Читать онлайн Попаданка в злодейку. Переписать финал бесплатно
Пролог. Последняя страница старой жизни
Дождь барабанил по стеклу, отсчитывая последние секунды. Вера лежала на полу собственной квартиры, чувствуя, как холод ползет от кончиков пальцев к сердцу. Рядом, раскрытый лицом вниз, лежал томик в твердом переплете. «Хроники Пепельной Империи». Книга, которую она прочитала десять раз. Книга, которую она ненавидела всей душой.
Не из-за слога. Не из-за мира. А из-за несправедливости.
Вера кашлянула, и металлический привкус крови заполнил рот. В реальности она была серой мышью, бухгалтером с вечной усталостью в глазах. В книге же её ненависть принадлежала Леди Моргане – злодейке, обреченной на погибель ради счастья глупой героини. Моргане, которая была умнее, сильнее и красивее всех, но проиграла только потому, что так написал автор.
«Если бы у меня был шанс… – подумала Вера, и сознание начало затуманиваться. – Я бы показала им, как играют по-настоящему».
Тьма накрыла её с головой. Не было боли, не было страха. Только тишина и запах старых чернил.
– Ты хочешь переписать концовку?
Голос не принадлежал человеку. Он звучал как шелест страниц и скрежет пера по бумаге. Вера попыталась ответить, но у неё не было рта. У неё была только воля.
– Ты ненавидела её, – продолжил Голос. – Но ты понимала её лучше, чем себя саму.
Вспышка света разрезала тьму. Перед внутренним взором Веры возникли три силуэта. Три книги, парящие в пустоте. Их корешки были прошиты золотыми нитями, а страницы пахли озоном и кровью.
– Мир не любит перемен. Сюжет сопротивляется. судьба требует жертв. Но ты… ты уже мертва. Тебе нечего терять.
Вера почувствовала, как нечто холодное и тяжелое вкладывается в её несуществующую ладонь. Перо.
– Три книги, – прошептал Голос, и эхо разошлось по бесконечности. – Три шанса изменить финал. Если проиграешь в первой – умрешь окончательно. Если во второй – станешь тенью. Если в третьей… станешь Автором.
– Кто я? – спросила Вера. Мысль прозвучала громче грома.
– Ты – та, кого все должны бояться. Ты – ошибка в тексте. Ты – Злодейка.
Мир взорвался болью.
Это было не похоже на смерть. Это было похоже на рождение, но вывернутое наизнанку. Кости хрустели, срастаясь заново. Кожа горела, словно её перекраивали под новый шаблон. Воздух, который она вдохнула, пах не пылью и больницей, а дорогими духами, воском и… страхом.
Вера открыла глаза.
Над ней не было потолка её квартиры. Вместо него – высокий балдахин из черного бархата, расшитый серебряными звездами. Она попыталась пошевелиться. Тяжелое шелковое платье шуршало, сковывая движения. Руки… Они были бледными, тонкими, с длинными ногтями, выкрашенными в цвет запекшейся крови.
Она медленно подняла руку перед лицом. Дрожи не было. Только ледяное спокойствие.
Вера села. Голова кружилась, но не от слабости, а от потока чужих воспоминаний, вплавляющихся в её сознание. Имя. Титул. Враги. Любовники, которые хотят её убить. Герой, который должен спасти мир ценой её жизни.
Она сплотила ноги и встала. Подошла к зеркалу в полный рост, стоящему в углу спальни.
Из отражения на неё смотрела женщина неземной, холодной красоты. Острые скулы, взгляд, способный заморозить огонь, и улыбка, в которой не было ни капли тепла. Леди Морганна. Та самая злодейка. Та, что должна была умереть в конце первой главы новой истории.
Вера провела пальцем по холодному стеклу, оставляя туманный след.
– Нет, – тихо сказала она, и её голос прозвучал как приговор. – На этот раз сценарий пишу я.
Где-то в глубине сознания щелкнуло, словно закрылась первая глава. Тик-так. Время пошло.
Вера развернулась и шагнула к двери. Там, за порогом, начиналась её первая книга.
Глава 1. Пробуждение в чужой коже
Головная боль была похожа на раскаленный гвоздь, вбитый прямо в висок. Вера поморщилась, пытаясь вдохнуть, но воздух казался густым, насыщенным ароматом увядших лилий и восковых свечей.
Она не умерла. Эта мысль пульсировала в такт боли.
Вера открыла глаза снова. Потолок остался прежним – высокий, расписанный фресками, изображающими падение ангелов. Иронично. Она села на край кровати, и тяжелое одеяло соскользнуло на пол. Тело слушалось странно: слишком легкое, слишком гибкое, но внутри него скрывалась скрытая пружина силы, о которой прежняя Вера-бухгалтер могла только мечтать.
– Миледи? – голос дрогнул где-то у двери.
Вера медленно повернула голову. В проеме стояла девушка в черно-белом платье горничной. Она прижимала к груди поднос с серебряным кувшином, а глаза её были широко раскрыты от ужаса. В памяти Веры всплыло имя: Элли. Личная служанка. В оригинальном сюжете Морганна сожгла ей руки кипятком всего через неделю после этого момента за плохо зашнурованный корсет.
Вера посмотрела на свои руки. Никаких ожогов. Только бледная кожа и тонкие серебряные кольца на пальцах.
– Воды, – сказала Вера. Голос звучал низко, бархатисто, с металлическим оттенком. Чужой голос.
Элли вздрогнула, словно ожидала удара. Она сделала шаг вперед, поставила поднос на столик и быстро отшатнулась, опустив взгляд в пол.
– П-простите, миледи. Я принесла сразу, как только вы… позвонили.
Вера нахмурилась. Она не звонила. Значит, тело привыкло требовать обслуживания автоматически, или же сюжет уже начал свое движение.
– Какое сегодня число? – спросила Вера, поднимая кувшин. Рука не дрогнула.
– Третье дня Ледяной Луны, миледи, – прошептала Элли. – Сегодня… сегодня бал в честь возвращения Принца.
Вера замерла с кубком у губ. Третье Ледяной Луны.
Память Морганны вспыхнула ослепительной вспышкой. Сегодняшний день был поворотной точкой. Именно на этом балу оригинальная Морганна должна была впервые публично унизить главную героиню, простую целительницу Лину, вылив на неё вино. Именно этот поступок стал первым гвоздем в крышку гроба злодейки. Именно после этого Принц Кайл начал открыто искать повод для разрыва помолвки.
Вера поставила кубок. Звон хрусталя прозвучал как выстрел в тишине комнаты.
– Бал, – повторила она.
– Да, миледи. Портнихи уже ждут в соседней гостиной. Платье… то самое, черное с рубинами.
Вера закрыла глаза. Черное с рубинами. Цвет крови на ночи. Морганна выбрала его специально, чтобы затмить невесту Принца, которая должна была прийти в белом. Агрессия. Вызов. Самоубийство в высшем свете.
– Отмени, – сказала Вера.
Элли подняла глаза, не веря услышанному.
– Миледи?
– Платье. Отмени. Скажи портнихам, что я передумала. Пусть принесут то, синее. Стальное.
