Читать онлайн Истинный саваран бесплатно

Глава 1. Возвращение домой

Первым, что я увидел, выйдя из портала были горы. Знакомые горы, земные. Вот уж никогда не думал, что так обрадуюсь, вернувшись в Афганистан. Ошибиться было невозможно, я слишком хорошо знал эти седые вершины и безжизненный пейзаж, выполненный во всех оттенках коричневого.

Но довольная улыбка на моем лице продержалась недолго.

Выход произошёл на окраине горного аула. Крохотного, как и большинство таких селений. Оно притулилось к узкой речушке, уступами поднимаясь на несколько уровней. Пыльные улочки, обмазанные глиной стены, жестяные крыши, материал на который явно раньше был забором на какой-нибудь военной базе. И трупы. Очень много трупов.

Все население аула было безжалостно вырезано. Я бы даже сказал – казнено. Людей сгоняли на подобие центральной площади отовсюду – из домов, подвалов и тайных укрытий, которые в обязательном порядки имелись в таких поселениях. Мужчины, женщины, старики. Дети. Некоторое время их держали здесь, я отметил истоптанный подошвами периметр. А потом расстреляли.

Это массовая казнь и стала маяком для Вака, когда он пробивал барьер между нашими мирами. Наше появление не стало причиной смертей этих несчастных, просто следствием, но у меня все равно защемило в груди от чувства вины.

Как всегда все – кому-то повезло, кому-то – наоборот.

– Кто это сделал?

Фразу произнесли Сердцеедки, но вопрос волновал всех американских детишек. Кроме Хопа – тот просто самозабвенно блевал, пристроившись к глиняному забору, и ничем больше не интересовался. Бледный Ангел позеленел, оглядываясь по сторонам, но, кажется, пока не собирался присоединяться к товарищу.

А девчонки стояли с круглыми глазами и будто боялись пошевелиться.

– Иранцы. – озвучил я очевидный вывод. – Судя по следам, они ушли меньше получаса назад.

Ну, для меня очевидный. Я же, в отличие от суперов, знал, что здесь идёт война. Не сложно было и предположить, что карательные отряды катаются по горам и долинам, вырезая те селения, которые могли, по их мнению, оказывать помощь партизанам.

Возможно даже, что в этом ауле скрывался какой-то командир афганской армии. Или здесь разместили раненых отступающие части. А может это было послание скрывающимся в горах повстанцам. Не то, чтобы это было важно и как-то оправдывало убийц, но, как человек уже сражавшийся на этой земле, я понимал их мотивы.

– Зачем?

По щекам Гвен стекали дорожки слез. При полностью неподвижном лице. Только в глазах разгоралось золото саваранов.

– Война. – пожал я плечами. – Это Афганистан, Голубка. Здесь такое от сотворения мира происходит.

– Значит, мы на Земле? Точно? – уточнила Либра.

Из всех девушек она выглядела наименее подавлено. То ли математический склад ума позволял держаться, то ли симбиот, доставшийся от демона. В ее глазах тоже поблескивала влага, но не более того. Присутствие духа она не утратила.

– Похоже на то. – ответил я. – Местность знакомая. Конечно, остаётся вероятность того, что мы по-прежнему во Всемире, просто лоскут с похожей на Землю локацией…

– Нет. – покачала головой Жанин. – Теперь я узнаю. Это гора Шах Фолади, я читала про неё.

Девушка указывала рукой на горный пик, настоящим гигантом возвышающийся над остальными вершинами. Название что-то всколыхнуло в моей памяти – из прошлой жизни. Точно, Шах Фолади! Одна из самых высоких горных вершин в регионе. В горах вокруг неё, наши частенько попадали в засады. Она расположена не так чтобы далеко от Кабула – километров 200 или 300. А там наверняка есть советская военная база. Ну, я на это надеюсь, по крайней мере.

– Мы должны их наказать! – произнесла вдруг Гвен.

Я как раз было собирался поделиться со спутниками планами на ближайшее будущее, и удивлённо посмотрел на девушку. Кого наказать?

