Читать онлайн Наследие Де ла Нуа 2 бесплатно
Том 2.
Глава 1:Первый урок.
— Просыпайся, охотница.
Голос прозвучал резко, вырывая из липкого забытья. Я распахнула глаза и увидела Каэллана, стоящего в ногах кровати. За окнами лишь начинал брезжить серый, пасмурный рассвет.
— Ты с ума сошёл? — прошептала я, пытаясь увернуться от реальности обратно в сон. — Ещё ночь.
— Для тебя — уже утро. — Его тон не терпел возражений. — Твои друзья, судя по всему, не спят вообще и скоро могут оказаться здесь. Им нет дела до твоего отдыха. Поднимайся.
— Какой же ты невыносимый, — пробормотала я, садясь на кровати и морщась от боли в животе. Рана давала о себе знать.
— Я подожду во дворе, — бросил он, направляясь к двери. — Одевайся в то, что дал Крисс. И поживее.
Дверь закрылась, оставив меня наедине с ломотой в теле и смутным предчувствием, что этот день лёгким не будет.
Во дворе было сыро и промозгло. Каэллан ждал у старого фонтана, заросшего мхом. Без плаща, в простой тёмной рубашке, он выглядел почти обычно, если не считать неестественной бледности. В руках он держал два деревянных тренировочных меча.
— Это что за насмешка? — я взяла один, взвесила на ладони. Дерево казалось слишком лёгким после моего «Серпа Луны».
— Основа, — коротко ответил он. — Ты не владеешь собой. Твоя сила просыпается только в ярости, но ярость затмевает разум. Будем учиться думать.
— Думать я умею, — огрызнулась я, принимая боевую стойку.
— Покажи.
Я не стала ждать. Бросилась вперёд, вкладывая в удар всю злость, что копилась внутри. Он парировал играючи, почти не глядя, и тут же ответил. Деревянный клинок ткнул меня в плечо, совсем не больно, но унизительно.
— Злишься? — осведомился он, отступая на шаг. — Хорошо. Злость даёт силу. Но посмотри на меня — я даже не запыхался. А ты уже дышишь, как загнанная лошадь.
— Заткнись, — выдохнула я, снова бросаясь в атаку.
Следующий час превратился в пытку. Он гонял меня по двору, заставляя уклоняться, падать, вставать и снова пробовать. Мои удары либо уходили в пустоту, либо натыкались на его неуязвимую защиту. Он не бил сильно, только обозначал удары, но от этого было ещё обиднее — он играл со мной, как кот с мышью.
— Смотри не на клинок, — наставлял он, когда я в очередной раз пропустила тычок в бок. — На плечи смотри. На глаза. Они скажут, куда пойдёт удар, раньше, чем рука пошевелится.
— У тебя глаза вообще не двигаются, — прошипела я, потирая ушиб. — Каменные.
— Значит, ищи другие зацепки. Дыши ровнее. Не ори — дыши.
К середине тренировки я выдохлась окончательно. Руки дрожали, рана ныла, а перед глазами всё плыло. Я остановилась, опираясь на меч, и попыталась отдышаться.
— Всё, — выдохнула я. — Не могу больше.
— Можешь, — отрезал он. — Твои друзья не скажут «не могу», когда их будут убивать. Ещё раз.
— Да чтоб тебя... — я выпрямилась, сжимая меч так, что кости побелели.
В этот момент злость, усталость и отчаяние смешались во мне в гремучий коктейль. Я перестала думать. Просто рванула вперёд, и мир замедлился. Я видела, как расширяются его зрачки, как его рука тянется к мечу — медленно, слишком медленно. Мой деревянный клинок врезался ему в грудь раньше, чем он успел заблокировать удар.
Он отшатнулся, на его лице мелькнуло искреннее удивление, быстро сменившееся довольной, почти хищной усмешкой.
— Вот, — сказал он, потирая ушибленное место. — Видишь? Когда перестаёшь орать и начинаешь просто делать — получается.
Я стояла, тяжело дыша, не веря, что смогла его задеть.
— Это... это было не я, — выдохнула я. — Это оно само...
— Это ты, — перебил он. — Просто ты мешала себе думать, что не сможешь. Та сила, что просыпается в тебе — она не только от ярости. От отчаяния. От желания выжить. От... — он запнулся, подбирая слово, — ...от того, что тебе есть кого спасать.
Он подошёл ближе и протянул руку, чтобы забрать у меня меч. Я отдала, чувствуя, как дрожат пальцы.
— На сегодня хватит, — сказал он уже обычным, насмешливым тоном. — Иди в покои. Смени повязку. Вечером продолжим.
— Каэллан, — окликнула я, когда он уже направился к выходу из двора.
Он обернулся.
— Зачем ты это делаешь? — спросила я тихо. — Учишь меня? Чтобы я потом смогла тебя убить?
