Читать онлайн Заметки пожарного, или непридуманные истории бесплатно

Заметки пожарного,

или

Невыдуманные истории

Изд.

2026

«Заметки пожарного, или Непридуманные истории»

Автор: Дмитрий Рожков.

#Повесть. Приключения. Истории. Практика.

Обложка: Дмитрий Рожков

Фото: автора и из свободных источников

Рисунки: автор

176 стр.

«Представь себя в роли пожарного. Стоишь лицом к лицу с фронтом пламени. Огонь яростно пытается сокрушить все на своем пути. Животный страх стремится проникнуть тебе в мозг и парализовать сознание.

Минуту назад отработанными движениями размотаны рукава, всё четко. Крышка рундука открыта, скатка летит на землю, полугайка к выкидному патрубку, вторая на ствол. Бегом к дому. Калитка закрыта. С разгона, всей массой, плечом ломаешь забор. Протиснулся. Подошёл к горящему дому, до границы, когда температура пламени невыносимая, даже через специальную одежду.

– Воды! – Орёшь водителю, но голос тонет в общем шуме.

Секунды кажутся вечностью. Рукав сухой. Воды все нет. От жара начинает подгорать лицо через забрало каски. Поднимаешь руку, локтем закрываешь глаза. Рев и треск пламени перекрывают все остальные звуки…

Разные ситуации были, слушай дальше друг мой Серега.»

ISBN 978-5-6055691-5-2

2026 год

Предисловие:

Эта книга написана для широкого круга читателей. Проработав больше двадцати лет в пожарной охране решил поделиться своим опытом. Я постарался написать книгу с юмором. Избегая, насколько получится, специальной пожарной терминологии. В первых главах, правда, пришлось дать некоторые пояснения разных специальных названий, исключительно для понимания. Бывает сложно простым языком заменить специальные словечки. Профессиональные опытные пожарные, может быть, найдут, до чего «докопаться», если захотят. Для них пусть так и будет, сделал такую возможность.

В этой книге не стал делать упор на трагедию. Ведь пожар – это не что иное, как бедствие. Люди гибнут. И немало. Не щадит огонь никого – ни взрослых, ни детей. А вот как минимизировать, как постараться избежать, заранее обезопасить своё жилище, свою жизнь, вот тут примеры есть. Важно увидеть их, а ещё важнее запомнить и знать. Знать, как поступить, чтобы предотвратить, избежать беды. Большинство пожаров по статистике от невнимательности, халатности, разгильдяйства.

Вот вам свежий пример. Пожар в гараже. Водитель попросил заварить электрической сваркой небольшое отверстие в днище своего автомобиля. Сварщик – его друг. Говорит этот друг хозяину машины: «Почему приехал варить после обработки антикоррозийным составом? Свежее же. Может загореться». И всё же уговорил его товарищ. Решили попробовать. Предупредил только специалист: «Мне в маске не видно будет, увидишь, что загорится – скажи». Не успел и слова произнести хозяин, как загорелась сначала мазутная обработка по дну машины, потом и сам автомобиль в считанные секунды был охвачен пламенем. Оба успели выбежать. Сгорел гараж вместе с тачкой, вместе с дорогим оборудованием по ремонту в гараже. Потушили пожарные всё, что осталось. Халатность? Да! Недооценили риски. Можно было избежать? Конечно. И таких случаев много.

Эту книгу можно просто прочитать как интересные рассказы о пожарной охране. Я почти не пишу здесь о времени, проведенном вне дежурных суток. Это отдельная жизнь. И другие истории. Хотя немного затронуть эту область тоже хочется. Редко кто из пожарных, приходя домой, подробно рассказывает о работе. Особенно, если никуда не выезжали. И даже когда выезжали, тоже немного рассказывает. Берегут пожарные психику родных. Сажу с боевой одежды счищают в подразделениях. Сажа эта смывается с ткани только ледяной водой. Не берёт её ни тёплая вода, ни горячая. И как ни отмывай кожу рук и лица, лёгкий запах дыма всё же остаётся и прячется в волосах даже при интенсивной мойке.

Пригодится книга и тем, кто решит связать свою судьбу с пожарной охраной. Какая она, эта работа? Нужно с холодной головой подходить к выбору профессии. Знайте, что во время тушения пожара потребуется весь потенциал. Физический, умственный, вся сила духа. Настоящая проверка возможна при встрече с пламенем. Специальная одежда защитит тело. А вот не дрогнет ли душа? На этот вопрос вы получите вполне понятный ответ. Не стесняйтесь ещё на практике постараться выяснить для себя: ваша это работа или нет. И ещё один момент: геройства в пожарной охране нет. Есть знания. Есть опыт. Есть физическая выносливость. Есть моральные и волевые качества. Вот их старайтесь улучшать на любой работе. И как можно раньше. Просто в пожарной охране, при встрече с пламенем, они проявляются быстрее. А геройство в чистом виде часто заканчивается трагедией.

Хочется сказать, что много есть подразделений у пожарно-спасательной службы. Не обо всех я рассказал. Есть специальные спасатели. Горные спасатели. Аэродромные службы. Пожарные поезда, катера и самолёты. Просто там нет у меня углубленных знаний. Однако, если у вас будет желание поделится, присылайте свои рассказы мне на электронную почту: Dima-szr@yandex.ru, и мы вместе дополним эту книгу. Расширим её, сделаем интереснее.

Желаю приятного, захватывающего чтения.

Р.S. А Серёжка, главный герой этой истории, действительно, – мой маленький друг, который в будущем может стать пожарным. Он – один из лучших слушателей. Возможно, именно благодаря ему я и написал эту книгу.

Дмитрий Рожков

Серёжка

День был по-летнему жаркий. Сентябрь в разгаре. Серёжка ковырял палкой землю. Просто так, от нечего делать. Палка была гладкая и прочная. С небольшим сучком на конце. Этот сучок было удобно ввернуть в нутро пыльной кочки и разворошить её.