И тут дошло. Иранцев. Этот «эскадрон смерти», который тут порезвился. Как всякий человек, выросший в почти тепличных условиях, Голубка решила, что не может оставаться в стороне. И если где-то страдают люди, то она, как порядочный человек и американский супер, обязательно должна вмешаться.

– Давайте-ка я вам кое-что объясню. – со вздохом сказал я. – Только чуть в сторонку отойдем.

Когда суперы собрались вокруг меня кружком, я провел небольшой урок политинформации. Рассказал, что тут произошло, и почему. Без передёргиваний или смещения акцентов – вот это хорошие ребята, а те – плохие. Не! Только факты. Зоны влияния Британской Империи, общая обстановка и расклад сил на Ближнем Востоке, разборки на самом верху, а результатом, такие вот стёртые с лица земли крохотные поселения, в которых жили маленькие и не разбирающиеся в политике люди.

– Так что, милая, – закончил я минут через пятнадцать. – если ты решила наказывать виновных в этом, то нужно лететь в Британию, и предъявлять счёт их Парламенту с королевой. Иранцы – просто исполнители.

– Исполнителей тоже нужно карать! – решительно сказала Гвен. – Всю мразь, которая поступает вот так, нужно наказывать!

Да кто бы спорил, милая. Но что ты будешь делать после того, как умрут эти злодеи? Отправишься искать следующих?

К моему удивлению, почти весь отряд поддержал бывшего лидера. Даже миролюбивая Либра, которая обычно не была сторонником конфликта, присоединилась к жаждущим крови «псам войны». Лишь Хоп нерешительно пожимал плечами, мол, я как все.

Ну, а с другой стороны, подумалось мне, почему бы и нет? Ребяткам после всех наших злоключений, нужно немного прийти в себя. Восстановить, так сказать, свою значимость в собственных глазах. У них за спиной руины прошлого, они чувствуют себя изгнанниками из собственной страны, а впереди – полная неизвестность. Примут их Советы? Что они будут делать дальше? Как изменится их жизнь после получения новых сил? Вопросов в их головах было больше, чем ответов.

А маленькая победоносная война позволяла сделать их менее острыми.

– Просто в плане напоминания – это не ваша война. – напомнил я детишкам. – Где-то на планете всегда гибнут невинные люди. Если убиваться так по всем, сам жить не сможешь.

– Вот уж не думала, что ты такой циник! – воскликнула Гвен.

– Но, если вы всё решили, то надо торопиться. – игнорируя этот выпад, продолжил я. – Судя по следам протекторов, иранцы пришли на четырёх машинах, два разведывательных багги и два тяжёлых военных джипа. За это время по местным дорогам они могли пройти уже километров тридцать.

– Догоним!

– Летать могут не все. – срезал я её энтузиазм. И опережая следующую фразу Голубки, добавил. – А идти нужно всем. Мало ли какое снаряжение у этих солдат. Одну тебя, повисшую в небе, они могут и сбить.

Девушка хмыкнула, но спорить не стала. За то время, что мы провели вместе, она уже успела понять, что тактическое понимание ситуации у меня получше, чем у всего отряда. Разве что по стратегии Либра могла дать мне фору.

– Хорошо. Что ты предлагаешь?

– Прежде всего, нужно понять, куда они выдвинулись. Такие мобильные группы имеют довольно небольшой радиус передвижения. Около ста километров от базы, дальше уже опасно. В случае неприятностей, никто не сможет успеть прийти к ним на помощь. Так что, мы должны сперва разведать, куда они двинулись.

– На тридцати километрах я сдохну. – поднял руки Хоп, когда девушки повернулись в его сторону. Сработал укоренившийся стереотип, обычно именно джампер выступал нашим разведчиком.

– А ты, Гвен, слишком медленно летаешь. – подвёл я итог. – Я же могу сделать это гораздо быстрее. В общем, я провожу разведку, а вы пока быстро двигаетесь по следам шин. – улыбнулся я. – Дорога тут одна, не заблудитесь. Гвен сможет корректировать маршрут.

И, высоко подпрыгнув, взмыл в небо. О том, чтобы вырастить из спины могучие крылья, даже думать не пришлось. Все произошло настолько органично, будто я делал это каждый день по много раз.

