Читать онлайн Судьба контрабандиста бесплатно

Пролог

Эн Клауд сидел на пляже и смотрел на воду. Недалеко от него, на стволе поваленного дерева, расположилась Фета и, прищурившись, наблюдала за крошечными крабами, ползущими по песку. Девушка старалась запечатлеть случайный момент, который подарила ей природа.

Она хотела успеть закончить рисунок, пока эти, неповоротливые красные и коричневые создания, спешащие к морю, не спрятались под солёной, слегка пенящейся морской волной.

Волны казались лёгкими и воздушными. Тёплые лучи играли с бликами от воды, и увеличивали размеры цветных рыбок или красных и коричневых крабов, которые пытались спрятаться от внезапной опасности, исходящей от девушки и её спутника.

Они напоминали ей о детстве, которое прошло где-то далеко в космосе, на другом краю галактики, когда она была несмышлёным ребёнком.

Ей приходили смутные воспоминания о родителях, которые брали её с собой на морское побережье, где она играла с такими же прозрачными и пенящимися волнами, набегающими на песчаную отмель, и наблюдала за многочисленными морскими обитателями.

Фета достала блокнот и попыталась нанести яркие краски на свой рисунок, так, чтобы оживить сине-зелёное море, которое на рисунке оставалось чёрно-белым и в которое, по какой-то необъяснимой причине, она ещё не вдохнула жизнь.

Карандаш скользил по плотному листу папируса, повторяя ту картинку, на которую она смотрела. Море изменилось. Теперь оно казалось живым и подвижным. Небо и волны сливались с тем пейзажем, на который смотрел её спутник, сидевший поодаль от неё.

Эн Клауд постарался снабдить её всем необходимым, выменивая папирус и карандаши на воду, которая теперь имелась у него в наличии. Подобные рисунки он уже видел. Командор знал, что Фета обладает божественным талантом, которым наградил её создатель и рисунок выйдет весьма правдивым и реалистичным.

Для него это действие было непостижимым. Девушку никто не учил этому занятию, и она приобретала свои навыки по наитию. Это и было самым настоящим чудом. Когда-то давным-давно, в другой жизни, он тоже пытался научиться рисованию, но у него ничего из этого не вышло. Видимо, не хватило природных способностей. А вот у Феты всё получалось легко и просто. Казалось, что всё, на что она сейчас смотрела или прикасалась, плавно перемещалось на её рисунок.

Было прохладно, и он кутался в водонепроницаемый морской комбинезон, который накануне взял с собой. С севера дул холодный морской ветерок, поэтому комбинезон был уместен.

Его взгляд был направлен за горизонт, туда, где плескалась солёная, морская вода. Скоро должен был начаться отлив. Море притягивало и звало к себе. Но купаться в такую погоду – не следовало. Можно было простудиться.

Вода то набегала на песок, закрывая крабов и рыбок от взоров любопытной девушки, то возвращалась обратно. Картина была завораживающей и с трудом коррелировалась с последними событиями, которые разворачивались на просторах соседней галактики.

Именно эти события занимали все его мысли...

Эн Клауд был не столько солдатом, сколько поэтом и философом и поэтому любил размышлять о прошлом и будущем этого мира, который был полон противоречий и неразрешимых конфликтов.

Постепенно его мысли возвращались к реальности…

Империя постоянно расширялась и таких, затерянных миров, где можно было спрятаться от войны и подумать том мире, в котором он проживал, с каждым годом оставалось всё меньше и меньше. И, конечно, находилось очень мало незаселённых планет, где, прямо сейчас можно было понежиться на тёплом песке, наблюдая за прозрачной морской волной.

На большинстве планет открытые водоёмы – отсутствовали. Там вода либо входила в состав минералов, либо содержалась в газообразном состоянии, делая невозможным самостоятельное возникновение не только разумной жизни, но и простейших бактерий. Но даже в таких отдалённых и негостеприимных мирах умудрялись выживать переселенцы, стремящиеся покинуть огромные города-муравейники, где условия жизни были ещё более сложными.

В крупных, урбанизированных городах бедняков не считали за людей, и им приходилось выживать в весьма тяжёлых условиях, заботясь о пропитании своих семей. При этом чиновники постоянно увеличивали налоги и плату за те скудные ресурсы, которыми приходилось пользоваться.

Покидая цивилизованные миры, эти самые бедняки превращались в колонистов и пытались тераформировать климат этих негостеприимных планет. Они стремились добывать воду и прочие ресурсы, необходимые для выживания всеми известными способами.

Переселенцы строили подземные бункеры или устанавливали ударопрочные стеклянные купола над своими примитивными жилищами, в которых пытались выращивать разнообразные культурные растения и разводить домашних животных.

Некоторым из них это удавалось, и поэтому они богатели. Другим везло меньше, и они погибали, не достигнув поставленной цели. Их место тут же занимали другие переселенцы, и всё повторялось с самого начала. У каждого была своя собственная судьба, и всё зависело от имеющихся знаний, природных особенностей той или иной планеты и трудолюбия переселенцев.

Однако, и там, где была вода, за неё разгорались нешуточные конфликты.

И, чаще всего, победителями из этих стычек выходили не колонисты или временные переселенцы, а обычные имперские наёмники. Они были лучше организованы и обладали более мощным вооружением. У них были прекрасные руководители, знающие своё дело, закаленные в боях с гуманоидами на границе империи.

Только эта конфедерация могла производить оружие в промышленных масштабах, и только она диктовала свою волю колонистам, которые переселялись на новые миры из отдалённых городов – поселений, чем-то похожих на муравейники.

Полководцы империи несли смерть и разрушение, а вот его миссия заключалась в том, чтобы доставить поселенцам чистую и пресную воду, которая и была основным богатством этого мира и которой им так не хватало.

Когда-то давно, в другой жизни, и он был таким же колонистом – фермером. Эн Клауд вспомнил, как он мучился, добывая воду и провиант, как голодал и пытался сэкономить скудные ресурсы для своей семьи. Он хорошо знал этот мир и, на себе испытал все те не простые проблемы, которые мешали ему, расти, богатеть и развиваться.

Эн Клауд прекрасно понимал те, насущные проблемы, которые волновали бедняков, прибывших в отдалённые миры в поисках лучшей жизни. Все они разрабатывали природные ресурсы. Некоторые из них, помимо воды и еды, искали уединения. Но империя приходила и сюда, наводя новый мировой порядок, взимая налоги и забирая некоторых из них в наёмную армию, где большинство колонистов, ставших солдатами, со временем погибало.

Империя ломала привычную мирную жизнь колонистов, но противостоять жестокосердным наёмникам, отваживались немногие: одни лишь пираты и контрабандисты, которым терять было уже особо не чего.

Если еды ещё хватало – её всегда можно было купить за деньги, то вода всегда была в дефиците, и купить её за деньги было проблематично.

Со времён Энлиля незаконная торговля водой была запрещена. Только те торговцы, которые имели специальное разрешение от Верховного Совета Империи, Сената или самого Энлиля, имели возможность легально торговать водой на просторах вселенной.

Приходилось выкручиваться и ставить ловушки, которые позволяли добывать воду прямо из атмосферы той или иной планеты, либо рыть глубокие колодцы в скальной породе, чтобы добыть её из минералов или подземных источников.

Но всё равно её на всех не хватало. Иногда поселенцам воду привозили контрабандисты, такие же, как и он сам, и тогда у них случался самый настоящий праздник. Колонисты выменивали её на результаты труда колонистов и фермеров, который доставался им большим трудом либо на электронные деньги. Но всё равно они были рады и малому…

Колонисты пили вино и танцевали. Было принято ставить широкие лавки и наваливать на них остатки вина и продуктов. Дети и взрослые наедались и напивались досыта, зная, что подобные пиршества случатся не скоро.

На непродолжительное время воды становилось так много, что в ней можно было даже помыться. Грязная вода так же шла в дело. Ей поили животных и поливали растения. Какую-то часть воды пытались зарезервировать на «чёрный день».

Эти события запоминались. Они были единственным светлым пятном в жизни переселенцев, но потом, в период засухи, об этом старались забыть.

Глава I

Пользуясь монополей, торговцы водой стремительно обогащались. Но самыми богатыми существами во вселенной становились не они, а обычные имперские чиновники, которые получали откаты за продажу разрешений на торговлю водой и доставку её до отдалённых колоний – поселений, находящихся на большом расстоянии от развитых торговых маршрутов.

Эн Клауд никогда не был в столице империи – Хамре, где располагался Сенат, но, так же как и все её граждане, слышал байки об этом огромном городе, в котором они проживали. Говорили, что некоторые чиновники имели золотые здания, в которых даже сортиры были украшены драгоценными камнями. И, конечно, он бы не удивился, если бы этот рассказ оказался правдой, а не игрой воображения обычных недальновидных бедняков, населяющих окраинные миры.

Все остальные сделки по торговле водными ресурсами считались незаконными. Однако, существовали небольшие команды смельчаков - контрабандистов, которые игнорировали эти правовые нормы, вопреки здравому смыслу и действующему законодательству и команда Эн Клауда была одной из них…

Если бы его поймали, последствия были печальными. Обычно, контрабандистов публично казнили. Поэтому он наслаждался каждой минутой и каждым мгновением своей трудной и опасной жизни, полной забот и незабываемых приключений.

Опасность делала его жизнь более яркой и наполненной смыслом. Казалось, что без этого риска она была пресной и безвкусной. И, теперь, он бы не смог оставаться обычным фермером или колонистом, которые ненавидели риск и приключения.

Публичные убийства неугодных стали нормой, и, иногда, они принимали замысловатые формы, напоминающие кровавые гладиаторские сражения прошлого. Для этого были построены огромные, открытые Амфитеатры на большое количество посадочных мест. Некоторые из чиновников были настолько алчными и кровожадными, что зарабатывали и на подобных зрелищах.

Рассказы о жестоких расправах над контрабандистами он слышал не только от поселенцев, но и от тех перебежчиков, а также дезертиров, которые раньше были обычными императорскими солдатами. Именно из них он, впоследствии, и сформировал свою команду. В них он был уверен так же, как в самом себе.

У каждого из его бойцов были собственные мотивы покинуть ненавистную армию. Кто-то винил командиров в той или иной неудаче на поле боя, а кто-то был зол на них из-за того, что они напали на их собственное поселение, разрушив его до основания.

Дезертиров никто не любил, и они могли надеяться только на самих себя. Наёмники императора были способны на многое, а в составе его группы они сильно изменились в лучшую сторону, став более образованными и дисциплинированными.

Но это ничего не меняло. Если они попадали в плен – их убивали тем или иным способом и пока спастись из неволи – никому из них не удавалось.

Несмотря на это, Эн Клауд продолжал свою опасную деятельность по поиску и добыче полезных ископаемых. Прежде всего, он искал воду, которой так не хватало колонистам. Он верил в судьбу, и эта вера приносила ему удачу.

Глава II

Эн Клауд ещё раз посмотрел на молодую девушку. Он кинул в неё небольшую раковинку, которую нащупала его рука, греющаяся на песке.

Фета погрозила ему пальцем и улыбнулась. Эн Клауду нравилась её улыбка – улыбка подростка, которая только-только входила в начальный период своего расцвета и раннего полового созревания.

Фета попала в его команду случайно. Ребята исследовали покинутую планету и совершенно неожиданно для себя обнаружили в заброшенном лагере колонистов девочку – подростка пяти-шести лет. В колонии имелся источник питьевой воды, и поэтому девочка выжила, несмотря на то, что в этом поселении никого из взрослых не осталось.