Серёжа рос в многодетной семье. Если считать от старшего, то он был третьим по счёту. И не последним. Всего братьев и сестер восемь. Все родные. Разница в возрасте – два года. Крепкий, коренастый, физически сильный Сергей не боялся работы. Старался во всём помогать родителям. А хозяйство в семье было большое. Две коровы, курочки, пчёлы. Не все с удовольствием работали во дворе. А ему нравилось.

В этом году Серёга перешел в четвёртый класс. Учился он средне. Гораздо больше, чем зубрить формулы, ему нравилось узнавать окружающий мир. Наблюдает, например, за коровой. Вот она хвостом бьёт мошек на теле. Интересно. Словно большая мухобойка, её хвост рассекает воздух. И происходит у неё всё как-то само собой.

Чей-то громкий крик вывел его из мыслей. Крик повторился. Сергей повернул голову в сторону кричавших у соседнего дома. И ахнул.

В тот момент он находился со стороны огорода. Соседский дом достаточно далеко стоял от хозяйства, где жила его семья.

(Серёга увидел, как в небо поднимается чёрный столб дыма)

Он увидел, как в той стороне в небо поднимается чёрный столб дыма. Ноги сами понесли его к воротам. Быстро перепрыгнул через заграждение и выбежал на улицу. Дыхание перехватило. Из гаража соседского дома вырывалось пламя. Сосед дядя Игорь выбежал из гаража, полного дыма, с большим красным газовым баллоном. Кинул его и хотел было опять забежать, но, видимо, температура стала очень высокой. Махнув рукой, сосед отбежал в сторону и только взвыл от беспомощности, глядя на происходящее. Быстро и нагло огонь охватил стену, воротину и часть крыши.

– Горим! – закричал сосед в отчаянии на всю улицу.

Его жена схватила шланг и попробовала тонкой струйкой воды полить мощные языки пламени. Куда там! Температура и жар от пожара резко ударили её по рукам. Вскрикнув, она бросила шланг и отскочила подальше.

Краем глаза Сергей увидел, как мимо него быстро пробежал отец. Бросил на бегу:

– Серёга, сам не лезь и нашим передай: близко не подходить!

Отец, высокий, худощавый и крепкий мужчина тридцати пяти лет, невольно вызвал чувство гордости у Серёги. Видно, что батя не боялся огня и прибежал помочь соседям.

– Пожарных вызвали. Едут.

Вместе с хозяевами быстро прошли вглубь двора, там была дверь в дом. Наверное, постараются спасти документы. Отец запретил заходить. Сергей оглянулся. Ага. Братья и сестрички стояли далеко. Вокруг уже собралась большая толпа народа. В основном, дети и женщины. Подходить они побоялись. Только он стоял максимально близко, там, где жар можно было терпеть.

Сергей смотрел, как быстро пламя захватывает всё больше и больше территории. Вот сначала дым ушел под крышу основного дома, а потом языки пламени выбились из-под козырька.

А это кто? Откуда появился пожарный? Один и без пожарной машины? Только тогда, когда пожарный поравнялся с ним, пробегая внутрь двора, Сергей с трудом узнал в нём своего соседа, дядю Диму. Серега слышал, что тот вроде как работает в пожарке, но никогда его в форме не встречал.

Подбежал к забору и посмотрел, что происходит с той стороны. Отец и дядя Игорь выносили вещи из дома. Тёти Лены и дяди Димы видно не было. Скорее всего, они в доме. Эх, туда бы, подумал Серёга, но строгий указ родителя остановил его. Оглянулся и решил посмотреть, где пламя сейчас. Вернулся к фасаду.

Всё происходило так быстро, всего минуты прошли с начала пожара, однако, казалось, что уже не меньше получаса лютует пламя. Уже и веранда занялась. Крыша со стороны улицы не сдерживала больше пламя. Резкими всполохами вырывалось оно наружу и поднимало чёрный столб дыма к небу.

Со стороны дороги послышался вой сирены. Наконец-то. Едут пожарные. Все взгляды устремлены в начало улицы. Красные машины приближались. Серёга отогнал толпу ребятишек подальше с проезжей части.

– Давайте, нечего стоять, отойдите подальше! – кто сразу не понял, получил подзатыльник.

Первый автомобиль резко остановился. Мощные ребята пожарные, кто в серой, кто в чёрной специальной одежде и в касках, выскочили из кабины. Действия отлаженные, работают быстро, и каждый знает, что и как делать. Вот уже установили блестящую штуку, к ней шланги присоединены. Водитель стоит позади машины. Там много лампочек светится, как в кабине самолёта, видел, в фильме показывали.

– Кто хозяин? – обращаясь к толпе зевак, крикнул один из пожарных, наверное, самый главный.

В этот момент из калитки выбежал дядя Дима. Оказывается, форма не нём была такая же, как у этого главного. Вместе они побежали вглубь двора к горящему дому. По дороге дядя Дима объяснял, что произошло, а главный кричал в радиостанцию про обстановку. Папы ещё не было видно. Пожарные присоединили шланги. И подали воду.

Вот это напор! Струя воды резко ударила по кровле и сразу сбила пламя. На время Сергей забыл, что только что волновался за отца.

Из калитки выглянул главный:

– Внутри гаража ещё один баллон с газом остался. Эвакуировать, быстро.

По этой команде один из пожарных опустил стекло на каске. Весь собрался. Второй подал воду из шланга на дверь. Они максимально близко подошли. Тот, что был без шланга, резко нагнулся и забежал в гараж. Вода мощным напором с шипением гасила пламя и охлаждала всё вокруг и внутри ворот. В створке показался первый пожарный с баллоном на плече. Откинул его подальше. И оба направили струю воды в сторону соседского дома.

– Ого, как чётко сработали! – воскликнул Серёга, поражённый быстротой действий и бесстрашием пожарных.

