Читать онлайн Мечтать не вредно, или попаданка по желанию бесплатно
Новогоднее волшебство
– Привет, я уже вышла. Ты где? – спросила Алина, прижимая телефон к уху рукой в тонкой перчатке.
– Алин, прости, у нас тут форс-мажор. Придется задержаться часа на три. Ты ужин приготовишь? Есть хочу – умираю, я сегодня даже на обед не пошел.
Голос Сергея был ровным. Не извиняющимся, а констатирующим факт. «Форс-мажор». «Проект». «Придется задержаться». Одно и то же уже второй месяц. Нет, она не будет думать об этом сейчас. Только не в предпраздничный вечер.
– Хорошо, – таким же ровным голосом ответила Алина. – Постарайся вернуться не слишком поздно.
Муж буркнул что-то невразумительное, и в трубке запищали короткие гудки. Алина сунула телефон в карман и, подняв воротник пальто повыше, влилась в ручеек торопящихся по домам людей.
День был серый и сумрачный, к пяти часам превратившийся в такой же неуютный вечер. Над городом висели тучи, посыпающие улицы колючей снежной крупой. Под ногами хлюпало грязное месиво, в которое превратился выпавший ночью пушистый белый снежок. Холодный, порывистый ветер пробирался под пальто, щипал щеки, заставлял глаза слезиться, и швырял в лицо сорванные с карнизов капли ледяной воды. Тридцатое декабря. Предпраздничная суета и всеобщее ожидание чуда, а у нее – тягостное предчувствие.
Елку они так и не купили. Сергей обещал, но у него все время находились какие-то отговорки. То он поздно приехал, то забыл, то не успел, то на елочном базаре не было ничего подходящего, одни лысые палки.
И теперь она вынуждена возвращаться в темную, пустую, совсем не праздничную квартиру, становиться к плите, готовить ужин, который безнадежно остынет к приезду мужа… А потом он приедет уставший, быстро поест и уткнется в ноутбук – доделывать то, что «не успел». В квартире снова повиснет гнетущая тишина, нарушаемая только щелчками мыши.
Раньше Алину это не раздражало. Сергей утыкался в ноутбук, а она в телефон, стремясь дочитать очередную книгу о попаданке, нашедшей свое счастье в другом мире. Легкое, необременительное чтиво, заставляющее то вздыхать, то улыбаться, позволяющее отдохнуть и отрешиться от повседневных забот. Они не разговаривали, лишь изредка переглядывались, и этого было достаточно, чтобы ощутить надежное, спокойное присутствие другого. И тишина между ними была не пустой, а полной тепла и уюта.
Теперь же тишина стала тяжелой и липкой, словно она оказалась заперта в купе поезда с неприятным попутчиком. Сергей постоянно хмурился, отводил взгляд – как чужой человек, который боится, что его втянут в неприятную бессмысленную беседу. И Алина все чаще мечтала о том, чтобы оказаться на месте одной из тех героинь, приключениями которых она зачитывалась.
Витрины магазинов сияли. Гирлянды, намотанные на голые ветви каштанов, перемигивались красными и золотыми лампочками. Огромная елка перед торговым центром сверкала разноцветьем гирлянд и шаров, и ее верхушка с алой звездой терялась где-то в низком, снежном небе. Алина вытерла глаза и вдруг почувствовала острый приступ злости. Не хочет – и не надо. Она и сама способна устроить себе праздник.
«Приду домой, быстренько сварю макароны с сосисками, – прикинула она. – Возьму большую кружку какао, коробку с печеньем, и сяду читать. Зря, что ли, столько книг накупила в последнюю распродажу. А утром, как высплюсь, позвоню кузине. Она три раза приглашала встречать Новый год у нее, вот и съезжу. А Сергей пусть делает, что хочет. Только надо купить гирлянду. Раз елки нет, хоть чем-то комнату украсить».
