Читать онлайн Песня окраин. Городская лирика бесплатно
© Лесневская К., 2025
Стихотворения 2025 года
Я совесть для тебя. Увы и ах
- Я совесть для тебя. Увы и ах.
- Я то, что душу угрызеньем мучит.
- Вся мировая скорбь в моих глазах
- Тебе конечно радостно наскучит.
- Я по тебе грущу как по кресту,
- Ты ж на меня глядишь как чёрт на ладан,
- Я припадаю как к ручью к листу,
- А ты к телам – дремуч и не разгадан.
- Да, совесть я, и потому меня
- Ты сторонишься самой страшной силой.
- Не вспоминай священного огня,
- До самой не проснувшись до могилы,
- Но я и покаяние твоё,
- И примиренье – покаянье это.
- Растёшь как в поле дикое быльё —
- В тени, но не прожить тебе без света.
Я не боюсь разлук, я есть разлука
- Я не боюсь разлук, я есть разлука.
- Бегу куда-то – ветр по городам.
- Не протяни ко мне священно руку,
- Своей тебе руки я не подам.
- Ты часть лишь мимолётного недуга,
- У птички не увязнет коготок.
- О, если что – печаль, моя подруга,
- Подаст мне в утешение платок.
- Прошли года, когда была любовью,
- Прошли года, когда была пьяна.
- Теперь не лету радуюсь – зимовью,
- Не солнце теплота моя – луна.
- И выходя так тихо-тихо к лесу,
- Не ставя одиночество в вину,
- Сквозь жизни этой мутную завесу
- Разлукою я к смерти проскользну.
Ещё немного в клёнах поброжу
- Ещё немного в клёнах поброжу,
- Бездомным сном пути себе прорежу.
- Я только тень, сестрица миражу,
- Такой порыв безликий, тонкий, свежий.
- Вздыхаю всё о ком-то ли, молчу:
- Не различит никто ни слов, ни стонов.
- Я ветром в листьях прелых хохочу,
- Я плачу шумом дрогнувших вагонов.
- А раз я тень, к любимого окну
- (Развоплощеньем птицы не спугну)
- Могу припасть я, не страшась мученья
- И не страшась теперь разоблаченья.
- А люди любят мёртвых и больных,
- Печальных, уходящих в злые дали.
- Никто-никто из неуёмных их
- Не углядит теперь моей печали.
- Меня полюбит призрачный туман,
- Такой, как я – неведомый, нездешний.
- Вся жизнь – туман, вся жизнь – святой обман,
- И только правда – ветер судеб вешний.
Ещё не раз пройдусь по саду
- В дубы стрелой впилась ограда
- Своим плетением тугим.
- Ещё не раз пройдусь по саду
- Я с кем-то мне недорогим,
- Ещё не раз войду в святое,
- Я с кем-то в суе, не тая
- Своё печальное, златое
- В искринках первых ноября.
- А этот сад, он всяк был нашим,
- Мой ангел, нашим храмом был.
- По акварелям и гуашам
- Ступал со мной ты сизокрыл,
- По акварелям лилий чада.
- Теперь куда цветенье мне?
- Теперь цветения не надо
- И звёзд не надо в вышине.
- Зачем мне сад, но всё ж чеканя
- Свой шаг, гуляю до луны.
- Хожу одна и с женихами,
- Что мне противны и чудны.
- Чего ищу я здесь годами,
- Твой след ли шалый подо льдом?
- Я так завидую той даме,
- Что спит в граните над прудом.
Дождик
- Дождь дробит собою день
- На «сегодня» и на «было».
- В ливне много сна и пыла;
- Город стёрт, размыта тень.
- Дождь дробит собою день.
- Барабанщик стук да стук,
- Дирижёр лихих симфоний.
- Всё смешалось в мятном фоне,
- Лижет холод окон круг.
- Барабанщик стук да стук.
- С кем-то тайным снова врозь.
- И казалось дождик – малость,
- Но так много вспоминалось,
- Намывалось, что сбылось,
- С кем-то тайным снова врозь.
- В дальнем городе в сторонке
- Тот далёкий. Стихла мгла,
- И в прокуренной потёмке
- Влага мысли искрой жгла.
- Дождик, дождик, ты же лекарь,
- Врачеватель духа мой,
- Размывай же что нелепо,
- Унеси с собой и смой.
- Уплывали окна, блёкли,
- Утекали фонари.
- Дальний город из подтёков
- Ты для сердца собери.
А может даже старость ничего
- А может даже старость ничего,
- По крайней мере радует усталость.
- И меньше мыслей скверных от того,
- И позади вся гонка жизни, сталось.
- Болит лишь плоть, не сердце по тебе.
- Болит лишь что-то костное, и может
- Ещё немного мышца при ходьбе,
- Но вот тоска прогулку не тревожит.
- Тоска уже тогда по небесам,
- По ангелам и по заветам бога.
- И разговоры только образам,
- Такая трансцендентная тревога.
- И может даже немощь будет в прок,
- Телесное заглушит дух и совесть.
- Переболи несданный мой урок,
- О верная моя угасни псовость.
Ночь скорбит по осенности сада
- Ночь скорбит по осенности сада,
- Надевая вороний наряд.
- Чёрным кружевом встала ограда,
- Шум листвы как усмешки наяд.
- Как сиамские сёстры хрущёвки
- Постаревший беспомощно двор
- Бельевой обнимают бечёвкой,
- Точно пряник, макая забор
- В сущность мрака, как в чайную чашку,
- Силуэты как буквы меж строк,
- И ворота, как медная бляшка,
- Закрывает уснувший мирок.
- Где же грани и дали без края,
- Заносимые снегом мечты?
- Голова точно гиря, кивая,
- Опускается вниз пустоты.
- И не станет давно уж плошее.
- Сад прозрачный под хаос продрог.
- Всё повисло распятьем на шее,
- Почерневшем от дальних дорог.
Лес словно терем, а стволы – колонны
- Лес словно терем, а стволы – колонны,
- Толпой на берег вышли, наступая.
- Комки деревьев словно бы со склона
- Катились в реку, зелену купая.
- Катились и касались водной глади,
- А листья как постиранное платье.
- Тряслись, сушились, песенку заладя
- О днях июля сизой благодатью.
- Куда идти, какой теперь тропинкой,
- Чтоб быть твоей, лесное моё чудо?
- Чтобы остаться листиком, травинкой
- У божьего пугливого этюда.
Клубок тумана серо-голубой
- Клубок тумана серо-голубой
- Шагами ты выматывал из сада.
- За что-то я наказана тобой,
- И это же теперь моя награда.
- Ты розового эха тихий смех,
- Дрожь рук и откровенно самовольство,
- Ты непременно самый страшный грех
- И самое высокое геройство.
- На лавочку как в лодочку сажусь —
- С тобою говорить в волне и в качке.
- Не сходятся моя с твоею грусть,
- Как будто два условия в задачке.
- Задачник жизни отлистну сильней,
- Как на краю сидим с тобою света.
- И на последней на странице дней
- Не будет ни подсказки, ни ответа.
Луна запуталась в берёзе
- Луна запуталась в берёзе,
- Средь нитей веток замерла
- В нелепой неба полупозе,
- Сгорая блеском до бела,
- Клубком горя небесной пряжи
- И сухарём макаясь в тьму,
- Где чёрный сумрак разбодяжит
- Её крыло, её кайму.
- Лес разжигал костёр зелёный
- И искры-звёзды брызгал в ночь,
- И поля купол оголённый
- Шум леса целил превозмочь.
- Топчу шагами подмаренник,
- Полынь невольно я топчу,
- Как ночи самый явный пленник,
- И плен прервать тот не хочу.
Кую себя
- Не вместе мы. Пустынные пески
- Моих садов засыпали чертоги.
- Кую себя из серебра тоски,
- Сшиваю кости нитью безнадёги.
- Не клею разлетевшийся хрусталь,
- Но как гончар творю себя, а глина —
- Моя перебродившая печаль,
- Леплю себе вторую половину.
- Вторую половину бытия
- И первую долепливаю бойко.
- Печаль, печаль… по горю лития,
- Моё нутро укрепишь ты, и только.
- Нельзя, нельзя печали забывать,
- Свежо старинных лет ещё преданье.
- Нельзя тоску как строку обрывать:
- Полезное и сладкое страданье.
Тополиный пух
- Гнетётся дух, туманит дикий сердце,
- Всё снова словно: быть или не быть.
- На тополиный пух бы разлететься
- И белизной по улочке поплыть.
- В окошки вдруг влетая и обратно,
- Из рамы выплывая, точно тень,
- Седлая ветер крайне аккуратно
- И обнимая душную сирень,
- Летя туда, где солнце золотится,
- Июня вновь и лёгкости гонец.
- И в щель забиться или закатиться:
- Пересидеть несчастье наконец.
- Пересидеть все войны и невзгоды,
- Громадой что предстали на пути.
- И может быть в спокойственные годы
- Зелёным тополёнком прорасти.
Лазурь разлита в воздухе утра
- Лазурь разлита в воздухе утра.
- Как речкой из низины сладко тянет!
- По вихрям травянистого ковра
- Я выйду босиком к лесной поляне.
- Где под ногами – шкурой мягкой мох,
- Болотце спит звериным водопоем.
- И мошкары лесной переполох
- Над травяным и хвойным вьёт прибоем.
- Бутон качнётся, зяблик пролетит,
- В низине дымка дышит, пышет в травы.
- Всё живо здесь среди седых ракит,
- Всё так ясно и жизнью вешней право.
- А мне претит теперь лесной правёж,
- Я возвращаюсь в джунгли дня, бетона.
- И если смерть есть непременно ложь,
- Я не умру значительней бутона.
Скрутился день баранкой облаков
- Скрутился день баранкой облаков
- И тополиным пухом обрядился,
- Стал лёгок – и у мокрых берегов
- Он в вечность взвил, как в небо метит птица.
- А там он встретил бархатную ночь
- И к выси пригвоздил её напором,
- Как энтомолог бабочку точь-в-точь,
- Любуясь её сумрачным узором.
- Ночь дрогнула, посыпалась пыльца,
- И темнота над миром наступила,
- По воле глаз всевышнего Отца
- Рекою звёзд раздолье окропила.
- Глотая лес, глотая дол и сны
- Людские, в чашу мрака собирая.
- Спокойствие теряя от весны
- И все дороги прошлого стирая,
- Рисует людям новые пути.
- За то люблю я сердцем ночь и словом,
- Что после ночи, как ты ни крути, —
- Жизнь с чистого идёт листа, по новой.
Качнулся сад
- Качнулся сад в янтарном диком смоге.
- Я отпускаю день на самотёк.
- Печаль напоминает мне о Боге
- И возвращает мысль в свой исток.
- Те думки точно плавают в эфире,
- Друг друга подмывая и дробя,
- Печаль напоминает мне о мире,
- О том, что наполняешься скорбя,
- Всем-всем людским приходит омовенье
- Рассудка среди праздной кутерьмы.
- Печаль напоминает о забвенье,
- Но и о том, что были живы мы.
- Какое неуёмное страданье,
- Но как оно полезно, и в ответ
- От отпусканья и от обладанья
- Печаль выводит ищущих на свет.
Мы взаперти упрямства на просторе
- Мы взаперти упрямства на просторе,
- Нет теплоты в предвечных ноябрях,
- «Mementо», – я скажу, ответит: «Mоri»
- Мне ветер в пьяных листьях янтарях.
- Я тайну не пойму, печаль такую:
- И кажется мы встретились, чего ж?
- Но я с тобою по тебе тоскую,
- И на душе идёт то снег, то дождь.
- О, я судьбе своей не доверяю,
- Но зная, отчего вскипает кровь,
- С тобою я опять тебя теряю
- По капле, по минуте вновь и вновь.
- По капле сантиметра, капле звука,
- И, понимая в разогретой мгле,
- Что надо всем всегда стоит разлука
- На этой неприкаянной земле.
- Над всем, над всем законом мирозданья,
- Где жизнь целует в лоб седую смерть,
- Там как завет, как воздух расставанья
- И снега неземная круговерть.
Я жду тебя, я заклинаю время
- Я жду тебя, я заклинаю время,
- Как заклинают самых едких змей.
- Я жду тебя меж миром и меж теми,
- Кто этот мир не делает ясней.
- Я жду тебя, секунды загибая,
- Как пальцы или листьев уголки.
- Я жду тебя… живая – не живая,
- Не ждавшая ни сердца, ни руки.
- Я жду тебя, зубами сжав минуты
- И разжевав в труху минуты те.
- Я жду тебя как вёсны почему-то,
- Я жду тебя с тоской по чистоте.
В окне
- Соседский смолк за стенкою притон,
- И загудели львами в стенах трубы.
- В окне моём безжалостный бетон,
- И день пошёл как будто бы на убыль.
- Не жду и жду, тоскую – не тоскую.
- Не сплю и сплю сомнамбулой с утра.
- Сады шумят, волну неся морскую,
- Машины в нём летят как катера.
- А лодочка моя в плачевном виде.
- Давнишний такелаж судьбы и брешь,
- Но всё же сад, как омут в индивиде,
- Так тёмен, но однако как же свеж.
- Так тёмен, как твои лихие бездны,
- Твои моря из слов и воды снов.
- Куда я даже с лодкой не полезу,
- Куда не окунусь я, милый, вновь.
- И даже если буду я в пустыне,
- И нужно будет вод найти исток,
- Я в омут твой не выплыву в помине.
- Здесь ставлю точку. Комкаю листок.
Поля в октябрь, нет, всполохи календул
- Поля в октябрь, нет, всполохи календул —
- Копна волос сияющих твоя.
- Ты по закону мирозданья центр,
- Омфал судьбы, средина бытия.
- Сошёлся мир там, где твои веснушки
- Прочертят путь для солнца и луны,
- И осень твоей выжженой макушки
- Покажет мне объятия весны.
- Ты мой Иерусалим, ты моя Мекка.
- Я говорю, а кажется – молюсь.
- Не человек, далёк от человека,
- Мой ангел грусти или сама грусть.
- О всех, о всех ты горестно вздыхаешь.
- И мир тобой любуется сполна.
- И я, залюбовавшись, утихаю.
- Уязвлена и мороком пьяна.
Дай руку мне
- Дай руку мне, такая доля —
- Бродить как инок по земле.
- Идём в леса, штурмуя поле,
- К сосновой припадать смоле.
- В фарфоре рек, в озёрном свете
- Охотник, егерь, дичь пленя,
- Ты был конечно не в ответе
- За приручённую меня.
- А поле словно было минным,
- Морзянкой стыли фонари.
- И небо стало красно-винным
- И нас венчало до зари.
- Мы знаем это точно оба,
- Что истина – она в вине,
- Но горсть земли на крышку гроба
- Не ты просыплешь, милый, мне.
Фантомно то, что мне желанно
- Фантомно то, что мне желанно,
- Уходит дымною грядой.
- Вся жизнь моя – фата-моргана
- Над неуёмною водой.
- И ты лишь призрак в беспробуде.
- Твои черты как на крыле
- Птенцы приносят снова люди
- В вечернем сне, в вечерней мгле.
- Гнездишься в каждом силуэте,
- Ты тень, фантом, ты лис, ты ночь.
- Но эти тени, тени эти —
- Они не могут мне помочь.
- Без привилегий лет и выслуг
- Мой след смешон, мои черты,
- Вся жизнь – мираж, и в ней я призрак,
- Как ты, мой милый, как и ты.
- Но я тебе явлюсь нескоро.
- Лишь ты по снам моим ходил
- Без взгляда и без разговора.