Только сейчас мальчик увидел, что второй соседский дом, в отличие от их дома, был очень близко к горящему. На крыше коттеджа сидел дядя Олег и поливал её из шланга, пытаясь защитить от огня. Несмотря на его попытки, мягкая черепица плавилась и в нескольких местах начала гореть.

Пролив крышу соседа, первая команда вернулась к тушению гаража. Серёга с восторгом смотрел на работу пожарных. Машины продолжали прибывать. Всё больше и больше пожарных разматывали шланги и тушили пожар. Уже и внутрь уходили эти толстые «змеи».

Осмотревшись, Сергей заметил отца. Тот вышел через заднюю калитку и подошёл к основному входу. Первое и самое важное дело он сделал. Теперь осталось не мешать и дать работать профессионалам. Тут отец увидел Сергея. Подошёл и потрепал его по голове.

– Да, Серёга, вот так бывает.

– Пап, а внутри сильно горело?

– Нет, внутри не успело. Мы часть вещей вытащили. Что-то там осталось. У тёти Лены внутри пошивочная комната. Она платье свадебное шила. Представляешь, если бы оно пропахло дымом или намокло. Такая работа пропала бы. Мы вытащили и платья, и машинки. Дядя Дима нас, правда, потом выгнал, иначе можно было отравиться дымом. Но тут уже и пожарные приехали. Всё нормально теперь будет. Главное, никто не пострадал.

Дядя Дима

На следующий день, проходя мимо дома дяди Димы, Серёга другими глазами посмотрел на своего взрослого соседа. В его семье было трое детей. Все пацаны. И только младший, которому было уже тринадцать лет, жил с родителями. И учился в одной школе с Сергеем.

Сосед, как обычно, работал в гараже. Двери были широко раскрыты. На широком верстаке шумел, как большой жук, столярный инструмент. Во все стороны летели опилки. Дядя Дима в свободное от пожарной службы время в гараже часто мастерил что-то из дерева. Например, кроватей деревянных наделает. И стоят они вдоль дороги – хоть ложись и отдыхай. А недавно сделал два паровоза – как настоящие, только поменьше. И пять вагонов в каждом составе. Рассказывал, что это локомотивы для туристической базы. Будут украшать территорию. Много всего необычного было в том гараже. Чего только стоил висящий на стене огромный сдвоенный велосипед. Два колеса, две пары педалей, два руля. Такого не было ни у кого больше.

Дядя Дима был физически крепкий. Он с сыновьями занимался мотоциклетным спортом, часто рассекая по окрестностям на спортивных мотоциклах. А ещё с женой бегал почти каждый день по деревенским дорожкам в сторону леса. Иной раз и по целому часу.

– Здравствуйте! – крикнул Серёга в открытую створку.

Жужжание прекратилось. Из глубины гаража показалась голова в опилках.

– А, Серёга, привет. Заходи, помощником будешь.

– А я вас вчера видел на пожаре. Вы пожарный? – зачем-то спросил Серёжка, хотя и сам знал ответ на этот вопрос.

– Ага, – дядя Дима любил поговорить с детьми. – Точно, – улыбнулся он, отряхивая голову.

Серега поделился мыслью, которую, казалось, знал давно, но точно понял вчера:

– А я, когда вырасту, тоже стану пожарным.

– О, брат, это легко. Только тут учиться нужно. Пожарные ведь не только сильными должны быть. Ещё и умными. А ты как думал?

Серёга пригорюнился немного. Он как раз сегодня получил очередную твёрдую тройку по русскому. Ну, ничего, подумал он, время-то ещё есть. До окончания школы вон далеко как!

– Дядя Дима, а это вы вчера в пожарной форме прибежали? Я вас видел.

– Извини, Серёга, вчера я не увидел тебя и не поздоровался как следует. Вот, держи сейчас пятюню, – и они крепко пожали друг другу руки.

Серёга улыбнулся.

– Дядя Дима, а расскажите что-нибудь интересное. Про пожар какой-нибудь? У вас, наверное, много их было?

– Так, так, так. Ну что ж. Тебя как, не будут дома искать? Нет? Тогда слушай…

И, присаживаясь, сосед начал рассказывать. Во время рассказа часто вскакивал и жестикулировал, показывал, как он работал, как в дыму ходил. Во время рассказа и смеялся, и грустил. Серёгино сердце было во власти этих историй. Он будто тоже шёл плечом к плечу с дядей Димой, в боевой одежде и каске.

Эх, такого слушателя ещё поискать! Повезло дяде Диме.

Рассказ первый. Квартира

В пожарной охране нельзя расслабляться:

На шутку товарища можно нарваться,

За завтраком можно без чая остаться,

Дежурство не сдать, если плохо убраться.

И можно подумать, что все юмористы,

Куда ни посмотришь – сплошные артисты.

Но стоит сирене на пожар прозвучать,

Вся весёлость слетает, ребят не узнать.

Скулы сжаты, все собраны, как на подбор,

Взгляд направлен туда, где дым встал столбом,

Чётко всё, все готовы по команде бежать:

– Ствол! Воды дай!

– Водитель, газуй, твою ж мать!

Когда пожарные делятся историями о прошедших пожарах с коллегами, то рассказ чаще всего сводится к интересным моментам, необычным или рискованным ситуациям, в которых они вольно или невольно оказываются. Если нас со стороны услышит человек, далёкий от профессии пожарного, он запросто не поймёт и половины рассказа. А всё потому что мы, пожарные, общаемся на своем профессиональном языке – с рабочими словечками, и даже, если хотите, на сленге. Поэтому, как бы мне сильно ни хотелось перейти сразу к огню и дыму, начнём с интересной «энциклопедической» экскурсии в нашу пожарную часть.