За гирляндой она решила зайти в торговый центр. Сквозь высокие витрины лился теплый медовый свет. Блистали елки, украшенные золотыми шарами, переливались гирляндами стойки с одеждой. Из раздвижных дверей веяло густым, сладковатым запахом корицы, цитрусов и дорогого парфюма, и неслась бодрая новогодняя мелодия.
Алина нырнула внутрь и резко остановилась, прижавшись к обмотанной гирляндой колонне. Совсем рядом, в двух шагах, за столиком кофейни сидела ее злейшая подруга Светка со своим мужем.
Внутри у Алины что-то сжалось. Желание купить гирлянду и устроить себе уютный вечер исчезло, а вместо него накатила волна отчаяния. Сейчас Светка повернет голову, увидит знакомую фигуру, и, конечно же, оценит слегка помятое пальто Алины и отсутствие праздничного макияжа. Процокает каблуками к колонне, возьмет ее под руку и потянет к столику со словами:
–Присоединяйся к нам! Андрюша, подвинься. Алиночка, ты опять одна? А где Сергей?
И тогда Алине придется произнести эти унизительные слова:
– На работе. Задерживается.
Светка сделает свое знаменитое сочувствующее лицо. Наклонит голову набок, губы сложит бантиком:
–Ой, бедная ты моя! Даже в канун Нового года? Ну что это такое!
А завтра, а может быть даже и сегодня, насплетничает всем общим знакомым:
–Представляешь, встретила Алину. Одна, в полном расстройстве по ТЦ шатается. Заплаканная. Говорит, муж опять на работе. Ну, знаешь, я всегда думала, что у них что-то не то… Да в общем, жалко ее, конечно, но она сама виновата – надо было думать, за кого замуж выходишь.
Все это представилось Алине так ярко, что она скрипнула зубами от злости. А все Сергей виноват с его форс-мажорами.
«А вот у попаданок не бывает таких мужей, – ядовито подумала она, протискиваясь на улицу мимо семьи с огромными подарочными пакетами. – У них бывают лорды-драконы, которые бросают все дела при первом же сигнале артефакта связи. Или влюбленные маги, появляющиеся ровно в тот момент, когда ты в них нуждаешься. Или верные командиры королевской стражи, которые никогда не говорят «форс-мажор», потому что их долг – быть рядом».
За те три минуты, которые она провела в помещении, на улице почему-то ужасно похолодало. Ледяной ветер бросил ей в лицо горсть мокрого снега, и Алина завозила рукой по лицу, пытаясь протереть глаза.
– Да ты никак плачешь, красавица? – спросил у нее кто-то добродушным басом. – Нехорошо это. Праздник завтра, а ты в слезах вся.
– Ничего я не плачу, – буркнула Алина, снова вытирая с лица холодные капли, перемешанные с горячими слезами. – Снежинка в глаз попала.
– Снежинка, говоришь, – усмехнулся Дед Мороз. С окладистой бородой, в длиннополой, подбитой белым мехом красной шубе и с тяжелым посохом. – Случается такое, а только все равно негоже грустить, когда все кругом радуются. Ты, вроде, за гирляндой шла, потому что елки нет? На-ка вот тебе.
Покопавшись в мешке, Дед Мороз выудил из него завернутую в золотую бумагу коробку с пышным бантом и протянул Алине. Из мешка, вслед за коробкой, взметнулся рой снежинок – не тех колючих, которые падали с неба, а больших, мягких и очень-очень холодных.
– Откуда вы знаете, что у нас… у меня нет елки? – растерялась Алина, машинально прижимая к себе коробку. Почему-то у нее не возникло и мысли отказаться, прервать разговор и уйти.
– Я много чего знаю, – отмахнулся Дед Мороз. – Только мне все это уже неинтересно. За столько-то веков надоедает, сама понимаешь. Я и из дому поэтому редко выбираюсь, даже не каждый год. Но коли уж выбрался, так подарки раздаю обязательно. Чтоб навыков не терять, а то так понадобится чудо сотворить, а я и разучился. Вот ты, например, чего хотела бы?