Видимо колонисты спешили покинуть планету из-за угрозы нападения пришельцев или других вооружённых преступников и в спешке позабыли забрать с собой своего ребёнка. А вернуться они, по какой-то причине, не смогли или не сумели. Вполне вероятно, что они погибли или отправились туда, откуда возвратиться было проблематично…

Нескольких убитых переселенцев им всё-таки удалось в дальнейшем обнаружить в сгоревших строениях на окраине деревни. Эти люди имели высокий статус и были хорошо одеты. Один из мужчин ему запомнился. Он имел благородную внешность, и на нем была одета дорогостоящая одежда, расшитая золотыми нитями, которая говорила о том, что он обладал высоким статусом в обществе. Однако, кто он такой и чем тут занимался узнать не удалось.

Почему-то гуманоиды или другие преступники их не пощадили и не взяли в рабство. Складывалось впечатление, что они были убиты намеренно. Такая практика существовала во всех мирах, где промышляли наёмные убийцы, которые охотились на важных персон или чиновников, занимающих высокие посты в государстве.

Но даже они оставляли детей живыми, полагаясь на волю рока и проведения. Однако, лишь единицам из этих, оставленных детей удавалось выжить, принимая во внимание, в каких суровых условиях они оставались. Только некоторым из них удавалось спастись во время прилёта какого-нибудь торгового судна или спасательного катера и эта девочка была одной из них...

Вокруг были разбросаны тёплые вещи и запасы провианта, которыми и сумела воспользоваться эта умная и шустрая девочка, оставшаяся по какой-то причине в одиночестве. Ребёнок был необычным. В то время эта девочка была похожа на дикое животное и с трудом понимала человеческую речь. Как она выжила одна, в таких сложных условиях, в полном одиночестве – было не понятно.

Поначалу, её не заметили, так как все были заняты своими делами. А увидели только после того, как у них кто-то стащил сумку с провизией и медикаментами. Ребята стали более внимательными и осмотрительными и, только поэтому, обнаружили этого, проворного воришку, которая следила за каждым их шагом. Девочка пряталась за тюками с оборудованием и поэтому её обнаружили не сразу.

Ребёнок не побоялся вступить с ними в драку, и это насмешило брутальных мужчин, которые её окружили и откровенно над ней потешались. Капитан отодвинул ребят в сторону и попытался предложить ей еды. Видимо, ребёнок изголодался. Поэтому он с удивлением посмотрел на командора, который над ней возвышался и предлагал пищу.

Девочка не стала отказываться от тех сухпайков, которые они перед ней побросали. Она наклонилась, пытаясь поднять невиданные богатства, раскиданные на песке, и набросилась на еду, словно дикий зверь, обитающий в соседнем тропическом лесу. Это и позволило её поймать.

Почему-то она приглянулась Эн Клауду и он приказал забрать её с собой, на свой космический корабль. Девочку отмыли, хотя она и пыталась сопротивляться. Эн Клауд придумал ей новое имя и взял к себе на попечение. Этим он не только спас ей жизнь, но и предопределил дальнейшую судьбу своего - небольшого, но сплочённого коллектива.

Девочку причесали и переодели в технический комбинезон контрабандистов. Эн Клауд лично подшил ей свой запасной, защитный костюм, который ей невероятно подошёл, как по своему размеру, так и по армейскому фасону. Со временем она выросла и перестала их бояться. Фета - стала полноправным членом команды, имеющим право голоса, наравне с другими членами экипажа.

С того времени девушка стала их талисманом - единственным представителем женского пола на этом быстроходном корабле, бороздившем просторы вселенной.

Ребята шептались, что с тех пор, как она появилась на их корабле, в поле их видимости ни разу не попадались имперские патрульные корабли, а им по-прежнему сопутствовала удача, что было невероятной редкостью. Наверное, это было правдой…

Фета обладала ещё одной особенностью. С детства она знала несколько иностранных языков и имела склонность к их изучению. С возрастом эти способности прогрессировали…

Видимо, родители собирались дать ей хорошее образование, и когда-то занимались её обучением, и поэтому, она могла стать в будущем настоящим полиглотом, соперничающим с обычными роботами-переводчиками.

Выяснилось это случайно, после того, как они приземлились на одну отдалённую планету. Эн Клауд заметил, что она прислушивается к разговору туземцев, которые их окружали и всё время хмурится. Никто из его команды не знал этого наречия, поэтому они относились к туземцам доброжелательно. Видимо, местные аборигены посчитали это слабостью и решили их перехитрить.

Эн Клауд не побоялся и прямо задал ей вопрос по поводу того, о чем беседовали эти туземцы, населяющие отдалённую планету звёздной федерации. Девочка объяснила ему, что они задумали. Как оказалось, местные аборигены намеревались их обокрасть и для этого собирались подсыпать в пищу сильнодействующее снотворное. Вот только языкознание девочки не позволили допустить этого печального события.

Контрабандисты прогнали туземцев, запретив им торговать теми товарами, которые имелись у них в наличие. На окраине лагеря пришлось выставить патрули, контролирующие занятую территорию.

У Феты был единственный недостаток – она ничего не рассказывала о своём прошлом и не размышляла о будущем. Когда девушку спрашивали об этом, она предпочитала отмалчиваться. Эн Клауд считал, что её тяготили тяжёлые детские воспоминания, поэтому старался не лезть к ней со своими расспросами. Тем более, что рассказчиков было предостаточно и без неё.

В отличие от Феты, ребята любили побалагурить о своей прошлой жизни. Это скрашивало их досуг во время дальних путешествий к другим мирам. Поиски живых планет велись круглосуточно, и эта работа отнимала у них всё свободное время. Поэтому, поделиться своими впечатлениями помимо членов экипажа, было не с кем. А вот после работы, в минуты отдыха, хотелось поговорить о том, как они жили в прошлом, и эти рассказы затягивались до самого утра...

Иногда речь шла о войне с пришельцами и о тех подвигах, которые совершали наёмники. Эти рассказы всем нравились, и даже Эн Клауд старался присоединиться к этим, необычным посиделкам, хотя свободного времени у него было ещё меньше, чем у его боевых товарищей.

Ему тоже было о чём поведать своим спутникам, не зря же они выбрали его капитаном корабля. Эн Клауд, как и все бывшие военные, уже сталкивался с пришельцами и поэтому мог поделиться своими впечатлениями от этих встреч с этими, чужеродными созданиями, обитающими на границах звёздной федерации.

То, что он и его люди остались в живых, говорило лишь о том, что все они обладали развитым чутьём и неординарным интеллектом. Эн Клауд был замечательным рассказчиком, и Фета надеялась когда-нибудь перенести эти занимательные истории на листы папируса. Пока же она использовала их для своих замечательных рисунков.

Скорее всего, эти рассказы стали бы знаменитыми и прославили её, как автора. Но не это было главное. Ей нравилось слушать этого подтянутого и собранного военного, и она смотрела на него, не как на своего командира, а так, как будто он был её возлюбленным. Мужчиной её мечты.

Глава III

Командор посмотрел на волны и снова подумал о Фете. С того момента, как он её нашёл, она сильно изменилась. Со временем девочка превратилась в девушку, но это ничего не поменяло в их взаимоотношениях.

Эн Клауд относился к ней, как к собственной дочке, так как был значительно старше её по возрасту, а вот Фета этой разницы не ощущала и пыталась с ним заигрывать.

Такое, пристальное внимание льстило командору, но он не отвечал на её запросы и старался оставить всё по-прежнему.

- Ладно, Фета, мы достаточно отдохнули, - произнёс Эн Клауд, обращаясь к девушке.

Он смахнул крошки песка со своего загоревшего лица и посмотрел на свою спутницу.

- Пора присоединиться к остальным членам нашей команды, - отметил он.

- Я чувствую запах дыма, - улыбнулась Фета, которая привстала со своего импровизированного трона, на котором, она до этого восседала.

Она любила солнце, а холодный ветерок был для неё не опасен. Лицо её загорело и обветрилось, но это только увеличило её природную красоту и обаяние. От неё исходило внутреннее сияние молодого и здорового человека, который искал свою собственную дорогу в этой непростой жизни, полной опасностей и противоречий.

Из-за короткой стрижки, она сейчас напоминала не красивую, молодую девушку, а безусого юношу – юнгу, служащего на его быстроходном корабле и поэтому она не смущала бравых и подтянутых военных, как те женщины, которых они видели в поселениях и с которыми они украдкой встречались, когда представлялась такая возможность.

Эн Клауд ещё раз посмотрел в ту сторону, где сейчас находилась Фета.

- Ребята не стали нас дожидаться, и решили приготовить еду, - улыбнулся контрабандист.

- Видимо, они устали от той пресной и некалорийной пищи, которую я для них готовлю, - грустно произнесла девушка, и исподлобья посмотрела на своего собеседника, в котором видела своего будущего избранника.

- Им хочется мяса и крови, и поэтому они ещё с утра отправились в джунгли, на охоту, - продолжила она свой монолог.

- Не скромничай, - проговорил Эн Клауд, которому, на самом деле, не всегда нравились те экзотические блюда, которыми она их радовала…

Девушка была вегетарианкой и этой странной привычке никогда не изменяла.

У неё был особый талант. Всё, чем она занималась, Фета доводила до совершенства. Сейчас девушка увлекалась двумя совершенно разными занятиями – боевыми искусствами и стряпнёй на кухне. И в том, и в другом – ей не было равных. Однако её блюда нравились далеко не всем, и это было никак не связано с её природными способностями, просто мужчинам не нравились вегетарианские салаты…

Эн Клауд следил за своей подопечной, назначая на роль учителей того или иного представителя своей команды и девушка никогда его не подводила. Она всегда оправдывала ожидания командора, становясь всё более умной и практичной.

Единственное, что ему в ней не нравилось - был пул собственных принципов, которые она выработала в процессе обучения, и которым она никогда не изменяла. Девушка была невероятно упрямой и своенравной. Она старалась всегда отстаивать свою собственную позицию, какой бы глупой она не казалась окружающим.

Одним из этих принципов стал принцип приверженности вегетарианству, а вторым – равноправия мужчин и женщин. А ему, так же, как и большинству солдат, хотелось животной мясной пищи, пожаренной на углях.

Консервы и вегетарианские салаты сидели в печёнках, но других запасов еды на корабле у них не было. Мясо стоило невероятно дорого, и было им не по карману. А вот Фету подобная диета никогда не раздражала. Это и бесило Эн Клауда, так же, как и других членов его команды.

Эн Клауд рывком поднялся с тёплого песка и посмотрел туда же, куда смотрела девушка. Несмотря на то, что ему исполнилось сорок лет, он был по-прежнему крепок и хорошо сложен. Командор мог бы дать фору тем, тридцатилетним мужчинам, которые служили под его началом и время от времени заглядывались на его подопечную.

Вдали горел костёр, готовилась еда, и ребята приветливо махали ему руками, приглашая принять участие в том, ритуальном пиршестве, которое было посвящено прибытию на эту новую, позабытую всеми планету.

Сегодня можно было расслабиться и погреться у костра, забыв о прошлом, которое исчезало у них на глазах.

Глава IV

Император был недоволен. Доходы сокращались. Торговля водой уже не приносила прежней прибыли, как было раньше, во времена его знаменитого деда – основателя огромной звёздной империи, раскинувшейся от Хамры до Центурии.

Армия роптала и вот-вот готова была взбунтоваться, а на границе этого, огромного межзвёздного государства вновь были замечены пришельцы из соседней, враждебной вселенной. Они вели себя нагло и откровенно провоцировали имперских солдат начать новый вооружённый конфликт. Видимо у них было всё готово для начала нового, более кровавого вторжения, чем те, которые происходили в далёком прошлом…

Гуманоиды ассоциировали себя с богами, которые покинули эти места задолго до того, как их раса вышла в открытый космос и эта убеждённость толкала их на неправомерные действия по отношению к другим жителям мироздания. Вместо того чтобы уживаться с представителями других рас, они предпочитали открывать по ним огонь…

Да и чиновники, время от времени, напоминали ему о том, что где-то там, в окраинных мирах пряталась его сводная сестра, которая могла стать самой главной проблемой и соперницей в борьбе за трон, если бы кому-то посчастливилось её отыскать. У них был общий отец, а вот мать происходила из древнего и знатного рода, который был намного старше и весомее того колена из которого вышла его собственная мать.