Он посмотрел на меня долгим, непроницаемым взглядом. В его алых глазах плясали отблески рассвета.
— Если ты и умрёшь, Иветт, то только от моей руки, — ответил он наконец. — И в подходящий момент. А пока... ты слишком ценна, чтобы позволить каким-то глупцам тебя угробить. Ты — моя инвестиция. А я не люблю терять вложения.
Он ушёл, не оборачиваясь. А я осталась стоять посреди двора, сжимая в руке деревянный меч и чувствуя, как в груди зарождается что-то новое. Не ненависть. Не страх. Что-то гораздо более опасное — надежда.
Я посмотрела на восток, туда, где за стенами замка бродили мои друзья. Три дня до бала. Три дня, чтобы научиться управлять тем, что живёт внутри меня. Времени почти не оставалось.
Глава 2.Второе явление.
Три дня пролетели как один бесконечный, изматывающий кошмар.
Каэллан гонял меня до полного изнеможения. Утром — тренировки во дворе, где я училась контролировать свою странную скорость. Днём — теория: он заставлял меня читать древние хроники, запоминать имена и связи вампирских кланов, их слабости и сильные стороны. Вечерами — снова бой, пока руки не начинали дрожать, а рана не напоминала о себе жгучей болью.
— Клан Валькур держит обиду, — говорил он, водя пальцем по карте, разложенной на столе. — Элизабет опозорена, её отец унижен. Они будут искать способ отомстить. На балу держись ближе ко мне.
— С чего бы это? — язвила я, разглядывая своё отражение в тусклом металле доспехов, развешанных на стене. — Чтобы твоя бывшая невеста подошла и прирезала меня снова? Спасибо, уже проходили.
— Чтобы никто не подошёл и не прирезал, — поправлял он, даже не поднимая головы. — Ты слишком ценна, чтобы умереть от руки какой-то взбалмошной аристократки.
— Ценна для чего? Для твоего ритуала? Для «ключа»?
Он поднимал на меня свои алые глаза, и в них читалось что-то такое, отчего внутри всё холодело.
— Для всего сразу, Иветт. Не будь наивной.
На третий день, ближе к вечеру, в покои вошли служанки. Их было четверо, и выглядели они решительно.
— Господин приказал подготовить вас к балу, — сказала старшая, даже не потрудившись скрыть брезгливость в голосе.
— Обойдусь, — буркнула я, но они уже окружили меня, как стая птиц.
Меня мыли, расчёсывали, натирали какими-то маслами, от которых кожа начинала пахнуть цветами и чем-то сладким. Я чувствовала себя куклой, которую наряжают для витрины. Когда они закончили и подвели меня к зеркалу, я замерла.
На меня смотрела не Иветт Де Ла Нуа, последняя охотница из древнего рода. На меня смотрела незнакомка в платье цвета воронова крыла. Чёрный бархат, глубокий, как ночь, облегал фигуру, оставляя плечи открытыми. Тонкое серебряное шитьё — звёзды, как на рукояти моего «Серпа Луны» — рассыпалось по корсажу и рукавам. Волосы уложили в замысловатую причёску, открыв шею. На шее, на тонкой серебряной цепочке, висел мамин крест — единственное, что они не посмели снять.
В дверях возник Каэллан.
Он замер на пороге. Всего на мгновение, но я успела заметить, как дрогнули его ресницы, как расширились зрачки, прежде чем на лицо вернулась привычная насмешливая маска.
— Недурно, — протянул он, приближаясь. — Чёрный тебе идёт. Под цвет твоей чёрной души.
— А ты сегодня прямо эталон вампирского шика, — парировала я, рассматривая его тёмно-синий, почти чёрный камзол, расшитый серебром. — Прямо с иголочки. Для невесты старался? Хотя какая теперь невеста...
— Для тебя старался, дикарка, — он усмехнулся и протянул руку, предлагая её опереться. — Чтобы моя свита выглядела прилично.
Я проигнорировала его жест и пошла сама, чувствуя, как длинная юбка путается в ногах, а непривычные туфли на каблуке норовят подломиться.
— Сломаешь каблук — понесу на руках, — раздалось сзади. — Весь клан будет в восторге.
— Попробуй только, — бросила я через плечо.
Банкетный зал сиял огнями. Тысячи свечей отражались в хрустале и золоте, превращая помещение в подобие звёздного неба, опрокинутого на землю. Вампиры в роскошных нарядах толпились у длинных столов, пили из хрустальных бокалов тёмно-красное, смеялись, танцевали. Воздух был густым от ароматов духов, цветов и... крови. Сладковатой, приторной, от которой начинала кружиться голова.
