Читать онлайн Новый год с драконом бесплатно

Глава 1 – Перемещение и взгляд

Зимний вечер накануне Нового года в маленьком уральском городе Златоград1 наполнялся духом праздника. Стремительно сгущающиеся сумерки разгонял свет фонарных столбов. Повсюду встречались яркие гирлянды, создавая волшебное настроение. А снег вокруг искрился так, будто его обсыпали блёстками.

Нужный автобус Арина пропустила. Точнее это он её пропустил – взял и приехал раньше. И она, кто пришла на остановку вовремя, наблюдала как он уезжает.

– Вот негодяй! – воскликнула она. И это вызвало улыбку у пожилой женщины неподалёку. А Арине пришлось идти к дедушке Ване пешком.

В голубой парке, обмотанная розовым шарфом в три оборота и в шапке с помпоном такого же цвета Арина, пересекая лесок, шла по протоптанной тропинке среди высоких сугробов. Она проваливалась то вправо, то влево, и крепко сжимала пластиковый зелёный контейнер, внутри которого при каждом шаге и наклоне шуршала мишура и постукивали друг об друга ёлочные игрушки.

На тропинке было довольно темно. Фонарный столб светил только в её начале, возле крайнего подъезда пятиэтажного дома. Рядом никого не было. Только где-то впереди – на небольшой парковке – слышался скрип снега быстрых шагов. Многие уже начали праздновать и из окон доносились: музыка, голоса, смех, радостные крики детей, споры и лай собаки. А вдалеке взорвалась петарда.

В зазорах между стволов сосен Арина любовалась особенно богатым на гирлянды балконом, как вдруг – подул ветер, снег сорвался с хвойных веток, и лампа фонарного столба лопнула. Арина вздрогнула, замерла. А когда она поняла, что это был всего лишь фонарь, то выдохнула. Покачав головой и усмехнувшись, она было пошла дальше. Как вдруг – она услышала тонкое мелодичное завывание ветерка с шуршащим снежинками звуком. Она посмотрела по сторонам, но в темноте кроме деревьев и сугробов, на которые ложился снег, упавший с веток, ничего не увидела.

А к Арине то извиваясь как игривая змейка, то прыгая по сугробам, подкрался голубой вихрь со снежинками. Он подлетел к ней со спины, подхватил и закружил. Она взвизгнула и, прижимая к себе, крепко сжала контейнер. Вихрь, окутывая в объятия, резко поднялся вверх, а она успела только зажмуриться – и они исчезли, растаяв в воздухе.

❄

На секунду в желудке Арины возникло неприятное сжимающее чувство, а в голове странная лёгкость, будто мозг вынули на эту секунду. Она почувствовала, как замерла в воздухе и потом упала в глубокий сугроб на спину – ноги к верху, контейнер выпал и, перелетев голову, упал в снег, а чёрная сумка кросс-боди оказалась под поясницей. И Арина услышала, как что-то разбилось.

– О нет! – сдавленно выдохнула она. У неё были три стеклянные игрушки, которые раньше принадлежали любимой бабушке Наде, и которые она оставила себе на память.

Арина как неповоротливый пингвин садилась в сугробе. Снег нагло забирался под парку, под длинную юбку, а волосы немного выбрались наружу и уже покрылись инеем. Арина думала, что упала где-то сбоку тропинки. Но когда она села, то замерла и разинула рот. Тропинка, сосны, дом – исчезли. Перед Ариной простиралось бледно искрящееся полотно снега, высились пышные снежные ели, а вдали виднелись серые горы. И точно небо стало другим – таким чёрно-синим, чистым, с миллионом ярких звёзд. Впереди стоял небольшой двухэтажный дом из плотной кладки крупных камней. Из большого и малых окон тёплый свет падал на крыльцо и снег. Из трубы поднимался и рассеивался дым, и в нос Арины, пробираясь через мороз, заползал запах горящих поленьев.

Ничего не понимая, Арина выдохнула в слои шарфа и кое-как поднялась, а снег с неё осыпа́лся. Она огляделась и поняла, что оказалась в заснеженной долине в горах, и кроме дома и елей здесь ничего не было.

– Что за чертовщина? – удивилась Арина. – Как я…? Где я…? Что…?

Хлопнула дверь – Арина вздрогнула и тут же развернулась к дому. Раздались мерные шаги по сугробам. Арина замерла, сердце заколотилось быстрее – она увидела высокий силуэт с очертаниями крупных крыльев. Распахнув глаза, она испуганно ахнула, попятилась и не заметила, как наступила на что-то овальное – оно треснуло, лопнуло.

– М-монстр! – тихо воскликнула Арина.

Она развернулась и побежала со всех ног, но из-за глубоких сугробов бежала не очень-то быстро. Её бросило в жар от бега с препятствием, от страха. Впереди был словно спуск и она, услышав приближающиеся шаги за спиной, ускорилась изо всех сил.

– Стой! – крикнул обеспокоенный мужской голос.

Но Арина не остановилась, а сделала рывок, думая, что сможет скатиться со склона. Да хоть кувырком, подумала она, всяко будет быстрее. Но там был не склон, а обрыв!

С испуганным ахом Арина упала, но успела ухватиться за выпирающий тупой камень и повисла. Снег с края осыпался и, рассеиваясь, ложился на сугробы внизу. Высота была метров семь, и не было понятно насколько глубокими они были, прятались ли в них камни.

Арина думала подтянуться и попытаться забраться, как увидела, что у края вырос её преследователь.

Высокий, стройный и сильный мужчина с волнистыми чёрными волосами, которые опускались чуть ниже плеч выглядел лет на тридцать-тридцать пять. Овальный тип мужественного красивого лица с выразительными чертами, с чётко очерченными скулами и подбородком, но и в то же время в каждой линии присутствовала притягательная мягкость, аристократичность; прямой нос с маленькой горбинкой; губы тонкие, но выразительные; уши заострённые, но не вытянутые; чёрные, чётко очерченные брови; глубокие и зелёные глаза с густыми ресницами – насыщенные, яркие, с вертикальными щелями вместо человеческих зрачков. Не считая необычных глаз и ушей, мужчина выглядел как человек. А на спине у него были кожаные зелёные крылья – красивые, сильные.

Удивительный незнакомец, когда встретился с карими глазами Арины замер, замерла и она. Его веки чуть приоткрылись, он тихо выдохнул маленькое облачко пара. Она, забыв об опасности и боли в руках, прерывисто вдохнула, и что-то вздрогнуло в груди – как внутренний мягкий удар землетрясения души, и она утонула в удивительной зелени его глаз.