– Но… миледи, оно же без украшений. Оно слишком простое. Вы сказали, что в нем вы выглядите как… – служанка запнулась, боясь произнести слово.
– Как вдова? – подсказала Вера, и уголок её губ дрогнул в подобии улыбки. – Именно так. Сегодня я буду выглядеть как вдова.
Элли моргнула. В её взгляде мелькнуло нечто новое. Не только страх. Изумление.
– Слушаюсь, миледи.
– И еще, Элли.
Служанка замерла у двери.
– Принеси мне перо и бумагу. И закрой дверь. Никого не впускай, пока я не позвоню.
– Да, миледи.
Дверь щелкнула. Вера осталась одна.
Тишина давила на уши. Она подошла к окну. За стеклом раскинулся сад Императорского дворца. Черные деревья, серебристый иней, серое небо. Мир «Хроник Пепельной Империи». Мир, где магия была реальностью, а жизнь человека стоила меньше, чем чернила для контракта.
Вера подошла к зеркалу снова. Теперь, при дневном свете, она видела детали. Темные круги под глазами – Морганна плохо спала. Слишком яркая помада на бледных губах.
– Ты вела себя как истеричка, – прошептала Вера отражению. – Ты кричала, когда нужно было молчать. Ты атаковала, когда нужно было ждать.
Она провела рукой по волосам, собирая тяжелые черные пряди в узел.
– Но у тебя была власть. И у меня она тоже есть.
Вера села за письменный стол. Дерево было холодным. Она взяла перо. В оригинальной книге Морганна писала сегодня письмо своему союзнику – герцогу Теней, приказывая ему подготовить магическую ловушку для Лины на балу.
Вера обмакнула перо в чернила.
«Герцогу Вальтеру.»
Она остановилась. Сюжет сопротивлялся. Рука сама хотела вывести привычные слова: «Устрани её». Пальцы свело судорогой. Чернильное пятно расплылось на бумаге, приняв форму глаза.
Вера улыбнулась. Вот оно. Сопротивление мира. Система пыталась заставить её действовать по шаблону.
– Нет, – твердо сказала она в пустоту.
Она с силой прижала перо к бумаге, разрывая лист. Затем взяла новый.
«Герцогу Вальтеру. Отмена операции «Лилия». Ждите новых указаний. Никаких действий без моего личного приказа. Цена ошибки – ваша голова.»
Это было рискованно. Вальтер был опасным человеком, верным Морганне только потому, что она держала его семью в заложниках магическим контрактом. Но сейчас Вере нужно было выиграть время.
Она посыпала письмо песком, стряхнула лишнее и запечатала сургучом с печатью в виде змеи.
– Элли! – позвала она.
Дверь открылась мгновенно.
– Отправь это немедленно. Через личного голубя. И принеси мне завтрак. Что-то легкое.
– Да, миледи.
Когда дверь закрылась снова, Вера опустилась на стул. Адреналин отступал, оставляя после себя холодную пустоту. Она изменила одну деталь. Платье. Письмо. Мелочи.
Но она чувствовала, как где-то в глубине мира скрипнули шестеренки. Сюжет заметил сбой.
Вера посмотрела на свои ладони. Под кожей, словно живые черные нити, шевельнулась магия. Темная, запретная, мощная. Морганна была сильной волшебницей, но использовала силу как дубину. Вера же знала, что самое опасное оружие – не то, которое ломает кости, а то, которое меняет правила.
– Три книги, – напомнила она себе слова Голоса из Пролога. – Первая книга заканчивается смертью Морганны. У меня есть год. Нет, меньше.
Она вспомнила дату смерти злодейки в оригинале. Зимнее солнцестояние. Через три месяца.
– Три месяца, – повторила Вера. – Чтобы переписать первую книгу.
Она встала и подошла к шкафу. Внутри висели платья всех цветов радуги, но преимущественно темных оттенков. Платья для соблазнения, платья для угрозы, платья для войны.
Вера провела рукой по ткани.
– Посмотрим, кто здесь настоящий монстр.
За окном ударил колокол, возвещая полдень. Время собираться на бал. Время выходить на сцену, где все уже распределили роли. Герой, Героиня, Злодейка.
Вера выпрямила спину. Тень от её фигуры на стене вытянулась, стала острее, длиннее, словно у хищника.
– Я не Злодейка, – сказала она тишине комнаты. – Я – Автор.
И она шагнула из спальни, навстречу своей первой битве.
Глава 2. Зеркало, показывающее монстра
Комната для восстановления Леди Морганны напоминала алтарь темной богини. Повсюду стояли флаконы с зельями, шкатулки с проклятыми амулетами и манекены, одетые в платья, которые могли бы задушить владельца слишком тугими корсетами.
Вера стояла перед трюмо. Это было не обычное стекло. Рама из черного дерева была вырезана в виде переплетенных змей, а их глаза горели тусклым фиолетовым светом. Зеркало Теней. Личная вещь Морганны, созданная для того, чтобы видеть истинную сущность людей и насылать кошмары на врагов.
– Миледи, позвольте помочь с застежкой, – голос Элли дрожал.
Вера не обернулась. Она смотрела в зеркало. Оттуда на неё смотрела не просто женщина. Отражение было искажено магической аурой. Вокруг силуэта Морганны клубился черный туман. Это была визуализация её магии – тяжелой, давящей, пропитанной чужой болью.
– Не трогай, – сказала Вера.
Она подняла руку. Её пальцы коснулись холодного стекла. Зеркало вспыхнуло. Туман в отражении зашевелился, складываясь в подобие оскала.
«Ты не обманешь меня,» – казалось, шептало стекло. «Ты носишь её кожу. Ты носишь её грехи.»
Вера стиснула зубы. Головная боль вернулась, острее, чем раньше. Это было не просто сопротивление сюжета. Это было сопротивление самой магии тела. Морганны впитывала негативные эмоции, как губка. Страх слуг, ненависть врагов, зависть соперниц – всё это оседало на её душе черным налетом.
– Я не она, – прошептала Вера.
Она сосредоточилась. В прошлой жизни она работала с цифрами, с балансом. Дебет, кредит. Приход, расход. Магия тоже должна подчиняться законам баланса.
Вера сделала глубокий вдох и попыталась «выдохнуть» черный туман. Она представила, как рассеивает его волей.
Зеркало взвыло. Змеи на раме зашевелились, их каменные челюсти щелкнули. Отражение Морганны вдруг изменилось. На мгновение Вера увидела не холодную злодейку, а изможденную женщину с пустыми глазами. женщину, которая кричала в тишине своей комнаты, потому что никто не слышал её боли.
Вера отдернула руку.
Туман в зеркале успокоился, но не исчез. Он стал меньше. Серее.
– Миледи? – Элли стояла с платьем в руках, бледная как полотно. – С вами всё в порядке? Зеркало… оно никогда не светится так при госпоже.
Вера повернулась к служанке. Она увидела, как Элли инстинктивно вжала голову в плечи, ожидая удара магической плетью. Это движение било больнее, чем любая головная боль.
«Монстр, – подумала Вера. – Не тот, кто смотрит в зеркало. А тот, кого видят другие.»
– Всё в порядке, Элли, – сказала Вера, стараясь смягчить голос. – Помоги мне.
