Читать онлайн Дикая роза для магната бесплатно

Глава 1

«Он медленно стянул с нее платье, под которым были лишь тонкие кружевные трусики. Задержав свой потемневший взгляд на ее груди совершенной формы, он издал то ли рык, то ли стон и припал губами к ее соску. Он обвел его языком, а потом втянул, другая рука в это время истязала сладкой мукой вторую грудь девушки. Она всецело отдалась во власть искусного любовника и не сдерживала стоны.

Когда его палец проник под шелк белья, ставшего уже мокрым, Катарина раскинула свои длинные стройные ноги в стороны, умоляя его заполнить ее всю...», – заканчивает читать Марк Геннадьевич, захлопывая мой ноутбук.

От того, каким взглядом он на меня смотрит, я мечтаю телепортироваться куда-нибудь в область Антарктиды, а еще лучше на Марс. Мои щеки становятся цвета переспевшего помидора: я чувствую жар стыда, опаляющее мое лицо прямиком из ада.

– Что-то не припомню, чтобы на совещании, которое ты протоколировала, было хоть слово о мокром шелковом белье, – мой босс подходит ко мне слишком близко.

Я бы предпочла отойти от него, но сзади меня стена, в которую я оказываюсь практически вжата мощным торсом директора.

– Это не то, о чем вы подумали, – пищу я.

– Да? – голос Марка Геннадьевича вдруг становится хриплым. – А о чем же я подумал? – он произносит это, почти касаясь губами моего уха.

Я стою слишком близко к нему и чувствую, как в бедро мне уперлось что-то твердое, и я очень надеюсь, что это кошелек или смартфон.

К моему счастью, накалившуюся атмосферу отельного номера охлаждает оглушительный звонок рабочего телефона. Мой босс чуть отстраняется, а я пользуюсь моментом и бегу к телефону.

Подальше от одуревшего начальника.

Надо же было так вляпаться!

Я никогда не беру на работу свой личный лэптоп, но в эту командировку не взять его с собой было бы настоящим преступлением: не каждый день я лечу с боссом в Париж.

Да-да, в тот самый Париж, где стоит Эйфелева башня, под которой целуются все влюбленные мира!

Конечно, я очень сомневаюсь, что у меня будет свободное время полюбоваться на самый романтичный город на земле, но героям своего нового романа я точно устрою свидание на парижских улочках.

Дело в том, что я – писатель.

Еще в студенческие годы я понемногу сочиняла рассказы и истории, позже это увлечение переросло в стабильный дополнительный заработок. Я никому не рассказываю о своем хобби, потому что пишу очень горячие и откровенные романы, и конечно, не под своим настоящим именем, хотя оно у меня звучное – Роза (спасибо маме и мексиканским сериалам).

Сама не знаю, как вышло, но все мои герои рано или поздно оказываются в огне страсти и неприличных позах, сочиняя которые, я и сама иногда краснею до ушей, но ничего поделать не могу с моей развратной музой. Видимо, прочитанные тайком в старших классах любовные истории из книжного шкафа моей тетки оставили неизгладимый отпечаток на неокрепшей психике.

Но такой смелой я бываю только, когда стучу по клавиатуре, в реальной жизни я шарахаюсь от представителей противоположного пола. Мама вырастила меня без отца, бабушка развелась с дедом из-за его измен, у тетки, маминой сестры, тоже не сложилась личная жизнь.

Все женщины моего семейства считают, что все мужики – кобели, которым нельзя доверять. Собственно, я и не доверяю и стараюсь держаться от них подальше.

За все мои почти двадцать два года у меня был один парень после школы, с которым мы не заходили дальше поцелуев, да и то, не слишком приятных, честно говоря.

В то время, как мои подружки бегали на свидания, я читала теткины книжки с фонариком под одеялом и мечтала о большой и чистой любви.

Увы, любовь случается в моей жизни только, когда я сочиняю новую главу очередного романа.

Как раз сейчас я заканчиваю историю, на которую наткнулся шеф, зачем-то взяв мой ноутбук.

Что он обо мне подумает? Вдруг вообще уволит?

От этой мысли начинает неприятно сосать под ложечкой. Работа помощником генерального директора фабрики, выпускающей женскую одежду, мне очень нравится. Правда если бы начальником был кто-нибудь менее противный, чем Марк Геннадьевич Волков, я бы любила эту работу еще больше.

Год назад его отец, владелец фабрики, решил уйти на пенсию и передал компанию в руки сына. В свои тридцать шесть Марк Геннадьевич имел опыт управления на топовых позициях в крупных корпорациях, и за год сумел вывести фабрику на международный уровень.

