Читать онлайн Убийственная бесплатно

Глава 1. Люди и волки.

Каждая ночь в деревне проходила одинаково: крики, ржаниеконей в стойле и преступники, убегающие в ночь. Еще ни один охотник не успевалугнаться за всеми. Но был среди таких один мужчина, посвятивший свою жизнь охотена воров, убийц и прочих уродов. Звали этого красавца Бронислав, и многиедавали ему прозвище «броня» в кругу охотников. У этого типа был волевойподбородок, светло-русые волосы, напоминающие колосья в поле, и выразительныесерые глаза. Ростом он был чуть ли не выше всех своих собратьев в красныхплащах, а ширину его плеч сложно было затмить. Брониславу не так давно стукнулосорок лет, но он был весь из себя быстрый, ловкий и непримиримый с преступностью.В Охоловске, так называлась деревня, он славился самым тяжелым характером средитех, кто отлавливал волков. Ходили слухи о его праведной жестокости поотношению к хищникам и другим опасным зверям. И он никогда не жалел о том, чтомногие обычные жители деревни побаивались лишний раз даже подойти к нему – егозаботил лишь порядок. Волкам закон не был писан, они умудрялись обойтиБронислава по нескольку раз в неделю, что страшно выводило охотника из себя.Его красный плащ всегда был ярче остальных, потому что был обрызган свежейкровью. И в эту ночь он не собирался делать никаких исключений.

– Волк там! Там волк! – кричала обезумевшая старуха с клюкой,указывая на свой сарай, – Они перебьют всех нас!

– Бабушка, отойдите в сторону. – басом скомандовал Бронислави ударил топором по замку, отчего тот со звоном прыгнул на землю.

В темноте ничего не было видно, только слышно шуршание всене. Бронислав был не из робких, поэтому пошел в неизвестность с рукой напоясе, где виднелось острое лезвие кинжала. Когда он уже практически прошелвесь сарай, шуршание смолкло, и существо, размером с человека, затаилось. Дваволчьих глаза, как ночники, показались на сеновале.

– Выходи вперед, волчье отродье. Живо. – в голосе у мужчиныбыла сталь.

– Кто ты такой, чтобы указывать мне? – ответил грубый женскийголос.

– Обычно женщин я защищаю, но тут, извините. – и охотниквытащил кинжал, – Считаю до трех. Если не высунешься, пожалеешь об этом. Раз…

Та, что сидела в метрах от него, даже не моргнула. Брониславпочувствовал легкий укол в чувство собственной важности, но не спрятал орудие.

– Два! – крикнул он, и в этот момент на весь сарай прокричаладевочка, – Что за…

– Не надо! Не надо! – визжала девочка, и мужчина понял, чторебенка удерживают, так что любое неверное движение спровоцирует зверя.

– Еще один шаг, и я порежу ее. – сквозь зубы процедил низкийженский голос.

– Дядя, не надо, у нее нож! – взмолилась девочка, и Брониславвыругался.

– Если ты оставишь ребенка, я ничего тебе не сделаю и отпущук своим. Слово охотника. – и Бронислав убрал кинжал в ножны.

Два желтых глаза моргнули, и тело ребенка глухо упало наполовицы. Бронислав получил в лицо колким сеном, чуть не лишившись зрения, иволчица смылась за пределы сарая. Охотник наклонился к девочке, уже ожидая, чтоона не дышит, но, к своей радости, он обнаружил ребенка живым. Бронислав поднялдрожащую девочку, как будто все еще видящую перед собой зверя, и вынес насвежий воздух. Старуха, обливаясь слезами, приняла ее и чуть ли не кланялась вноги.

– Спасибо вам, что спасли мою внучку, я век за вас молитьсябуду. – старуха уже было достала деньги из кармана своего фартука, но мужчинакак будто испарился.

Бронислав весь вечер пытался вспомнить, как именно выгляделосущество из сарая, сидя в таверне с большим стаканом пива. Волчица не сталапричинять вред девочке взамен на свободу. Значит ли это, что стая хищниковэволюционирует в правильную сторону? Он хотел было обсудить это со своимипарнями, но они были не в том состоянии, чтобы рассуждать на философские темы.Они все были моложе него на десять, а то и лет двадцать, и всегда любили вконце рабочего дня весело подтрунивать над цыпочками-барменшами. За этимохотники и приходили, сидели и громко смеялись за общим столом, напившись и чувствуясебя свободно. Бронислав сидел во главе стола, точно их изнуренный отец, иничто не могло вывести его из его стандартного состояния постояннойбдительности. Пиво было вкусным, но, если если быть перед собой честным, тоничего после себя не оставляло – лишь угнетало.

– Что-то ты совсем раскис, броня. Подлить тебе еще? – спросилодин из зеленых парней, сидящих поближе.

– Нет, ребята, я, пожалуй, уже нахлебался на сегодня. Пойдуспать. – Бронислав вышел из-за стола и оставил всех сидеть и горланить без егоучастия.

Он знал, что как только он оставит всех, пойдут разговоры поего душу: что он зануда, что совсем помешался на своей работе и не видит, что вего жизни нет места для радостей. Нет ни женщины, ни потомства, толькобесконечный путь по следам монстров из леса, что со стороны могло и вызватьсильное недопонимание. Бронислав имел жесткие принципы и не менее жесткийхарактер, но он не был уродом ни внутри, ни снаружи. Никогда не совершал того,о чем впоследствии он бы годами жалел. Однако, все остальные не думали об этом,когда вскользь упоминали Бронислава. Среди главных ассоциаций была стандартнаякартинка холостяка-одиночки и недотроги во всех смыслах этого слова. Он ужедавно перестал задумываться об общественном мнении, поэтому вел себя поройчересчур грубо. И говорил он очень мало, только если слова действительно имелизначение.

Когда он, уставший от общения с подобными себе, открыл дверьсвоего дома, в ночи прошелестела трава, а за ней пронеслись большие тени.Волчий вой в последний раз разозлил мужчину, прежде чем охотник заперся на пятьзамков и ушел искать сон.

Время темных настало. Волки собирались в стаи и приносилиплоды своего труда на пьедесталы. Туши коров и золото в мешках, чьи-тоукраденные вещи, а также список тех, кого они в процессе случайно прикончили.Мужчины и женщины – целое волчье племя. Они всегда носили шкуры животных ивместе с ними амулеты-обереги, светящиеся таким же цветом, как их злые глаза. Впростонародье это были самые настоящие оборотни.

– Сколько скота сегодня принесли с собой? – у входа в деревнюволков стоял специально поставленный мужчина в шерстяном жилете и со шрамом наголове.

– Сегодня нет. Я принесла другие ценности. Показать? – передним в очереди стояла женщина лет двадцати пяти с большими желтыми глазами.

– Он будет не доволен, Аранья. – ответил охранник, посмотревв ее открытые ладони, в которых лежали украшения.

– Я знаю. Но ничего не могу предложить на сегодня, кромеэтого. Ты собираешься отступить в сторону и дать мне пройти? – огрызнулась она,и в ответ ей все же уступили дорогу.

Деревня, созданная для волков, была похожа на сборище шалашейи костей в одном замкнутом пространстве. Факелы на заборе и вокруг мелкихдомиков зажигались по расписанию и освещали все вокруг устрашающим краснымсветом. Аранья прошла на территорию, ощущая на себе осуждающие взглядысородичей. Ей не было до них всех дела, но она понимала, чем ей грозит такоеотношение в стае – полным изгнанием. В центре общины находилась стальная статуяволка, раздирающего ягненка. Волки его называли жертвенным пьедесталом. Когда Аранья,по своему обыкновению, села в круг вместе с остальными перед стальным гигантом,рядом с ней на землю опустился мужчина в похожей жилетке, как и у нее –сделанной из волчьей шкуры. Он был красив, но именно по хищному, и от негоникогда нельзя было ждать ничего доброго. Его звали Исав, и был он сыном вождя.Большой амулет на его шее был в виде черепа и горел он недобрым алым светом, аглаза Исава не уступали в кровожадности. Имея золотые передние зубы послебесконечных налетов на бедных невинных людей, он любил показывать их Аранье, исейчас не сделал исключения.

– Ты мне скалишься. С чего бы, Исав? – она не спускала с негоглаз, ожидая чего угодно.

– Подумал, что ты слишком много возомнила о себе, милочка. Тызнаешь, что твои предки хотят смешаться кровью с моими? – пророкотал мужчина, –Или ты так и будешь прятаться от меня, пока тебя и вправду не выгонят отсюдавзашей?

– Если бы я пряталась от тебя, ты бы натравил на меня своихдрузей, как на прошлой неделе. Разве не это послужило твоим играм в прятки свождем? – ее желтый амулет блеснул над приоткрытым пышным бюстом.

– Закрой свой ротик, шакалка. Ты говоришь с сыном вождя,неразумная Аранья. И все, что тут есть, должно в будущем принадлежать мнеодному. И ты тоже.

– Значит, я уйду в изгнание сама. – Аранья улыбнулась пухлымигубами и потрогала клыки языком.

– Еще никто не осмеливался такое совершить. Но если тыговоришь то, о чем думаешь, то мне становится тебя даже жаль.

– Оставь жалость для своих многочисленных жертв, животное.Мое имя означает больше, чем все, чем ты пытаешься меня запугать.

Исав не успел грубо укусить ее, так как надо всеми волками напьедестал взошел его отец. На нем была длинная шкура гризли, а на шее виселотри белых волчьих клыка. На вид это был старик среднего роста с очень злымиглазами, которые на какую-то долю ослепли.

– Подведем итоги сегодняшнего дня, моя стая! Пусть поднимутсяте, кто принес сегодня в жертву невинных, их злато и что-то еще сверх того. –хрипло и размеренно вещал вождь, и половина населения поднялась, включая Исава,ухмыляясь над теми, кто остался сидеть, – А теперь поднимитесь те, кто насегодня принес что-то одно из всего перечисленного.

Исав опустился обратно. Аранья, с невозмутимым видом, инесколько волков поднялись с земли.

– Ты! – указывал на Аранью вождь, – Если завтра тыповторишься, будешь изгнана навеки из нашей общины.

– Почему я обязана убивать людей? – Аранья стояла с гордоподнятой головой, и ее длинные черные волосы развивались на ветру.

– Кто ты такая, чтобы задавать здесь вопросы! – чуть ли невзвизгнул старик.

– Когда мои родители покинули меня в этом месте, они непредупреждали, что захотят сделать меня женой вашего сына. – продолжалаговорить она, и волки вокруг в немом ужасе переглянулись, – И где они сейчас,вождь? В канаве? Застрелены?

– Аранья…Прекращай. – тихо шептал Исав, потянув волчицу зашкуру вниз, отчего она только резко выдернула одежду из его руки.

– Я не желаю никому зла. Так почему я обязана совершатьстолько зла каждый день? За что мне такое наказание? За то ли, что я волчьеотродье? – она стояла и вопросительно смотрела на вождя, который толькопоказывал свои зубы, – Я ухожу. Ухожу сама и навсегда.

Аранья вышла из круга и повернулась к вождю спиной, что былопрямым выказываемым неуважения на глазах у всей стаи. Жестом вождь скомандовал,чтобы ее поймали и убили. Аранья, выпустив всю оставшуюся на эту ночь силы,выбежала за забор под волчье рычание озлобленных сородичей.

Глава 2. Волчица залезла под его кровать.

Брониславу спать было невыносимо. Его мучили кошмары ожестоких пытках над животными, и каждый раз, когда в очередной раз мужчина открывалглаза, он слышал скрип в своем доме. В конце концов, Бронислав не выдержал исел на кровати, посмотрел в сторону окна и решил открыть его нараспашку.Холодный ночной воздух обдул его лицо, а затем он увидел, как кто-то бежит междеревьев из леса прямо в сторону его дома, а за человеком неслась целая группадругих странных личностей с факелами. Бронислав немедленно набросил на себяпервую попавшуюся одежду – красный плащ, и открыл входную дверь. Это бежалавприпрыжку женщина-волчица, и весьма недурная, как он успел оценить в первыесекунды. Она, без всякого сомнения, вдруг столкнула руками хозяина дома с местаи ринулась прятаться под кровать, как животное. Бронислав уже было что-то хотелвозразить, как у порога почти что столпились мужчины с волчьими амулетами.

– Это охотник! Уходим! – крикнул самый старый из них, иостальные его послушались, вмиг покинув территорию.

Бронислав, провожая волков суровым взглядом, уставился наискру огня в траве, которая должна была перерасти в пожар.

– Не выйдет. – спокойно сказал охотник и присыпал травуземлей.