Она позволила зашнуровать корсет. Ткань платья цвета стали легла на плечи гладкой водой. Никаких рубинов. Никакого золота. Только серебро и холодный шелк.
– Вы… вы выглядите иначе, – осмелилась прошептать Элли, поправляя кружево на манжете.
– Иначе? – переспросила Вера, наблюдая за девушкой через зеркало.
– Спокойнее, миледи. Будто… будто буря прошла мимо.
Вера усмехнулась. Если бы она знала, какая буря только собирается.
– Элли, скажи мне честно. Почему ты боишься меня?
Служанка замерла. Щипцы для завивки волос выпали из её рук на ковер с глухим стуком. Она мгновенно упала на колени.
– Простите! Простите, миледи! Я не хотела…
– Встань, – приказала Вера. Не громко. Не резко. Просто властно.
Элли поднялась, дрожа всем телом. Слезы стояли в её глазах.
– Отвечай.
– Потому что… потому что вы можете забрать мою жизнь, одним словом, – выдохнула Элли. – Потому что в прошлом месяце вы… вы превратили садовника в статую за то, что он сломал ветку розы.
Вера почувствовала, как холодный ком подкатил к горлу. В книге об этом упоминалось вскользь. «Очередная жертва нрава Леди». Но видеть страх живого человека, знать, что твои руки способны на такое…
– Я не сделаю этого снова, – сказала Вера.
Элли посмотрела на неё с недоверием. В её взгляде читалось: «Все злодеи так говорят, пока не наступит следующая полная луна.»
– Поднимите щипцы, – сказала Вера. – И продолжайте. У нас мало времени.
Пока Элли возилась с её волосами, Вера изучала свое отражение. Она заметила странную деталь. На шее Морганны, под высоким воротником платья, пульсировало слабое красное свечение.
Вера отодвинула воротник.
Под кожей, прямо на яремной вене, виднелась татуировка. Тонкая вязь рун, образующая ошейник.
– Что это? – спросила Вера, касаясь знака. Кожа под пальцами горела.
Элли взглянула и тут же отвела глаза.
– Это… Печать Верности, миледи. Вы наложили её на себя сами, пять лет назад. Чтобы заключить контракт с Темным Советом.
Вера нахмурилась. В книге не было подробностей об этом контракте. Просто упоминалось, что Морганна была в долгу у Советников. Но это не был долг. Это было рабство.
Руны сжались, словно реагируя на её интерес. Боль пронзила шею.
«Не лезь,» – прошептал голос в голове. Не Голос Системы. Голос самой Морганны? Или защитный механизм печати? «Ты не сможешь разорвать его. Это якорь.»
– Якорь держит корабль, – тихо сказала Вера, глядя в глаза своему отражению. – Но он же не дает ему уплыть в шторм.
Она накрыла печать воротником. Сейчас не время для войны с Советом. Сначала нужно пережить бал.
– Готово, миледи, – Элли закончила прическу. Высокий узел, закрепленный серебряными шпильками. Никаких диадем.
Вера встала. Платье шуршало, облегая фигуру. Она чувствовала себя не в броне, а в саване. Но это был саван, который она выбрала сама.
– Элли, – Вера подошла к шкатулке с украшениями. – Возьми эти рубины.
Она вынула массивное колье, которое Морганна планировала надеть сегодня. Камни были кроваво-красными, словно внутри них застыла кровь.
– Отнеси их в храм Света. Передай жрицам. Скажи, что это пожертвование… за упокой души садовника.
Элли раскрыла рот.
– Миледи? Но это… ваше любимое…
– Было, – отрезала Вера. – Исполняй. И никому ни слова. Если спросят – скажи, что камни потускнели.
– Да, миледи.
Когда служанка вышла, Вера осталась одна. Она подошла к зеркалу в последний раз.
Туман вокруг отражения все еще был, но теперь он не клубился агрессивно. Он стоял неподвижно, как вода в безветренный день.
Вера положила ладонь на стекло.
– Я вижу тебя, – сказала она своему отражению. – И я исправлю тебя.
Зеркало не ответило. Но на мгновение ей показалось, что змеи на раме склонили головы в подобии поклона.
Вера развернулась и вышла из комнаты. Теперь ей предстояло столкнуться не с магическими артефактами, а с живыми людьми. С теми, кто ждал её падения.
В коридоре её уже ждал мажордом. Старик с лицом, похожим на высохшее яблоко.
– Карета подана, Леди Морганна. Принц уже прибыл.
Вера кивнула.
– Отлично. Пусть ждут.
Она шагнула вперед. Каждый шаг отдавался стуком каблуков по мрамору. Звук был четким, уверенным.
Впереди была дверь в большой зал. За ней – свет, музыка и враги.
Вера остановилась перед дверью. Она почувствовала, как пульсирует печать на шее. Как сопротивляется магия в крови. Как мир вокруг затаил дыхание, ожидая привычного скандала.
– Покажите им монстра, – прошептала она себе. – Но помните, кто держит поводок.
Она толкнула двери.
Свет ударил в глаза. Гул голосов оборвался. Сотни глаз повернулись к ней.
Вера улыбнулась. Холодно. Безупречно.
Игра началась.
Глава 3. Первый бал и первый удар в спину
Двери распахнулись, и шум зала стих, будто кто-то перекрыл воздух.
Вера сделала шаг вперед. Паркет заскрипел под её туфлями – единственный звук в гробовой тишине. Сотни глаз смотрели на неё. Ожидали вспышки. Ожидали черного платья, криков, магических искр, скандала.
Вместо этого они увидели женщину в платье цвета стального тумана. Спокойную. Молчаливую. Без улыбки, но и без гримасы злобы.
Шепотки поползли по залу, как змеи по траве.
– Она что, в трауре?
– Где рубины?
– Похоже, она сошла с ума.
Вера игнорировала их. Она скользила взглядом по лицам, фиксируя врагов. Вот герцогиня Орхидей, тайная соперница. Вот граф Вэнс, кредитор дома Морганнов. А вот и они.
В глубине зала, у колонны, стоял Принц Кайл. Золотые погоны, белая униформа, лицо, высеченное из мрамора справедливости. Рядом с ним, прячась за его плечом, стояла она. Лина. Простое белое платье, золотые волосы, глаза полные слез. Главная героиня. Жертва, которая должна была стать победительницей.
Вера почувствовала, как пульсирует печать на шее. Больно. Будто мир требовал крови.
Она направилась к ним. Толпа расступалась, образуя коридор. Кто-то боялся, кто-то злорадствовал.
Кайл вышел навстречу. Его рука лежала на рукояти меча. Он был готов к атаке.
– Морганна, – его голос прозвучал холодно, разносясь по залу. – Ты осмелилась явиться сюда после того, что произошло?
Вера остановилась в трех шагах. Выдержала дистанцию.
– После чего именно, Кайл? – спросила она. Голос был ровным. Никакой истерики.
Принц нахмурился. Сценарий ломался. Он приготовил речь обличения, ожидал оправданий или угроз.
– Не притворяйся невинной. Мы знаем о твоем письме герцогу Вальтеру.
Вера внутренне напряглась. Письмо. То самое, которое она отменила.
– Какое письмо? – спросила она.
