Читать онлайн Лабиринты разума бесплатно

1 Глава. Новый путь

Его разбудили лучи солнца. Обжигающие, они мешали ему окунуться в прекрасный дивный мир сновидений. С трудом разлепив глаза Генри мечтательно потянулся: сегодня день зачисления, который они с друзьями ждали целое лето!

Но тут в ещё толком не до конца проснувшийся разум, пришла до боли простая мысль: он проспал. Они договаривались встретиться на рассвете, а сейчас уже было ближе к полудню.

Спешно одеваясь, Генри думал о том, что ему опять предстоит бежать в своем помятом кафтане и неглаженных штанах, растрепанным и совсем не евшим. Все его существо противилось поспешной сборке неупакованных вчера вещей, прощанию с родителями и скоростному преодолению нескольких не самых ровных километров пути. Однако, обо всем по порядку…

– Как же так! – звучал недовольный голос Генриха, который впопыхах собирал пожитки на втором этаже миловидного домика на окраине деревни. – Как я мог проспать самое важное событие в моей жизни! Ребята уже давно на пути к месту сбора, а я опять забыл, где мои носки. Демоны их задери!

– Милый, у тебя все в порядке? – снизу донесся нежный, но при этом звучный и волевой женский голос.

– Нет, я проспал, – и именно этот емкий ответ превратил спокойный обычно дом семейства Мортонов в филиал осиного гнезда.

– Ты взял запасной камзол?

– Парень, не забыл сухари с водой?

– Братец, я займу твою комнату, пока тебя не будет?

Куча вопросов сыпалась с разных сторон: матушка, отец и младшая сестренка – все бросились провожать из дома свою родную кровь. Ибо сегодня был день зачисления, день, который не забудет никто, прошедший через это.

Собрав, наконец, все вещи, что успел найти за пару минут, Генри крепко обнял своих родителей, пообещал на прощание отправлять почту раз в месяц и, закинув простенький, но крепкий рюкзак на свои плечи, побежал по направлению к мосту из своей такой родной деревушки.

Бежать было недолго: за речкой на пригорок, там через пролесок и на вершину горы по запретной лестнице. Пробегая мимо дома своего друга Ллойда, не преминул возможностью кинуть маленький камешек в его окно.

Тихий "дзинь" был ему ответом. Ллойд уже был далеко отсюда.

«Так, значит даже если он меня не подождал… все уже там. Нужно ускоряться, иначе я останусь в этом месте навсегда!» – испугавшись собственных доводов, парень припустил до дороге с удвоенной силой.

Перебегая средних размеров мост, который простирался через тихую речушку, он вдохнул полной грудью воздух свободы, который нестройными порывами летел ему навстречу. Оглянувшись назад, невольно подумал о матушке с отцом, которые остаются, по сути, одни. О сестренке, которой только недавно исполнилось семь, и скоро она поступит в его так горячо любимую и ненавистную школу. О ней он тоже успел подумать, пока бежал по утопающей в зелени полянке, срезая путь к невысокому холму.

Десять лет… Все это время он занимался «подготовкой к настоящей жизни», изучая бесполезные вещи: грамотность, счет, земледелие, а от настоящих предметов были только начальные курсы подмастерьев на последнем году обучения. Да, были ещё и другие предметы, дававшие общие представления о магии, как таковой, но их школа не славилась сильными учителями, поэтому и занимался их класс спустя рукава.

О своем классе Генри подумать не успел, так как, мчась на всех порах в небольшую горку, не заметил корягу, которая торчала аккурат под большим раскидистым деревом. Продолжительный вздох, наполненный болью и сожалением об испачканных штанах, заполонил окрестности. Отряхнувшись и подобрав улетевший рюкзак, парень решил немного передохнуть и привалился спиной к дереву.

– Привет, человек! – раздалось сверху.

Генрих вскочил с земли со скоростью выпущенной стрелы.

– Кто здесь? – пальцы невольно сжались в кулак.

– Не бойся, не укушу, – донеслось сверху. – Ты это, успокойся, не кипятись.

– Ты кто и что ты делаешь на дереве? – испуганно спросил Генри.

Перед ним на нижних ветках сидело какое-то существо, больше всего напоминающее магического лемура из книжек, но с некоторыми отличиями в виде более жесткой шерсти и длинных, загнутых когтей.

– Мне отвечать сначала на первый вопрос или на второй? – съехидничало существо. – Впрочем, неважно. Все равно тебя это не касается. Не сиди больше под этим древом, и ты не пострадаешь.

– Не пострадаю от кого? От тебя? – Генри хмыкнул. – Я бы, конечно, не был таким самоуверенным, но ты не создаешь впечатления грозного воителя…

Не успел он окончить свою речь, как пара мощных корней оплели его ноги и руки и подняли в воздух.

– Что-то ещё скажешь или уже начнешь немного уважительнее относиться к духам природы? – мелодично пропело существо. Однако, увидев лишь полные изумления глаза напротив, продолжило. – Ладно, уважу твое любопытство, пока ты от страха не обделался. Меня называют духом древа, защитником этого места. Мой вид и род тебе ещё предстоит изучить в Академии, если будешь усердно читать правильные книжки. Но вот тебе первый урок: никогда, слышишь, никогда не садись отдыхать под одиноко стоящими деревьями на холме, если тебя не пригласил дух-хранитель древа. Иначе ты оскорбляешь все его естество, и, по законам природы, дух может пустить тебя на подпитку этого реликтового пня. Уяснил?

– Да, вроде бы все понял, – прохрипел Генри, – отпусти, пожалуйста. Уже невмоготу.

– Ладно, человек, ты не со зла, поэтому иди, – ветви выпустили человека, и он больно приложился о землю.

Отряхнувшись от кусочков налипшей земли и пары камешков, Генри уже собирался уходить: слишком странным был этот хранитель, голос которого то переливался горным ручьем, то скрипел старой разваливающейся повозкой.

– Хотя… стой! Ты мне поможешь. Все равно будете изучать эту тему, – внезапно, будто что-то вспомнив, активизировался зверек. – Скажи, ты когда-нибудь слышал о школах магии?

– Конечно, – парень про себя усмехнулся, – нам столько всего рассказывали о них: есть главная школа, есть наши филиалы, а есть…

– Я не про здания спрашиваю, тупица. М-да, нынче не то образование, – существо покачало головой. Встряхнувшись, продолжило. – Хорошо, про такую школу магии как Природа ты слышал?

– Нет, никогда. Как природа может быть отдельной школой? Магия же едина, – Генрих посмотрел на собеседника с немым вопросом: «Это же очевидно! Как такого можно не знать!»

– И да, и нет. В общем, существует шестнадцать основных школ магии, одна из них магия Природы, в которой тебе ещё предстоит разобраться, – существо немного потупилось, а потом выдало на одном духу. – Сейчас я тебя прошу только об одном одолжении: сцеди мне немного своей крови для подпитки древа. Она укрепит корни и сделает его более сильным.

– А почему именно кровь? Что в ней такого? Полей водичкой…

– Человек, о силе крови вам тоже ничего не рассказывали? Ну ничего, тебе ещё предстоит столкнуться с последователями этой школы, не дай Великий, конечно.

– Великий? Ты тоже веришь в Богов? – истинно удивился Генри.

– Конечно. Я существую только по воле Великого и отношусь к нему, как к покровителю. Но это уже другая тема.

Пролетавшая мимо бабочка на миг отвлекла Генриха от диалога. Приблизившись к нему почти вплотную, она широкой дугой обогнула то место, на котором вальяжно расположилось существо.

– Так ты дашь мне немного своей крови? Добровольно? – мило улыбнулось существо. В уголках губ хищно сверкнули клыки.

– Ну… хорошо, – зарождающаяся тревога не давала покоя, но он постарался заглушить это чувство. Любопытство брало верх. – Куда её налить?

– Прямо на корни, лей, не жалей! – существо радостно потерло свои лапки друг о друга.

Генри достал свой любимый нож, который часто использовал по хозяйству, и аккуратно проколол палец. Одинокая капля упала на землю и тут же впиталась в нее. Через секунду от крови не осталось и следа.

– Ещё! – голос стал требовательнее и злее. – Полосни руки, человек! Добровольная кровь должна впитаться древом!

– Ладно… – Генри не на шутку перепугался, но все же порезал себе ладонь с внутренней стороны. Превозмогая боль, обильно полил корни дерева своей кровью.

Зачем он это делал? В детстве, читая сказки о магических существах, Генри узнал, что они могут попросить тебя самое разное, что придет им в голову: постоять на голове, сплясать танец или, если оно, существо, скверно характером, сделать какую-то совсем несусветную глупость. Но никогда, повторюсь, никогда они не просили причинять себе вред, так как относятся к добрым созданиям. Почему это существо, лишь отдаленно напоминающее сказочного лемура, просит его крови, Генри не знал, но надеялся на хороший приз. Ведь всегда, после выполнения просьб, они награждали людей своими спрятанными сокровищами. Этот раз не был исключением.

– О да, молодец, человек! – в этом жутком голосе проскочили какие-то демонические нотки, но Генри решил, что ему показалось: слишком мимолетно пронеслась эта мысль. – Теперь настало время получать подарки, верно?

Ладонь обожгло нестерпимой болью. Парень сдерживал крик из последних сил. Когда он был уже в шаге от потери сознания, рана засветилась сначала ярко-красным, потом темно-зеленым, а после затянулась. Никакой боли не было и в помине.

– Вот тебе второй урок, человек: никогда, слышишь, никогда не соглашайся добровольно отдать свою кровь кому бы то ни было. Ни-ко-му и ни-ког-да, – по слогам повторил маленький зверь. – Понял? Особенно духам-защитникам. Не все бывают добрыми, как я, – существо опять демонически покхекало.

– Слушай, а почему я никогда тебя раньше здесь не видел? Может быть ты галлюцинация от палящего солнца? Или после падения меня так приложило? – Генрих с сомнением посмотрел на дерево, потом перевел взгляд на небо.

– Я действительно дух этого древа, но совсем не питаю дружеских чувств к вашему виду. Поэтому ты меня раньше здесь никогда не видел, я умею скрывать свое присутствие, – в подтверждение своих слов зверек крутанулся на месте и исчез, появившись через пару секунд на другой ветке.

– Тогда почему я вижу тебя здесь сейчас? – чтобы задать этот вопрос, пришлось сильно задрать голову.

– Потому что ты поступаешь в Академию, – ловко перепрыгивая обратно на нижний ярус, произнесло существо, – и я могу больше не скрываться. Объясню: если ты вернешься назад, то уже точно будешь полноценным магом, а, следовательно, так и так меня увидишь. Если же ты им не станешь, то умрешь и никогда больше тут не появишься, – продолжая улыбаться, существо ловко спрыгнуло на землю и потянулось.

Генрих немного отошел, опасаясь случайного контакта с этим очень непростым зверьком. На что тот лишь усмехнулся и запрыгнул обратно на дерево.

– Теперь к самому главному: за твою наивность и простоту, ну и доброе отношение, конечно, я не взял у тебя все твои жизненные силы, а только часть. Взамен наделил тебя частичкой магической силы школы Природы и Крови, моими родными планами. Следовательно, ты стал более хрупким, но магически сильнее. Немного легче будет на занятиях.

– Эм, спасибо. Но, так себе перспектива, – пробубнил Генри. – Тогда почему я чувствую легкость, которой совсем не было до этого момента? Да за последний год я себя таким бодрым не чувствовал!

– Это магия крови, человечек. Она так работает, – ухмыльнулось существо. – А ты случаем не опаздываешь? Почти догнал своих друзей, а потом разлегся под деревом и разговоры разговариваешь. Вон сколько времени потратил! Все уже почти прошли через врата.

– Точно! Ох, я побежал! Не знаю благодарить или проклинать тебя, но было интересно пообщаться и… страшно, если честно, – невольно получилось передернуть плечами. – Надеюсь, я ещё вернусь домой и точно узнаю, что со произошло сейчас, – на этой ноте Генри подхватил мешок и побежал дальше к своей цели, до которой оставалось всего несколько километров пути. Существо же в это время разминало свои затекшие за десятилетия лапки.

– Когда ты узнаешь, что я такое, то не будешь сомневаться ни одного мгновения, – хищно блеснули на солнце клыки, обагренные чужой кровью.

Однако Генрих этого уже не слышал. Отложив на потом произошедшее событие, он бежал сломя голову к назначенному месту. Легкость и сила, ощущаемые в теле, придавали ему уверенность, что сегодня все пройдет гладко, так, как он того захочет. Но червь сомнения никуда не делся.

«А если меня не примут? Или учеба окажется слишком сложной? – думал он, тяжело дыша. – Я же не выдержу, если нас с Ллойдом и Элис разделят по разным группам».

Уже почти получилось преодолеть этот нескончаемый подъем вверх по очередному пригорку. Местность все забирала вверх. Вдалеке виднелись скалы, закрытые от деревни холмами и высокими кронами деревьев. Между двух скальных гряд виднелся рукотворный пролом с ухоженными ступеньками, по которым им всю жизнь строго-настрого было запрещено подниматься. Конечно, они не один раз пытались преодолеть хотя бы первую ступень, но невидимый барьер надежно стоял на этом месте, не давая детским фантазиям воплотиться в реальность.

Ускорившись из последних сил, Генрих рванул к проходу. Дорожка уже была достаточно утоптанная, но все равно нет-нет приходилось смотреть под ноги, иначе порядком разросшийся бурьян мог зацепить невнимательного бегуна.

Подбежав к лестнице, парень полетел вверх, перепрыгивая за раз две, а то и три достаточно больших ступени. И все равно, на абсолютно гладкую площадку он попал последним.

– Вау… – вырвалось из уст запыхавшегося парня.

Это хриплое из-за пересохшего горла восклицание в полной мере отражало суть того, что сейчас происходило в его душе. Еще миг назад он был в царстве зелени, лесов и небольших холмов, а сейчас стоял на какой-то невероятно огромной платформе из черного гранита, абсолютно гладкой и чистой. Небо заменяло космическое пространство, наполненное фиолетовыми росчерками комет и периодически вспыхивающими огнями сверхновой.

Вид был завораживающим, но основное внимание Генриха было сосредоточено на величественном сооружении, больше всего походившего на огромную арку размером с трехэтажное здание. Кажется, их ещё называют порталы. Данный экземпляр был сделан из чего-то, отдаленно напоминающее обсидиан, лавовый камень. Вокруг его четких угловатых рамок кружились в завораживающем танце потоки магической энергии, а гротескные фигуры чародеев древности, смотрящие из обрамления портала своими застывшими, но от того не менее проницательными, лицами, лишь дополняли общий колорит величия.