- Ты был мне всем. Ты всем мне был.
Кусочек неба и леска
- Кусочек неба и леска
- В окне вагона – это много.
- За что любовная тоска,
- Как дар от сердца ли от Бога?
- За что мне сизое окно,
- За что гудение вокзала?
- Наверно тоже я давно
- Кого-то исподволь спасала.
- И вот теперь подарок мне —
- Такое летнее свеченье,
- И стать еловая в окне,
- И поля о реку сеченье.
- Вагоны с полем говорят
- И сказки по лесу разносят.
- И славят, славят всё подряд,
- И остановки в поле просят.
- Я выйду вольно на перрон.
- За что деревен мне сердечность?
- За что мне даль, что ластит склон?
- И вечность, вечность, вечность, вечность…
Закрутит кружево судьба
- Закрутит кружево судьба,
- Как снег седых метелиц.
- Я для самой себя раба,
- И я ж рабовладелец.
- Я розгой лязгаю в глуши
- Своих мечтаний строго.
- Я на плантациях души
- Ищу живого Бога.
- Я жгу посевы серых дней,
- Я восстаю, я маюсь.
- Я против быта всё сильней,
- Но снова покоряюсь.
- Я в рабстве воли. Чаши гнёт
- И горечь осушаю.
- Желать того, кто не придёт,
- Самой себе внушаю.
- Стегаю я себя сполна
- Надеждой и сомненьем.
- В ГУЛАГ любви заточена
- Своим же самомненьем.
- У власти две есть стороны,
- Как скажут в обиходе.
- И обе, две не без вины,
- Не приведут к свободе.
Обрызгал вечер листья
- Обрызгал вечер листья
- Багрянцем во дворах.
- Ухмылка ветра лисья
- Свистит на всех парах.
- Закат идёт! Не даром
- В триумф район одет.
- Как мантия пожаром
- Горит пурпурный след.
- Закат идёт! Надёжей
- На новый славный день.
- Шумят своей одёжей
- Деревья и плетень.
- Закат как лев, рычанье —
- Как назиданье вслед
- И горечи венчанье
- С возможностью побед.
- Закат – печаль и радость,
- Торжественность у тризн,
- И тяжесть, и крылатость,
- И сон судьбы, и жизнь.
- И вот утёк под ветер
- Змеёй, струёю вод.
- И мрак тоскою светел,
- Запал свой не дожжёт.
- Он станет дымкой белой,
- Неся свою вуаль.
- Я снова не поспею
- Испить свою печаль.
Сумрак
- Взвив туманов пудру
- Из ночной тиши,
- Выплавляться, утро,
- Светом не спеши!
- Мгла, ещё немного
- Нежь ночную тень.
- В полутьме дороги
- Затеряйся, день.
- Рощи ли напевы
- В сосен льются медь.
- Дебри сада чрева
- Распускают цветь.
- В сумраке у леса
- Неба янтари.
- Зяблик служит мессу
- В голубой дали.
- Скоро утро, скоро.
- Только средь тиши
- Под лесным убором,
- Утро, не спеши.
- Стань длиннее, ночка,
- Статна, не быстра:
- Снов пурпурных дочка,
- Дум седых сестра.
Туман целует сизые макушки
- Туман целует сизые макушки
- Дерев уснувших за слепым холмом.
- Дождя волна крадётся по опушке,
- В лесочке утонув глухонемом.
- Потом пойдёт на улицы, бульвары,
- За шиворот к прохожим без зонта.
- И окропятся вновь священно пары,
- И одиночек вся неполнота.
- Весь город вдруг омоется спасеньем.
- Осядет пыль, прибитая к земле.
- Кропильница, вся в кураже весеннем,
- Подопустеет лишь к вечерней мгле.
- Дождь будет кончен – таинство свершилось,
- И чистота, и свежесть так сладка,
- Пусть не на век, однако всё же милость,
- До первого палящего денька.
Берёза ластится к окну
- Берёза ластится к окну
- (Где ветру выпало заладить),
- Как будто всю мою судьбу
- Листвой пытается загладить.
- Утешить, словно ветра свист,
- В ней утопая, смог смирится.
- К стеклу как к коже мокрый лист
- Через стекло ко мне стремится.
- И, мягкий, жизнью пышет он,
- Не то что колкой дикой елью.
- Спешит сквозь холодок окон,
- Укрыть как чадо колыбелью.
- Ещё порыв, ещё и я,
- Я закрываю свои веки,
- И шелест, шелест втихаря:
- «Усни, забудь, забудь навеки
- Всех тех, кто очень далеко,
- И слушай, слушай только это».
- Шуршанье льёт как молоко
- От засыпанья до рассвета.
Скребутся когти утра
- Скребутся когти утра
- Об окна вдалеке,
- Читает ветер сутры,
- Дубраве налегке
- Зашепчет сны, молебны,
- По сизым волосам
- Своим небесным гребнем
- Пройдётся по лесам.
- Расчешет аккуратно
- Долину старых ив
- И поспешит обратно,
- Дорогу позабыв,
- Свои сказанья вторить
- И падать к соснам ниц,
- Соревноваться вскоре
- С печальным пеньем птиц.
- Но небу ветра мало,
- Пыхтя роняя дрожь,
- Оно наколдовало,
- Сварило в тучах дождь.
- И грянул он на ели,
- Шумливо по траве.
- И ели зашумели,
- Поддавшись той молве.
О, если б я ждала письма
- Леска сентябрьская тесьма:
- Шумит от ветра алость.
- О, если б я ждала письма,
- Я б так же волновалась.
- Шумела б в поле резеды,
- У речки, у обвала.
- Письмо! Письмо! – на все лады
- Я б миру ликовала.
- Я б поднималась, как волна,
- И на дыбах, как птица,
- Я б счастья, заговорена,
- Не стала бы стыдиться.
- Но я не жду давным-давно,
- Я знаю, не тоскуя,
- Что всё листвой занесено,
- Как в осень городскую.
- Как ночью скрыта темь окна,
- И будто знака вместо
- Даль снегом припорошена,
- Как вечная невеста.
Любви предвечен сон и дух
- Любви предвечен сон и дух,
- Он всяк везде уместен.
- Ты прост, как у реки лопух,
- И этим ты прелестен.
- Ты как травинка, как бутон,
- Как колышек в заборе.
- Есть жизни мировой закон
- В твоём зелёном взоре.
- Пусть нет в тебе заумных дум,
- Судьбы святых эллегий,
- Ты для меня как клёнов шум,
- Как песнь о первом снеге.
- Как многолистный клеверок,
- Удачею снабжённый.
- О, мне твой громкий голосок,
- С весною сопряжённый.
Осколок утра канул в чашу дня
- Осколок утра канул в чашу дня,
- А солнце, обтираясь платом леса
- От рос и слёз ромашек и плетня,
- Тумана жгло небесную завесу.
- Я шла к реке, забыв треклятый быт,
- В травы вступая в мягкость одеяла.
- Кобыла роща быстротой копыт
- Бесшумно мимо поля проскакала.
- А иван-чай, поля собой затмив,
- Лиловый сон нечаянный о счастье
- Навеял мне, и нити спящих ив,
- Блистая у ветров, тряслись во власти.
- И по моей спине бежала дрожь
- От зелены и дикой жизни нежной,
- Хотелось быть, и то, что ты живёшь,
- Казалось длинной вехой и безбрежной.
Путь зерна
- Столетьями лежу в пустыне.
- Кругом пожарище, оно
- Меня иссушивает ныне.
- Я запустелое Зерно.
- Я камень нежного сознанья,
- Блюсти приучен чистоту.
- Мне б влаги нежной подаянье —
- Тогда я тут же прорасту!
- Но нету влаги в мире этом —
- Вокруг пустынная страна.
- Она, оставленная светом,
- На тьму ночей обречена.
- Я ноль, я обнуляю душу,
- Я в простоте сухой лежу.
- Я чище, чем пожары, суше,
- Я счастье духа погожу.
- Трудна́ и тру́дна жизнь земная,
- Жизнь измождённого зерна.
- Но я, про влагу вспоминая,
- Уже ей становлюсь пьяна.
- На Бога денно не пеняя,
- Молитву небесам твердя,
- Всю суть свою я сохраняю,
- О, дотерпеть бы до дождя.
Чем лучше для небес
- Чем лучше для небес, тем плоше для земли:
- Извечный стон и скрежет человечий.
- О сердце, от обиды не дремли,
- Сгорает жизнь, как алтарёвы свечи.
- И каплет память густо, точно воск,
- И дымом страх кончины отзовётся.
- Извечная война и страха лоск
- С потугами покоя разминётся.
- В чём бунт святой, не в скорби ли иной?
- Коптит свеча, и оседает сажа:
- Фитиль, как оголённый дух земной,
- Небесность схватит лишь как часть пейзажа.
- А ангелок махнёт своим крылом,
- Что не увидит в отдаленье птица.
- И совесть спросит Бога о былом,
- Заплачет где, а где опять скривится.
- И крик ворон, и городской уклад:
- Тюремного записки альманаха.
- Где, как и много тысяч лет назад,
- Вора простят и вновь распнут монаха.
А жизнь как лодочка
- А жизнь как лодочка. Плыву,
- Качнётся в свет, качнётся в темень.
- Ловлю проспектову молву —
- Как улиц тёмен миг, тюремен.
- Качнётся в быт, качнётся в смерть,
- И гаснет ласковый румянец.
- Качнётся в дух, качнётся в твердь,
- И ветер, плут и самозванец,
- Направит парус в немоту
- Средь улиц тихих и колючих,
- Где мы ходили, суету
- Буравя, ив среди плакучих,
- И сами плача и любя.
- Качнётся в страсть, качнётся всуе,
- Как страшно, боже, без тебя
- Причалить в гавань городскую.
Город ластится к саду
- Город ластится к саду,
- Утопая в сирени,
- Словно ластит дриаду
- Резвый юноша, вспеня
- Её волосы-листья,
- Её белую кожу.
- Ветер, крадучись лисьи,
- Сны берёз растревожил.
- Где покоя найти мне?
- И остаться мне где бы?
- Как деревья стремлюсь я
- В бесконечное небо.
- Как клочок листопада,
- Зелена лишь мгновенье.
- Город ластится к саду,
- Утопая в сирени.
На погосте нету смерти
- На погостной травы тверди
- Хвоя жмётся в сизый лист.
- На погосте нету смерти,
- Только птичий рьяный свист.
- Только солнечное утро,
- Только поле из осок,
- Только сено, златокудро
- Шелестящий колосок.
- Догоревшая лампадка —
- Завсегдатай этих мест.
- Процвели люпины сладко
- Через старый дряхлый крест.
- Где же смерть тогда лихая?
- Где кончина, баста, швах?
- Где судьбина утихает?
- Не в могилах. В головах.
Перекипела кровь и годы
- Перекипела кровь и годы,
- Всё дым, ничто и суета.
- Я жажду чуда и свободы,
- Вокруг же бедность и тщета.
- Хожу босячкой, иноверцем,
- Мне неги чужд давно дурман,
- Как без любви беднеет сердце,
- Так без монеты пуст карман.
- Я только сном не бедновата
- И всё же, всё же – влюблена:
- Я без зазрения богата
- Лесочком сизым из окна.
- Богата смелым птичьим криком,
- Тропинкой с травами при том.
- И мыслью бренной о великом
- И переливчатым листом.
Удар, сгорание, разрыв
- Удар, сгорание, разрыв,
- Желание, голод и несытость.
- Судьбу, как ларчик свой, раскрыв,
- Я берегу свою разбитость.
- Я берегу свой тяжкий гнёт,
- Он как укус и яд от змея.
- Свою печаль который год
- Я надеваю как камею.
- И с крайней гордостью ношу
- На той камее горький профиль.
- Страданье, равное грошу,
- Что было кратно катастрофе.
- Воспоминаний дым тягуч,
- Печаль неутолима слова.
- Однако рана – это ключ
- К себе… вернуться снова, снова.
- Без разрешенья бьётся пульс,
- Душа не ищет утешенья,
- Мечта наметит новый курс
- На пробужденье, отрешенье.
Старая колокольня
- Не городской, а бутафорский вид,
- Кирпич бордовый выложен продольно.
- Стоит три века, новый век стоит
- Фасад разбитой старой колокольни.
- Среди домов заброшена она,
- Среди всего изменчивого мира.
- Не изменилась, кажется, одна
- Барочным сном помпезного ампира.
- Стоит высокой статной госпожой,
- Что от ветров и ветхости нищает,
- Я бесполезной также и чужой
- Себя в минувшем веке ощущаю.
- Она теперь молчит который год,
- Колоколов забытое журчанье.
- Вот так и я, мне кажется, вот-вот
- Приму монаший постриг на молчанье.
- Слова есть ложь, молчанье – благодать,
- И потому умолкнет моя лира,
- Я буду тоже с немотой стоять
- И нависать судьбой своей над миром.
Свежесть серая клубится
- Свежесть серая клубится,
- Утро приводя,
- Умывается столица
- Опосля дождя.
- Блеск окутал морок древний,
- Улиц зеркала.
- Распаляются сирени
- В омуты двора.
- Больше в свежем аромата,
- Как на белый лист,
- Тоном, божия, объята,
- Опускалась кисть.
- И душистость в миг выводит:
- Клякса, полоса.
- Ветви тянет, верховодит —
- Прямо в небеса.
Проплыв туманом вдоль окон
- Проплыв туманом вдоль окон,
- Вдыхая хлад оконной рамы,
- Пытаюсь вынуть рифмы сон
- Из неуснувшей панорамы.
- Кусает темень вновь фонарь,
- Берёзы бредят кривоножки,
- В пейзаж запрятаны, в янтарь
- Дома и улицы, как мошки.
- Шумит сентябрь глухой в трубе.
- Деревья в ветре огрубели.
- Качает месяц на себе
- Пятно небес как в колыбели.
- Качает звёздочку в ночи
- Бубенчик, вверенный вселенной,
- И по забытому звучит
- Покой над лесом неизменный.
К печали сердце не готово
- К печали сердце не готово.
- Ветра лютуют под луной.
- Мой ангел, о, скажи хоть слово,
- Поговори в ночи со мной.
- Спустись ко мне в окно сторожки,
- Лесную оставляя высь,
- По лунной блещущей дорожке
- Ко мне в обитель постучись.
- И расскажи мне небосвода
- Законы, мудр и вдохновен,
- Что невзаимность – то свобода,
- Очарованье – страшный плен.
- И я поверю, я поверю
- И ничего не попрошу.
- Как дар снесу свою потерю.
- Как мёд разлуку я вкушу.
Закат свечою канул в темень
- Закат свечою канул в темень,
- Не смог предвечность превозмочь.
- Ветров над полем свист надменен,
- Лакает ил в озёрах ночь.
- Клубок луны запутав дали,
- Погряз в бездонных облаках.
- Листва молитвы и печали
- В ветвях качала, как в руках.
- Всё позабыто, всё былое,
- Гуляй ундиной до утра!
- Прошло ли время удалое?
- Прошла ли юности пора?
- Нет-нет, такое не проходит.
- Пусть тело дрябнет и болит,
- Но дух играет, любит, шкодит,
- Мечтает в ночь и день велит.
Любимый мой безрадостный апрель
- Любимый мой безрадостный апрель,
- Ты холоден душевно, словно зимы.
- И вот – летит расколотая бель
- На травы на мои, вдоль крыш и мимо.
- Как можно больше льдом своим задень
- Мои цветы, всю нежность урожая.
- Твой снег, летящий на мою сирень,
- Невинное с невинным сопряжает.
- Невинна нежность, и невинен хлад.