Аранья лежала под кроватью по-пластунски. Мужчина хлопнулдверью, закрыл ее, потом подошел к постели и пнул выглядывающую женскую босуюногу. Нога исчезла под кроватью.

– Я волков не прячу. Уходи. – спокойным и жестким тономприказал Бронислав, а оттуда ответили многозначительным хрипом, – Я по-хорошемуговорю – уходи отсюда и не прячься здесь больше. Я не спаситель, я на таких,как ты, обычно точу ножи.

– Я уйду, когда ты заснешь. – отозвалась Аранья.

– А я не хочу спать. У меня под матрасом лежит волк женскогопола, а я не просто устал от вашего беспредела – я максимально зол. И это твоесчастье, что я не стал доставать арбалет. Вылезай оттуда, иначе я тебя вытащу ипорву на лоскуты, поняла? – он стукнул по полу ногой, чтобы она не сомневаласьв его намерениях, – Отчего за тобой твои же бегают?

– Я больше не часть стаи.

– Голос у тебя чересчур знакомый. Не ты ли сегодня в сараедевочку пыталась прибрать к лапам? И что это значит, не часть стаи? – мужчинанарочно сел на матрас, который тут же придавил голову бедной волчице, – Будешьотвечать, или я за арбалетом?

– Я не хотела ее убивать.

– Все вы так говорите, а потом мы своих детей хороним.

– Волки убили твоих детей?

– Да нет же, я же образно про всех. Каждую неделю я вижу, чтов нашей деревне, что в соседних, уже сколько раз выносили изуродованные тела.Говоришь, убивать не хотела?

– Я не такая…

– А какая же ты, если с ножом у горла ребенка сидела?

– Мне пришлось сбежать, чтобы меня не заставляли такпоступать. Все волки подчиняются одному вождю, и, когда ты не делаешь то, о чемтебя просят – тебя изгоняют из стаи навсегда. Отныне я одна.

– То есть твари, подобные тебе, выгнали тебя?

– Я сама ушла.

Охотник тяжело выдохнул и лег на матрас, так что Аранья едвали дышала.

– Кто же из стаи само изгоняется? Ты такая одна была, я чую.Будешь уже вылезать, волчица? Или что мне с тобой делать?

Аранья поползла и выглянула, затем выбралась насовсем иуставилась большими светящимися глазами в лицо охотника. Он увидел очарование вее хищных чертах и даже отметил, что она не просто хороша – она выглядит какженщина его мечты. И лицо, и грудь, и длинные ноги, все было на своем месте.Эта странная одежда на ней смотрелась скорее стильно, нежели кричала о том, чтоона только и делает, что занимается преступностью. В свою очередь, волчицазаметила эту нахальную заинтересованность в его глазах, и ее верхняя губаисказилась, точно у волка, показывая идеальные зубы.

– На что уставился? – понизила голос она.

– Любуюсь. – призналсяБронислав.

– А ты о себе какого мнения? Считаешь себя альфа-самцом? Еслитак, то не смотри в мою сторону как животное. А лучше вообще не смотри. А тотакое лицо не у каждого охотника имеется. А я его искромсать готова.

– Не забывай, я спас тебя. Лучше не угрожай мне, а то вдруг уменя под подушкой пистолет завалялся? Как тебе такое, волчара?

– Не смей называть меня так! – рявкнула женщина и клацнулазубами рядом с его рукой, которую Бронислав успел спрятать под себя.

– Ты собака или человек? Не могу определиться.

– А ты спасаешь или в плен заточаешь?

– Смотря, договоримся мы или нет. Меня зовут Бронислав, кактебя лучше называть?

– Аранья.

– Замечательное имя для женщины со странностями. – он увидел,как она снова ощетинилась, и посмеялся, – Тише-тише, у меня в холодильникележит сырое баранье мясо. Будешь?

– Да.

Мужчина поднялся, и она заметила, что он ходил перед ней водних белых боксерах и красном плаще. Замутило у Араньи внизу живота, и, покаохотник доставал мясо, она украдкой носом дотронулась до его подушки.Бронислав, увидев, что волчица даже не смела сдвинуться с места, принесжестяную миску с едой прямо к ней.

– На здоровье. Но у меня условие. – ухмылялся он.

– Какое? – Аранья смотрела на мясо, как загипнотизированная.

– Ты съешь это и расскажешь в красках о всех своихпреступлениях.

– Для чего? Чтобы за каждое ты мне пулю всадил?

– Для того, чтобы я подумал, что с тобой делать дальше. Ты жене сможешь вернуться в стаю, ведь так? Значит, твоя жизнь перевернулась всторону закона и порядка. Я, как твой спаситель, обязан знать о тебе все.

– Ты же не выбьешь из меня все, ты знаешь? Для этого тебепонадобится много мяса, Бронислав.

– Я догадываюсь. И как тебе смелости хватило ввалиться в мойдом? Я же охотник.

– Я знаю всех охотников в лицо, а также их дома. – Араньясхватила мясо руками, откусывая его зубами без намека на стыд.

При виде этой картины, у охотника внезапно участилосьдыхание, как будто он школьник, впервые влюбившийся в королеву класса.

– Спасибо. – успела поблагодарить Аранья, пока продолжалавгрызаться в баранью ногу.

– На здоровье. И давно ты следишь за нашим отрядом? Чтознаешь? – Бронислав сидел теперь на кровати, немного сбитый с толку.

– Много знаю. – она показала свои клыки, и охотникзаинтересованно продолжал смотреть за трапезой.

– Любопытная ты, Аранья. Твое имя что-то да означает? – онотошел за полотенцем и вернулся с ним к испачкавшейся волчице.

– Дикий лес. – она выхватила полотенце из рук Бронислава ипринялась усиленно вытирать лицо и руки.

– Понятно…Что ж, я надеюсь, ты наелась, и теперь можешь найтиместо для ночлега где-нибудь…Например, в подвале.

– Я уже не голодна и меня не нужно запирать в подвале.

– У меня дом не маленький, но для нас очень даже тесный. Такчто лучше будет, если ты найдешь себе место подальше от моей спальни.

– Я найду себе место, главное, не забывай про свое. – Араньяразозлилась и вышла из комнаты на кухню.

– Мне-то попроще будет. Я от мужиков-оборотней всю ночь небегал. Спал себе спокойно…Почти. – Бронислав снял с себя плащ и оставил его настуле, потом лег в постель и завернулся в одеяло.

Волчица не подавала виду, что находится в его доме, до самогопробуждения охотника. Когда Бронислав проснулся, она еще спала, свернувшиськалачиком на обеденном столе.

Глава 3. Сотрудничество.

Охотник засмотрелся на волчицу, и захотелось ему прикоснутьсяк ее волосам. Он еще никогда не видел, чтобы женщина-волк спала на столе стаким расслабленным видом. Но лишь только его пальцы коснулись ее, Араньяшироко открыла глаза и зашипела.

– Все-все, я просто позволил себе тебя немножко погладить. Сдобрым утром. – охотник весело смеялся, чем еще больше разозлил ее.

– Утро не может быть добрым. Оно обычное. – ответила она исела.

– Как скажешь. Я тут подумал и решил, что сегодня я возьмутебя с собой. Будешь своими волчьими флюидами пользоваться в качестве радара.Эти волки, они такие подлые. Их не догнать, когда уже все сделано. – Брониславбыл одет в стандартный костюм охотника и надевал красный плащ.

– Если сдашь меня им, я тебя убью. – так Аранья дала емусогласие.

– Я знаю. Кстати, у меня оставался цыпленок в морозилке.Вполне себе для легкого завтрака сойдет. – он вытащил мясо и положил его настол рядом с волчицей, – Приятного аппетита.

После завтрака они выдвинулись в полдень. Аранья старалась непригибаться к земле, чтобы не продемонстрировать свои страхи за свою шкуру. Женщинаулавливала каждый шум, особенно, когда они проходили через лес, что не могло ненервировать ее по полной программе. В конце концов на горизонте показалась базаохотников, и Аранья немного расслабилась. Бронислав не стал ничего говорить,потому что больше всего на этом этапе он боялся вывести ее из себя. Кто знает,на что она способна?

– Веди себя спокойно, ладно? Тебя никто не собирается трогать.– произнес Бронислав и открыл волчице дверь в охотничий домик.

– Сначала пойдешь ты. – она, не спуская с мужчины взгляда,проследила, чтобы он зашел первым.

Группа охотников уже было собиралась выходить за пределысвоего убежища, как на пороге показалась волчица, и все мужчины отнеожиданности вскричали слово «волки». Они схватились за то, что было ближевсего из оружий – за кинжалы.

– Эй-эй-эй! Полегче, ребята! – Бронислав спрятал волчицу заспиной, Аранья ощетинилась и была готова броситься на любого из них, – Онасейчас со мной.

– Бронислав, дружище, ты совсем с катушек съехал? Ты в нашулачугу притащил с собой волка. Почему? – усатый охотник саркастично убрал вножны кинжал.

– Да, она волк, и у нее есть имя. Ее зовут Аранья, я приютилее у себя на время. Стая волков вчера почти на нее набросилась, посколькуАранья в изгнании. Она поможет нам в расправе над этими зверьми. Ночью я спасей жизнь. – спокойно объяснил Бронислав, и волчица успокоилась, принюхавшись кзапахам кожи, пива и жареного мяса.

– Нет, брат, ты на груди змею пригрел. Мы не сможем такработать. – выступил со своим мнением охотник с большим шрамом на лице, – Ты,как хочешь, но я откажусь от ее услуг.

– Среди волков заведено отвечать добром на добро, когда тебеспасают шкуру. Мне нужно отплатить ему тем же. – Аранья поглядела на шрам исаркастично улыбнулась, – Это сделал Исав.

– Она еще и ухмыляется! – мужчина одурел от такой наглости,но на его попытки замахнуться на женщину, Бронислав холодно стиснул челюсти иоттолкнул его, – Ты что себе позволяешь, дикарка! Думаешь, у тебя все карты наруках? Ты бойся за свою тушенку гнилую. Кто ваш тот Исав, я знаю! Он настоящийдемон, как и ты.

– Мне бояться здесь нечего. – низким голосом говорила женщинаи рассматривала ружья у стены.

– Аранья, будь повнимательнее с тоном. – Бронислав смотрел,как волчица гуляет по домику и нюхает камин.

– Брат, она вернется к своим и сдаст им все, что здесьразнюхает. Ты головой совсем перестал думать. – шепнул Брониславу охотник сповязкой на глазу, – Неужели ты ее не просто так оставил?

– В каком смысле? – напрягся мужчина, следящий за тем, какАранья плавно двигается из одного угла в другой.

– Именно в этом. Я все понимаю, у тебя давно не было женщины…

– Закрой свой рот. Я знаю, что это ваша излюбленная шутка вмою сторону, но здесь это не твое дело. – Бронислав вытащил пиво изхолодильника и принес его охотнику, – Тебе пора расслабиться.

Охотники недолго оставались со зверем наедине и решилииспытать Аранью в лесу. Пока не настало темное время суток, они вместе сволчицей продвигались к месту, где волки сновали каждую ночь. Араньячувствовала себя крайне дискомфортно: все мужчины буквально обглядывали нее,как будто начали оценивать с другой точки зрения. Да, она разительно отличаласьот обычных жительниц деревень: у нее были мускулистые ноги и руки, ее большиеглаза и ее большие груди, спрятавшиеся за волчьей шкурой могли любоговзвинтить. Что уже говорить о широких бедрах и хищных чертах лица? Такое редковстречается.

– Вам нравится пялиться? – она развернулась к группе, ивстретила удивленные глаза, в моменте заметив более пристальный взглядБронислава, – К тебе это тоже относится.

Но он не снял с нее глаз, чем вызвал короткое рычаниеволчицы, и увеличение расстояния между ними.

– Броня, а она с тобой в обнимку спала? – ехидно спросилмолодой парень с рыжими волосами.

– А тебе что до этого? – Бронислав и сам начал замечатьстранные флюиды от охотников, что вызвало в глубине души вспышку ревности, –Хочешь к себе ее забрать?

– Мне просто любопытно стало. – нахально улыбнулся парень.

– Ты из себя такую любопытную Варвару не строй, ладно? А тооднажды кто-то нос оттяпает. – Бронислав все это сказал твердым голосом ипоспел за Араньей.

Волчица привела команду к ручью, обложенному валунами. Надеревьях остались зазубрины-метки в виде волчьих следов. На коре алела чья-токровь, стекающая длинными линиями к самым корням.

– Здесь происходят обряды. Жертв тащат к воде и разделывают.Так каждую ночь. Волков здесь ходит много. Лучше всего спрятаться в канаве. Таких можно дождаться и напасть. – Аранья была непроницаема, пока показывала, кудаможно схорониться, – Хворост здесь никто не трогает, вашего присутствия незаметят.