Хотя, по факту – последний раз я делал это во Всемире, когда нужно было перемещаться между лоскутами по воздуху. Тогда больше походило на мощный прыжок с последующим планированием. Сейчас же я полноценно летал. Вот что значит третье пробуждение!

Такой восторг захлестнул – не описать! Вроде бы и раньше доводилось это делать, но тогда это было совсем по другому. Теперь воздушная стихия воспринималась, как… вода. Я словно бы плыл по поверхности, но при желании мог нырнуть и направиться в любом направлении.

Поигравшись с воздушными потоками, которых в горной местности было хоть отбавляй, я оседлал один из них, направив своё тело над дорогой. Довольно скоро обнаружив искомый караван. Только в нем было не четыре, а пять машин. Один багги, судя по всему, не приближался в аулу, а присоединился к колонне совсем недавно.

Следил издали, не давая им возможности опознать в маленькой чёрной точке в небе здоровенного мужика с крыльями. И когда примерно понял, куда они направляются, вернулся к своим. Все это заняло у меня меньше двадцати минут.

Опередить иранцев было не сложно. Они шли по дороге, которая, подобно змее, изгибалась между гор. Нам же достаточно было последовательно перенестись через два не слишком высоких хребта, чтобы встать у них на пути.

При транспортировке не умеющих летать соратников, я обратил внимание насколько они стали сильнее. Ангел построил что-то вроде силового щита, на который встала пехота, а Голубка и я просто отбуксировали его куда нужно. Мобильность команды здорово выросла.

Вообще, я собирался напасть на колонну в движении. Третья мутация – это, конечно, здорово, но зачем отказываться от фактора внезапности и нарываться на шальную пулю. Даже, если знаешь, что она тебя не убьёт. Всякое ведь бывает, а дразнить судьбу я не любил ни в этой, ни в прошлой жизни.

Однако, Гвен настояла именно на возмездии. Чтобы, дескать, злодеи перед смертью поняли, за что к ним пришло воздаяние. Как по мне – так детский патетический бред. Но столкнувшись взглядами с метательницей молний, я только руки поднял. Спорить с ней было бессмысленно.

– Хорошо! – хотя ничего хорошего в этом я не видел. – Встретим их здесь.

И в итоге, как в каком-нибудь вестерне, отряд иранских военных остановился, завидев нашу семёрку, перекрывшую им дорогу. Грамотно остановился, метрах в ста пятидесяти. Тяжёлые джипы, шедшие в центре построения, навели на нас пулемёты, а мелкие багги, ревя движками, начали заходить с флангов.

– Ты хочешь им что-то сказать? – подколол я Гвен. – Ну там, обвинить их в бесчеловечном отношении к гражданским или ещё что? Кстати, ты знаешь название деревеньки, которую они уничтожили? Просто, они же должны знать за что смерть принимают. Или, быть может, ты знаешь фарси?

Та стояла, воздев руки, между которыми уже начали плясать искры электрического разряда. Упрямо настояв на своём, она только сейчас поняла, что не сможет сделать ничего из того, о чем я только что говорил. Что ей придётся просто убить взвод солдат без всяких объяснений.

Это открытие здорово разозлило девушку. Я сочувственно поцокал – так и учатся войне. На ошибках. Если выживают, конечно.

Другая бы начала ругаться на свою оплошность или искать виноватых. Голубка поступила иначе. Она выстрелила молнией в ближайшую багги и та вспыхнула прямо на ходу. Правда, сделала она это все равно после того, как иранцы открыли огонь. Пусть бы их стрельба никому не повредила – Ангел заранее поставил щиты.

Это послужило командой об открытии огня. Высокотемпературные сгустки энергии, сжатый до бритвенной остроты воздух, здоровенные каменюки – все это обрушилось на взвод карателей настоящим ураганом. И сразу выяснилось, что к столкновению со сверхами солдаты были не готовы.

Их задачей было кататься по таким вот горным районам, обнаруживать мелкие очаги сопротивления и, если это было по силам, уничтожать их. При невозможности – вызывать подкрепление, авиаудар или ещё что-то. А сверхов, да ещё и в товарном объеме, тут никто не ждал. Вообще.