- Ты так боишься теплоты и мая,
- Моим ты песням зяблика не рад,
- И поросль чужда тебе немая.
- Я выстилаю крокусом свой брег,
- Я для тебя ручей пускаю прыткий.
- Я принимаю твой небесный снег
- Прикосновеньем эго к маргаритке.
Распалила черёмуха гроздья
- Распалила черёмуха гроздья,
- Удушь веток, цветов аромат.
- Неземная весенняя гостья
- Переливчатых ветра сонат.
- Нежный цвет – лепестковая вата,
- Белых звёзд лепесткова вуаль.
- Ароматом своим горьковатым
- Раствори всю людскую печаль.
- Пусть из горечи отцвет твой только
- К небесам нежным саваном льнёт.
- А живётся на свете не горько,
- И судьба за судьбу не клянёт.
- А живётся пусть словом и делом,
- И для каждого жившего пусть
- Как цветок твой божественно белый
- В белый трепет окрасится грусть.
Черёмуха переплелась с сиренью
- Черёмуха переплелась с сиренью,
- И издали сращён их аромат.
- О, городское тихое цветенье,
- Среди бетонных бешеных громад
- Ты оправданье всей моей печали,
- Свежеющей как ты после дождя.
- В тебя весну как в нежность облачали,
- Цветы как звёзды в небо громоздя.
- Ты оправданье всей вселенской грусти,
- Тобой когда осыпаны пути.
- Ты только будь уверенно и густо.
- Цвети земною правдою, цвети!
- Цвети земною верой и надеждой,
- Горчащую эпохой и такой,
- Безвременностью божию, а прежде —
- Цвети моей небрежною тоской.
Скатилась ночка как слезинка
- Скатилась ночка как слезинка
- Топлёным мраком мне в ладонь.
- В окошке птичка-сиротинка
- Взлетит – чуть раму тихо тронь.
- И я такая же трусиха,
- Чуть тронь: и нет меня, взлечу.
- Как будто знала много лиха,
- И вот – любовь не по плечу.
- Прикосновенья птицам чужды,
- Не кошка гладиться, мурчать.
- Издалека своею песней
- Я буду радостно звучать.
- И о тебе слагать с лихвою
- Миноры, ладя птичий крик.
- Люблю, люблю. Качнутся хвои.
- Люблю, люблю. Чирик-чирик.
Майская Дубна
- Ты помнишь, милый, или же едва ли,
- Тот трепет волн, что веял до темна?
- По набережной мы с тобой блуждали,
- И нас венчала майская Дубна.
- Ротонды где ловили крышей тени,
- И ветер сеял запах естества.
- Где наши горизонт хранил сплетенья,
- И нежные сплетались дерева.
- И в Волге таял яблонь цвет летучий,
- И белым ароматом рисовал
- Закат в волнах, как лодочка плавучий,
- Небесных красок яркий карнавал.
- Ты говорил, что вечны тени эти,
- Но даже выси бренен лазурит.
- Разлука после в яблоневом цвете
- Черёмухой в груди ль переболит?
Душа как будто бы собачья
- Душа как будто бы собачья
- Бежит за солнцем – за мячом,
- Душа как будто бы ребячья,
- Но уже знает – что почём,
- Летит за поездом, вагоны,
- Душа подобна миражу,
- И я за нею полусонно
- В чертоги тамбура вхожу.
- Душа как временная искра,
- Коптит цигарка в темноте.
- В окошках Дедовск, позже Истра:
- Трущобы области и те
- Ещё стоят, скрипят с Советов,
- Смеясь разрухе-палачу,
- И я ещё на этом свете
- Совсем немного попыхчу.
- Пока душа летит, не тает,
- Не толп желая, а безлюдств.
- Пока она подобна стае
- Не перелётных – верных чувств.
Фонарь стучится светом в окна
- Фонарь стучится светом в окна.
- Не сплю, апрелями больна.
- Как сердце птица где-то ёкнет —
- И воцарится тишина.
- Приснился ты, а лучше б строчка
- Иль даже рифма наконец.
- В окне всё так же тлеет ночка,
- И месяц как её венец
- На лоб ей давит звёздной кручей,
- Галактик выкрутя юлу,
- Как у Булгакова, что мучил
- Так Маргариту на балу.
- Как чаша, что не миновала,
- Вот так быть проклятой луной.
- И также образ твой немало
- Довлеет прямо надо мной.
- Он лоб саднит, висков стенанье,
- И я никак не разберу:
- Красно ли это испытанье,
- Как угасанье на миру?
Не надо больше глубины
- Не надо больше глубины,
- Я погибаю с глубиною.
- Пойдём со мной на свет луны,
- О звёздах говорить со мною.
- И без усилий называть
- Всё, что сложнее единицы,
- И пред рассветом белым ждать,
- Как запоют о тайном птицы.
- Не надо больше глубины —
- За ней вещей больших не видно,
- Мои мечты покорены,
- Когда ты говоришь наивно.
- Большое малым назовя,
- Без слова сложного нахлёста.
- Как хорошо любить тебя
- И говорить об этом просто.
Память
- Память, память, что ты ноешь?
- На погоду ли болишь?
- На весну волчонком воешь,
- На апрель скребёшься, мышь?
- Всё прошло, тебе не знать ли?
- Всё повяло, замерло.
- Не тебе ли убирать ли
- То, чем разум замело?
- Не тебе ли брать метёлку,
- Ты с каких халтуришь пор?
- Не тебе ль былое с толком
- Заметать, как праздный сор?
- Под скамейки и в подстолья
- Все седины и года,
- Словоблудья, слововолья,
- Память взмолится тогда:
- Я с того болю и плачу,
- Я мету, сметаю быль,
- Только сердце, совесть пряча,
- Поднимает всё как пыль.
Забыть теперь, нельзя запомнить
- Забыть теперь, нельзя запомнить.
- Куда поставить нужный знак?
- Исповедимы ли Господни
- Пути, иль я шагаю так?
- Должна в себе с тобой проститься,
- Чтобы хоть как-то сохраниться.
- Сначала песней, позже камнем.
- И быть сегодняшним и давним,
- Приливом смысла тихим томным,
- Для Бога может, для Мадонны.
- И нрав мой тихий и овечий
- Не для общины человечьей.
- И нрав мой будничный и пряный
- Не для мужичины, для поляны.
- И мысль моя, за нею точка —
- Нет, не для сцены, для кусточка.
- А рифма точная, и взгляды
- Для птиц и для речной наяды.
- Судьба – она и мим, и комик.
- Судьба у леса справить домик.
- Судьба у леса примоститься,
- Чтобы хоть как-то сохраниться
- И быть сегодняшним и давним,
- Сначала песней, позже камнем.
Домов лавина набежала…
- Домов лавина набежала
- Волной на выщербленный двор.
- Насадит башенное жало
- Небес ненастия в упор.
- И небо чёрное порвётся,
- И разорвётся чёрный век
- И на балконы, на оконца
- Посыпет белый-белый снег.
- И на дороги хватит снега,
- И на макушки горожан,
- Во снов твоих немую негу
- Снег как спектакль будет дан.
- Тоннели улиц, дайте мрака,
- Фонарный свет, на парки брызнь.
- И смерть придёт в партер без фрака,
- Её во фраке встретит жизнь.
Печаль
- Хмельная ночь так очумело
- Фонарным светом зрит в окно.
- Печаль – подруга самых смелых,
- Кому понять её дано,
- Плывёт во тьме, крадётся кошкой.
- На мрак минором отвечать,
- Дарить раздумия немножко
- И рифмы звонкие мурчать,
- Вползает в разум мягкой лапой.
- Лес словно воет на луну.
- Он тянет ветви тихой сапой,
- Небес цепляя рыжину.
- А без печали кто я буду?
- А без печали я слепа!
- Качает ветер беспробуду,
- И к речке тянется тропа.
- Я вижу ясно грани мира,
- Хоть предо мною ночь и мгла.
- Печаль, тебе в моей квартире
- Не пожалею я угла.
Весна, опасная как финка
- Травинка жёлтая к травинке,
- Сошедший снег теперь вода.
- Весна, опасная как финка,
- Вошла как в тело в города.
- Тепло вонзая ножевое
- В заснувший улиц хоровод,
- Казалось, даже неживое —
- О майской живости поёт.
- Бандитка ты, сады взлохматя,
- Зазеленея впереди,
- Буди весь мир во всех полатях,
- Но моё сердце не буди.
- Ручьёв пускай по лесу пресность
- И листья с почек распусти.
- Я с ними не хочу воскреснуть,
- Я не хочу теперь цвести.
- Ты не тревожь душевья спячку,
- Храня за пазухой тепло.
- О, не сковыривай болячку,
- Зимой лишь только зажило.
В апреле снег. Метель бушует
- В апреле снег. Метель бушует.
- Весна отброшена назад.
- А у меня душа ликует,
- Ликует хладная за хлад.
- И сердце радуется вою
- Снегов остылой бахромой,
- И сердце радуется бою
- Зимы с весенней кутерьмой.
- Хотя я знаю, что ты, что ты,
- Весны предвечен глас, мотив,
- И – да, с зимою мы в пролетё,
- Весны зелёной супротив.
- Но пусть ещё немного – чтобы
- Снежинок закружилась власть,
- Немного царствуют сугробы,
- Из леса холод дует всласть.
- Ещё чуть-чуть зимы одиозной
- Для тех, кто верует в весну,
- Пуши, метель, стальные сосны,
- И длиться вдоволь сердца сну.
Всё растворится, растворится
- Всё растворится, растворится —
- Не возродится оным вновь.
- Всё раз творится, раз творится:
- И мир, и солнце, и любовь.
- И Бог рукой своею может,
- Перелистнув пучину лет,
- В мои страницы жизни вложит
- Моей любови сухоцвет.
- И я, дошедши до границы,
- Концу отдавшись своему,
- Не отлистну назад страницы
- И цветик в руки не возьму.
- Не потому, что он не важен,
- А потому что тот цветок
- Среди всех выцветших бумажек
- Своею былью так жесток.
Вечер тенью слепой надломился
- Вечер тенью слепой надломился,
- В парк разлился креплёным вином.
- Город светом фонарным умылся
- И обтёрся садов полотном.
- Завтра бродит как пьяный бродяга,
- По дворам не находит покой,
- Ждёт бардового звёздного стяга
- Над рассветной немою рекой.
- Подрастает луна-одиночка,
- Все мы луны на этой земле,
- Эпитафии краткая строчка
- Да лампадка слепая во мгле.
- Все мы луны, но более солнца
- Среди быта заядлого туч:
- Ты припомни, как милый смеётся,
- То ль не майский нечаянный луч?
Ночь омертвелым представала склепом
- Ночь омертвелым представала склепом,
- И свет луны горчичный неживой.
- Придавленность под серо-синим небом,
- И деревов толпы торчавших вой.
- То дикая, больная голосина,
- Мир-болоть замешал звезду во мрак,
- Какая-то неясная трясина,
- Неясен мой по ней нетвёрдый шаг.
- Неясен день, что «завтра» называют,
- И ангелы, как будто в тишине,
- С душою вместе ветром обвывают
- Тот путь, что приготовил морок мне.
Где ночь души, рассветность не близка
- Где ночь души, рассветность не близка.
- Там снов дневных мешается трясина.
- За каждой дверью лается тоска,
- Как злая, но привязанная псина.
- И воет из-за каждого угла
- Она, осознавая свою гласность,
- Жила я без неё иль не жила:
- Одновремённость и однообразность.
- Здесь затхлый воздух, не открыть окна.
- Мне светлячком поймали душу в банку.
- Где свежесть дней? В меня заключена
- Надетая улыбка наизнанку.
- А может, вся игра не стоит свеч,
- И мир как неуютный колкий свитер.
- И падает с небес «Дамоклов меч»
- На цепь тоски, предвечный избавитель.
Соловей и роза
- Персидских дум, восточности кровей.
- Про нас была написана та проза…
- И я была в той сказке – соловей,
- А ты – ты неприкаянная роза.
- Тебя, мой нежный, вижу я цветком,
- Среди благоуханья мая-бала.
- Ты был колюч и дикостью влеком,
- А я из терниий к звёздам не летала
- (Тогда ещё). О, как же ты был ал!
- Как будто всей планеты эта алость.
- В саду своём, о, как же ты был мал.
- И между нами оставалась малость.
- Один лишь шип, как птичий коготок.
- Начало означало окончанье.
- Подумать только: птица и цветок —
- Такое же нелепое слиянье.
- О, как хотела розу я воспеть,
- Топя сердец февралевость и наледь.
- О, как хотела розу я воспеть,
- А роза же хотела только жалить.
- А роза же хотела прорасти
- Сквозь тело птицы сорною ковылью.
- А роза же хотела процвести
- Шипом своим безрадостным сквозь крылья.
- Но крылья птице для того даны,
- Чтобы она искала в небе Бога.
- Не розам отнимать среди весны
- К отцу благому птичью дорогу.
- И рано ты, как водится, увял.
- Такое у цветов оно бессилье.
- Воспела я твой, роза, идеал,
- Но и свои не потеряла крылья.
Ночь в фонарях стоит как в пятнах света
- Ночь в фонарях стоит как в пятнах света,
- Как будто кто прожёг её бычком.
- Небесная рука и сигарета.
- Бульвары чёрным скомканы клочком.
- Эх, развернуть бы тот клочок мне кабы,
- Шагами мир подлунности пыля.
- Иду: одни ухабы да ухабы,
- А лучше бы поля, одни поля.
- Какое-то нехитрое убранство,
- Лакает свет как кошка-темнота.
- А лучше бы – открытое пространство,
- А лучше бы – открытая мечта.
Лес зарёванный усталый
- Лес зарёванный усталый
- После бури утихал.
- Выси крыло одеяло
- Перепуганный квартал.
- Первых гроз раскаты гасли,
- Дней цветение бело.
- А раскатами не нас ли
- Небо издали звало?
- И не нас ли привечала
- Капель тихая роса,
- Нам ли молния рычала —
- Поглядеть на небеса?
- В небеса, где ангел сонный
- На житьё благословит.
- В небеса, где тучек сомны.
- Всё о вечном говорит.
Весенность – мартовский обман
- Весенность – мартовский обман.
- Вдоль елей холод хороводит.
- Бродячей кошкою туман
- На мягких лапах в лес заходит.
- Тоска. Тоскливая тоска.
- Никак не хочет веселиться
- Ни дол, ни роща. Лишь дерзка
- Кричит о чём-то живо птица.
- Всё серо, голо и скучно,
- И снег на части режет ловко
- Полей грубелое сукно,
- Травинок серые головки.
- О, как же хочется уже,
- Чтоб встрепенулась морось эта.
- Иль вьюги власть на рубеже,
- Иль мир давно тепла и света.
Постоянство в изменном, не так ли?
- Постоянство в изменном, не так ли?
- Старый сад перед ветром продрог,
- И берёзы в объятьях обмякли
- Вечеров и коптящих дорог.
- Были серые – стали с цветами
- Вишни белые, день зеленя.
- Что же будет с отцветшими нами
- После почек и мая огня?
- Постоянство во временном тает,
- Долго птицам о вечности петь.
- Только каждая стая взлетает,
- Где кружит мимолётная цветь.
Сносно утро, терпима весна
- Сносно утро, терпима весна,
- Келью-мир предо мной раскрывая.
- Далеко до помпезного мая.
- Далеко до апрельского сна.
- Снег идёт никуда не спеша,
- Старый домик от снега продрог.
- Как серебряный крестик, душа
- Почернела от дальних дорог.
- Эта патина – всё, что я есть?