Затем мужчина опомнился и присел, протягивая руку к Арине в намерении схватить её. Но она, увидев движение, испуганно ахнула, случайно разжала хватку и с криком полетела вниз спиной. Не раздумывая, мужчина оттолкнулся от края и, будто ныряя в воду, прыгнул следом за ней. Он нагнал её в воздухе, схватил и расправил крылья.

Плавные взмахи крыльев, сильные руки, и Арина дрожащая, растерянная прижималась к мужчине, цепляясь за тёмно-зелёную тунику на груди.

Мужчина приземлился на крыльце дома, выложенного тёмными досками, вперил взгляд в дверь на секунду – и она открылась. Внутри Арину тут же окутало тепло, запах горящей древесины и готовящейся еды с ароматными приправами. Они оказались в небольшой прихожей с полкой для обуви у стены, с крючками для одежды над ними, с одним стулом и тумбой.

Мужчина поставил Арину на ноги и посмотрел на растерянное испуганное лицо, которое частично прятал шарф.

– Ударилась где-нибудь? – спросил он.

Она, то и дело, смотря на его крылья, помотала головой. В ней дрожал маленький страх, она была сжата, растеряна и не знала, что и думать.

– Раздевайся, – мягко сказал мужчина.

Арина, словно не в силах сказать ему нет, кивнула. Дрожащими руками она сняла розовые, как и шапка, влажные варежки, пыталась снять длинный шарф и расстегнуть парку, но никак не могла ухватиться за холодную собачку молнии, а одна варежка упала на пол.

Тогда мужчина шагнул к Арине – снял шарф и, забросив его себе на плечо, расстегнул парку, затем помог её снять, забрал варежку и поднял вторую. Уверенные, спокойные и заботливые движения почему-то успокаивали Арину. И хоть он стоял прямо перед ней, но в её голове застрял момент, когда их глаза только встретились.

Мужчина встряхнул парку от снега и, пока вешал на единственный пустой крючок, который будто ждал гостью, Арина кое-как сняла сапоги с налипшим и стремительно тающим снегом. Она обладала стройной фигурой с небольшими формами и была в светло-розовой, простой и нежной юбке с прямым свободным подолом длиной до середины голени, в бежевом свитере с круглой горловиной и в серых тёплых колготках.

Когда Арина выпрямилась, мужчина дружелюбно улыбнулся – словно пытался сказать, что ей не стоит его бояться. И он жестом пригласил пройти в комнату.

Они оказались в небольшой уютной гостиной, которая была оформлена в тёплых тонах. Пол был выстелен паркетом коричневых досок, а стены – брёвнами, что добавляло комнате шарма лесного домика. Старомодный камин из кладки крупных камней как у внешних стен дома выпирал слева, и в нём потрескивали дрова. Мебель была выполнена из тёмного, но тёплого тона дерева. Диван и кресло с мягкой обивкой в кремовом тоне стояли справа у стены, а перед ним стоял низкий столик на бежевом ковре. С потолка свисала люстра-канделябр, которая имитировала свечи. В углу, за креслом выглядывал простой торшер. И во всю стену было большое окно со светло-бежевыми шторами по бокам. Не было никакой техники. Мебель была в хорошем, почти идеальном состоянии, но будто из прошлого века, однако и с примесью современности.

Арина посмотрела на люстру и не поняла, как здесь может быть электричество, ведь дом явно находится в глуши, а она не видела никаких столбов и проводов. Но и задавать какие-либо вопросы её спасителю она была ещё не готова.

– Садись, – сказал хозяин дома и указал на диван.

Арина – ещё сжатая, удивлённая – просеменила к дивану и села. Мужчина взял плед с кресла и укутал гостью в него мягко-настойчивыми движениями, словно если она воспротивится он этого не приемлет. Но она не сопротивлялась, и всё смотрела на его зелёные крылья, которые теперь были сложены, но иногда немного шевелились от его движений.

– Я тебе чаю заварю, чтобы согрелась, – сказал мужчина.

Он прошёл через открытую дверь между стеной и лестницей, ведущей на второй этаж, и которая смотрела на гостиную боком. За дверью в полутемноте виднелся круглый стол, старомодный холодильник и край кухонной тумбы.

Арина посмотрела на камин перед ней и потрескивающие поленья; посмотрела вправо через большое окно с прекрасным видом на снежную долину с елями и горами вдали. Она пыталась осознать, что вообще происходит. И задавалась очевидными вопросами: Где я? Как я здесь оказалась? Кто он?

А перед её взором то и дело возникали удивительные зелёные глаза. То, как он их чуть приоткрыв, смотрел на неё, как тихо выдохнул; и как она смотрела на него, и то странное ощущение в груди.

Хозяин дома вернулся с кружкой чая.

– Спасибо, – принимая её, сказала Арина.

Плед скатился с её плеч к локтям. Когда их руки соприкоснулись, то своими холодными пальцами она почувствовала его очень тёплые – и ей вдруг так захотелось, чтобы он взял её за руку. Она удивилась такому неожиданному желанию, и тут же вытряхнула это из себя.

Мужчина улыбнулся – приятно, красиво; и сел сбоку от неё на кресло. Он смотрел внимательным изучающим взглядом на свою неожиданную гостью. И изучение это было особенное, словно он старался рассмотреть каждый миллиметр её лица, каждую ресничку и волосок бровей, отпечатывая её образ в голове.

Она выглядела точно на свой возраст – двадцать четыре года. Каштановые тёплого тона волосы ниспадали на плечи и спину, кончиками касаясь пледа. Светлая персиковая кожа; лицо овальной формы с высокими аккуратными скулами, с выразительными, но плавными чертами, с прямым носом и полными губами среднего размера; большие миндалевидные глаза, обрамлённые длинными ресницами; брови слегка изогнутые, подчёркивающие выразительность взгляда; а тёплые веснушки придавали лицу особое очарование.

Арина ощущала себя странно и неловко от такого пристального наблюдения. Она опустила взгляд, отпила чаю и почувствовала привкус мёда, затем что-то терпкое и поняла, что это имбирь. Чай согревал, успокаивал, несмотря на непонятную ситуацию и пристальный взгляд необычного мужчины. А его кожаные крылья, раскрывшись, находились по бокам кресла, словно отдыхали.

Арина робко подняла взгляд на мужчину и не знала, что сказать.

– Как твоё имя? – спросил он. Ох, и как же Арине нравился его голос. Ничей голос так никогда не нравился как его.

– Арина, – ответила она и отпила ещё чаю.

– Красивое, – улыбнулся он. И в её груди тихо ёкнуло теплотой.

– А т-твоё? – спросила она.