– Хорошо, Аранья. И много таких мест у волков? – Брониславподнял хворост и убедился, что там могут спрятаться двое.

– Много.

– И они-таки не смогут нас учуять?

– Смогут, если не наденете волчьи шкуры.

Озадаченные мужчины покосились на Бронислава.

– Броня, у нас нет ничего такого. Мы не потрошители. – пожалплечами охотник со шрамом.

– Аранья, где взять необходимое? – Бронислав подошел к деревуи потрогал запекшуюся кровь.

– Только в погребе. Он не здесь, а в пределах общины. Попастьтуда сложно. Не советую туда соваться. Там волки всегда. – Аранья посмотрела наБронислава, ожидая, что он попросит отвести всех в волчье логово.

– Мы туда не пойдем. – сказал он, и волчица расслабилась, неподавая виду.

– Тогда мы с деревьев будем на них падать? Бронислав, тыбудешь слушать эту женщину? Она могла уже наврать с три короба, и мы сегодняокажемся жертвами обрядов. – усатый охотник смотрел на волчицу с омерзением налице.

– В чем ваша проблема? Мы можем напасть на них в любом другомместе. Аранья, ты можешь отвести нас туда, где мы гарантированно можем засесть?Чтобы наверняка. – Бронислав заметил, что волчица нюхает воздух.

– Волки…Они идут сюда. – Аранья побежала вдоль ручья.

– Все приготовились! – Бронислав вытащил из-за спины лук истрелы.

– Эта баба уматывает!– закричал охотник со шрамом, и волки показались на горизонте, –Бронислав, что ты делаешь!

Бронислав, почувствовав неладное, побежал за Араньей следом.Волчица, обуреваемая жаждой спрятаться и дожить этот день, бежала так быстро,как только могла. Охотник поздно осознал, что догнать он это существо женскогопола не в состоянии, но помочь он все-таки ей может. Волки быстро унюхали, чтоизгнанная волчица неподалеку, и напали на след. Бронислав выпустил стрелы и подстрелилдвух подряд, так что одному попало в ребра, а другому в глаз. Третий волкпокрупнее напал на него со спины, так что охотник свалил его за одежды на землюи заколол лезвием на месте. Аранья уже была слишком далеко.

Глава 4. Предчувствие.

Аранья словно испарилась и решила остаться воспоминанием. Ночь началась не такой, какой ее себе представлял Бронислав: охотники действительно убрали еще нескольких волков, при этом один из бравых молодцев получил ранение в руку и успел изрядно истечь кровью. Вместо того, чтобы ощутить себя в таверне расслабленно, Бронислав размышлял: как там беглянка, не умерла ли она в страшных муках, и, если нет, то где же она теперь? В конце концов, он измучил сам себя и вышел из таверны на воздух. Никто его не спрашивал, куда он после тяжелой работы еще пошел, потому что это весьма риторический вопрос. Все уже поняли – главный в их команде влюбился в хищницу. И если Бронислав что-то для себя решил, то сделает, даже если понадобится играть со смертью.

В лесу уже покромсали столько невинных душ, сколько успели. Осталась только Аранья, привязанная к столбу, и с кровоподтеками на лице.

– Ты думала, что можешь просто сбежать и кинуть меня? – перед ее лицом стоял Исав в абсолютной ярости, – Этот лес и эти все деревья вокруг это моя территория!

Аранья получила очередной удар по лицу, не издав ни звука.

– Ты решила все за всех, потому что считаешь себя правой? Да кто ты вообще такая, чтобы меня…Меня-я-я-я! Я уничтожу тебя и твоего мужика левого, ты слышала? Я не позволю, чтобы какая-то гнида с ружьем отобрала то, что принадлежит мне. – Исав получил плевок в лицо, – Ты че, совсем охренела!

Женщина получила несколько раз кулаком по животу, стискивая зубы.

– Найдите мне этого урода прямо сейчас! – Исав не увидел, чтобы два волка рядом спешили оторвать голову охотнику, и повторил яснее, – Я сказал, сейчас!

Бронислав, вспоминающий, как стрелять из охотничьего ружья на обгоне, шел по бесконечной лесной тропинке. Он сердцем чувствовал, что происходит что-то очень нехорошее, но всей силой воли сдерживался, чтобы не превратиться в слабое звено. Ему сейчас не до этого – надо найти Аранью и убедиться, что он все еще жива.

На поляне, где росли редкие ели, показались два достаточно крупных волка. Они учуяли чужой человеческий запах и разделились. Бронислав не стал медлить и спустился со склона. Волки встретились, разминувшись с охотником, и, в недоумении, побежали за ним. Когда Бронислав вышел на вершину скалистой горы, перед ним открылся ужасающий вид: Аранья, не похожая сама на себя, была привязана к деревянному столбу, практически оторвавшегося от своего каменного основания. Столб был похож на тотемный и висел над пропастью.

– Аранья! – Бронислав ринулся вниз, чуть не свернув себе шею.

Волчица устало повернула голову, но ее лица не было видно за спутавшимися волосами. Мужчина подбежал, схватился за лезвие и одним рывком разрезал путы, так что несчастная Аранья почти что упала в пропасть. Охотник подхватил ее и положил на каменистую поверхность.

– Какая встреча! Романтика! – вскричал безумный Исав, – Я думал, у вас все так, не серьезно. А ты меня обманула, уже в который раз.

Волк вышел из ниоткуда, как будто его доставили на этот склон с помощью телепорта. Бронислав, смотря ему в глаза со всей холодностью, спокойно выхватил двустволку из-за спины. Исав сначала круто дернулся, но сразу же рассмеялся, как будто у охотника в руках была игрушка.

– Надо же, как подготовился! А тебя, наш подготовленный, никто не учил первому правилу общения с волками? Если есть вожак, значит, рядом стая. – Исав улыбался во все свои золотые зубы.

После его саркастичного смешка с вышины побежали его два собрата в шкурах. Бронислав, не думая, спустил пулю одному прямо промеж глаз, тем временем, второй волк выбил у охотника ружье из рук, и они покатились в сторону обрыва. Аранья, наблюдавшая за тем, как Бронислав хватается за шкуру взбешенного хищника, поползла спиной от них, встретившись головой с сапогом Исава.

– Мелкая дрянь… – он замахнулся на волчицу, но промахнулся, поскольку получил по ноге клинком, пронзившим его сапог насквозь, – А-а-а-а-а-х, ты!..

Аранья схватила Исава за раненую ногу и со всей силы вгрызлась ему в колено, так что поток крови не заставил себя ждать. Исав, затуманенный от ошеломляющей его боли, свалился с ног и попытался достать уползающую от него Аранью за ноги. Получив по лицу женской ногой, он вырубился, оставшись валяться, как чучело посреди камней. Аранья побежала за Брониславом, у которого порвался плащ настолько, что был похож на решето. Волк пытался сломать ему шею, навалившись сзади, но волчица махнула рукой в лицо волку, и его тут же скрючило от песка в глазах. Не удержав равновесие, волк свалился с горы и разбился. Бронислав, кашляя и мучаясь от укусов по всем его конечностям, успел надежно зацепиться за край и вернуться на обрыв.

– Ты спасла меня. – восторженно смотрел охотник на волчицу.

– Теперь мы в расчете. Дальше наши пути расходятся. – ответила Аранья, и уже было развернулась, чтобы уйти, но Бронислав схватил ее за руку.

– Тебе никуда одной больше нельзя. Тебя найдут и точно убьют.

– Это уже не твоя забота, Бронислав. Оставь меня. Лучше купи себе новое ружье. – женщина не смогла выкрутить руку и оскалилась.

– Аранья, я больше не хочу, чтобы они такое сотворяли с тобой. На тебе не твое лицо. Ты не можешь.

– Тебе я на что?

– Ну…Лучше по-другому задать вопрос. Тебе на что я? У меня есть силы тебя защищать.

– С ним я сама себя защитила. – она указала в сторону Исава без сознания.

– Тебе не нужно больше вязаться с этим сумасшедшим. Ты же не добила его, правильно? Значит, он однажды снова пойдет за тобой.

– Я не могу его убивать. Закон волков – убить одного из главных, значит, заказать себе самую страшную смерть.

– Тогда я сейчас пойду и убью его. Прямо сейчас.

– Навлечешь на себя беду, Бронислав. Стая не просто волки. В ней есть и колдуны, использующие темную магию. Тебе с такой не тягаться. Лучше послушай меня и найди новое ружье. Тебе оно пригодится. – волчица попыталась вырваться, но бестолку.

– Ты же убежишь, как только я выпущу твою руку. И все начнется заново. Какой смысл было рисковать головой, если ты собираешься обратно в лес, Аранья? Стоило ли это того?

Волчица оглянулась на черные деревья на вершине, потом посмотрела на охотника, читая в Брониславе решимость.

– Хорошо. Я пойду с тобой. Но каждый день я буду выходить на волю. И охотиться. – ночью ее глаза светились, как у животного.

– Мы можем охотиться вместе. – добавил охотник и отпустил Аранью.

– Ты не охотишься. Ты снимаешь с волков шкуру.

– Но я умею стрелять в птиц и имею опыт с охотой на оленей. Любишь оленину?

– Я люблю вгрызаться в живую плоть.

Он понял, что договориться с ней трудно, но, хотя бы, волчица будет жить в его доме.

– Как вернемся в охотничий домик, я заберу новое ружье. А сейчас надо идти домой. Очень позднее время для романтических свиданий. – усмехнулся мужчина, тяжело поднимаясь на ноги.

– Это несмешная шутка. – волчица смотрела на него с неодобрением.

– Да, ты права.

Когда они вернулись в дом, Бронислав проверил все замки на случай, если кто-то постарается их взломать.

– Ты сказала, в стае есть колдуны. Они умеют вскрывать замок? – Бронислав был в одних штанах и смазывал механизмы.

– Не думаю. Они больше по мучительной смерти. – Аранья пристроилась на ковре у кровати.

– Значит, если кто-то к нам придет – это будут бравые молодцы в самом поганом смысле слова. Кстати, Аранья…Ты же, наверное, ранена не хуже моего.

– Я сама залижу свои раны.

– Звучит странно. А как ты собралась зализывать лицо? Ты себя в зеркале видела?

– У тебя здесь нет зеркала.

– И то верно. Тогда позволь мне тебе помочь. Я только сам себе обработаю укусы, и займусь тобой, если ты не против.

– Неужели я так плохо выгляжу?

– Нет, гхм…Ты выглядишь… – Бронислав осекся, встретившись взглядом с волчицей, – Ты выглядишь бесподобно.

– Бесподобно? Подобно бесу? – она наклонила голову набок.

– Конечно, нет! Я имел ввиду, ты выглядишь очень здорово, тебе лишь нужно прижечь полосы на щеке и переносице. Если надо, то я могу вправить твой нос.

– Мой нос не сломан. – она взялась за свой нос и с хрустом вернула его в исходную, даже не моргнув.

– Боже мой… – удивился Бронислав, – Ладно, твоя взяла. Сейчас сделаю себе только пару уколов от бешенства…

Бронислав уже скоро сидел напротив волчицы весь перевязанный и заклеенный пропитанной марлей. Почти все его ребра были на грани, чтобы их, наконец, кто-то поломал, на них остались отпечатки борьбы. На шее остался след от удушения. Аранья сморщила нос: мужчина поднес к ее ранкам спирт.

– Что ты делаешь? – она оторопело отсела назад.

– Это всего лишь спирт, я должен обработать все раны, иначе ты рискуешь подцепить заразу. – он попытался снова, но Аранья сопротивлялась, – Аранья! Ну-ка, быстро сядь спокойно.

– Я как-то раньше без этого жила… – с большим недоверием женщина выставила вперед свою ладонь, которая уперлась Брониславу в грудь, – Ты не заставишь…

Охотник ловко заломил ей руку, так что она зарычала, и марля коснулась ее лица. Поднялся вой.

– Аранья, сейчас уже перестанет так щипать. Ты никогда его в глаза не видела, что ли? – она закрыла глаза и чихнула со всей силы, – Тише-тише.

Через минуту это новое ощущение оказалось привычным для сбитой с толку Араньи. Бронислав обрабатывал все остальные ушибы на ее локтях и коленях, пока женщина молча смотрела на него. В последний раз коснувшись марлей ее голени, охотник поднял свой взгляд и улыбнулся.

– Тебе бы не помешало принять душ. Я могу уступить, ты пойдешь первой. – мужчина заметил, что своей фразой озадачил ее, – Я что-то не то сказал? Прости, просто ты так специфично пахнешь…

– Я пойду к реке. Там и помоюсь. – сконфуженно ответила Аранья и ушла в сторону.