– Генри! – радостный крик его любимой прохвостки прозвучал откуда-то сбоку, а через мгновение его шею уже крепко обвивали женские руки. – Мы тебя ждем уже битый час!

– Друг, ты, как всегда, проспал? – басовитый голос сына кузнеца отозвался в душе радостными нотками.

– Ребята, рад вас видеть! – ответив на объятия Элис, а после похлопав по спине своего друга Ллойда, произнес Генрих.

Здесь стоит остановиться на внешности ребят. Их трио друзей всегда выделялось своей оригинальностью среди остальных в школе. Как минимум Ллойд: двух метров ростом, широкоплечий, мощный. Он был подобен скале, возвышаясь над другими как минимум на одну голову. При этом его голубые глаза всегда отдавали теплотой и располагали к себе. Одетый без изысков, Ллойд создавал впечатление оплота борьбы со всем несправедливым, защитником слабых и угнетенных.

Возможно, это описание с преувеличением, как заметила бы Элис. Её огненный нрав и необузданная энергия всегда создавали троице проблемы, которые приходилось решать друзьям. Хотя сама она и была в состоянии разобраться с любым вопросом, но используемые ею методы обычно приводили к ещё большему хаосу и разрушению. Взбалмошная натура! Ростом на пару сантиметров ниже Генриха, она умудрялась свысока смотреть на этот мир, крутя своей огненной гривой слегка кудрявых волос. Приталенные охотничьи штаны с высокими сапожками и свободный костюм придавали ей воинственный вид.

– Мы еще не опоздали? – взволнованно уточнил Генри.

– Нет, – ответила Элис. – Оказывается, сборы идут сегодня весь день, так что никого из нас не планируют оставлять здесь без права перехода. Предупреждая твой вопрос: мы узнали это от распорядителя портала, – она указала в сторону арки.

– Это ещё кто такой? – не заметив никого в той стороне, поинтересовался Генрих.

– Маг, который собирает таких оболтусов как мы и помогает с переходом, – Ллойд хрустнул пальцами, как он обычно это делал, когда волновался. – Он объяснил нам принцип перехода, после чего сказал дождаться остальных и замыкать процессию.

– Ты последний, если что, – девушка потянулась и размяла плечи. – Наши непутевые одноклашки ушли с магом. Маришка, кстати, про тебя спрашивала… – Элис лукаво подмигнула ему.

– Ой, да брось, ничего не было! Пошли уже скорее.

– Ну, ну… – многозначительно произнесла его подруга и, обняв их с Ллойдом за плечи, почти повиснув на них, быстро потащила в сторону портала.

– Эй, ты чего так спешишь! А вдруг оно кусается? Или нас сейчас дезинтегрирует? Кто знает этих магов? – с улыбкой произнес Генрих.

– Зато так не страшно будет, – и с этими словами, не сбавляя скорости, Элис затащила их троих в мутную, переливающуюся серыми и черными разводами, пелену портала.

2 Глава. Выбор

Калейдоскопы миров. Проносящиеся мимо звезды, растянутые в тягучие линии. Их закручивало по спирали, все ускоряясь, после чего втянуло в черный водоворот и выкинуло на площадку.

Переход занял от силы минуту, но для первого раза ребятам казалось, что прошла вечность. Генриха мутило, однако он держался. Элис оперлась на Ллойда и сейчас пыталась выровнять дыхание, прикрыв глаза. А здоровяку хоть бы что: стоял, немного ссутулившись, и глазел по сторонам с полуоткрытым ртом.

Они попали в огромный овальный зал, шириной шагов в пятьдесят, а высотой готовый тягаться со старым вековым дубом, росшим на окраине деревни. В детстве они любили залезать на самую верхушку, а с нее открывался восхитительный вид на бескрайние золотые поля пшеницы.

– Добро пожаловать в Великую Магическую Академию, юные души! – донеслось со стороны резной парадной двери. – Рад приветствовать вас в нашей скромной обители. Я страж портала и по совместительству ваш первый знакомец в этом мире. Сейчас мы пройдем в «Отсеиватель», где будет решаться ваша судьба на ближайшие два месяца. Следуйте за мной.

Немного опешившие от скорости происходящих событий, ребята спешно побрели на выход за высоким человеком в прошитом красными нитями плаще. Генри бросил быстрый взгляд назад: за их спинами располагался точно такой же портал, как тот, в который они заходили. Оглядываясь на ходу, они успели заметить, что вокруг арки портала, на потолке и стенах, был вырезан единый орнамент, посвященный земледелию и воспевающий рабочий труд обычного рядового фермера. Большего увидеть они не смогли, так как вошли в довольно длинный туннель, освещаемый мерным светом магических факелов. Еще здесь было довольно прохладно: небольшой сквозняк гулял по каменному коридору.

– Я немного волнуюсь, – прошептал Генри. – Хотя нет: потряхивает знатно. Кто ещё трусит, признавайтесь?

– Да все мы, чего греха таить, – ответил Ллойд. – Элис, вон, в руку вцепилась, что твой кот. Скоро до крови расцарапает.

– Ой, прости Ллойд, я не специально, – виновато посмотрела на него девушка, но руку не отпустила.

– Понимаю, – здоровяк лишь положил свою мозолистую ладонь поверх ее заледеневшей руки, в попытке хоть немного отогреть.

На этой ноте разговор прервался, ибо коридор вывел их не в такую же высокую и широкую, как зал перехода, комнату, но зато очень атмосферную. Она наполнялась излучающими мягкий магический свет артефактами, со множеством людей, тихо перешептывающихся на лавочках напротив массивного постамента.

На нем лежала открытая книга, древний том: даже издалека было видно, насколько потрепало время эти страницы. Сам постамент оригинальностью не отличался: обычный, по грудь, пьедестал прямоугольной формы.

Во всей комнате больше всего вопросов вызывала полупрозрачная пленка барьера, разделяющего помещение пополам: с одной стороны книга, и единственная деревянная дверь. С другой: пространство, где располагались кандидаты на поступление.

Убранством эта часть зала, в которую и вошли ребята, не отличалась: несколькими рядами, от стен и почти вплотную к барьеру, располагались лавочки, забитые под завязку людьми. Также, помимо коридора, ведущего к их порталу, было еще 4 прохода, над каждым из которых были вырезаны в камне соответствующие рисунки.

Один изображал бегущую по волнам шхуну, которую обвивал щупальцами огромный кальмар. Казалось, что он вот-вот переломит корабль пополам, но тот держался из последних сил. На камне сверху было вырезано «Глубинный край».

Следующий рисунок олицетворял борьбу песка со льдом: огромные глыбы замерзшей воды выдерживали атаки неистовствовавшей песчаной бури. «Пустоши» – гласила надпись.

Над третьим коридором надпись была сколота, а проход закрыт мерцающими магическими нитями. Даже предположить, что могло бы скрываться за этим проходом, было сложно: все рисунки были как будто стерты временем. Или под воздействием сторонней силы.

А пятый проход, казалось, был не подвластен разрушительной силе времени: «Громовая кузня» стояла непреклонной, на фоне снежных гор, посередине которых была выбита наковальня с занесенным для удара молотом.

Пока новоприбывшие осматривались, к пелене барьера подошла девушка и неуверенно дотронулась до нее. Рука прошла внутрь без какого-либо сопротивления. Она проследовала дальше к книге, после чего барьер стал мутным. Внутри все было размыто, и только по очертаниям силуэтов можно было понять, кто там находится.

– Магистр, передаю вам последних выпускников мира земледельцев. Иду встречать вторую партию из глубинного края, – маг, откланявшись, быстрым шагом удалился в один из проходов.

– Юные дети, занимайте очередь рядом со своими одномирчанами. Вам предложат подойти к книге, и вы подчинитесь, – ровным безэмоциональным голосом вещал пожилой мужчина в мешковатой робе. Шляпы, которой по прочитанным в детстве историям обладал каждый уважающий себя волшебник, не было. Зато на голове клочками торчали волосы в разные стороны. Он стоял спиной к ним за пеленой сферы, поэтому большего разглядеть не представлялось возможным.

Генри посмотрел вокруг: на них пару раз оглянулись остальные ребята примерно его возраста, которых тут осталось от силы человек сорок. Но были и те, кто начал радостно махать им руками.

– Только не они, о Великий, почему из всех наших одноклассников именно они прошли с нами тот отбор? – негодовала Элис, неспешно обходя группки парней и девчонок. – Могли бы хотя бы Клару или Жозефа. Так нет же: именно этих болванов нам дали в возможных напарников по факультетам.

– Слушай, они не такие плохие, как ты думаешь, – вставил свое слово в их защиту Ллойд. – Да, надоедливые, да глупые, что ещё и не факт, зато добрые ребята, всегда помогут.

– Кто? Мори и Кори? Да они самые ядовитые змеи, которых я знаю! – слишком громко воскликнул Генри.

– И тебе не хворать, о прекрасный эталон доброты и порядочности, Генрих Великий, – с шутливым полупоклоном, Мори, главный из этой парочки двойняшек, указал на соседнее место. – Мы подготовили для вас самые лучшие зрительские места, чтобы ваша королевская задница не утомилась.

– Каков шутник, прости Великий, – Элис глубоко вздохнула. – Ладно, делать нечего, лучше спокойно посидеть, чем отстоять ноги в ожидании непонятно чего, – и она уже двинулась к скамьям, правда немного в стороне от этой парочки, оставляя пространство так, чтобы друзья отделяли её от надоедливой парочки.

– А чего это ты такая красивая сегодня? Небось решила сразу мужика себе прибрать посолиднее? – Мори мерзко заулыбался и подтолкнул локтем братца. Тот моментально захихикал.

– Уйди в закат, – Элис даже не обернулась.

– Ух, какая грубая! Не зря тебя в школе называли грязной тварью!

– Рот закрой! – со злостью крикнул Генри. Невольно у него сжались кулаки.

Народ вокруг начал оборачиваться. Было ощущение, что в этом зале уже несколько часов не происходило ровным счетом ничего интересного, поэтому всем хотелось немного отвлечься от мыслей о предстоящем отборе.

– А ты меня заставь, гаденыш мелкий, – Мори дерзко посмотрел прямо в глаза своего оппонента и ухмыльнулся.

– Генри, хватит, успокойся. Вы с ним уже сто раз цапались, ещё будет время выяснить отношения, – вмешался Ллойд.

– Давайте просто отойдем от них подальше, хоть вон к тем ребятам в синем, – предложила Элис.

– Да, давайте, – Генрих попытался успокоиться, но в груди клокотала ярость.

– Иди, иди, ты всегда любишь соскакивать, трусишка, – донеслось вдогонку.

– Генрих, не смей, – Элис жестко ухватила его за руку и повела в сторону спокойных на вид ребят в противоположном конце зала.

Только их троица начали отходить, как Кори вскочил и кинул припрятанный в кармане камешек в спину Элис, метя в роскошные волосы. Не успел он пролететь и половины расстояния, как время замедлилось, и вокруг снаряда возникла желеобразная переливающаяся радужными цветами сфера, которая через мгновение растворилась в воздухе.

– За попытку нападения на своих будущих соратников, не прошедших инициацию, вы будете отправлены в свой родной мир на перевоспитание. Подумайте над своим поведением и возвращайтесь, когда переосмыслите его. Это мое слово. Да будет так, – властный голос по ту сторону зала прозвучал подобно раскатам грома.

Вокруг Старца завихрились потоки воздуха, подхватили визжащего от страха Кори и унесли в туннель, откуда пришли ребята.

– Я не приемлю никаких разборок до прохождения вами распределения. После него у вас будет возможность решать личные вопросы на Арене, но никаких стычек или магических дуэлей вне рамок заданных правил, а тем более перед преподавателями.

Сказав это, старец опять отвернулся, но Генри успел рассмотреть его лицо: высушенная временем кожа, впалые щеки, но при этом глаза, пылающие силой и мудростью. Все это произвело достаточное впечатление, чтобы на мгновение забыть о произошедшем, но реальность напомнила о себе.

– Убью, подонков! Особенно тебя, рыжая мразь! – чуть ли не брызжа слюной, прошипел Мори. – А с тобой у меня будет отдельный разговор… – это уже предназначалось Генриху.

Сказав это, Мори уселся обратно на лавочку и больше не смотрел в их сторону. Было видно, что он усиленно думает, как ему сейчас поступить и любое его решение ничего хорошего друзьям не предвещает.

– Что сейчас произошло? – Элис ошарашенно переводила взгляд с Мори на туннель, куда унесло его брата.

– Без понятия… Без единого, черт побери, понятия…

…

Время медленно тянулось, очередь неспешно продвигалась. Перед Генри осталось не так много народу: пара девушек и один парень. По какому принципу их вызывали, было непонятно, но Элис ушла почти сразу после стычки с братьями, Ллойд немногим после, а его оставили пропускать почти всех. Генри даже успел поговорить с ребятами из глубинного края, которые пришли в этот зал последними и сейчас стояли как раз перед ним.

Генрих был очень удивлен тем, что существуют отдельные миры, где не было бескрайних полей и лесов, гор и рек, а были только острова на земле и подземные царства, накрытые воздушными куполами. Он догадывался, так как периодически к ним в деревню заезжали делегации магов, как и в этом году, чтобы провести экзамен по поиску одаренных. К числу которых попали и они впятером из всего своего потока. Хотя их школа и не была большой, но их компанию пригласили на испытание в эту Академию, и теперь их жизнь должна была круто повернуться на сто восемьдесят градусов: они получили возможность стать настоящими магами.

К слову, некоторую часть новичков, после прохождения барьера и манипуляций с книгой отправляли назад в свои миры. «Мы не прошли первый отбор» – как сказал один из бедолаг, который уводил свою рыдающую девушку назад в мир пустошей.

По какому принципу происходил отбор, никто из присутствующих не знал, но все хотели уже как можно быстрее оказаться на той стороне и зайти в эту треклятую деревянную дверь.

В один момент в голове парня прозвучал призыв: "Генрих, ты следующий". Это был безэмоциональный голос старца, который все также стоял спиной к этой части зала за пеленой сферы. "Ты пройдешь через барьер к книге, возложишь руки на алтарь, а дальше следуй своему чутью" – голос стих также неожиданно, как и начался.

«Ладно, – подумал Генри, – сейчас посмотрим, что там за книга такая».