– Фи́ллиас, – представился он. Арина подумала о том, что его имя звучало прекрасно, и оно почему-то вызывало странный отклик и тёплое чувство в её сердце. – Или просто: Филл. Как же ты здесь оказалась?

– Я и сама не знаю! – сокрушилась Арина. А потом, едва успевая подумать, что говорит, она затараторила: – Я просто шла у себя в городе к дедушке Ване в гости. Новый год собирались вместе встречать. А тут раз лампочка в фонаре хлопнула и темнее стало на тропке, по которой я шла. Потом я услышала, как ветерок странно дует, так необычно, мелодично даже… Через секунду меня что-то подхватило и закружило так что пришлось зажмуриться. И пото оп – и я упала в сугроб. Сажусь и вижу, что оказалась здесь.

Филлиас слушал гостью с приподнятым уголком губ в лёгкой полуулыбке. А потом он сказал:

– Вот как. Ясно. Должно быть это был дух.

– Дух? – не поняла Арина и сделала несколько глотков чая. – Это как призраки? Он на меня напал? Так я, вроде бы, вреда никому не делала…

Филлиас тихо посмялся.

– Нет-нет, – сказал он. – Он точно не нападал. А духи это существа, часто даже невидимые для людей, как ветерок или вихрь, например. – Он нахмурился: – Но они редко показываются. К людям так почти вообще никогда не лезут, а держатся подальше. – Но потом он резко переменился: – Ещё чаю?

Он встал и забрал у Арины кружку, в которой оставалось на донышке. И, казалось, он даже не спрашивал, а настаивал. Он ушёл на кухню, и Арина осталась ещё более растерянная.

Духи? Зачем какому-то там духу её сюда переносить? И кто такой этот Филлиас? И что происходит у неё в груди?

Она всё не могла прийти в себя и полностью успокоиться. Но Филлиаса она уже не боялась, будто теперь это было просто невозможно.

Глава 2 – Дракон-волшебник

Пока Арина ждала возвращение Филлиаса, она размышляла обо всём произошедшем: о нём и кто он такой, о духе, о перемещении, о магии. От всего этого голова кругом шла. Но вдруг она вспомнила о зелёном контейнере с ёлочными игрушками, который уронила. А вспомнив звук разбитого стекла, она с ахом резко вскочила, сбросила с себя плед и побежала к двери.

Если бы Арина не споткнулась о свой сапог, то так без обуви бы и выскочила. Наскоро обувшись, она выбежала наружу и, утопая в сугробах то по колено, то ещё выше, пробиралась к месту своего появления. Холод проникал через одежду и пронизывал до костей, обжигал кожу, руки леденели, а волосы покрывались инеем. В полумраке светлой ночи Арина уже видела зелёный цвет на снегу и не сводила с контейнера взгляда, словно если отвести, то он убежит или его вдруг унесёт ветром.

Когда Арина добралась до места, то замерла. Контейнер был раскрыт, несколько ёлочных игрушек лежало на снегу и выглядывало два ярких хвоста мишуры. Одна стеклянная игрушка в виде снеговика разбилась о камень, который выпирал из сугроба. Чудо то, что и Арина на него не упала. Ещё одна стеклянная игрушка – ярко-розовая шишка – была разбита на множество осколков. И Арина вспомнила что, отступая от «монстра» на что-то наступила. А третья стеклянная игрушка в виде белочки была треснута. Это были именно те три игрушки, которые принадлежали бабушке Наде, и которые Арина сохранила себе на память. Пластмассовые красивые шары остались невредимы, разве что один обзавёлся царапиной.

С лицом, что потеряла нечто любимое, Арина опустилась на колени в снег. Дрожа от холода, она пыталась собрать осколки в кучку, которая проседала в снегу. И она не услышала ни как резко открылась дверь дома, ни взмахов крыльев. Только когда Филлиас приземлился сбоку от неё и поднялся ворох снежинок от складываемых крыльев, Арина заметила его и подняла голову.

Филлиас был удивлён, недоволен. Но, увидев Арину сжавшуюся, с красными щеками, дрожащую, и то, что пальцы уже едва шевелятся, тут же переменился в лице – в нём проступила яркая обеспокоенность. Он быстро снял с себя серую накидку с капюшоном, изнутри богато утеплённую мехом, которая из-за полёта переместилась на правое плечо. И которую, выходя наружу, он накинул на себя не думая, будто в тот момент рука сама к ней отчего-то потянулась.

Шагнув к Арине, Филлиас накинул на неё накидку, укутывая и надевая капюшон, в котором она утонула.

– Ты что тут делаешь? – с укором, но с беспокойством спросил Филлиас. А Арина не понимала отчего он так сильно переживает за неё, они же только встретились. – Ведь очень холодно.

Арина поправила капюшон, убрав его с глаз и посмотрела с жалобным видом на игрушки.

– Разбились…, – сказала она.

Филлиас только сейчас заметил причину её поступка и большого расстройства, и смягчился.

– Не переживай, – сказал он и выпрямился. – Я всё починю.

Арина, не понимая, подняла на него взгляд и увидела, как он взмахнул рукой – плавное движение, но с заточёнными уверенностью и силой мышц в нём. Контейнер и все игрушки взмыли вверх, а Арина раскрыла рот от изумления и, не моргая, наблюдала за происходящим. В воздух поднялись разбитые игрушки – каждый осколок, даже самый маленький, невидимый глазу, который утонул в снегу. Снег с игрушек и осколков осыпался, вылетал из контейнера. Целые игрушки и мишура складывались обратно, а разбитые подсвечивались бледным белым светом, соединялись и восстанавливались, так же восстановилась трещина у стеклянной игрушки в виде белочки, и даже царапина на одном из пластмассовых шаров.

Когда игрушки были восстановлены, то они вернулись в контейнер – он закрылся и подплыл в протянутые руки Филлиаса. Он перевёл взгляд на изумлённое и восхищённое лицо Арины, и тихо выдохнул облегчение – он опасался, что это может её напугать. Но это точно её не напугало.

– Ты волшебник! – воскликнула она с искрящимся восторгом в глазах.

Филлиас посмеялся – мелодично, приятно. И судя по улыбке и глазам её реакция его всё больше и больше радовала, а теперь ещё и веселила.

– Не совсем, – сказал он. Он взял контейнер под руку и протянул освободившуюся Арине. – Идём, пока ты не околела.

Она посмотрела на его ладонь, и каким-то образом просто знала, что она очень тёплая даже в такой пронзающий горный холод. Помедлив, Арина робко вложила свою ледяную небольшую кисть в его. И да его рука была очень тёплой, мгновенно согревающей. Филлиас помог подняться Арине. Она даже отчего-то немного расстроилась, что он так скоро опустил руку. И затем она тут же удивилась этой мысли, этой эмоции.