– То, в котором ты приказывала устранить Лину сегодня вечером, – Кайл сделал шаг вперед, нависая над ней. – Наши маги перехватили копию. Ты планировала отравить её вино.
Вера медленно моргнула. Это было невозможно. Она написала новый приказ. Она отправила его своим голубем. Старое письмо должно было быть уничтожено.
«Сюжет, – пронеслось в голове. – Он нашел лазейку.»
Кто-то перехватил её голубя? Или черновики? Или кто-то подделал почерк?
– Это ложь, – тихо сказала Вера.
– У нас есть свидетель, – Кайл кивнул в сторону.
Из тени вышла фигура. Вера узнала её с холодным ужасом. Секретарь её дома. Человек, который вел всю корреспонденцию. Человек, которому она доверяла ключи от кабинета.
– Я видел, как миледи писала это, – сказал секретарь, не поднимая глаз. – Я пытался её остановить. Но она угрожала моей семье.
Вера посмотрела на него. В его глазах не было страха. Только холодный расчет. Его подкупили. Или запугали сильнее, чем её.
Это и был удар в спину. Не от врага. От слуги. От системы, которая требовала жертвы.
Зал загудел. Обвинение повисло в воздухе, тяжелое как свинец.
– Ты слышала, Морганна? – Кайл поднял подбородок. – Я, Кайл из дома Света, разрываю помолвку. Ты больше не невеста Империи. Ты – враг государства.
Лина рядом с ним всхлипнула.
– Принц, пожалуйста, не надо так жестко… – прошептала героиня.
Классика. Она должна была выглядеть милосердной, чтобы контраст со злодейкой был ярче.
Вера почувствовала, как жар прожигает шею. Печать Верности горела огнем. Мир давил на неё, требуя кричать, требовать смерти, использовать магию, чтобы доказать правду. Если бы оригинальная Морганна была здесь, она бы уже сожгла секретаря дотла. И этим подписала бы себе приговор.
Вера сделала вдох. Вдохнула запах пыли, духов и страха.
– Хорошо, – сказала она.
Одно слово. Тишина снова накрыла зал.
– Что? – Кайл растерялся.
– Я принимаю разрыв, – Вера расправила плечи. Стальное платье блеснуло в свете люстр. – Помолвка была ошибкой. Я рада, что вы это поняли раньше, чем стало слишком поздно.
Она повернулась к секретарю.
– Ты свободен, – сказала она ему. – Можешь идти. Твои услуги больше не нужны.
Секретарь побледнел. Он ожидал крика. Ожидал магии. А получил увольнение. Это было хуже. Это означало, что она не боится. Или знает что-то, чего не знают они.
– Но… миледи…
– Вон, – отрезала Вера.
Он отступил.
Вера перевела взгляд на Лину. Героиня смотрела на неё с недоумением. В её глазах не было победы. Только растерянность. Враг не сопротивлялся. Где же драма? Где же катарсис?
– Если вы закончили, – Вера кивнула Принцу. – Я не хочу портить вам вечер. Наслаждайтесь своим… счастьем.
Она развернулась на каблуках. Шуршание ткани прозвучало как удар хлыста.
Вера шла через зал. Люди шарахались в стороны. Никто не пытался её остановить. Обвинение повисло в воздухе, но её реакция выбила почву из-под ног у интриганов. Они готовились к войне, а получили игнор.
Она вышла на балкон. Холодный ночной воздух ударил в лицо, сбивая жар с кожи.
Вера оперлась о каменный парапет. Внизу раскинулся сад. Темный. Тихий.
Рука дрогнула. Только сейчас, когда никто не видел, адреналин начал отступать, оставляя после себя ледяную дрожь.
– Ты справилась, – прошептала она себе.
– Пока что.
Голос раздался прямо за спиной.
Вера не вздрогнула. Она ожидала кого-то. В зеркале в комнате она видела тени. Здесь они должны были материализоваться.
Она медленно обернулась.
В углу балкона, сливаясь с колонной, стоял мужчина. Высокий. В плаще цвета ночи. Лицо скрыто капюшоном, но Вера чувствовала взгляд. Тяжелый. оценивающий.
– Кто вы? – спросила Вера.
– Тот, кто видел, как ты не сожгла секретаря, – ответил мужчина. Голос был низким, с хрипотцой. – Интересный ход. Морганна никогда не отпускала предателей живыми.
– Морганна была дурой, – отрезала Вера.
Мужчина усмехнулся. Он сделал шаг вперед, и свет луны упал на его лицо. Шрам через левый глаз. Серебряные волосы.
Герцог Вальтер. Тот самый, которому она отправила письмо об отмене операции.
– Письмо пришло, – сказал Вальтер. – Но было поздно. Кто-то отправил копию старого приказа Принцу за час до бала. Я не успел перехватить.
– Кто? – Вера шагнула к нему.
– Не знаю. Но это не важно. Важно то, что ты теперь одна. Без помолвки. Без защиты. И с клеймом предательницы.
– У меня есть вы, – напомнила Вера. – Контракт.
Вальтер покачал головой.
– Контракт держится на магии крови. А ваша печать… – Он кивнул на её шею. – Она горит. Вы чувствуете?
Вера прикоснулась к коже. Было больно.
– Сюжет пытается вас выдавить, Леди Вера. Или как вас теперь называть?
Вера сузила глаза.
– Вы знаете?
– Я вижу магические потоки. В вас две души. Это… нестабильно.
Вальтер подошел ближе. Опасно близко.
– У вас есть два пути. Первый – бежать из столицы сегодня вечером. Второй – начать войну.
– Я не бегу, – сказала Вера.
– Тогда война, – Вальтер улыбнулся. Улыбка была хищной. – Но знайте. Тот, кто подставил вас… он внутри дворца. И он хочет не просто вашего изгнания. Он хочет вашей смерти.
Внизу, в зале, заиграла музыка. Начался вальс. Звуки скрипок долетали до балкона, искаженные ветром.
Вера посмотрела на огни окон. Там были они. Принц. Героиня. Секретарь. И тот, кто дергал за ниточки.
– Пусть хотят, – сказала Вера. – Я уже мерла однажды. Второй раз не получится.
Она повернулась к Вальтеру.
– Герцог. У вас есть люди во дворце?
– Несколько теней.
– Найдите секретаря. Не убивайте. Следите. Я хочу знать, кто платит ему золотом.
Вальтер склонил голову.
– Как прикажете. Но будьте осторожны. Следующий удар будет не в спину. Он будет в сердце.
Он растворился в тени, словно его и не было. Только запах озона остался в воздухе.
Вера осталась одна. Ветер трепал подол её платья. Печать на шее пульсировала, отсчитывая время.
Тик-так.
Первый удар принят. Броня треснула, но не сломалась.
Вера выпрямилась. Внизу, в зале, Кайл вел Лину на танец. Они выглядели счастливыми. Победителями.
– Наслаждайся танцем, – прошептала Вера. – Пока я не переверну музыку.
Она вернулась в зал. Через другую дверь. Тенью.
Игра только началась. И на этот раз правила пишет она.
Глава 4. Герой, который должен меня убить
Утро наступило слишком быстро. Солнце, пробившееся сквозь тяжелые бархатные шторы, казалось врагом. Оно освещало пыль в воздухе и беспорядок в комнате, напоминающий о вчерашней буре.