Что позволяет работать и пожарному, и его начальнику в условиях высоких температур рядом с огнём? Боевая одежда пожарного. Сокращённо БОП. Между собой пожарные называют её – боёвка.

Изнутри она очень напоминает фуфайку, а снаружи находится специальный защитный непромокаемый слой. Боёвка поддерживает температуру тела постоянной, зимой согревая, летом не давая перегреться. Ещё есть каска с забралом. Твёрдая «скорлупа» шлема бережёт голову, а специальный пластик забрала – лицо от жара. Почти на всех шлемах сзади есть пелерина. Это такой кусок брезента, который закрывает шею от жара и воды. Некоторые каски в темноте светятся. Корпус шлема изготовлен из особого материала с люминесцентными свойствами.

На ноги надеваются специальные сапоги. У них много плюсов. В них металлические стельки защищают стопу от случайного прокола, а усиленные носки – пальцы ног от внезапно упавшего на ногу тяжёлого предмета. Голенища высокие, предохраняют голеностоп от вывиха. Но есть и существенный минус – сапоги тяжёлые. Ногу в таком огромном, с развитым протектором, сапоге очень сложно просунуть в штанину боёвки, когда быстро собираешься на выезд. И поэтому пожарные придумали лайфхак: ещё до того, как заступить на дежурство, они готовят одежду, чтобы мгновенно впрыгнуть в неё по сигналу тревоги. Выставляют свои сапоги на видное место, а на голенища надевают штанины. Это очень экономит время сборов: по сигналу – хоп! – впрыгиваешь через штанины боёвки в сапоги – хоп! – и лямки – на плечи.

Время выезда пожарной машины из гаража с момента поступления сигнала тревоги – по специальному нормативу – максимум сорок секунд. При этом не важно, где пожарный в этот момент находится. Поэтому бегут ребята быстро и могут снести много чего на своём пути. Есть даже специальное правило в пожарных частях: не оставлять вещи на путях движения личного состава. Как и нельзя стелить дорожки и коврики там, где бойцы бегут к машине во время тревоги.

По прибытии на пожар чаще всего сразу подаётся ствол первой помощи. Это такая сборная конструкция. К выкидному патрубку насоса, можно также сказать, к насосу, прикрепляются два тонких шланга-рукава, каждый длиной примерно двадцать метров, и ствол. Стволы, кстати, бывают разные. И по диаметру, и по конструкции, и по назначению. Чаще всего это максимально лёгкий, регулируемый по подаче перекрывной ствол. По виду напоминает большой пистолет. Чем больше давление воды на выходе, то есть, чем сильнее она вытекает из ствола, тем сложнее удержать его в руках. Реактивная сила пытается вырвать ствол из рук. На некоторых стволах работать без товарища-подствольщика небезопасно. Был случай, когда тушили автобус. Загорелся недалеко от пожарной части. Пассажиры уже выбежали. Мы подъехали и сразу подаём ствол первой помощи, не заходя внутрь, через окно. Дело было зимой, скользко на дороге. А ствол был самый простой, не перекрывной. Только водитель мог убавить или прибавить давление через насос. Пошла вода. Чувствую, что сам медленно, против своей воли отодвигаюсь от кузова автобуса. Делаю пару шагов к нему, а водитель ещё немного давления добавляет. Не видит, что меня сносит. Шаг вперёд делаю, а на два шага назад отъезжаю. Отпустить нельзя, кричать бесполезно. Так и скользил, пока не увидел водитель меня из-за угла автобуса. Увидел, понял, давление сбросил. Тут уже стало можно маневрировать.

Тогда я работал на первом ходу. Первый ход в нашей пожарной части – это автомобиль, который по повышенному номеру выезжает в город на усиление. Повышенный номер – номер сложности пожара. Самые простые пожары – номер один. Это мелкие загорания, на начальной стадии, никому не угрожающие, и на тушение которых не требуется много людей и воды. И сложные пожары – номер пять. Когда тушение невозможно без привлечения большого количества техники и пожарных. Это такие пожары, как загорание предприятий, складов, гостиниц. На крупные загорания приезжают даже пожарные поезда и прилетают специальные пожарные самолёты и вертолёты.

Подразделяются и автомобили. В каждой пожарной части есть стандартные автоцистерны и специальные. Специальные – для тушения особых пожаров и мест, таких, как аэродромы, или, например, нефтяные заводы и хранилища. И стандартные пожарные автоцистерны – те, что охраняют наши города и сёла. В них есть грузовое шасси, кабина для пожарных на троих или семерых человек и бочка с водой вместимостью от одной тонны до восьми. А ещё пожарный насос, чтобы эту самую воду перекачивать из цистерны к месту пожара. Наша машина – на шасси КамАЗа. Кабина у КамАЗа не самая большая, в неё помещаются три человека. Водитель, пожарный и командир. Зато преимущество этой машины в большой ёмкости воды. Восемь тонн. И так как в городе на тот момент в основном были пожарные цистерны формата «больше людей, меньше воды», нас ценили. Вода на пожаре очень нужна: чем больше, тем лучше.

Вот пожарные пришли на работу. Заступают на смену. Начальник караула, или начкар. Помощник начальника караула. Четыре командира отделения. Восемь или девять пожарных. Семь водителей. Один диспетчер. Итого двадцать два или двадцать три человека. Все эти люди составляют караул. На одной пожарной машине выезжает командир отделения, водитель и два пожарных. Начальник и помощник могут ехать на любой. Та, на которой едет начальник караула, всегда первая в колонне. Остановилась она – стали все.

В нашем карауле четыре автоцистерны и три автомобиля спецтехники.

Один из специальных автомобилей – рукавный. В кузове у него особым способом сложены соединённые между собой рукава диаметром пятнадцать сантиметров. Такой автомобиль, двигаясь малым ходом, прокладывает сразу две рукавные линии на два километра. Ещё одна машина спецтехники —пожарная насосная станция (ПНС).