– Вы же мне уже подарили, – растерялась Алина, оглядываясь по сторонам. Вместо торгового центра справа от них возвышались огромные деревья, укутанные снежным покрывалом. В черном небе перемигивались разноцветные звезды, а неподалеку фыркали, переминаясь с ноги на ногу, три белые лошади, запряженные в резные сани. – Это что… как это?
– Это чтоб нам не мешали, – добродушно усмехнулся в усы Дед Мороз. – А то Светка твоя с мужем кофе уже допили и к двери пошли, а я не люблю, когда меня перебивают. Это вот, в коробке – это хорошее настроение. А подарок можно просить любой. Или мечту могу какую исполнить. Одну, зато с гарантией. Так что рассказывай, чего желаешь?
– Хочу попасть в другой мир! – выпалила Алина. – Вот как в книгах, которые я читала.
– Ага. И в кого попадать станем? – ничуть не удивился Дед Мороз. – В графиню, в барыню, в прекрасную эльфийку, или, может, желаешь ведьмой быть? Молодой и красивой, разумеется, тут все без обмана. Праздник же.
Алина растерянно захлопала глазами. Дед Мороз снова усмехнулся, зачерпнул из воздуха горсть снежинок и протянул ей:
– Держи, красна девица. Как надумаешь, подбрось снежинку в воздух, и попадешь ровно туда, куда решила. Восемь часов в том мире проведешь, а после надо будет громко вслух сказать, согласна ты там оставаться, али нет. Ежели нет, так назад перенесешься, и еще раз попробовать сможешь. Пока снежинки не закончатся. Глядишь, и поймешь, где твое настоящее счастье. Все запомнила?
– Да, но… – Алина ошеломленно заморгала, глядя на возникшую перед носом дверь подъезда. Ни торгового центра, ни леса и саней, ни Деда Мороза. Только тяжесть коробки, которую она так и прижимала к себе, и горсть снежинок на ладони убеждали в том, что ей все это не померещилось.
Поднявшись в квартиру, она переоделась, поставила на плиту кастрюльку с водой и тихо прокралась в комнату. Снежинки никуда не делись. Лежали на журнальном столике, поблескивали отраженным светом далекого северного сияния и явно не собирались таять.
Алина осторожно потрогала одну снежинку кончиком пальца. Холодная. Подержала в руке, любуясь сложным узором снежных иголочек, покосилась в сторону кухни. Окинула взглядом темную мрачную комнату без единого украшения. Вспомнила последнюю прочитанную книгу, которая ей так понравилась. А потом, не давая себе времени засомневаться, подбросила снежинку в воздух.
Вишневый пирог для генерала-дракона
Ее обдало волной горячего воздуха, смешанного с ароматами свежемолотого кофе, ванили, корицы и шоколада. Алина с трудом удержалась на ногах, вцепилась руками в стойку прилавка и прикрыла глаза, пережидая головокружение.
– Ну же, где мой заказ! Два кофе с корицей и имбирные кексы, быстрее, – потребовал расфуфыренный франт в вышитом сюртуке и широкополой шляпе, барабаня по стойке монеткой. – Я не намерен провести весь праздничный день в вашем убогом заведении.
Сдержав рвущееся с языка пожелание найти заведение поприличнее, Алина молча подвинула к нему стоящий на стойке поднос с двумя чашками кофе. Франт швырнул ей монетку, подхватил поднос и скользнул в небольшую нишу в стене, где его уже ожидала некая дама с прикрытым вуалью лицом.
– Заказ герцогини Маурской, четыре двойных «Белых Феникса» в праздничных коробках, – сухо процедил пожилой мужчина в аккуратном коричневом костюме. – Пошевеливайтесь, милочка, герцогиня не любит ждать. Если я не успею доставить торты к началу праздничного обеда, вас ждут крупные неприятности.
– Одну минутку, – Алина попыталась улыбнуться ему как можно ласковее, огляделась по сторонам и нырнула в низкую дверь за стойкой.
