Читать онлайн Марс. Синева Марса. Первая часть бесплатно

Посвящается моей жене.

Настоящему другу с другой планеты. Планеты добрых людей.

Серия книг из трех частей с вложениями дневников освоенцев.

ГЛАВА I «Дневники освоенцев»

«Дневник Пласт 47»

Я умираю. Лимфа вытекает из разорванного костюма, смешиваясь с красной пылью Марса. Но я не об этом. Я о другом.

В трёх метрах от меня, в палатке из сшитого ремкомплекта, лежит существо, которого не должно существовать. У него влажные глаза, похожие на наши, но в них нет той усталости, что гнетёт марсиан тысячелетиями. Они были не оранжево-лимонные, как у нас. Они были голубые и это пугало сильнее всего.

Я назвал его Азул. Я создал его случайно. И теперь готов умереть, чтобы он жил.

Меня зовут… впрочем, это не важно. Важно другое. Каждый марсианин знает: наша жизнь предписана. Наши роли распределены. Наши смерти вписаны в общий график. Но Азул он вне графика. Он ошибка. Возможно, единственная настоящая ошибка за последние триста лет.

И за эту ошибку меня вероятнее всего убьют.

Но сначала я расскажу, как всё случилось.

Имена — это роскошь, которую мы разучились ценить. Зовите меня Пласт 47. Нам не положено говорить о чувствах. Но кто сказал, что «не положено» и «не хочется» одно и то же? Каждое утро я соскабливаю с себя старую кожу, надеваю костюм и делаю вид, что меня всё устраивает. Устраивает? Меня — нет. Но я молчу. Мы все молчим. Мы, марсиане, никуда не спешим. Жизненные циклы изложены не в одни десятки лет, а для кого-то и столетиями. Это при условии, что ты соблюдаешь условия и условности, которые регулируют твою жизнедеятельность. Да, и, конечно, к этому нужно стремиться, и нюансов здесь достаточно. Можно практически бесконечно работать и существовать на благо всей колонии. Но ее особенности и возможности безграничны: не хватит и жизни, чтобы узнать и познать всего того, что создано нашими сознательными делами и работой биогенетических рук, непосредственно соединенных с нашим энергетическим полем. Прецизионная точность хвата и выверенные доли привели нас к совершенным технологиям. Наши модули соединены между собой эластомерным сильфоном — тонким шлангом, соединяющим лимфу из биоткани и оборудование.

Так вот. Пишу это, излагая мысли и интересные факты, которые, конечно, должны быть записаны и переданы. Заношу мысли и идеи в отдельный модуль, расположенный в центре нагрудного отсека костюма. Колбой из сапфирового флоат-стекла, абсолютно бесцветного и неощутимого, опускается вся энергия существа, и его связь с биотканью начинается. Мозг соединен с душой, с той энергией, что долгое время держали лэйны (вид марсианина) на просторах марсианских безумных пейзажей. Мы, марсиане, не просто одна цельная раса, мы огромное разнообразие особей со сложной и непростой бытностью. Наш вид смысл нашего существования. Предписанное неизбежно.

Мне тридцать два марсианских года. Мои мысли от года к году стремительно ускорялись, и я порой не успевал их посещать. Новое для меня быстро становилось обыденностью. Тренировки, бесконечные силовые нагрузки, бег, левитация, стрельба. И помимо всего у меня была основная деятельность. Это всё перемешалось, это всё затрудняло мой быт. Он просто был максимально не обустроен.

Я был неряшливым: день за днём работа, тренировки, служба. Рутина колонии, где место предопределено. Лень и невнимательность от скуки стали моими спутниками. Бесконечный труд душил. Я хотел большего: сломать догмы, стать создателем нового. Каждое свое утро я начинал с процедур, которые сложно описать простыми словами. Это, по своей сути, соскабливание старого слоя отмирающей кожи и подготовка тела для полной интеграции костюма. Процесс этот доступен не всем: кто-то вынужден на обновленной многократно коже натягивать на себя грубые ткани костюма; из-за этого тела этих особей покрывались слоистой щетиной остро-красного цвета. Со временем лепестки чешуи становились хрупкими, но при этом врастали, приклеившись к телу посредством хитина, выходящего постоянно через поры внешней оболочки. Для таких особей со временем костюм становился не нужен, но и трудились они в местах, где не требуется костюм и модули. Грубая тяжелая работа.