- Близоруко лишь видеть могу,
- Сколько мне пустоцветом процвесть,
- Как былинка на божьем лугу?
Идёт весна. Я прячусь от весны
- Идёт весна. Я прячусь от весны
- В холодных чащах голубого леса,
- Где снег ещё пушит стопу сосны,
- Где декабря гудит ветрами месса.
- Я ненавижу март. Я не шучу.
- Душа моя совсем не хочет греться.
- Я жара глаз и улиц не хочу,
- Что заразят доверчивое сердце.
- Пьянящий воздух не хочу вдыхать
- И обнажать пред солнцем свои плечи.
- Что мозг и душу будет колыхать,
- Останься от меня теперь далече.
- И приструни, апрель, свой ярый май,
- Пусть снег ещё спадает на ресницы.
- Чёрт знает что под мая шум и лай
- Мне про былое верится и снится.
Долина брег как пальчик обожгла
- Долина брег как пальчик обожгла
- О фонари, что загорались ниже.
- Кобыла высь кусала удила
- Тумана, где пролесок был недвижим
- И гол листом, лишь в ветер был одет
- И в травы как в обувку, мимоходом,
- Лес точно речка слов и море лет,
- А рощица пусть назовётся бродом.
- Бреду к тебе, но след не нахожу
- Твой лисий, запетляющий свободу.
- Ты волю дашь гагарке и чижу,
- Я волю дам отринувшему броду.
- Как будто ты шумишь на том конце
- Вселенной мне о чём-то горемычном.
- И узь дорог на мировом лице
- Скукожит пасть проходкою столичной.
- Окраин свет та скомкает как лист
- Бумаги, предъявляя полномочья.
- Но птичий лязг, скорее птичий свист
- Прорвётся как живое, споря с ночью.
- Прорвётся как осмысленность разлук,
- Озвученность страданий в белом поле.
- Что если клёст – и тот, рождая звук,
- Рождает песнь, как и поэт, от боли?
Фотоальбом
- Старый дом, как забытое слово,
- Отзвучало в немой правоте,
- И часы не ударят в столовой
- По ноябрьской ночной пустоте.
- Вновь тащу я из тумбочки прытко
- И обложку уже узнаю —
- То ль альбом, то ли может калитку
- В захудавшую юность мою
- Открываю я сердцу в угоду,
- Открываю, шагнув не спеша,
- И скрипят позабытые годы,
- Словно петли, и лязгнет душа.
- Я шагаю, кино вспоминаю,
- Зная всё то, что было в конце,
- И себя я уже не узнаю
- В бледнолицем поджаром юнце.
- Фотокарточки девочек в пёстром…
- Нам живым ли по вам горевать?
- Привечайте на небе как сёстры
- Вы мою опочившую мать.
- Жили-были, а нажили ль что-то,
- Уходили то все налегке.
- Голубая в окошке зевота
- В небеса пронеслась вдалеке.
- Эти подписи, старые даты,
- Кто писал вас, цедя маету?
- Как и я, кто-то тоже когда-то
- Перелистывал жизнь и мечту.
- И когда-то в ноябрьскую замять
- На обратной листка стороне
- Кто-то чиркнул: «на долгую память»
- И как будто заплакал по мне.
Стихотворения 2024 года
Прощанье
- Прощанье – колыханье мерзлоты.
- Затишие недавно певшей птицы.
- О, то, как хладно отвернулся ты, —
- Затяжка в сердце, как на рукавице.
- Прощанье – беглость духа, но не ног.
- По лестнице шаги, они гремели,
- Вопили: одинока, одинок,
- Но этот вопль пусть по крайней мере
- Проделан лишь одним (одним из двух),
- Драконя или заполняя слух.
- Прощанье – это ветреный оскал.
- Он слово сжал в губах, отрезал куце.
- Когда в себе ты силы отыскал
- Уйти – и мыслью нет, не обернуться.
- Как «рыба» в пресловутом домино.
- В какой-то мере тягостная милость:
- Кристальное прозрачнейшее дно,
- Куда сознание тихо приводнилось.
- Прощанье – то молчанья длинный след,
- Как хвост, который ящер грусти носит,
- И лишь как стихнет гулкой муки бред,
- Его однажды в памяти отбросит.
Державы, жизни, мир гудений
- Державы, жизни, мир гудений,
- А я, о нежности трубя,
- Я в веке сломов и падений
- Потоком падаю в себя.
- Потоп сознания трепещет,
- Я в лодке рифм дрейфую в нём,
- Смотрю свой сон печали вещий
- И вижу: всё горит огнём.
- Век сломов тлеет, яро тает,
- Финал – на дно уходит глыбь.
- Смотрю что вместо наступает:
- Один виток ещё и зыбь.
- Слова – то оторопь печали,
- (Как из письма изъяли ять),
- То, что давно обозначали,
- Вдруг перестали означать.
- И всё вверх дном, без совпадений,
- Все смыслы, правды загубя.
- А я в век сломов и падений
- Потоком падаю в себя.
День пьян капелью как вином
- День пьян капелью как вином,
- Он мартом празднично искрится,
- Лучами солнца, как зерном,
- Весны приманивает птицу.
- Тиха же птица и скромна,
- Пугливо щиплет лучик нежный,
- Отступит: снег пойдёт, зима,
- Вперёд шагнёт: тепло забрезжит.
- Неся цветенье на крыле,
- Она то рядом, то отпрянет,
- Привыкнет вскоре на земле —
- Вот-вот и жизнь в сады нагрянет!
- И перьев будет белизна
- Не холод чествовать грубелый.
- Где приручённая весна —
- Там яблонь цвет приручен белый.
Когда не пишутся стихи
- Когда не пишутся стихи,
- Влагаешь ручку в стол как в ножны,
- Когда все музы так глухи,
- Что далеки и невозможны,
- Берёшь пальтишко и рюкзак,
- Превозмогая в сердце дрёму,
- Идёшь куда-то просто так,
- Идёшь куда-то к водоёму.
- Садишься рядом у волны.
- Ты – нерв, симфония, броженье.
- Там станут все растворены
- Твои немые раздраженья.
- Коснись воды, коснись песка,
- Гаси о волны горя пламень.
- Представь, как тёплая тоска
- Идёт из пальцев в хладный камень.
- Возьми тот камень и плашмя
- Пусти, пусть взмахом волны точит.
- (Как в детстве, помнишь, ребятня)
- И сколько раз от волн отскочит,
- И сколько прыгнет он на глаз,
- Скакавши, как живая рыба,
- Ты, глядя в небо столько раз,
- Скажи за этот день спасибо.
Зачем весна отвергнутым
- Зачем весна отвергнутым,
- Отверженным весна?
- Зачем грачовым стрекотом
- Приходит ночь без сна?
- Зачем мечтает рощица
- Зелёный лист плодить?
- Зачем мне снова хочется
- Вдоль улицы бродить?
- Идти как будто к милому,
- Не пряча в шараф лица.
- Зачем птенцу бескрылому
- Небесность утреца?
Сколько жизни отнято любовью
- Сколько жизни отнято любовью —
- Бесполезной, давящей и жадной.
- Сколько пыла отдано зимовью,
- Вьюге безраздельной, беспощадной.
- Гнётся ива чёрным силуэтом,
- Ломится от холода, порыва.
- Принимать учусь судьбу, как эта
- Ива над обгрызенным обрывом.
- Выхожу больным зверёнком в люди,
- Выхожу подбитой тихой ланью.
- Разве место выстрадано будет?
- Место мне у края мирозданья?
- Или быть лишь только серой тенью,
- Ветер укрощать осатанелый.
- Я хочу успеть ещё к забвенью,
- Чтоб из слов опавших вышло дело.
Отпеванье
- Жгло солнце взгляды. Мирозданье
- Февральским силилось огнём.
- Гроб привезли на отпеванье,
- И ангел светлый крылся в нём.
- Размах всех крыльев уместился
- В дубовом тяжком сундуке,
- И чёрной тучею клубился
- Народ у церкви весь в тоске.
- Зажглись в притворе храма свечи,
- И, крышку гроба отворя,
- «Лети, мой ангел, ну, до встречи», —
- Сказала тихо-тихо я.
- Метель овеяла дорогу,
- И сумрак сад сковал немой,
- И был давно уже у Бога
- Мой ангел тихий, ангел мой.
О бабушка, разлуки
- О бабушка, разлуки
- Не знали мы скорбей.
- Твои сухие руки
- Я тронула своей.
- Больничный холод вздрогнул,
- И ручка под рукой.
- В твоих глазах я помню
- Неведомый покой.
- Холодный и послушный,
- О божия раба,
- Читалась равнодушно
- В них целая судьба.
- И я тогда не знала,
- Поправя платьицо,
- Что смерть уже дышала
- Тебе и мне в лицо.
- Что смерть уже ходила
- Кругами у окна,
- Что смерть уже удила
- Туман полей, бледна.
- Тебе свивала саван
- Из нитей февраля.
- И каждый был бесправен
- Пред ней – и ты, и я.
Ушла во сне
- Ушла во сне в своей постели,
- Был рядом нежный ангелок.
- Закончен гнёт больного тела,
- Тюрьмы закончен тяжкий срок.
- Как кокон, груз, душа девчонки,
- Телесность сбросила на век.
- И полетела хрупкой тонкой
- Туда, где волен человек.
- Она летела еле-еле,
- Где снега утренность полна.
- Она летела… пели, пели
- Чижи, что ждёт её весна.
- А где-то там скорбели внуки,
- И дети ждали литию,
- Чтоб небеса, расправив руки,
- Дитя приветили свою.
Юноше
- Молодой шиповник без шипов
- Ничего не знает о судьбе,
- Средь травы нескошенных снопов
- Видит сон о летней ворожбе
- Ивняка зелёного наспех,
- Где вьюнком пространство поросло,
- Ничего не знает он про грех,
- Ничего не ведает про зло.
- Молодой шиповник, ото всех
- Мне в садочке прятаться светло.
- Я сама не ведала про грех,
- Я сама не ведала про зло.
- От того и шрамы на руках,
- От того и горько мне цвести.
- Поскорее, отбросив всякий страх,
- Молодой шиповник, подрасти.
Когда же нечего терять
- Когда же нечего терять,
- Тогда есть смысл потеряться.
- Висит оранжевая гладь,
- И звёзды в смоге золотятся.
- А ты идёшь, но не домой,
- Во тьму со станции лужайкой.
- Ну хорошо же, боже мой,
- Не быть любовной попрошайкой.
- И никому не опалять
- Души разверзнувшимся бредом.
- Как хорошо в сердцах опять
- Не быть кому-то надоедой.
- Не быть сгущённою смолой,
- Не лезть в глаза, не литься в уши.
- Пусть смогом городок былой
- Вечерне улицы задушит.
- Дороги скомкана тесьма,
- Но вот бы дать себе отсрочку
- И в этот май не ждать письма,
- Тепла ни скобочки, ни строчки.
Масляная краска на рубашке
- Масляная краска на рубашке,
- Дырочка от гвоздика в стене,
- Краешек загнутый на бумажке,
- Ямочка от шага в целине,
- Слово, начерчённое с ошибкой, —
- Всяко ты судьбу мою клеймишь,
- Слово опрометчивое шибко,
- Слово, размыкающее тишь.
- От него не спрячешься, и сила
- У меня для битвы не годна.
- И какое драмы нужно мыло
- От разлуки едкого пятна?
- Где возьму я времени иголку,
- Кружевами дней сплетая нить,
- Если прямо по сердцу наколка,
- Как второе сердце отрастить?
Когда ты исчерпаешь пыл огня
- Когда ты исчерпаешь пыл огня,
- Состарясь, красоту теряя в датах,
- Ты вспомнишь всё же дурочку меня,
- Что я была, такая вот, когда-то.
- Не вспомнишь глаз, но взгляд вдруг упадёт,
- Как жизнь в квадрате скомкана на фото.
- И день закатом горьким промелькнёт,
- И молодость навеет отчего-то.
- Изрядно подурнев и поседев,
- У смерти непреклонного порога,
- В грехах и в грусти всяк поднаторев,
- Ты вспомнишь вдруг про истину и Бога.
- Не вспомнишь слов молитв, но упадёт
- На образа взгляд в старом ветхом доме.
- Ушли друзья, любовницы – и вот:
- Душа. А есть её ли что-то кроме?
Ветер хладом лижет рамы
- Ветер хладом лижет рамы
- Ночью у окон.
- Гаснет свечкой месяц ранний
- У полей-икон.
- Травы шепчут, тьмою маясь:
- Надоело цвесть.
- Кот-туман, в траве катаясь,
- Вздыбил дымкой шерсть.
- Лес ежом насупил ёлки,
- Тропы свил в клубок.
- Тучи белой втихомолку
- Взвился голубок.
- Мне не спится, не лежится,
- Сном среди былья,
- Словно зверь ночной иль птица —
- Поброжу и я.
Остаться чем-то между
- Я не хочу ни жить, ни умереть…
- Остаться чем-то между, с жизнью сжиться?
- Пока в садах оранжевая медь
- Ещё неутешительно кружится.
- Я словно загостилась на пиру,
- И от хмеля стою я еле-еле.
- Меня здесь не уложат на полу
- И в комнатах ночевья не постелют.
- Нежданный гость, нежданные слова.
- Я занимаю место жадновато.
- За всё, за всё, за то, что я жива,
- Я перед всеми буду виновата.
- Но речью я собью свою вину,
- Я не хочу, товарищи, поверьте,
- Сама здесь гнить и выбирать одну
- Лишь только жизнь, забыв давно о смерти.
- И меж миров я призрак, я волна
- В чистилище от ада и до рая,
- И всё же здесь, и всё же я одна,
- Из двух миров ничто не выбирая.
Печаль завещана весне
- Луна укроет ночь шальную.
- Печаль завещана весне.
- Когда ты руки мне целуешь,
- Ты плачешь, но не обо мне.
- И я, страдая втихомолку,
- Коснусь щеки твоей рябой,
- Увы, безрадостно и колко
- Другого вижу пред собой.
- Твой взгляд его таит ухмылку,
- Чужой огонь висок таит.
- О дальних рощах нежно пылко
- Он словно вспомнить мне велит.
- И я к далёкому, к лесному,
- К нему тянусь в твоей судьбе.
- Когда же «нет» скажу я снова,
- То это будет лишь тебе.
Письмо к тебе
- Как урну погребу внутри стола,
- Письмо к тебе натужно и келейно.
- Как хоронильщик тел не весела,
- И как могильщик дней первостатейный.
- Ни слова не нашёл, ни буквы, чтоб
- Никто в письме, ни доли ликованья.
- Вмещу себя я в тот же ящик-гроб
- И буду ждать от утра отпеванья.
- Стол отверну от мира и себя
- Укрою в саван штор и пыли снова.
- А смерть, она не мрака толщея,
- А в большей мере невозможность слова.
- А смерть, она, ты знаешь, – тишина.
- Отсутствие сердечных ирритаций.
- И невозможность, стоя у окна,
- За всё, за всё, что было, оправдаться.
Раненый птенец страшится мук
- Раненый птенец страшится мук,
- Ведь вокруг отъявленные звери.
- Раненый птенец страшится рук,
- Зная, что бывает за доверье.
- Раненому дай, да в небеса,
- Но не может выбраться из мрака.
- Милый, я не хищная лиса.
- Я скорее верная собака.
- Я скорее лунность на краю,
- Далеко заснеженная замять,
- Я тебе ладошки не даю,
- Я могу плечо тебе подставить.
- Только если хочешь, милый мой,
- Покажу, каким бывает солнце.