Арина шла рядом с Филлиасом и постоянно на него поглядывала, отмечая какой он красивый. И только сейчас она заметила, в какой он был одежде. Стиль словно был навеян средневековьем. Тёмные обтягивающие брюки из плотной ткани, кожаные сапоги до колен с отгибом, каких сейчас не изготавливают, повседневная тёмно-зелёная туника и кожаный ремень на талии. У крыльев в тунике были разрезы – края прошиты и ткань плотно прилегала, не показывая кожу спины и обнимая основание крыльев.

Тёплая накидка в которой была Арина тоже не была современной; никто накидок то уже и не носил, насколько она знала. А в этой накидке словно ходили в замке зимой.

– А кто ты такой? – спросила Арина прямо.

– Ещё не поняла? – Он посмотрел на неё и демонстративно пошевелил крыльями. – Дракон.

– Дракон? – удивилась Арина. – Так я думала драконы это большие рептилии в сказках да фэнтези.

Филлиас улыбнулся уголком губ, но промолчал.

Поднимаясь по трём деревянным ступеням крыльца, Арина хихикнула. А Филлиас посмотрел на неё с удивлением и интересом.

– Дракон-волшебник, – снова хихикнув, сказала Арина. Филлиас, немного умиляясь ею, усмехнулся.

Они вернулись в дом и разулись.

– Иди к камину, – принимая накидку от Арины, сказал Филлиас. – Там тебя чай ждёт.

Арина медлила, смотрела на него.

– То есть дракон? – уточнила она.

– Да, – кивнул он. – Одно из названий. Это, думаю, привычное для тебя. А так раньше чаще было – дра́ко. Это латынь.

– Звучит похоже, – заметила Арина.

Филлиас кивнул.

– А ещё до этого было иное слово. Но тебе, – он улыбнулся, мягко, очаровательно даже, – этого пока знать не положено. А теперь иди отогревайся, вопросы подождут.

Арина послушно последовала к камину, а пока шла думала о «пока» в его предложении. Почему «пока»? – задалась она вопросом. И это заставляло её душу тихо дрожать как-то по-особенному, с толикой предвкушения и радости.

❄

Арина, снова укутавшись в плед, на этот раз сама, пила чай перед камином. Филлиас поставил контейнер с ёлочными игрушками возле дивана, словно поближе к ней. Сам сел на то же кресло и постоянно поглядывал на гостью, и не мог себя от этого удержать.

Арина перевела на него взгляд.

– Что теперь? – спросила она. – Где мы вообще? Мы… на Земле?

Филлиас посмеялся.

– Не переживай, – сказал он. – Мы на Земле.

– В России? – уточнила Арина.

Дракон задумался.

– Думаю да, – ответил он. – Я давно не покидал этого места, может границы и изменились за это время, но мне кажется именно здесь нет. Да и разве это важно?

– Наверное, нет. Не то чтобы здесь был кто-то кто арестует меня если я границу вдруг пересекла.

Филлиас громко, звонко посмеялся. А Арина с интересом, слегка улыбаясь наблюдала за ним. Ей нравилось, что она у него вызвала такой искренний смех, у неё прям теплее на душе из-за этого стало.

– Не переживай, – отсмеявшись, сказал он. – Здесь этого точно не случится. И я тебя в обиду ни за что не дам.

От этих слов у Арины всколыхнулось теплом, которое приятно разлилось в груди. Но через секунду она перестала улыбаться.

– А я никогда не вернусь обратно? – спросила она.

Филлиас стал серьёзным, взгляд каким-то странным, отдалённым. И ответил он не сразу.

– Не переживай, – сказал он. – Я разберусь с тем, что случилось. Даже если нет, то всё равно найду способ как тебя вернуть. Хорошо?

Это обрадовало Арину, успокоило.

– Хорошо, – сказала она. – Но, я так понимаю, это случится не сегодня.

– Нет. Тот дух видимо, как тебя перенёс сразу же исчез. А я даже не знаю, где твой дом. Но, как и сказал, я найду способ вернуть тебя. – И когда он говорил про вернуть, в его глазах мелькало что-то странное.

Арина опустила взгляд на контейнер с ёлочными игрушками.

– Что? – спросил Филлиас. – Сегодня было что-то важное?

Она подняла на него удивлённый взгляд:

– Так Новый год же. Ты не празднуешь?

– Праздную, – кивнул Филлиас. – Тихо, спокойно, и один. Вон ужин в духовке готовится уже. Ты собиралась отметить как-то особенно? С кем-то особенным? – Он вдруг незаметно для гостьи, да и себя самого, отчего-то чуть напрягся, словно опасался услышать ответ на один из заданных вопросов.

– Нет, ничего особенного, – ответила Арина. – Собиралась праздновать с моими дедушкой, дядей и тётей. – Она скривила лицо, а потом усмехнулась. – В каком-то смысле, тот дух меня даже спас получается.

– Почему же? – удивился и заинтересовался Филлиас.

– Ну, мой дедушка Ваня тот ещё персонаж, к нему я была не рада идти совсем. Тётя Наташа мне особо никогда не нравилась. А дядю Вову, её мужа, я едва знаю, и видела-то его всего раз двадцать за всю жизнь. Я думаю, они решили праздновать с дедушкой из жалости, так как он теперь один остался. И вот перспектива того, что я снова буду слушать ворчание дедушки Вани, его порой резкие, а порой обидные комментарии и замечания, меня ничуть не радовала. Вот и говорю, что дух меня в каком-то смысле спас.

– Зачем тогда отмечать с ними? – удивился Филлиас. – Особенно с твоим дедушкой?

Арина вскинула плечами.

– Лучше, чем одной? – предположила она. – В принципе мне больше праздновать было и не с кем. Друзей у меня как таковых нет, и никогда не удавалось их заводить. Две мои лучшие подруги после окончания одиннадцатого класса, а точнее после выпускного уехали в другой город для обучения. И вот спустя шесть лет я так и не нашла новых подруг, а с теми я отдалилась друг от друга довольно быстро. Тогда мне казалось, что они начали намеренно избегать моих звонков и сообщений, а я не хотела навязываться. Тогда это вызвало непонимание, сильную обиду на них и очень меня расстраивало. Но я давно их простила, да и уже не думала о них если честно. Видимо тогда у них началась новая жизнь, а я осталась в их прошлом. Вот и я решила оставить их в своём прошлом.