(Пожарный пеноподьёмник )

Запаса воды в ней нет совсем. ПНС работает в паре с рукавным автомобилем. У этой машины, кроме огромного водяного центробежного насоса, на раме стоит автомобильный дизельный двигатель. Этот двигатель вращает вал насоса. Третий специальный автомобиль – пеноподъёмник. Он, в отличие от двух других машин, имеет свой запас воды или пены.

Из четырех автоцистерн для тушения только первый ход выезжает в город. Остальные охраняют нефтеперерабатывающий завод. У каждой пожарной части есть свой район выезда. Территория, куда пожарные из этой части должны приехать самыми первыми.

Вот теперь вы, дорогой читатель, немного пожарный. Экскурсию в специальный сленг заканчиваю, но по ходу изложения буду к нему периодически возвращаться.

Перенесёмся в один из рабочих дней. Мы занимаемся обычными делами согласно распорядку дня. Никто вызова не ожидает, но все знают, что он может быть. Так в этот раз и случилось.

Звучит сигнал тревоги, пожар в квартире. Один из первых моих городских пожаров. Ходу до дома, где это случилось, минут двадцать с мигалками. Это не наш район выезда, мы едем на усиление. Есть время обсудить работу. Мой командир Юсеф советует:

– Там дом-общежитие, он горел уже не раз. Подъезд один и коридоры длинные. Задымление. От меня не отходи, держись за баллон, когда пойдём.

– Хорошо, – говорю, а сам думаю: сейчас день, светло, не потеряюсь.

Давайте опять заглянем в глоссарий. О каком баллоне, за который нужно держаться, речь? Дело в том, что, когда много дыма, без специальных средств защиты органов дыхания не обойтись. Называются они – аппараты со сжатым воздухом. А люди, которые в них работают, – газодымозащитники. Попросту говоря, у пожарного сзади на спине баллон, от которого идут воздушные шланги к маске. В баллоне сжатый воздух. Система изолированная, то есть воздух извне не используется. Очень похоже на акваланг, только нырять с ним нельзя. Клапан выдоха неподходящий.

(За спинами аппараты со сжатым воздухом АСВ)

Когда приехали к месту, парни из других караулов уже тушили. Водителя мы оставили у входа. Старший, кто командует при тушении, один. Называется официально «руководитель тушения пожара», сокращённо РТП. Он поставил нам задачу следовать в квартиру на помощь. Как правило, пару человек со стволов тушат. Остальные разбирают то, что горело, вытаскивают, что ещё не тронул огонь, вскрывают места, чтобы ствольщик мог полностью пролить водой очаг. Мы включились в аппараты со сжатым воздухом. Время работы в них примерно пятьдесят минут. Много это или мало? Если очаг рядом и его искать не нужно, то воздуха достаточно. Физически за полчаса интенсивной работы успеваем потушить и проветрить помещение. Если же сложная планировка, подвал, например, тогда большую часть воздуха тратишь на дорогу. Ещё бы поработал, а уже обратно идти пора. Не хватает этого времени. И всегда хочется запас воздуха увеличить. К тому же в работе кислород тратится быстрее, чем в состоянии покоя.

Когда воздуха в баллоне остаётся мало, звучит звуковой сигнал. Это уже критичный вариант. Звучать в зоне задымления сигнал не должен. Нужно постоянно следить за давлением воздуха на шкале манометра. Есть формула, по которой считаешь, сколько времени тебе нужно работать, чтобы успеть вернуться из зоны задымления. На входе, кстати, дежурит постовой на посту безопасности. Он оповещает звено обо всех изменениях, что увидит снаружи. Также его задача – проводить расчёты и по рации предупреждать, когда нужно выходить. Но всё-таки нам, пожарным, нужно и самим следить за количеством воздуха. В нём – наша жизнь. А расчёт, он несложный. Давление в баллоне, которое показал твой манометр при включении, делишь на три. Одну треть воздуха из баллона потратил, пора возвращаться. А если нужно кого-то спасать? А если недавно пришел? Как быть? Тушить или назад? По инструкции —возвращаться.

(Горело на четвертом)

И вот мы поднялись на этаж. Горело на четвёртом.

На лестничной клетке никого нет. Людей со смежных этажей уже вывели. Мы повернули в коридор к горящей квартире. И вот тут произошло то, что стало для меня уроком на будущее.

Фонарь – у командира, который идёт впереди меня. Воздух вокруг нас постепенно теряет свою прозрачность. Плюс темно от отсутствия естественного света. И вот уже ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Как в молоке. Под ногами – пожарные рукава. Можно споткнуться и упасть. Я, приноравливаясь к шагу командира, иду за ним. Моя рука в пожарной перчатке – на его баллоне, как и было условлено. Шаг за шагом. Внезапно я спотыкаюсь, и рука отпускает баллон. Всего мгновение, а командир исчез. По ощущениям – впереди стена, а куда поворачивать: влево или вправо? Не знаю.

Чтобы понять, что я в тот момент ощутил, завяжите глаза платком и сделайте несколько шагов вперёд. Как в жмурках. Даже в знакомой комнате это будет непросто. А в том коридоре я был впервые. На секунду охватила паника, которая, впрочем, сразу стала управляемой.

Мозг подкинул решение проблемы. Во-первых, пожарные рукава, что под ногами, обязательно выведут меня или к ствольщику, или к машине. Во-вторых, командир, почувствовав, что меня рядом нет, вернётся. А в-третьих, воздуха в баллоне ещё много.