– Там небезопасно. Давай, я постираю твою одежду, а ты пока примешь все же душ в доме?

– Ты будешь рядом надо мной стоять?

– Что ты…Я не побеспокою тебя. Ты можешь мыться, сколько хочешь. Главное, это правильно отрегулировать воду. Ты ни разу так не мылась, я прав?

Волчица потопталась на месте, не проявляя никаких эмоций.

– Хорошо, я сейчас тебе все покажу во избежание недоразумений. – мужчина отвел ее в комнату, – Посмотри сюда. С помощью этих штук, их называют вентилями, можно включать воду. Она может быть как ледяной, так и горячей, все зависит от…

Волчица решила не тратить их время и сама покрутила вентиль с холодной водой. Потрогав струю, она сбросила с себя шкуру волка прямо в лицо охотнику.

– Не смотри. Иначе останешься без чего-нибудь. Закрой дверь. – спокойным тоном скомандовала она и разделась догола, – Можешь стирать вещи.

– Шампунь и гель для душа стоят на тумбочке. – глухо отозвался Бронислав.

– Что это? – волчица переключила с помощью рычажка воду с крана на душ, чуть не грохнувшись в скользкой ванной от неожиданности.

– Теперь ты знаешь. – он уже почти увидел женщину голой, как она коротко зарычала, – Ладно-ладно, пойду помою твое добро.

Выйдя из ванной, Бронислав почувствовал, что ему очень малы его штаны.

Глава 5. Странное утро.

Бронислав уступил волчице свою кровать, а сам провел ночь в спальном мешке в гостиной на втором этаже. Ему ничего не снилось, он только вздрагивал от любого шума за стеклами, поэтому встал разбитый во всех смыслах. Аранья еще спала, как убитая, когда мужчина натянул на себя белую майку и спустился по лестнице в спальню. Она лежала в позе эмбриона и тихо сопела с приоткрытым ртом. Он надеялся увидеть ее нагое тело, но хитроумная хищница стащила махровый серый мужской халат из ванной и преспокойно в нем утонула. Надолго охотник не смог задержаться – волчица открыла глаза и мотнула в его сторону головой.

– Доброе утро. Ты хорошо спала? – он попытался максимально безобидно улыбнуться.

– Я зашила твой плащ. – вместо милого приветствия произнесла она сонным голосом.

– Как это…

– Нашла иголки и нитки. Ночью все заштопала.

Бронислав взглянул на стул, где был плащ и удивился.

– Но как? Он был уже настолько испорчен, что его невозможно было бы восстановить. Где ты брала материал? – он разглядывал одежду и не понимал, как это возможно.

– Нашла. – Аранья выгнулась в дугу, точно кошка, выставив вперед руки, и раздался хруст позвоночника.

– Где? – не унимался мужчина.

– У тебя на кухне.

Бронислав вышел из спальни и чуть не прикусил язык: красные шторы потерпели реконструкцию. На мужчине не было лица, когда он вернулся.

– Ты в курсе, что испортила хорошие шторы? И быть такого не может, чтобы этими заплатами ты смогла так хорошо зашить мой плащ. – он практически сорвался на истеричный голос, что позабавило волчицу.

– В общине, где я провела большую часть своей жизни, меня учили вышивать и пришивать. Если хочешь, я найду новые шторы и повешу на кухне.

– А где швы? Я не вижу их.

– Их и нет.

Бронислав, так и найдя, к чему придраться, оставил плащ в покое.

– Я не разрешал тебе ничего портить, Аранья. – вместо спасибо закончил он тему.

– Если это твоя благодарность за плащ, то всегда рада помочь. – она не шевельнула бровью.

Завтрак прошел в тишине. Бронислав косился на гуляющую по дому женщину в его халате и яростно пережевывал яичницу с беконом. Аранья втихую открыла сундук с одеждой охотника, который почему-то оказался в гостиной, и проверила всю одежду на предмет изношенности. Оказалось, что Бронислав, как типичный холостяк, совершенно не стремился одеваться в новое и без дырок. Аранья цыкнула, вытаскивая из сундука поношенные джинсы с огромной дырой в районе ширинки.

– Тебе настолько любопытно? – мужчина внезапно появился за ее спиной.

– Тебе дыра нужна для чего-то постыдного, или ты просто не учился зашивать? – Аранья саркастично улыбалась.

– Для чего постыдного? – охотник вырвал из руки женщины одежду и бросил в сундук, – Что ты представила, можно спросить?

– Я представила, как тебя ставят на плато позора и высекают твои выпирающие гениталии из дырки. И все потому, что ты ничего не умеешь.

– А как же охота? Ты еще не видела меня, бросающегося на дичь. Может, во мне пробудятся древние гены, и я вгрызусь зубами? – он ухмылялся, стоя перед ней так близко, что чувствовал ее тепло.

– Я видела достаточно. А теперь, извини. Мне нужно удовлетворить свои древние гены. – волчица отошла подальше и скинула с себя халат так, что он снова прилетел мужчине в лицо, – И не смотреть, а то вырву тебе что-нибудь.

Бронислав заметил край ее шикарных огромных бедер и рельеф спины, прежде чем махровая ткань снова закрыла ему лицо.

– К пяти часам чтобы я видел тебя живой и здоровой в охотничьем домике! – успел крикнуть он вдогонку, и, как ему показалось, она уже покинула дом.

Глава 6. Естественный отбор.

Аранья пришла к семи часам вечера, когда охотники уже отобедали и собрались на отлов волков. Открыв дверь без стука, она оставила кровавый след на ее поверхности. Половина ее лица тоже была окрашена в кровь.

– Ох, ты, ж!.. Бронислав, что твоя тварь сделала с нашей дверью! И что она забыла здесь снова? – охотник со шрамом на голове ждал от Бронислава чего угодно, но не обыкновенного пожимания плечами.

– Наохотилась? – Бронислав был совершенно спокоен, хотя и поморщился от ее вида, – Она странная, но смышленая. Давайте лучше нальем Аранье пиво. Ей явно следовало бы немного расслабиться.

Волчица молча прошла с гордо поднятой головой к раковине и резкими движениями начала смывать с себя следы удовлетворения базовой потребности в охоте.

– Не хочешь, как хочешь. Парни, мы должны выдвигаться. Аранья, ты с нами? – Бронислав смотрел на женщину с такой заинтересованностью, что не сразу понял, что она вытирает лицо его плащом, – Эй…

Охотники вокруг развеселились, как будто уличили мужчину в том, что он показался влюбленным по уши юнцом.

– Вот это было необязательно делать, Аранья. – тихо сказал Бронислав, отдергивая плащ.

– Я же странная, но смышленая. Так что веду себя так, как ты желаешь видеть. Куда сейчас направляетесь? На верную смерть? – Аранья успела испачкать волчью шкуру, что вызвало у главного из охотников смешанную реакцию.

– Тебе нужна новая одежда. – только и ответил на это мужчина.

– Советую и тебе ею обзавестись, Бронислав. – Аранья села напротив камина с таким видом, как будто отчитала своего парня.

– Ты будешь мне ее шить.

– Из ковра или из постельного белья?

– Я достану ткани, и ты создашь мне одежду. И, возможно, не забудешь подчеркнуть свои…Свою красоту. А теперь мне некогда с тобой болтать, да и ребята уже смеются. Нам нужно проникнуть в вашу общину и навести там шуму. Не думаю, что ты обязана идти с нами.

– Вы приняли скоропостижное решение. Так ничего не выйдет. Вы зря все это затеяли.

– Отчего бы зря?

– Уничтожив одну стаю, не забудь и об остальных стаях. Если нанесете большой урон, готовьтесь к тому, что за вами по пятам будут ходить другие волки, пока вас всех не сравняют с землей. Это волчьи законы, и кому как не тебе, Бронислав, знать их? Давно пора.

Охотник потоптался на месте и призадумался.

– Ты их защищаешь?

– Нет.

– А выглядит так, будто защищаешь.

– Я защищаю тебя.

Мужчина широко открыл глаза.

– Бронислав, ты уже скоро? – рыжий молодой парень выглянул из-за двери.

– Ждите, сколько нужно! Хватит подзуживать! –от такой реакции дверь быстро хлопнула, – Ты думаешь, для нас это слишком опасно?

– Это не слишком опасно. Вас там всех перережут. – волчица продолжала смотреть на тлеющие угольки и взяла в руку кирку, – Дело твое, Бронислав. Мое дело предупредить.

Он не привык сдаваться на пол пути, поэтому даже своеобразная забота Араньи о сохранении его жизни была тщетной. Именно по своей мужской глупости и желании самоутвердиться Бронислав все же привел охотников за собой к волчьим пенатам. Они засели неподалеку от высокого забора волчьей деревни. Спрятавшись в небольшой пещере, мужчины проверили заранее заготовленные дротики с быстродействующим ядом. Наступила полночь. Бронислав замялся.

– Выглядишь не слишком уверенным, броня. Ты все продумал? – охотник с длинными темными волосами постарался подорвать уверенность в мужчине.

– Продумал. Ты и рыжий зайдете с северной стороны. Остальные про себя знают. Пора положить конец этому мракобесию. – Бронислав начинил колчан ядовитыми стрелами, и с суровым лицом вышел из пещеры.

На горизонте зажглись факелы, послышались барабаны и дикие вопли издалека. Мужчину передернуло, и он вспомнил слова Араньи.

– Если мы сдадимся сейчас, я рискую потерять свой и без того надломленный авторитет. Хватит с меня. Надо уничтожить эту клоаку. – Бронислав скрылся за деревьями.

Аранья уже бежала вдоль реки в надежде остановить упрямого охотника и предотвратить очередной риск покинуть мир в мучениях. Она увидела напротив волчьей деревни бегущих Бронислава и ненавистного мужчину со шрамом. Вместо того, чтобы завыть или крикнуть, она пересекла реку, ловко перепрыгнув по скользким валунам. Когда она нагнала Бронислава, охотники чуть ли не приняли ее за врага и почти что пронзили ее ядовитыми пулями. Аранья прыгнула на спину мужчине, так что они упали на землю.

– Ты? Ты хочешь сорвать операцию. – Бронислав схватился за ее шею, как если бы это была не Аранья, – Что ты тут забыла?

– Потише. Вы не должны так рисковать. Если ты хочешь напасть и разрушить общину, я приведу к тебе другие стаи. Только так можно остановить кровопролитие.

В меру накрученный и сконцентрированный, Бронислав положил на бедра Араньи ладони, прекрасно осознавая, что кто угодно может выглянуть из-за забора.

– Как ты это сделаешь? – он уже решил поступить правильно.

– У меня есть знакомые волки на севере. Я пойду за ними и пообещаю им то, что им нужно. Они мне не откажут. – Аранья не изменилась в лице, – Хватит с тебя на сегодня, Бронислав. Вставай, нам надо убираться отсюда.

Мужчина со шрамом уже оказался в глубине событий по ту сторону забора, расстреливая каждого, кто там был. Аранья и Бронислав услышали волчьи крики, смешанные с криком охотника. Волчица с силой потащила назад Бронислава, понимая, что вскоре над деревней на колу будет сидеть труп охотника.

– Не оглядывайся! Не смей! – рычала она, но он старался понять, что происходит, – Я говорю, прекращай!

Она ударила Бронислава по голове, так что у него зазвенело в ушах, и он инстинктивно прижал ее к острому стволу дуба.

– Не смей так делать, женщина. Ты ворвалась в мою жизнь и указываешь мне, что да как. Так дело не пойдет. Я вернусь за ним. – Бронислав был на грани нервного срыва.

– Если ты пойдешь туда – окажешься на колу вместе с ним. – ее светящиеся в темноте глаза были впервые за все время наполнены слезами, – Мы ничего уже не можем сделать, Бронислав. Смирись.

Его руки ослабели, и он выпустил Аранью. Согнувшись, он схватился за голову. Отчетливые мужские крики продолжали раздаваться эхом по всему лесу.

– Нам нельзя здесь оставаться. – она попыталась поднять Бронислава, но он оттолкнул ее, так что женщина впечаталась в дерево и упала, – Я думала, в тебе больше стали и мужского. Ты разочаровываешь меня, Бронислав.

Он еще никогда не терял своих охотников таким дурацким образом. На его плечах была огромная ответственность столько лет, и то, чего Бронислав боялся больше всего на свете, случилось. Волчица не привыкла видеть мужские слезы, и, когда Бронислав посмотрел на нее с некоторой ненавистью, она съежилась и нацепила на себя непроницаемость.