Хотя, самой главной угрозой являлась не она, а пришельцы из других миров. Гуманоидные расы были необычайно жестоки по отношению к переселенцам и наводили страх на всех жителей федерации, где бы они, не находились. Их патрульные корабли сканировали соседние галактики и, скорее всего, готовились к новому вооружённому противостоянию. Они были хорошо оснащены и, время от времени, открывали огонь по проплывающим гражданским судам.

Пограничники не оставались в накладе. Они отгоняли чужие инопланетные корабли, при случае вступая с ними в огневой контакт. Однако пограничники редко выходили победителями из этого противостояния. Поэтому, такие, немногочисленные случаи вызывали сенсацию и жарко обсуждались на улицах крупнейших мегаполисов.

Чужаки по-прежнему продолжали заходить в нейтральное воздушное пространство отдалённых планет, сея страх среди колонистов и торговцев из окраинных миров. Им почему-то нравились слабозаселенные планеты, расположенные вблизи военных баз, принадлежащих федерации. Иногда они оставляли там своё технологическое оборудование, предназначение которого было никому не ведомо, иногда искали то оборудования, которое осталось после пребывания богов.

Гуманоиды обладали развитым интеллектом, а их изобретения подчас превосходили те передовые наработки, которыми моги похвастаться жители империи. Учёные не понимали, с чем была связана такая активность вблизи границ федерации, и до сих пор ломали голову, для чего они это делали. Но внятных докладов пока от них не поступало.

Возможно, они готовились к новой, продолжительной войне. Так уже было раньше во времена его деда, но в то время ситуация была совершенно иной. Тогда казна была наполнена до отказа и позволяла набирать в армию колонистов и наёмников, которых было не особо жалко. Их кидали в топку войны, и они купировали то или иное опасное вторжение этих кровожадных существ, несмотря на явное технологическое отставание имперских войск.

Отряды, состоящие из наёмников, постепенно формировались в огромную наёмную армию, которую в народе прозвали Таргаутским корпусом, по названию пограничной планеты, где происходил сбор добровольцев, готовых повоевать за хорошие деньги. Именно эти самые наёмники, а не регулярная армия и являлись основными защитниками трона.

Регулярные войска годились разве что для небольших карательных операций или набегов против безоружных переселенцев или колонистов, и Энлиль это прекрасно осознавал.

Хотя и среди регулярных войск находились свои смельчаки и герои, которые были ему лично преданы.

Их, он продвигал по служебной лестнице, и это постепенно давало свои результаты. Теперь его стали окружать не столько друзья, сколько соратники, в преданности которых он был уверен так же, как в самом себе.

Из этих солдат он сформировал баронство – новый правящий класс, который беспрекословно подчинялось его воле, и зависел от его подачек и душевного расположения. Это немного усилило шатающийся трон и улучшило управляемость отдалёнными землями. Новый правящий класс сросся с чиновниками и парламентариями. Именно по этой причине, он одаривал их золотом и деньгами.

Император посмотрел на своего казначея и произнёс: «Так вы говорите, что наши доходы падают уже третий год подряд»?

Казначей нахмурился. После этого, он отступил на два шага назад и посмотрел на своего повелителя. Он никогда раньше не видел своего хозяина в таком подавленном настроении.

- Во всём виноваты контрабандисты, - произнёс казначей и покачал головой, давая понять, что и он чрезвычайно обеспокоен создавшейся ситуацией.

Энлиль посмотрел на него и в ответ кивнул головой, давая понять, что он осознаёт опасность и шаткость своего нынешнего положения.

- Пора бы провести рейд и поймать нескольких из них, - произнёс император и посмотрел куда-то вдаль, как будто его взгляд мог проникнуть в дальний космос, за стены этого хорошо обустроенного помещения.

- Мы уже давно не навещали поселенцев и видимо они настолько осмелели, что стали покупать воду у этих оборванцев, – отметил он.

И казначей, и сам император - любили порядок. Этот порядок держался на штыках имперских солдат. Именно он позволял им пополнять, как собственные доходы, так и доходы империи.

- Для того, чтобы совершить большой карательный поход нам требуется согласие сенаторов, а вы сами знаете, что в последнее время они не всегда поддерживают ваши решения, - произнёс казначей, который прекрасно понимал те политические расклады, которые сложились в империи и которые их не совсем устраивали.

- Ты прав, мой друг, - ответил император.

- Сенаторы разжирели, а постоянные взятки и подношения испортили их характер.

- Многие из них видят себя во главе нашего государства, несмотря на то, что положение наше не такое устойчивое, как прежде, во времена моего деда.

- Кроме того, они постоянно намекают мне о том, что у меня есть сводная сестра, которую они могли бы возвести на трон вместо меня.

- Так, недавно, граф де Монсоро публично заявил, что знает, где скрывается эта чертовка и готов поделиться с сенаторами данной, конфиденциальной информацией.

- Однако и у вас есть те сенаторы, которые вас поддерживают, - решил подлизаться казначей.

Он неплохо знал характер своего именитого собеседника. Энлиль, как и все правители, любил неприкрытую лесть. Иногда она бывала уместной, а иногда нет.

- Да и у меня есть последователи, но всех их объединяют личные корыстные и финансовые интересы, - проговорил император и исподлобья посмотрел на своего собеседника, понимая, что тот, по-прежнему, пел ему дифирамбы.

- Многие из них хотели бы от меня получить новые контракты на продажу воды гражданам федерации, которые сумели обустроиться в отдалённой части вселенной…

- Если они случайно узнают, что казна опустела, они забудут о том добре, что я для них сделал, и переметнутся к моим врагам.

- Ну, об этом мы никому не расскажем, - улыбнулся казначей и подмигнул своему собеседнику.

За последнее время он раздобрел и передвигался по залу с большим трудом. Несмотря на этого голова у него, по-прежнему, неплохо работала…

«Хорошо, что об этом знает лишь казначей, а то бы пришлось бы их казнить, чтобы они об этом никому ничего не рассказали», - прошептал Энлиль и строго посмотрел на своего собеседника, давая понять, что некоторые тайны нельзя выносить за пределы того помещения, в котором они сейчас так откровенно беседовали между собой.

Казначей сделал вид, что ничего не услышал. Он демонстративно развернулся и стал смотреть в круглое слюдяное окошко, выполненное с неимоверным изяществом и обрамлённое, помимо этого, богатой инкрустированной окантовкой, которая была выполнена из сплава золота с платиной.

Император задумался. Только тут он мог откровенно говорить со своими подчинёнными на запретные темы. Замок был проверен и безопасен. Его охраняли вооружённые и подготовленные телохранители, которые заслужили его преданность.

Опытных воинов было немного, но именно они составляли костяк его армии - личную гвардию, которую, в свою очередь, возглавляли, назначенные им бароны.

После этого император сделал паузу. Он посмотрел на интерактивную голографическую карту вселенной, висевшую прямо над его головой.

- Как ты думаешь, что нужно сделать, чтобы убедить Сенат поддержать мою позицию о целесообразности проведения небольшой карательной операции в окраинных мирах? – Поинтересовался Энлиль сразу после того, как понял, что пауза затянулась.

- Вам следует рассказать им часть правды, - поспешил ответить на его вопрос казначей, который всегда знал ответы на самые коварные вопросы, исходящие от своего высокопоставленного визави.

- Испугайте сенаторов тем, что и они могут пострадать от деятельности контрабандистов. Вот тогда они станут более сговорчивыми, чем прежде.

- Личные финансовые интересы позволяют временно объединиться с людьми, имеющими скверный характер и, не имеющих, при этом, ни капли чести или остатков совести.

Энлиль кивнул головой. Он был согласен со своим собеседником, с которым его многое связывало, помимо текущей финансовой деятельности. Казначей был его дальним родственником по женской линии и поэтому во всём поддерживал своего высокого покровителя.

Если бы не стало Энлиля, не стало бы и казначея…

- Нужно тщательно подготовиться к своему следующему выступлению в Сенате. Можешь помочь мне написать тронную речь, способную убедить сенаторов? - Поинтересовался он.

- Конечно, я заинтересован в том, чтобы казна пополнялась, - улыбнулся казначей.

Энлиль внимательно посмотрел на своего собеседника. Несмотря на разницу в физическом состоянии, в этом они с казначеем были похожи.

Оба они любили деньги и не собирались их пускать на ветер, как это делали некоторые недальновидные сенаторы из их ближайшего окружения.

Однако, сейчас денег требовалось намного больше, чем раньше. Угроза вторжения стала реальностью, и к ней нужно было хорошо подготовиться. Пришельцы были намного опаснее всех остальных внутренних и внешних врагов федерации и Энлиль это хорошо понимал.

В его дворце имелась собственная библиотека, в которой он черпал знания по самым разным вопросам. Там же содержались труды тех историков, которые были точны в своих оценках прошлого. За этими свитками пришлось погоняться, изымая их у нерадивых чиновников и простолюдинов, торгующих ценностями на чёрном рынке. Иногда они приторговывали и печатными свитками в небольших, спрятанных от посторонних глаз, букинистических магазинах.

Эти труды были засекречены для обычных граждан империи и доступ к ним имели лишь самые преданные чиновники из близкого круга императора, включая его близких друзей и родственников.

Иногда, по вечерам, он читал эти труды, в том числе и хроники предыдущих вторжений, и знал, к чему нужно было быть готовым и какие действия требовалось предпринять в самом ближайшем будущем.

А вот сенаторы не читали таких книг и, наверное, поэтому, никого и ничего не боялись и продолжали заниматься обычным, банальным воровством, как делали это раньше, в мирное время.

И, если до этого, император мог закрыть на это глаза на эти непотребства, то сейчас нужно было их припугнуть. Но припугнуть нужно было таким образом, чтобы они чуть-чуть испугались, но при этом не стали его личными врагами. Такие враги были опасны…

Требовалось провести такие казни, которые потрясли бы их сознание, а также произвели сильное впечатление на собственных граждан, в том числе и чиновников, сделав их более покладистыми и управляемыми.

Император не был чёрствым человеком и не любил жестокие игры, но сейчас ситуация требовала принятия решительных мер и он был к этому готов…

Глава V

Эн Клауд грел руки у костра и с интересом слушал болтовню своих спутников, сидящих поодаль от него. У всех было приподнятое настроение. Повод, действительно, был серьёзным.

Им удалось отыскать живую планету, которая, к тому же, обладала значительными водными ресурсами. Кроме того, на этой планете имелась атмосфера, пригодная для дыхания, что было большой редкостью.

Такую планету хотелось обжить и заселить новыми колонистами, став местным царьком или временным военным генерал - губернатором. Однако, Эн Клауд подозревал, что такое правление будет кратковременным, и поэтому вовремя отказался от этих заманчивых планов, которые могли вскружить голову кому-угодно, но только не опытному контрабандисту.

Как только об этой планете узнали бы его враги, сюда бы наведались многочисленные армейские чиновники, которых сопровождали местные наёмные армии.

Бороться с такими противниками было невозможно. Силы были неравными, и Эн Клауд это прекрасно осознавал, так как когда-то, в другой жизни, также был военным, командиром небольшого отряда наёмников. За всю свою долгую жизнь Эн Клад отыскал лишь две подобные планеты и очень этим гордился.

Прежде, чем высадиться на эту планету, командор попросил провести стандартный набор тестов и обследований, чтобы понять, насколько она безопасна, как для него самого, так и для его подчиненных.

Благо на корабле имелось современное лабораторное оборудование, приобретённое на чёрном рынке несколько лет тому назад. Это - дорогостоящее оборудование было снято с подбитого линкора и поэтому нигде не числилось. А вот ему оно подошло, как нельзя лучше, так как имело миниатюрные размеры.