Арина внутри себя удивилась тому, что вдруг так разговорилась. Но она увидела то, что Филлиас слушает с интересом, хватая каждое слово – это удивило ещё больше, но так приятно и по-особому. Её никогда так не слушали, как он сейчас.

– Судя по тому, что ты сказала о дедушке и тёте с дядей не лучше было бы одной праздновать? – с лёгкой, как бы осторожной улыбкой спросил Филлиас.

– Наверное… Но может я согласилась с ними праздновать, потому что в этой квартире я выросла и жила с бабушкой Надей большую часть своей жизни? – Она понурила голову, плечи осунулись.

Арина снова вспомнила о её бабушке Наде. В апрельский тёплый день этого уходящего года, когда уже сошёл весь снег, прошли скромные похороны. Вчера Арина навестила её могилу, и поэтому сегодня новогоднее настроение у неё было так себе, плюс ещё ждал безрадостный праздник с родственниками. Ну вот, теперь на душе Арины скверно стало. Смириться с утратой любимой бабушки, то она смирилась, приняла, сама бабушка к этому её подготовила. Но вот отпустить бабушку насовсем ещё видимо получалось не очень, но она знала, что уже была близка к этому.

– Сожалею о твоей утрате, – сказал Филлиас искренне.

Арина в удивлении подняла взгляд – он взял и понял из-за чего она так опечалилась?

– Спасибо, – сказала она тихо. Затем она вздохнула, допила чай и поставила кружку на столик перед ней. – Я никогда не справляла Новый год вне той квартиры, никогда без бабушки Нади… Мы всегда вместе украшали ёлку игрушками, – она глянула на контейнер. – Вот, наверное, поэтому и пошла. Хотя бы в той квартире, хотя бы украсить ёлку. Что-то привычное. У меня есть три её игрушки, которые она любила. И которые, – Арина улыбнулась, – ты спас недавно.

Филлиас улыбнулся – он был рад, что починил что-то дорогое для неё, что помог.

Арина вздохнула.

– У меня в этом году даже и ёлки-то не было, – сказала она. – А вот у дедушки Вани была, вроде тётя Наташа принесла ему. Хотя может и сам купил, по привычке, ведь обычно бабушка ему поручала эту задачу каждый год.

– А как же твои родители? – поинтересовался Филлиас. Он выглядел так, что чтобы Арина не говорила он всё находил интересным и очень важным. – Ты про них не упомянула.

– А так родителей у меня нет. Точнее, мама, едва мне исполнился год, оставила и уехала в другой город. Я не знаю в какой. Наверное, куда подальше. Отец был пожарным и на одном из вызовов произошёл несчастный случай… К сожалению, он не выжил. Мне тогда был только три года, так что его я не помню совсем. Но бабушка рассказывала, что он помогал финансово, приходил в гости постоянно и нянчился со мной или с коляской гулял. Мне от него не только отчество Алексеевна досталось, но и фамилия – Морозова. У бабушки с дедушкой другая – Дубровы. Ах, да после того, как мама сбежала, мои бабушка и дедушка взяли к себе, так как папа не мог обо мне постоянно заботиться из-за работы, ведь оставлять было не с кем.

Арина вздохнула, она давно так ни с кем много не говорила – всё рассказывает о себе и рассказывает. Она посмотрела на Филлиаса и по-прежнему видела в нём сильный интерес, как он ловил каждое её слово. Это удивляло, но было очень приятно. И она решила продолжить, так как, судя по всему, он этого и ждал.

– Бабушку Надю я очень любила. Она была добрая, строгая правда немного, но справедливая. Да и бабушка во мне души не чаяла. Дедушка Ваня же меня не любил и явно был не рад, что я появилась в их доме. И я не понимаю, что бабушка Надя в нём нашла. Я сомневаюсь, что он вдруг стал таким ворчуном с годами. Хотя кто его знает.

– Да уж, – хмуро сказал Филлиас.

– Если бабушка Надя была в доме, то мне было всегда легко и радостно, я могла быть собой, ну почти. Ну да дедушка поворчит на меня немного, пару замечаний сделает и советы непрошеные даст, но при бабушке он особо не донимал и не бранил меня. Как можно понять оставаться с ним дома одна я просто ненавидела, ведь тогда мне вздохнуть нормально было невозможно. Видимо в понимании дедушки Вани ребёнок должен сидеть тихо-тихо в уголочке и лишний раз не вставать, да вообще не двигаться и делать всё что скажет взрослый, при этом ничего не спрашивая. Поэтому если было можно, то я в такие моменты уходила гулять. Ох, – встрепенулась Арина, – что-то я всё болтаю и болтаю…

Филлиас улыбнулся.

– Я вовсе не против, – сказал он.

– Просто с тобой так легко говорить, – вдруг сказала Арина от чистого сердца, а потом осознала и немного смутилась, отвела взгляд. А Филлиас улыбнулся шире.

Повисла тишина на пару минут. Грустная Арина смотрела в пол. Филлиас, нахмурившись, смотрел на неё – ему не нравилось, что она стала такой грустной-грустной. И судя по лицу он, быстро что-то обдумав, принял решение.

– Отметь тогда Новый год здесь, – сказал он. – Со мной. – Арина в удивлении подняла на него взгляд. – Если хочешь конечно, если нет, то…

– Хочу! – мгновенно взбодрившись, тут же кивнула Арина. – Ты – куда лучше компания для праздника чем они. Гораздо, гора-аздо лучше!

Это заставило Филлиаса улыбнуться широкой улыбкой.

– Хорошо, – сказал он. – Тогда решено – празднуем праздник вместе.

– Да, – кивнув, подтвердила Арина.

– Тогда я принесу тебе ёлку, и ты сможешь её украсить. Ужин в духовке ещё где-то минут двадцать будет готовится. Но если моя еда тебе не по вкусу, то у меня много продуктов и сможешь сама что-то приготовить. А я тебе помогу, если захочешь.

Чем больше он говорил, тем больше воодушевлялась Арина. И тем больше её грело то, что он для неё и ёлку принесёт и с готовкой если что поможет.

– Прекрасный план! – сказала она с чувством.

Филлиас улыбнулся, и затем поднялся.

– Тогда иди на кухню и осмотрись. А я за ёлкой. – Он пошёл через гостиную. – Сначала только подставку найду, была она у меня где-то на чердаке. – И он пошёл на второй этаж.

Арина не могла поверить, что будет праздновать Новый год здесь – в неизвестной долине в горах, в этом уютном доме, с удивительным драконом. Она ещё с мыслью существования таких мужчин то не успела толком свыкнуться. Встав, она осмотрелась и быстро решила куда поставить ёлку.