– Большее разочарование испытываю я. Потому что мне не стоило тебя прикрывать, спасать и строить иллюзии. Ты все спланировала так, чтобы мои люди были жестоко убиты. Чтобы я наблюдал их смерть. – охотник выпрямился и уже не казался волчице безобидным.

– Ты видел меня, прикованной к столбу. Ты видишь эти раны на моем лице. Ты знаешь, что я сама ушла от них. Неужели не приходит в голову мысль, что это все только твоя вина? Я предупреждала еще в домике, что вас… – она не договорила, потому что взъяренный от уязвленного мужского достоинства охотник вытащил стрелу и лук, – Что ты делаешь?

– Уходи!

– Ты не умеешь признавать правду, Бронислав! Я спасла тебя, а ты меня гонишь. Будь по-твоему, я уйду прямо сейчас. Но ты поймешь, что не прав.

– Я сказал, уйди… – он развернулся и провалился в кустах.

– Дурак… – волчица убежала искать новое пристанище.

Впоследствии оказалось, что кроме одной смерти других не добавилось. Охотники просто струсили и сделали вид, что были рядом с умирающим в муках товарищем.

Глава 7. В поисках волчицы.

Бронислав еле добрался до своего дома страшной ночью через таверну. Следующим утром он почувствовал себя просто отвратительно. Голова была просто чугунная, как будто ее оторвали и приставили обратно. В туалете его скрючивало минимум трижды, прежде чем мужчина пришел в себя и захотел выпить воды. Чувство поганой несправедливости к Аранье застилало его и без того затуманенный разум.

Отпевание охотника, погибшего в полчище зверей, было назначено в таверне на следующую неделю. Ребята из команды ни в коем разе не винили Бронислава, но поглядывали на него со скрытым презрением. Они знали, что Бронислав остановился и не помог другому, когда при всем этом планировал операцию самолично. Они потихоньку начинали общаться между собой на предмет разъединения.

Мужчина впал в самую настоящую депрессию. Тело убитого охотника нашли в реке. Отпевание проходило по всем традициям. Когда все собрались вокруг закопанного изуродованного тела погибшего, Бронислав едва ли не бросился на колени молить ушедшего из жизни о прощении. Чувство вины и отчаяния накрыли Бронислава, и он ослаб.

– Не грузи себя, старина. Он сам пошел на свою смерть. Тем более, все всегда предопределено. – охотник положил ему на плечо ладонь без одного пальца, – Тебе надо передохнуть. Может, возьмешь отпуск? Когда ты последний раз отдыхал?

Бронислав, сидя на земле перед могилой, задумался.

– Мне нужно уехать. Я действительно должен дать себе паузу. Извините. – он ушел в черном плаще под всеобщее успокоение.

Охотники переглянулись и поблагодарили человека без безымянного пальца за прекрасную идею и вовремя сказанные слова.

– Когда он вернется, здесь все будет иначе. Мы можем проголосовать за нового командира, и, если никто не будет против, я выдвину свою кандидатуру. – человек без пальца по имени Булыч смотрел Брониславу вслед с хитрой ухмылкой и искоркой в темных глазах.

Аранья провела холодную ночь в пещере в десятках километров от дома Бронислава. Там же она смогла умять пару диких уток и забродившего детеныша дикого кабана. Насытившись и выспавшись, она двинулась на север, но уже не ради Бронислава, а ради того, чтобы покончить с распространением пыток, обрядов и прочих проявлений зла. Там, куда она бежала несколько дней с ночными бдениями в пещерах, была ледяная стужа. Вечная зима, так назывался север этого бесконечного леса. Здесь была одна суровая деревня простых смертных под названием Котелки и волчья деревня с не менее странным названием – Талвин. Сперва Аранья проверила, как обстоят дела с разбоями в человеческой среде: ее никто не гнал и даже не подумал, что, будучи волчицей, она способна перегрызть глотки всем местным детям. Маленькие мальчики тыкали в нее пальцем с удивлением, но не обзывались и не пугались Аранью, а девочки стояли с открытым ртом и не знали, что делать. Волчица обратила внимание на то, что никто из них не был под родительским присмотром. Это и насторожило, и обрадовало ее.

– Простите, а вы кто? Что-то не видела вас в нашей деревне раньше. – Аранью окликнула женщина в черном тулупе с красными от ледяного воздуха щеками, – Вам совсем не холодно? Вы же голая.

– На мне волчья шкура и гетры из кожи. Нет, я не живу здесь. Я пришла в поисках волчьей деревни Талвин. В какой стороне они обосновались? – Аранья даже не дрожала, хотя была босая.

– Вы волчица?.. Вы такая приятная для зверя. Надо же, какие у вашего волчьего рода способности! Нам бы такие, хоть бы меньше пили имбирный чай и лекарства. – женщина улыбалась, – Вам вон в ту сторону, к денежной горе. Там волки живут повсюду.

– Спасибо. – Аранья не знала, что еще добавить, и побежала на двух ногах, чтобы женщина не видела, что все волки умеют бегать быстрее на четвереньках.

Денежная гора не сильно была похожа на ту самую гору, где Аранья в последний раз видела Исава и Бронислава на одном плато. Она была мощнее и выше. Женщина забралась на самую вершину, где все было в снегу и льду. Оттуда она и увидела начало деревни Талвин. Обрядовых аксессуаров она не заметила, как и факелов. Волки вокруг деревни разбивали кирками лед, и каждый удар был как удар молота по огромной наковальне.

– Аранья? – знакомый голос позвал волчицу, и она в ужасе развернулась так, что чуть поскользнулась, – Ты так упадешь…

Бронислав в длинной меховой дубленке и такой же теплой шапке схватил ее за талию, чтобы Аранья не свалилась камнем вниз. Волчица оскалилась.

– Что ты забыл здесь? Тебе мало проблем в другой части леса? Ты преследуешь меня, да? – она вырвалась и отошла от обрыва подальше.

Пошел легкий снег. Бронислав оглядел ее с ног до головы в немом шоке.

– Ты совсем не замерзла? Твои ступни соприкасаются со льдом. Я помню эти натоптыши и мозоли. Не пробовала пользоваться обувью? – он будто не заметил ее злобы.

– Внутри меня итак холодно из-за тебя, самовлюбленный мальчишка! Тебе столько лет, но ты еще не стал настоящим самцом. Я повторю свой вопрос. Что ты здесь забыл?

– Мне нужно было удостовериться, что ты в порядке, и волки не убили тебя. Своеобразное проявление заботы.

– Ты сам о себе лучше позаботься, а меня не трожь. Я не какая-нибудь шавка, чтобы отталкивать меня от себя. Не буду без вины виноватой. Неси свой крест достойно, Бронислав. Иначе такое имя тебе ни к чему. – волчица сделала пируэт и скользнула по гладкой ледяной поверхности по склону вниз.

– Аранья! – мужчина бросился к ней, но не смог позволить себе кинуться за Араньей.

Когда волчица уже была у подножия денежной горы, Бронислав в восхищении покачал головой. Аранья посмотрела на него надменно, имея на это полное право.

– Хочешь, чтобы меня не убили? Тогда найди убежище потеплее до полуночи. Или я сама стану твоим страшным наказанием. – крикнула волчица и скрылась в чаще.

– Я люблю эту дикую женщину. – вдруг, сам того не контролируя, сказал вслух охотник.

Глава 8. Иная жизнь в Талвине.

Снег продолжал застилать дорогу, но волчице было абсолютно все равно. Когда Аранья постучалась в массивные ворота с металлической мордой спокойного волка, с той стороны послышались голоса. Затем на ворота залез молодой мальчик-волк со взъерошенными черными волосами. Он был настроен дружелюбно, рассматривая волчицу с любопытством.

– Кем будете? – спросил волчонок.

– Меня зовут Аранья. Когда-то давно была с вами, потом ушла в стаю волков с юга. – она увидела, как мальчика кто-то снял с ворот обратно.

Спустя пять минут размышлений, волки все же открыли ворота, и Аранья смело прошла вперед. Ее встретила волчья семья, состоящая из мальчика, девочки и волков-родителей. Остальные волки продолжали работать на их фоне: кто-то носил бревна, кто-то их шлифовал, остальные забивали гвозди на крыше одного из домов.

– Вы издалека. Мы с далекими не знаемся. – спокойно говорил мужчина-волк с седыми длинными волосами, – Что вам нужно?

– Мои родители были первыми вожаками в вашей стае прежде, чем нас захватили южные. Не могу назвать себя далекой. – смело заявила Аранья, – Я пришла к вам за помощью.

– Мы можем впустить ее и поговорить в более располагающей обстановке, Кахан. – его жена с белыми длинными волосами и черными прядями была настроена менее настороженно, – Я помню ее мать. Она была прекрасной хранительницей.

– Ты уверена, Ная? Эта волчица может быть подосланной чужими специально. – мужчина был напряжен.

– Она не злая, папа. Давайте, впустим ее к нам? – девочка-волчица была похожа внешне на отца, – Брат, ты что думаешь?

– Думаю, что ничего плохого на хвосте Аранья не принесла. – мальчик улыбался с отсутствующим передним молочным зубом.

– Хорошо, я вас впускаю. Но что-нибудь выкинете – пожалеете об этом тотчас. – седовласый волк показался Аранье главным в этой деревне.

Семья волков привела Аранью в большую избу из черного дерева. Прогулявшись по незнакомой территории, Аранья заметила, что вокруг ни намека на жертвоприношения или жестокую смерть. Повсюду стояли однотипные избушки, но семья привела ее в самую главную. Внутри избы вожака пахло благовониями и кедром. Аранья увидела у выхода клетку с разноцветными канарейками и удивилась.

– Проходите, не стесняйтесь. – хозяйка избы насыпала из мешка кучу зерен в птичью кормушку, – Ваше имя, кстати, очень знакомо. Помнится, я вас даже лет двадцать тому назад однажды видела. А вы, наверное, меня не узнали. Я была у вашей мамы подругой.

– Что ж ты сразу не сказала, Ная? – ее муж выглядел сконфуженным.

– Ты, итак, недоверчивый, а тут тебя умасливать и переубеждать. Так вот, я помню вашу маму очень хорошо, Аранья. Она дала клятву, что будет оберегать вас всю жизнь. Думаю, вы это запомнили тоже. Соболезную общей утрате. Говорят, ее нет в живых уже очень давно, как и вашего отца. И никто не знает, что произошло. Я и сама пыталась раскрыть это странное дело, но тщетно. – женщина погладила красную птицу в клетке по ее голове.

Аранья не нашлась, что ответить. Для нее исчезновение родителей было в свое время пыткой, и, как бы она ни старалась, их уход из стаи был для нее самой большой потерей в жизни. Еще была загвоздка в том, что ее отец запечатлелся в детстве как вожак стаи на севере. Когда двадцать лет назад Аранью и родителей перехватили волки-колдуны с юга, отец автоматически потерял свой статус альфы. Теперь волчица знала, что его место уже давно занимает Кахан. Чтобы не глядеть на волчат с некоторой скрытой завистью, Аранья решила поскорее сменить тему и добиться от альфа-волков помощи.

– Так подозреваю, у вас не принято много тратить времени на пустые разговоры, верно? Вы шли так далеко за помощью к нам…Вы не голодны? – почти тараторила Ная, собирая на столе лишнюю посуду.

– Немного. – Аранья села на ковер в стиле макраме напротив стола, и хозяйка всплеснула руками, – Что? Что-то не так?

– Вы же не будете сидеть на полу…Присаживайтесь за стол, Аранья. Дети, умойтесь и присоединяйтесь. – Ная разливала в глубокие каменные тарелки какой-то густой суп с мясом, – У вас в стае сидят на полу во время трапезы?

– Это и стаей настоящей назвать-то нельзя… – вклинился Кахан и с недовольством сел во главе стола, – Они разделывают тушу людей на глазах у детенышей, делают из обрядов новую вселенную зла.

– Извините, но я больше не среди южных. Я в изгнании. – Аранья неловко коснулась первого попавшегося стула и медленно отодвинула его.

Ная и Кахан переглянулись.

– Как? Ты в бегах? – волчица-хозяйка была в натуральном шоке, – Как же ты выжила!

– У меня есть один друг-охотник. Мы спасаем друг другу жизни. – Аранья присела и принюхалась к запаху мяса.

– Как это? Охотник? Зачем ему это? – Ная уже и забыла о том, зачем Аранья пришла на их территорию.

– Дорогая Ная, успокойся, не всех изгнанных топят и четвертуют. – ее муж был тоже не менее удивлен, но не слишком переживал за гостью.

– Кахан, если бы ее слышала Аика, она бы реагировала почище меня. Но Аика не с нами. – хозяйка поставила перед гостьей полную тарелку супа, – Кушай. Это уха.