Вера села на кровати и сразу же поморщилась. Шея горела. Печать Верности, скрытая под воротником ночной сорочки, пульсировала ритмично, как второе сердце. Каждый удар отдавался острой болью в основании черепа.
– Миледи? – Элли появилась в дверях с подносом. Она выглядела уставшей. – Вам лучше не вставать. Слухи… они уже везде.
– Какие слухи? – Вера встала. Ноги были ватными, но она заставила себя выпрямиться. Боль – это сигнал. Сигнал, что Система наблюдает.
– Говорят, вы использовали темную магию, чтобы заставить Принца отказаться от вас. Говорят, вы прокляли Лину. Говорят… – Элли запнулась. – Говорят, вы будете арестованы до заката.
Вера подошла к умывальнику. Ледяная вода помогла немного снять жар.
– Пусть говорят, – сказала она, вытирая лицо полотенцем. – Слова – это ветер. Пока у меня есть титул и земли, они не могут меня тронуть.
– Но Принц Кайл…
– Принц Кайл придет ко мне, – уверенно заявила Вера. – Ему нужны документы. Передача активов дома Морганнов. Он не сможет просто так забрать мое приданое без моей подписи.
Элли посмотрела на неё с надеждой. Вера понимала этот взгляд. Служанка хотела верить, что её госпожа не сломлена.
– Приготовь мое выездное платье. Темное. И скажи конюху оседлать вороного.
– Вы куда-то едете?
– На встречу с судьбой, – сухо ответила Вера.
Сады дворца утром были пустынны. Иней хрустел под сапогами. Вера шла не к парадному входу, а к тренировочным площадкам. Она знала из книги: Кайл начинал каждый день с тренировки меча. Это была его ритуальная очистка перед «священной службой».
Она нашла его у дальней стены. Принц рубил деревянный манекен. Каждый удар был точным, жестоким, идеальным. Пот стекал по его лицу, смешиваясь с грязью.
Вера остановилась в десяти шагах. Не стала прятаться.
Кайл заметил её движение периферийным зрением. Он закончил комбинацию, воткнул меч в землю и повернулся. Грудь его тяжело вздымалась.
– Ты пришла просить прощения? – спросил он без приветствия.
– Я пришла обсудить условия развода, – поправила Вера. – И вернуть кольцо.
Она сняла перчатку. На безымянном пальце сверкал перстень с гербом Империи. Крупный бриллиант, холодный как лед.
Вера сняла кольцо и бросила его Кайлу. Он поймал его на лету, инстинктивно.
– Это всё? – Кайл сжал кольцо в ладони. – Ты даже не спрашиваешь о Лине?
– Почему я должна спрашивать о ней? – Вера скрестила руки на груди. Шея дернулась от боли, но она не подала вида.
– Потому что ты хотела её убить! – Кайл шагнул к ней. Его аура давила. Магия Света, горячая и ослепительная, пыталась выжечь тьму вокруг Морганны. – Вчера ты избежала ареста только потому, что я не хотел позорить дворец. Но не думай, что ты сбежала.
Вера смотрела на него. Вблизи он был красив. Слишком красив. Как идеальная иллюстрация в книге. Но в его глазах она не видела ненависти. Она видела… усталость.
– Кайл, – тихо сказала она. – Кто написал сценарий нашей жизни?
Принц замер.
– Что?
– Ты думаешь, ты герой? – Вера сделала шаг навстречу его давлению. Магия Света обжигала кожу, но она не отступила. – Ты думаешь, ты сам принял решение разорвать помолвку? Или ты просто прочитал следующую страницу и испугался отклониться от текста?
– Ты сошла с ума, – процедил Кайл. Его рука легла на рукоять меча. – Тьма затуманила твой разум.
– Тьма? – Вера усмехнулась. – Тьма – это когда ты не видишь выбора. А я вижу.
В этот момент боль в шее стала невыносимой. Вера согнулась, хватаясь за воротник. Печать раскалялась добела. Система кричала: «ВРАГ! УНИЧТОЖЬ ЕГО! ИЛИ БЕГИ!»
Кайл заметил её слабость. Его глаза вспыхнули белым светом.
– Это кара богов, Морганна.
– Это цепь, – прохрипела Вера, выпрямляясь через силу. – И у нас у обоих она на шее. Только твоя золотая, а моя красная.
Кайл отшатнулся. Его уверенность дала трещину. Он чувствовал магию. Он чувствовал, что её слова резонировали с чем-то глубоким внутри него. С чем-то, что он запрещал себе осознавать.
– Уходи, – сказал он тихо. – Пока я не передумал и не отправил стражу.
– Ты не отправишь, – Вера сделала шаг назад. Боль отступала, оставляя после себя тошноту. – Потому что ты знаешь. Если ты убьешь меня сейчас, без суда, ты станешь таким же монстром, как я. А герои так не поступают.
Она развернулась, чтобы уйти.
– Морганна, – окликнул её Кайл.
Вера остановилась, не оборачиваясь.
– Если ты действительно не писала того письма… Кто это сделал?
Вера усмехнулась. Вот оно. Зерно сомнения.
– Найди секретаря, Кайл. Спроси его, кто платит ему больше – Империя или кто-то из Теневого Совета.
– Ты обвиняешь Советников?
– Я говорю, что шахматную доску перевернули еще до начала игры. И мы с тобой просто фигуры, которые бьют друг друга по команде.
Вера пошла прочь. Каждый шаг давался с трудом. Но она чувствовала за спиной взгляд Принца. Он не атаковал. Он не позвал стражу.
Он остался стоять у манекена, сжимая её кольцо в кулаке.
Когда Вера вернулась в свои покои, она сразу же заперла дверь. Она упала на ковер, сбрасывая обувь.
– Система… – прошептала она.
В воздухе материализовались строки. Полупрозрачные, кроваво-красные.
(Предупреждение. Отклонение от сюжета: Критическое.)
(Отношения с Героем: Враждебные (замороженные).)
(Шанс выживания в Книге 1: 45%.)
– Сорок пять процентов, – повторила Вера. – Это лучше, чем ноль.
Она поползла к столу, опираясь на мебель. Нужно было записать всё, что она узнала.
1. Печать на шее реагирует на магическое давление и отклонения.
2. Кайл не полностью контролирует себя. Он тоже с учётом сюжета.
3. Секретарь – ключ к тому, кто управляет куклами.
Вера обмакнула перо в чернила. Рука дрожала.
– Если Кайл – герой, который должен меня убить… – она написала крупными буквами на листе. – …то, кто режиссер этой пьесы?
В окно постучали.
Вера вздрогнула и накрыла лист ладонью.
– Кто там?
– Это я, – голос Вальтера. – Откройте. У меня новости о секретаре.
Вера встала, поправляя воротник, чтобы скрыть ожог от печати.
– Входите.
Герцог вошел через окно, как тень. В руке он держал небольшой сверток.
– Он мертв, – сказал Вальтер без предисловий.
Вера почувствовала, как холодный ком подкатил к горлу.
– Когда?
– Час назад. Нашли в своей комнате. Яд. Быстрый. Чистый.