Дневник, что вы читаете, отдельный модуль, хранящийся вечно в сети Кванта-III. Доступен не всем, только за заслуги. После заявки на освоенца меня погрузили в камеру: она раскачивалась по синусоиде, усыпляя сознание. Мне прожгли грудь и костюм, опустили титановую колбу с синтетическими нитями прямо в душу. Награда за смелость: оставить след. Ведь вскрыть дневник можно лишь после смерти. Мне действительно было что сказать и оставить после себя: быть или стать создателем уникального. Нового.

Описание моего внешнего вида займет время, но потомкам это нужно знать. Мой спадающий лоб наезжал на уставшие глаза. Под ними фильтрующие отверстия, которые добывают нужный для жзни газ в зависимости от среды внешнего открытого выхода на поверхность. Мы обмениваемся информацией посредством вибрации воздуха и пространств, искажая волнометрию среды низко опущенными колоколами внутри скрытой гортани. Эта вибрация искажала картинку, поэтому их можно увидеть в спектрометре, который изучает вибрационные искажения по принципу гибкой механики материального существа. Мы удивительные существа. Наши сенсорные способности закрывали потребность в вибрационных искажениях ежедневно, поэтому общение стало тихим, едва заметным. Пространство будто затихло и забылось. Его никто не беспокоил. Моя сильная крепкая шея с рельефными мышцами плотно переплетала грудь, и лимфа внутри пульсацией проходила сквозь всё биотело, через каждую сильфонную трубку. Лимфа — это наша жизнь. Её добывают из редких энергетических облаков Марса, конденсируют, плавят, а потом… потом вливают обратно в нас. И мы живём десятилетиями. Даже столетиями. Пока лимфа не кончается. Сбор лимфы был стратегически важен, потому что он определял настоящее и будущее колонии. Это был единственный неавтоматизированный процесс на планете.

На лимфатических деревьях жили и существовали виды марсиан по типу нолов — врачи и врачеватели, лекари и осознанный вид. Их особенностью было умение вылечить от недугов огромное количество особей. Даже жертвуя собственной жизнью, они могли спасти около десяти модулей и их обитателей. В голодные и страшные времена они подключались к деревьям и сохраняли множество особей, жертвуя собой. Это было в их изначальном коде, в их сознательности и смыслах.

Наши создатели не были изучены в полной мере. Я происходил из пластов войны, по сути, и инженеры по логике. Целевая задача пластов была проста: обеспечить всё вокруг надежностью, той, которую смогут донести, или как войны, или как создатели нового, не живого истинно, но целостно состоящего из этого. Они так же создавали биоткань и модульные части на синтетических нитях.

В моей голове ежесекундно пролетали мысли покинуть эту планету или хотя бы выйти за пределы своей колонии. Понять, кто ты. Стать тем, кто выйдет за пределы модулей для создания новых. Новой жизни всей колонии, а может, даже это будет научный модуль, в котором можно устроить свою новую гениальную жизнь. Это не давало мне покоя. Я постоянно смещал и менял зону своей ответственности, направлений, не в поисках себя, а в понимании, что я такая особь и это мои ментальные проблемы. Хорошо осознавать, что это ты сам и ты просто ленивый исследователь, которому наскучила бытность бытия до отвращения. Не физическая лень, на тренировках я выкладывался. Ментальная. Как будто кто-то отключил во мне способность радоваться новому. Страхи нового каждый раз влекли меня в безудержные бесконечные попытки освоений, которые были с разными итогами. Мой опыт. Я хотел иметь самый разнообразный опыт. Не надо сомневаться в себе. Это функционально отключено нашим Квантом — III, нашей общей системой регулирования колонии. Квант — III — это огромный мегамозг, он регулирует нашу веру, нашу уверенность, наши сомнения, но он уже третий, и значит, он смертен.

Я был квантовым уровнем на корабле, инженером межпланетарного корабля. Нашей команде выход с планеты пока не доверяли. Да, и я не слышал, чтобы вокруг кто-то это сделал. Возникало ощущение будто этого и не было. Рассказывали предки, что была группа, которая вышла в межпланетарное путешествие, но так и не вернулись. Все считают их погибшими, ведь в логике любого существа, живущего на шарообразной планете, всегда будет очевидным, что если двигаться прямо, то ты вернешься на исходную точку. Зачем тебе говорить, что у планеты есть край? Ведь ты пойдешь его искать; это было не выгодно системе и Кванту — III.