Филлиас вернулся с металлической подставкой и оценивающе осмотрел диаметр.

– Поставим ёлку тут! – объявила Арина и указала пальцем на пустое место в углу у окна, между ним и камином.

Филлиас явно был не против что принятие решение этого вопроса она взяла на себя – улыбнулся и кивнул.

– Как скажешь, – сказал он. – Скоро вернусь.

Он натянул сапоги, максимально сложил крылья переводя их немного вперёд, словно приобнимая себя; надел тёплую накидку и набросил на голову капюшон. И в отличие от Арины он в нём не утонул. Он взял из кладовки в прихожей пилу и ушёл наружу.

Арина осталась одна в его доме и из-за этого почувствовала себя немного странно. Но никакого дискомфорта она не испытывала, так как дом ею чувствовался уютным, приветливым, и словно он был рад, что она здесь.

Глава 3 – Подготовка к Новому году

Переступив порог, Арина оказалась в небольшой уютной кухне. Бежевый цвет и коричневое дерево. Бело-бежевый холодильник и плита выглядели отлично, но были старомодными, как и раковина. В центре комнаты располагался круглый деревянный стол, окружённый тремя стульями с мягкой обивкой. Небольшое окно с прозрачной тюлью, но без штор находилось справа. На стене, у двери висела большая картина с пиком снежной горы, а в углу приютился цветочный горшок на трёхногой подставке с пышным папоротником. На кухонной тумбе в плетёной корзинке лежали различные фрукты: бананы, апельсины, груши, виноград. Мандарины же были в отельной круглой корзинке – Арина не удержалась и взяла один.

И пока она его чистила и ела, то заглянула в холодильник. В нём она нашла кастрюльку с овощным салатом, овощную нарезку с нарезанными кубиками сыра, мини-бутерброды на чёрном ржаном хлебе с листьями салата, овощами и сыром.

– Хм-м, – протянула Арина. – Нет ни оливье, ни сельди под шубой? Даже винегретика нет? Не порядок.

На отсутствие колбас и мясных нарезок она не жаловалась, сама это особо не любила, так если где-то в блюде и то немного

– Хочу оливье, – решила Арина. Она всегда его с бабушкой на Новый год готовила. Были и другие салаты и блюда, но оливье точно было всегда.

Вооружившись прихваткой, Арина заглянула в духовку – там запекался картофель с рыбой; и от аромата у неё потекли слюнки. Убедившись, что всё хорошо, она вернулась к своему решению. Она быстро нашла нужные ингредиенты в холодильнике, банки с зелёным горошком и солёными огурцами нашла в верхнем кухонном шкафчике, а картофель в ящике сбоку, который прятался под вафельным полотенцем. Овощи она помыла от грязи, и думала найти овощечистку или ножик, как услышала, что хлопнула входная дверь. Ахнув с восторгом, она всё бросила и поспешила в гостиную.

Филлиас румяный от холода вставлял в подставку пышную ёлку, которая была выше него.

– Какая красавица! – приблизившись, сказала Арина. И Филлиас улыбнулся.

– Рад, что тебе нравится.

Уже в подставке он поместил ёлку туда, куда ранее указывала Арина. И зелёная красавица вписалась идеально, словно это пустое место только её и ждало.

– Теперь украшать? – спросил Филлиас и развернулся к гостье.

– Ну… я оливье собралась готовить. Надо поставить варить овощи и яйца.

– Хорошо, идём.

Они вернулись на кухню. Он проверил духовку, затем увидел ингредиенты, которые для оливье подготовила Арина.

– Смотрю ты всё нашла, – с одобрением сказал он. – Ты же не против помощи?

– Конечно нет, – сказала Арина. – Чем быстрее управимся с салатом, тем быстрее будем украшать. – Она задумалась. – Мы же успеем всё сделать?

– Я не допущу того, чтобы мы не успели, – сказал Филлиас. – И раз нужно быстрее, то…

Он поднял руку в плавном жесте с вялым взмахом – ящик одной из тумб открылся, овощечистка вылетела и устремилась к воспарившим над раковиной овощам и принялась их активно чистить. Тем временем дверца холодильника открылась, оттуда вылетели яйца и устремились к раковине, в которой уже набиралась вода в небольшую кастрюлю. Филлиас, иногда делая ленивые взмахи-приказы кистью приподнятой руки или только пальцами, постоянно поглядывал на Арину – словно убеждался, что то, что он делает её не пугает, что она не против. А она наблюдала за происходящим с восторгом.

Кастрюля устроилась на конфорку, зажёгся огонь и помытые яйца погрузились в воду, которую посолила чайная ложка из вазочки. Вторая кастрюля с водой спешила на соседнюю конфорку, а за ней тянулись очищенные и помытые овощи. Когда всё что нужно было поставить варить было в кастрюлях, на тумбу прилетела доска из бука, нож и симпатичная бежевая кастрюля для будущего салата. Рядом устроилась банка с солёными огурцами без опознавательных этикеток, стеклянная банка горошка тоже без этикетки и пучок помытого зелёного лука.

– Идём, – сказал Филлиас, когда всё улеглось на места. – Пока варится, ёлку украсим.

– Хорошо, – охотно сказала Арина, следуя за ним, а сама ещё пару раз обернулась, чтобы снова подивиться магии, которая сейчас уже утихла. – А ты всегда магию используешь для готовки? – поравнявшись с Филлиасом, поинтересовалась она.

– Нет, – ответил он. – Так, иногда. Я предпочитаю делать сам, руками.

– Я хочу сама нарезать, – уверенно сказала Арина. – Если время позволит.

Он улыбнулся, словно одобряя, и сказал:

– Думаю, успеем.

❄

Филлиас принёс что-то что выглядело как небольшой синий чемоданчик, но присмотревшись Арина поняла, что это проигрыватель. Он поставил его на столик перед диваном, поместил виниловую пластинку и включил. Заиграла рождественская песня на английском языке: Brenda Lee – Rockin' Around The Christmas Tree.

– Я смотрю ты уже начала, – сказал Филлиас, когда посмотрел на Арину.

Она уже открыла свой контейнер и повесила несколько игрушек на ёлку.

– Да, – улыбнувшись, сказала она. – Думаю, украшений как раз хватит.

– Я могу присоединиться? – спросил Филлиас.

Арина удивилась, что он это спрашивает.

– Конечно, – ответила она. – Вдвоём быстрее управимся.

Гостиная наполнилась новогодней песней, в камине потрескивали поленья и в воздухе витало ощущение праздника. Арина и Филлиас украшали ёлку с разных сторон. Она иногда пританцовывала, а он шёпотом подпевал. Они постоянно поглядывали друг на друга, улыбались отчего-то, особенно Арина, а встречались иногда только у контейнера с украшениями.