Дозиметры фиксировали небольшой радиационный фон, связанный с вулканической активностью, но и он оказался в пределах нормы. На такой планете можно было чувствовать себя в относительной безопасности. А это и был именно тот успех, за которым они «охотились» на протяжении последних месяцев.

Ребята сняли скафандры и расслабились, что было непозволительной роскошью. Эта планета была малоизучена, и поэтому Эн Клауд от души ругал своих спутников, которые, вопреки его запретам, углубились в джунгли, чтобы поймать что-нибудь себе на ужин.

Удержать солдат было абсолютно невозможно, и капитан прекратил свои жалкие попытки вразумить этих неосмотрительных идиотов, которым осточертело есть витаминизированные салаты, сухпайки, а также стандартные армейские консервы, имевшиеся в большом количестве на борту их космического корабля.

Слава Богу, его опасения не оправдались и все остались живы. Охота действительно удалась, и ребятам посчастливилось подстрелить пару необычных оленей с ветвистыми рогами, которые мирно паслись на опушке леса, не подозревая о том, какая им грозит опасность.

Животные были ручными, что говорило о том, что им ещё не приходилось сталкиваться с разумной жизнью, пришедшей сюда из дальнего космоса.

Судя по всему, кто-то другой регулировал их численность. Хищников охотники не увидели, но это не говорило о том, что на этой планете они отсутствовали. Просто им посчастливилось миновать эту опасную встречу, которая могла закончиться весьма плачевно.

Времени для обследования планеты не было. Кроме того, не было и желания это делать. Для такого серьезного исследования требовались совершенно иные ресурсы, которыми они, в данный момент, не обладали. Поэтому нужно было быть более осторожными и внимательными.

На всех заселенных мирах жизнь развивалась по одним и тем же законам, однако не везде мясо диких животных было съедобным. Поэтому, первый кусок жареного мяса должен был достаться Крису - помеси енота и собаки, которую они содержали на своём корабле в качестве домашнего питомца. Командор считал Криса собакой, хотя она была чуть ниже тех, боевых псов, с которыми он имел дело в прошлой жизни.

Криса любили все, но ухаживать за ним приходилось Фете, которая и выдрессировала это дикое животное, пойманное солдатами на одной из экзотических планет, пару лет тому назад.

Девушке достался маленький щенок, с которым было интересно общаться. Однако, уже через пару лет, он подрос и стал напоминать небольшого и очень шустрого медвежонка. Мех у него был густой и плотный, и с ним можно было лежать в обнимку, когда температура падала.

Фета не искала дружбы с солдатами, и единственными её настоящими друзьями были - это необычное животное, которое к ней сильно привязалось, да командир корабля, к которому, втайне от экипажа, она испытывала сильные чувства.

Эн Клауду, так же как его спутнице, нравился Крис и, время от времени, он прогуливался с ним по своему кораблю, стараясь приручить дикое животное, сделав его ручным и послушным его командам. Однако, Крис любил только Фету и позволял ей многое из того, что не позволял другим членам команды, в том числе и командору.

Правда, Эн Клауда он почему-то побаивался и поэтому позволял некоторые вольности, в отличие от других членов команды. Однако, настоящей любви к этому сильному и строгому мужчине он не испытывал, стараясь спрятаться при его появлении.

Эн Клауд погладил Криса против шерсти, кинул ему кусок жареного мяса и снова углубился в размышления о судьбах этого мира. Животное поймало мясо на лету и тут же его съело. Крис был необычайно прожорливым, если дело касалось дичи, пойманной в лесу и приготовленной на костре. В этом они были похожи. Крис никогда бы не стал вегетарианцем, в отличие от своей хозяйки…

Капитан подозревал, что он сходу мог съесть целого оленя, если бы ему представилась такая возможность. Однако, никто не заботился о несчастном, голодном животном и ему должны были достаться объедки с барского стола контрабандистов.

Глава VI

Эту планету они обнаружили случайно. Она пряталась за огромной красной звездой Созвездия Скорпиона под названием Антарис.

Именно, несоизмеримые размеры красного сверхгиганта, не позволяли обнаружить живую планету другим астрономическим группам на протяжении длительного времени, хотя поиски живых планет входили в обязанность имперских придворных астронавигаторов, имеющих первоклассное астрономическое оборудование...

Всё началось с того, что ему удалось купить на чёрном рынке загадочный свиток, повествующий о том, как одному из путешественников удалось случайно побывать на отдалённой - обитаемой планете и вернуться домой живым и здоровым после длительного, межзвёздного путешествия в соседнюю галактику.

Путешественник рассказывал о том, что там обитали дикие животные, но не было конкурентов – пришельцев с других планет. Прошло много лет, с того времени, как он посетил эту необитаемую планету и ситуация могла поменяться…

Трактат был очень древним и, чтобы его прочитать потребовалась специальная линза с высоким разрешением, которой у Эн Клауда на тот момент не было. Пришлось подождать и приложить немалые усилия для того, чтобы приобрести её на чёрном рынке. Только там можно было найти то, что не продавалось в обычных букинистических магазинах, спрятанных от посторонних глаз. В том числе и приспособления для вычитки редких букинистических изданий.

Свиток был очень древним. За то время пока он где-то пылился, ситуация могла кардинально измениться, планеты исчезали также быстро, как и звёзды, которые их окружали, но хотелось верить в лучшее. В то, что эта планета никуда не исчезла и по-прежнему останется необитаемой…

В связи с этим он отложил прочтение этого манускрипта на неопределенное время. И только после того, как ему посчастливилось приобрести такую линзу на крупном восточном базаре – он вернулся к прочтению этого занимательного трактата и сумел расшифровать затёртые записи удачливого путешественника, сумевшего остаться в живых.

Подобных свитков было немало и большинство из них считалось откровенной подделкой. Кроме того, оригиналы изымались. Эн Клауд знал, что после этого они обычно попадали в коллекцию жадных имперских чиновников или самого Энлиля, который слыл известным собирателем и коллекционером древностей. После этого следы подобных документов терялись.

Однако, качество папируса говорило о том, что этот документ был изготовлен искусными ремесленниками и, поэтому, он отличался от тех - рядовых подделок, которые попадали в его руки, и которые он, по своему обыкновению, хранил в деревянном, походном сундуке.

Эн Клауду нравилось вечерами, взяв в руки свою знаменитую лупу, перечитывать эти рукописи вместо той, художественной литературы, которую он собирался в будущем приобрести, и которой у него пока не было.

Он не стал торговаться с мелким воришкой, который предлагал ему приобрести этот артефакт и заплатил ему кругленькую сумму из тех денег, что он откладывал на старость.

До этой старости можно было и не дожить, а вот узнать о чём писалось в свитке ему, как капитану контрабандистов, охотящихся за водными ресурсами, было необходимо. Сведения могли оказаться правдой, несмотря на то, что этот свиток побывал во многих руках, прежде чем попасть в его походный сундук.

На папирусе, от руки, была нарисована подробная карта звездного неба. Созвездия были ему хорошо знакомы, так как он, в прошлой жизни, занимался астрономией. Поэтому, Эн Клауд, без особого труда, отметил для себя местоположение той живой планеты, о которой вёлся рассказ.

По уверению автора, планета располагалась на другой стороне от огромного, горячего сверхгиганта и поэтому была незаметна для радаров и других средств визуального обнаружения, а так же для огромных лазерных сканеров, установленных на Хамре, которыми обычно пользовались астронавигаторы, изучающие звёздное небо в поисках новых, неизведанных миров.

Гипотеза, обозначенная в документе, показалась ему интересной, и он решил проверить её на практике, тем более, что заняться было особо нечем. Контрабандисты выкачали остатки воды из покинутой колонии поселения, и теперь нужно было найти новый источник дохода. Деньги таяли с невероятной скоростью, а иных способов их пополнения – не предвиделось.

Приходилось надеяться на свою интуицию и проведение. Несколько лет они готовились к подобному полёту, собирая припасы, копя на складах запечатанные амфоры с водой и огромные тулы с горючим. И вот теперь их усилия оправдались, хотя, даже его подчинённые не верили в то, что у него что-нибудь получится.

Его усилия оказались не напрасными и, поэтому, он продолжал надеяться на себя и свою путеводную звезду. И эта вера передавалась его спутникам, которых, со временем, становилось всё больше и больше, достигнув к моменту этого путешествия двадцати пяти штатных сотрудников, большинство из которых были армейскими дезертирами.

Финал путешествия оправдал все его ожидания и Эн Клауд был уверен в том, что сможет на этом неплохо подзаработать. Его переполняли разнообразные чувства, в том числе и усталость, а также радость по поводу сделанного открытия.

Это понимали и его подчиненные. Поэтому хорошее настроение передалось всем членам команды. Воды было предостаточно и её бы хватило ему на несколько десятков лет спокойной и безмятежной работы, вдали от жадных чиновников, выдающих лицензии на добычу полезных ископаемых и обычных имперских наёмников, которые исполняли приступную волю императора.

Именно, поэтому, Эн Клауд решил присоединиться к пиршеству, которое организовали его спутники. Он посмотрел на солдат и приподнял кубок с вином, которое они открывали лишь по самым торжественным случаям, так как оно стоило приличных денег, и достать его было проблематично.

- Ребята, нам повезло! - Отметил он, делая глоток из огромного, хрустального кубка, который он достал по поводу этого торжественного события.

- Однако везение продлится ровно до того момента, пока мы будем скрывать местоположение этой чудесной планеты.

- Её координаты должны оставаться в глубокой тайне ото всех, в том числе от переселенцев и солдат императора…

- Даже если вы попадёте в плен, вы никому не должны рассказывать о местоположении этой чудесной планеты. Забудьте её координаты и местоположение ближайшей к ней звезды - Антариса на звёздном небе.

- Если кому-то станет о ней известно, то сюда незамедлительно прибудет целая армада имперских военных кораблей. Они не оставят от этой прекрасной планеты и камня на камне.

- Император и его жадные чиновники выкачают всю воду и иные природные богатства с поверхности этой, некогда цветущей планеты всего за пару лет, оставив на ней дымящиеся свалки бытовых отходов, да опустошенные земли.

- Мы же с вами не будем торопиться.

- И поэтому данная планета останется живой на протяжении нескольких десятков, а может и сотен лет.

- А значит, всеми этими богатствами смогут воспользоваться наши потомки.

- Давайте поклянёмся держать этот секрет в тайне и пользоваться найденными ресурсами экономно! – прокричал он и выпил вино, содержащееся в кубке.

- Хой! – Поддержали его солдаты.

Все понимали важность сделанного открытия.

Ребята залпом выпили вино, разлитое в серебряных кубках и виски, находящиеся в походных флягах.

Хрустальный кубок имелся только у командора, и это служило поводом для шуток. Ребята считали, что пока этот кубок остаётся целым и невредимым – всё будет хорошо, а значит - им ничего не угрожает.

Эн Клауд посмотрел на Криса. Животное осталось в живых и весело виляло хвостом. Мясо оказалось съедобным, что было весьма кстати…

- Можно начинать! - Махнул он рукой, понимая, что удержать своих спутников от предстоящего пиршества, уже не представляется возможным.

Солдаты внесли огромное блюдо, на котором находились жирные куски оленины и стали распределять их между собой. Они постарались самые жирные куски, оставить для командира корабля и Феты, которая сидела справа от него и с удивлением поглядывала на действия мужчин, которые её окружали.

Однако их усилия оказались напрасными, девушка не притронулась к мясу, словно оно было прокажённым.

- А ты чего не ешь мясо? - Поинтересовался Эн Клауд у Феты, хотя заранее знал ответ на свой вопрос.

- Теперь у нас мяса предостаточно и его не нужно экономить, как мы поступали ранее.

- Оно придаст тебе сил и повысит настроение, так же, как придало сил нашим солдатам.

Командор пододвинул к девушке лист тропического дерева, на котором находился приличный кусок поджаренной оленины.