- Ну а что, апрелем ли, зимой
- Вдруг оно возьмёт, да и срастётся?
О музе
- Как для художника Лира
- Сердцу мила.
- Ты с одного нас кормила
- Чудо-котла.
- Ты как птенцов миловала,
- Зная, спасёшь,
- Как беднякам подавала
- Милости грош.
- В мире материй лазейка,
- Шёпот твой тих.
- Рифмы звенела копейка,
- Золотом стих.
- Режешь Оккамовой бритвой,
- Зелен осот.
- Ты за какие молитвы
- С вешних высот?
- Лира, ты муза, весенне
- Веешь точь-в-точь.
- Ты моя дочь ли, спасенье,
- Я ль твоя дочь?
Я дарю тебе
- Любимый, я дарю тебе весь мир!
- С барханами, лесами и морями.
- Пусть время, наш незримый конвоир,
- В минуты счастья от тебя отпрянет.
- Отпрянет, хоть немного отойдёт,
- Не тронув твою молодость и ярость,
- А как вернётся в жизни натюрморт,
- Пусть мудрость принесёт, а не усталость.
- Весь мир тебе, весь-весь с его ничто
- И что, с великодушными дарами,
- В весенний морок надевай пальто
- И растворяйся в синей панораме.
- И растворяй в себе холодный лес,
- С ним ручейка изгибистое устье.
- Весь мир дарю, однако только без,
- Без глаз моих, а значит и без грусти.
Ты ладонь мне сожмёшь аккуратно
- Ты ладонь мне сожмёшь аккуратно:
- Так касается холодом смерть,
- А касанья – родимые пятна,
- Что не смыть и никак не стереть.
- Но зато самолюбие стёрто,
- Вместе с гордостью стёрто как хлам.
- Я бы выжгла те пятна бы к чёрту,
- Но ведь так мне останется шрам.
- Но ведь так мне останется больше,
- Чем весна и заплаканность крыш,
- Когда ты, от апреля замёрзший,
- Не дождавшись тепла, улетишь.
- И дождям перевитости станций,
- И платформам глухой суховей.
- Так что пусть мне клеймённой остаться
- Каторжанкой, беглянкой твоей.
Весенний «чир» приносит птица
- Весенний «чир» приносит птица
- В панельность грусти февраля.
- Вот-вот и солнце заискрится,
- Лучами улицу пыля.
- А мне б и дальше только зиму,
- И зимний морок и покой.
- Когда в морозец нелюдимы
- Бульвары с серою тоской.
- Когда в садке осиротелом
- Во льды одета гать и муть.
- Когда снежок проложит белый
- Среди развалин к небу путь.
Лицедеять я профи
- Лицедеять я профи,
- Вешать на душу грех.
- У него же твой профиль,
- У него же твой смех.
- Знаю, знаю – воровка
- У другой от того.
- Так печально, неловко
- Я гляжу на него.
- Я в глаза гляжу эти
- Зеленее змеи.
- У меня будут дети,
- И как будто твои.
- Дым глотая истому,
- Вновь проглатывал день.
- Как он ходит по дому:
- Полуты, полутень.
- И весна на поруки
- Ночь берёт, не тая.
- Как тяну к нему руки,
- Полусмерть, полуя.
Я говорю
- Тишь ночи громом разорял
- Часов в столовой бой,
- Всё чаще с Богом говоря,
- Я говорю с тобой.
- Как будто ты, ты рядом с ним,
- Как ангелок точь-в-точь.
- Как будто ты конечно сын,
- А я отнюдь не дочь.
- А я отродье, я бастард,
- Не мне озорничать.
- Умерить страсть, тушить азарт
- И о любви молчать.
- И я молчу, весной горя,
- Под сердца гордый бой,
- И только с Богом говоря,
- Я говорю с тобой.
Как ты живёшь, я не знаю
- Как ты живёшь, я не знаю.
- Куталась ночь в паранджу.
- В сад наш неслышно ступаю,
- Там до рассвета брожу.
- Звёзды ль небесная сажа
- Знают в гаданиях толк?
- Листик ли правду расскажет?
- Иль подзовёт лепесток?
- Речки изгиб ли нашепчет,
- Где ты, гонимый судьбой?
- Ландыш ли знал белозвёздчат,
- Лютик ли знал голубой?
- Розана нежная алость,
- Клонит головку скорбя.
- Значит вся жизнь мне осталась,
- Где увядать без тебя.
Свежесть утра
- Свежесть утра, морок пыльный,
- Мир играет новый лад.
- Хлад напротив не могильный,
- Жизни требующий хлад!
- Свежесть утра воздух точит,
- Точно червь упавший плод.
- Кто остался после ночи,
- Кто проснулся в завтра – тот
- Будет благий солнцеликий,
- Обнимая мира сень,
- Будет жить ещё великий:
- Универсум, вечность – день.
Про ночь
- Ночь – идиллия колдовская,
- Дама в порванной фате.
- Ночь вдыхает, выдыхая
- Тени мира в темноте.
- На руке колечком вертит
- Месяц тонкий золотой.
- Серьги – звёзды в неба тверди,
- Брошь – созвездья под фатой.
- Платьем лес, опушка – юбка,
- Сосен шлейф – воротничок.
- Снег как белая голубка
- Прилетает на плечо.
- Бус агатовых дорога,
- Отблеск веток вороной.
- Ночь, побудь ещё немного,
- Посиди в шелках со мной.
Свидание
- Только нетленное важно,
- Всё остальное – вода!
- «Вечность», – ты скажешь отважно.
- «Звёзды», «любовь», «навсегда».
- Словом бросайся, мальчишка,
- Точно костями в собак,
- Точно в бродяг мелочишкой,
- Точно событьем в зевак.
- Скажешь «душа», скажешь «небо»,
- Что ещё вымолвить мог
- В страстном признанье любовном?
- «Судьбы», «забвенье» и «Бог».
- В кучу все святости смолвил,
- Молодость, ярость и пыл.
- Только про «правду» не вспомнил,
- Только про «верность» забыл.
Печаль
- Печаль – то дама в чёрном,
- то вдруг в белом,
- Когда она наивна и светла.
- Входи, садись, блистательная дева,
- Что хочешь мне сказать ты, раз пришла?
- Сегодня платье белое ты носишь.
- И так же, как и платье, ты бледна.
- Memento mori, ну а carpe noctem —
- Стоишь и тихо шепчешь у окна.
- А что ещё помимо истин в душу
- Ты семенем заронишь, не достать?
- Ты обнимаешь шею, даже душишь
- В объятьях как сестра, подруга, мать.
- Ты мне близка как ангел, в этом роде,
- Скажи, печаль, всю правду не тая:
- С тобой любовь рука об руку ходит?
- И смерть, и жизнь? Теперь хожу и я.
Мастер по потерям
- Кто что: кто в бизнес верит,
- Кто жнец, кто скалолаз.
- Я ж мастер по потерям —
- Гроссмейстер, профи, ас.
- Я по потерям дока,
- В потери мой уклон.
- Вот вы проснулись только,
- Я ж потеряла сон.
- Вот вы на завтрак вяло
- Идёте в неглиже,
- Я голод потеряла
- И жажду всю уже.
- Идёте на работу,
- Закрывши дверь рукой.
- Теряю я зевоту,
- Теряю я покой.
- Теряю в ссоре друга,
- Любимого в судьбе,
- Не заберёшь в потугах
- Здесь ничего себе.
- Богов не умоляю,
- Мне некому помочь.
- Теряю и теряю
- Я день за днём и ночь.
- Но всё, что я теряю,
- Я как за слоем слой
- От плевел отделяю
- Остаток быта свой.
- Я отделяю, братцы,
- И чаясь, и любя,
- В желании добраться
- Однажды до себя.
Птичка плачет по волку
- Что от горести толку?
- Что б исправила месть?
- Птичка плачет по волку,
- Что хотел её съесть.
- Птичка плачет по зверю
- И не спит в облаках,
- Помня, как были крылья
- В его острых клыках.
- Как она повредила
- Об оскалье крыло.
- И как чудо ветрами
- От беды унесло.
- Звёзды рвутся с насеста,
- Шепчет ветер в лесах,
- Что убийцам нет места
- В голубых небесах.
- Что податься лишь в черти
- Той душе, что грязна.
- Что убийц после смерти
- Не встречает весна.
- Не встречает отрада,
- Лишь печаль нелегка.
- И от божьего сада
- Их пустынь далека.
- Как прискорбно однако
- Птичке ведать дрожа,
- Что ещё одна мраку
- Отдаётся душа.
- Что от горести толку?
- Что б исправила месть?
- Птичка плачет по волку,
- Что хотел её съесть.
Почтовый ящик пуст и старомоден
- Почтовый ящик пуст и старомоден.
- Как зверя пасть, он жалок и фатален.
- Как гроб дыряв и ни на что не годен,
- Ни для кого теперь неактуален.
- Кто в наши дни почитывал газеты?
- Живой мертвец из траурного века?
- Я от тебя хочу, ты знаешь это…
- Хочу письма, как дух от человека.
- Хочу письма с самим горящим маем,
- Запечатленье буквы или звука.
- А я хочу мирок, что осязаем,
- А я хочу твой почерк, раз не руку.
- Раз не руки коснусь твоей далёкой,
- Что пиксель мне под пальцами экрана?
- Раз не руки коснусь твоей широкой,
- Коснусь слогов твоей весенней раны.
Забудь меня, пожалуйста, забудь
- Забудь меня, пожалуйста, забудь.
- Нет памяти страшнее в мире этом.
- Как голову клала тебе на грудь,
- Считай лишь сна диковинным сюжетом.
- Забудь и на себя же не пеняй.
- Будь далеко: звездой, дорогой млечной.
- И мыслями того не оскверняй,
- Что было мне божественным и вечным.
- Стань мигом пуст и словом тоже пуст.
- Не очерняй и звуком милость божью,
- Ведь названое из болтливых уст
- Становится всегда большою ложью.
- Не подзывай пустышкой воробья.
- Нет памяти страшнее в мире этом.
- И если на земле бывала я,
- То только сна диковинным сюжетом.
Я ночь творю
- Я ночь творю. Ночь жизни у окна:
- Дорога, лес – штрихами отсебятин.
- Ночь долгая доподлинно черна,
- Хоть много в ней незнанья белых пятен.
- Клокочет ветр сомненья моего,
- Вдыхаю привидения былого.
- Богоискатель-дух как естество,
- Делириум небес же как основа.
- Завял фонарь, как старые цветы,
- Он дует в полуправды перелесиц.
- На нерве обречённой красоты:
- На проводах висит забвенья месяц.
- Увязли коготки, носы, хвосты
- Той памяти, что тени обеляет.
- Но блеск ума, как блеск ночной звезды,
- Над всем ещё уверенно сияет.
Женихам
- Не подходи, вопросы засучивши,
- Не трать запалы своего огня.
- Я всем бедна шутиха-арлекинша —
- Ни взять, ни дать, ни выкрасть у меня.
- Есть только смех – и то сквозь слёзы марта,
- А нрав гудит, как вьюги январей.
- Душа побита подкидною в карты,
- И нет любви, как нету козырей.
- Я дол пустой, безлюдность сна и леса,
- И в ранах дней нет никого за мной,
- И бог, и чёрт, и ангелы, и бесы —
- Все за моей распущены спиной.
- Не человек уже, а дух разумный,
- Витающий один среди полей.
- Ни зёрен правды, ни неправды гумна,
- Ни нежности не нужно мне твоей.
Ночь. И строчка жмётся смыслом к строчке
- И строчка жмётся смыслом к строчке
- И буквой что-то говорит.
- Фонарь у леса одиночка
- О чём-то горестно горит.
- Роняет слёзы – смолы света,
- А ночь наденет чёрный фрак
- И вольнодумство света это
- Заманит тенями во мрак.
- И ветер ей на побегушках
- Метель ночную гонит, рад,
- Заговорит берёз опушку
- И пустит сильный снегопад.
- Заговорит погаснуть дали
- И в этот частый вьюговей
- Дороги спутает, рыдая
- Переплетеньями ветвей.
- Уснуть бы тотчас же и разом
- И не глядеть в немую хмарь.
- Но вот не спит над строчкой разум,
- Не гаснет и лесной фонарь.
Как сотни ангелов глядел в мои глаза
- Как сотни ангелов глядел в мои глаза,
- Как светом поцелованный на муки,
- И праведником клялся в образа,
- И под объятья протянулись руки,
- Как под распятье, как под небо лес,
- Как под дожди июльская прохлада,
- А оказалось – как под пламя бес,
- И мук чужих тебе лишь было надо.
- Не каждый в люде люд, и жизнь строга,
- Порой от нас вся истина сокрыта
- И не видны нам корысти рога,
- И не видны предательства копыта.
- Но так огромен ли у мрака вес?
- Иль недостаток, недостача это?
- Ведь слово «бес» – всего лишь слово «без»,
- Без Бога значит, значит лишь без света.
И отждало, и отгорело
- И отждало, и отгорело,
- Всё так банально и смешно.
- Душа старела, позже тело,
- Смотря в открытое окно.
- А за окном завязли зимы
- В дорогах грязных и косых.
- И воздух стал непроходим,
- Густы минуты и часы,
- Что не хватало сил для вдоха,
- И не хватало, милый, вас.
- Я отпадала от эпохи
- И от сегодня и сейчас.
- Я мыслей пленница из пленниц,
- Их тёмный лес, их бурелом!
- И я от мира отщепенец —
- Одна барахтаюсь в былом.
- А солнца всхлипнет вдруг искринка
- Во мраке сосен за спиной,
- И всё мерещится тропинка —
- Из чащи выход из больной.
Не откровенье – упоенье
- Не откровенье – упоенье,
- Что я с собой теперь честна.
- Сама себе успокоенье,
- И полумгла, и тишина.
- Такая вот провозглашённость.
- Из зол ничто не выбрав двух,
- От мира тела отрешённость
- И обращённость в вечный дух.
- Я убываю к лучшей доле,
- За мною сказов едких нет.
- Отнюдь не выжженное поле,
- А мёрзлый наст и белый снег.
- И одиночество чертога —
- Освобожденье для идей.
- Чем лучше стану я для бога,
- Тем хуже буду для людей.
Не ваша звёздочка, не ваша
- Не ваша звездочка, не ваша
- Осталась в блёклой полутьме.
- Ночную хладность ошараша
- В ночной свободе и тюрьме.
- Не ваша кроха с тьмою бьётся,
- Не ваша дальняя тоска.
- Вы не её зовёте Солнце,
- Она и тенью не близка.
- Не ваша исторгает млечность
- И греет вечер без труда.
- Не вы собрали слово «вечность»
- Из переломанного льда.
- Не вам теперь подранок светел,
- Не вам её касаться влас.
- Вы лишь собрали слово «ветер»,
- А «вечность» – это не про вас.
Вокзал. Полусветло-полутемно
- Вокзал. Полусветло-полутемно.
- Плывёт туман как будто бы по зале,
- Вползает вечер томный сквозь окно,
- Тоска через проём дверей вползает.
- Старинных люстр невесомый дым,
- Настенные смущённые камеи.
- Часы и стрелки – маленькие змеи.
- Я время так ценить и не умею
- И потому швыряюсь снова им.
- Спит редкий пассажир, сейчас сурок,
- За окнами фонарь в огне по шею,
- И старый сторож дико одинок
- Вышагивает снежную траншею.
- Мне скоро в путь, мне надо уходить,
- Кульки собрав и жизнь свою в манатки.
- О времени лазоревая нить,
- Не рвись, твои минуты едко сладки.