Когда мы вошли, гул голосов стих, а затем вспыхнул с новой силой. Шепотки, взгляды, полные любопытства и ненависти, полетели в нашу сторону. Я чувствовала их кожей — сотни алых глаз, изучающих, оценивающих, прожигающих.
— Улыбайся, — тихо приказал Каэллан, беря меня под руку. На этот раз я не стала вырываться. — Ты здесь не пленница. Ты — моя... спутница.
— Спутница, донор, игрушка, ключ, — прошептала я в ответ, сверкая натянутой улыбкой. — У тебя прямо талант на новые титулы для меня.
— Молчи и держись ближе. Там, слева, клан Валькур. Во главе с отцом Элизабет. Он пьёт кровь из бокала, но смотрит на тебя так, будто хочет пить из твоей шеи. Не подходи к ним.
— Я сама к ним не пойду, — заверила я. — Но если они подойдут...
— Если они подойдут, ты молчишь и смотришь на меня. Я решу.
Мы двинулись сквозь толпу, и она расступалась перед нами, как море перед носом корабля. Кто-то здоровался с Каэлланом, кто-то отводил глаза, но все без исключения провожали взглядами меня.
— Как думаешь, сколько из них мечтают меня прикончить? — спросила я, стараясь сохранять безразличное выражение лица.
— Все, — ответил он коротко. — Но это неважно. Важно, сколько из них решатся.
Внезапно толпа расступилась шире, и я увидела их.
В центре зала, у самого трона, стояла группа вампиров, одетых в белое. Среди них выделялась высокая фигура в серебристом платье, струящемся, как вода. Элизабет.
Она была прекрасна — той холодной, кукольной красотой, что свойственна только вампирам. Её светлые волосы рассыпались по обнажённым плечам, голубые глаза сияли, но когда они встретились с моими, в них полыхнуло такое пламя ненависти, что я невольно сжала пальцы на рукаве Каэллана.
— Спокойно, — тихо сказал он. — Она не посмеет. Не здесь.
Элизабет сделала шаг в нашу сторону. Её губы растянулись в улыбке — сладкой, как яд.
— Каэллан, дорогой, — пропела она, подходя. — Какой чудесный вечер. И ты привёл... свою новую игрушку. — Её взгляд скользнул по мне, и я физически ощутила этот взгляд, как прикосновение ледяного ножа. — Как трогательно. Она всё ещё жива. Я удивлена.
— Элизабет, — Каэллан слегка наклонил голову в знак приветствия, но в его голосе не было ни тепла, ни извинений. — Рад видеть тебя в добром здравии.
— О, я здорова, — она коснулась своего живота, там, где три дня назад мой нож оставил кровавые раны. — Благодаря заботам отца. А ты, я слышала, нашёл себе новое развлечение? Тренируешь смертную? Как мило. Дрессируешь зверушку?
Я молчала, стискивая зубы. Пальцы Каэллана легонько сжали мою руку — предупреждение.
— Иветт — моя гостья, — сказал он ровно. — И, как видишь, прекрасно себя чувствует в моём обществе.
— Прекрасно себя чувствует? — Элизабет рассмеялась — звонко, неестественно. — Судя по запаху, она до сих пор истекает кровью от моей маленькой шалости. Но ничего, — она наклонилась ко мне, понижая голос, — в следующий раз я не промахнусь, смертная. Удачи прятаться за спину своего хозяина.
Она выпрямилась, послала Каэллану воздушный поцелуй и уплыла обратно к своим, оставляя за собой шлейф духов и ненависти.
— Какая милая девушка, — выдохнула я, когда она отошла достаточно далеко. — И как ты только мог её бросить?
— Она не брошена, — поправил Каэллан. — Просто... переведена в статус дальних родственниц. Теперь будет вечно благодарна, если я на неё вообще взгляну.
— Романтично, — фыркнула я. — Надеюсь, ты и для меня готовишь что-то подобное?
Он посмотрел на меня сверху вниз, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое, почти человеческое.
— Для тебя, Иветт, у меня особый план.
Музыка заиграла громче, пары закружились в танце. Каэллан протянул руку.
— Потанцуем?
— Ты шутишь? — я посмотрела на него с подозрением. — После прошлого раза?
— В прошлый раз ты была в белом и вся в крови, — напомнил он. — Сегодня ты в чёрном и почти живая. Прогресс.
Я медленно вложила свою руку в его. Его пальцы сомкнулись на моих, холодные, но не неприятные.
— Только не наступай на подол, — предупредила я. — Это платье не сгорит так эффектно, как прошлое.
— Я запомню, — усмехнулся он, увлекая меня в круг.
Мы закружились в медленном вальсе. Я чувствовала на себе сотни взглядов, но в этот раз в них было не только любопытство и ненависть. Было что-то ещё — уважение? Страх? Они видели, как смертная танцует с будущим королём, и не знали, как на это реагировать.