Моя команда на корабле тихая пристань всех моих обиталищ, взятых одновременно. Мы жили и работали не просто внутри прогрессивной железки, мы были важными друг для друга существами: от каждого из нас зависела жизнь другого. Чувство преданности и отсутствие агрессивных и унылых мыслей, но не без потери части критического сознания. Поэтому, конечно же, нам не чужды смех и радость, осознание боли и страданий внутри нас. Мы и правда можем испытывать это, но мы не разрушаем себя этим, лишь симптоматика, легкий озноб и другой ракурс. Великая и важная миссия колонии — выжить после эпидемии, здесь нет места сентиментальностям и тревожности.

Часто мой рабочий день начинался со слов капитана «Ну что старый, возможно сегодня мы вылетим за пределы этой планеты». В ответ я лишь телепатически ему подмигивал.

Моя роль на корабле не самая последняя, и это меня приободряло. Корабль был разбит на отсеки и блоки. В моей группе нас было четверо, и вся работоспособность доверенного нам отсека, где был сам квантовый двигатель и тяговые реверсы. Мы были крутой командой, постоянные приколы и дикий смех сопровождали нас ежедневно. Это облегчало жизнь. На корабле двигатель, словно механическое сердце с характерным металлическим простукиванием при работе фрикционных и винтовых узлов накрывающего колпака для создания импульсного напряжения и передачи пульсации на турбины. Энергия вращательно-поступательных механизмов создавала невероятный разряженный поток воздуха, и корабль, словно пневматический модуль костюма, мог встать на поворотные крылья обтекаемой формы и резко сорваться в поток скорости, переключив через рычаги и кулачковые муфты дополнительные квантосферы. Энергии становилось настолько много, что все ореолы окружающего мира теряли очертания в этой гонке между временем и пространственным разрывом в скачке.

Наступило время, когда особи начали обособляться, и после первых кристаллов, которые проводят невидимую энергетическую сеть, таких особей становилось больше. Подключение себя к общей сети стало возможным в любом научном модуле. Ты, словно программный прибор, в который загружают обновление. Подключившись к сети, начинаешь обладать предписанными в системе файлами и логикой, но твое разумное существо растет. В системных файлах ключевыми были размышления особи, превзошедшей над всеми в разуме. Кванты, сейчас доминирующая семья. Они научились открывать новые области сознания, научились управлять всеми балансами для выживаемости и восстановления. Нам всё это загружали в общую энергосистему. Говорят, что их могущество и силу предсказали жрецы из лэйнов. Кванты — это не вид марсианина, а существо, которое из своей видовой разновидности стало крупнее и его реакции быстрее, чем у остальных. Те, кто предвидят на шаг вперед и знают будущее, пусть даже в небольшом временном отрезке. Они словно будущее в постоянстве проявления, словно твой прошлый опыт и решение будущих проблем. Они — это предрекающие тебя на исход особи, которым беспрекословно подчинены все и всё вокруг. Они влияют на все твои решения.

Видов марсиан достаточное множество. Все мы были объединены общим вне зависимости от выбранного пути. У всех желтого цвета глаза, где черный зрачок, словно шар, имеет широкий угол обзора, где слизь из пористой структуры смывается веками и равномерно покрывает поверхность вылупленных глаз. Смотреть на это в отражении полированных деталей корабля не особо приятно. Жирные слёзы спасают оболочку глаза. Осязая и видя окружающий мир наше сознание обрисовывает левитационные пути. Левитация – это то, что так же объединяет нас. Мы все используем левитацию для перемещения.

Активная фаза всех произошедших изменений связана с тем, что я запустил свою заявку на отбор, чтобы стать освоенцем. Я очень хотел изменить свою скучную и нудную жизнь, внутри меня кричало эго из-за несущественности моего определения. Желание стать кем-то, оставить после себя значимый след и быть тем, кто пытался. Кто пытался хоть что-то изменить. Хотя бы свою жизнь.

Я подал заявку через своего капитана корабля, так как важно понимать, что в команде все открыто и все друг другу доверяют. Если бы он понимал, что сейчас не время для команды, то вправе обозначить риски для колонии, и мою заявку бы просто отклонили. Одобрение с его стороны приливом сил и новых свершений запустили в мое осознание такое чувство, как счастье. Словно теплый прилив согревающих волн окутывает твое бренное состояние, и вечные вопросы к себе, и кто ты, уходят на второй план. Сейчас выбор сделан — я создатель своей жизни и своего перевоплощения, а может, и своей сути. Хотя подождите, раньше же суть была другая. А, неважно. Это уже не важно.