- Оставь меня печальной от того,
- От слёз свеченья фонарей не зрящей,
- Оставь меня такою от него —
- Не вышедшей, а вечно уходящей.
Повседневность
- Шагом взбивши повседневность,
- В улиц выбегу вдовство.
- Всюду хтонь и всюду древность,
- Зим и хлада торжество.
- Снега грязные сугробы,
- Как весна далёк протест.
- И глядит опрично, строго
- На часовне старый крест.
- Как живой мертвец мерцает,
- Отражая злато в лёд,
- О холопстве восклицает,
- Рабства эру воспоёт,
- И бесхозны, и нелепы:
- Страх, печаль, апофеоз.
- Что гудите, склепы, скрепы,
- Ленин нужен иль Христос?
Вот почему люблю вагонов трель
- Вот почему люблю вагонов трель,
- И то, когда о рельсы в дали рвутся,
- Вагон напоминает колыбель,
- А я хочу к истоку дней вернуться.
- А я хочу понять и рассудить:
- Откуда дух и что тому причиной.
- Дороги обвивающая нить
- Была моей с рожденья пуповиной.
- Как повитуха даль, и медсестра
- Полынями горчащими вскормила,
- Поля и запах дикого костра —
- Огня в полях, огня в сознанье сила.
Ночь. Новогоднее метро
- Ночь. Новогоднее метро.
- Подростков пьяная отара.
- Как будто из тоннельных недр
- Несло парами перегара.
- Хлопушек, блёсток бисер, сор.
- Пред кем и для кого метали?
- Ночь поцелуев, криков, ссор —
- Всего перроны повидали.
- И над сиденьями и под
- Лежало, ехало, вплывало.
- Вошёл ли в город Новый год?
- Меня конкретно волновало.
- Иль та же всё была среда,
- И продолжался морок прежний?
- И та же всё была беда,
- И тот же восклик неизбежный?
- Кто скажет мне, какой исход,
- Круговорот, венок терновый.
- Вошёл ли в город Новый год?
- Вошёл ли год, вошёл ли Новый?
Ночь – холодная рыба
- Ночь – холодная рыба
- В море сумрачных дней.
- Сада чёрная глыба
- За террасой моей.
- Сада глыба нагая,
- Скинет снег – белый мех.
- Я молитву слагаю
- О себе и о всех.
- Ангел нежный услышит,
- И Иисус и Аллах,
- В небо вынесет выше
- На блестящих крылах
- Все слова, белооко
- Улыбнётся луна.
- Оставайся далёкой
- И кончайся, война.
Колокол-вечер над чадом оконным
- Колокол-вечер над чадом оконным,
- Небом качается он.
- Колокол-вечер над городом сонным
- Тихий настраивал звон.
- Что же звучит в его тающей дрожи:
- Будущность, горечь иль страх?
- Отзвук по паркам бежал, по прохожим,
- Отзвук клубился в садах.
- Звёзды достать своей песней охочий,
- Месяц подыгрывал, брат.
- Вскорь зазвучит наступающей ночи
- Чёрный истошный набат…
Я думала, ты солнце и весна
- Я думала, ты солнце и весна,
- Я думала, ты молодость и юность.
- А ты одна холодная Луна,
- А ты одна затерянная лунность.
- Я думала, ты белоснежный май.
- Ты памятник тяжёлый из латуни.
- Ты, оказалось, камень или Кай,
- Который был во власти у колдуньи.
- И вот, когда ты вырастешь, Луна,
- И перестанешь быть горяч и молод,
- На медь волос придёт не седина,
- А обнажится то сердечный холод.
- Усохнут словно ниточки уста,
- И жадная душа твоя без доли
- Останется нетронута, пуста,
- Как пустоцветье пред зимою в поле.
Забралом шарф, войду в пальто как в латы
- Забралом шарф, войду в пальто как в латы,
- Зонт будет мне подобием меча.
- И в день ворвусь несносный и крылатый
- С любовью жить, а значит сгоряча.
- С кем воевать, себя же одолея,
- Былую память ворошить чутка,
- Как труп врага, с него снимать
- трофеи,
- Трофеи рифм, и пишется строка.
- О, этот обыск памяти священен,
- Как и её святые образа.
- Трофей печаль – он более всех ценен:
- Катись строка, катись за ней слеза.
Уехал цирк
- Уехал цирк, афиши поразвеся.
- Не навсегда, не вечно, крайне слёзно.
- Зачем звезда да с неба клоунeссе,
- Она сама не знает, где серьёзна.
- Смеяться плача можно арлекине.
- Идёт весенний гул, гремит по роще.
- Весь мир к ногам твоим как фантик кину:
- Люби других поярче и попроще.
- Весь мир тебе от ада и до рая,
- От понедельника до воскресенья.
- А мне лишь хватит скомканного края,
- Насильно обречённой на спасенье.
- И в том краю шутихи ли паяца
- Я не зайдусь в отчаянном укоре
- И буду арлекинить и смеяться,
- Когда хочу, а не когда от горя.
Спать пора, но вот не спится
- Пью небрежно света реки:
- Фонарей ситро.
- Ночь втекает через веки
- Темнотой в нутро.
- Тараканом, даль утюжа,
- Тишина юлит,
- Глубоко вползает в уши,
- Душу шевелит.
- Леса щётка тычет в выси
- Хвоею легка,
- Словно мех щекотит лисий,
- Звёзды, облака.
- Спать пора, но вот не спится,
- Думаю о том,
- Что всё небо – это птица
- С веером-хвостом.
Глухие времена
- Ночь одета на янтарный
- Бусиной на столб фонарный,
- А в округе тишина
- Жжёт глухие времена.
- Глаз луны глядит понуро,
- Смута здесь и нищета.
- Лес растянут тёмной шкурой
- У равнинного хребта.
- Неба лоб роняет звёзды
- На размахи плеч земли,
- По морщинам – по бороздам
- Туч проводит корабли.
- Альбиносовая кожа —
- Даль раскинулась в полях,
- Аж топтать её негоже,
- Вся в дрожащих соболях.
Беспризорна душа
- Беспризорна душа —
- Несмеяна, весталка.
- Мир не стоит гроша,
- Но терять его жалко.
- Хоть себя изорви,
- По себе же тоскуя.
- Мир не стоит любви.
- Не любить не могу я.
- Не любить не могу,
- Как иначе – не знаю.
- Словно бусы судьбу
- На себя нанизаю:
- И печаль янтарём,
- И сомненья подвеской.
- В подсознанье своём
- На сознание леску.
- Изумрудом беду.
- Перед зеркала морем
- Любоваться пойду,
- Как сокровищем горем.
Ты умер. Мир не замер, не погиб
- Ты умер. Мир не замер, не погиб
- И даже почему-то не качнулся.
- Дороги не сменили свой изгиб,
- Петлёй проспект смурной не затянулся.
- И почему-то белый цвет свой крыл
- На чёрный не сменили невелички.
- И то, что ты вообще когда-то был,
- Кресты лишь подтверждают и таблички.
- И даже больше: город в праздный цвет,
- Украшенный гирляндами в уборе.
- И даже капли грусти в этом нет
- В огромном лиц и ликований море.
- Одно лишь объясненье, почему
- Сей мир о своих детях не заплачет:
- Душа не умирает по сему,
- Наш ум печалью голову дурачит.
- Мир не скорбит, не надо то и нам,
- Он музыкою говорит, цветами
- Всем дочерям и всем своим сынам,
- Что что-то есть за вечными вратами.
Царство белое
- Царство белое в тумане,
- Вяжет в сети снег.
- Просыпаюсь на диване
- От тяжёлых нег.
- Царство белое в окошке,
- Выворот степи,
- Говорит: ещё немножко,
- Милая, поспи.
- Вся природа спит подснежно,
- Словно спать ей век.
- Отчего не спит небрежно,
- Бродит человек?
- Оттого не сплю, что гостья
- В мире, посему.
- Спит любимый на погосте
- У тебя в дому.
- Спит любимый без просвета
- Под ветровий вой.
- По весне проснётся цветом,
- Порастёт травой.
Ночь. Дорога
- Покатилась с крыши края
- Лунность бела и кругла.
- Ночь хрущёвки укрывает,
- Точно ангела крыла.
- Дотянулась до заставы,
- Дышит мраком на вокзал,
- Где с вагонов и с составов
- Город кружев навязал.
- Узелки затянет улиц,
- Сад наклонит на ночлег.
- И на язвы всех распутиц
- Бинт положит белый снег.
- Света лунного настойку
- На платформу вдруг прольёт.
- Тереблю в кармане тройку,
- На часов гляжу отсчёт.
- Ночь, ты небом черноока,
- Ты ветрами можешь дуть,
- Покажи звездой далёкой
- Путеводной добрый путь!
Вся жизнь прошла на чемоданах
- Сегодня просыпаюсь рано,
- Столица в километрах ста.
- Вся жизнь прошла на чемоданах,
- Вся жизнь в дрожащих поездах.
- Как за окном верста носима,
- Не остановишь сей мираж,
- Так дни, они промчались мимо:
- Весной затронутый пейзаж.
- Колёсным стоном отшумели,
- Дверями тамбура зашлись.
- Котомок много не имели,
- Багаж – лишь прожитая жизнь.
- На полку – прожитое лето,
- Воспоминанья на крючок.
- И не в куда-то и не где-то,
- А в годы новые скачок.
- А в годы новые вольёмся,
- Нам быль отпетая тесна.
- Станица: Мартовского Солнца!
- Платформа: Новая Весна!
Вечер – конь вороногривый
- Вечер – конь вороногривый —
- Проскакал по кочкам звёзд.
- Снега буйные порывы
- Вдоль дорожных мчат борозд.
- Заметёт – не видно следа
- Неуверенной ходьбы.
- Так и нас с тобой отседа…
- Заметёт печать судьбы.
- Что нам, горестным скитальцам,
- Искрой вспыхнуть по весне.
- Сохраниться бы, остаться —
- Хоть в бумагах, хоть во сне.
Хоть в молитве, хоть в печали
- Хоть в молитве, хоть в печали,
- Отменяя слёзность тризн,
- Хоть частушкой, хоть речами.
- В слове сила, в слове жизнь.
- Ничего не радует, не ранит,
- Ни к чему не тянется душа.
- Как на этой, на прозрачной грани
- Тишина рассудка хороша.
- Тишина кристальна, точно льдинка,
- Никогда не ждавшая весны.
- И молчит заевшая пластинка:
- Старые стенания и сны,
- Песни о любви, надежды трели —
- Отболела сладостная боль.
- Далеки горячие апрели,
- Дальше только юности юдоль.
- Сколько пережёг сердечной силы
- В унисоны неустанный бой.
- Бог с тобою, непутёвый милый.
- Чёрт с тобой.
Ум блуждает
- Нет ничего и никого —
- Лишь серый гул в полатях мира.
- И ум блуждает оттого,
- Как пыль поднятая в квартире.
- Он серебрится в свете дня,
- Он как ошпаренный кружится
- И взглядом поперёк меня
- На стол заваленный ложится.
- В быту пустом, глухонемом
- На листик белый, как начало,
- Он хочет выстрадать письмо,
- Но лишь косится одичало.
- И грустен разум от того,
- Что сотворил себе кумира.
- Когда на деле никого
- И ничего в полатях мира.
Побудь со мной ещё немного
- Побудь со мной ещё немного,
- С плеча уходом не рубя.
- Как не достроен мир без Бога,
- Так я нецельна без тебя.
- Не надевай от мира латы,
- Ведь я не назначала бой.
- Быть одинокой – это плата
- За то, чтоб быть самой собой.
- Но не сейчас. Сквозь обаянье
- Я не хочу в глубины нор.
- Сейчас мне время быть в слиянье
- В вечерний призрачный минор.
- Ещё успею быть изгоем
- И встать в ряды, а ты смотри,
- Как за окном в озябшей хвое
- Двоятся мёдом фонари.
- В стекле двоится, оттеняя
- На крышах снежный палантин.
- Как будто так соединяя
- Два взгляда-космоса в один.
Мой зверь
- В вагонных окнах – снега трель,
- В вагонных окнах – лесовьюга.
- И где-то там бежит мой зверь,
- Мой зверь без правды и испуга.
- Он не выходит к людям, нет.
- Он где-то чащи слышит вирши.
- Пушит хвостом свой дикий след,
- Чтоб не узнал двуногий хищник.
- Он к солнцу бросился вдогон,
- Он раны жаром рыжим лижет.
- А я гляжу через вагон,
- Быть может вдруг его увижу.
- И я скажу ему вполне
- Движеньем губ, несясь покуда:
- Не доверяй сердечно мне,
- Не доверяй сердечно люду.
- В лесах далёких сохранись,
- Не подходи как по привычке,
- Беспечно взгляд роняя вниз
- К красноголовой электричке.
- Мы верим в разные миры.
- Мой милый, это без сомненья,
- Моей любви к тебе дары
- Сокрыты в нежном отдаленье.
Везде снега, снега повсюду!
- Везде снега, снега повсюду!
- Белят затылки городов.
- Перрон – заснеженная груда,
- На спинах снег у поездов.
- И вьюга выпадала зыбко
- На крыши и на кирпичи,
- Как белоснежная посыпка
- В весенний день на куличи.
- Тонули в ней немые дали,
- И было так вокруг бело,
- Что сумерки не наступали —
- Им небо мрака не дало.
- Лишь фонари зажглись, охочи
- Сиять как жизнь и как мечта.
- Не петербургской белой ночи
- Ждала над лесом пустота.
Шепталась ночь со взмахами-садами
- Шепталась ночь со взмахами-садами,
- Со всполохами тёмными вдали,
- Швырялась, как дано капризной даме,
- Алмазами-снегами в тишь земли.
- И снег летел фатой, платьёв полами
- На дальний лес, витая в кураже.
- На чёрное оттлеевшее пламя,
- Не погасить которое уже.
- Чумной пожар метаний, чёрный, поздний,
- Теперь царит стернёй глухой везде.
- Фонарь с насмешкой вглядывался в звёзды,
- Горел, не позавидовав звезде,
- Небесной не завидовав трясине,
- Земельную трясину полюбя.
- Рассвет как вор прокрался по низине,
- Идиллию мерцания губя.
Читаю жизнь до нового абзаца
- Читаю жизнь до нового абзаца,
- Листы-дороги комкая дугой.
- Свобода есть уменье расставаться,
- И я свободна как никто другой.
- Чижей из клеток распускаю – сила!
- Любимых, нежных – праздная гульба.
- Я и себя, конечно, отпустила:
- Палить мосты на вольные хлеба.
- Я и себе развязывала путы,
- Травила душу, вытравя концы.
- Мимо меня носили почему-то
- И горечь чаш, и колкие венцы.
- Будь впредь без терний, горе-Одиссея,
- Ваяй мне дом на разных адресах.
- Пускай, надежду по ветру просея,
- Сомненья ветр не дует в парусах.
Стихами заслужить любовь?
- Стихами заслужить любовь?
- Всё это бред, побойтесь бога.
- В заката холодность и кровь
- Макает голову дорога.
- Чащобы ловят облака,
- Глотая их немыми ртами.
- А мне б пристать куда слегка,
- Причалить к пристани бортами.
- Куда б дыхнуть, куда б завыть
- И где бы годы подытожить.
- Иссякла я, мне негде быть.
- И возрождаться негде тоже.
- Лишь только путь мне близок впредь
- В бумагою измятый вечер.
- Шагами можно лишь стереть
- Былых дорог песок увечий.
- Сквозь землю, без вестей – и вновь
- Пропасть, как даль во время смога.
- Стихами заслужить любовь?