Окно в задней комнате было открыто, и легкий ветерок задувал в окно кружащиеся снежинки, уже успевшие осесть тонким белым покрывалом на подоконник и пол возле окна. Возле противоположной стены, на длинной деревянной лавке, были расставлены разноцветные коробки, перевязанные лентами. Алина облегченно выдохнула, вынесла заказчику торты, получила золотой, и тут же была перехвачена въедливой бабулькой, которая желала получить большую чашку имбирного чая, но без имбиря.
Тетрадка с рецептами нашлась на низеньком столике под прилавком. Сверяясь с каждой строчкой, Алина насыпала в заварочный чайник шиповника, сушеной клубники, каких-то синих и желтых лепестков, отсчитала три горошины черного перца и залила все это кипятком из пузатого жестяного чайника, пускающего из носика клубы пара. На ручке чайника поблескивала табличка: «Самозакипающий. Объем 23 ведра». При этом размером он был чуть больше утюга и Алина обрадовалась: магия! Получилось, она попала в магический мир! Теперь все зависит только от нее!
– Эй, хозяйка! – рявкнул какой-то седовласый джентльмен за дальним столиком, перекрывая стоящий в кофейне гомон. – В моем кофе плавает муха! Это что, праздничные специи?
– Прошу прощения, – пролепетала Алина, подбегая к нему. – Это какое-то недоразумение. Позвольте, я заменю ваш напиток, и прошу принять вот это пирожное в качестве извинения от заведения.
– Надеюсь, без мух, – скривился посетитель, но скандалить передумал.
Дверь то и дело хлопала, выпуская посетителей и впуская новых. Они вваливались в теплое помещение с клубами морозного воздуха, отряхивали снег прямо на пол, возмутительно игнорируя придверный коврик, и принимались требовать кофе, чаю, кексы, пряники, заказанные торты и фирменный вишневый пирог.
Алина крутилась, как белка в колесе. Нагружала подносы заказами, таскала коробки, заваривала чай и резала пироги. Кофе, к счастью, варился сам, только объем у кофейника был поскромнее – всего-то одиннадцать ведер. Выпечки тоже было в достатке. Похоже, что предыдущая владелица этого тела не спала как минимум двое суток, выпекая все это великолепие. А может, владела какой-нибудь кулинарной магией.
Обслужив очередного любителя кофе, Алина, подхватила швабру и принялась шустро вытирать натекшие с обуви посетителей лужи.
– Осторожнее, милочка, – процедила любительница имбирного чая. – Вы испачкаете мои ботики. Они, к вашему сведению, стоят больше, чем весь этот ваш клоповник вместе с вами.
– Прошу прощения, я буду аккуратнее, – прошипела Алина и метнулась к стойке, перед которой нетерпеливо приплясывал высокий крепкий парень в белом фартуке и поварском колпаке.
– Алька, выручай, – взмолился он. – Народ как с ума посходил, золотом швыряется, нам сдачу давать нечем. Разменяй золотой, помельче! Хоть медяками!
Алина растерянно моргнула. Медяков ей сегодня набросали предостаточно, да и серебряные монеты среди них попадались. Вот только в местных деньгах она не разбиралась совершенно, и сколько медяков приходится на один золотой, не знала. Чудом было уже то, что ей сегодня ни разу не пришлось давать сдачу.
– Милочка, принесите мне еще порцию вишневого пирога, – проскрипела бабка в ботиках. – Да поскорее, что вы ползаете, как замороженный клоп!
Мысленно возблагодарив бабку, небеса и Деда Мороза, Алина высыпала на стойку перед парнем кучку мелочи и умоляюще попросила:
– Сам отсчитай, ладно? Видишь же…
– И чего им дома не сидится, – вздохнул парень. – Новый год, а они шастают.
Обслужив бабку и выдав последний заказной торт, Алина наконец-то получила возможность передохнуть, а заодно окинуть свои новые владения хозяйским взглядом.
