Читать онлайн Большой Спуск бесплатно
© Мария Орлова, 2026
ISBN 978-5-0069-4648-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Великая идея
Да! Сегодня вечером мы идём на Большой Спуск! И никто нас не остановит! А… вы же не знаете, что такое Большой Спуск…
Это вон та огромная гора. Она делит наш город на Верхний и Нижний. Солнце встаёт у нас, в Верхнем Городе. Освещает Большой Спуск, но ровно до середины. Эта линия называется Рубеж. Так что жители Нижнего Города живут в полной темноте. Мы прозвали их сумеречниками.
А ещё мы сливаем помои в Нижний Город. Поэтому асфальт на Большом Спуске всегда влажный и скользкий. Самое лучшее время – это середина осени, когда он чуть подмерзает и можно кататься. И да! Сегодня мы идём на Большой Спуск! Если, конечно, Наст согласится. Без неё-то я не пойду.
Я подхожу к её подъезду, а Наст уже меня ждёт. Если честно, она одета как оборванка – в растянутом свитере и потёртых штанах.
– А чего ты вся в белом? Испачкаешься же! – удивляется она.
– Потому что у меня великая идея!
Пока мы петляем через дворы, я аккуратно спрашиваю:
– А ты не хочешь узнать мою великую идею?
– Только если она чем-то нам грозит.
– Она обещает приключения и, если честно, место в истории города!
Наст останавливается:
– Я никуда не пойду! – она всегда так говорит. Сначала…
Я кладу руку ей на плечо:
– Сегодня мы спустимся в Нижний Город, чтобы повести сумеречников смотреть восход! – и ещё я добавляю:
– А родителям скажем, что ночуем друг у друга.
– Маст! Пожалуйста! Стой! – Наст бежит за мной через двор. – Я знаю о сумеречниках такие истории, что у меня от них… мм…
– Мысли щекочут за ушами, как сороконожки? Ну какие ещё истории?
– Например… вот… Там дома живые, они ругаются и стонут, как гигантские… мм…
– Голодные псы, забившиеся тебе под рёбра?
– Не смейся! Всё именно так. На свете нет звука ужаснее!
– Ну откуда ты это взяла?
– От… людей.
Я останавливаюсь и топаю ногой.
– Вот именно, Наст! Всё это мифы! Если честно, никто ведь ничего не знает о сумеречниках! А мы с тобой приведём их сюда, в Верхний Город, чтобы рассеять тьму заблуждений!
– Мне как-то всё равно на тьму, – ворчит Наст и грызёт ногти, а значит, размышляет.
Она стоит вся в золоте вечернего солнца и даже не представляет, как героически выглядит со стороны!
И Большой Спуск тоже залит нашим вечерним солнцем. Это хороший знак! Сколько же тут детей! Все катаются и вопят. На Большом Спуске так хочется кричать! И, знаете, я думаю, что и нам можно чуть-чуть покататься. Мы с Наст берёмся за руки и разгоняемся, мчимся, дерём глотки, кувыркаемся, врезаемся во всех подряд, падаем, отряхиваемся, встаём. Кругом всполохи света, золотые искры в глазах, сияют оледеневшие помои! Наст хохочет и уже ничего не боится. Мы цепляемся друг за друга и мчимся вниз. Всё быстрее и быстрее. Мимо проносятся голоса: «Э-э-эй! Вы куда-а-а-а?!» Детей всё меньше и меньше – досюда уже никто не спускается. И вот он – Рубеж!
– Сто-о-ой! – кричит Наст.
Мы резко тормозим, в лицо летят ошмётки помоев, и вглядываемся в границу между Верхним и Нижним городами.
– Как будто свет разрезали ножом, – шепчет Наст.
И правда, Рубеж, оказывается, – ровная линия между светом и тьмой. А тьма такая, как будто и нет никакого Нижнего Города.
– Я домой, – шепчет Наст.
– Слушай, мне тоже страшно, – я сжимаю её руку, – но ты подумай о сумеречниках. Как они там?
– Да мне как-то всё равно, – она вырывает руку и бежит вверх по Большому Спуску. – Ты что думаешь, тебя там кто-то ждёт с твоими великими идеями?
– Да! Просто они об этом ещё не знают! И я пойду! С тобой или без тебя! – Я заношу ногу над Рубежом.
И вдруг… как же вам это объяснить? Да! Это правда как будто голодные псы высасывают всё у вас под рёбрами! Вы такого ни разу не слышали! Всё вокруг наполняется воем и ругательствами! Даже Большой Спуск дрожит под нашими ногами!
– Я тебе говорила! – вскрикивает Наст, обернувшись. – Это не миф!
– Это просто совпадение! Вы же сами видите, что это просто совпадение.
– Маст, бежим отсюда! – навзрыд кричит Наст, но вдруг спотыкается об обледенелую куриную косточку, падает и кубарем летит вниз, прямо во тьму.
Я смотрю под ноги и вижу, что больше нет никакого Рубежа. Обе части города поглотила тьма. А значит, и бояться нечего? Да?
Идём в гости
– Выпустите меня отсюда! – скулит Наст и мечется из стороны в сторону. Но кругом тьма, и не поймёшь, в какую сторону дом. Наст ругается, кричит, что всё самое ужасное в мире из-за меня. И вдруг она резко успокаивается и спрашивает:
– Ну так что? Куда дальше? – вот! Другое дело! Узнаю лучшую подругу!
– Нужно познакомиться с кем-нибудь из сумеречников, – предлагаю я. – Пойдём в гости?
Дверь подъезда надсадно визжит и захлопывается. Нас обдаёт эхом и пылью. Здесь горит тусклая лампа. И мы с любопытством оглядываемся вокруг – и, если честно, это самый серый, самый пыльный и самый никчёмный подъезд, который я видела в жизни. Он такой серый, что в нём всё сливается в одно: и окна, и двери, и стены, и перила, и ступеньки. Из-за этого, когда поднимаешься, боишься мимо наступить!
– Не нравятся мне эти хождения по гостям, – бурчит Наст. – Я вот слышала историю… Как-то раз две девочки позвонили в дверь сумеречнику. И одна девочка потом не вернулась. А вторая с тех пор говорит только: «баночник… баночник…» – Наст останавливается и плачет.
– Наст! – восклицаю я. – Представь, сколько здесь домов и сколько в них квартир! Даже если бы твоя история была правдой, какой шанс, что мы нарвёмся именно на этого сумеречника?
Наст утирает слёзы и кивает.
– Всё! Давай просто позвоним в первую попавшуюся дверь, – говорю я и уверенно нажимаю на кнопку звонка. Он хрипит. Щёлк! И дверь распахивается. На пороге появляется серый сгорбленный старик. Он приподнимает запылённые очки, разглядывает нас и вдруг восклицает:
– Дети?! Вы вернулись!
– Что?! – только и успевает воскликнуть Наст, но старик уже затаскивает нас в прихожую.
– Не разувайтесь, – суетится он, – проходите сразу на кухню! Я всё для вас накрыл! Уже год назад… или, может быть, пять лет… или десять? – Он подталкивает нас вперёд.