Вальтер бросил сверток на стол. Это был кошелек. Тяжелый. Вера развязала шнурок. Внутри лежали золотые монеты. На каждой был выгравирован символ, которого не должно было существовать в этой Империи.
Черная башня.
– Знак Автора? – спросила Вера, глядя на Вальтера.
– Знак Тех, кто пишет законы за троном, – поправил герцог. – Кто-то хочет, чтобы Книга 1 закончилась сегодня.
Вера посмотрела на монету. Затем на свои руки.
– Тогда мы не будем ждать финала, – сказала она. – Мы напишем новую главу.
– Какую?
Вера подошла к окну. Внизу, на площади, собирались люди. Слухи росли. Огонь разгорался.
– Главу, где Злодейка не умирает, – сказала Вера. – А Герой понимает, что его меч направлен не туда.
Она повернулась к Вальтеру. В её глазах больше не было страха. Только холодный расчет бухгалтера, который решил свести баланс любой ценой.
– Готовьте людей, герцог. Сегодня ночью мы идем в архивы Совета.
– Это самоубийство.
– Возможно, – Вера коснулась горячей печати на шее. – Но я уже мерла однажды. Помните?
Вальтер медленно улыбнулся.
– Да, миледи. Помню.
За окном ударил гром, хотя небо было ясным. Мир предупреждал её.
Вера не обратила внимания. Она уже выбирала следующее оружие.
Глава 5. Яд в бокале, правда в глазах
Приглашение пришло через час после ухода Вальтера. Тяжелый конверт с сургучной печатью в виде лилии. Личная печать Лины, целительницы.
«Леди Морганна. Я хочу поговорить. Наедине. Сегодня вечером. Чайный домик в Нижнем саду.»
Вера вертела конверт в пальцах. Бумага была дорогой, но края слегка дрожали. Не от ветра. От руки, которая его запечатывала.
– Ловушка, – констатировал Вальтер, изучая печать через увеличительное стекло из горного хрусталя. – Слишком просто. После скандала на балу она должна бояться вас как огня.
– Именно поэтому я пойду, – сказала Вера, пряча конверт в рукав. – Если это ловушка, значит, они хотят убрать меня тихо. Без шума, без свидетелей. Если это правда… значит, она тоже чувствует петли на своей шее.
– Я пойду с вами, – Вальтер положил руку на рукоять кинжала.
– Нет, – отрезала Вера. – Вы будете в саду. Среди деревьев. Если я не выйду через час… начинайте пожар.
– Пожар? – Герцог поднял бровь.
– Дым видно издалека. Это лучший сигнал.
Чайный домик был старым павильоном, увитым плющом. Внутри пахло сушеными травами и чем-то сладким, приторным. Лина сидела у окна. Она выглядела хуже, чем на балу. Бледная, с темными кругами под глазами. Белое платье казалось слишком большим для её похудевшей фигуры.
– Спасибо, что пришли, – голос Лины дрожал. Она не смотрела Вере в глаза.
Вера села напротив. Положила перчатки на стол. Медленно. Демонстративно.
– Вы хотели поговорить, Лина. Говорите. У меня мало времени.
Целительница нервно сжала чашку. Фарфор звякнул о блюдце.
– Я.… я знаю, что вы не писали того письма, – выпалила она вдруг.
Вера замерла. Вот оно.
– Почему вы так решили?
– Потому что я видела черновики в кабинете секретаря. Там были другие слова. Другие приказы. Он подделал вашу подпись.
Вера наклонилась вперед.
– И вы молчали?
– Мне угрожали, – Лина подняла глаза. В них стояли слезы. Но Вера видела не только слезы. Она видела страх. Глубокий, животный страх. – Они сказали, что если я не передам вам это… они убьют моего брата.
Вера почувствовала, как похолодело внутри. Сюжет использовал близких. Классический прием. Злодейка должна быть злой, потому что её вынудили. Героиня должна быть святой, потому что её спасли. Но здесь… здесь обе были в клетке.
– Кто угрожал? – спросила Вера тихо.
– Не знаю. Голос был изменен магией. Но они дали мне это.
Лина протянула руку. На столе появился маленький флакон из темного стекла.
– Они сказали, что вы должны выпить это во время чая. Как лекарство от нервов. После… вы станете спокойнее. Послушнее.
Вера посмотрела на флакон. «Успокоительное». В мире магии это означало «контроль разума».
– Они хотели, чтобы вы отравили меня? – уточнила Вера.
– Нет. Они сказали, что вы сами его выпьете. Что вы доверяете мне.
Вера усмехнулась. Горько.
– Доверяю? После бала?
– Я думала… я надеялась, что вы поймете. Что вы тоже чувствует… эту клетку.
Вера протянула руку к флакону. Её пальцы коснулись стекла. Магия внутри вспыхнула зеленым огнем. Яд «Зеленый шепот». Он не убивал сразу. Он превращал волю в кашу. Идеально для того, чтобы заставить злодейку подписать акт о сумасшествии.
Вера взяла флакон. Лина затаила дыхание.
– Вы рискуете, – сказала Вера. – Если бы я была той Морганны, вы бы уже горели.
– Я знаю, – прошептала Лина. – Но я видела ваше отражение в зеркале зала. Вы не улыбались. Злодейки не грустят.
Вера сжала флакон. Стекло треснуло. Яд вытек на её перчатку, шипя и прожигая ткань.
– Вы правы, – сказала Вера, стряхивая остатки на пол. – Злодейки не грустят. Они планируют.
Лина вздрогнула.
– Что вы сделаете?
– Я не буду пить это. И я не буду сдавать вас. Но вы должны кое-что сделать для меня.
– Что?
– Когда вы вернетесь к ним… скажите, что я выпила. Скажите, что я начала терять память.
– Они проверят…
– Пусть проверят. Я дам им спектакль. А вы пока найдете своего брата. Вальтер поможет.
Лина моргнула.
– Герцог Теней? Он же ваш…
– Он мой инструмент. Как и вы. Как и я.
Вера встала. Её шея горела. Печать реагировала на ложь, которую она только что произнесла вслух. Она не собиралась притворяться слабой. Но Лине не нужно было знать всё.
– Идите, – приказала Вера. – И не оглядывайтесь.
Лина встала, шатаясь. Она сделала шаг к двери, затем обернулась.
– Почему вы мне помогаете? Я же… главная героиня. По книге я должна победить вас.
Вера подошла к ней. Вплотную. Заглянула в глаза. В глубине зрачков Лины она увидела не свет, не добро. Она увидела пустоту. Точно такую же, как в зеркале Морганны.
– Потому что я читала эту книгу, Лина, – тихо сказала Вера. – И я знаю, чем она заканчивается. Вы тоже умрете. В финале. Когда сюжет решит, что жертва больше не нужна.
Лина побледнела еще сильнее.
– Что?
– Бегите. Пока есть время.
Целительница выбежала из домика, словно за ней гнались демоны.
Вера осталась одна. Она сняла прожженную перчатку. Кожа под ней была красной, но не поврежденной. Магия Морганны защитила её.
– Правда в глазах, – прошептала Вера. – Она не враг. Она такая же жертва.
Дверь бесшумно открылась. Вошел Вальтер.
