Читать онлайн Утро нового дня бесплатно

О мальчиках и собаках

У каждого мальчика должна быть собака. Собака делает из маленького мальчика мужчину. Она лучше любых учителей может научить ответственности, заботе и любви.

Когда на тебя смотрят преданные, влюбленные глаза твоего пса, немыслимо быть трусливым, ленивым и вредным. В Грузии в деревнях раньше был обычай: когда мальчику исполнялось шесть лет, ему дарили щенка кавказской овчарки. С этого времени этот мальчик уже считался мужчиной – будущим воином, охотником и пастухом. Благословенны мальчики, которым посчастливилось получить в детстве собаку!

У меня в детстве собаки не было, и покупать мне ее родители не собирались. Как я ни просил и ни плакал, умоляя их подарить мне собаку, как у моих друзей Мишки и Женьки, которые жили в своих домах, – в нашей маленькой, неблагоустроенной двухкомнатной квартирке родители твердо сказали: «Нет!» Но пес у меня все равно появился.

На соседней улице, где мы часто играли с мальчишками, в большом старинном доме жила семья, где было двое детей: мальчик и девочка. С нами они не водились, а иногда прогуливались по улице, ведя на поводке небольшую черную собаку с белой грудью. Девочка важно вышагивала, как взрослая, и время от времени дергала поводок, когда собака останавливалась, что-нибудь вынюхивая в траве. Собака покорно шла за ней следом, но было видно, что идти на поводке за девочкой ей совсем не хотелось. Когда вокруг было столько прекрасных и важных вещей вроде кошки на заборе, играющих в мяч мальчишек или зарытой в укромном месте косточки, прогулки по тротуару были для пса не радостью, а наказанием. Иногда ему удавалось улизнуть от опеки, и тогда он убегал к другим собакам, радостно лаял, гоняясь за кошками, и вообще жил полной собачьей жизнью.

Как-то раз я шел из магазина и нес в пакете хлеб и сосиски. И тут мне навстречу бежит этот пес. Его звали Полкан, и он был обыкновенной дворняжкой, на коротких лапах с короткой шерстью и хвостом-бубликом. Когда он поравнялся со мной, то учуял сосиски, завилял хвостом и остановился, радостно урча: может, угостишь? Конечно, я угостил! Я скормил псу почти половину пакета с сосисками, а он позволил мне погладить за ухом и даже почесать живот, а потом проводил меня до самого дома. Так началась наша дружба.

Иногда я брал дома косточки и приносил их псу. Тот выбегал, грыз косточки, а я его гладил. Это была самая большая радость на свете – гладить настоящего пса! А потом его хозяева переехали на квартиру, а его с собой не взяли, оставили бабушке. Та смотрела за ним плохо, и скоро пес стал появляться на улице к моей радости каждый день. Мы быстро стали не разлей вода. Во-первых, мне и в голову не могло прийти таскать друга на поводке – со мной он был свободным, как ветер; во-вторых, ему нравилось играть, бегать за мячом, который я ему кидал, лазить со мной по кустам и ходить на реку, где мы с ним купались; а в-третьих, я каждый день приносил ему косточки, пирожок или котлету.

Уже через пару недель пес перестал провожать меня домой, а ночевал у нас во дворе, под навесом возле сарая с дровами. Я сделал для него место, постелив старую фуфайку. Родители, конечно, удивились, когда увидели, что у нас возле сарая живет чужая собака. Мама спросила меня, и я честно ей все рассказал: «Ты же видишь, что я его не держу, ему со мной нравится, разреши, пусть он живет у нас!» Мама покачала головой, а потом сказала: «Давай так: если этого пса придут искать, мы его отдадим безо всяких разговоров!» На том и порешили.