– Спасибо. – Аранья быстро запила бульоном свои дрянные мысли, по привычке не используя ложку.

– Они даже ложки со стола не поднимают, а ты ей про стулья… – Кахан всячески намекал жене, что присутствие Араньи в доме создает ему дискомфорт.

– Очень вкусно, спасибо. Я, наверное, выйду на воздух. – Аранья не посмотрела в сторону волка-хозяина и вышла вон.

Не смея лить ни по какой причине слезы, она осталась стоять на пороге, предварительно хлопнув дверью. Надежды на то, что ее просто выслушают и пойдут с ней на юг, тлели с каждой минутой. Она вспомнила, что неподалеку Бронислав, и ей хоть немного стало легче на душе.

– Аранья, вы еще здесь? – дверь открылась, и выглянула Ная, – Вы простите нас…Мой муж не любит гостей и очень предвзят ко всем чужим волкам. Вы можете сказать мне то, что хотели, а я уже улажу это с ним сама.

Аранья скептически смотрела на эту маму-волчицу с большой теплой красивой избой и сохранившимся с возрастом свежим лицом. С этими милыми волчатами и мужем-вожаком.

– Вы живете не так, как живу я. У нас разные миры. Вы слишком часто упоминали мою маму в суе. Необязательно было произносить ее имя. Я пытаюсь его забыть. Даже если бы я поделилась с вами тем, через что я проходила годами, вы бы не смогли меня поддержать. Потому что вы, Ная, не знаете бед, вы не можете быть на одной энергии со мной. Понимаете вы? Вы не отправите своего мужа и кучу волков на черных магов и колдуний, потому что у вас есть кров, дети, пища и живой муж. Я не связана ни с кем и ни с чем. Так что и решать эту проблему придется мне самой, как я погляжу. Не принято так говорить про главных волков, но ваш Кахан смотрит на каждого свысока. Как будто есть большая разница между мной и вами. Как будто я не росла в вашей стае у отца-вожака. Это должно выглядеть унизительно со стороны, но не волнуйтесь: чувство моего достоинства не подорвать. Совсем недавно один урод практически убил меня своими лапами, но я выжила и живу с такими историями дальше. Вы просто не потянете мой путь. Будь мой отец жив, он бы пошел на южных, не раздумывая. Но не ваша семья, и точно не ваш вожак. Простите. – Аранья развернулась, не дав ничего ответить, и перелезла через забор, не доходя до ворот.

На душе было достаточно скверно, и волчица в гневе поточила свои когти о ближайшее дерево. Она пошла искать заплутавшего охотника, чтобы решить, что теперь делать и как спасти человеческий мир от зверских расправ.

Глава 9. Аранья и Бронислав в гостевом домике.

Бронислав слонялся по деревне Котелки в предвкушении. Он понял по поведению волчицы, что она уже немного поостыла с той страшной ночи, когда он потерял одного из охотников по своей глупости. На душе, в отличие от Араньи, у него все пело и плясало. В деревне оказался всего один гостевой приличный домик с тремя комнатами, две из которых кто-то успел занять. Домик с виду походил на типичный имбирный пряник на Рождество, а внутри пахло зефиром. Хозяйка оказалась вполне себе дружелюбная женщина в возрасте, и на ее вопрос «Кто-то с вами остановится?» Бронислав рассказал об одной сумасбродной без обуви и одежды.

– А-а-а-а…Так это та самая волчица-тигрица! Мы с ней недавно пересекались, она показалась мне такой милой. И, все-таки, метаболизм у этих зверей совсем не то, что у нас. Зовите меня Афросинья. И, если что понадобится, у вас на прикроватной тумбочке стоит колокольчик. – на хозяйке гостевого домика был белый фартук и стеганое синее теплое платье, а волосы были спрятаны в голубой платок, – Скоро ли волчица сюда прибежит?

– Знать не знаю. Сказала, что встретимся, и чтобы нашел на ночь место для ночлега. Ночлег обрел, теперь надо с ее отыскать. – Бронислав был все еще красный после мороза, но шапку в помещении снял.

– Как зайдет, пусть отведает красного мяса буйвола. У местных волков это считают за деликатес.

Аранья вернулась в человеческую деревню в недобром расположении духа, и, когда в ее затылок приземлился снежный шарик, она не растерялась и по-звериному прорычала, ища глазами виновника. Это был мальчишка в светлом тулупчике с очень жирными щечками и большим носом.

– Тетя голая ходит! Глупая тетя! – крикнул он и обомлел, когда увидел жуткую злость на лице тети, – Ой…

На улицу вышла из синей избы женщина среднего возраста в мужской мешковатой дубленке, наблюдая такую картину: Аранья схватилась зубами за ворот мальчишки и трясла его в разные стороны на весу, как грушу. Мальчик вопил слово «мама» и слово «помогите», пока женщина в дубленке не вмешалась и не оттащила мелкого бедолагу. Аранья была в бешенстве.

– Уберите своего сопляка от меня… И больше пускай не целится мне в голову, а то своей головы ему больше не видать! – волчица прокричала так, что на улицу вышла еще пара человек, чтобы интереснее было.

– Он не сопляк, а мой сын! – испуганно говорила женщина с округленными глазами, – Он непослушный, но он не виноват.

– Не виноват, значит? А кто тогда? Вы?

– Слушайте, женщина-волк, шли бы вы в свои родные дома, а не блуждали здесь, как сомнамбула голая… – спрятала глаза женщина, и волчица схватилась рукой уже за ее дубленку, – Что вы себе позволяете!

– Теперь ты послушай, добрая женщина. Если еще раз твой сын меня вздернет, я тебе его печень на обед принесу в зубах. Ты меня правильно услышала? Чего киваешь, дура? Я спросила, ты меня услышала? – Аранья выпустила ее и спиной нечаянно приложилась к кому-то, стоявшему сзади.

Это оказался охотник в черном тулупе и потерянным взглядом. Волчица несколько сменила выражение лица, а мама с ребенком тем временем убежали в дом, пока их никто на обед не съел.

– Ну и что это было? Тебе не надоело еще зубы скалить? – Бронислав уже даже не испугался.

– Ты раздражаешь. Тебе если бы льдом по голове заехали, стоять бы остался просто так? Игрушку бы подарил? Ты нашел, как договаривались? – она уже говорила тихо.

– Вон там видишь домик коричневый? Это наш домик на ночь. Хозяйка там тебя уже на дороге встречала, оказывается.

– Это хорошо. Спасибо. Хватит уже на меня смотреть, как дурной. Пошли в дом. – волчица шла вперед широким шагом от бедра.

В гостевом домике Аранье все понравилось за исключением одной кровати в комнате и отсутствия ковров. Бронислав и ухом не повел.

– Это что? – она указала на кровать среднего размера с железным изголовьем, – Я спрашиваю, это что?

– Кровать. Ты стала плохо видеть? – охотник улыбался.

– Я буду спать на полу, Бронислав.

– Пожалуйста, мне не жалко. А если тебя продует?

– Когда ты меня об дерево стукнул, с той поры я спала в пещерах.

– Ты мне это вечно будешь припоминать, Аранья?

– Вечно. Зря ты договаривался.

– В жилой дом тебя бы вряд ли пропустили, уж, извини. А здесь хотя бы есть единственная свободная комната.

– А остальные что, заняты?

– Ну, да.

Волчица представила, что выгоняет людей из занятой комнаты, ложится на их кровать и спит, как ребенок. Потом прикинула в голове, что может произойти, если она ляжет в одну постель с Брониславом. Лицо у нее не изменилось, но в глазах зажегся огонь.

– Ладно, Бронислав. Раз так случилось, так и быть. Я очень голодна, где здесь можно чем-то поживиться? – волчица принюхалась.

– Подожди. – охотник взял колокольчик и зазвонил, – Ты чего? Испугалась?

– Ненавижу звук колокольчика. Запрещаю. – она стукнула рукой его по плечу, и в этот момент зашла в комнату хозяйка.

– Добрый вечер! Как рада вас видеть в своем уютном домике. Вы, наверное, кушать хотите? Вам принести мясо буйвола прямо сейчас? – женщина была в восторге от Араньи.

– Да, спасибо. – удивилась волчица и присела на кровать.

– Одну минуту. – хозяйка вышла и закрыла за собой дверь.

– Это что было? Она и готовит? – Аранья покосилась на мужчину, а тот смеялся.

– Она и хозяйка, и повариха – все в одном. Расслабься…Чего ты такая взъерошенная, Аранья? Ты сейчас как-то особенно диковато выглядишь. Волосы дыбом, зубы скрежещут…Что произошло? – Бронислав уместился рядом на кровати.

– Волки здесь нам не помощники. Они не смогут ринуться спасать людей. У них в каждом углу теплица с тепличными условиями. Я говорила с семьей волков, которая управляет стаей. И лучше бы я их в глаза не видела, вот такой это позор. – волчица говорила сокрушенно, – Их вожак смотрит на таких, как я, как на коровье дерьмо.

– Ну и пусть лесом идут. Главное, что я с тобой и хочу подсобить.

– Как ты собрался подсобить, Бронислав? Может, ты волкодав? А, быть может, ты колдун?

– Я стандартный в своем понимании, но у нас есть общее – мы оба не хотим кровопролития. И я обещаю тебе исправить ситуацию и завалить этих тварей. Я еще не придумал, как, но обычно я свои обещания сдерживаю, ты не переживай.

В комнату завезли милый столик на колесиках вместе с огромным кровяным куском мяса, от которого пахло мускусом.

– Кушайте на здоровье. А что бы вы хотели на ужин? – уже обращалась к мужчине хозяйка.

– А что у вас есть? – Бронислав сочувствующе смотрел, как волчица пускает на деликатес слюни и ждет ухода женщины.

– Картошка в мундире, клецки, салат с капустой, овощи на пару…

– А можете побольше картошки в мундире занести?

– Легко. Сейчас вернусь.

Как только дверь с той стороны закрылась, Аранья медленно отодвинула столик к стенке и набросилась своей страстной челюстью на буйволятину. Капли свежей крови красиво украсили ничем ранее не примечательную бежевую стенку. Бронислав диву давался, как эта женщина была голодна.

– Ты потише жуй, стены скорее всего картонные… – мужчина нашел это наблюдение за волчицей весьма завораживающим, если не возбуждающим.

Хозяйка посмеялась, когда принесла еду охотнику, и заливалась так еще полчаса. Она нисколько не пожалела, что накормила обезумевшую от мяса Аранью. Примерно так она себе это и представляла.

Глава 10. Поход.

Волчица устроилась на полу, как и обещала. Бронислав перевернулся во сне на другой бок в постели и захрапел. Какое-то время была полная тишина. Тем временем, температура за окном, а заодно и в комнате стремительно понижалась. Аранья съежилась и тяжело вздохнула. За окном уже вовсю надвигалась снежная буря, и мужчина, услышав сквозь сон завывания ветра, с беспокойством взглянул на лежащую на полу женщину. Не думая долго, Бронислав ушел в одном белье за своим тулупом, а по возвращении аккуратно накрыл им Аранью. Ее похолодевшая рука немедленно вцепилась в запястье мужчины, и ее глаза загорелись в темной комнате.

– Что ты делаешь? – она смотрела на него без злости, но с претензией.

– Я просто подумал, что ты замерзнешь. Выглядишь дико на полу в холодной комнате. Я не мужчина, если оставлю тебя так. Давай-ка, поднимись с пола и ложись по-человечески на кровать. – он потянул ее за локоть.

– Я сама могу подняться. – она самостоятельно легла рядом с ним, – Отодвинься. Иначе я тебе шею зажму.

– Может, я наоборот подвинусь тогда? Испытаю твои зубы на прочность. Заодно удовлетворишь свои…

– Попробуй только! Пожалеешь сразу.

Полчаса они лежали спинами друг к другу под одним одеялом и не могли заснуть. Каждый смотрел в темную пустоту, раздумывая о своем. Аранья вспоминала, как в детстве кушала манную кашу в первом доме, и как на нее смотрели любящие мама и папа. А Бронислав вспоминал, как Аранья огрузнулась на него в немом ужасе, когда он ее оттолкнул. Эти мысли заставили его развернуться к женщине так, что их взгляды ненарочно встретились.

– Ты что не спишь? Ночная не выполненная охота мучает? – он смотрел на нее уже спокойно, зная, что она не лежит в ногах как собака.

– Мучает меня прошлое. Каждый день. Каждый час. Не важно, когда. – откровенно ответила волчица и накрыла себя общим одеялом, так что грудь мужчины немного оголилась.