Советские, если и находились где-то в Афганистане, в конфликт не лезли. Может быть даже ограниченный контингент наших военных уже выведен из этой горной страны. Британские – не желали светиться, формально же это война Ирана с Афганом. Ну а сами иранские сверхи были задействованы на других фронтах. Там, где не нужно было гоняться за партизанскими отрядами и вырезать деревеньки.

Так вот, за несколько секунд отряд полностью перестал существовать. Ветер, вездесущая коричневая пыль, безразличные к возне человеческой снежные вершины, горящий металл, который совсем недавно был прочной военной техникой, и двадцать пять мёртвых тел, разбросанных на дороге.

Словно игрушки, которыми детишки увлечённо играли всего минуту назад. А потом обнаружили новую забаву, оставив прежнюю. Прибраться за собой, они, естественно, забыли.

Гвен с пустым лицом стояла, глядя на дела своих рук. Кажется, от мщения она ожидала чего-то иного. Наверное, удовлетворения. Ощущения правильности. Уверенности в том, что она поступила верно.

Но ничего этого не было. Просто к одной массовой казни прибавилась ещё одна. Количество трупов выросло вдвое, а в мире ничего не изменилось. Как не менялось все эти тысячи лет, пока человечество существует.

А вот Ангел откровенно наслаждался собственной мощью. Паренёк в последнее время нравился мне все меньше и меньше. Такое ощущение, что с каждым пробуждением ему сносит крышу все больше и больше. На почве возрастающего личного могущества, он дошёл уже до того, что начал играть с жертвами.

Во время бойни – а иначе то, что мы тут устроили, не назовёшь – Брайн не просто убивал противников. Нет, он с ними играл. Например, сперва отсекал полями руку или ногу, и лишь потом добивал покалеченных солдат.

Я с таким уже встречался – в прошлой жизни. Правда, там никакими суперсилами не пахло, но чем, скажите, мерзавец с огнестрелом отличается от такого же с телекинезом? Сила, безнаказанность, удовольствие от процесса – страшный коктейль. Надо будет за ним приглядывать.

Хорошо, что остальные члены нашего небольшого отряда не вели себя таким образом. По крайней мере, на дела рук своих, смотрели они без удовольствия.

– Хоп, Сердцеедки… Контроль. – скомандовал я. А когда никто из них не двинулся с места, надавил голосом. – Бегом! Вы что, хотите, чтобы кто-то из выживших дотянулся до рации и вызвал сюда авиаудар?

Сверхи неохотно двинулись к месту бойни. Можно было бы и Брайна отправить, но есть в армии принцип – не давать бойцу ту работу, которая ему нравится. Солдат должен страдать и превозмогать, иначе грош ему цена. Да и смотреть, как Бледный Ангел пластает своими невидимыми лезвиями мёртвые тела, не хотелось.

Я же остался рядом с Гвен. Положил руку на плечо. Почувствовал, как девушка вздрогнула. Настойчиво потянул и буквально против ее воли прижал к своей груди. Пару секунд она дёргалась, пытаясь освободиться, но вскоре затихла.

– Никогда больше так не делай. – проговорил я ей в макушку. – Решила убить врага – просто убей. Не нужно никому объяснять, зачем ты это делаешь. Все равно никто не поймёт.

– Я думала… – сдавленно прошептала Голубка. – что поступаю правильно. То, что они сделали в деревне… это было ужасно. Но мы…

– Верно. Мы поступили не лучше, чем они.

– Тогда, в чем вообще смысл?!

Ты ж моя девочка. Маленькая тепличная американская девочка. Да нет никакого смысла. Это война. Здесь правит целесообразность. Эффективность. Право сильного. И больше ничего.

– В том, что они мертвы, а мы живы. Это все, что тебе нужно знать. На войне нет хороших и плохих, света и тьмы. Есть мы, и есть они. Друзья и враги. Все остальное – это концепции мирного времени.

Глава 2. Зима в Баграме

Настойчивый зуммер телефона внутренней связи заставил ее болезненно поморщиться и открыть глаза. Сначала женщина решила, что ей даже заснуть не дали, но нет. Дали. Три часа.

– Старший группы резерва Зима слушает.

– Ты мне нужна, срочно!