Как-то раз, когда мы с Полканом, как обычно, после школы играли на улице, неподалеку от старого дома, где он когда-то жил, неожиданно приехали его старые хозяева. На их окрик он подошел к ним, нерешительно виляя хвостом, дал себя погладить и тут же вернулся ко мне. Мне было неловко за его такое поведение, и я сам пошел к ним, хотя делать этого мне совсем не хотелось. Женщина достала что-то вкусное из сумки, дала девочке, чтобы та покормила пса, но стоило той протянуть руку, как неожиданно для всех пес на нее зарычал! Он стоял ко мне спиной, прикрывая собой, решительно расставив свои маленькие кривые ножки, и рычал на своих собственных хозяев! Увидев это, мужчина сказал: «Посмотрите, он защищает от нас этого мальчика! Теперь это его собака, не наша!» И увел семью в дом, а мне на прощание сказал: «Я рад за тебя, Полкан хороший пес! Жаль, мы не смогли стать его друзьями! Береги его! Нам все равно его держать было негде».

Потом мы с Полканом спрятались за сараем, где нас никто не видел, я гладил его, целовал и говорил, что он мой лучший друг, а он прыгал вокруг, радостно повизгивая, лизал мне лицо и руки, словно бы говоря: «Ничего не бойся, хозяин, я тебя никому не отдам!»

Уже очень скоро Полкаша, как мы его теперь звали, ходил с моей мамой в магазин и провожал меня до школы, чтобы потом к вечеру встречать. Иногда я брал деньги, которые мне выдавали на завтрак, покупал в магазине пирог с рыбой, и мы с моим псом делили его по-братски. Он обожал ходить со мной на рыбалку, бегать по кустам, купаться, а потом лежать рядом со мной в траве, задрав лапы, чтобы я гладил его по животу.

Несмотря на свой небольшой размер, Полкаша был смелой и грозной собакой. Он ходил со мной повсюду и всегда готов был меня защитить. Один раз, когда моя мама возвращалась из магазина, какой-то пьяный стал к ней приставать, наш пес бросился на обидчика и разорвал ему все брюки. Он любил всех моих родных какой-то беззаветной, преданной любовью, и из-за этого он погиб.

Мою собаку отравил старый сосед, нелюдимый, склочный старик, который воевал со всем двором. Мы жили в восьмиквартирном старом доме на берегу реки, где не было даже ворот, – когда-то их сняли, собираясь починить, и больше уже не повесили. Но с нашим Полкашей это было не нужно. Наш маленький грозный охранник прятался в кустах, и стоило во дворе появиться чужому или пьяному, как он выпрыгивал из укрытия и бросался на врага. Своих он не трогал, не любил он только этого вредного старика, который как-то раз, увидев его лежащим на дорожке, неожиданно с силой ударил его ногой в живот. Самое обидное, что с тех пор этот старик, напавший на нашу собаку, возненавидел ее лютой ненавистью. Со злыми людьми всегда так: сначала они кого-нибудь ни за что обидят, а потом мстят своим жертвам.

Сначала этот старик жаловался всем соседям, какая страшная и неуправляемая собака наш Полкаша и предлагал написать на нас коллективное заявление в милицию, что мы завели «бешеную тварь», а когда те в один голос заступились за любимца всего двора, с которым играли все дети, то отравил его, подсыпав яд в чашку с едой.

Когда мы его нашли, было уже поздно. От действия яда Полкаша почти ослеп и шел только на наш голос. Его била дрожь, он весь горел, тыкался горячим больным носом нам с мамой в руки, лизал их, тихо скулил, словно бы плакал, прощаясь, а потом, покачиваясь, тихо ушел, чтобы больше никогда не вернуться.

После этого что-то перевернулось в моей детской душе. Нет, я не стал ненавидеть вредных стариков и ставить собак выше людей, но с тех пор я усвоил, что иногда люди ведут себя хуже зверей, а собаки – честные, преданные и благородные.

Когда уже взрослым журналистом я собирал материалы для книги о царской семье, то узнал историю дружбы сына последнего российского императора и его собаки – спаниеля Джоя, бывшего со своим хозяином до трагического конца. Вроде бы она совсем не была похожа на историю из моего детства, но, прочитав про трогательные отношения цесаревича Алексея и его преданного пса, я вдруг вспомнил историю своего четвероногого друга, словно бы заново ее пережил. Потому что в жизни любых на свете мальчиков, где бы они ни родились и чем бы ни занимались, преданность, смелость, любовь и дружба были, есть и останутся главными на все времена.

Продолжить чтение