Встав со своего, уже порядком насиженного за пару часов ожидания, места, он подошел к пелене барьера и, выдохнув, смело шагнул внутрь.

«Прочь сомнения, у меня все получится».

Как только ноги переступили черту, все звуки, наполнявшие уже порядком затихший, но все же еще не опустевший зал, мгновенно стихли. Даже шума подошвы о каменный пол не было слышно. Медленно подойдя к постаменту, с лежащей на нем древней книгой, Генри попытался вчитаться в постоянно меняющиеся и бегущие строки текста, но, как ни старался, ничего не выходило. Буквы казались знакомыми, однако смысла в плавающих без системы словах не было от слова совсем. Тогда, встряхнув руки, он положил их на открытые страницы книги.

Пространство моментально преобразилось. Зал и все окружение поплыло, растаяло и уже в следующие секунды парень стоял на той же самой платформе, с которой попал в стены Академии. Только теперь тут не было арки портала: только постамент, книга на нем и старый маг с распределительного зала.

– Приветствую тебя, Генрих Мортон, – старик по-доброму улыбнулся. – Меня зовут Валиус, я магистр ментальной дисциплины и, по совместительству, занимаюсь встречей новичков в «отсеивателе». Сейчас ты находишься в пространственном кармане, – он обвел взглядом пространство, – о разновидностях которых ты узнаешь много нового во время своей практики перед поступлением. Сейчас ты должен ответить мне на пару вопросов, по итогам которых я либо допущу тебя ко взаимодействую с нашей прекрасной книгой, – магистр указал рукой на постамент, – либо верну назад в твой мир в целости и сохранности.

Генрих посмотрел на книгу, потоптался на месте в неуверенности и тяжело вздохнул:

– Магистр, можно я задам…

– Скажу сразу, предупреждая твой вопрос, – оборвал его на полуслове старик, – твои друзья уже ждут тебя внутри. Ты готов или остались ещё какие-то нерешенные моменты?

– Эм, да, магистр. Я хотел спросить… а как мы тут оказались? До этого никого не переносило. Все продолжали оставаться на месте. Да и молчали они, вроде бы.

– Повторюсь: все что ты видишь вокруг – это пространственный карман. Место вне рамок и времени. Он создается магами, которые, как и я, практикуют несколько школ магии. В данном случае: Времени и Пространства. Здесь время течет так, как того захочу я. Об этом ты узнаешь на моих лекциях. Ещё вопросы?

– Да, то есть нет. Магистр. Извините. Я готов! – сначала неуверенно, а после, взяв себя в руки, четко произнес кандидат в подмастерья.

– Хорошо, тогда начнем, – Валиус достал из-за пазухи какой-то предмет, больше всего напоминавший карманные часы, открыл его и нажал на углубление посередине. Артефакт тихо завибрировал. – Скажи, зачем ты прибыл в Великую Магическую Академию?

– Чтобы учиться, сэр! – Валиус скосил взгляд на предмет в руке. Из-за крышки было не видно, что конкретно он там рассматривает.

– Я спрашиваю о реальной цели. Той цели, которая будет вести тебя от момента, когда ты пройдешь в двери академии, и до конца твоей жизни. Та цель, которая будет заставлять тебя подниматься каждый раз, после твоего падения, после всех неудач и провалов. Что это за цель?

– Сложный вопрос, – Генрих на мгновение замолчал. – Возможно, тяга к знаниям? Или семья? Наверное, всё же семья. Я должен буду вернуться и помогать родным.

– Принимается, – старик прокашлялся и продолжил. – Следующий вопрос: что для тебя важнее: помогать другим или жить для себя? По факту, ты уже ответил на него, но сам понимаешь, – магистр тепло улыбнулся, – есть ряд вопросов, которые я обязан задать, иначе ректор три шкуры спустит.

– Конечно, понимаю, – улыбнулся в ответ Генрих. – Вообще, хочется ответить, что помощь ближнему – это правильно. Но, если сильно подумать, в первую очередь я бы выбрал родных, а потом себя. Наверное, так. А все остальные пусть подождут.

– Хорошо, ещё два вопроса: можно ли магам создавать големов и химер? – магистр хитро прищурился. В уголках его глаз собрались морщинки.

– А? Я такого никогда не слышал и не знаю, о чем вы, – вопрос явно загнал в тупик.

– Странно, в вашей школе вы должны были изучать это. Давай тогда сформулируем по-другому: может ли человек вселять жизнь в неживое тело? Или это прерогатива только Богов? Например, всеми любимого Великого?

– Я к религии отношусь очень настороженно, но считаю, что маг, если он в силах совладать со своими знаниями и правильно оценит риски, может пытаться оживлять мертвых, если вы об этом.

– Примерно об этом, – магистр скосил взгляд на артефакт в руке. – Замечательно, и последний: смог бы ты убить человека?

– Я думал над этим в свое время, – ответил парень, немного потрясенный от неожиданного вопроса. – Кажется, что в случае опасности для защиты своих ближних так бы сделал, но как книжки прочитаешь про это все, то понимаешь, что не так это и легко. Думаю, да, но врать не буду: никогда этого не делал.

– Твои ответы услышаны. Насчет врать: ты уже дважды мне соврал, и я это запомнил, – Генрих удивленно посмотрел на магистра и… покраснел. После чего отвел взгляд. – Магия ментальных дисциплин способна на многое, сынок, – со всей серьезностью продолжил старец. – В любом случае, ты допущен.

В груди застучало сердце, ускоряя свой ритм. Молодой человек уже мысленно прокладывал дорогу домой, когда прозвучали последние слова магистра. Генри с недоверием посмотрел на старца.

– Иди, положи ладони на алтарь, – взмахнул рукой он в сторону пьедестала. – Книга подберет тебе подходящую практику перед поступлением. Но помни: итоговый выбор делаешь ты сам. С учетом твоих ответов, я бы советовал тебе идти на светлые дисциплины. Однако, – магистр задумчиво почесал бороду, – твое сердце тянется к чему-то иному, более… эгоистичному. Так что выбирай с умом. И не лги хотя бы себе, – на этих словах Валиус отвернулся и направил свой взгляд в сторону звездного неба.

Странные слова магистра о том, что он солгал, и притом дважды, на мгновение отвлекли Генриха и сбили с мыслей. Но, собравшись, он шагнул к постаменту и возложил на него руки. Буквы в книге завертелись в сумасшедшей пляске и сложились в четыре аккуратных столбика:

ДИСЦИПЛИНЫ:

1) Элементальные стихии (предрасположенности нет, потенциал средний)

2) Ментальные науки (хорошие данные, но есть большие риски сойти с ума)

3) Темное искусство (учитывая метку крови, лучший выбор. Идеальный баланс и родство)

4) Светлое братство (Учитывая метку крови, худший выбор. Подходит по духу)

Далее засветились золотом следующие слова:

"Тебе представлены четыре факультета Великой Магической Академии. В один из них тебе предстоит поступить, пройдя экзамен спустя два месяца подготовки. Уже сейчас ты можешь выбрать для себя конкретное направление и получать бо́льшую нагрузку по интересующей тебя дисциплине. Делай выбор с умом, ведь именно тебе предстоит жить с ним. Ты также можешь пойти по стопам слабых и неуверенных в себе людей и не выбирать специализацию." После этого золотые буквы начали искривляться и приобретать кровавые оттенки.

Оторвав руки от постамента, Генри увидел, как буквы вновь расплылись и побежали по листу, копируя движения маленьких волн.

– Магистр, можно вас отвлечь на минутку? – неуверенно задал вопрос парень, подходя к старцу, который тактично отошел к краю платформы.

Вокруг них летали кометы, а фиолетовые росчерки в небе напоминали некое извращенное подобие северного сияния.

– Конечно, мой мальчик. Я вижу, ты не можешь определиться?

– Да, так и есть. Книга, она… предложила весьма странные варианты, показала мне какие-то четыре дисциплины, а одна из них была с пометкой про некую кровавую метку. Не могли бы вы объяснить, в чем дело?

– Вас совсем не учили в школе? – наигранно поцокал Валиус. – Ты хоть что-то знаешь про школы магии?

– Не учили, но знаю немного. Мне одно существо… – Генри поперхнулся. – Впрочем, не важно. Знаю, что есть Природа и Кровь и что-то ещё, наверное. А про дисциплины не слышал.

– Ну, сейчас я тебе точно про это лекцию читать не буду. Утомился я тут с вами за день. Но вкратце расскажу: книга предлагает тебе выбрать сразу специализацию, в которой ты продолжишь обучение. Можешь называть это факультетом, если будет удобнее, но это слово не в полной мере отражает суть вопроса. Советую прислушаться к ее предложениям, так как если она дала тебе выбор из всех четырех дисциплин, то потенциал у тебя должен быть хороший.

– Еще там был пятый путь. Не выбирать ничего.

– Это общая группа. Для тех, кто хочет сначала разобраться, что происходит в Академии, а потом принимать решения. Есть свои плюсы, свои минусы. Многого ты там не изучишь, зато поднатореешь во всех аспектах и теории. Выбрав конкретный факультет, ты просто будешь получать больше заданий по этому направлению и ничего больше. Зато на момент экзамена ты уже точно будешь знать, с чем столкнешься и пройдешь его без проблем, – магистр задумался. – С твоими текущими знаниями, как я понимаю нулевыми, выбрать общее направление было бы самым верным решением. Но и жалко упускать шанс сразу получить бонусы конкретной дисциплины. Решай сам.

– Хорошо, благодарю, – Генри остался стоять. – Магистр, а что насчет метки?

– Какой метки?

– Кровавой метки. Мне книга говорит, что на мне метка Крови, что это значит?

– Это предрасположенность к конкретной школе магии. Только не рассказывай больше о таком никому: это может выйти тебе боком. У тебя будет много недоброжелателей, и они захотят использовать любую информацию относительно тебя во вред.

– Понял вас, спасибо, – Генрих поклонился и вернулся к книге.

"Не соврало существо. Действительно помогло мне. Хах! Только как теперь это мне использовать? Идти на темные искусства?"

Подумав пару минут, он опять положил руки на пьедестал, буквы сложились в уже знакомый текст, только в конце была добавлена фраза: "Уже сделал свой выбор"?

– Да! Я выбираю общую группу. Сначала все посмотрю, а уже после буду принимать решение.

"Ты меня разочаровал, слабак. Из тебя мог бы выйти толк, но теперь уже поздно. Ступай. Да будет так".

Как только последняя буква проявилась в книге, Генри почувствовал, что его уносит обратно в реальность. Через мгновение, он уже стоял напротив магистра Валиуса.

– Честно, мне непонятен твой выбор, учитывая то, что творится у тебя в душе, но будем считать, что он правильный. Заходи в эту дверь, – рука указывает на деревянные створки, – и иди до упора. Там тебя встретит маг в белой робе. Он приведет тебя к остальным. Ступай, мы с тобой ещё увидимся на вводных лекциях, – сказав это, профессор вернулся на свое место.

Только сейчас удалось разглядеть, что же он делал все это время: перед ним в воздухе висела простая книжка, за которой он коротал часы в промежутках между проверкой кандидатов. Просто с той части зала этого было не различить.

– Магистр Валиус, скажите, – Генрих замялся, – а что за такие странные вопросы для прохождения в Академию вы мне задавали? Вам действительно важно знать, что я думаю по этим моментам?

– Важно не то, что ты думаешь, а как ты думаешь. Я услышал тебя, книга приняла твои ответы. Не задавайся сейчас теми вопросами, на которые не сможешь получить ответ. Всему свое время.

– Хорошо. До свидания, магистр, – ответил спустя пару мгновений Генри и пошел в сторону единственной двери в этой части зала. Сердце переполняла тяжесть, как будто он сделал неправильный выбор. Потянув за ручку и увидев уже знакомый длинный коридор, освещенный магическими огоньками, висящими у потолка, Генри вздохнул и пошел быстрым шагом навстречу своей судьбе.

3 Глава. Знакомство

– Какую группу дали?

– В общую пошел.

– Из этих, что ли? Ну ладно, пойдем.

Маг в белой робе оказался не самым радушным человеком. Если описывать его одним словом, то лучше всего подошло бы “пижон”. Он был очень молод, напыщен и самолюбив. Все это Генри понял, перекинувшись с ним парой слов после выхода из коридора в небольшое помещение, где его и ждал этот маг.

Здесь уже не было привычной тишины распределительного зала: вокруг сновали группы новичков и, как утята за своей мамой, следовали за прикрепленными к ним магами. На ребят было интересно смотреть: все новенькие выделялись разномастной одеждой и пожитками. Кто нес такую же котомку вещей, как сам Генри, у кого был огромный мешок и ещё пара сумок. Кто-то шел сгорбившись, кто-то щеголял аристократической походкой.

Отличалась даже внешность: вон, вдалеке стоит парень с очень узкими глазами-щелками, а рядом с ним загорелый кучерявый брюнет. Уже ближе, но чуть обособившись, пританцовывала от нетерпения высокая девушка, но было видно, что она пытается казаться более серьезной, чем есть на самом деле.

С учетом того захолустья, где провел свое детство наш герой, ему было очень интересно наблюдать за столько быстро меняющимися лицами и историями. Ведь у каждого отдельного человека была своя судьба, путь, по велению которого он или она здесь оказались. А ещё его мучил один вопрос: «Что же всё-таки это было: пространственный карман? Обязательно нужно узнать об этом больше. Магистр сказал, что использовались школы Пространства и Времени. Надо запомнить».

Погруженный в свои мысли, Генрих не заметил, как маг вел его различными, ничем не примечательными коридорами, проходя множество комнат, в которых уже завтра будут проводиться лекции. И только под конец пути, вернувшись в реальность, парень начал замечать окружающее его пространство. Все же коридоры отличались друг от друга резьбой на стенах, цветом огней в магических светильниках и общим расположением.

– Все, пришли. Твоя дверь справа, койку выбирай любую. На ней же найдешь дальнейшие указания. Свободен, – и, резко развернувшись, маг быстрым шагом удалился в обратном направлении.

Генрих осмотрелся: кроме его комнаты вдали была ещё одна дверь слева, куда сейчас также заходила одна девушка. Больше ничего. Пусто.

«Как-то не так я представлял первый день в Великой Магической Академии. Пока ещё хуже, чем в нашей школе. Да…» – глубоко вздохнув, он потянул за ручку двери.

Сразу напротив входа в закутке спрятались уборные с душевыми. Дальше располагались две комнаты, с десяток кроватей в каждой. Простые, деревянные, с шерстяным матрасом и подушкой с одеялом. Генриху с ребятами и на сеновале-то комфортно спать, поэтому эти спальные места были более чем приемлемыми. Выглядело немного поношено, зато чисто и без клопов.