Вскоре заиграла следующая праздничная песня: Bobby Helms – Jingle Bell Rock. А после неё играла: Wham! – Last Christmas. И затем – другие хиты.

Арина украшала низ и середину ёлки, Филлиас верх и середину; вместе – обматывали ёлку мишурой. Он уходил на кухню, чтобы выключить духовку, отлучался один раз в уборную и ещё раз, когда с чердака принёс свои украшения в небольшой коробке. Арина отлучалась два раза на кухню, чтобы проверить готовность овощей, и в первый раз сняла с огня яйца, слила воду и поставила их под холодную. Затем Филлиас отлучился на кухню, чтобы снять с огня овощи, а Арина в уборную – чай дал о себе знать.

Уборная являлась небольшой комнатой на первом этаже с унитазом и раковиной, встроенной в тумбу, а над ней красовалось небольшое зеркало в металлической раме. Арина немного удивилась. Унитаз выглядел как новый, но был старинным – сидушка была из дерева, бочок находился наверху, а чтобы смыть нужно было потянуть за цепочку с деревянной маленькой ручкой на её конце. Да и раковина с зеркалом соответствовали стилю. Но Арине точно нравился такой стиль. И она только сейчас заметила, как у хозяина в доме везде было так чисто, аккуратно, не было нагромождения и ничего лишнего. Такая уютная строгость и простота. Ей это нравилось так как она у себя дома тоже всегда поддерживала порядок.

Когда с украшением ёлки было покончено осталась только красивая золотистая верхушка.

– Хочешь ты надеть? – поинтересовался Филлиас.

– Да, – ответила Арина. – Но как? У тебя где-то стремянка есть?

– Лучше, – улыбаясь ответил он.

Филлиас вручил верхушку Арине, подошёл к ней сзади и, присев, взял за талию и лего усадил себе на плечо. Она взмыла с удивлённым ахом, а сердце подскочило и заплясало в груди. Она, увидев пол внизу, цеплялась за голову Филлиаса.

– Не бойся, – посмеиваясь, сказал он. – Я тебя держу.

– Х-хорошо, – выдохнула Арина и несколько успокоилась. Она просто не ожидала такого. И быть на его плече, когда он держит так крепко, было волнительно для неё.

Филлиас приблизился к ёлке и Арина надела верхушку.

– Всё, – сказала она.

Он с осторожной уверенностью спустил её на пол, посмотрел на верхушку, затем на Арину, которая в смущении улыбнулась и отвела взгляд. И это вызвало у него улыбку тоже – радостную, тёплую. После они принялись за коробку с украшениями, которую принёс он. Венок они повесили над камином, немного украсили и каминную полку. Затем развесили гирлянды на: ёлку, каминную полку, торшер и полочки на стенах. И только когда Арина поправляла гирлянду на каминной полке она заметила, что нет вилки.

– Подожди, – сказала она. – А как гирлянды работают? Как в розетку воткнуть? – Она осмотрелась. – У тебя и розеток то нет…

– Мне они и не нужны, – улыбаясь ответил Филлиас. – Смотри.

Он взмахнул рукой – и все гирлянды засияли тёплым светом, а в гостиной тут же стало волшебнее, ещё уютнее. Арина ахнула с восторгом. О магии то она и не подумала.

❄

Арина и Филлиас пришли на кухню и принялись вместе резать салат, для чего понадобилось достать вторую доску и нож. Они посматривали друг на друга, улыбались; Арина рассказывала забавные истории из детства, в том числе о бабушке Наде, и пару раз вызвала звонкий смех дракона, который по-особенному грел её душу.

Филлиас накладывал в большую миску овощной салат, который теперь он заправил оливковым маслом. Арина заправляла майонезом оливье и тщательно перемешивала. Затем они вместе накрывали на стол. Арина чувствовала себя сейчас просто прекрасно – так радостно и тепло у неё было на душе. Она никогда так себя хорошо не чувствовала. С Филлиасом было так легко говорить, казалось, она могла рассказать ему о чём угодно, сказать что угодно. И он слушал её всегда с искренним интересом, улыбался, смеялся.

Арина, расставляя закуски на плоских тарелках, не заметила, что наблюдает за Филлиасом. Он принёс свечи и зажигал их – расставлял на столе, на подоконнике, предварительно отодвинув тюль в сторону до предела. Все его движения были всегда такие спокойные, плавные, уверенные. Она снова оценила его физическую форму, высокий рост, чёрные красивые волосы, черты лица, которые она и до этого находила очень привлекательными, а теперь крайне привлекательными – словно он был её идеалом. Но она даже никогда не думала о том, каким её идеал должен быть.

Арина вдруг опомнилась – удивилась собственным мыслям без чётких слов и встряхнула головой.

– Ну что? – спросил Филлиас, когда всё было готово. – Давай праздновать? До двенадцати час остался.

– Давай! – с радостью кивнула Арина.

Глава 4 – Новый год и желания

Огоньки свеч мирно покачивались в лёгком полумраке кухни, за окном застыл снежный ночной пейзаж с елями и горами вдали, запахи вкусной еды смешивались в одно существо, которое заполонило собой комнату, а из гостиной – через дверной проём – виднелась ёлка и тёплые кругляшки гирлянд. И всё это создавало особую – праздничную и мягкую – атмосферу.

Арина и Филлиас сначала поели оливье, затем он подогрел горячее в духовке и подал на стол.

– Вкусно, – жуя, похвалила Арина.

Филлиас тихо посмеялся, умилившись ею.

– Рад, что тебе нравится, – сказал он.

– А ты уже придумал желание? – проглотив картофель, спросила Арина.

– Желание? – не совсем понял Филлиас.

– Ну новогоднее желание, пока бьют куранты. Хотя у тебя телевизора нет… Ну, тогда… когда часы отобьют первые двенадцать секунд! Часы то у тебя ведь есть?

– Есть, – с улыбкой ответил Филлиас.

– А желание-то придумал? – И Арине было действительно интересно.

– Я как-то не думал об этом, – честно признался Филлиас. – Я обычно ничего не загадываю.

– Так у тебя ещё есть время.

– А ты значит придумала желание? – отпив воды, спросил Филлиас.

– Ну, у меня было несколько…, – ответила Арина. Она посмотрела в окно: – Надо сейчас подумать и выбрать. – Она вернула взгляд на Филлиаса и сказала: – Ты тоже подумай.

– Хорошо, – с улыбкой сказал он. – Зачем же упускать шанс на исполнение желания.