Девушка загадочно улыбнулась и ничего не сказала. Она отодвинула импровизированную тарелку в сторону. Фета, по-прежнему, ела те самые витаминизированные салаты, к которым он сейчас испытывал невольное отвращение.

- Ничего не меняется в этом мире, - подумал Эн Клауд и укоризненно посмотрел на девушку, которая, улыбаясь, поглядывала на него, словно стараясь его загипнотизировать.

Девушка придвинула тарелку обратно, к командору, и он не стал отказываться от дополнительной порции оленины, полной калорий и жирных кислот, необходимых для питания его задеревеневших мышц. Еда наполняла солдат энергией и командор это чувствовал.

Эн Клауд снова взглянул на Фету. Сейчас она была особенно красива, а её причёску оттенял ярко-красный цветок, вырванный из колючих кустов на краю тропического леса. Командор не выдержал её взгляда и отвернулся.

Между тем пиршество вступало в новую фазу. Солдаты, достав музыкальные инструменты, затянули гимн контрабандистов, который пели только тогда, когда им улыбалась фортуна.

Песня была грустной и навевала воспоминания о прошлом, когда императорские чиновники не лезли в дела колонистов и те постепенно заселяли галактику.

Девушка ещё раз улыбнулась и присоединилась к солдатам. А её нежный голос, звучащий в иной тональности, придавал пению особый оттенок романтики и веры в светлое будущее.

Эн Клауд с детства знал слова этой песни, так как её напевал и его отец, отправляясь в очередное путешествие к далёким мирам, из которого ему не суждено было вернуться назад.

Там, вдалеке, на небесах, горит моя звезда.

Мы ищем воду, скрыв свой страх, сейчас - внутри себя.

Судьба нам дарит новый путь к далёким берегам.

Туда, где есть вода, есть жизнь, где стонет океан.

Горит небесная звезда, сияя за бортом,

Солдаты в кубриках лежат, забывшись долгим сном.

Они желают отыскать сокровища в пути.

Им остаётся лишь мечтать, чтобы его найти…

И я ищу свою звезду, надеясь на себя,

А где-то есть вода и кров, но только нет тебя…

Там волны бьются о корму и плачут корабли,

На карте кто-то прочертил лишь контуры пути…

А может нам не суждено добраться до неё,

Тогда останется одно - надёжное плечо…

Надеясь, что-то отыскать, молю тебя – ищи!

Вон, впереди, забрезжил свет, спешим мы на огни…

Однако, яркие огни на небе - не близки,

Как бабочки, увидев на свет, так к ним летим и мы.

Никто не знает, что нас ждёт, возможно, лишь мечты,

Наш лоцман намечает путь, и к цели мы — близки.

А цель у каждого своя, такая вот судьба…

Кто ищет золото во тьме, кто стал рабом тельца,

А я ищу дорогу в рай, где нет ещё войны,

И, где налью я в кубок твой, простой речной воды.

Глава VII

Энлиль решил добраться до Сената на ультрасовременном патрульном катере, который, к тому же, был оснащён по последнему слову инженерной мысли. Тут было всё, к чему он привык во дворце, так как корабль строился при его непосредственном участии.

Особенно ему нравилась просторная каюта с широким столом и мягкими креслами, расставленными, вокруг него, по кругу. На креслах лежали мягкие пуфики, которые принимали форму тела и были необычайно гибкими и удобными.

Эту каюту он сам спроектировал, так как имел неплохое инженерное образование, полученное в юности. А вот оснащали этот корабль те самые инженеры, которые были неоднократно проверены на предыдущих государственных подрядах и никогда ранее их не подводили.

На столе были установлены модернизированные голографы, позволяющие устанавливать устойчивую межзвёздную связь с сенаторами и военными, находящимися на большом расстояние от его быстроходного катера. Устройства были вмонтированы прямо в стены его просторной каюты и включались силой мысли. Связь устанавливалась в считанные секунды, в отличие от ранее произведенных устройств, которые он видел на военных кораблях.

Там скорость управления подобными устройствами была замедленной и действовала на небольшом расстоянии. В его же каюте, эти замысловатые устройства, вмонтированные в металлические панели, не загромождали жилое пространство, делая его более просторным и вместительным. Устройства были изготовлены чуть позднее, и уже прошли тестовые испытания на менее значимых объектах. Ученые продемонстрировали устойчивое соединение с отдаленными военными базами, и он остался доволен качеством связи…

Одна из стен этой огромной комнаты была выполнена из особого, полупрозрачного материала и позволяла наблюдать за звёздами, так, будто он находился в капитанской рубке. Инженеры гордились тем, что этот, синтетический материал выдерживал столкновение с небольшим метеоритом или космическим мусором, которого было достаточно много в этой части космического пространства, где проходили основные торговые маршруты от Хамры к окраинным мирам. Обычно, космический мусор убирали специальные тральщики, но сейчас денег на это не было. Приходилось экономить на самом необходимом…

Энлиль хорошо знал карту звёздного неба, и эти знания были получены им ещё в детстве - в Звёздной академии, в которой учились дети высших должностных лиц империи. Кстати, в ней учился и будущий казначей. Тогда он не был таким толстым и прожорливым малым и составлял его компанию. Вместе они играли в луц и ухаживали за знакомыми девушками из соседнего медицинского колледжа. Император погрузился в юношеские воспоминания, которые будили воображение и приносили ему массу положительных эмоций...

В юности не нужно было думать о политике, так как ответственность лежала на его мудром и заботливом отце, который выполнял обязанности императора. К сожалению, общение с близкими родственниками продлилось недолго, так как отец завёл новую любовницу, которая была из знатного рода, и у него родились собственные дети - девочка, которая стала его сводной сестрой.

Именно после появления этой любовницы и разразилась кровопролитная война, которая продолжалась несколько лет. Из-за этого международного конфликта отцу пришлось бежать в окраинные миры, опасаясь мести родственников со стороны жены. Девочка уехала вместе с ним. Что с ними стало, никто из близких родственников не знал. Не ведал об этом и сам император, на судьбу которого могло повлиять внезапное появление данной сводной сестры, которая имела такие же неоспоримые права на трон, как и он сам.

У этой девочки были ещё более древние гены, чем у императора и об этом многие знали…

Энлиль снова погрузился в воспоминания. Он любил свою мать, которая, в одиночестве занималась его воспитанием. Мать научила его вести себя так, чтобы все ему подчинялись и все им гордились. Однако и её жизнь неожиданно прервалась. Женщину отравили и Энлиль подозревал, что это сделали ближайшие родственники со стороны его отца. Злоба была взаимной и то, что ему удалось выжить во время этого конфликта, казалось в то время чудом…

Теперь он руководил теми, многочисленными мирами, которые входили в федерацию и только Сенат мог наложить вето на его решения. Как же давно это было…

Внезапно катер развернулся и набрал приличную скорость. Он готовился к варп прыжку. Стены помещения задрожали, и это вывело Энлиля из задумчивости. Пора было возвращаться от юношеских воспоминаний к повседневности.

Реальность была не такой радужной и требовала неустанного внимания. Иногда приходилось принимать трудные решения…

Вместе с ним на соседнюю планету улетали бароны, которые возглавляли его личную гвардию. Бароны должны были выступить его телохранителями и защитниками, если бы его выступление в Сенате провалилось, либо пошло не по тому, заранее подготовленному плану, который был им подготовлен накануне.

Возглавлял личную императорскую свиту барон Мейстрих. Это был опытный воин, доказавший свою личную преданность и который, к тому же, был силён в дипломатии. В перспективе ему светило значимое повышение, и император хотел его проверить во время предстоящего выступления в Сенате.

Энлилю нравился этот военноначальник, так как его замечания и предложения были продуманными и уместными. Мейстрих учился у опытных ораторов. Он умел чётко выражать свои мысли, так, чтобы они были понятны собеседнику, и поэтому беседа с ним доставляла императору особое удовольствие, сравнимое с поглощением вкусной и калорийной пищи.

Именно на баронах из его свиты Энлиль и решил потренироваться в красноречии. Причём, некоторых из них, он попросил выступить его собственными публичными критиками. Словно император выступал не перед своими приближёнными, а обычными сенаторами, выражающими своё бурное недовольство.

Бароны учились работать с враждебно настроенными сенаторами и в этом, за время путешествия, весьма преуспели. Заседание должно было начаться сегодня вечером, и нужно было к нему хорошо подготовиться.

Казначей постарался на славу. Он умел писать тронные речи именно так, чтобы они не оставляли слушателей равнодушными. Сейчас был особый случай. Энлиль понимал, что война с пришельцами неизбежна, и при этом нарастало брожение среди мелких и средних чиновников, а так же простолюдинов внутри империи.

Поэтому необходимо было спешить, пока кто-то другой, более богатый и расторопный, не воспользовался создавшимся весьма шатким положением, для того, чтобы поменять политический строй в стране.

Такое недовольство могло дорого стоить его государству и привести к внутренним стычкам и даже поражению его наёмной армии на поле боя. Некоторые сенаторы поддались этим настроениям и воспринимали в штыки любые конструктивные предложения от своего императора, словно они состояли не на службе империи, а в рядах его кровных врагов - гуманоидов.

Поэтому нужно было найти ключик и к этим зарвавшимся чинушам, проявившим к нему своё полное пренебрежение.

Эти сенаторы недолюбливали не только его, но и чиновников из исполнительной власти. Они, в тайне, мечтали заменить его – самого императора, на кого-то другого, более лояльного и управляемого и его сводная сестра подошла бы на эту роль наилучшим образом.

Иногда, они намекали ему на то, что где-то далеко во вселенной выжили его дальние родственники, которые могут претендовать на трон. Такие заявления были особенно неприятными в период, когда война стояла у их порога.

Энлиль стал размышлять о структуре Сената. Как это часто бывает в нестабильных, олигархических обществах Сенат, в основном, состоял из трёх политических партий, враждующих между собой.

Именно, поэтому, законы и указы императора, которые утверждались Сенатом, принимались со второй или третьей попытки и обычно содержали массу мелких поправок и уточнений.

Некоторые из этих поправок он принимал, скрипя сердцем, так как они ограничивали его собственные властные полномочия. А это, в свою очередь, не позволяло проводить последовательную внутреннюю и внешнюю политику…

Первая из этих политических сил носила откровенно проправительственный характер. Её возглавлял Джастин Хост. Это был сухопарый и очень активный сенатор, который, благодаря императору, приобрёл дополнительное влияние и богатство.

Единственным его недостатком был собственный характер. Он слыл холериком и поэтому не всегда поступал правильно. Порой, он действовал вопреки здравому смыслу и логике, чем искренне раздражал императора.

Правда, в одном он был последовательным - те законы, которые он лоббировал, защищали интересы крупных землевладельцев, которые владели несколькими огромными планетами, а иногда и целыми планетарными системами, а значит, он всегда и вовсём был на стороне императора.

Эти, лояльные к трону, законодатели собирались расширить свои границы за счёт поиска новых незаселенных планет. Именно они финансировали те научные центры, где располагались крупные астрономические обсерватории.

В них Энлиль был уверен, как в самом себе. У императора, также как и у этих важных чиновников были общие цели, которые требовали укрепления вертикали власти и расширения границ империи. Только в этом случае их богатство прирастало и доходы становились стабильными.

Вторую группу представляли те сенаторы, которые жили на границах империи, вблизи от военных баз пришельцев. Эти колонисты нуждались в защите и только поэтому присутствовали в парламенте, надеясь найти убежище в случае вооруженного противостояния с гуманоидными расами, прибывающими из дальнего космоса. Во всем остальном их интересы не совпадали.

Возглавлял эту группу граф де Монсоро - загадочная личность, один из тех сенаторов, который почему-то не боялся инопланетного вторжения, хотя его владения находились на границе империи.

Эта группа была достаточно сплочённой, и бороться с ней было невероятно сложно. Колонисты ненавидели императора и препятствовали принятию ряда важных законопроектов, ограничивающих права мелких землевладельцев и фермеров, проживающих в отдалённых мирах – на границе империи.