Сама комната тоже была максимально простой: прямоугольной формы, без лепнины и ненужных украшений. Ремонт тут делали давно, но добротно: обычная бежевая краска потрескалась только в паре мест.

Почти у каждой кровати лежала дорожная сумка или её подобие. Но в комнате уже никого не было.

Одна кровать была не занята, к ней Генри и направился. Подойдя поближе и сбросив свой небольшой груз с плеч, увидел у изголовья маленькую записку: «Добро пожаловать, новичок! Твое первое задание – найди кухню вашего блока. Немного подкрепись, а дальше за вами придут. Не мешкай, иначе все съедят!» На этом записка заканчивалась.

– Квест, не иначе, – сказал вслух Генрих, улыбнувшись. – Ладно, надеюсь, тут нет воришек, хотя и забирать-то у меня нечего. Пойдем искать эту самую кухню.

Выйдя из комнаты, он осмотрелся: идти назад не имело смысла, так как там никакого намека на трапезную не было, значит, нужно идти дальше. Логично.

Проходя мимо второй двери в этом коридоре, Генри на мгновение остановился. Вспомнив о своей потенциальной соседке, он занес руку, чтобы постучать в дверь, как та резко открылась.

На пороге стояла миловидная девушка с зелеными глазами и нежной хрупкой фигурой. Ростом она едва доходила до его плеч, зато распущенные светло-русые волосы каскадом опускались почти до пояса.

– Эм… привет, – голос также соответствовал образу и был очень приятен слуху.

– Привет, – Генри, немного поперхнувшись, продолжил. – Вот, увидел, что ты тоже опоздала, решил зайти за тобой, чтобы вместе пойти искать кухню. Пойдем?

– Да, конечно, – улыбнулась девушка. Она обнимала небольшую книжку и от этого казалась ещё милее.

– Ох, пардон, я – Генри.

– Линда, очень приятно.

– Пойдём?

– Пойдём.

Почувствовав легкое напряжение, они двинулись по коридору в сторону видневшейся вдали лестницы.

– Как думаешь, где может быть эта кухня? Тебе же тоже её нужно найти? – спросил парень, чтобы завязать диалог.

– Да, на листочке было написано. Думаю, что она должна быть где-то недалеко.

– А ты когда прошла через портал?

– Буквально только что, – девушка устало вздохнула. – У нас какая-то поломка случилась, когда была моя очередь. Поэтому я отстала от своей группы. Жуткое ощущение, если честно, – Линда поежилась. Она всё также сжимала в руках маленькую книжку.

– Да, не позавидуешь, – он замолчал. – Слушай, а что за книжку ты с собой взяла? Нам же все выдать должны, насколько я понимаю.

– Это для записей. Чтобы отмечать детали.

– Понял.

Разговор не задался. Генри шел рядом с Линдой и улавливал её едва заметный аромат полевых цветов. Невольно вспомнились родной дом и небольшой холмик, окружавший их деревушку с юга. А еще мелькнуло воспоминание о маленькой, но бурной речушке. И вспомнилось то, как он соврал магистру.

Какова цель его обучения в Академии? Сбежать подальше из родного дома? Генрих хотел перемен, хотел чего-то нового, а в этом маленьком захолустье не было ничего, кроме речки, холмика да пары десятков домов. Конечно, работы было хоть отбавляй. Обучение в школе, которая находилась в другом поселении, также нельзя убирать со счетов, но учили их, в целом, вещам, к магии не относящимся: земледелие, ремесла, счет, чтение и так далее. Их готовили к чему-то другому, явно не к тому, чтобы стать магами.

– Ты из какого мира? – вопрос Линды выбил его из колеи.

– Земледельцев, а ты?

– Глубинный край.

– А почему он у вас так называется? – Генрих хоть и пообщался с ребятами из этого мира, но хотел услышать ответ от девушки. – Чем-то отличается от нашего? У нас леса, поля, школа и пара поселений.

– Как сказать: примерно также, только у нас это все находится в расщелине в океане.

– Как это возможно?

– У нас там какая-то сильная аномалия работает и создает воздушный купол, не дающий воде просочиться к нам в долину. То есть да, наши дома находятся ниже уровня воды, – она мило улыбнулась и посмотрела на него.

– Ого, понял тебя. Потом ещё обязательно обсудим эту тему, – ответная улыбка не заставила себя ждать. – О, слышишь? Похоже на звуки с кухни!

Ребята ускорились в сторону большой залы, из которой шел аппетитный аромат, дразнящий их проголодавшиеся желудки. На них никто даже не обратил внимания, когда они вошли в помещение.

Представляла собой кухня большую вытянутую комнату, приблизительно рассчитанную на полсотни человек. Внутри располагались отдельно стоящие два длинных дубовых стола и приставленные к ним лавки. В конце помещения было окошко, ведущее в саму зону готовки. Сейчас там было тихо и пусто, видимо, обед подходил к концу.

На столах стояли миски со скудным рагу и вереница овощных объедков. Около двух десятков будущих студиозусов, спешно доедавших свои порции и пара магов, со скучающим видом ожидавших своих подопечных.

– Новенькие? Почему опоздали? – спросил маг в синей робе.

– Были последними, прибежали как смогли, – взял на себя инициативу Генри.

– Впредь постарайтесь быть расторопнее. Почти всю еду разобрали, бегите к раздаче, может что ещё осталось. – потеряв к ним интерес, старший размял плечи и привалился к стене спиной.

Ребята пошли между столов и тут сзади послышался окрик:

– Генри, дружище! Ты где пропадал? – басовитый голос Ллойда нельзя было спутать с кем-то ещё.

– Как обычно, всех пропускал, я же добрый, – лицо невольно растянулось в улыбке. И продолжил, уже обращаясь к своей спутнице, – пойдем, поздороваемся?

– Да, конечно, – спокойно ответила она.

Обняв поднявшегося здоровяка, так сильно, как будто они не виделись месяц, Генрих представил новую знакомую:

– Линда, это Ллойд, Ллойд, это Линда.

– Будем знакомы! – пробасил друг, кивнув.

– Очень приятно!

– Ллойд, слушай, тут осталась хоть какая-то еда? Умираю с голоду.

– Да, вон там, в дальнем углу были порции, – указал своей широкой ладонью в конец комнаты Ллойд. На пальцах и в уголках рта были заметны хлебные крошки. – Иди, я тут место освобожу пока, – он начал расталкивать сидящих с ним рядом парней под отборную брань с их стороны.

– Ты же вроде всегда был тихим и мирным, чего буянить начал? – ухмыльнулся Генрих.

– Так вопрос еды стоит, – с серьезным лицом ответил сын кузнеца. – Ты же сам знаешь – я сам не свой становлюсь, когда голоден. Загрызу заживо любого, кто меня потревожит в этот момент, – сидящие рядом ребята очень вовремя решили, что сейчас самое время отодвинуться ещё дальше от здоровяка.

Генри подошел к окошку, ведущему в недра кухни, и недоуменно посмотрел на одиноко стоящую порцию остывшего рагу, из которого, предположительно, заранее вытащили мясо. Быстро сориентировавшись, он взял эту миску и протянул Линде. Не к месту от голода заурчал живот.

– А ты что будешь? – она заглянула ему за спину, но на подносе было пусто.

– Думаю, Ллойд взял мне порцию, – отмахнулся он. – Ты кушай, набирайся сил. Если хочешь, можешь сесть с нами.

– Спасибо, – Линда с благодарностью посмотрела на порцию, потом на него, – но я пойду к своим девочкам. Увидимся.

– Ага, приятного.

Пока они не разошлись, Генри напоследок украдкой вдохнул её нежный аромат полевых цветов. Оглядевшись, он увидел группу девушек, к которым отправилась Линда. Они сейчас активно перешептывались и хихикали, смотря то на Генри, то на Линду. Парни особо не обращали ни на что внимания, кроме еды и каких-то локальных историй и подтруниваний.

Вернувшись к Ллойду, слегка покрасневший Генри сел на свободное место под недовольные взгляды соседей.

– Извините, ребята, но он мой друг, – развел руками парень. – Захотите таких же привилегий – сдам этого бугая посуточно и недорого.

– Так сел бы со своей подружкой, – буркнул крепко сбитый новичок, сидевший напротив. Однако, Генри заметил, как он мельком покосился на тяжелые руки Ллойда.

– Хотел с вами посидеть, посудачить. Меня Генри зовут, если что.

– А ты что, не взял свою похлебку? – только заметил Ллойд и крайне удивился.

– Нет, друг, там её не было. Я был последний. Посижу без еды, значит, – в животе сильно заурчало. – Надеюсь, выдержу и никого не сожру, – сбоку раздался смешок. – Ладно, где Элис?

– А она сразу поступила на дисциплину, – с гордостью произнёс Ллойд, как будто это была его заслуга. – К элементальщикам пошла, вроде бы. Это мы с тобой в общую группу. Кстати, ты же умный, чего к нам попал?

– А тут разве по такому принципу распределяют? Я думал, книга дает варианты?

– Да, так и есть, – вклинился в разговор сосед слева, – но если ты не хочешь на эту дисциплину, то идешь в общую группу и пытаешься пробиться в свою. Мне, например, предложили только темные искусства, – его аж перекосило, – а я их не переношу! Поэтому хочу тоже в элементальщики, огнем всех жечь!

Этот юный пироман отличался от всех остальных максимально возможной позитивностью. Что шло в разрез с его предыдущими словами. Однако больше всех смеялся именно он, больше всех шутил, но при этом не был навязчив. Про таких говорят «душа компании», и Генриху этот парень был по душе. Хотя и было сразу понятно, что он далеко не прост: относительно узкие глаза цепко следили за окружением. Светлые растрепанные волосы придавали ему вид легковесного бездельника, но можно было биться об заклад: у этого парня всегда в рукаве припрятан сюрприз и не один.

– Ну и дурак! Лучше всего – это светлое братство: и лечат, и калечат. Там у паладинов такие доспехи, что загляденье! – подал голос тот, что сидел напротив.

– На кой черт тебе доспехи, если тебя роба защищает лучше крепостной стены? – вклинился в разговор ещё один.

Разгорелся нешуточный спор. До мордобоя дело не дошло, так как все искоса поглядывали на реакцию Ллойда, не перегибая палку, но был один мерзкий тип, который постоянно брызгал слюной. Делал он это случайно и сам того не замечал, но любовью к нему все равно никто не проникся.

– В общем, Элис сразу туда пошла, – Ллойд продолжил рассказ, – а у них спальни в другом месте находятся. Говорят, что там намного лучше и даже купальни есть. Во как! – он потряс своим упитанным пальцем. – И всего их там человек двадцать, избранных любимчиков. А не как у нас понатыкано кроватей, что ходить сложно, – тут Генри подумал, что проходы-то были нормальные, просто кто-то был слишком большой. – Здесь самый низ пищевой цепочки собрался. Будем изучать азы и теорию. А Элис сразу учится боевой магии, так что теперь её задирать будет еще опаснее, – Ллойд ухмыльнулся.

– А Мори куда попал?

– Этот в темные подался, – сказал, что сплюнул, здоровяк. – Там ему и место. Говорят, у них самые жуткие испытания.

– Испытания? Темные? Я смотрю, ты времени тут не терял, все разузнал, лазутчик ты наш. Всегда спокойный такой, а сейчас не заткнешь, – Генри пихнул друга под бок. Тот даже не заметил этого.

– Это да, это да.

В зал зашел маг в белой робе, который вел Генриха к спальням.

– Детвора, закругляемся и за мной. Строимся в ряд и идем в лекториум. Никого ждать не будем: кто отстанет, останется тут навечно! Хе-хе, – он развернулся и пошел на выход, никого не дожидаясь. Оставшаяся пара магов начала спешно подгонять новичков.

– Вот же сноб, – сосед-пироман выразил свое недовольство. – Он меня раздражает! Даже бесит!

– Меня тоже, – Генри протянул ему руку. – Тебя как звать?

– Калеб, будем знакомы.

Пожав друг другу руки, они отправились все вместе в лекториум.

4 Глава. Лекция

– Как думаете, что сейчас нас ждет? – Калеб нервно подпрыгивал от предвкушения.

– Не знаю, наверное, что-то нехорошее. Например, выберут самого разговорчивого представителя мужского пола для принесения в жертву высшим демонам!

– Генри, юмор у тебя так себе, – скривив лицо, ответил собеседник.

Толпа ребят вышла сначала на узенькую лестницу, потом плавно перетекла в более широкий коридор и, наконец, добралась до огромного зала, который представлял собой холл Академии. Генри никогда еще не видел такого убранства: гигантских размеров площадка, с нанесенным поверх дорогой плитки единым узором четырехконечной звезды. Массивная лестница, которая, казалось, простиралась до самого потолка. Самый верх зала утопал в полутьме. Но то тут, то там вспыхивали рассыпанные щедрой рукой самоцветы-звезды. Что удивительно, было светло: магический огонь на стенах давал достаточно освещения. Напротив лестницы располагались огромные ворота, величиной чуть меньше портала.

Казалось, что местные архитекторы были либо великанами, либо страдали манией больших размеров. И еще они должны были быть с севера, либо очень любить прохладу: в холле было значительно свежее, чем в спальном блоке. Все это давило на разум и одновременно вселяло воодушевление от предстоящей лекции.

На удивление, пошли они боковым ходом, огибая лестницу. Опять длинный коридор, и вот уже толпа входит в зал, напоминающий деревянный амфитеатр. Десяток сидячих рядов уходил все дальше от главной сцены с доской. Здесь стоял терпкий аромат старой древесины, надежно вобравшей в себя вековую мудрость проводимых лекций. В зале не было окон, но это не мешало магам создать под потолком множество статичных светляков: после коридоров академии даже немного слепило глаза.

Почти все помещение уже было занято другими людьми. Волей случая Ллойд заметил в толпе Элис, которая неистово махала им руками. Взобравшись на предпоследний ряд, они крепко обнялись со своей подругой.

– Ты как? – Генри отпрянул и посмотрел ей прямо в глаза, пытаясь найти ответ до того, как она сама его скажет.

– Опять твои мозговитые причуды? – отстранилась девушка. – Ничего ты там не увидишь. Я в норме. Уже нашла себе подруг, – Элис показала в сторону группы девочек, которые демонстративно отвернулись от неё. – Как видите, я прекрасно уживаюсь с новыми людьми.