- Смешно, друг мой, побойтесь бога.
День прожит
- Когда темнеет – горы с плеч!
- Гляжу на снежную дорогу:
- День прожит вновь – и слава богу,
- Без лишних дум и лишних встреч.
- Когда темнеет – горы с плеч.
- Когда темнеет, блеск огней
- Фонарных – тающие свечи,
- Ночь как дитя качает вечер
- И говорит мне быть светлей.
- Как переливы у огней.
- Всё прощено, и всё прошло,
- С тем днём, что угасает тихо,
- Всё позади – печаль и лихо,
- Мир выбрил судьбы наголо.
- Всё прощено, и всё прошло.
- Костьми как будто бы скребя,
- В порыве свежем ждут дубравы.
- И каждый вновь имеет право
- Ваять, вытачивать себя.
- Костьми как будто бы скребя.
Я принимаю серость
- Подобно небо – пеплу, земь – углю.
- За серостью туманов преют башни.
- Я принимаю серость и люблю,
- За ней кристальный мир совсем не страшен.
- За серостью садов, как за бронёй,
- Всяк угол мягок, лезвие пространно,
- Где дымка укрывает простынёй,
- Не точно расставанье, а туманно.
- Не точна смерть, не точна жизнь и дно
- Её не точно, может даже глухо.
- Не точно то, что выбрано одно,
- Не точны годы и печаль для духа.
- Идёшь в туман за далью городской,
- И не поймёшь – там ад иль веет раем?
- Там чудеса поборются с тоской,
- Всё измениться может вдруг за краем.
- Ведь за туманом тайну декабрю
- Дарует мир волшебно и миражно.
- Я принимаю серость и люблю.
- За ней свершённость бренна и не страшна.
Старуха ночь, навьюченная снами
- С тюками звёзд, с надлунными кульками,
- От площадей и всех вокзалов от,
- Старуха ночь, навьюченная снами,
- Согнувши спину медленно бредёт.
- Сама строга, луной беловолоса,
- Подставит лик фонарному лучу,
- И из тюка вдруг выкатится грёза,
- А я её возьму и подхвачу.
- Волшебный свёрток с пеленой златою
- В своём кармане тихо утаю.
- Приду домой, ту пелену раскрою
- И грёзу эту выпущу свою.
- Пусть снится вновь мне тёмными часами,
- Как площадей и всех вокзалов от,
- Старуха ночь, навьюченная снами,
- Согнувши спину медленно бредёт.
Молчанье
- Молчанье слов на ветер бережёт,
- Болтая вдоволь, если его слушать.
- Я слушаю его который год,
- Не ухо подставляя в тишь, а душу.
- Молчание твоё далёких звёзд,
- Иголка льдов и жарких прерий жало.
- Молчание – июль и певчий дрозд,
- Оно вселенной вечность содержало.
- В нём всё и все, и нету ничего,
- И всё же то молчание всеядно,
- Что в печь не кинь горения его,
- Всё прогорит, растает безвозвратно.
- Молчанье – стол, и я пойду к столу,
- Молчанье – лист, и я его сминаю.
- До слова что? До слова – бог во мглу.
- Молчанье – бог и прихоть неземная.
- Вот и молчишь, как ангел на крестах,
- Без слов оковы и без клятв скопа.
- И я в ответ с молчаньем на устах
- С такой же мудрой вечностью без трёпа.
Рыба-ночь
- Оттерзался закат-полынья,
- Заплыла необъятная глыба:
- Ночь – огромная чёрная рыба
- В сети быта и зимнего дня.
- Море жизни не знало о том,
- Но силки не наполнятся эти.
- Тут же рыба вильнула хвостом,
- Порвала непутёвые сети.
- Рыба-ночь поплыла за дома,
- За больницы, за банки, озимки,
- Раскидала себя – полутьма,
- Звёзд над миром златые икринки.
- Чешуёй бесконечной луной
- Осветила свой морок над миром.
- И тот маленький косм надо мной,
- То болотце в забытой квартире.
Увидеть бога – значит умереть
- Увидеть бога – значит умереть,
- И потому я б не хотела встречи,
- Мой бог печали, золотая медь
- Пшеном волос спадёт тебе на плечи,
- Я в мыслях эти реки октября
- Задумчиво кручу себе на пальчик.
- Горишь незнамо где, моя заря,
- Мой дикий бес, лесной лилейный мальчик.
- Увидеть солнце, не отвесть глаза:
- Ослепнуть значит от такого света,
- И потому письмо моё назад
- Ты отошлёшь, не подарив ответа,
- Не подарив луча и искры впредь.
- И если вдруг в толпе тебя увижу
- (Увидеть Бога – значит умереть),
- Я в этот миг не пожелаю выжить.
Первое декабря
- Утра приход шифруется под вечер,
- Снежок лежит по улице-дуге,
- И фонари стоят на нём – как свечи
- На именинном белом пироге.
- В приход зимы хорошая примета
- Свечам шептать желанья о судьбе,
- Но скоро их задует день и ветер,
- Не загадав желание себе.
- И с торжеством декабрь пройдёт садами,
- В асфальта пыль кладя свою фату.
- Подолом – город, башни – рукавами,
- Всю льдом покроет грязи теплоту.
- И станет именинник править балом,
- И мудростью снежинок холодеть:
- За каждым чудом трепетным и малым
- Огромный праздник можно разглядеть.
Мне жизнь дана, чтоб встретиться с тобой
- Мне жизнь дана, чтоб встретиться с тобой,
- Учитель строгий мой, учитель нежный,
- Спадает снег на город голубой,
- На городок безвестный и безбрежный.
- Где я иду на луг, на бугорок,
- Пушу ногой песок, а с ним и время,
- Я прогулять хотела тот урок,
- Где расставанья объяснялось бремя.
- С волос сняла свой школьный белый бант
- И побрела туда, где волн вещанье.
- Я неуд получила за диктант,
- Где нужно было выписать прощанье.
- Я руки опустила в кудри вод,
- Я в пену Волги окунула ноги.
- Я на второй ещё останусь год.
- Учитель мой, не будьте крайне строги.
- Я докажу все правды теорем
- О двух углах, двух душах локоть к локтю.
- Я напишу эссе Carpe diem,
- Я напишу балладу Carpe noctem.
Деревьев мётлы словно чистят небо
- Деревьев мётлы словно чистят небо,
- Ночное небо от звезды и света.
- Впиваясь в облака как будто пыли,
- И лун на горизонте ночи нету.
- Ночной фонарь стыдится реять ярче,
- Священный мрак пощупывав украдкой.
- Далёкий город мается горячий,
- Далёкий город плавится лампадкой.
- За лесом, за горою дней и вёсен,
- И провода воздушными путями
- Жуют не мысли – вольты среди сосен
- И не протянут нити между нами.
- Молитвы не дотянут, боги где бы
- Ни ждали наши службы и ответы.
- Деревьев мётлы словно чистят небо,
- Ночное небо от звезды и света.
В стране холодной и солёной
- Ноябрьский вихрь обозлённый
- Срывает царство янтарей
- В стране холодной и солёной
- От слёз сестёр и матерей.
- Он до окопов долетает,
- Промёрзший разворочав ад,
- И где заря встаёт златая,
- Не будит стихнувших солдат.
- Лишь пролепечет песнь о ночи
- Снегам и льдинкам-хрусталям,
- О длинной ночи, длинной очень,
- Псалмом растая по полям.
- Я зиму чествую за то,
- Что день, скукожившись от хлада,
- Быстрее гаснет над плато
- И над оборванностью сада.
- Быт удалялся на покой,
- Свистела ветреная сутра,
- И все тревоги над рекой
- Не подтверждали тяжесть утра.
- Былого меркла тишина,
- И не свербит печали рана,
- Когда гляжу в глазок окна,
- Где всё стемнело крайне рано.
- Все грусти победила ночь!
- Жизнь отодвинула беспечно.
- Припадки ностальгии – прочь.
- Всё в зиму крайне скоротечно.
Декабрь песцом на белых лапах
- Декабрь песцом на белых лапах
- Вползает в сад, из пасти пар.
- Машины в белых снежных шляпах
- Разрежут ночь свеченьем фар.
- Идёт, вагонами буравит
- Состав вчерашний колкий мрак.
- Декабрь над городом не правит,
- Он влез на ветки кое-как.
- Он знать не знал, что зябнут люди,
- Он пузом шлёпнул поперёк,
- Он в этой косма беспробуде
- Всего лишь маленький зверёк
- И вот – уснул под вихрей пенье
- И дрогнул шёрсткой невпопад,
- И из-за серого сопенья
- Пошёл над людом снегопад.
Тоска
- Донимает, донимает
- Боль из серого виска.
- Дожимает, дожимает
- Кости лютая тоска.
- Кто же знал, что в настоящий
- Морок руки окуну,
- Перед взлётом что протащит
- По заиленному дну.
- Кто же знал, что мимоходом
- Выть горнисту и трубе,
- Что займёт проехать годы
- Шаг один ходьбы к себе.
- Только некогда учиться,
- Когда нужно просто жить.
- Только некогда у птицы
- Крылья новые растить.
За три версты
- Снег ссыпает на кресты
- Неба лист потёртый.
- Я хожу за три версты.
- Примеряюсь к мёртвым.
- Мир живых истлел вдали,
- Близко увяданье.
- Дней кривые костыли,
- Хромота молчанья.
- Смотришь в небо из-под век,
- Боже, – шепчет разум, —
- Разве правда человек
- В мире одноразов?
- Эпитафии тетрадь,
- Птицы – пятна сажи.
- Ходишь что-то поминать,
- Что не вспомнить даже.
- Мира два лишь: быт и смерть,
- Негде разгуляться.
- Цвета два лишь: бель и медь —
- Ноябрёво царство.
Поминки
- И дом не мой и мир не мой,
- Неглубоки глубинки.
- День каждый – сгусток метаной
- И по себе поминки.
- Огонь свечи не чистит дом —
- Бросает отблеск сальный.
- Мне каждый стол (и что на нём)
- Стал горько поминальный.
- О мёртвой или литию,
- Или молчанье просто.
- Закуской нехотя жую
- День горестный и постный.
- Сажусь за стол, вино вины
- Всё пью за смерть, не веря.
- Кутья и сладкие блины,
- Как сладкий мёд потери.
- И слышу птичью тризну-трель.
- Ты не узнаешь, милый,
- Что тело мне – и колыбель,
- И тёмная могила.
Расставания
- Слагая слово как молитву,
- Я вызов сделаю уму.
- Я расставания как битву
- Со всем достоинством приму.
- Кусает змей шестиголовый,
- А я играю, я юлю,
- Две головы взрастают снова,
- Когда одну главу срублю.
- Одна глава – печаль, другая —
- Досады изрекает глас.
- Одна глава меня ругает,
- Другая слёзы льёт из глаз.
- И я от этого пьянею,
- Но вдруг в отчаянной борьбе
- Гляжу – рублю главу не змею,
- Рублю главу самой себе.
- И нет чудовищ и кого-то,
- С кем расставалась и клялась.
- И нет печального оплота,
- И не с печалью сердца связь.
- Нет ни чистилища, ни рая,
- Я отбиваюсь, я смеюсь,
- Сама с собой в себя играю,
- Себе в любви не сознаюсь.
О Волге
- Я в Волгу – точно в трепет первозданный,
- Ладони в волны пенные тяну,
- Как будто бы персты влагаю в раны,
- В божественный прилив и в тишину.
- С тоской в улыбке старого паяца,
- Безумного солдата над рекой,
- С такой тоской не следует справляться,
- А продолжать сживаться с той тоской.
- Как с волновым соединяясь клиром,
- Свой охлаждая каждодневный бунт,
- Сплавляю скорбь свою со скорбью мира:
- Предвечное с конечностью секунд.
- Моя печаль журчала как награда,
- Шептались вишни маем у ротонд.
- Свои ушли, чужих теперь не надо.
- Не надо туч, лишь чистый горизонт.
Серость
- Во льдах проспект. Какая смелость
- Сегодня выйти во дворы.
- Неподражаемая серость
- Неподражаемой поры.
- Холодный вихрь желает власти
- Над всеми щелями вокруг.
- День распадается на части,
- Летящим снегом в чашу рук.
- В пучинах луж истлели чащи,
- Ноябрь расхлябан, крайне тих.
- Плюётся в спины уходящих
- И не печалится о них.
- Учиться впору у погоды,
- Из всех людских капризных сил.
- Как ни вздыхают пешеходы,
- Она не сменит хладный пыл.
Ночевье города
- Ночевье города пестро:
- Москве велели освещаться.
- Ночные парочки в метро
- Никак не могут распрощаться.
- Быстрее ходят поезда,
- Спешат закончить день и смену.
- Неинтересна череда
- Пьянчуг ночному полисмену.
- Он доживает поздний час,
- Как станций выкрики и тени.
- Покой с колоннами увяз
- В ночном московском политене.
- Покой на лавочки прилёг
- К бродяге спящему валетом.
- Учуяв в воздухе хмелёк,
- Укрылся прожитой газетой.
- Но не оставлен будет он
- Под фреской древней и ажурной,
- Тот сладкий и недолгий сон
- Идёт развеивать дежурный.
Нагатинский затон. Окраины
- Окраины конечно же темны,
- И фонари конечно же в полтона.
- Прожжённая проплешина луны
- Вползает в небо терпкого затона.
- Излучина реки и бережок
- Слились в объятьях городского гама.
- Щепотками идёт, летит снежок
- На бедноту и кривость панорамы.
- В волне растают прожитые дни,
- Где улицы – реликтовые глыбы.
- Чешуйки окон – белые огни,
- Дома – доисторические рыбы.
- И ты – песчинка, что горою мнит
- Себя, царём бетонности природы,
- Застывший в переулке аммонит,
- Ушедший в будни, словно бы под воды.
Темнолицая дикарка
- Ночь в огнях плясала ярких
- Танго до зари.
- Темнолицая дикарка.
- Бусы-фонари.
- Брякнет яркая браслетка
- Дворовых огней.
- Веток жёлтых платье в сетку
- Хорошо на ней.
- Завтра белая невеста
- В снежной бахроме,
- А сегодня все проезды
- В чёрной полутьме.
- Вьюги в ветре наготове,
- Парка завиток
- Вяжет небо – словно вдовий
- Осени платок.
Сложилась жизнь, а как сложилась
- Сложилась жизнь, а как сложилась…
- Как стопка книжек вразнобой,
- Как незаслуженная милость
- И вверх тормашками судьбой.
- Как домик карточный, топорщась,
- Вальтов и дам не скрывши черт.
- Как неотправленная почта
- И незаклеенный конверт.
- Передрожала передрягой,
- Как полевой плыла раздол.
- Сложилась скомканной бумагой,
- Как черновик летя под стол.
- Не в божьих пальцах оригами,
- А в парке замкнутом пустом
- Кленовым серым под ногами
- Упавшим (выпавшим) листом.
Истерзалась, потрепалась
- Истерзалась, потрепалась
- Жизни ниточка моя.
- Не сложилась, не связалась
- В прочный свитер бытия.
- Танцевала с ветром польку,
- Не плела ажур цепей.
- Нацепляла пыль и только
- Придорожности репей.
- Наплела словесность строчек
- И петлёй тяжёлость строк.
- Только ты мой узелочек,
- Судьбоносный узелок.
- Не развяжется, не станет
- Снова ниточка прямой.
- Узелок тяжёл как камень,
- Невзаимный милый мой.
Зверьё
- Я сплю, иль это крутит мысли?
- Я выхожу, иду в народ.
- И вижу в лицах рожи лисьи,
- Где лисья пасть сменяет рот.