В тайне они потворствовали контрабандистам и потребляли их товары, добытые незаконным образом. Не гнушались они и пиратством, нападая на своих, более богатых соседей, таких же сенаторов, как и они сами.

Казначей называл эту группу «пятой колонной», так как, в первую очередь, их гнев и недовольство было направлено именно против него и его родственников, а также непосредственных подчинённых - сборщиков налогов и податей.

Третья группа сенаторов была самой многочисленной. Её именовали имперским болотом. Эти сенаторы не имели ярко выраженного мнения и, в зависимости от конъектуры, занимали ту или иную сторону, принимая ту или иную политическую позицию.

Они колебались между двух враждующих политических партий, надеясь получить вознаграждение или иные привилегии от более сильной стороны противостояния.

За их голоса и стоило сейчас побороться…

Ещё до своего выступления Энлиль перевёл крупную сумму денег ключевым сенаторам из этой группы и надеялся на то, что эта акция возымеет должный эффект. Деньги переводились в глубокой тайне, через казначея, в котором император был полностью уверен.

Так он поступал только тогда, когда положительное решение могло повлиять на судьбу империи, и сейчас настал именно такой момент...

Однако, даже взятки, не могли ничего гарантировать. Имперское болото могло, в любой момент, поменять свою политическую окраску и ориентацию и переметнуться к оппонентам. Такое уже случалось ранее, после громкого выступлений того или иного харизматичного сенатора, затронувшего их душу или перекупившего их голоса…

А раз это бывало в недавнем прошлом, то могло произойти и в будущем…

Император посмотрел на звёздное небо и понял, что катер приближается к намеченной цели. Наконец вдали замаячила Хамра, гигантская планета – государство, на которой был расположен Сенат – основная цель его визита.

Энлиль включил голограф и набрал в голове цифровой адрес капитана корабля, который находился в соседнем помещении…

Через несколько минут появился знакомый облик капитана, который был одет в парадную офицерскую форму. Форма невероятно шла этому подтянутому и стройному военному. Такие «экземпляры» нравились женщинам и вызывали уважение у мужчин. Капитан был бодр и весел, а его приподнятое настроение в ту же секунду передалось императору.

- Мой друг, передайте сенаторам, что мы прибыли, - отдал распоряжение император и, в свою очередь, подмигнул своему жизнерадостному собеседнику, с которым он был знаком уже достаточно давно.

- Хочу, чтобы они нам позволили приземлиться на частном аэродроме, вблизи от этого правительственного учреждения.

- Не волнуйтесь, - проговорил обаятельный капитан.

Он продолжал улыбаться, так как был готов к такому повороту событий.

- Мы уже получили разрешение на посадку.

- Сенаторы, с нетерпением, ждут вашего прибытия.

- Вот, посмотрите на монитор, - посоветовал он императору и вывел картинку, на которой виднелось огромное здание Сената, возле которого столпились любопытные горожане и не менее любопытные сенаторы.

Действительно, возле широкого и конусообразного здания собрались многочисленные горожане, которые соскучились по сенсации и, которым требовались новые эмоции…

Горожане улыбались и махали имперскими флажками, которые обозначали их патриотизм и веру в светлое будущее…

Энлиль не так часто бывал на Хамре и поэтому встречающие успели по нему соскучиться. Да и самому императору было интересно побывать на этой огромной и урбанизированной планете, на которой проживали многие из его знакомых обеспеченных горожан, чиновников и сенаторов.

Обычно, он направлял в Сенат своих представителей, но сегодня был особый случай, и нужно было прибыть на планету лично, чтобы засвидетельствовать сенатором своё уважение.

Только в этом случае можно было с полной уверенностью гарантировать успех его нелёгкой миссии.

Глава VIII

У контрабандистов существовали свои, особые традиции и неписаные правила. Если планета оказывалась живой и на ней присутствовала вода, а, следовательно, и жизнь, нужно было добыть морского зверя и принести его в жертву богам.

Это нужно было сделать до того, как начать разработку природных ресурсов. Такое подношение смогло бы умилостивить создателя и отвести беду. Оно должно было продемонстрировать заинтересованность в освоении нового жизненного пространства и помогало закрепить свои права на новые, только что открытые земли.

Эн Клауд не стал изменять этому правилу и приказал подготовить два резервных катера, находящихся на борту основного корабля, на котором он и прилетел на эту планету, чтобы совершить ритуальную охоту на морского зверя так, как это и предписывали старинные традиции прошлого.

Командор не был суеверным, просто предпочитал действовать согласно тем обрядам и традициям, которые он хорошо знал. Тем более, что многие из них были неплохо продуманы.

Считалось, что если охотники, отправляющиеся на охоту, не смогут добыть морского зверя, но при этом сделают всё возможное для его поимки, то творец ни при каких условиях не станет их наказывать. Он сам решает вознаграждать их добычей или оставить ни с чем.

Однако, всё это касалось только мужчин. К женщинам, по какой-то причине, это не относилось. Согласно тому же источнику, брать их с собой в море для охоты на космических кораблях или, как это было в прошлом, на обычных парусных судах, строго настрого воспрещалось.

По этой легенде, создатель мог прогневаться на моряков за подобное ослушание, и тогда все они должны были погибнуть. В противном случае кто-то, в любом случае, оставался в живых. Похожие легенды существовали во всех мирах империи и вполне вероятно имели под собой какую-то реальную подоплёку, старинный миф или легенду, которая не дошла до наших дней.

Несмотря на это, девушка решила попытать счастья и выразить свой протест.

Видя его приготовления, Фета стала упрашивать командора взять её с собой. Однако Эн Клауд никак не поддавался на её уговоры. Более того, он стал ещё более угрюмым, упрямым и несговорчивым, чем вызвал у неё подростковый бунт.

- Фета, по старинной традиции, придуманной нашими далёкими предками, мы не можем взять тебя с собой, - проговорил командор и строго посмотрел на свою подопечную, словно он был её учителем.

- Как ты знаешь, присутствие девушек во время ритуальной охоты может привести к несчастью, - продолжил он свой монолог, обращаясь к ней и стараясь докричаться до её разума.

- Кроме того, такой запрет содержится в Кодексе контрабандистов, который мы, не так давно, подписали на общем пиратском собрании в тех окраинных мирах, которые нас поддерживают.

- Что за дискриминационные правила вы себе придумали! – разозлилась Фета, которая имела непростой характер и при случае его демонстрировала.

Девушка не собиралась следовать тем, дискриминационным традициям, которые нарушали её личные установки. Поэтому она, ни при каких условиях, не собиралась им подчиняться.

- Я думаю, что такие правила были придуманы в те далёкие времена, кода мужчины плавали на парусных лодках и не задумывались о путешествиях в дальние космические миры, как это происходит в наше время…

- Вы бы ещё вспомнили прошлое и те легенды, которые тогда существовали! – Отметила оскорблённая девушка и топнула правой ногой, как будто собиралась танцевать чечётку.

- Я такой же член команды, как и все остальные, - отметила она, указывая рукой на солдат, которые доставляли на два небольших катера походную амуницию, необходимую для длительной морской охоты.

Охота должна была состояться в не обследованном водном пространстве и поэтому они старались к ней, как следует, подготовиться.

Эн Клауд посмотрел сначала на Фету, а уже потом на бравых контрабандистов, занятых своей работой и не обращавших никакого внимания на препирательства двух старых знакомых.

Фета любила поспорить и все уже к этому привыкли. Солдаты готовы были выслушать любое решение, которое примет командор, даже если оно противоречило кодексу контрабандистов и старинным легендам, существовавшим в этом мире с незапамятных времён. Девушка давно уже доказала право называться полноправным членом их команды...

И в том и в другом они давным-давно разочаровались и поэтому могли на него наплевать. А вот командор был на этот счёт совершенного иного мнения.

- Нет, Фета, - проговорил строго Эн Клауд и покачал рукой перед её лицом.

- Решение уже принято, ты остаёшься сторожить наши припасы, да и за Крисом тоже нужно кому-то присматривать.

Это был «удар под дых». Тот аргумент, с которым было трудно поспорить. Питомец был всеобщим любимцем, но подчинялся одной лишь Фете и все об этом хорошо знали.

Брать его на корабль в такую, скверную погоду было опасно. Скорее всего, волны смыли бы его в море и он, наверняка бы погиб.

- Сама знаешь, он никому кроме тебя не доверяет.

Фета посмотрела на капитана. Она поняла, что спорить с ним бесполезно.

После этого она подозвала к себе своё любимое животное и стала его гладить против шерсти. Крис любил такие поглаживания и поэтому зажмурился и начал потихоньку поскуливать, словно хотел затянуть старинную морскую песню.

- Пойдём, Крис, - сказала она.

- Этим, мужланам, мы с тобой сейчас не нужны. Они думают только о себе…

После этого она постаралась изменить тактику. Девушка умоляюще посмотрела на капитана и проговорила.

- Ну, раз вы не берёте меня с собой, я не стану готовить для вас еду…

- Питайтесь сухими консервами и тем, что сумеете поймать в море!

- Думаю, похлёбка из акульих плавников вам подойдёт, как нельзя лучше!

- Хорошо, - ответил Эн Клауд.

- Мы оставим с тобой Эрика – нашего повара.

- Он-то, эту еду для нас и приготовит, а ты уж сама решай, будешь ему помогать или нет…

Эн Клауд не собирался оставлять девушку одну. Тем более, что он не знал с чем ему придётся столкнуться в ближайшем будущем.

Эту планету они не успели, как следует, обследовать. Поэтому, ни он, ни его солдаты не подозревали, какие живые существа могли прятаться в непроходимых джунглях, простирающихся на многие километры вглубь от морского побережья, на котором они сейчас находились.

Кто-то из мужчин обязательно должен был остаться на берегу, чтобы охранять девушку от диких животных и Эрик должен был справиться с этим заданием лучше любого из его преданных воинов, так как лучше все подходил для исполнения этого поручения.

- Ну как, подойдёт тебе такой защитник? – Поинтересовался командор, обращаясь к своей воспитаннице.

Девушка ничего не сказала, а только показала ему неприличный жест, который говорил об её настроении. Он передавал её горькую обиду гораздо лучше тех слов, которые она произнесла до этого. Эн Клауд махнул на неё рукой и поспешил на корабль. Он постарался забыть этот неприятный разговор.

Глава IX

Как только Эрик услышал концовку беседы, он тут же сошёл на берег. Солдат ухмыльнулся и только после этого помахал Фете рукой.

Девушка была с ним шапочно знакома и поэтому не удивилась сделанному выбору.

В своё время Эрик также был её учителем. В то время он хотел показать девушке новые упражнения, направленные на укрепление её спортивной фигуры. Девушка знала его историю и то, что у него когда-то была полноценная семья, с которой ему пришлось расстаться в прошлом, не по своей воле.

Эрик был добр и спокоен, как все сильные личности. Внешне он был похож на медведя, одетого в обычную армейскую форму. Это был огромный солдат, который ничего и никого не боялся, и с ним действительно было как-то поспокойнее.

Эрик сошёл с корабля на землю и тут же начал распоряжаться небольшим походным скарбом, который оставляли ему контрабандисты.

Он перенёс поближе к огню огромный рюкзак с провиантом, который они свалили на берегу, недалеко от того места, где приземлился их космический корабль.

Эрику нравилась эта строптивая и умная девочка. Она напоминала ему его собственную дочку, которая проживала где-то там, далеко – на одинокой планете, на границе империи. С ней он давно уже не виделся и не знал, как она сейчас выглядит…

Прежде чем оставить его на берегу, Эн Кдауд внимательно посмотрел на Эрика, оценивая его физическую форму. Эрик не переставал заниматься классическими физическими упражнениями, и это было заметно «не вооруженным глазом». Командор остался доволен своим подчиненным. Он понял, что сделал правильный выбор.