Я машинально отвечаю на звонок, записываю информацию в ежедневник и собираюсь выйти из номера, но меня останавливает голос шефа.

– Усманова, чтоб я больше не видел, что ты на работе бульварные романчики читаешь, – холодно отчитывает он меня.

– Простите, Марк Геннадьевич, больше не повторится, – киваю я и быстро выхожу из его номера.

Едва дверь закрывается, я поворачиваюсь к ней и показываю фак и еще один неприличный жест как раз в тот момент, когда шеф решает внезапно выйти в коридор.

Выражение его лица меняется, глаза буквально лезут на лоб от моего хамства, а я второй раз за полчаса мечтаю превратиться в магическую пыль и улететь через камин как минимум в Хогвартс.

– Усманова, – тихий голос шефа, сдерживающего гнев, не предвещает ничего хорошего.

– Ээ, вы не так поняли... – снова блею я.

– Через полчаса едешь со мной на следующие переговоры, – цедит он сквозь зубы.

– Но у вас нет в расписании... – проверяю я расписание в планшете, но он обрывает меня на полуслове.

– Новые обстоятельства возникли, жду тебя внизу, – отчеканивает босс и направляется к лифту.

Меня раздирает желание скорчить рожу его широкой спине, но я сдерживаюсь. Третий прокол за день мне точно с рук не сойдет.

Я вздыхаю и обреченно плетусь в свой номер надеть свежую блузку.

– Прости, Катарина, твое свидание состоится чуть позже, – бормочу я, пряча ноутбук в ящик прикроватной тумбочки.

Глава 2

Переговоры затягиваются дотемна. Мои надежды на прогулку по городу в свободное время таят, как пломбир на солнцепеке. Парижем я любуюсь только через стекло автомобиля, мчащего нас в отель. Наблюдая за ночными огнями города, я набрасываю в голове диалог своих героев и так погружаюсь в это занятие, что не сразу понимаю, что шеф меня о чем-то спрашивает.

– Усманова, ты спишь что ли? – резкий голос начальника возвращает в действительность.

– Я .. Нет.

Оказывается, машина уже возле отеля. Я торопливо выскакиваю, но в спешке забываю, что сумка лежит у меня на коленях. Естественно, она падает на асфальт, и все содержимое вываливается наружу. Вот черт! Бросаюсь сгребать все в кучу и запихивать в сумку, пока никто не увидел.

– Прямо набор маньяка, - усмехается рядом Марк Геннадьевич, подбирая подкатившийся к его модному ботинку рулон липкой ленты.

– Это на всякий случай, – бормочу я, забирая у него ленту и пряча ее в сумку.

Да, в моей сумке примерно с девятого класса всегда есть липкая лента или скотч, бутылек прозрачного лака для ногтей, пластырь и валидол. Я не из богатой семьи, экономить приходилось часто, и стрелка на колготках была всегда некстати, поэтому у меня всегда есть, чем заклеить ее, чтоб петля дальше не распускалась.

Скотч меня не раз спасал в институте, когда внезапно отрывались ручки на сумке (наверное, я была единственной на курсе, кто таскал все учебники). А валидол, к счастью ни разу мне еще не пригодился, но я держу его на случай сердечного приступа, если вдруг какой-нибудь идеальный незнакомец внезапно решит признаться мне в любви.

– Мне сложно представить, на какой такой случай ты рассчитываешь, держа в сумке скотч, – шеф иронично поджимает губы, – разве что привязать кого-нибудь к спинке кровати.

Я замечаю, как на этих словах у него дергается кадык.

– Или рот заклеить, чтоб не болтали глупостей, – фыркаю я и осекаюсь. Кто так разговаривает с начальником? Я сегодня в ударе. Надеюсь, меня все же не уволят. – Простите. Стресс, наверное, или перелет. Спокойной ночи.

Не дожидаясь, пока шеф зайдет в лобби отеля, я несусь через весь холл и нажимаю кнопку лифта.

Лифт же, кажется, уснул где-то между этажами, или вообще умер от старости. Наш отель находится в старинном здании в самом центре Парижа. Номера со всеми современными удобствами, но в интерьере дизайнеры отдали дань старине, сохранив некоторые оригинальные части здания, в частности, этот древний дребезжащий лифт.

Когда двери лифта наконец открываются, за спиной я слышу шаги босса.

Волков тянется через меня и нажимает кнопку с нашим этажом. Двери закрываются, но шеф не торопится отходить. Я оказываюсь зажатой между стенкой лифта и крепкой рукой директора. Второй раз за день.

Ощущаю его дыхание на своей макушке, слышу запах его парфюма. И все это заставляет меня нервничать.