Интуитивно я поворачиваю направо, делаю пару шагов и утыкаюсь в знакомый баллон Юсефа. Теперь уже не церемонюсь и крепко хватаюсь за ремень на его боёвке. Мы продолжаем путь к очагу. Впереди сперва едва-едва, а потом всё более ясно маячит свет. Это вход в квартиру. Тут уже ничего не горит. Мебель и вещи обуглились и слабо тлеют. Окно открыто настежь. Дым хоть и стоит ещё плотной пеленой, но уже значительно поредел. Ребята показывают нам жестами, что нужно выкинуть всё, что дымится или может воспламениться. Мы переключаемся на работу. Вещи через окно четвёртого этажа начинают покидать квартиру. Какое-то тряпьё, остатки стульев и столов. То, что раньше было шкафом, тоже сделав пару красивых пируэтов в полёте к земле, превращается в груду тлеющих обломков. Постепенно помещение совсем проветривается, и мы снимаем маски аппаратов.

Я чувствую воодушевление. На пожаре никто не пострадал физически. Мы сработали дружно и профессионально. Моя боевая одежда в саже и пропахла дымом. Со стороны я выгляжу, как встрёпанный воробей, который только что искупался в луже, причём, не самой чистой. С чувством удовлетворения от работы возвращаемся к себе в часть. Опыт поведения в дыму и временный испуг запомнились мне. Сразу скажу, в будущем в таких ситуациях я уже не считал ворон, а чётко знал – дым не прощает рассеянных. Максимальная концентрация и внимательность, только так.

Серёжка: «А как начиналось у вас?»

Серёга на следующий день, подходя к родной улице, уже издалека видел, что ворота гаража его кумира закрыты. Эх! – с сожалением подумал парень. – Наверное, на работе. Пожары тушит.

Вздохнул и прошёл мимо.

Целую неделю их пути-дорожки не пересекались. Серёга в голове всё прокручивал увиденный пожар. И хоть память начала стирать яркость впечатлений, всё же то, что произошло, не выходило из головы. Сидя на перемене в школе, даже попробовал нарисовать, как горит дом, и он, Серёга, в красивой боевой одежде пожарного держит в руках ствол и мощным напором воды тушит пламя. Получился рисунок отлично. Сейчас лежал между страницами в дневнике.

Серёга посмотрел в сторону Лизы. Эта девочка с косами ему нравилась. Вот бы она увидела, как храбро он забегает в горящий дом и спасает ребёнка, тогда бы она поняла, какой он сильный и ловкий. Почему-то, когда он дёргал её за косички, она неправильно оценивала его физические данные.

– А ведь дядя Дима тоже когда-то был ребёнком, – вдруг пришла в голову мысль. Надо будет спросить у него, когда он решил стать пожарным?

С этой мыслью Серёга возвращался со школы. С ней же плотно пообедал вкусным супом с фрикадельками. За столом у них в семье всегда было шумно: кто-нибудь из детей пошутит – все смеются, и захочешь, не сможешь успокоиться. Мама ругается. На секунду – тишина, но стоит посмотреть друг на друга, как смех сам по себе возвращается. Выйдя из-за стола и поблагодарив маму за обед, Серёга собрался на улицу.

– Уроки сделал? – это мама остановила у самого порога. Как она всё видит? Не выйдешь незамеченным. Вот только, кажется, она кормила младшую Соню.

– Мааам, у меня немного там. Сделаю вечером.

– Ладно, давай, на час и садись за уроки. Вечером поможешь папе во дворе.

Помогать папе Серёга любил. У них в хозяйстве было два трактора. И отец всегда давал рулить. А потом и научил самостоятельно управлять трактором. Вот бы и сейчас нужно было что-нибудь перевезти.

В таком настроении выбежал Сергей на улицу. Из общей кучи прислонённых к ограде велосипедов выдернул свой. Открыл калитку и выехал на дорогу. Уже отсюда увидел, что у дома дяди Димы стоит машина. Может быть, это он занят в гараже? И точно. Сосед что-то собирает на столе прямо у входа.

– Здравствуйте!

– Здорово, Серёга. Как дела твои?

– Замечательно. Вчера четвёрку получил.

– По пению? – смеется дядя Дима.

– Нет, по литературе, – на полном серьёзе отвечает мальчишка. – Дядя Дима, а вы расскажете, как стали пожарным?

Сергей, предчувствуя интересный рассказ, отставил в сторону велосипед и присел на скамейку у гаража.

– Ну, хорошо, – взъерошил волосы сосед. – Отчего же не рассказать?

Рассказ второй. Детство. Техникум

Вы слышали, что всё идет из детства?

Что там закладывается предназначенья нить?

На вечный наш вопрос «Что делать?»

Ответили бы младенцы… если б умели говорить.

В раннем детстве я мечтал стать каскадёром. Падать с крыши, выпрыгивать из горящего автомобиля, на полном скаку вылететь из седла сражённого пулей коня. Вот это здорово. Почему-то всё это представлялось мне юному очень романтичным и мужественным.

Если мы с братьями смотрели фильмы, и там не было сцен погонь, перестрелок или подвига, эти картины нас не устраивали.

– Папа, это кино про погони? – спрашивали мы у родителя, глядя ему в глаза.

– Нет, хотя…Пару сцен есть.

– Позовешь, когда будут, ага? – сюжет самого фильма меня не особо интересовал.

Школа каскадёрского мастерства была где-то далеко. Поэтому детские мечты остались мечтами. Не скажу, что хотел стать пожарным. Однако страсть к опасностям, видно, была.

Школьные годы пролетели быстро. Успеваемость средняя. Мыслей о пожарной охране не было.

Куда поступать после школы? Наверное, есть небольшой процент детей 14–16 лет, которые точно знают, чем хотят заниматься в будущем. Я особо не задумывался над этим вопросом. Имели значение следующие моменты: во-первых – какие оценки в аттестате, во-вторых – где у родителей есть знакомые, и в-третьих – бюджет семьи.

Решил поступать в политехнический техникум на специальность «Пожарная безопасность». Совпали несколько показателей. В аттестате у меня были четвёрки с пятёрками напополам – довольно-таки неплохо. Но самое главное, мои родители были хорошо знакомы с заведующей кафедры механиков. Плюс мне импонировало стать пожарным. Мужественная профессия. Интересная. С огоньком.