– Умеешь ты находить общий язык, – ухмыльнулся Генри. – Ты вообще где расположилась? Наши спальни в подвальных помещениях, как мне кажется.

– В смысле? У нас просто забрали вещи, покормили и привели сюда. Уже битый час тут торчу, – гримаса негодования исказила её лицо. Элис вообще не любила долго ждать, тем более в одиночестве.

– Ребята, вы куда?! Я за вами угнаться не успел даже! – послышался запыхавшийся голос.

– Элис, знакомься, это Калеб, наш новый знакомый, – вступил в разговор здоровяк.

Лишь только Калеб отдышался и поднял взгляд на девушку, как его глаза округлились и он ошарашенно произнес:

– Мое искренне почтение такой прекрасной девушке, как вы, Элис, – последовал галантный полупоклон.

– Ага, привет, привет, – инфантильно, даже не повернувшись на звук, произнесла девушка.

– У тебя нет шансов, друг мой, – по-дружески улыбнулся Ллойд и хлопнул покрасневшего Калеба по плечу. Тот ничего не ответил и сел на ряд ниже.

– Ладно, давайте хоть рассядемся, вон, уже заходит руководство, – Генри повадил смешок и указал рукой на вход.

Действительно, когда в зале улеглась первая волна возбужденных разговоров, сменившись трепетным ожиданием неизвестного, в двери зашли четыре статные фигуры явно высокоуважаемых магов. Их одеяния кардинально отличались друг от друга: иссиня-черные у высокого мужчины лет сорока; белоснежные пластинчатые доспехи, отливающие золотом, у крепкого на вид пятидесятилетнего воина; четырехцветная роба у налысо обритого молодого монаха и серая ряса у человека, чей возраст сложно было точно оценить. Внешний вид последнего привлек внимание Генриха больше всего. Как будто завораживал, притягивал взгляд, но не давал зацепиться за какую-то конкретную деталь. Начавшийся было поток мыслей прервал голос мага в белом.

– Полнейшая тишина в зале! – выкрикнул “пижон” в белом. Дождавшись, пока все замолчат, продолжил. – Представляю вам магистров нашей Великой Магической Академии!

Среди студиозусов раздались нестройные хлопки, которые спустя пару мгновений перешли в ритмичные аплодисменты. Дождавшись окончания и перебив уже открывшего рот мага в белом, вперед вышел воин в доспехах. Грудь колесом, прямая спина, гордый взгляд: его образ как будто списывали с книжных полководцев древности. Правда, его до блеска начищенные доспехи были вдоль и поперек изъедены царапинами и вмятинами, недвусмысленно намекая на богатый боевой опыт владельца.

– Благодарим Вас, юные дамы и господа! От лица всех магистров, надеюсь они простят меня за проявленную инициативу, хочу поприветствовать вас еще раз! Вы – новая кровь Академии! Вы – те новички, которые продолжат наши традиции и заменит нас, стариков, на этих постах! Учитесь прилежно и будьте верны своему долгу. Слава Академии!

Аплодисменты стали заметно сильнее. Народ одобрительно принял речь воина. Однако, Генрих заметил, как мужчина в черном неодобрительно скорчил гримасу и что-то пробурчал себе под нос.

– Вы тоже видите, что у них не все друг друга жалуют? – тихо прошептала Элис.

– Ага, слушай дальше.

Следующим был магистр в черном. Если речь первого была звучной, мощной, вселяющей уверенность и силу, то голос второго напоминал ползущую змею, которая не жалит тебя только потому, что пока ещё играет с тобой.

– Ученики, вы здесь только ради одной цели – получения знаний. Оставьте любовь, ненависть, гордыню, семью и все что вас тянет на дно никому не нужными обязанностями и хлопотами за порогом Академии. Здесь место только тем, кто живет прогрессом, кто готов ради него на все, – не дожидаясь реакции зала, он вернулся на своё место.

– Сурово, однако… – прошептал Калеб. В его голосе сквозило удивление.

Далее пошла очередь бритого монаха. Он был спокоен, как ледяной ручей, протекающий в горной местности. Голос его был тих, но тверд, а глаза смотрели куда-то вдаль. Создавалось впечатление, как будто этот молодой, относительно своих коллег, магистр умудрился познать гармонию с окружающим миром. При этом от него веяло мощью.

– В Академии правит закон сильнейшего, – тихо, еле слышно начал он. – Нет никаких других правил, кроме права сильного. Только ваша внутренняя энергия и умение её использовать определяют каких целей вы добьетесь и высот достигните, – глаза магистра на мгновение вспыхнули холодным огнем и также быстро погасли. Как будто огромная прорва силы, заключенная в хрупкую темницу телесной оболочки решила вырваться на свободу, но была возвращена под контроль своим тюремщиком. Но может быть это так разыгралось воображение?

Как только магистр отступил назад в зале повисла гробовая тишина. Сердце пропустило десяток ударов, после чего произошла очень странная ситуация.

«Приветствую тебя, юный неофит», – раздалось у Генриха в голове.

Он начал дико озираться вокруг. Ллойд и Элис точно также крутили головами. Их непонимающий взгляд немного успокаивал: он не сумасшедший. По крайней мере, не останется один на один с психическими проблемами. Постепенно вся аудитория начала нервно оглядываться и перешептываться. Но в следующий миг наступила кромешная тишина.

«Да, знаю, сейчас тебе кажется, что происходит что-то из ряда вон выходящее. Я объясню: магия делится не только на зримую часть, но и на ментальную. Мне не нужно эффектно взмахивать руками и произносить пафосные речи, чтобы поговорить с вами. С каждым из вас. Такова сила ментала».

– Это кто сейчас залез ко мне в голову и шепчет там? – Калеб нервно сглотнул. – Да ещё и всей аудитории сразу? – но ему никто не ответил: мужчина в серой рясе поднял руку над головой. Он стоял чуть в стороне, спокойно обводя аудиторию взглядом. При этом издалека казалось, что уголки его губ немного приподняты в улыбке.

«Как вы понимаете, мы, магистры своих дисциплин, сейчас представляем вам моральные ценности каждого направления. То, чем будет жить каждый из вас, кто поступит на определенный факультет. В ментальной дисциплине нет ни правил, ни фанатизма, ни силы. Только ваш дух определяет, чего вы сможете добиться. Встретимся на занятиях», – и голос, который был обычным, самым заурядным голосом на свете, замолк.

В аудитории повисло гробовое молчание. Внезапно раздалось одинокое похлопывание, потом ещё одно и уже через секунду гвалт аплодисментов зазвучал в зале.

Темный и Светлый магистры недовольно поморщились, одновременно посмотрев в сторону мужчины в серой рясе. Тот лишь обернулся к ним, улыбнулся и пожал плечами.

– Больше не смеем вас задерживать, достопочтенные магистры. Дальше продолжит один из наших преподавателей, – маг-пижон-выскочка-белый плащ крикнул на новичков и побежал вслед за уходящими. Ближе всего он держался к магистру Светлого Братства. Создавалось впечатление, что собачонка бежит за своим дрессировщиком. Однако, он просто проводил их до двери и вернулся назад на свое место в первом ряду.

Магистры, не прощаясь, вышли из зала, а им на замену из угла вышел сердобольный старик в потертой временем хламиде. Он излучал доброту и открытость: как будто ему можно было доверить самое сокровенное, что есть у тебя на душе.

– Добрый всем день, – дрожащим от старости голосом сказал он. – Рад вас приветствовать в наших стенах.

– Из него песок сыплется уже, как он стоит? – Калеб в недоумении покачал головой.

– Меня зовут Арчибальд. Я являюсь архивариусом нашей Великой Академии, – немножко тянущиеся слова вгоняли в сон. – Сейчас мы немного поговорим о том, что же вы услышали и что вас ждет дальше.

– Поскорее бы, а то скука жуткая, – кто-то из зала в дальнем ряду демонстративно потянулся.

– Не дерзи профессору, малявка! – маг в белой робе аж подскочил со своего места.

– Спокойно, Лукреций, спокойно. Не надо нервничать, – старик успокаивающе поводил рукой в воздухе. – Ох, и вправду, деточка, скука жуткая. Давайте поменяем формат.

В этот момент в воздухе вокруг старика начали сгущаться потоки воздуха. Белые всполохи с зелеными жгутиками окутали его фигуру, приподняли над подиумом, где до этого стояли магистры, и создали некое подобие стула с прозрачной доской позади него.

– Так будет лучше, – абсолютно здоровым и звучным голосом заговорил старик. – Годы берут свое, а делать так постоянно уже нет ни сил, ни желания.

Ребята смотрели на преобразование профессора с выпученными глазами. Это было даже эффектнее, чем все речи магистров вместе взятые.

– Стоп, что за недоуменные взгляды? Никто не слышал про взаимосвязь магических школ? – удивленно спросил Арчибальд. – Ну ладно, начнем с этого. Сейчас, соединив базовые знания из школ Ветра, Природы и Целительства я временно укрепил свое тело и использовал скрытые резервы своего организма. Часто так делать нельзя, но раз в год, посвящая таких юных птенчиков как вы, старик может немного побаловаться, – искренне улыбнулся дедушка.

Генри в шоке смотрел на происходящее. Старик оставался в своем теле, но это была как будто простая марионетка. Вокруг него вырисовывался нечеткий ореол другого мужчины: сильного, мускулистого и очень могущественного. Занимательно, что, спросив сидящую рядом Элис, видит ли она то же самое, получил лишь вопросительный взгляд в ответ.

– Итак, начнем с того, что по традиции новый набор учеников встречают главные магистры своих дисциплин. Их вы сейчас видели, они же дали вам первый урок: каждая из дисциплин пропитана своими нравами и укладами. Выбрав не ту стезю, которая подходит вам по душе, вы рискуете не только провалить вступительное испытание, но и самими вашими жизнями! – на последней ноте голос Арчибальда заполонил все пространство аудитории. – Школы магии не терпят противоположные потоки. Если в вашей семье были потомственные целители или даже паладины, то, пойдя на темные искусства, вас может растерзать магия смерти. А теперь давайте по порядку.

Сзади профессора на воздушной доске стали проявляться слова, четко поделенные на свои столбики и графы.

– Существует всего 4 дисциплины или, можно для простоты назвать, факультета. В каждом содержится по четыре школы магии. Четыре, четыре. Логично, запомнили? – вопрос адресовался группке девочек, сидящих слева внизу.

– Д-да, профессор, – боязливо проговорила одна.

– Хорошо, – Арчибальд продолжил. – Первый факультет Элементальный. Как вы можете догадаться, сюда входят… – не договорив, профессор Арчибальд указал рукой в сторону зала.

– Земля, Вода, Огонь и Воздух! – выкрикнул кто-то со средних рядов.

– Верно! Элементальные дисциплины воспринимают только силу. Грубую, необузданную! Однако маги, связанные с этими школами, в первую очередь учатся контролю. Так что первые годы вы будете обуревать свою ярость, чтобы вы управляли ей, а не наоборот.

Неожиданно Элис вскинула руку.

– Профессор, можно вопрос?

– Да, конечно, спрашивай.

– Если мы так долго должны учиться контролю, то почему магистр этой дисциплины такой молодой?

– Хороший вопрос, – задумчиво покачавшись на своем воздушном стуле, архивариус ответил. – У Малека был очень сильный потенциал: его уровень владения энергией превосходил на голову всех, кого я знал. Стихии приняли его как родного, подчинялись ему и давали заглянуть в их тайны. Начав со стихии огня, он за полгода получил специализацию и уже почти через год стал архимагом! Это безумные темпы роста, чтобы вы понимали. Я сейчас нахожусь на ранге архимага и шел к этому более восьмидесяти лет!

– А сколько вам сейчас, простите за бестактность, – Элис не отреагировала на осудительный взгляд Ллойда.

– Больше ста лет, девочка. Больше ста лет. Я так хорошо сохранился, потому что изучал подходящие дисциплины, – и, подмигнув Элис, продолжил. – Вторым факультетом в нашем списке будет Ментал или Ментальные дисциплины. В их чисто входят также четыре школы: Разум, Пространство, Время и Прорицание. Все возможности адептов этого факультета я не могу представить даже в самых безумных фантазиях. Думаю, магистр Псионики, так еще называют школу Разума, уже успел показать вам малую часть её возможностей.

Генри про себя подумал, что это была одна из самых лучших магических возможностей: общаться с человеком внутри его головы. Также можно очень сильно воздействовать на него. А какие ещё тайны хранятся на этом факультете? Эта мысль отвлекла от лекции, и он прослушал следующий вопрос из зала.

– … Я не знаю, – профессор почесал затылок, – но точно могу сказать, что в открытом бою победит тот, кто больше сроднился со своей дисциплиной. Нельзя сравнивать бои на Арене и в реальной схватке. Там, где Маг огня может испепелить своего соперника, а паладин просто примет весь удар на себя, химеролог создаст армию существ, которые разорвут на части противника. Псионик же просто подчинит себе врага и заставит его самого убить себя. Это все приходит с опытом, но магистру одной дисциплины незачем пользоваться дарами другой.

– Спасибо, профессор! – выкрикнул щупленький парень в очках с первых рядов. Видимо, вопрос явно был насущным, так как он повернулся к знакомому бугаю из столовой и провел пальцем по горлу. Выглядело это очень комично: даже профессор улыбнулся в бороду.

– Итак, продолжим. Следующей дисциплиной идут Темные искусства. И совсем не зря они носят такое интересное название: темные – это люди с необузданной фантазией, желанием творить, как сказал магистр, деятели прогресса! Правда, они не стесняются применять самые радикальные способы достижения целей, начиная от обычного убийства с последующим расчленением, так и кровавыми жертвоприношениями или истязанием духа жертвы.

В зале стало заметно тише. Даже шепотки прекратились, а в воздухе сгустился холодок.

– Соответственно, – продолжил Арчибальд, нисколько не смутившись, – она включает в себя также четыре школы: Некромантия или, ещё называют Энтропия, Химерология, Кровь и, кажется, работа с Душами. Честно, подзабыл название последней. Она относительно новая школа, пришла на смену треклятой демонологии, будь она не ладна, – Арчибальд разве что не сплюнул на пол. – Слава Великому, очередной прорыв в исследованиях действующего магистра Темных дал нам новый виток развития. А ему высшую степень и руководящую должность. Очень умный и талантливый человек, к слову.