– Ты несчастная, я это чувствую. Могу ли сделать для тебя что-то прямо сейчас?

– Не думаю. Все, что ты мог, ты уже сделал.

– Хотел бы попросить у тебя прощения за то, как я себя повел в ту ночь…Не до конца уверен в том, что ты успела простить меня.

– Все уже в прошлом. Давай просто спать.

– Ладно, добрых снов.

Сны им обоим снились совсем не добрые. Охотник в своем сновидении бегал от другого охотника с ядовитыми дротиками, при этом спасая волчицу. Аранья видела кошмары про горящую человеческую деревню с орущими детьми в агонии. Поутру у женщины болела голова, а у Бронислава сердце.

– Чувствую себя каким-то старым. – вдруг вскользь сказал мужчина, чуть только они оба встали с постели.

– А я давно так себя чувствую. – не стала кривить душой Аранья.

– Спалось здесь плохо. Что мы вообще тут забыли?

– Я не спала. Мне были нужны ответы, я их получила. А ты…Я не знаю, кто тебя подослал и что ты здесь забыл.

В комнату трижды постучали. Бронислав поскорее накинул тулуп на тело и открыл. На пороге оказался тот самый пухлый дрянной капризный мальчишка и, в довесок, местный полицейский. Бронислав загородил им вид, чтобы не смотрели в сторону Араньи.

– Доброе утро, чем обязан? – почти весело говорил охотник.

– Вы сейчас в комнате один? – полицейский был в синем форменном пальто и с шикарными усами.

– Да, один.

– Неправда! Я видел, она вместе с ним ушла! – пискляво говорил мальчишка.

– Вчера ваша подружка покушалась на жизнь жены старосты и заодно их сына. Это так? – полицейский косо смотрел за плечо охотника, по-прежнему не видя никого.

– Не было такого. Парень ударил ее по голове снежком достаточно больно, чтобы на себя обратить внимание. Я слышал, когда шел к ней навстречу, что он еще и красиво обзывается. – Бронислав задавил холодным взором мальчишку.

– Не умею я обзываться! У меня папа староста! – не унимался наглец, и полицейский рукой отодвинул Бронислава.

В комнате Араньи не оказалось. Мужчина с усами призадумался. Окно тоже было заперто.

– Может, и впрямь выдумывает все. Сквозь стены она прошла что ли? – уже по-другому заговорил полицейский, – Честь имею, прошу извинить.

Когда мальчик остался наедине с Брониславом, охотник наклонился поближе и тихо сказал только «Бу!». Наглец тотчас смылся из домика.

– Поганые дети у этих старост, однако. – Бронислав заглянул под кровать, но волчицы там не оказалось, – Вроде прятаться там любит, а ее нигде и вправду нет. Что за дела?

Через минуту он увидел за окном восседающую на ветвях волчицу, которая все это время сидела на самой вершине кроны дерева и прислушивалась.

– Как ты так быстро очутилась там? Я даже звук оконной рамы не слышал. – Бронислав запахнулся в тулупе, открывая окно.

– Это потому, что ночью я приоткрыла его. У меня большой опыт в таких делах. Всегда хотя бы что-то должно быть для таких ситуаций. – женщина спрыгнула с большой высоты в снег, – Бронислав, нам тут делать больше нечего. Я предлагаю тебе пойти со мной дальше.

– Куда теперь?

– Мне нужно добраться до пещеры и найти там одну вещь.

– Звучит сложно. А где эта пещера находится?

– Еще дальше, на севере.

Она прыгнула в окно, так что Бронислав едва ли успел отойти в сторону. Аранья стряхнула с себя свежий снег и посмотрела повнимательнее на Бронислава. У него было такое странное выражение лица, будто она позвала его на свидание.

– Ты хочешь вернуться в свою деревню? – она постаралась быть максимально безразличной со стороны.

– Скорее я хотел бы вернуться туда с тобой. Но, если в твоей пещере есть то, что поможет устранить зло, я лучше пойду туда, не знаю куда. Главное, чтобы живыми остались. – он был спокоен, хотя и озадачен.

– Тогда нам стоит уже идти. Надо отблагодарить женщину и сделать вид, что нас здесь не было. Как бы за нами не было хвоста…

Афросинья была раздосадована тем, что парочка не осталась в ее домике надолго, но была почему-то уверена, что они еще сюда вернутся.

– Приготовила для вас с собой побольше еды. Будет, чем ужинать сегодня. – хозяйка заботливо отдала Брониславу большую плетеную корзину с банками и контейнерами, – Кто его знает, куда путь будете держать.

– Вы очень добры. Мы не забудем. – искренне благодарила волчица и даже хотела было подойти и обнять женщину, но сдержалась.

Бронислав и Аранья шли несколько часов по дремучему лесу, и в какой-то момент мужчина про себя решил, что с него уже хватит. Усевшись на корявый пень, он растянул позвоночник и выдохнул, ощущая упадок сил.

– Ты уже устал? – удивленно смотрела волчица на охотника, – Мы и половину пути не прошли.

– Не забывай, я все-таки человек. – без всякого стыда ответил он, – Мне требуется перезагрузка. А ты даже и не хочешь отдохнуть. Везет же.

– Не понимаю, как ты так быстро попал в Котелки?

– Я двигался на санях и поезде.

– И когда ты сможешь идти дальше?

– Когда пересижу на теплой печи и выпью чего покрепче, чем витаминный чай.

Она не ожидала, поскольку до Бронислава волчице никогда прежде не приходилось так тесно взаимодействовать с человеком. И ни кем-нибудь, а мужчиной-охотником. В ее глазах образ стальных гигантов с арбалетами тлел.

– Хочешь сказать, это твой максимум? – она была недовольна.

– Во-первых, при такой стуже я должен был завернуться в трубочку и остаться лежать в кустах. Во-вторых, я уже не мальчик, а так называемый мужлан. В-третьих, у меня небольшая печаль в глубине души, что подкашивает мне ноги. Смилуйся, Аранья. – он вытащил из внутреннего кармана тулупа флягу и сделал три глотка.

– Невероятно.

– А ты как думала? Я согласился, потому что понимаю, что не могу оставить тебя с тех пор, как встретил твоего хахаля.

– Он не хахаль. Он зверь.

– Ну, зверь, и что с того? Он живой, а это одна из причин, почему я здесь с тобой в этом богом забытом месте. Надо отогреться, иначе я действительно просто не дойду. И можешь думать обо мне, как душа хочет. Я больше топать пока не могу.

Аранья прислушалась и присмотрелась к окружающей действительности, потом, со свойственной ей внезапностью, ринулась в чащу и пропала. Мужчина посмеялся, но не стал думать, что она его бросит вот так вот, окоченевшего наполовину. В конце концов, Аранья вернулась, совершенно не истратив свои волчьи силы.

– Я нашла. Там есть заброшенная изба, и там можно погреться. Нам придется идти пару километров. – она потащила мужчину за рукав, но он не позволил.

– Я сам. Свое ты уже сделала, молодец. – Бронислав чувствовал себя неудобно.

– Мало ли, сейчас пополам тебя сложит, и ты рассыпешься.

– Ух, не говори мне такое, женщина…Ты еще не поняла просто, с кем связалась.

– Наоборот, я предельно все понимаю. Не отставай, а то провалишься в канаву и потеряешься.

Они шли уже медленно. Наконец, охотник увидел свое пристанище. Домик вот-вот мог развалиться на глазах, но мужчине было по-настоящему фиолетово. Он устал шагать за неординарной Араньей часами по сугробам, как будто он тоже был волком, и вообще его возможности безграничны. Было минус тридцать градусов в воздухе, и мужчине не нужно было измерять температуру – на его лице красовались красно-розовые пятна, которые при нажатии болели и зудели. Бронислав не чувствовал своих ног и почти что с завистью смотрел на голые ступни волчицы.

– Ты выглядишь нездорово без одежды. – трудно дышал он.

– Я не голая. – волчица встала на порог, – Тебе дверь придержать?

– Нет уж, я сам, дорогуша. Уважишь, если отодвинешься в сторонку. – он мог поклясться, что Аранья над ним посмеивается, при этом не меняя ни голос, ни лицо.

Внутри была маленькая печь, вся перепачканная в саже, а рядом с ней разбитые глиняные тарелки на полу. Окна были почти все выбиты, и сквозил ветерок, но это не помешало Брониславу попытаться наскрести дров и затопить печь. Они оказались в углу и были сыроваты по неведомой причине, но мужчина не растерялся и вытащил спички из кармана. Волчица поглядывала недобро на охотника.

– Зачем я позвала тебя за собой? Этот лес тебя добьет.

– Сходи-ка ты сама по дрова, умная. Пока ты меня сама не добила.

Глава 11. Страшный путь.

Дело шло к ночи. Аранья успела натаскать дров, как крепкий мужчина, и даже вздремнуть, прежде чем Бронислав пришел в себя и перестал чесать свой ледяной нос. Корзина Афросиньи опустела при первом приступе голода: Бронислав скушал столько цветочного меда, что у волчицы на лоб полезли глаза.

– Не говори мне сейчас, что это вредно. Я нахожусь в стадии выжить или отбросить коньки. – мужчина держал ладони у печи.

– Ты как глупый медведь. Тебе осталось только лечь на печь и уйти в спячку. – она не была в восторге от того, как себя вел охотник, – Как младенец, честное слово.

– Много ли ты медведей перебила?

– Достаточно, чтобы тебя таковым называть.

– Я хоть и выдыхаюсь запросто, но в моменте иногда побороть меня трудно, Аранья. Не буди лихо.

– Так мне и не пришлось. Ты и не спал.

– А ты бываешь сильно разговорчивая. Разочаровал я тебя насовсем…

– Ты меня и не очаровывал. Не лукавь.

Идти, естественно, ему дальше сквозь ухабы не хотелось от слова совсем, но Аранья была непреклонна и силами вытолкнула его из домика. Свет вокруг едва ли освещал путь, поэтому Бронислав вытащил из тулупа маленький фонарик. Аранье это было ни к чему.

– Если мы так и будем тянуть, может быть поздно. Я чувствую, что за нами кто-то следит, а это не шутки. – волчица шла вперед очень уверенно, практически переходя на бег.

– Кто бы это мог быть? Неужто колдун какой? Аранья, ты наговариваешь. – Бронислав на всякий случай проверил свои стрелы, которые не мог не взять в дорогу.

– А ты совсем ничего не чувствуешь?

– Кроме ледяного холода – ничего.

– Колдовские чары достигли нашей ауры. Мы уже пахнем по-другому. И этот запах усиливается.

– Напомню, я не волк, чтобы знать, чем там мы пахнем. Хороший теплый душ сейчас бы не помешал.

– Тихо! Кто-то рядом бродит…Я его чувствую… – волчица запрыгала вокруг охотника, – Приготовь стрелы.

– Ты можешь показать мне, где… – он не успел договорить, как Аранья сбила его с ног, и над их телами пролетело огромное копье, – Что за…

– Он убегает! – волчица уже было понеслась за преследователем, но Бронислав схватил ее за ногу и потянул на себя, – Что ты делаешь!

– Не смей! Аранья, оставь его! Нам сейчас это не поможет.

– В следующий раз нас могут убить. Хватит уже трогать меня! То толкнешь, то потянешь…Тебя хромая собака не разберет, какой ты странный!

– Лучше перестань фырчать и скажи, он ушел?

– Ушел, гад…Если в другой раз это повторится, я сама этим копьем тебя вздерну. – Аранья вытащила из несчастного дерева волчье копье с характерными письменами южных, – Как это было предсказуемо.

– Что, твои друзья из прошлого?

– Несмешно, Бронислав. Я тоже умею таким убивать. Так что возьму себе. С тебя толку никакого…

Он снова схватил ее за ногу, так что женщина чуть не ударила его приобретенным копьем по голове, и их лица оказались слишком близко друг к другу в секунды. Аранья тяжело задышала, бегая своими сверкающими глазами, полными какого-то тайного страха. Мужчина бросил ненавязчивый взгляд на ее пухлые нежные губы и вернулся к ее глазам.

– Если бы сейчас не было так морозно повсюду, я бы взял тебя прямо сейчас. Посмотрел бы я на тебя, какой от меня толк. – он получил в глаз снегом и от боли ойкнул, – Спасибо, что не в нос…

– Замолчи. – она слезла с него и отвернулась, – Идем в ту сторону, куда я показываю. И без неуместных разговоров, и без глупостей, Бронислав. Больше никогда такое не говори…

Какие-то несколько часов они не произносили ни слова. На пути возник хлипкий сырой веревочный мостик через ледяную реку. Фонарик у Бронислава уже давал сбои.