– Именно, – сказала Арина и отправила в рот кусок вкусной рыбы.

Филлиас, смотря через дверной проём на ёлку, на бок камина, задумался, забыв о еде на пару минут. Потом он вернул взгляд на Арину – она уже почти доела горячее, сейчас отпила чаю, смотрела на стол и о чём-то задумалась. Взгляд Филлиаса стал тёплым, с шаткой надеждой, но и с примесью грусти.

– Придумал, – сказал он.

– Уже? – удивилась Арина и перевела на него взгляд. – Быстро ты.

– Это было не сложно. Я просто спросил себя, что сейчас я хотел бы больше всего. И ответ пришёл. – Он смотрел на Арину как-то странно, но улыбнулся.

– Хм-м, – задумалась она и опустила взгляд на стол между тарелками. – Что я хочу сейчас больше всего? – спросила она у себя. – Что же…?

Филлиас стал отдалённым, но в глазах успела проскользнуть болезненная печаль, которую он уже насильно принимал и вдавливал в себя смирение. Он снова устремил взгляд в гостиную через дверной проём, отпил ещё чаю.

– Полагаю, – сказал он. – Вернуться домой?

– Ах, да точно! Хотя…

Филлиас намеревался сделать ещё один глоток чая, но, коснувшись нижней губы краем кружки, замер. Затем он опустил её на стол и повернул лицо к Арине.

– Разве нет? – спросил он.

– Ну так ты сказал, что разберёшься. Стоит ли тогда тратить на это желание?

Филлиас улыбнулся мягко, но с нотками печали:

– Действительно, – сказал он.

❄

После сытного вкусного ужина Арина и Филлиас расположились в гостиной на диване перед камином. А до полуночи оставалось несколько долгих минут.

– Расскажи о себе, – попросила Арина.

– Что ты хочешь знать?

– Ох, я даже не знаю, где начать… Ну, как… кто ты такой? Я знаю, что ты сказал дракон, драко, но как это возможно?

– А как люди возможны? – усмехнулся Филлиас. – Я не знаю настоящих истоков нашего происхождения, но знаю, что мы были на Земле столько же сколько и вы, а по многим версиям даже дольше, чем вы.

– Динозавров застали? – с весёлой улыбкой спросила Арина.

Филлиас усмехнулся.

– Может быть.

– Но получается, что вы всегда скрытно жили? Почему?

– Потому что мы отличаемся от вас и у нас есть способности, которых нет у вас. Мы всегда жили довольно изолированно, однако раньше не прятались от вас. Но… достаточно было враждебности от одних, желание обладать нашей магией от других. И мы просто ушли и скрылись насовсем. А с помощью магии мы стёрли своё присутствие везде и всюду, где мы хоть как-то упоминались.

– Звучит как-то грустно, – сказала Арина.

– Да нет, – сказал Филлиас. – Всё было не так уж и плохо. Правда сейчас нас осталось мало. Да и нас изначально было куда меньше, чем вас. Мы в основном живём где-то в глуши сами по себе или небольшими группами или семьями. Раньше были небольшие поселения как деревни, но таких почти уже не осталось. Кто-то на месте живёт постоянно, а кто-то кочует.

– А почему вас осталось мало? – спросила Арина.

– Не знаю. Детей у нас всегда было мало, так как зачатие происходит редко. Для пар это всегда как чудо. Возможно, это из-за долгой жизни.

– Долгой? Насколько долгой?

Филлиас улыбнулся – в нём сверкнула какая-то весёлость, которую Арина ещё не распознала в нём.

– Могу ли я тебе доверять, чтобы рассказать нечто такое? – спросил он.

А сам он так и искрился в глазах довольствием, предвкушением её реакции и слов, и того, как она слова эти скажет. И его ожидания оправдались.

– Конечно! – чуть подавшись в его сторону, тут же выпалила Арина. – Я никому не скажу! Клянусь!

Филлиас довольно улыбнулся, кивнул.

– Мы обычно живём тысячу лет, – сказал он. – Или немного дольше.

Арина раскрыла рот и замерла в изумлении. А ожидания её реакции у Филлиаса снова оправдались, и он довольно улыбнулся.

– Тысячу…? – прошептала она. Закрыв рот, она похлопала ресницами, пытаясь осознать, как это много лет.

– Я знал дракона, который прожил тысяча четыреста пятьдесят шесть, – вдруг вспомнил Филлиас. – Долгожитель получается.

Арина внимательным взглядом осмотрела Филлиаса будто впервые увидела. И он, по-прежнему, выглядел на тридцать-тридцать пять лет.

– А сколько тебе лет тогда? – спросила она.

– Двести четырнадцать, – спокойно ответил Филлиас, и тайно снова ожидал её реакции, но в этот раз с примесью беспокойства.

Впрочем, реакция Арины не разочаровала. Её рот снова приоткрылся, глаза округлились:

– Ого! – воскликнула она. Она помолчала с несколько секунд, осознавая. А затем повеселела, усмехнулась. Она демонстративно оглядела Филлиаса, и сказала: – А сохранился неплохо.

Он посмеялся.

– Спасибо, конечно. Но ведь у нас, не как у вас. Мы, как и вы, после рождения растём, правда может немного медленнее. Люди обычно перестают расти и взрослеть телом в двадцать пять лет. Мы же в тридцать. Но после этого наши тела словно замирают на несколько веков и не меняются. Поэтому мы замираем в молодости – тридцать-тридцать пять лет. Конечно, перемены могут быть в уме, полученные знания, опыт и прочее.

– Мудрость, – сказала Арина. – Уже набрался?

Филлиас посмеялся.

– Только если чуть-чуть, – ответил он. – Я считаюсь ещё молодым драконом, знаешь ли. Процессы старения запускаются где-то на семисотом году только, аналогичные вашим, но только очень медленные и растянутые. А немощными или больными мы почти никогда не умираем даже по прошествии тысячи лет.

Арина повернулась лицом к камину, откинулась на спинку дивана.

– Это так здорово! Вот бы и мне тысячу лет прожить.

– Везде и у всех есть свои плюсы и минусы, – сказал Филлиас. – О, скоро полночь.

Арина тут же вскочила на ноги.

– К часам! – воскликнула она.

❄

Большие настенные часы из тёмного дерева висели на стене между гостиной и прихожей, недалеко от лестницы. Арина и Филлиас встали напротив них. В руках у них было по бокалу красного вина, которое дракон принёс из погреба. А до полуночи оставалась минута.

– Ты с желанием-то определилась? – тихо спросил Филлиас.

Арина кивнула, но как-то неуверенно.

– Да, неплохое выбрала, – ответила она. – Вроде…