Генри начал отвлекаться: большой поток информации уже плохо усваивался. Обернулся к Ллойду, который внимательно слушал профессора. Посмотрел на Элис, на мгновение заставив оторвать ее взгляд от старика. Та лишь бросила вопросительный взгляд и отвернулась. На Калеба, который сейчас сидел с чуть приоткрытым ртом. И попытался найти Линду. Он, к своему стыду, потерял ее в толпе еще на входе.

В это время лектор, закончив отвечать на очередной вопрос, прокашлялся, взял небольшую паузу и продолжил.

– И последний факультет в нашем списке – это Светлое Братство. У них всего два направления, но, зато, огромных: это Целительство и Боевой Орден. Первые готовят лекарей и магов поддержки, а вторые – боевых магов против всякой нечисти и паладинов. Действующий магистр как раз является действующим паладином Ордена! Огромная честь, которой удостаиваются лишь единицы! – важно потрясся пальцем, проговорил профессор. – Вы хотели что-то спросить?

– Да, профессор! – в очередной раз задал вопрос мальчик-заучка с первого ряда. – Хотел уточнить: вы сказали, что в каждой из четырех дисциплин есть по четыре школы магии. Но сейчас говорите, что в Светлом Братстве всего два направления. Как такое возможно? Неужто вы ошиблись? – заметно осмелев спросил мальчик с ехидными нотками в голосе.

– Юноша, если бы вы внимательно слушали, – с доброй улыбкой начал Арчибальд, – вы бы услышали ответ на свой вопрос. Слушать и слышать, – его голос стал серьезным, – это разные вещи. Повторю еще раз: у Светлого Братства школы носят относительный характер, больше приобретая значение направлений. В целительстве вы можете стать лекарями или магами поддержки, а в ордене – боевыми магами или воинами света. Паладинами. Так понятнее, мои дорогие? – обратился он ко всей аудитории разом.

– Да, профессор! – большая часть ребят была вовлечена в процесс и разом откликнулась.

– Что еще рассказать-то такого? – Арчибальд задумался, почесал затылок и, как будто бы вспомнив важную деталь, потряс пальцев в воздухе. – Они любят помпезность, поэтому каждого нового члена своего общества проводят через процедуру помазания. Друг за друга они стоят горой и выступают единым целым с четкой иерархией и своими локальными законами. Даже корпус у них находится отдельно, в другом измерении.

– О каких измерениях идет речь, профессор? – раздался недоуменный возглас одного из учеников.

– Ох, вы же ещё совсем юны и неопытны, совсем забыл, – Арчибальд глубоко вздохнул, на пару секунд нерешительно остановился. Было видно, как тяжело ему развивать эту тему. Но спустя пару мгновений, кивнув своим мыслям, продолжил. – Тогда слушайте: наш мир не был таким пару сотен лет назад. Вообще, доподлинно никто не знает каким он был, не осталось живых свидетелей тех времен, но ходят легенды про единую, соединенную планету, – в зале раздались удивленные вздохи.

– Быть такого не может, – прошептал Калеб и повернул голову к Элис. – Это получается, я мог бы жить с такой красоткой в одном мире?

– Под небом моего мира есть место только для одного из нас, – прошипела Элис. – Точнее для одной. Сгинь, – и махнула на него рукой.

– Зачем ты с ним так грубо, – улыбнулся сидячий рядом Генри, – он же старается.

– Ты действительно думаешь, что у него есть шансы против таких красавчиков? – вопросительно подняла она бровь и серьезно посмотрела сначала на Ллойда, потом на Генри. При этом ее губы были карикатурно вытянуты трубочкой, а глаза она свела к переносице. После чего они тихо засмеялись. На половину аудитории.

Некоторые ученики неодобрительно покосились на них, кто-то просто мазнул взглядом, а Арчибальд лишь покачал головой и осудительно посмотрел в их сторону.

– Итак, если все уже посмеялись, то продолжим. В хрониках, которые до сих пор хранятся в нашей библиотеке, написано следующее: произошел глобальный катаклизм, расколовший мир на множество осколков. Сейчас самые большие из них связаны сетью порталов. Собственно, это и есть ваши родные миры. Наша Академия находится на центральном осколке, вокруг которого вращаются остальные. Технически, все осколки летают в необъятном космосе, поэтому при переходе вы могли видеть кометы и заметить характерные фиолетовые росчерки.

– То есть, мы сейчас плывем в космосе? Реально? – раздался выкрик из аудитории.

– Да, молодой человек, все именно так. Но у каждого осколка есть своя оболочка, которая защищает его от холода и пустоты космоса. А еще есть притяжение к более массивным объектам, таким как солнце, например. Не буду вдаваться в подробности, но магистры темных разработали специальные устройства, связывающие оставшиеся осколки не только портальной сетью, но и особыми магическими нитями, которые нивелируют гравитацию иных космических тел.

– Профессор, вот сейчас я не понял от слова совсем, – бугай из столовой вклинился в разговор.

– Да-да, действительно. Все это кажется сложным, но на занятиях по истории вам расскажут более подробно, что привело нас к такому исходу, – Арчибальд запнулся, окинул аудиторию взглядом, покачал головой и, цокнув языком, продолжил. – Пока просто помните, что вы – часть большой системы нашего мироздания. Так, что я вам ещё важного не рассказал? Ах да, точно! Про звания магов и как их получать.

– Может сделаем небольшой перерыв? Уже совсем ничего не запоминается, – начали ныть в аудитории.

– Да, перерывчик бы не помешал, – поддакнул Калеб, держась за голову, при этом натягивая ладонями кожу на лице к ушам.

– Хорошо, пять минут отдыхаем и продолжаем нашу лекцию, – доска сзади резко очистилась и началась заполняться заново. – А я пока подготовлю вам более детальные образы.

Толпа в лекториуме засуетилась: кто потягивал затекшие конечности, кто спешно пытался записать всю информацию в книжечки. Их же компания смотрела на бедного Калеба, который разминал виски и сетовал на сложную и непонятную жизнь.

Генрих поискал глазами Линду, сидевшую почти в самом начале аудитории и быстро записывавшую всю информацию, что возникала на доске. Заметив, куда он смотрит, Элис легонько кольнула его пальцем в бок.

– А что это мы так откровенно пялимся на девочек, Мортон?

– Я не пялюсь, отстань!

– Как не пялишься? – подключился Ллойд. – Ты же смотришь прямо на свою новую подругу, – он пригляделся и уже громче сказал, – да-да, это точно она! С ней он в столовую заходил!

С нижних рядов к ним начали оборачиваться другие студенты.

– Да потише ты! – Возмутился Генрих. – Чего шум поднимаете. Заходил, да. И что? Не могу на красивых девушек смотреть? – его щеки налились румянцем.

– О, мой друг, кажется, она тебе понравилась! – Элис сверкнула улыбкой и хлопнула его по плечу. – Ты обращайся за советом, как с девушками общаться, а то ты в этом деле так себе.

– С девушками нужно мягко и обходительно, – пробурчал Калеб, который уткнулся в столешницу головой и усиленно водил ею из стороны в сторону. – Галантность нужна, как у меня. Поэтому Элис на меня и запала.

– Ты себя видел, галантный мальчик, – Элис фыркнула. – Я бы лучше с ведром помойным познакомилась, чем с тобой. А еще раз отморозишь что-то в таком духе, яйца в трубочку скручу.

– Так мы уже знакомы, нестыковочка.

– Уважаемые, я вам не мешаю? – профессор четко смотрел в их сторону. – Если у вас есть что сказать, говорите всем.

– Извиняемся, профессор, пропустили начало, – сказал Генри.

– Хорошо, продолжаем. В Академии все измеряется вашим родством со Школой магии. Пока вы новички, вы никто. Магия не знает про вас, только лишь можете пару фокусов показать, что выучили у себя дома. Далее, после двух месяцев подготовки, вы проходите испытание на статус подмастерья. Мы ещё их называем послушники. Можете пройти этот экзамен и раньше, если хватит смелости, но второй попытки не будет. Как только вы стали подмастерьем, вы выбираете себе дисциплину. Она и будет вашим домом на оставшуюся жизнь, поэтому выбирайте с умом. Переводиться и переходить с одного факультета на другой запрещено, так как магия не прощает предательства, но вы спокойно можете изучать темы, которые проходят на других дисциплинах. Если найдете такую информацию или вас пустят на лекции. Каждый факультет располагается в совершенно противоположных частях Академии, никак не связанными между собой. Только на лестнице, которую вы видели, есть порталы, ведущие к конкретному факультету. Соответственно, без разрешения, пройти не в вашу секцию невозможно. Однако, никто не мешает вам на ваш страх и риск искать обходные пути. Это не приветствуется, но, повторю слова магистра Малека: в Академии есть только один закон, закон Силы. Так что дерзайте.

– Получается, мы можем нарушать закон, если готовы нести за это ответственность? – раздался вопрос из аудитории.

– Очень мудрые слова для такого молодого ума, – профессор прокашлялся и продолжил, – однако, ты должен помнить, что любой закон и запрет придумывался не просто так. В Академии важно соблюдать порядок, противостоять хаосу и разрушению. Но это во мне говорит мое нутро. Ваше может искать иного. Академия… допускает подобное, – очень уклончиво закончил Арчибальд.

– Понятно, нарушаем, но не попадаемся, – раздался смешок в правом ряду.

– Будем считать, я ничего не слышал, – было видно, что профессор озорно улыбнулся, но быстро вернул серьезность, – продолжим. После получения статуса подмастерья, вы можете сдать экзамен на мага. Однако перед этим предстоит долгий путь мучительных тренировок, который должен вести вас к вашей истинной цели. Основное различие между подмастерьем и настоящим магом в том, что последний обладает намного большим запасом энергии и знаний для сотворения заклинаний. Маг должен разбираться во всех областях своей дисциплины, знать все базовые заклинания и упереться в потолок своего развития, чтобы перейти на следующую ступень. А там уже будет все намного веселее, – архивариус закхекал и прокашлялся. – Не надоело ещё меня слушать?

– Нет, профессор! – раздался дружный хор голосов.

– Хорошо, тогда продолжаю. Следующая ступень – это маг со специализацией, маг после посвящения. Он выбирает одну школу магии, после чего становится её адептом. Магу необходимо пройти смертельно опасное испытание, на котором определенная магическая школа должна принять своего последователя, либо… безжалостно убить его. Поэтому не советуется идти в те дисциплины, с которыми ты изначально не чувствуешь связь и морально не подходишь под критерии. Например, потомственный маг света, поступивший на темные дисциплины и выбравший некромантию, почти со стопроцентной вероятностью будет убит на испытании, как не прошедший моральный отбор адепт. Некромантия не приемлет свет и не отдаст ему свои тайны. Но можно пойти на Химерогию, там ещё есть шансы выжить.

А вот приведу другой пример в рамках одной дисциплины: маг, которому благоволит огонь, может попытаться стать магом воды, но это просто глупо, так как больше половины твоих сил будут недоступны до получения звания архимага.

Самое главное, что нужно знать: отличие мага от мага с конкретной специализацией в том, что его познания и сила в конкретно этой школе возрастают в разы, а сила применения остальных школ падает. Это некий шаг назад, чтобы сделать множество рывков вперед в узкоспециализированной части.

– Ну Элис у нас точно будет магом огня высшей ступени, – сын кузнеца тепло посмотрел на свою подругу.

– Спасибо, Ллойд, очень приятно, что ты в меня веришь, – Элис мило улыбнулась. – И ты прав: только пламя, только огонь, – в довершение она дернула своими рыжими кудрявыми прядями. Тем временем профессор продолжал вещать.

– Маг жертвует частью себя, чтобы открыть доступ к секретам школы. Так, уже приведенный в пример маг огня должен будет пройти через стену пламени, которая очистит его от всего наносного и даст неимоверную силу. Кожа такого мага будет пожизненно опалена, а о волосах на теле можно будет забыть. Даром огня будет сила, которая позволит создавать огненные штормы и призывать потоки пламени. Можно, конечно, попытаться создать их и без привязки к школе, но сделать это могли только сильнейшие из предков, единицы, о которых слагались легенды.

– Ух, я бы не хотел ходить всю жизнь опаленным и лысым, – Ллойд поежился.

– Ага, я тоже, – чуть сникла Элис.

– Почему никто не спрашивает меня о магистре Элементальщиков? – вдруг задал вопрос Арчибальд. – Никто не заметил странность в его поведении?

– А что мы должны были заметить? – с первых парт донесся тоненький женский голосок.

– Кто заметил, ну?! – по-юношески задорно Арчибальд обвел взглядом аудиторию.

– Он не был опален! – раздался выкрик совсем рядом. Калеб на секунду поднял голову и вернулся к прежнему занятию.

– Верно, молодой человек! Вы совершенно правы! А все дело в том, насколько ты родной для выбранной стихии. Если она принимает тебя полностью, значит не наносит сильного ущерба, только одаряет способностями. Но, если ты идешь напролом и не видишь, что тебе не место в определенной Школе, тогда жди беды. Магия сама попытается тебя отвадить, максимально обезобразит не только тело, но и душу. Или же ты просто отдашь самого себя ради достижения цели. Теми же самыми личами становятся некроманты, которые отдали свое бренное тело ради многих лет жизни во благо прогресса. Но этот путь не для всех. Чтобы избавиться от накладываемых ограничений мага, следует всего лишь, – он показал воздушные кавычки, – перешагнуть на новую ступень – архимага. Это почти вершина магического мира. Архимагов очень мало, ввиду сложности доживания до этого возраста. Однако, есть и достаточно молодые уникумы, которые получают это звание не в старости, но даже немногим после окончания обучения в Академии, как приведенный в пример магистр.

– А в чем, собственно, различие между магом со специализацией и архимагом? – вопрос задала Линда. Она сидела, сложив руки на столе и выпрямив спину. Ее простой и оттого красивый изгиб приковал взгляд Генриха, что не осталось незамеченным его подругой. Толчок в плечо привел его в чувство.

– Основное отличие в том, что архимаг может одинаково хорошо управлять двумя магическими школами, что, соответственно, накладывает ряд существенных ограничений. Так, архимаг Огня и Воздуха может сотворить безумные огненные торнадо, но с Водой и Землей у него будет война: заклинания будут также произноситься, но нужен великолепный контроль, так как стихии норовят убить тебя из ревности к другим школам. А вот в темных дисциплинах все не так: они все выступают заодно, так что архимаг темных искусств может с легкостью применять две школы и остальные в обычном качестве, но сила этих школ будет просто меньше, чем у Элементальщиков. За силу последние платят большую цену, – на этих словах Арчибальд замолчал и задумчиво уставился себе под ноги. Затем, глубоко вздохнув и встряхнувшись, он разогнал повисшую в аудитории тишину. – А еще больше информации о школах магии вы сможете найти на страницах учебника магистра Губиуса Повелителя Стихий, 3 эпоха, Закатный век, который я могу выдать вам в стенах библиотеки.