– Нам туда. Чего встал? Примерз? – она раздраженно глядела на то, как мужчина нерешительно смотрел на мостик.

– Мы провалимся и ударимся о глыбу льда, превратимся в коровьи лепешки и не дойдем до твоих пещер. Хоть как они называются?

– Пещеры Луми. В них хранятся тотемы. Ты что, струсил? Тогда я пойду первая, а ты смотри, как надо, и учись. – волчица скакнула на самую первую ступень и устояла, при этом мостик заметно качнулся целиком.

Бронислав стоял, завороженный своим интуитивным внутренним страхом, что Аранья просто не сможет перейти на другую сторону.

– Осторожно! – только и успел он выкрикнуть, прежде чем женщина практически свалилась за пределы моста, но схватилась за веревки и повисла над рекой, – Аранья, я бегу!

Охотник, особо не размышляя, сошел на лед, неуклюже двигаясь вперед к Аранье. Почувствовав под сапогами треск, он запрокинул голову и скоординировался.

– Прыгай! Не думай, просто отпусти! – он выставил сильные руки вверх.

Умирая со стыда, волчица попыталась забраться на доски обратно. Как на зло, веревка была настолько скользкой ото льда, что Аранье пришлось сгруппироваться и все-таки спрыгнуть вниз. Копье она и не думала выпустить из руки. Прилетев всем своим весом почти на голову охотнику, она тут же в ужасе схватилась ногтями за колчан и тулуп. Лед разошелся от воткнувшегося острого копья. Трещина появилась на глазах.

– Я не хочу… – женщина, точно кошка, смотрела на появившуюся воду, как на последнее, что она хотела бы увидеть, – Бронислав, мы провалимся!

– Спокойно, я держу тебя… – он сгреб ее в охапку, как мелкое беззащитное животное, и попытался перешагнуть с отколовшейся льдины на другую.

Сначала у него не получалось, потом Бронислав догадался бросить волчицу в сторону прочь с этой проклятой реки.

– Сгруппируйся! – мужчина кинул ее, сам же ненарочно соскользнул так, что льдина оторвалась и поплыла вместе с мелкими остальными по течению, – Ты в порядке?!

– Я – да! – она уже отряхнулась и побежала вдоль берега, – Я вытащу тебя!

Бронислав и представить не мог, что этой ночью ему придется играть с ледяной водой, которая так и норовила впитаться в его одежду и довести его до обморожения. Не нарушая баланса, он попытался подняться на ноги, но не смог, плывя дальше, точно блинчик на тарелке. Аранья бежала скорее вперед, намереваясь найти хоть что-то кроме этого мостика, за что можно было бы зацепиться. В конце концов, она стукнула себя по лбу, догадавшись, что копье и веревка в сочетании дают гарпун. Вернувшись к мосту, она использовала эту злосчастную веревку, потратив на это массу физических усилий. Ее ладони в итоге были в крови. Она смогла нагнать охотника, по-дурацки лежащего на своем плоту.

– Ты хочешь загарпунить льдину? А как тебе такое, если ты ненароком попадешь в меня? – любое необдуманное движение, и Бронислав был бы по уши в воде.

– Не попаду. Ляг в форме звезды! – волчица была настроена решительно.

Бронислав сделал, как она попросила, и закрыл глаза в ожидании самого жестокого конца. Но Аранья оказалась достаточно меткой, чтобы даже не зацепить тулуп. Она тащила плот по воде против течения на берег с таким рвением, будто поймала экзотическую рыбу и просто так это не оставит. Когда льдина оказалась достаточно близко к земле, Бронислав вытащил копье и шагнул навстречу к волчице.

– Ты спасла меня. – он был несказанно рад.

– Ты меня тоже. – она стояла, уставшая и перепуганная, какой он ее еще не видел.

– Если бы ты знала, как же я хочу домой.

– Мы почти на месте. Нам просто нужно обойти реку.

– Ты должна мне что-то пообещать взамен за всю эту дальнейшую авантюру.

– Ничего обещать я не должна. Ты сам по следам за мной пошел, а теперь доведи дело до конца.

И в чем-то она была права.

Глава 12. Темное.

После того, что они пережили, оставалось только совершить последний рывок: пройти по крутой ледяной лестнице прямиком в Пещеры Луми. Когда Брониславу предстал этот подъем во всей красе, да еще и без перил, он посмотрел на Аранью с видом отчаяния.

– Ты же не хочешь, чтобы мы попытались пройти туда именно по этой лестнице? Это дорога в никуда. – охотник уже сомневался в своих способностях.

– Другого выбора все равно нет. Идем. – волчица подошла к скалистому выступу и наступила на скользкую ступень.

– Это ошибка, нам сама дорожка кричит о том, что этого делать не стоит.

– Нет, она говорит о том, что ты слишком явно трусишь.

От такой провокации мужчина не выдержал и пошел за Араньей, приклеившись к камням спиной. С каждой ступенькой было ощущение, что рано или поздно они по очереди упадут и разобьются. Завывание ветра совершенно не способствовало сплочению волчицы и охотника, напротив, мужчина знал, что этот подъем чреват менингитом или еще чем похлеще.

– Аранья, это опасно. Мы слетим отсюда и так попрощаемся навсегда. – он схватил ее за плечо, – Разве ты не хочешь спокойной жизни? Мы могли бы попробовать.

– Попробовать что? – она уже стояла на десятой ступеньке, после которой винтовая ледяная лестница заворачивается, как змея.

– Мы могли бы быть вместе. Ты и я. И никаких волков больше. Ни как добыча, ни как сородичи. Ты же против своей природы, разве я не прав?

– Моя природа меня устраивает. Я не хочу, чтобы в лесу царствовало зло и невинные дети попадались в зубы зверям. Именно затем я и рискую своей шкурой. А ты рискуешь, чтобы тебя совесть не замучила.

– Может быть, но я не к этому вел. Совесть малое, что могло бы меня мучить. Пожалуйста, Аранья, давай попытаемся сделать это как-то по-другому.

– Сейчас я воткну этот гарпун в камень, и мы по очереди будем держаться за веревку и идти вперед.

– Аранья, если ты погибнешь на моих глазах таким глупым образом, зачем это все? А если это буду я, неужели ты сама не загрызешь себя?

Наконец, его слова возымели хоть какой-то эффект. Женщина развернулась к нему и оскалилась.

– Ты как балласт! Лучше бы меня выпотрошили на скале тогда, меньше было бы… – ее тело было прижато к острым камням в один момент.

Аранья впервые почувствовала на губах мужчину не в качестве редкого ужина, а в совершенно другом. Холодный и продрогший Бронислав довольно горячо дал понять, что он пытался сказать все это время, и Аранья от неожиданности не смогла отпихнуть мужчину от себя. Да и куда? В пропасть? На поцелуй она отвечать не собиралась, только мимолетно прикусила Брониславу нижнюю губу, так что он отстал.

– Ты, холодная женщина, есть ли хоть что-то человеческое в тебе? – он выглядел раздосадовано.

– Большая грудь. – улыбнулась она и замахнулась.

Гарпун попал в каменный выступ, но недостаточно точно, чтобы с помощью него забираться дальше. Волчица задумалась. А что, если охотник прав? Если просто сбежать из этих деревень, уйти куда-то далеко и навсегда, где тебя никто не знает и в глаза не помнит, разве это не верное решение? Но тогда ее родители погибли и бросили ее в одиночестве зазря.

– Бронислав, мне нужно попасть в пещеры не потому, что я хочу найти смерть, а потому, что другого смысла я больше не вижу. Даже если твоя глупость имеет под собой благие намерения, я всегда буду жить с мыслью о своей брошенности и одиночестве. – она говорили тихо и, как показалось охотнику, не совсем уверенно.

– Тебя мучает какая-то навязчивая идея, о которой ты не говоришь. Тебе же не хочется спасать мою деревню от своих сородичей. Ты пытаешься спасти то, что в тебе еще осталось. Посмотри на меня, я ни в какие ряды альфа-самцов сам себя записать не могу. Но я всегда объективен. Тебе не нужно решать свои проблемы таким образом. Деревня не станет благодарить тебя, все жители решат, что кто-то тебя заставил вырезать своих же. Ты никогда не будешь у них в почете, потому что ты другая. И ты никогда не станешь человеком в полном смысле слова. Нам не стоит так рисковать. Ты должна мне серьезный разговор, но не здесь. – он потянул женщину за собой обратно.

Гарпун через секунду выпал из каменного выступа без намека на то, что его нужно попробовать кинуть с большей силой. Аранья оттащила к себе его и жестом указала Брониславу спуститься. Уже на земле охотник обнял ее изо всех сил, так что у нее затрещало в ребрах.

– Что ты делаешь, Бронислав? – говорила она в его тулуп.

– Пытаюсь хоть как-то дать тебе понять, что я тебе не враг. Что я правда испытываю к тебе большие чувства. – он выпустил задохнувшуюся женщину из рук и смотрел на нее нежно.

– А если я не испытываю то же самое?

– Нестрашно. Я готов дождаться.

– Хватит об этом. Я все еще могу забраться наверх по-другому.

– Это как?

– Используя темную магию.

Он вмиг изменился в лице, покачав отрицательно головой:

– Нет, Аранья, мы этим заниматься не будем.

– Кто говорит о нас? Это сделаю я. – и она не шутила.

– Так ты давно это практикуешь? – у Бронислава забегали глаза.

– Почти двадцать лет.

Мужчина присел на камень неподалеку и смотрел на два желтых глаза с примесью недоумения и осуждения.

– Ты ведьма, как и вся твоя стая? Что же делать с вами, темными… – он вытащил из тулупа флягу и отпил.

– Этого не исправить. Я с этим родилась, Бронислав. Смотрю, ты уже не такой вдохновленный, как был. Так я и знала. – Аранья сняла с себя амулет, и он загорелся ярко-желтым светом, – Посиди немного тут, пока я все делаю самостоятельно. Смотри, не примерзни.

– Нет, я запрещаю тебе. – он резко сократил расстояние между ними и отобрал амулет, – Раньше уже думал спросить, что это висит на твоей шее. Жалею, что одной ночью не выбросил.

– Немедленно отдай! Это мой последний шанс!

– Какой шанс, Аранья? Посмотри на себя. Ты правда думаешь, что использование темной силы придаст тебе счастья или здоровья?

– Уж я поздоровее тебя буду. Отдай и не позорься.

– Лучше бы я не знал. – и мужчина в гневе бросил амулет, топча его со всех сил сапогом, – Не будет этого!

– Как ты смеешь! – волчица в самом ярком проявлении ярости вцепилась зубами в его перчатку, прокусив ткань, – Если ты его разобьешь, только хуже будет!

Бронислав надколол кусочек амулета и отпрянул от дикой боли: Аранья умела использовать волчьи челюсти. Он в ужасе смотрел, как женщина склоняется к снегу, поднимает амулет, или то, что от него осталось, и рычит.

– Ты решил все за меня, даже не думая обо мне и моем выборе! Если я выбираю идти по пути своего призвания, то не смей мне указывать, Бронислав! Никто в этом мире не имеет права лишать меня выбора! Ты только что вобрал в себя тьму, даже не подозревая об этом, глупый мальчик. Теперь нам придется либо ногу тебе оторвать, либо колдунью об этом просить. Ничего там у тебя не чешется, дурак? – она была такой, какой мужчина ее еще не видел – самой настоящей.

Бронислав не знал, что говорить. Он чувствовал, что какая-то острая боль пронзила ту ногу, которой он поломал амулет, и стало ясно, что волчица говорит правду.

– Почему я не знал? Ты хотела отравить меня этим, да? – охотник постепенно превращался в испуганного зверька, – Ты же знала, что так может случиться.

– Я просила тебя, но ты же лучше знаешь, что мне нужно. Скажи спасибо, что он не сломался насовсем. У тебя еще есть шансы сохранить жизнь или рассудок, кому как повезет. Нам пора. Здесь невозможно спасать твою шкуру. Пусть этот тотем остается здесь. Если ты не выживешь, я так или иначе заберу его. – волчица с нахмуренным лбом смотрела, как на ее ладони чернеет амулет в месте скола, – Я дружу с одной бабкой. Она двадцать лет назад спасла меня во время битвы между двумя стаями. Мы идем к ней.

– От одной колдуньи сразу к другой? Уж лучше ампутировать!

– Куда ты пошел?

Бронислав в прострации уже шагал в сторону лесной чащи подальше от этого злого места. Чем чаще он наступал больной ногой, тем больше у него мутнело в глазах. Не успев ничего понять, Бронислав рухнул в снег и потерял сознание.

Глава 13. Бабка Ахма.

Снилось Брониславу темное озеро, в