Кофейня была очень уютной. Стены были отделаны темным деревом. На столах красовались вишневого цвета скатерти, вдоль стены за стойкой тянулись полки, уставленные банками с вареньями, специями, чайными смесями и кофейными зернами. На каждом столике в крохотной вазочке стоял небольшой букетик из еловых веток, украшенных блестками и золочеными шишками, а на стенах висели нарядные венки, поблескивающие разноцветными огоньками.
Высокие окна кофейни выходили на широкую площадь, в центре которой тянулась к небу пушистая красавица елка. Рядом с ней был залит каток, на льду которого с веселым визгом носилась на коньках местная ребятня, а дальше, укутанные снежной пеленой, виднелись разноцветные, похожие на пряничные домики.
Посетители и не думали расходиться, попивая кофе и обсуждая, кто и где будет сегодня праздновать. Алина убедилась, что срочного внимания никому из них не требуется, прошмыгнула в заднюю комнату, а оттуда – в узкий коридорчик.
Крутая лестница со стесанными ступенями привела ее в жилую комнату. Там было тепло, в камине потрескивали угли, а рядом с ним стояла наряженная елочка. Алина мечтательно вздохнула, глядя на большое, накрытое пестрой накидкой кресло, небрежно брошенный на подлокотник плед, и тут же побежала вниз. Возле стойки уже кто-то орал, требуя, чтобы хозяйка вышла и немедленно сварила ему какао.
К пяти часам пополудни на улице начало темнеть. Поток людей схлынул. Только бабка с имбирным чаем все так же продолжала восседать за столиком, ковыряя ложечкой третью порцию пирога, да жалась в углу бедно одетая девушка, заказавшая чашку самого дешевого чая.
Алина устало оглядела царящий в кофейне беспорядок, оценила гору грязной посуды и вздохнула. Кажется, весь этот бардак придется отложить до следующего года. И открывать кофейню завтра она не будет. Переживут денек.
Прикидывая, как бы повежливее выпроводить последних посетительниц, Алина принялась неторопливо зажигать расставленные на столиках свечи. И вдруг из синевы зимнего вечера возникли несколько темных фигур, приближающихся к крыльцу.
– Сюда, Ваше Сиятельство, – с поклоном распахнул дверь мелкий, вертлявый парень. – Это то самое заведение.
– Вижу, – недовольно скривил губы вошедший, а Алину словно ударило током. Это он! Дракон!
Обе посетительницы немедленно засобирались, явно стремясь убраться подальше от дракона. Любительница чая швырнула ложечку на стол и быстро протопала к выходу, а вот девушке повезло меньше. Ей пришлось буквально протискиваться между сопровождавшими дракона мужчинами. Те не преминули отпустить несколько пошлых шуточек, не сдвигаясь с места. Дракон окинул их пренебрежительным взглядом, но ничего не сказал.
Алина во все глаза смотрела на нежданного, но, что греха таить, загаданного посетителя. Дед Мороз ведь обещал ей исполнение мечты? И вот она, мечта. Высокий, широкоплечий, в длинном темно-синем плаще поверх мундира. Черные волосы рассыпались по плечам, контрастируя с белым меховым воротником плаща. И глаза… Серые, словно сталь, и такие же холодные, с огненным ободком по краю радужки.
– Вы хозяйка кофейни «Вишневый цвет»? – осведомился он.
– Да… – пересохшее горло подвело, и вместо четкого ответа получилось какое-то невнятное бормотание. – Да, я хозяйка этой кофейни.
– Прекрасно, – хмыкнул дракон. – Убирайтесь отсюда. У вас есть семь минут.
– Что?! Что вы сказали? – не поверила своим ушам Алина.
– Кофейня теперь моя, – бросил дракон, не меняя позы. – Убирайтесь. Куда вы пойдете, меня не интересует.
– Позвольте, я объясню, – шагнул вперед один из драконьих спутников.