После этого капитан обратился к своим бойцам: «Ребята заносите катера на мелководье. Нам пора отправляться в путь».

Солдаты навалились на небольшие космические катера, стараясь столкнуть их в солёную, морскую воду.

Эн Клауд также занялся этим нелёгким делом, чтобы как-то отвлечься от непростого разговора с упрямой девушкой. Этот диалог был ему неприятен.

Командор задумался, он успел к ней привязаться, а её образ постоянно крутился у него в голове.

Однако его отвлёк тот солдат, на которого он оставлял свою подопечную.

- Капитан, - проговорил Эрик.

- Я вижу, вдалеке подымается туман.

- Может вам отложить свою поездку, пока погода не наладится, - отметил он, обращаясь к старшему по званию, которого уважал, так как он был грамотным и опытным командиром.

Помимо высказанного предостережения, которое было уместно, Эрик решил подыграть Фете, чтобы заслужить её расположение и, по возможности, отложить поездку контрабандистов на неопределенное время.

Он собирался выиграть немного времени, пока девушка не успокоится и не признает правоту капитана, как уже случалось в прошлом.

Эн Клауд посмотрел на море и на тучки, которые принесли туман. Нужно было спешить. Погода стремительно портилась. На препирательства со своей воспитанницей и с её защитником, времени не оставалось.

- Думаю, что этот туман рассеется сразу, как планету осветит Антарис, - ответил он, глядя из-под руки на лучи гигантской красноватой звезды, свет от которой пробивался сквозь тяжёлые грозовые тучи, плывущие по небу.

Эти лучи были тёплыми и мягкими, такими же яркими, как те, что освещали его родную планету. Тучи пропускали приглушенный свет, несмотря на то, что они закрывали большую часть неба. И поэтому, этот мягкий свет, по-прежнему освещал морское побережье.

- А мне кажется, что вы ошибаетесь и как только выйдете в море, то сразу попадёте в сильный шторм, - попытался возразить опытный солдат, который знал множество народных примет и умел грамотно ими пользоваться...

Однако Эн Клауд не стал прислушиваться к этому предупреждению, о чём в дальнейшем пожалел. Опытные моряки обладали развитой интуицией, сравнимой с интуицией провидцев, шаманов или народных целителей.

- Не думаю, - возразил командор

- Мне кажется, что погода наладится ближе к полдню, - ответил он, хотя сам уже не верил своим словам...

После этого командор тканью рукава стёр выступивший пот со своего лица. К сожалению, он отвык от постоянного физического труда и, поэтому, немного вспотел.

- Считаю, что мы успеем поймать морского зверя, до того, как разразится шторм.

- А эти небольшие погодные аномалии пойдут ребятам на пользу, - отметил Эн Клауд, продолжая диалог со своим подчинённым, словно тот был ему ровней.

- Они станут более внимательно относиться к своим функциональным обязанностям, и не будут расслабляться, как делали это во время прошедшей охоты на побережье.

Пока они беседовали, контрабандисты наконец-то столкнули два небольших катера на воду. После этого, они установили массивные пластиковые трапы и по ним начали заносить на борт необходимое оборудование, оснастку, а также резервные припасы воды и пищи.

Капитан посмотрел на ближайшее судно. Он обратил внимание на полуавтоматическую гарпунную пушку, которую солдаты устанавливали на носу его флагманского катера.

Некоторые из них держали орудие, а другие, используя огромные разводные ключи, завинчивали мощные винты, которые крепили орудие к верхней палубе корабля.

После этого Эн Клауд попрощался со своими собеседниками и поспешил на этот катер, который должен был стать ведущим в этом опасном путешествии.

Никто не знал, какие монстры обитали в морской воде и с чем им придётся столкнуться в открытом море. Да и погода окончательно испортилась.

Однако, он был уверен в своих солдатах, которые успели побывать во множестве опасных переделок и никогда его не подводили.

После того, как Эн Клауд забрался на корабль он помахал рукой Фете и Эрику, которые оставались на берегу.

Эрик улыбнулся и помахал ему в ответ.

Однако, девушка, в отличие от повара, не стала отвечать на этот приветственный жест. Она отвернулась в сторону и подозвала к себе Криса. Вместе они побрели по морскому песку, прочь от того корабля, на котором стоял капитан и махал ей рукой, стараясь привлечь к себе внимание девушки.

- Ничего, она не будет долго обижаться, - проговорил Пауль, который стоял недалеко от капитана и заряжал огромный серебряный гарпун, привязанный к толстому пеньковому канату, закреплённому к массивному титановому фланцу.

Он прекрасно понимал состояние Феты. Девушка была обижена и не собиралась мириться с их непонятными традициями.

Кроме того, он наблюдал за изменениями эмоционального фона командора, который обычно оставался невозмутимым и чуждым проявлению своих - глубинных чувств…

После этого Пауль погладил рукой гарпун, проведя ладонью по его контуру. Этот гарпун был их гордостью, хотя ещё ни разу не использовался по своему прямому назначению.

Эн Клауд кивнул головой, давая понять, что он полностью согласен со своим невольным собеседником, хотя и не стал вступать с ним в диалог.

- Отдать швартовые! - Скомандовал он, обращаясь к своим подчинённым, которые до этого не обращали на него никакого внимания.

Ребята кинулись затаскивать трапы, по которым они заходили на корабль и отвязывать тугие морские канаты, на которых удерживались эти, совсем небольшие суда, раскачивающиеся от волн, бьющихся о борт корабля.

Эн Клауд хорошо знал, что эти корабли не только могли парить, плывя по морской воде, но также были в состоянии совершать вертикальный взлёт и посадку на любую неподготовленную поверхность, в том числе и морскую.

Поэтому он был уверен в том, что им удастся победить разбушевавшуюся стихию, и выкарабкаться из надвигающегося шторма, и, соответственно, подступающих неприятностей.

А в своих людях он был уверен на сто десять процентов. Они никогда его не подводили.

После того, как солдаты выполнили нехитрую операцию по освобождению своих кораблей, два быстроходных судна стали стремительно отдаляться от заросшего лесом побережья.

Вскоре они потерялись из вида, оставив на берегу одинокую девушку, которая по-прежнему играла со своим любимым животным, забыв о недавней ссоре с капитаном.

Глава X

Как и ожидал Энлиль, прения в Сенате затянулись. И если бы не его деньги и влияние неизвестно чем бы это закончилось. Всё началось с того, что глава проправительственной партии во всеуслышание объявил о начале «крестового похода против контрабандистов».

Если бы Джастин Хост выбрал менее жёсткие определения, или не стал размахивать подписанными документами, как флагом, всё могло бы закончиться сразу после его выступления. Тогда не нужно было бы вступать в эту, никому не нужную полемику с их политическими оппонентами. Тем более, что деньги были уплачены и многие парламентарии сидели с довольными физиономиями.

Но крупные землевладельцы, с их извечным пафосом, хотели показать своим политическим противникам «кто в доме хозяин».

Именно эта фраза была услышана и подхвачена противостоящей парламентской фракцией. Дискуссия стала неизбежной, и император нахмурил брови, готовясь к своему незапланированному выступлению перед парламентариями, сразу после выступлений своих политических оппонентов. А эти оппоненты были весьма красноречивы и напористы…

Особенно его раздражал граф де Монсоро, который накинулся на своих противников и постарался вызвать сочувствие у тех парламентариев, которые жили в окраинных мирах, на границе империи. Зачем это было ему нужно, император мог только догадываться...

Вполне возможно, что граф стал предателем и выступал в парламенте на деньги, принадлежащие гуманоидным расам, которые поступали ему через его же собственный банк. Именно такой версии придерживались некоторые из его ближайших соратников и доверенных лиц, которые, давно уже, точили зуб на графа и искали на него компромат. Такой компромат искали и казначей, и даже барон Мейстрих, но пока ничто не говорило о том, что им что-то удалось раскопать…

Де Монсоро назвал императора и его свиту «тупоголовыми грифами и мерзкими стервятниками», не дающими воду тем колонистам, которые там проживали. А тех сенаторов, которые поддерживали власть – «жирными свиньями, не имеющими совести». Обвинение было настолько серьёзным, что потребовало немедленных разъяснений.

Поэтому де Монсоро стал рассказывать затихшим парламентариям о тех нарушениях, которыми славились правительственные чиновники, входящие в Верховный Совет империи.

Эти факты были общеизвестны. Они были понятны тем сенаторам, народы которых страдали от нехватки воды и продовольствия. Подобные обвинения публиковались в прессе, и о них рассказывалось в едином цифровом пространстве империи. Поэтому, речь этого, не молодого, но харизматичного политика не могла ни остаться не замеченной.

Бурные овации говорили о том, что его призывы были услышаны, и это не на шутку обеспокоило Энлиля, которому не нужны были подобные неприятности.

Фортуна могла отвернуться от обеспокоенного императора, а парламентарии из враждебных фракций могли заблокировать заранее подготовленные нормативные акты, что серьезно ухудшало его положение в преддверии крупного международного конфликта.

Назревал возможный политический скандал, который могли подхватить даже те парламентарии, которые не получили от него должных денежных выплат, хотя они им были обещаны заранее.

Пришлось выступить сразу после того, как прозвучали крайние аккорды речи его политического противника. Хорошо, что его старый друг – казначей умел писать трогательные, тронные речи. Иначе ничего бы не получилось и ему бы пришлось отзывать заранее подготовленный законопроект.

Казначей старался выбирать такие выражения, которые были понятны парламентариям и вызывали у них сочувствие. Кроме того, написанную статью, перед самым выступлением, посмотрел и барон Мейстрих, которому он доверял и к мнению которого прислушивался.

Барон внёс в неё дополнительные правки, призванные усилить воздействие от предстоящего выступления. Мейстрих умел правильно расставлять акценты, так как учился этому в звёздной академии на Хамре у лучших ораторов империи.

В начале своей речи Энлиль коснулся той угрозы, которая нависла над их федерацией. Он поделился своими опасениями по поводу судьбы тех миров, в которые могла прийти война.

Колонисты знали об этом не понаслышке и понимали, что он был прав. Время от времени, пришельцы разоряли пограничные миры, уничтожая колонистов и угоняя или убивая скот, губя необходимый провиант и делая планеты безжизненными.

После этого император коснулся темы воды. В её нехватке он обвинял не жадных и коррумпированных имперских чиновников, что было бы правдой, а обычных контрабандистов, которые расхищали природные богатства малозаселенных планет, не оставляя выбора императорским солдатам.

Энлиль умело подтасовывал факты, стараясь убедить парламентариев в своей правоте. Некоторые из них сделали вид, что поверили ему на слово. Денежные перечисления делали своё дело…

Бароны тут же поддержали его выступление бурными овациями, стараясь оттеснять от трибуны, на которой выступал император, тех сенаторов, которые могли задать ему неудобные вопросы и разрушить построенную словестную конструкцию.

Эта тактика ими была отработана во время длительного полёта на имперском корабле, в то самое время пока он направлялся к этой столичной планете. На этот раз она сработала.

В конце концов, речь императора произвела положительное впечатление на сенаторов, и даже граф де Монсоро не стал возражать против тех, неотложных мер, которые им были предложены.

Энлиль предлагал собрать войска, чтобы усилить те отряды наёмников, которые состояли у него на службе. Каждая колония должна была направить своих представителей пропорционально численности жителей.

Соответственно, более населённые, а потому более благополучные миры, посылали намного больше солдат, чем отдаленные колонии, которые располагались на окраинах империи, где численность населения была невысокой. Те общества, которые отказывались подчиняться воле императора и продолжали поддерживать контрабандистов – объявлялись вне закона и подлежали уничтожению или полному разорению.

Причём десятая часть всех доходов от данного предприятия переводилась тем сенаторам, которые положительно проголосовали за этот законопроект. И, таких, оказалось не мало. Все сенаторы любили деньги и Энлиль в очередной раз в этом убедился.