Если бы я была героиней моего романа, то сейчас бы босс прижал меня к себе и припал губами к жилке, пульсирующей у меня на шее. Он бы медленно прокладывал дорожку из поцелуев от шеи до груди, расстегнул бы блузку и пробрался губами под ткань бюстгальтера. Мои соски бы мгновенно среагировали на его ласку, а из горла вырвался хриплый стон.

Внизу живота совершенно точно бы разгорелся пожар, а трусики стали бы мокрыми от возбуждения. И от этого он бы потерял контроль и задрал бы мне юбку прямо в лифте.

Я настолько погружаюсь в мир своих вымышленных героев, что начинаю чувствовать на своих губах поцелуй. Я невольно издаю тихий стон и свожу колени.

Только если я все это воображаю, то почему на мою талию сзади опустились руки директора и сжали ее. А потом эти же руки пробрались под расстегнутый пиджак, прошлись по бокам и теперь бесстыдно поглаживают мою грудь, а мои соски не менее бесстыдно отвердели и натянули ткань тонкого хлопкового лифчика. Не успеваю осознать все это, как шею обжигает горячее дыхание, и мужские губы касаются этой чертовой жилки, которая теперь бьется, как припадочная.

Чувствую, что наглые пальцы уже вовсю играют моими сосками под лифчиком, хочу возмутиться и остановить это безобразие, но не могу пошевелиться. Мужские губы прокладывают тропинку вдоль шеи к ключицам. Мурашки табунами разбегаются по моему предательскому телу.

Не знаю, к чему бы все это привело дальше, но к счастью, лифт доползает до нужного этажа и недовольно дергается, возвращая каплю разума в мой расплавленный мозг.

– Что вы себе позволяете, Марк Геннадьевич? – отталкиваю я шефа и выскакиваю из лифта. Далеко убежать он мне не дает, поймав за ремешок чертовой сумки, и притягивает к себе.

Его взгляд темный и затуманенный.

– Роза, не играй со мной, – произносит он, не отрывая взгляда от моих губ.

Мне становится не по себе, и я изо всех сил наступаю ему на ногу каблуком. Его лицо искажается от боли, хватка ослабевает, и я мчусь в свой номер, захлопываю дверь, закрываюсь на замок и на цепочку.

Сползаю по двери на пол, обнимая сумку, и начинаю истерично смеяться.

Теперь меня точно уволят...

Глава 3

Что за муха меня укусила, не понимаю. Я не сопливый пацан, не контролирующий свою эрекцию при виде симпатичной девчонки, я взрослый мужик!

Какого черта набросился на молодую помощницу?!

Что есть силы бью по диванной подушке в номере.

Это все из-за того, что у меня давно не было секса. Почти полгода я вкалываю день и ночь, забыв о том, что я живой человек. По крайней мере был таким когда-то...

Моя бывшая знатно попортила мне нервы, едва не доведя до инфаркта и начисто отбив охоту даже смотреть в сторону женщин. Все свои силы я направил на развитие фабрики, которая, откровенно говоря, была в заднице, когда отец передал мне бизнес.

Несколько месяцев упорной работы принесли свои плоды: производство оптимизировал, поменял дизайнеров, выкупил цех, который производит мелкую фурнитуру, и теперь мне не нужно закупать расходники у третьей стороны по бешеным ценам. Прибыль выросла, а вместе с ней и рейтинг моей компании.

Контракт с французами должен продвинуть мой бизнес и в Европе, а сегодняшние переговоры дают все шансы на то, что все получится так, как я задумал. Только вот обсуждая сегодня создание коллекции женского белья, все мои мысли вертелись вокруг фразы про мокрые трусики, увиденной в ноутбуке моей помощницы.

Я всегда знаю, чего хочу, и всегда добиваюсь цели.

Только я ни хрена не понимаю, почему сегодня моей целью стала помощница Роза.

Она работает у меня около года, но я никогда не воспринимал ее как объект сексуального внимания. Она слишком молоденькая, даже не знаю, сколько ей – двадцать? И к тому же я предпочитаю женщин с более пышными формами, чем у нее.

Если бы я проводил собеседование сам, я бы никогда не принял ее на работу . Но тогда я возомнил себя меценатом и заключил договор с университетом о приеме их выпускников к себе в компанию. Помню, мне принесли тогда список кандидаток. Я понятия не имел, по каким критериям их выбрать, а проводить интервью мне было некогда и неохота. Посматривая десятки имен, я зацепился взглядом за необычное имя Роза и решил, что моей помощницей будет Роза Усманова.

Честно говоря, я ожидал, что вся эта история с практикой вчерашней студентки закончится за пару недель: она окажется дурочкой и уйдет. Но Роза оказалась смышленой и проворной.