– Вы отпустили её, – сказал он. Это не было вопросом.
– Она полезнее живой, – ответила Вера, растирая шею. Боль усиливалась. Печать пульсировала чаще. – Она подтвердила мои подозрения. Кто-то управляет ими обоими.
– И вы сказали ей про финал книги, – Вальтер подошел к столу, посмотрел на пятно яда на полу. – Это опасно. Знание может свести с ума.
– Знание – это оружие, – Вера повернулась к нему. – У нас есть час до того, как они поймут, что яд не сработал.
– Архивы?
– Архивы, – подтвердила Вера. – Если Лина сказала правду про секретаря, значит, в Совете есть крот. Нам нужно найти оригинал контракта Морганны. Тот, что с Печатью Верности.
– Это самоубийство, – повторил Вальтер свою любимую фразу.
– Возможно, – Вера взяла со стола нетронутую чашку чая. Выплеснула содержимое на цветы в горшке. Цветы мгновенно завяли и почернели. – Но я предпочитаю умереть стоя, чем жить на коленях.
Она посмотрела на окно. В саду сгущались сумерки. Тени становились длиннее.
– Готовьте людей, герцог. Сегодня вечером мы идем в логово зверя.
– А если нас поймают?
Вера улыбнулась. Впервые за эти дни её улыбка была настоящей. Острой.
– Тогда они узнают, что злодейка в этой истории – не я.
Она шагнула в темноту коридора. Вслед за ней, бесшумно как призрак, последовал Вальтер.
Впереди была ночь. И первая настоящая битва за свою судьбу.
Глава 6. Нарушение сценария: шаг влево
Ночь накрыла столицу тяжелым одеялом. Туман стелился по мостовым, скрывая тени, которые должны были спать.
Вера стояла у подножия Башни Совета. Черный камень поглощал лунный свет. Здесь не было стражи – только магические барьеры, невидимые глазу, но ощутимые кожей как статическое электричество.
– Вход защищен печатью Крови, – прошептал Вальтер, сливаясь с тенью колонны. – Только члены Совета могут пройти.
– Я член Совета, – напомнила Вера, поправляя воротник плаща. – По праву рождения. И по праву этой печати.
Она коснулась шеи. Шрам под тканью пульсировал в унисон с барьером.
– Это рискованно, – предупредил Вальтер. – Барьер может сжечь вас за вторжение.
– Тогда я сгорю. Но я войду.
Вера сделала шаг вперед. Воздух перед ней загустел, превращаясь в фиолетовую стену. Она протянула руку. Кожа зашипела. Боль пронзила нервы, словно её опускали в кислоту.
Вера не отдернула руку. Она вложила в касание всю свою волю. Не просьбу. Приказ.
– Я – Морганна. И это – мой дом.
Фиолетовая стена вспыхнула и рассыпалась искрами. Барьер пропустил её.
Вальтер присвистнул.
– Грубая сила. Советники будут в ярости.
– Пусть будут, – Вера шагнула внутрь башни. – У нас мало времени.
Архивы находились на верхнем этаже. Лестница спиралью вверх, уходила в темноту. Факелы не горели, но стены светились слабым лунным светом.
Вера поднималась быстро. С каждым шагом боль в шее усиливалась. Голову заполнял шум. Голоса.
«Куда ты идешь? Тебе нельзя туда. Ты должна быть в спальне. Ты должна плакать. Ты должна бояться.»
Голос оригинальной Морганны. Или её собственный страх, обретший форму.
– Заткнись, – прошипела Вера.
– Миледи? – Вальтер оказался рядом, поддерживая её под локоть. – Вы бледны.
– Это не важно. Продолжай.
Они достигли двери архива. Massive, дубовая, без замочной скважины. Только углубление для руки.
Вера положила ладонь на дерево. Дверь дрогнула. Внутри что-то щелкнуло.
– Оно не открывается, – сказал Вальтер, пробуя магию. – Защита от кражи.
– Не от кражи, – поправила Вера. – От доступа. Ей нужно… питание.
Она поняла. Контракт требовал жертвы. Чтобы получить информацию, нужно отдать часть жизненной силы.
Вера вынула кинжал из пояса Вальтера.
– Что вы делаете? – герцог напрягся.
– Покупаю правду.
Она чиркнула лезвием по ладони. Кровь, темная почти как чернила, капнула на углубление.
Дверь с гулом отворилась.
Внутри было холодно. Тысячи свитков лежали на полках, уходящих в потолок. В центре зала стоял пьедестал. На нем – одна книга. В черном переплете.
Вера подошла к книге. Её имя было выгравировано золотом: «Морганна. Дело № 001.»
Она открыла её.
Страницы шелестели, словно живые. Она листала быстро, ища дату. Зимнее солнцестояние. Через три месяца.
«Субъект подлежит утилизации после выполнения функции Отвлечения Внимания.»
Вера замерла.
– Отвлечения внимания? – прочитала она вслух.
– Что это значит? – Вальтер заглянул через плечо.
– Это значит, что я не главная злодейка, – Вера почувствовала, как внутри всё сжимается. – Я – приманка. Пока все смотрят на меня, кто-то другой готовит настоящий удар.
Она перевернула страницу. Там был список имен. Тех, кто контролирует контракт.
Первое имя заставило её кровь застыть.
Куратор: Принц Кайл.
– Нет, – прошептала Вера. – Это ложь.
– Миледи?
– В книге… в оригинальной книге… Кайл был героем. Он боролся против Совета.
– А здесь он часть Совета, – Вальтер взял книгу из её рук. – Или марионетка. Смотрите дальше.
Вера перечитала строку. «Куратор: Принц Кайл (Статус: Не осознающий).»
– Он не знает, – выдохнула она. – Он думает, что спасает мир. А на самом деле он держит поводок.
В этот момент за спиной хлопнула дверь.
Вера обернулась. В проеме стояли три фигуры в масках. Ассасины Совета. В руках – клинки, зачарованные на подавление магии.
– Леди Морганна, – сказал первый. Голос был механическим. – Вы нарушили протокол. Книга должна быть возвращена.
– Приходите и заберите, – Вера шагнула назад, к окну.
– У вас нет выхода, – сказал ассасин. – Сценарий требует вашей смерти сегодня.
Вера усмехнулась.
– Сценарий? Вы тоже это чувствуете?
– Мы – Исполнители. Убираем ошибки.
Они бросились в атаку.
Вальтер выхватил меч, встречая первого. Сталь звякнула о сталь.
Вера осталась одна против двоих. Её магия была подавлена клинками. Она не могла использовать огонь или молнии.
Она вспомнила книгу. «Морганна должна умереть в архивах, пытаясь украсть доказательства.»
Это была предопределенная сцена. Смерть злодейки в попытке бегства.
– Нет, – сказала Вера.
Она не стала защищаться. Она сделала шаг влево.
Буквально. В сторону, где не должно было быть ничего. Только стена.
Но Вера знала архитектуру башни. Здесь было вентиляционное отверстие. Старое. Забытое. Не описанное в книге.
Ассасин взмахнул клинком. Вера нырнула под удар, рискуя головой, и ударилась плечом о стену. Панель скрытого механизма.
Вальтер крикнул:
– Берегитесь!