– Профессор, можно вас перебить и узнать, а где находится библиотека?

– О, это хороший вопрос. Лучше я сразу покажу вам карту.

Доска за спиной магистра раздвоилась и рядом повисло чистое полотно, на котором начали прорисовываться контуры переходов с различными обозначениями.

– Все нужные вам места будут отображаться в ваших дневниках, которые уже ждут вас на ваших кроватях. Там будет указан ближайший путь до цели. А сейчас мы посмотрим основные точки. Например: тут у нас располагается библиотека, тут Арена, а тут Лабиринт, – Арчибальд медленно провел незаметно сотворенной воздушной указкой по нескольким пунктам. – Различные лаборатории и кабинеты показывать не буду, потому что мы и так засиделись. Быстро закончу рассказ об основных моментах, а завтра мы продолжим. На чем я остановился?

– На архимагах.

– Ах да, теперь о магистре – венце магической силы. Магистр магии. Он может в равной степени использовать все школы внутри своей дисциплины, однако все другие школы смотрят на него с ненавистью. Это подобно объявлению войны со стороны магистра: свои меня не трогают и дают величие силы, остальные норовят эту силу уничтожить. Опасно, скажете вы? Это так, но открывающиеся перспективы могут заманить любого мага в свои сети. Так, магистру ментала не нужны слабые заклинания стихий или светлых искусств, так как он может просто силой мысли подчинить себе несколько магов этих школ и использовать их как своих марионеток.

– А зачем магистру темных искусств светлые заклятия? – продолжил свою мысль профессор. – Его армия поднятой нежити, наряду с созданными химерами и усиливающими кровавыми ритуалами даст фору любой дисциплине, только дай время на подготовку. Магистры светлых дисциплин зачастую идут по пути воинов-магов, совмещая лекарскую деятельность и военную мощь. Но тогда они переходят под воспитание корпуса паладинов. К ним относятся с уважением, но без фанатизма – это просто один из путей развития своей личности, путь тела.

Заметив остекленевшие от усталости глаза студентов, профессор громко хлопнул в ладоши, чем испугал ближайших к нему ребят, и закончил свою лекцию.

– Итак, на этом все, господа и дамы! Сегодня расходимся по своим комнатам, вам помогут в этом наши молодые маги, а завтра собираемся здесь же после завтрака! Всем спасибо, до встречи в библиотеке.

5 

Глава. Ночная прогулка

Народ начал собираться, около двери выстроилась очередь.

– Вот же много информации получилось! И как это все запомнить?

– Ну, я, в отличие от тебя, Генриетта, все это разложила по полочкам в глубине своей безууумно глубокой пааамяти, – протянула, кривляясь, подруга.

– Элис, ты всегда начинаешь кривляться, когда устаешь, мне ли это не знать, – улыбнулся в ответ парень.

Подойдя к выходу, он внезапно уловил знакомый аромат полевых цветов. Повернувшись в сторону, заметил Линду.

– Привет! А ты почему ещё не вышла?

– Решила подождать тебя, мои подруги в другом блоке живут, – немного засмущавшись, сказала девушка.

– Хорошо, пойдем с нами, я тебя ещё с Элис не познакомил!

– И не познакомишь нормально: мне в другой блок, – развела руками девушка, при этом по-доброму улыбнувшись собеседнице, – привет, Линда! Мне тут этот молодой человек все уши про тебя прожужжал. Уже хочу стать твоей подругой. Мальчики, пока! – и на этой ноте рыжеволосая бестия скрылась в толпе ребят.

– Как она это делает, ума не приложу, – Ллойд ухмыльнулся. – Сколько лет её знаю, а все еще не привык к такому поведению.

– А мне нравится, я бы познакомился с ней поближе, – Калеб мечтательно зажмурился.

– Она тебе зубы сломает, предупреждаю сразу. А Ллойд добавит.

– Ладно, понял, – Калеб примирительно поднял руки, при этом озорно улыбаясь, – но никто не мешает мне попробовать, верно?

– Твоя жизнь, тебе решать, – сурово посмотрел на него здоровяк, лишь раззадорив светловолосого пройдоху.

Генрих перевел взгляд с этой парочки на все также стоящую рядом девушку, прижимающую к груди толстую тетрадь.

– Линда, ты же все успела записать? Потом дашь посмотреть, если забуду?

– Да, конечно, без проблем, пойдем?

Под такие ничего не значащие разговоры, они дошли до своих комнат. Попрощавшись с девушкой, Генри, Ллойд и Калеб отправились к себе, где на кроватях их ждали личные дневники новичков. Небольшие, толстенькие, в кожаном переплете, они были очень компактными и удобными для ношения. Все они были пусты, только на одной из страниц проявляли небольшую часть карты академии, которая, как ребята решили, была им доступна для посещения. Маги попрощались со всеми, закрыли двери и сказали ориентироваться не по солнечным часам, а по времени, указанному в дневнике. Эта книжка была этакой магической примочкой, включающей в себя сразу большой набор инструментов.

К их большому удивлению, время в дневнике близилось к ночному. Возможно, ход часов здесь отличался от их родного мира, а может быть действительно так быстро пролетели сутки, однако усталость от этого насыщенного дня дала о себе знать.

Прохождение отбора, знакомство с новыми людьми, информация о мирах, лекция и многое другое навалилось из ниоткуда, окутывая неокрепшее подростковое сознание своеобразным барьером, дающим время осознать и принять все услышанное. Теперь они живут в другой реальности, рядом больше нет дома, родных, ты сам по себе. Но рядом есть близкие люди, которые за тебя будут стоять горой, и за которых ты несешь ответственность. Все это сложно, непонятно, но они справятся, они смогут.

Поток философских мыслей был грубо прерван довольно громким вопросом:

– Ребят, будем спать или как? – Калеб лежал на спине, скрестив руки на груди. Глаза его были закрыты.

– Спи уже, – раздалось недовольное бурчание из дальнего угла комнаты.

– Ребяяят, давайте что-то делать!

– Дай поспать! – второй недовольный голос присоединился к первому.

– Ребяяят!..

Некоторое время спустя, Генри не выдержал этого и встал с кровати. По ощущениям шел уже второй час, как они пытались уснуть. Ллойд и ещё один здоровяк, с которым они сидели на кухне, погрузились в беспробудный сон сразу же и начали храпеть наперебой, как будто бы соревнуясь за звание лучшего. Другой постоянно пускал ветры. Третий шелестел своим дневником и что-то рьяно туда записывал. Генри не привык жить с кем-то, поэтому подстроиться под общий ритм комнаты было фирменно невозможно. Решив для себя, что выспаться в помещении с десятью парнями-сожителями он явно не сможет, решил пробежаться по местным достопримечательностям и начать нелегкий путь освоения магического ремесла раньше других.

Выйдя из комнаты, перед ним встал вопрос: куда идти? Налево, в сторону распорядительного зала? Или направо к лестнице? Доверившись судьбе, побрел к залу. Теперь бежать никуда не нужно было, поэтому появилось время рассмотреть поближе коридоры: под потоком находились магические светильники, горящие неярким желто-белым пламенем. Между светильниками небольшой бороздкой шел орнамент, изображающий разных магических созданий. Они были похожи на бесов, единорогов и энтов. То есть тех, кого в природе не существовало, но в сказках они были. “Но существо же было реально”, – подумав об этом, Генри решил дойти до местной библиотеки, чтобы поискать какую-то информацию об этом, а может еще что-то интересное. В общем, это был просто предлог побродить по коридорам академии.

Пройдя множество одинаковых разветвлений, аудиторий и комнат, парень наконец-то вышел к залу с книгой. Она так и стояла на постаменте, окутанная сферой. Попытавшись подойти к ней, Генри наткнулся на непроницаемый барьер, который не пускал его ни к книге, ни к выходу к порталам. Еще пару раз попытавшись войти, он бросил это неблагодарное дело и побрел в другую сторону. Спать не хотелось, заблудиться он не боялся, так как в кармане лежал дневник с нарисованной на первой странице интерактивной картой. Она повторяла его маршрут и показывала обратный, если задать ориентир. Проходя мимо очередного поворота, он заметил неяркое свечение вдали. Посмотрев на карту, Генри захлопал глазами: территория, которая раньше была пустой, сейчас мигала синим светом с подписью “АРЕНА”.

Ускорив шаг в этом направлении, Генрих вскоре вышел к довольно широким воротам, которые были слегка приоткрыты. Вокруг ни души, неизвестность тянет, выбор очевиден. Быстрыми шагами преодолев разделяющее расстояние, он, не оглядываясь, нырнул в нутро ворот. Каково же было его удивление, когда вокруг резко увеличились стены, слева и справа от него возникли огромные трибуны, но самое главное, открылся вид на саму арену поседение внизу. На ней сражались две фигуры, предположительно парня и девушки. Явно бившиеся уже долгое время, их уставшие тела были похожи на измазанных в крови и грязи оборванцев. Вдруг арену сотряс громоподобный взрыв: один из поединщиков кинул в противника большой огненный шар, который, долетев до оппонента, рассыпался мириадой ледяных брызг. Странным было то, что за воротами не было слышно ни звука.

Генри медленно, чтобы не помешать сражающимся, приближался к ним. Он особо не скрывался, но занятая только друг другом парочка не обращала на него внимания: ледяные копья, срывающиеся с вытянутых хрупких рук девушки, таяли на глазах, не пролетев и половину пути в том адском пекле, которое устраивал залившийся в безумном хохоте парень. Камень под ним уже начал плавиться и бурлить, как девушка выплеснула огромный поток льда, разом затопив всю арену и своего противника. Замершая фигура так и застыла в беззвучном хохоте. Через пару мгновений перед Генри, по-дружески обнявшись, стояли два человека во вполне себе опрятном виде.

– Как? – только и смог выдавить из себя он.

– Новичок, да? – перед ним, вальяжно расставив ноги, чуть скособочившись, стоял явно старшекурсник. – А не поздно ли по ночам гулять в первый день? Слышали, вы только что перешли к нам через портал.

– Не спится, – только и выдавил из себя Генрих.

– Дорогой, может утолишь его любопытство? Мне тоже всегда было интересно, как смертоубийственные поединки на этой Арене не приносят вреда участникам. – девушка встряхнула свои белые волосы, которые были пронизаны синими прядями.

– Хах, вот ещё! Ответ нужно заслужить. Потом и кровью, на практике. Если хочешь ответа, валяй на площадку. Не хочешь, мы пошли, а ты посиди, поглазей, – с насмешкой сказал старшекурсник, внимательно наблюдая за реакцией новичка.

– Ты хочешь, чтобы я сражался с тобой? – Генри непроизвольно усмехнулся. – Да ты минимум маг, не иначе! Что я смогу против тебя?

– Ты льстишь ему, какой он маг! Даже подружку свою победить не может! – девушка ущипнула своего приятеля за бок.

– Я поддавался, можешь не бахвалиться! Завтра посмотрим, кто из нас круче!

– Конечно посмотрим. Ну так что, новичок, хочешь ответов? – ей явно хотелось посмотреть на это зрелище.

Сам по себе Генри не был азартен, но, когда речь заходила за получение новых эмоций и знаний, никакие сложности не могли его остановить.

– Была не была! Что от меня нужно?

– Пойдем со мной, все расскажу внутри арены.

Старшекурсник развернулся и пошел прямиком на уже абсолютно гладкий и чистый камень. Генри последовал за ним. Как только они оба ступили на платформу, вокруг них плавно проплыла и погасла полусфера.

– Это защита от нежелательных попаданий в публику, включается автоматически, – показал на пелену собеседник. – Теперь рассказываю правила: Арена дает право выбирать режимы боя. Всего их четыре: дуэльный режим до первой крови, легкие ранения, тяжелые ранения и насмерть. Последний разрешен только с согласия обоих участников и надзирателя со стороны преподавательского состава. Лазейки есть, но сейчас не о них. Эта Арена была построена задолго до нас, до наших прадедов и вообще предков, поэтому магия, работающая на ней, непонятна никому. Даже диссертации защищают по этому поводу.

– Диссер… что?

– Новичок, слушай и не перебивай, – продолжил быстро вещать старшекурсник. – Арена как бы проецирует наши сознания внутрь этой полусферы, а наши тела вводит в продолжительный сон. То есть, мы сражаемся внутри нашей головы, и ты, и я, а тела наши спят снаружи. Зрители видят только проекцию наших сознаний, четко выделенную Ареной, – он на мгновение замолчал, цокнул языком и продолжил. – Не понимаешь, да. Ладно, тогда просто прими это как данность и не забивай голову вопросами.

– Эм, ладно, я постараюсь, – Генрих встряхнулся и продолжил слушать.

– Все это очень похоже на магию пресловутых менталистов, скорее всего это она и есть, такая вот арена. Влиять на наш бой со стороны никак нельзя, только твоя сила против моей. Все понятно?

– На самом деле ничего не понял, – вздохнул парень. – Как можно драться внутри головы? Я же видел сейчас ваш бой?

– И да, и нет. О, Великий, какой же он душный! – Старшекурсник топнул ногой и посмотрел в сторону своей подруги. Та лишь пожала плечами. – В общем, потом все узнаешь. Как драться будем? Тяжелые повреждения готов?

– Давай дуэльную попробуем. Я же вообще первый раз, в школе у нас такого не было.

– Правда? Тогда тебе повезло, что ты встретил именно нас!

– Это да, он прав, – согласилась девушка.

– Мы научим тебя премудростям схватки. Но сначала надерем тебе задницу, – парень хмыкнул. – Итак, деремся как девочки на дуэльном?

– Ладно, давай легкие ранения, – сдался Генри. – Только сильно не бей.

– Вот, это уже другой разговор! – потер руки боец. – Смотри, так как ты новичок, можешь делать со мной все что угодно, я буду подстраиваться. Твоя задача – нанести мне хотя бы один удар. Получится, с меня подарок. Не сможешь… я немного повеселюсь напоследок и отточу пару своих коронных приемов. Больше с тебя нечего брать. Считаю честным. Договор? – он протянул руку.

– Договор, – ладони хлопнули, фиксируя соглашение. – А как и чем мне наносить по тебе удары?

– Магией, чем же ещё? – усмехнулся старшекурсник. – Или ты на мечах, как истинные паладины, будь они неладны, биться будешь?