Император оглянулся. В целом сенаторы были довольны его речью. Некоторые из миров, которые, по какой-то причине, не прислали в Сенат своих законных представителей, теперь были объявлены кровными врагами и предателями Родины.

Среди некоторых руководителей и сенаторов, выходцев из этих миров были и те, с которыми он был рад поквитаться, так как они никогда не входили в проправительственные фракции и обычно голосовали отрицательно, стараясь заблокировать важные нововведения.

После закрепления закона на парламентских слушаниях крупные землевладельцы могли претендовать на новые, ранее заселенные земли, а солдаты императора должны были беспрекословно исполняли все их приказы.

Теперь Энлиль был доволен. Он хорошо справился со своей задачей. Однако расслабляться не следовало. Нужно было отблагодарить тех из своих слуг, которые помогали ему решать государственные проблемы, а денег было не так много, как ему бы хотелось…

Глава XI

Эн Клауд стоял за штурвалом и смотрел на бушующее море. Время от времени, очередная, тяжелая волна перекатывалась через металлический бруствер, установленный на корабле, стараясь свалить в бушующее море всё то, что не было тщательно закреплено на его борту.

Шторм пришёл внезапно, и убрать все вещи не удалось. На палубе всё ещё оставались инструменты и остатки оснастки, которую не успели подобрать солдаты, занятые другими, более важными делами.

Непогода усиливалась. Она подкреплялась сильным ветром и проливным дождём. Тяжелые капли воды падали на кожаные, непромокаемые плащи, надетые на солдат, на брезент, закрывающий важные агрегаты корабля и тут же стекали с них вниз, на металлическую, хорошо отполированную палубу. Однако капитан, так же как его спутники, был спокоен и сосредоточен.

Вот уже час как они преследовали крупных морских животных, и отступать от намеченной цели было уже поздно. Эти животные напоминали крупных китообразных, которые водились на всех планетах империи, где была вода.

Китообразных было несколько. Самец, самка и пара детёнышей. Стрелять в молодняк не хотелось, а вот самец мог стать законной добычей контрабандистов. Именно его, а не самку с детёнышами, они намеревались принести в жертву собственным богам. Однако, дальнейшие события расстроили эти планы…

Пауль стоял поодаль и смотрел в прицел, закреплённый над навершием гарпуна. Он был готов сделать роковой выстрел, но морские животные по какой-то, необъяснимой причине не появлялись из-под воды.

- Куда же они подевались? - Психанул солдат и ударил ладонью правой руки по огромному серебряному гарпуну, который он собирался пустить в дело.

- Успокойся, Пауль, - проговорил Эн Клауд, который видел волнение своего боевого товарища.

- Никуда они не денутся!

И точно, волны раздвинулись, и из-под воды вынырнул огромный самец. Он был один. Самка с детёнышами прятались где-то там, в толще воды.

- Стреляй в него! - Скомандовал командор.

Пауль прицелился, но самец двигался с невероятной скоростью, словно убегал от какого-то неведомого чудовища, которое пряталось где-то там, на морском дне.

Наконец, после нескольких минут ожидания, солдат поймал его в объективе прицела. Теперь он собирался сделать роковой выстрел в гигантское млекопитающее, которое пыталось уйти от преследования контрабандистов, понимая, что ему грозит смертельная опасность.

Однако выстрела не последовало. Внезапно корабль столкнулся с препятствием и остановился.

- Что происходит? – Удивился Пауль, который, на мгновение, потерял равновесие и чуть не упал на скользкую палубу корабля.

Такое падение могло ему дорого стоить, так как волны способны были столкнуть его за борт. Спасти солдата, упавшего за борт при такой ненастной погоде было довольно сложно.

Пауль схватился за прицел гарпунной пушки, и это позволило ему выстоять, несмотря на то, что вокруг бушевал шторм и на палубу одна за другой накатывались мощные морские волны.

- Ещё немного и мы его не догоним, - опечалился он, указывая рукой на фонтаны воды, которые выбрасывал в небо уплывающий кит.

- Да, Бог с ним! - Махнул рукой Эн Клауд, которого сейчас занимали другие, более важные проблемы.

- Нам нужно разобраться с тем, что происходит с нашим кораблём.

- Непонятно, по какой причине, он остановился, и что стало с гребным винтом…

- Ребята, посмотрите, что происходит с нашим кораблём? – Стал он отдавать распоряжения солдатам, стремящимся подобрать остатки инструмента и оснастки, валявшиеся в беспорядке на нижней палубе корабля.

- Судя по всему, гребной винт запутался в водорослях, - проговорил седовласый механик, который специально поднялся на поверхность корабля, чтобы проверить показания приборов, находящихся в капитанской рубке.

- Солдаты перегнулись через бруствер, стараясь разглядеть то, что налипло на гребной винт корабля и мешало ему двигаться вперёд.

- Внезапно корабль дёрнулся и стал медленно отходить от какого-то невидимого, полузатопленного препятствия.

Эн Клауд также посмотрел на тёмно-синее море, которое бушевало за бортом корабля. Оказалось, что катер столкнулся с трупом погибшей самки, на которую они недавно охотились.

Казалось, что кто-то или что-то перерезало её пополам. Однако такое не мог сделать гребной винт их небольшого катера, размеры которого были в разы меньше этого, громадного животного.

Для этого потребовались более серьёзные усилия какого-то очень крупного морского чудовища, с которым они пока не сталкивались.

- Кто бы мог сделать? – удивился Пауль, указывая рукой на останки самки, которые плавали вблизи от их корабля, и затрудняло его передвижение.

- Ребята, давайте достанем труп этого животного для того, чтобы его исследовать, - распорядился командор, отдавая распоряжение вахтенным матросам.

- Я хочу понять, кто мог совершить это - чудовищное нападение на то несчастное животное, которое плавает вблизи от нашего корабля.

Матросы стали забрасывать в воду канаты с закрепленными на них металлическими крюками, стараясь зацепить труп морского животного, которое мешало двигаться их быстроходному катеру.

Наконец им это удалось, и они стали подтаскивать умершую самку к правому борту своего корабля.

После этого солдаты наклонили лебёдку, закреплённую к металлическому основанию, и подняли животное на верхнюю палубу, подвесив его за хвост, таким образом, чтобы его можно было хорошенько рассмотреть.

После этого Эн Клауд подошёл к трупу самки, чтобы поглядеть на него вблизи. Однако, его остановил крик вахтенного матроса.

- Смотрите! - закричал солдат, стоящий на верхней палубе, и призванный подать сигнал об опасности.

- Это не единственная жертва нападения на стаю китов.

Эн Клауд посмотрел в ту сторону, куда указывал его спутник. Вдали плавали останки молодняка. Животные были кем-то или чем-то растерзаны и разорваны на множество частей.

- Думаю, нам следует возвращаться обратно, - задумчиво проговорил Эн Клауд, который выразил подступающее беспокойство, которое разделяли и его боевые товарищи.

- На этот раз творец оставил нас без добычи.

- Видимо, он собирался нас предупредить о чём-то более серьезном и неприятном, что скрывается от нас на морском дне, пока мы не наделали глупостей.

- А как же быть с тем китом, который ушёл от преследования? – удивился Пауль, который никак не мог успокоиться.

Он был опечален от того, что добыча ускользнула из его рук…

- Пусть плывёт! - Ответил Эн Клауд.

- Мы же не собираемся уничтожать всех животных этого вида.

- Надеюсь, ему повезёт чуть больше, чем его семье.

- Сейчас нам следует подумать о своей собственной безопасности, - отметил он, обращаясь к своему приунывшему спутнику.

- Тот, кто совершил это чудовищное преступление, может вернуться обратно, выбрав нас в качестве объекта нападения, и тогда нам придётся не сладко.

- Судя по всему, это морское чудовище представляет реальную опасность для наших кораблей, а также для нас самих. Посмотрите, какие страшные раны кто-то оставил на теле этого несчастного животного, - проговорил командор, рассматривая глубокие отметины на теле вытащенной самки.

Действительно, на истерзанном трупе были видны следы зубов и каких-то непонятных продольных порезов. Кровь, разбавленная дождевой водой, стекала обратно в море, окрашивая его в бледно-розовый цвет.

- Я не знаю ни одного живого существа во вселенной, которое могло бы это сделать, - подтвердил механик, обращаясь к своим спутникам.

- У этой самки очень твёрдая кожа и нанести такие глубокие раны могло лишь очень кровожадное и крупное животное, полное острых зубов.

- Согласен, - проговорил Эн Клауд, который был не на шутку встревожен тем, что ему удалось рассмотреть, после подъема тела животного на борт их корабля.

После этого он посмотрел на море, которое на небольшом отдалении от их катера поменяло свою окраску.

Матросы не могли чувствовать себя в безопасности. Шторм, постепенно нарастал, что не позволяло поднять корабли в небо, где они могли спрятаться от этих неизвестных морских чудовищ.

- Пауль, подготовься к стрельбе из гарпуна - проговорил Эн Клауд.

- Кроме того, нам нужно поискать сканеры, определяющие местоположение крупных морских животных, а также следует достать стрелковое оружие, которое лежит в трюме нашего корабля, - произнёс командор, обращаясь к своим спутникам.

Ребята, не дослушав его монолог, поспешили на нижнюю палубу, туда, где находились оружейные сейфы…

- В случае необходимости нам придётся открыть огонь. Что-то мне подсказывает, что нам вскоре предстоит небольшое морское сражение, так как мы можем столкнуться с кровожадным убийцей вот этих самых китов.

- Сами видите, подняться в небо, чтобы избежать с ними столкновения мы не в состоянии, так как находимся в самой сердцевине шторма и непогоды.

Эн Клауд протянул руку по направлению к сердцевине шторма, как будто хотел от неё отмахнуться.

- Думаю, что эта встреча не сулит нам ничего хорошего, - подтвердил механик, который поспешил покинуть верхнюю палубу корабля, для того, чтобы проверить мотор и спрятаться от тех горестных мыслей, которые он только что высказал своим спутникам.

Глава XII

Командовать объединенными войсками наёмников, было поручено барону Мейстриху. Как и во времена своей бурной молодости, барон направился на Таргаут. Именно сюда, на эту отдалённую планету, находящуюся на окраинах империи, в скором времени, должны были прибыть свежие пополнения согласно последнему указу императора.

После небольшого раздумья Энлиль назначал барона главнокомандующим всеми имеющимися войсками и передавал серебряный жезл, подтверждающий его полномочия. Это назначение было согласовано заранее, но всё равно оно произвело неизгладимое впечатление на нового главнокомандующего объединенными имперскими соединениями.

Мейстрих гордился этим назначением, хотя ответственность была высокой. Это был венец его военной и политической карьеры. Выше него по статусу в звёздной федерации был только император, да несколько высокопоставленных чиновников, возглавляющих Сенат и Высший Совет империи.

У главнокомандующего, так же как у императора, имелся собственный флагманский корабль. Однако, по уровню оснащённости и удобства, он уступал императорскому судну. Барон Мейстрих не огорчался по данному поводу, он любил своё судно, несмотря на отсутствие видимого комфорта …

Ему нравилось это быстроходное и легко - вооружённое судно, которое могло перемещаться с достаточно высокой скоростью, сопоставимой со скоростью крупнотоннажных военных линкоров, имеющих на борту мощные маршевые двигатели. Именно на этом катере он посещал те планеты, на которых была установлена власть императора.

Мейстрих, с детства не любил роскошь и этим отличался от своего высокопоставленного покровителя, который предпочитал летать на отдалённые планеты в сопровождении многочисленной свиты, для которой предоставлялись отдельные каюты, обеспечивающие комфортные условия проживания.

Его корабль предназначался для военных и поэтому был менее удобным и оснащённым самыми разнообразными гаджетами. Зато на этом корабле имелась уютная кают - компания с собственным баром и огромным удлинёнными иллюминатором, через который можно было наблюдать за соседними звёздами, а также ярко-освещенными планетами, входящими в состав спиралевидных галактик.