Вера нажала на камень. Стена разверзлась. Не выход. Ловушка для пыли. Но она создала облако. Густое, магическое.
Ассасины закашляли. Их маски фильтровали воздух, но магия была слишком плотной.
Вера схватила книгу.
– Вальтер! Окно!
Герцог оттолкнул врага и прыгнул к витражу. Вера последовала за ним.
Стекло разбилось под их весом. Холодный воздух ударил в лицо. Падение. Три этажа.
Вера выставила руку. Магия, которую она берегла, рванулась наружу.
– Ветер!
Невидимая подушка смягчила удар. Они приземлились на крышу кареты, стоящей внизу. Лошади шарахнулись, но Вальтер успокоил их рывком вожжей.
– Быстро! – крикнула Вера.
Карета рванула с места, оставляя позади башню и ассасинов.
Внутри кареты было темно. Вера прижимала книгу к груди. Её рука дрожала.
– Вы изменили сцену, – сказал Вальтер, вытирая кровь с лица. – Они должны были убить вас там.
– Они пробовали, – Вера открыла книгу снова. Страницы мерцали. Текст менялся на глазах.
Имя Кайла исчезло. Появилось новое.
Куратор: ???
– Они скрыли его, – поняла Вера. – Как только я прочитала, система защитилась.
– Но вы живы, – Вальтер посмотрел на неё с уважением. – И книга у нас.
Вера посмотрела в окно. Город проплывал мимо, размытый огнями.
– Я жива, – согласила она. – Но теперь они знают, что я не буду играть по правилам.
В воздухе вспыхнуло сообщение. Красные буквы плясали перед глазами.
(Предупреждение. Критическое отклонение.)
(Сценарий Книги 1 поврежден.)
(Активация Протокола Чистки.)
(Время до конца Книги 1: 89 дней.)
Вера закрыла книгу.
– Протокол Чистки, – повторила она. – Они пришлют не ассасинов. Они пришлют сюжет.
– Что это значит? – спросил Вальтер.
– Это значит, – Вера посмотрела на герцога, – что следующие события будут катастрофическими. Эпидемия. Пожар. Война. Всё, чтобы заставить меня выйти из тени.
– И что мы сделаем?
Вера улыбнулась. Усталой, но твердой улыбкой.
– Мы напишем свой жанр. Если они хотят трагедию… мы дадим им детектив.
Она постучала по крыше кареты.
– Вези меня домой, герцог. Завтра у меня прием.
– Прием? После покушения?
– Особенно после покушения, – Вера откинулась на сиденье. – Пусть видят, что я не умерла. Пусть боятся.
Карета ускорила бег. Вера закрыла глаза. Боль в шее утихла, но ощущение опасности не уходило.
Она сделала шаг влево. И мир пошатнулся.
Теперь главное – устоять на ногах, когда мир попытается выровняться обратно.
Вера сжала книгу.
– Я не ошибка, – прошептала она в темноту. – Я – исправление.
Глава 7. Тень прошлого и магия крови
Карета остановилась у черного хода особняка Морганнов. Вальтер помог Вере спуститься, его лицо было скрыто капюшоном, но в движениях читалась напряженность.
– До рассвета осталось два часа, – сказал он тихо. – Стража еще спит, но глаза у стен есть.
– Проведи меня в лабораторию, – приказала Вера, прижимая к боку украденную книгу. – И позови Элли. Только её.
– Миледи, вам нужен лекарь…
– Лекарь донесет. Элли молчит.
Вальтер кивнул и растворился в тени, чтобы проверить периметр. Вера прошла через сад. Кусты шептались вокруг, листья терлись друг о друга, словно предостерегая. Она игнорировала их. Боль в руке, где она резала себя для двери архива, пульсировала в такт шагам. Кровь засохла на перчатке, превратившись в черную корку.
Лаборатория находилась в подвале. Здесь пахло серой, сушеными травами и озоном. Столы были заставлены склянками, некоторые светились изнутри слабым зеленым светом.
Вера села на стул, сбросила плащ. При тусклом свете магической лампы она рассмотрела свою ладонь. Порез был глубоким, но не заживал. Края раны сочились темной жидкостью.
– Магия крови, – прошептала она. – Цена входа.
Она открыла книгу, украденную из архива. Страницы шелестели, будто живые. Текст менялся, стоило ей моргнуть. Но одно оставалось неизменным: таймер в углу страницы.
89 дней.
– Девяносто дней до Зимнего Солнцестояния, – повторила Вера. – До моей смерти по сценарию.
Она закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Ей нужно было понять природу печати на шее. Она чувствовала её как инородное тело, как паразита, питающегося её волей.
Вера положила здоровую руку на книгу, а раненую – над чашей.
– Покажи мне, – приказала она. – Покажи мне, кто подписал этот контракт первым.
Магия откликнулась не сразу. Воздух в лаборатории сгустился, стал холодным. Тени в углах комнаты начали удлиняться, отрываться от стен.
«Не смотри…» – голос в голове был слабым, детским. «Не смотри на это…»
Вера узнала этот голос. Морганна. Настоящая Морганна. Её сознание не исчезло полностью; оно было заперто где-то в глубине, в тени прошлого.
– Я должна видеть, – ответила Вера вслух. – Иначе мы обе умрем.
Тени сгустились перед ней, образуя подобие зеркала. Но вместо отражения Вера увидела картину прошлого.
Большой зал. Гром. Маленькая девочка лет десяти стоит на коленях перед высоким существом в маске. Рядом лежит тело женщины. Мать?
– Ты хочешь спасти её? – спросил голос из маски.
– Да, – ответила девочка. Голос дрожал, но был твердым.
– Цена – твоя свобода. Твоя воля. Ты станешь инструментом.
– Я согласна.
Вера открыла глаза, тяжело дыша. Картина исчезла.
– Она сделала это добровольно, – прошептала Вера. – Чтобы спасти мать.
Но в книге было написано, что мать Морганны умерла давно. Значит, контракт не сработал? Или её обманули?
Вера посмотрела на свою руку. Кровь в чаше начала закипать без огня.
– Магия крови требует обмена, – поняла она. – Морганна отдавала боль, чтобы получить силу. Но Система забирала силу и оставляла боль.
Вера сжала кулак.
– Нет. Я не отдам боль. Я отдам правду.
Она взяла скальпель со стола. Не для того, чтобы резать себя снова. Она провела лезвием над книгой. Капля крови упала на переплет.
Книга взвыла. Страницы заметались, словно пытаясь сбросить кровь.
– Я – владелец, – сказала Вера. – А ты – запись. Подчиняйся.
Чернила на страницах поплыли. Текст начал стираться и писаться заново. Таймер дрогнул.
88 дней.
– Я выиграла один день, – Вера выдохнула. – Один день жизни стоит капли крови.
Это было невыгодно. Это было безумие. Но это было возможно. Значит, систему можно обмануть.
Дверь лаборатории скрипнула. Вошла Элли. Она увидела чашу с кровью, книгу, бледное лицо хозяйки и не спросила ничего. Просто подошла и начала бинтовать руку Веры.
– Вам нельзя терять кровь, миледи, – тихо сказала служанка. – Вы и так бледны, как смерть.