Прошел короткий отбор, который, по сути, получилось пройти без проблем. Желающих испытать себя и, возможно, даже пожертвовать жизнью было немного: всех устраивало происходящее и свое место в колонии. Желающих на отборе было семеро. По правилам, которые устоялись в века, освоенцев должно быть трое. Каждые три года трое выходят на поверхность за эгги и развивают эту энергетическую сеть. Одновременно покидают колонию три особи разного вида, но собранные вместе по определенным критериям и логике подбора. Особи, которые были исключены из отбора, не обладали крепким левитирующим чувством, были слабы ментально, а значит, и физически.

Годы моих тренировок прошли не зря: как силовых, так и открытых знаний для увеличения объема отсеков головного модуля через общую энергетическую сеть. Моя душа была тоже готова.

Мне выдали инструкции и прогрузили их в новые модули памяти и оснащение. Новое оснащение костюма — это обязательная процедура: он должен быть готов встретить тяготы и сложность пути.

Инструкции содержали следующий порядок возведения энергомодуля, который необходимо соединить с головным:

Нужно взять перед выходом эгги. Эгги — это зерно огромного плотного дерева, которое выжило на этой планете. Сверху это дерево выглядит как размытый кратер. Корни его, пробивая песок и лёд, уходят глубоко под поверхность и соединяются с энергосетью Кванта — III.

Прибытие на место размещения нового энергомодуля. Бурение скважины под укладку эгги. Эгги вдавливается в толщу и начинает расти.

Возвращение на базу. Общий путь в одну сторону занимает одиннадцать марсианских часов.

Выезд на пайплайнере и параллельная укладка труб линии энергосвязи. Пайплайнеры яркого оранжевого цвета с огромным клыком впереди разрывают толщу поверхности планеты Марс, и трубы друг за другом укладываются в продавленную расщелину, оставляя на поверхности лишь легкое напоминание о том, что в толще этой холодной планеты зарыты каналы и трубы для связи.

Соединение трубы и нового корня от эгги. Обеспечение устойчивой энергетической связи с головным модулем, где безграничное количество энергии и мощности будет доступно для возведения самого модуля, который пришлет Дека.

Любые потребности и запросы для задач нового энергомодуля будет легко обеспечить этой энергетической связью.

Одиннадцать часов в одну сторону — достаточно серьезное испытание для любой особи вне зависимости от степени подготовки. Левитирующее чувство внутри нас подкреплено внутренними состояниями, где отсутствие веры внутри тебя может повлиять на физическое проявление этих навыков. Левитация над поверхностью — данность, но весьма ограниченная и выглядит больше, как продолжительный прыжок от точки до точки. Ментальная вера и сила духа толкают твою оболочку с белковой лимфой, внутри которой есть сознание и душа. Важно быть всегда в форме, верить в свое дело и не сдаваться, не думать о негативных исходах, всегда погружаться и разбирать те задачи, которые тебя окружают и плотной грядой на твоих плечах. Мне всегда нравилось состояние, где я ощущаю жизнь в постоянных преодолениях. Со временем я начал сомневаться в своих смыслах, и это повлияло на мое левитирующее чувство. Проскоки и полет над поверхностью стали сложнее, требовали большей концентрации, преодоления и упорства. Сила снаружи закреплена силой изнутри. Свисающие плотные нити из биоткани заполняли всю подошву нашего тела; они имели датчики тактильной силы, пневматические поворотные модули синтетическими нитями были соединены с лимфатической системой самого тела. Сверху это технологичное тело было закрыто не менее технологичным костюмом. Казалось, будто систем защиты и надежности такое количество, что переживать за механические повреждения не требуется. Тело, так же, как и всё вокруг, имело модульные подключения. Это не просто тело, это набор биомеханических приспособлений, где грань между техникой и живым существом стерта.

Левитация — это, кстати говоря, приобретенные навыки, которые появились после расширения осознанности своего мозга до невероятных значений. Мы знали о правилах галактики больше, чем остальные; мы были совершенны, и колония наша наконец начала прирастать. Это самое важное: мы должны были выжить. Наша основная цель — выжить, а значит, прирасти и создать новые лимфоузлы.