В конце лета мне предстояло сдать экзамены по математике и русскому языку. Сдал я сам или помогли, мне и сейчас не известно. Самое главное, через две недели дали официальный ответ: я зачислен. В тот год набор на данную профессию сократили с двух групп до одной. Конкуренция большая.

Шел 1994 год. Разгул бандитизма. Различные преступные группировки главенствовали в городах. И мы, молодежь, старались походить на авторитетов. Общение и повадки были сплошь такие:

– Ты меня уважаешь?

– Да ты знаешь, кто я?

Учиться в те годы было не авторитетно. Видно, поэтому никто особо не тянулся к знаниям. Да и не собирался работать по профессии в дальнейшем. К тому же многие понимали, что в пожарной части всё, что нужно, объяснят на месте. Если возьмут. Как и в техникум, в нашем городе для трудоустройства нужен был блат. И стопроцентное здоровье.

У меня же в то время всё ещё присутствовал синдром отличника. К тому же не хотелось подводить знакомую заведующую, через которую поступал. В то же время я научился договариваться с преподавателями. Общение – не последний навык в жизни. Так сложилось, что к четвёртому курсу у меня дело шло к красному диплому.

Предметы по тактике и по пожарно-прикладному спорту давались легко. Сложнее было с профилактикой и гуманитарными предметами. Чтобы улучшить себе оценки, помогали преподавателям копать огороды, ремонтировать спортивные залы, хоронить родственников.

В группе студентов организовалась несложная иерархическая система. Человека четыре – авторитеты. При них пара шутов. Человек пять-шесть были на нижней ступени и постоянно получали порции издевательств. И середина. Я относился к середине, ничем не выделялся. Меня не трогали, потому что, помимо острого языка плюс занятий боксом, я был знаком с уважаемыми в определенных кругах людьми.

Я сидел на последней парте среднего ряда со своим товарищем Илдаром, физически крупным парнем. Илдар по натуре был спокойным, мужественным, толковым и несколько стеснительным человеком. Правда, стеснительность его распространялась только на общение с женским полом.

Отличный товарищ, с которым мы проболтали большую часть учёбы с первого по четвёртый курс. Дальше наши дороги разошлись и пересеклись уже в зрелом возрасте. Когда я работал помощником начальника караула в одной из частей, он обратился за помощью по трудоустройству. Очень рад и ни разу не пожалел, что получилось договориться и устроить его в свой караул.

Знания в техникуме и полученные на реальных пожарах – это две разные вещи. Благодарен практике. Со второго курса мы на две недели приезжали в пожарные части и участвовали в выездах на реальные пожары. Да, нас не пускали близко к огню. Однако представление о том, что нас ждёт, мы получали сполна. Тут-то мои детские мечты о романтике и заиграли новыми красками: бордово-красными всполохами пламени, сизо-синим цветом задымления и клубами черного дыма активного горения.

Время производственных практик приходилось на лето. Сезон пожаров в лесах. Расскажу об одном случае, который приключился тогда со мной.

Шли третьи сутки моей практики. В город на тушение в это время не выезжали. Оставалось ещё каких-то пару суток, и всё. Домой. Втихаря я ждал: ну, когда же поедем на крупный пожар. Будет, что рассказать в техникуме. На пожаре – чем больше участников, тем лучше. Поэтому нас одевали в боевую одежду, и мы тоже участвовали в тушении там, где неопасно. А тут уже трое суток подряд – тишина. Примерно в обеденное время диспетчер зовет начальника караула:

– Лес горит. Далеко ещё от города, но, скорее всего, мы тоже поедем. Готовьте резервную технику. Сейчас вызвали подкрепление. Пару человек с водителем придут.

Я – свидетель этой беседы. Намечается что-то интересное.

– Я тоже поеду, разрешите? – задаю прямой вопрос руководителю.

– Сейчас по ГО приедут пожарные с командиром, там и посмотрим. А пока, если хочешь, помоги технику готовить.

Надо сказать пару слов о ГО, гражданской обороне. Это особый режим в пожарных частях. Согласно этому плану в случае недостатка сил и средств на крупные пожары привлекаются люди, свободные от несения суточного дежурства. Диспетчер обзванивает бойцов. Сообщает о введении сбора. Все откладывают домашние дела и собираются в части.

Комплектуется отделение на резервной пожарной машине и ставится задача. Пожар в лесу – как раз такой случай.

Пока все вызванные из дома собирались, огонь захватил внушительный кусок территории. Уже больше десяти машин выехало на борьбу с лесным пожаром. Командир отделения Александр взял координаты, и мы тоже выехали. Примерно сорок километров до места, это далеко. Поездка на машине уже тогда для меня представляла большой интерес. К тому же, куда точно нам прибыть, указано не было. Это попахивало приключениями. Дым мы видели. Направление казалось ясным. Однако сначала мы упёрлись в овраг. Потом в речку. Поехали в объезд. Пересекли большое песочное плато. В радио эфире все разговоры слышали, а ответить не могли – не брала рация. А сотовой связи тогда ещё не было.

Проехали мимо насосной станции. За огороженной территорией вдалеке виднелось небольшое здание. Там обычно сидели дежурные. Оставили позади и дачные массивы. И вот уже приближались к тому месту, где широкой полосой виднелся дым.

– Смотри осторожнее, речка впереди, – делает замечание водителю наш командир.

– Да разве это речка! Ручей. Мы на вездеходе её мигом проедем.

– Аккуратнее.

Машина легко съехала с крутого берега и, погрузившись по самую кабину, рыча, выскочила на другой берег.

– Всего метра три ширина, да и не глубоко, – водитель Михаил явно был доволен.

Я тоже был доволен. Потому что, когда мы погрузились, подумал – застрянем.