- Хоть африканец, хоть китаец —
- Везде зверьё, табун зверья.
- Но кто же я? Вдруг только заяц?
- Гляжу в витрины спешно я.
- Но нету, нету отраженья,
- Как будто мной играет бес,
- Зайду в вагон без промедленья —
- В вагоне снег, в вагоне лес.
- Сиденья – белые сугробы,
- На каждом лис сидящий есть.
- А морды хитры узколобы,
- Скрипят зубами, хочут есть.
- Идут менты – охрана века,
- И контролёр рычит смурно:
- Мы рыщем, ищем человека!
- Быть людом здесь запрещено!
- В военном мире в новой эре,
- Где нет пощады никому.
- Мы все здесь хищники и звери
- По сердцу, духу и уму!
- Я испугалась: надо драпать!
- Я не такая, я же люд.
- Гляжу в их руки – вижу лапы.
- Сейчас же схватят, изобьют.
- Идут всё ближе псы закона,
- Я зажимаюсь в уголке,
- Глядят в меня, в снегах вагона,
- Проходят мимо налегке.
- Не верю, что всё это вижу!
- Касаюсь уха своего,
- Клочок нащупываю рыжий
- И просыпаюсь от того.
Ноябрь не может быть самим собой
- Ноябрь не может быть самим собой.
- Всё где-то между он и где-то мимо,
- То снег его притягивает в зиму,
- То теплотой октябрь голубой.
- То встанешь: за окном белит сугроб,
- То августа восторженная радость,
- То увяданье, то казалось – младость.
- И много перемен и много проб.
- Сегодня вьюжит,
- завтра палый лист,
- Сегодня кружит,
- завтра птичий свист.
- Вот так и я не разберусь сама,
- Кто я теперь, янтарность мне по воле?
- Всё не моё, всё словно наносное,
- Ну а потом же всё равно зима.
Вокзальный шум и станции зевота
- Вокзальный шум и станции зевота
- У интроскопа давится в дверях.
- Бродячим псом вынюхиваю что-то:
- Весну, вчера иль нежность в фонарях.
- Бреду, тюки и горы-чемоданы…
- Былые дни с собою не унесть.
- Куда бежите, господа и дамы?
- Невесть куда, куда давно невесть.
- Перрон клевал под рокот монотонный,
- Узлы дорог и судеб развязав,
- По зале плыли лица и колонны,
- И поздний час пришпоривал состав.
- Ревел транзистор, сном повелевая:
- Идёт с пути и до конечной вновь,
- Пропустит: Темпы, Икша, Луговая —
- И опоздает в юность и в любовь.
Печаль
- Ночь – чёрный лес, и мне в лесу не спится.
- Сажусь в засаду в кухонном чаду,
- Ловить печаль, как будто бы лисицу,
- Ловить свою печальную звезду.
- Печаль плутает в мыслимой мигрени,
- Хвостом вильнёт сигарного огня.
- Я на неё охочусь в это время,
- Она же точно так же на меня.
- Она выходит вновь на разговоры,
- Что точат думы, словно жернова.
- Она во мне изрыла смыслы норы,
- Она прогрызла важные слова.
- Я чую сердцем, что она всё ближе,
- Такая тяжесть вновь коснётся плеч.
- Я ощущаю всю больную рыжесть,
- Я ощущаю: скоро будет сечь.
- Прыжок! Она выходит балагуря,
- Глаза в глаза глядимся не тая.
- Вниманье – это для печали пуля,
- Растождествленье. Ты – совсем не я.
- Мы разной крови, мне не нужно много.
- Сегодня всё же буду я одна.
- Печаль, иди, иди своей дорогой,
- Кому-то в ночь быть может ты нужна.
Ты бесконечно более чем я
- Ты бесконечно более чем я,
- Как божество, ты не имеешь края.
- Я пред тобой смиренно замираю,
- Левиафан, стоглавая змея.
- В себе рублю одну твою главу,
- А вырастают две – и в этом горе.
- И память – нежный лотос – не сорву,
- Не выпью пресность мыслимого моря.
- Не приручать чудовищ, милый, нет,
- И не пленять добром раденья злого,
- Не укрощать пришла на этот свет,
- А украшать бумагу тихим словом.
- Что чистота в людском, то есть и грязь,
- Мой ум: и воля, и черта острога.
- Тебе ж нужна вторая ипостась,
- Не человека буря. Буря бога.
Берёза
- Утра туманистые грёзы,
- А горизонт как память чист.
- В окне медовая берёза
- И белой неги неба лист.
- Вдали пригорок мокнет в росах
- И леса рыжая гряда,
- Златым качнётся нежным просом,
- Как будто бога борода.
- Сегодня всё в истоме свежей,
- Прохладу осень славит пусть.
- В травы порост, подшёрсток бежий,
- Я заволнуюсь, засмотрюсь.
- Стою, внутри молитвы слёзы,
- За что, за что сегодня мне,
- За что мне золото берёзы
- В лазурью залитом окне?
Быт выел ночь
- Быт выел ночь в сенях, в дверных пробоях,
- Где тишина столетняя плыла,
- На стенке из рисунков на обоях
- Как будто взвилась чёрная дыра.
- И часть сосны за окнами и бора
- В неё, и чайник, и клочок двора,
- Бросалось вместе с небом без разбора,
- Бросалась вся осенняя пора.
- И там в дыре, в норе ночной, в кротовой,
- Пространство где шаталось, искривясь,
- Всё повторялось изново и снова,
- И не рвалась отравленная связь,
- И не рвалися жизни между нами,
- Не рвался сон и наважденье сна,
- И я б вошла в неё, но над домами
- Вперёд всходила полная луна.
Не для любви, для восхищенья
- Мой мальчик, проще в обращенье,
- К чему нам глупая борьба.
- Не для любви – для восхищенья
- К тебе вела меня судьба.
- В любви, мой милый, я не профи,
- Но в каждой камере есть лаз.
- О, этот твой креплёный профиль,
- Лукавство винных впалых глаз.
- Мне в тихом сердце не ютиться,
- Поток лишь выстроить лексем.
- Но вами, вами восхититься —
- Не преступление совсем.
- И вы под кожей не ютитесь
- Моей, как вбитый ржавый гвоздь.
- Но восхититесь, восхититесь!
- Так можно, милый, если вскользь.
Как иноки ходим без повода
- Как иноки ходим без повода,
- Глаза открывая к утру.
- Вся жизнь – это долгие проводы,
- Стоянье в вокзальном ветру.
- Где лишние слёзы, рыдания,
- И зимы холодны, крепки.
- Где день или ночь – ожидания,
- Букеты, а позже венки.
- Утра отражение хворого
- Зарю обваляет в пыли,
- Качнутся вагоны: до скорого!
- И скорое тает вдали.
Осенний плющ у улиц на горбу
- Осенний плющ у улиц на горбу,
- Печален вид сонливой клумбы-грядки.
- Как я, хватаясь за свою судьбу,
- Он обнимает серую оградку.
- Как я он нёс осенние плоды,
- В себе самом забытый и увитый,
- Как я несу тебе свои труды,
- Но вкус у этих стансов ядовитый.
- Они горчат печалью и бедой,
- Зачем рождаю их – секрет не ясен.
- Зачем к тебе тяну их лебедой,
- Коль вкус не сладок и, увы, опасен.
- Наверно, по-другому не могу,
- Писать печаль мне не остановиться.
- Не ты до неба донесёшь молву,
- Склюют плоды, взмывая в небо, птицы.
Туман от мира не отступит
- Осенний день желтящей мути,
- Вдали садов костров чертог.
- Туман от мира не отступит,
- Как от поверившего бог.
- Туман от мира не отпрянет,
- Как от больного его боль.
- Родится шелест на поляне,
- Ветров холодная юдоль.
- Туман не скроется от поля,
- Как от любимой женишок,
- Укроет каждый куст и боле —
- Соринки каждый корешок.
- Туман мотает бели пряжи,
- Лесное сердце прячет в нить,
- Туман заботливо покажет,
- Как нужно нежное хранить.
Звёзды ближе, трава зеленее
- Звёзды ближе, трава зеленее
- В том районе, где я полюбила.
- Над Москвой, над осенней, над нею
- Загорается месяц вполсилы.
- Кто гуляет вдоль улиц во мраке?
- Шагом площадь кому теперь нежить?
- Сны о прошлом – бредут вурдалаки,
- Вспоминания – чёрная нежить.
- Прошлых нег упыри и вампиры,
- Прошлых дней полумёртвые рожи,
- Выходи, говорят, из квартиры,
- Поброди в палисадниках тоже.
- Не боюсь, что какой-то бродяга
- В подворотне загонит мне ножик,
- А боюсь, что по прошлому тяга
- Выпьет кровь мою, кость мою сгложет.
Любуюсь тобой издали
- Октябрь, закаты смоли
- И сад мой выкручивай грубо.
- Любуюсь тобой издали,
- Кусаю и локти, и губы.
- Насмешка немого рыжья,
- Багровые листья эдема.
- Ты, рыжая гибель моя,
- О нет, не от бога, ты – демон.
- Осенний холодный цинизм,
- Хотелось, преграды разруша,
- Спастись через твой демонизм,
- Забыв про бессмертную душу.
- Но нет – не спасение тьма,
- И ветра в листве вольнодумства
- Я просто была без ума,
- А ты мой царевич безумства.
Я в ночь не сплю, мне в ночь не спится
- Я в ночь не сплю, мне в ночь не спится.
- Я выхожу глядеть в окно:
- Всё дышится, и всё творится,
- Всё говорить окрылено.
- Тумана белая накидка
- Ворчит зимой на суховей,
- И даже старая калитка
- Скрипит всеправдою своей.
- Листва дрожит и пустобает
- О днях невольной наготы.
- Фонарный свет незряче лает
- На свет предвечности звезды.
- Пустынный сквер – баллада барда,
- Струной играется кустом.
- И всё высказывает правду,
- Всё славит жизнь, и правда в том.
Тростник засохший на болоте
- Тростник засохший на болоте
- Шуршит серебряным листом,
- Лесок, укутанный в дремоте,
- Блеснёт оранжевым кустом.
- Расплавит небо луч янтарный
- В воде, застывшей прошлым днём.
- Ноябрь раздует пыл коварный,
- Макушки схватятся огнём.
- Зевает кромка поля ало,
- С туманом дышит в унисон.
- Красив природы сон усталый,
- Не человечий вечный сон.
- Вспорхнёт за лесом редко птица,
- Качнётся берега панно.
- И всё что к вечеру случится,
- То было благом суждено.
Бывает в жизни хорошо и тихо
- Уляжется осенняя шумиха,
- Гам улиц ветром будет заглушён.
- Бывает в жизни хорошо и тихо,
- Так тихо, что без слова хорошо.
- Не назван лес, в котором мы ступаем,
- Неназванным останется утёс,
- Не стану наглецом и пустобаем:
- Дыхания достаточно и слёз.
- Не назван луг и куцая тропинка,
- Лишь взглядом обозначен свежий день,
- Лишь звук из рта, и рвётся паутинка,
- И птиц дрожит испуганная тень.
- Назвать – равно спугнуть своё блаженство.
- Назвать – создать здесь лишнее звено.
- До нас творилось гласом совершенство,
- Уже за нас оно сотворено.
- Не говори, не кликай словом лихо,
- Не говори, как нежно и свежо.
- Бывает в жизни хорошо и тихо,
- Так тихо, что без слова хорошо.
Осень рыжею медведицей
- Ветры песню воют рву.
- На дороге гололедица,
- Осень рыжею медведицей
- Щиплет редкую траву.
- Скоро-скоро стихнет дрозд,
- Снега белое родительство.
- Про ковши далёких звёзд
- Скоро снам в берлоге видится.
- Про полярность в синеве,
- Про далёкое созвездие,
- Про весны лихой предвестие
- В торжествующей листве.
Ещё туманней стали дни
- Ещё туманней стали дни,
- Клубится красный лес в низине.
- Скатилось утро, и огни —
- Как пара яблок из корзины,
- Горящим светом фонарей.
- Ещё туманней стала зала.
- Догадок мир и мир теней
- Она на морок нанизала.
- Осенний мир, предчувствий, снов:
- Намёк в иллюзии повтора,
- Ненастоящих дым основ
- И инфернальность коридора.
- Где настоящий мир сокрыт?
- Его ли в окнах млеет просинь?
- Где настоящий год и быт,
- И в нём ли тоже стынет осень?
Начало октября, метёт метель
- Начало октября, метёт метель,
- Ещё вчера в Москве ходили в платьях.
- Сегодня неба зимняя артель
- Наводит свой шалман в земных полатях.
- Летят на отдаленье велики
- Барашки или белые овечки.
- Крылато неземные мотыльки
- Растают на фонарных ярких свечках.
- То высший расправляет свой хитон
- И укрывает складкой белой город.
- Туман теснит нагатинский затон
- И выжимает в воду его холод.
- Покрыт стыдливо архаичный век,
- Многоэтажка вьюжна, как избёнка.
- «То первый в эту осень, первый снег!» —
- Прошепчет ангел голосом ребёнка.
Воет ветер ночной
- Воет ветер ночной
- Над немою страной,
- Над немою страной
- Воет ветер ночной.
- И в седой глубине
- Что-то видится мне.
- Белый всадник зимы
- Вдалеке полутьмы,
- Белый всадник земной,
- Ты ли скачешь за мной?
- В чьи была времена
- Смерть как оспа черна?
- А сейчас в чёрный век
- Смерть бела словно снег.
- Средь декабрьских аллей —
- Нету смерти белей.
Осень – пегая дворняга
- Жёлый лист клочками стяга
- Месит пригорода грязь.
- Осень – пегая дворняга —
- Среди улиц разлеглась.
- Не замечена в лакействе,
- Чай, не тёплый нежный май,
- Только тронь её по шерсти —
- Тут же грянет ветер лай.
- Тут же вздыбятся бульвары,
- Хвост трубою подняла.
- Кошек серых по подвалам
- Ливнем-рыком загнала.
- Двор сопел и улюлюкал,
- Этот шорох мне знаком:
- Это осень лижет руку
- Мне холодным языком.
Моё не угадаешь имя
- Мой нрав и гладок, и скалист,
- Моё не угадаешь имя.
- Иду по просеке – я лист,
- Шуршу по тропке с остальными.
- Подул порыв – так ветер я,
- Волна – идуще вдоль пролива,
- В кругу курганов я земля.
- Всегда вселенски справедлива.
- Я птица рядом с пеньем птиц,
- Я в поле сныть без лицемерий.
- Иду по поступи лисиц,
- И вот зовусь уже я зверем.
- В палитрах травы расцвели,
- Звучат в небесном унисоне.
- Я гражданин всея Земли,
- Во всём её диапазоне.
Вьюночек
- Садочка блеклый ореол
- Не рад октябрьскому хладу.
- Вьюночек тоненький заплёл
- Себя в горбатую ограду.
- Клён, к землям падая, кружит,
- И улетают к югу птицы,
- А он под ветрами дрожит,
- И нет, не хочет отцепиться.
- Так я внутри держусь себя,
- За память клеть, за образ, голос,
- И из последних лет любя,
- Листом вжимаю в прутья колос.
- И только на себя пенять,
- И лишь своё лелеять горе.
- К железу чувства прислонять,
- К железной и холодной воле.
Русская зима
- Порывы ветра жёстче стали,
- Заплаты серые – дома.
- Из серебра идёт и стали
- По миру русская зима.
- Теснится осень по оврагам
- В наряде злата дорогом.
- По ней зима с декабрьским стягом
