Телефон коротко вибрировал на тумбочке, будто подтверждая её мысли. Даша резко обернулась, сердце подпрыгнуло.
Экрана она не видела, но уже знала — это кто-то из них. Или оба.
Она не подошла. Просто стояла возле окна, словно укрываясь за снежным пейзажем от собственных эмоций.
«Я не могу писать. Не могу говорить. Не могу выбрать, что сказать. Не могу даже понять, что чувствую», — призналась она себе мысленно.
Снег за окном падал так спокойно, словно мир пытался сказать ей: остановись, вдохни, разберись.
Даша сделала глубокий вдох, медленный, почти болезненный.
— Сначала я должна разобраться в себе, — сказала она уверенно, как будто ставила точку. — И только потом во всём остальном.
Она ещё немного постояла у окна, позволив снегу и зимнему свету хотя бы на минуту унять её внутреннюю бурю.
Даша медленно оторвалась от окна, словно отрывалась от собственных мыслей. Вздохнула, потерла глаза и направилась к шкафу. Каждый шаг казался тяжёлым, будто снег за окном падал и в её душу — тихо, но неизбежно.
Она открыла дверцу, и лёгкий запах свежести от чистой одежды коснулся лица. Даша выбрала тёплый свитер — мягкий, серый, тот самый, в котором всегда чувствовала себя чуть спокойнее.
— Хотя бы внешне буду собранной, — сказала она себе вполголоса и криво усмехнулась. — А внутри… ну, внутри как есть.
Натянув свитер, она застегнула джинсы, поправила волосы, которые растрепались после сна. В зеркале мелькнула её отражение — бледное, с чуть припухшими от тревожных ночей глазами.
«Вот же красавица», — едко подумала она. Но тут же поморщилась:
«Хватит. Не сегодня. Не надо себя грызть».
Телефон снова вибрировал на кровати, но она лишь резко мотнула головой и отвернулась.
— Нет. Сейчас — нет, — тихо сказала она, будто кому-то отвечала.
Она вышла в коридор и направилась в ванную. Пол был прохладным, и её ступни на мгновение замерзли, заставив девушку ускорить шаг. Толкнув дверь, она включила свет — мягкий белый оттенок залил комнату.
Даша повернула кран, и струя холодной воды с тихим шорохом ударилась о раковину. Она подставила ладони, почувствовав, как прохлада пробирает до костей.
— Ладно, соберись, — сказала она своему отражению, которое смотрело на неё серьёзно и немного растерянно.
Брызнула водой на лицо. Холод обжёг кожу, но приятным, отрезвляющим образом. Она зажмурилась, провела ладонями по щекам, вискам.
«Может, всё-таки стоит ответить? Хотя бы Максу? Он же… переживает. А Тимур?.. Он будет злиться. Или сделает вид, что нет».
Сердце неприятно кольнуло.
— Нет. Пока что я не готова, — твёрдо сказала она себе. — И это нормально.
Она взяла полотенце, промокнула лицо, посмотрела на себя внимательнее. В глазах отражалась усталость, но где-то глубоко — маленькая искра решимости.
«Сегодня я попробую разобраться. Хотя бы чуть-чуть».
Даша выключила воду, провела рукой по зеркалу, стирая капли пара, и глубоко вдохнула.
Снег всё ещё падал за окном. И, возможно, этот день действительно мог стать началом чего-то нового — пусть пока что только внутри неё.
Даша вышла из ванной, пригладила волосы и направилась на кухню. По коридору тянулся тёплый аромат — что-то вкусное, домашнее, уютное. Запах жареных оладий и ванили медленно обволакивал её, заставляя плечи немного расслабиться.
«Дом пахнет спокойствием… хоть кто-то внутри меня сегодня должен быть спокойным», — подумала она, шагая босиком по полу.
Зайдя на кухню, она увидела маму у плиты. Та в своём мягком голубом халате переворачивала оладьи. Рыжие пряди волос выбивались из хвоста, но мама, как всегда, по утрам, выглядела бодро.
— Доброе утро, соня, — сказала она с тёплой улыбкой, даже не оборачиваясь.
На столе уже стояла тарелка с румяными оладьями и миска с мёдом. А рядом… сидел Артём — младший брат, который уже вовсю уплетал завтрак. Щёки у него были надуты, как у хомячка, а на губе отпечаталась капелька варенья.
Артём с важным видом поднял глаза и, едва прожевывая, попытался сказать:
— Даша, смотри, мамин рекорд — уже пятнадцать штук! — и ткнул вилкой в башню из оладий.
— Артём, не разговаривай с полным ртом, — автоматически отозвалась мама, но в голосе не было строгости — только теплота.
Дарья невольно улыбнулась.
— Утро доброе, — сказала она и села за стол. — Тём, ты их как пылесос ешь.
Брат фыркнул и сделал вид, будто это комплимент:
— Я расту! Мне надо.
«Вот бы мне так легко было говорить, как ему. Просто “надо” — и всё. Без лишних мыслей».
Мама наконец повернулась к дочери, внимательно посмотрев на её лицо. У мамы был этот особый взгляд — видящий чуть глубже, чем хотелось бы.
— Ты сегодня какая-то тихая. Всё нормально? — осторожно спросила она, ставя перед Дашей чашку горячего какао.
Дарья взяла чашку ладонями. Тепло приятно обожгло пальцы.
— Да… просто не выспалась, — она сделала глоток и почувствовала, как что-то внутри мягко растаяло. — И снег за окном. Утро такое… тихое.
— Тихое — это хорошо, — заметила мама. — Нам всем полезно иногда замедляться.
Артём хмыкнул:
— Да кому нужно замедляться? Каникулы же! Скорее бы Новый год!
Он подпрыгнул на стуле, отчего оладья чуть не вылетела у него из руки.
Даша снова улыбнулась, но внутри ощущалась тонкая вибрация тревоги.
«Сегодня точно нужно разобрать мысли, иначе я так и буду жить между “надо поговорить” и “я не могу”. Матвей… Тимур…»
Телефон, лежавший в кармане свитера, снова слегка завибрировал. Дарья вздрогнула, будто её окатили холодной водой. На секунду она замерла.
Мама заметила.
— Сообщение? — спросила спокойно, но с оттенком понимания.
— Да… наверное, — ответила Даша уклончиво и быстро добавила: — Потом посмотрю.
Она опустила взгляд на тарелку с оладьями.
«Потом… когда буду готова. Хотя бы чуть-чуть».
На кухне было тепло, уютно, пахло детством и спокойствием. И, может быть, именно это утро — медленное, без школы, без спешки — станет тем самым моментом, когда она наконец решит, что делать дальше.
Дарья медленно доела последний кусочек оладьи, чувствуя, как сладость мёда остаётся на губах. Она провела пальцем по тарелке, собирая маленькую каплю, и машинально облизнула. Тепло какао и уют кухни понемногу растворяли утреннее напряжение, но мысли всё равно крутились вокруг одного.
«Если бы можно было выключить голову так же просто, как телефон… хотя телефон я как раз выключить не могу — они же пишут…»
Она поставила ложку в кружку и глубоко выдохнула. В это время Артём, дожёвывая очередную порцию, наклонился к ней:
— Ты почему такая серьёзная? Завтрак же вкусный! Или ты заболела? — брат подозрительно щёлкнул взглядом, как маленький детектив.
— Ничего я не заболела, — Даша мягко толкнула его плечом. — Просто думаю.