Проехав по грунтовой дороге ещё несколько километров, уперлись в лесную опушку. Вышли посмотреть. Дорога старая. Но пожар где-то рядом. Были слышны характерные гул и треск.

– Будем пробираться? – вопрос от Михаила.

– Давай потихоньку. По этой дороге через сто метров видишь полянку? Давай к ней.

Водитель включил пониженную передачу на машине, задействовал все вездеходные возможности. Медленно поползли в чащу. Ветки скребли по машине, как бы предупреждая: «Нельзя туда, езжайте обратно». От дороги осталось только направление. И всё же уже рядом была достаточно большая поляна. Её почти правильная окружность навскидку достигала метров семидесяти. Последнее дерево ветвями прошлось по машине, часть зелени оставив на крыше. Стало светло, лес расступился.

– Ура, выехали! Что это? Эээй…

– Миха, ты чего? – удивился командир.

Мы все думали: выедем на открытое место, остановимся и тут будем встречать фронт пламени. Получилось, да только не так, как планировали. Наша пожарная машина, медленно двигаясь вперёд, также медленно начала уходить под грунт.

– А, мамочки, это же болото, давай назад! – эти крики Александра не смогли помочь. Машина плотно встала. Ещё несколько попыток тронуться враскачку, и всё. Мягкий грунт цепко захватил в плен наш транспорт.

– Приехали. Конечная.

Вообще высота до кабины автоцистерны, до верхней подножки, примерно метр. Так, чтобы было понятно. Погрузились мы ровно до этой ступени. Не нужно было лихо спрыгивать с подножки. Открываешь дверь, и вот она, земля. Ноги не проваливались в грунт, машина дальше не погружалась. Однако не нужно быть профессионалом, чтобы понимать, сами мы из ловушки не вылезем.

– Ребята, огонь!

Отвлеклись на происходящее с машиной и не заметили, как фронт подошел вплотную. В лесных пожарах есть такое понятие, как верховой пожар. Характеризуется высокой скоростью распространения. Горит сразу вся крона дерева. Огонь перекидывается на следующее. Температура очень высокая. Ничто и никто не выживает в огне. Гул стоит, как будто реактивный самолет на форсаже пролетает на уровне десяти метров от земли.

(Обогнув нашу поляну, стена огня, как дикий зверь, умчалась дальше)

Мы, как зачарованные, смотрели на стену пламени. Даже не доставали ствол и не пытались тушить. Это было бесполезно. Обогнув с двух сторон нашу поляну, стена огня, как дикий зверь, умчалась дальше. Страшное зрелище.

– Скоро придёт низовой. До нас не дойдёт, жидко тут слишком, на почве-то. Давайте думать, как выбираться, – командир явно нервничал. Связи-то нет. Где мы находимся, тоже никто не знает. – Нас тут и с самолета не сразу найдёшь.

Что мы имеем? Водитель, командир и я – студент.

– Ну что, студент? Дорогу запомнил? Давай, прямо, никуда не сворачивая, иди по нашим следам. По рации слышу, отряд воюет где-то у насосной, что мы проезжали мимо. Встретишь их, дорогу покажешь. Ждём помощи.

Вот они, настоящие приключения.

– Ну, я пошёл.

– Давай аккуратнее, дорогу помнишь?

– Конечно, помню, – говорю, а сам думаю, что по ходу разберусь.

И вот уже выхожу из леса. Следы явно видны на грунте. Тут вспомнил про речушку. Дойду и на месте подумаю, как её преодолеть. Легонько побежал. Вокруг ещё светло, и всё же скоро начнёт смеркаться. В темноте плутать по незнакомым местам вовсе не хотелось. Бегу. Обратил внимание на работу мышц в целом. Сил много. Красота.

Показалась речка.

– Да, из машины ты выглядела совсем не широкой. И не такой глубокой. Надо прыгать, – подумал я.

Там, где мы недавно проехали, – самое узкое место, да и берег жёсткий. Было, где оттолкнуться. Разбежался и прыгнул. Одна нога всё-таки приземлилась в воду. Хорошо – неглубоко. Но старый поношенный казённый сапог воды зачерпнул. Я пошёл дальше. В сапоге хлюпала вода.

– Хорошо, что сапог дырявый, – размышлял. – Вода быстро выльется из дырки у подошвы. Да и нет водных препятствий дальше.

Шёл, считал шаги. По моим подсчётам километров пять уже прошёл. Скоро дачные массивы. Ура. Впереди вижу два автомобиля. Что они там возятся? Оказалось, одна из машин застряла в песке, а вторая пытается её вытащить. Безрезультатно. Я дошёл до ребят и подключился к спасательной операции. Однако и моей помощи не хватило. Делюсь с ними своей ситуацией. Предлагаю:

– Давайте сделаем так. Вы меня подбросите до станции. А мы на обратной дороге пожарной машиной вытащим вас. Как идея?

– Ну что ж, кажется, другого варианта нет, – ответил мой случайный попутчик. – Садись.

Минут через двадцать я удивлённо спросил:

– Сколько мы проехали? А то ещё не видно насосной станции.

– Уже скоро. Ещё минут пять.

«Ого, – подумал я. – Если бы не добрые люди, топать мне ножками это расстояние. Спасибо, ускорили процесс».

– Смотри, у насосной никого нет.

– Остановите, пожалуйста, может быть, у них есть телефон, позвоню в часть, предупрежу диспетчера, вызовут помощь, – попросил я.

Остановили. Я вышел из машины и, подходя к воротам, обратил внимание на слабенький забор с большими дырами по периметру.

– Э-ге-гей, есть кто-нибудь живой? – закричал, что есть силы.

И пока звук моего голоса летел к зданию станции, сам я со скоростью звука уже летел обратно к машине. От насосной ко мне на спринтерской скорости приближался кое-кто живой, а ещё огромный и лохматый. И, кстати, их было двое. Чудовища с оскаленными пастями явно давно не видели человека.