– Если ты хочешь, можем и на мечах, – повел плечами Генрих, разминаясь. – Немного умею фехтовать. А вот с магией туго.

– Хм, а он интересные вещи предлагает, не правда ли? – скука в голосе сменилась на заинтересованность. – Никогда на мечах не бился.

– Ага, не ожидала от новичка такого. Покажи себя! – зажглась девушка и хлопнула в ладоши.

– Где меч брать?

– У стойки позади тебя.

И правда, невдалеке материализовалась стойка с самым разнообразным оружием. Может, действительно, его случайный оппонент не врал насчет «битвы в голове». Подойдя к оружию, Генри ухмыльнулся: сейчас у него будет хоть какой-то шанс наказать этого пижона. Почему-то тот не понравился ему сразу, стоило только увидеть: «сумасшедший с пламенной башкой». Такое описание ему подходит лучше всего.

За всеми этими рассуждениями Генри не забывал выбирать клинок. Длина от кисти до окончания плеча, в меру легкий, с гардой, все как учил отец. Не зря он с детства увлекался холодным оружием и периодически практиковался на заднем дворе. Выбрав самый простой клинок, чуть укороченной длины, он развернулся к своему сопернику и обомлел: в руках тот держал настоящий пламенный меч.

– Ну что, дружок, пари в силе, – улыбался боец во все тридцать два зуба. – Достанешь меня хоть раз, получишь приз. Иначе, пару глубоких шрамов оставлю тебе уже я. Ты готов?

– Готов, – сглотнув, произнес один очень наивный человек. Но мысль дать деру отсюда крепко впилась в его сознание. «Нужно собраться. Прочь сомнения, встань в стойку, ты тряпка или надерешь ему зад”?

Оппонент резко побежал в сторону Генри, размашисто крутанув меч в руках. От него в разные стороны понеслись искры, что несколько затрудняло обзор, однако на рефлексах удалось принять удар на сильную часть клинка, около гарды. Сноп искр ударил по глазам.

– Ай, как больно, черт бы тебя побрал! – неистово заорал Генрих, потеряв концентрацию и силясь протереть глаза свободной рукой.

– Нехорошо ругаться, особенно на своего соперника, – после этих слов его унизительно шлепнули плашмя огненным клинком по заднему месту. На штанах осталась отметина, а место удара нестерпимо заболело.

– Скотина, ты что делаешь! – закричал Генрих в ярости. Было жаль единственные удобные штаны.

– Учу тебя хорошим манерам, детеныш, – противник вальяжно расхаживал из стороны в сторону, посылая воздушные поцелуи своей спутнице.

– Сейчас я тебя манерам научу.

Генрих собрался с мыслями. Злоба и ненависть к оппоненту начали заполнять его разум. Так происходило всегда перед важной схваткой. Эта злоба давала ему сил. Он просто не успел возненавидеть своего противника в должной мере.

– Ну давай, начинай, малец!

Генрих медленно пошел по кругу. Взгляд его уже был устремлен четко в глаза соперника, ни на миг от них не открываясь.

– Эй, ты чего на меня так смотришь? Я же любя, по-отцовски, – было видно, что старшекурсник немного струхнул. Но он все равно не чувствовал опасности от новичка.

Генрих не отрывался. Он медленно сближал дистанцию, подходя на расстояние выпада. Его соперник не был искушен в фехтовальном мастерстве, не знал азов, поэтому подпустил его для удара. Как только представился момент, Генри змеей вытолкнул свое тело вперед по направлению к противнику и нанес колющий удар в плечо. Старшекурсник аж вскрикнул от боли.

– Что ж, с меня приз, ты удивил меня, малец, – скосив глаза на кровоточащую рану, сказал он, – но бой ещё не окончен. Начинается самое интересное.

Проведя здоровой рукой по месту укола, противник просто прижег рану пальцами. Немного поморщившись, произнес:

– А теперь держись.

После этих слов вокруг соперника начал крутиться огонек, становясь все быстрее и ярче. В какой-то момент он впитался в грудь парня, отчего тот аж вздохнул от удовольствия. Генри успел подумать, что это должен был быть какой-то огненный усилитель, только что он ускоряет было неясно. Ответ пришел через мгновение: противник начал двигаться заметно быстрее.

– Теперь попляшем. Защищайся!

Удары посыпались бешеным вихрем. Парень только и успевал, что ставить блоки, уходить из-под ударов и пытаться выгадать момент, чтобы просто отдышаться. Походило на бой с отцом: в серьезных спаррингах последний не давала ему и шанса провести атаку. Однако, текущий бой намного отличался от привычного: соперник бил неуклюже, замахи были слишком длинные, как будто он держал не изящный меч, а большую дубину. Дубину, попади которая по тебе один раз, не оставит и следа от твоей тушки.

Генрих старался разорвать дистанцию. Его меч стойко принимал все удары, но рука уже дрожала от постоянного напряжения. К жару, исходящему от клинка, он начал потихоньку привыкать, искры, летящие от столкновений их мечей, также уже не досаждали. Осталось лишь дождаться момента, когда соперник откроется сильнее обычного и нанести удар.

И такой момент представился: на очередном неуклюжем ударе противника, Генри просто не стал брать защиту, а резко отпрыгнул назад, пропустив клинок в сантиметрах от своего лица. Инерция от удара повела противника дальше, немного закручивая вокруг своей оси, но этого было достаточно. Генрих сделал резкий выпад в сторону груди противника, и, когда оставались считанные миллиметры до его сердца, картинка мигнула, а они уже стояли около девушки.

– Браво! Это было восхитительно! Где ты научился так орудовать своим мечом? – лукаво улыбнувшись, спросила она.

– У нас в мире больше ценился ручной труд, нежели помощь магией. Поэтому и развлечения были соответствующие, – пожал плечами Генри.

– Ты развлекался с холодным оружием? Псих, – как-то буднично бросил старшекурсник. – Но все же, ты меня проколол. Я уже почувствовал холодное дыхание Смерти рядом с собой. Было страшно до жути. Но я это запомнил, новичок, я это запомнил, – многозначительно протянул он и бросил, – уговор есть уговор, чего ты хочешь?

– Стой, милый, а если я предложу нашему случайному гостю еще один поединок, но уже со мной? Также на мечах, – с энтузиазмом и какой-то маниакальной решимостью завелась девушка. – Если выиграешь, увеличим награду. Но бьемся до тяжелых ранений: сломанная рука, вывихи конечностей и все в таком духе!

– Я, пожалуй, откажусь, – Генри отпрянул. – Ты выглядишь не самой доброй девушкой на свете. Лучше синица в руках, чем журавль в небе.

– Вообще не понял, о чем ты, но ладно. Выбирай награду: предмет или информация? – бывший оппонент протянул в его сторону два зажатых кулака.

– Вот как. Информация какого рода?

– Полезная новичкам и бесполезная подмастерьям. Расскажем тебе, как тут все устроено, что хорошо, что плохо.

– А предмет?

– Дам тебе свое кольцо.

– Милый, это же мой подарок тебе! – взвилась девушка.

– Да, и он заслужил что-то нормальное, разделав меня как капусту! – он грозно посмотрел на свою подругу. – В следующий раз я уже буду готов посерьезнее и воспринимать его буду не как червячка, – взгляд медленно сместился к Генриху. – Ну так что, новичок, кольцо или информация? Большего не скажу.

Генри задумался. С одной стороны, информация – это всегда хорошо. Узнать заранее, где что находится, как это использовать, что можно делать, чего нельзя. С другой, они дадут лишь субъективный взгляд, то, как эти ненормальные видят картину мира, а ему нужно было постичь все самому, своим личным опытом.

– Давай кольцо, если я не обижу этим твою даму.

– Не обидишь, это выбор моего тупоголового идиота. К тебе претензий нет, – бросила девушка равнодушным голосом и отвернулась.

– Держи, – сняв с пальца неприметное колечко, старшекурсник протянул его победителю. – Оно, на самом деле, не сильно помогает в учебе, но в бою немного увеличит твой запас энергии. Лишнее заклинание, чуть большая мощность заряда, ну ты понял. Иногда это может спасти жизнь. Мы пошли, всего доброго тебе, новичок! Еще увидимся!

– Спасибо! – сразу захотелось надеть кольцо. Оно село как влитое, но по остальным ощущениям ничего не поменялось. – Стойте! А вы часто тут бываете?

– Когда как. Мы не хотим следовать расписанию: если найдешь нас, повезло. Нет, значит на то воля Магии, – и с этими словами парочка достаточно интересных личностей вышла из пространства Арены.

На самом деле, только сейчас стало понятно, как же устало тело и разум! Бой дался с большим трудом, отчего колечко еще больше грело самолюбие. “Победить подмастерье, пусть и на мечах. Это круто”. С такими мыслями и мечтами, о героических победах над архимагами и магистрами, Генри вдруг услышал разговор, когда шел назад, ориентируясь по карте, к своей комнате, выбрав самые окольные пути, чтобы посмотреть как можно больше новых маршрутов.

– Я тебе говорю, не надо этого делать! Нас поймают и вышвырнут отсюда. Или, что хуже, магистр первым найдет нас, и тогда мы станем подопытными кроликами в его жутких исследованиях.

– Не дрейфь, Макс, все будет пучком, – резкий и грубый голос был ответом. – Сейчас мы вынесем реагенты у новичков и озолотимся! Я тебе говорю, эти тупоголовые даже не поймут, что это были мы! – он мерзко засмеялся.

– Ш-ш, ты чего, нас же услышат! – в панике запричитал первый.

– Да кому нужно ходить по ночам в этой секции? Тут и людей-то нет. Ничего интересного. Короче, держи свиток, я буду направлять заклинание, а ты читай.

– Почему я? – недоуменно ответил Макс.

– Да потому что я читать не умею, дубина! Начинаем!

Генри осторожно выглянул в коридор. Вдали две фигуры в темных, скрывающих очертания плащах корпели над замочной скважиной одной из дверей, которая выделялась разноцветным мозаичным орнаментом вокруг входа. Держащий свиток начал что-то невнятно бубнить, а другой вдруг резко развернулся и дал ему подзатыльник.

– Внятно читай, мямля! Мы так до вечера простоим! – из-за его резкого движения, с головы слетел капюшон. Взору открылся вид довольно взрослого ученика, коротко подстриженного, с угловатыми чертами лица. Издалека сложно разглядеть, но силуэт большого и уродливого шрама проходил через все лицо бугая.

– Не получается! Нас засекут! – напарником начала овладевать паника.

– Ай, взял дебила на дело! Ладно, черт с ним. Готовься, – после этих слов он со всего маху ударил своим огромным кулаком по мозаичному стеклу. Треск и грохот разнеслись, казалось, по всей Академии.

– Ты что творишь?! – закричал Макс.

– Быстрее, собирай склянки, – попутно открывая дверь с внутренней стороны сказал бугай. – И не вздумай их разбить. А теперь бегом! У нас считанные минуты, пока сюда не прибежит какая-нибудь залетная пташка. Готово!

– Дверь открылась и две фигуры быстро забежали внутрь кабинета. Генри решил подождать развития событий. Он был уверен, что это из ряда вон выходящая ночь, особенно для новичка, который в первые сутки уже успел сразиться на Арене, да ещё и увидеть самый настоящий взлом с проникновением.

Вдруг, с противоположного конца коридора он услышал шаги. Осторожно выглянув, сначала в недоумении проморгался, потом прищурился: зрение с рождения у него не значилось в сильных сторонах, поэтому лица девушки он не разглядел. Но она явно была таким же новичком, как и он.

В этот момент из лаборатории выбежали воришки.

– Сматываемся! Быстрее! – паника у того, который был на подхвате, зашкаливала. – Не надо было этого делать!

– Заткнись и неси! Как же ты меня бесишь! – сзади у каждого висело по мешку с добром, нещадно звеневшее и дребезжащее. – Давай в ту сторону! Черт, это еще кто такая? Вырубай её и побежали.

– Я просто проходила мимо, ничего не видела, ничего не слышала, – знакомый голос резко выдернул Генри из состояния простого наблюдателя. “Линда? Что она тут делает? Они же её сейчас убьют! Черт, черт, черт!”

– Кончай её, Макс. Кинь темную стрелу, сеть, что хочешь, – главный приближался к Линде. – Такую красоточку нам бы с собой забрать для опытов, но времени нет. Ночные пташки засыпают с рассветом.

– Эй вы, босота! Тут не только она вас видела! – Генри выскочил в коридор и помахал им рукой. – Всё видел, от начала и до конца.

Парочка остановилась. Медленно развернувшись, бритый вперил свой черный как смоль взгляд в глаза Генриха. Было видно, как мышцы первого наливаются какой-то черной гадостью.

– Хана тебе, малец. Макс, девчонка на тебе. Я займусь этим зародышем.

Тут уже стало не до геройства: реально большой, сразу было не разглядеть, явно сильный и безжалостный старшекурсник мчится к нему с огромной скоростью. Попытаться развернуться и убежать у Генри не вышло: бритый в последний момент кинул в него какой-то темной субстанцией, которая трансформировалась в сеть и повалила свою жертву на пол. Подскочивший противник со всего маху ударил носком сапога по животу. Нестерпимая боль пронзила тело: казалось, что внутрь вылили адского огня.

Удары продолжали сыпаться один за другим. Послышался хруст: ребро.

Дышать стало нестерпимо больно. Генри глотал воздух в перерывах между ударами, отхаркивая кровь.

– Кен, побежали! Маги тут! – мимо пронесся второй подельник и исчез в неизвестном Генри направлении.

– Черт! АААРРР! – в исступлении ещё пару раз пнув свою жертву, Кен взвалил на себя мешок и припустил за напарником.

Генри не мог нормально дышать. Всё, о чем он сейчас думал, это как ему ещё вдохнуть хоть глоточек воздуха. Болело все: от головы до пяток. Он не чувствовал своего тела, только одну сплошную боль

– Генри? Генри! О, Великий, что он с тобой сделал! – знакомый голос прорвался сквозь пелену забвения.

– У него пробито легкое и множественное сотрясение от ударов. Быстро в лазарет! Сооружаем носилки. К порталу!

– Отключите его сознание, чтобы не помер от боли. Сейчас появятся лекари и они вернут его в строй. Начинайте!

После этих слов, боль начала отступать, а в голове пропорционально нарастало ощущение, что кто-то забрался в его череп и нестерпимо щекочет. “Очень странно, но помогает”, – после этого Генри отключился.