Окелла. Нарушил собственное железное правило давать группе отдохнуть хотя бы шесть часов между вызовами.

– Состав стандартный? – женщина с безразличием отметила, как её эмоции бьются в толстый слой ледяного безразличия.

– Какая группа? Я же сказал: мне нужна ты! На КаПэ! И быстрее давай!

– Приказ не понят. – мысли со сна ворочались снулыми рыбами. – Прибыть на командный пункт? С целью?

– Проклятье… Твой Виктор объявился, так понятно?!

Трубка аппарата упала на пол, когда в кубрике уже никого не было. Только слой сразу же начавшего таять инея на полу.

Зима пронеслась по коридорам базы, сжимая перед собой воздух, чтобы снизить его сопротивления. Компрессионный перепад оставлял на стенах изморозь. На командный пункт она влетела буквально через минуту после звонка координатора.

– Где он?! Что с ним?!

– Не делай так больше, – негр встряхнулся, разбрасывая налипшие на пиджак снежинки. – Не знаю, как это вообще у тебя вышло. И знать не хочу.

В схожем с чернокожим кэкээсником положении оказались и офицеры, сидящие и стоящие за пультами. Голографический экран в центре нервно мигал, подавившись порцией непонятно откуда взявшегося снега. Шлюзовому входу, впрочем, было ещё хуже: насильно распахнутые створки так надёжно приморозило на направляющих, что электромоторы приводов только в пустую взвизгивали в попытках исправить ситуацию.

– Где Виктор?! – едва не вцепилась в воротник начальства сверх.

– В Афганистане, – темнокожий комитетчик предельно корректно отвёл от себя руки собеседницы. – Двадцать минут назад сам вышел к аэродрому рядом с Баграмом. Успокоилась?

– Почти, – девушка, которой на самом деле уже было далеко за восемьдесят, глубоко вздохнула. Позволила привычной ледяной маске, прячущей истинные эмоции, вернуться на лицо. – Спасибо, Василий, что сразу сообщил мне.

О небольшой интрижке, что случилась между легендарным советским сверхом и никому не известным новичком, высшее руководство знало прекрасно. Не то ведомство, где можно хранить тайны. Да Зима и не стремилась к этому.

«Чай не девица, чтобы смущаться близости с мужчиной. – думала она про себя. – Подумаешь, переспали разок!»

Но сколько бы она себя не обманывала, Глебов ей в душу запал крепко. И Окелла, кажется, это понимал лучшее её самой.

– Пожалуйста, – хмыкнул мужчина. Потом чуть наклонил голову и поинтересовался. – Люба, ты правда решила, что я тебя позвал только для того, чтобы поставить в известность о Глебове? Нет, правда?

– А что, отправишь за ним? Забирать его сюда, трогательно взяв за ручку? – лёгкое стервозное ехидство прорвалось сквозь ледяной покров.

Зиме и правда стало лучше. Не только психологически, но и физически. Будто камень с души скинули. Потому ответ оказался для неё неожиданным.

– За ручку, за ножку, связанным, без сознания. На крайний случай – мёртвым, – совершенно серьёзно поправил её темнокожий шеф. – Последнего лично мне не хотелось бы, но… у тебя карт-бланш. В том числе и на то, чтобы сбежать, прикрываясь персоналом на аэродроме. Ты меня поняла?

Женщина на некоторое время зависла. Потом осторожно произнесла:

– Нет. Это же Виктор… или я чего-то не знаю?

– Это он утверждает, что Виктор Глебов. Но вот насчёт «тот самый» Виктор, я пока не уверен. По его словам, он вернулся из Америки через измерение саваранов. При этом по пути умудрился получить третье пробуждение. Так что… я бы не торопился его признавать. Но внешне похож, да.

Окелла поднял глаза к экрану, но тот продолжал подёргиваться и мазать изображение. Тогда негр от души отвесил пинок тумбе проектора – и чудо случилось. С шипением пара картинка прояснилась и стабилизировалась. Набившийся внутрь снег ничего не смог сделать с самой лучшей военной электроникой в мире. Сокрушить оную могли только солдаты-срочники, случайно что-то нажав.

– Это он, – безапелляционно заявила женщина. И уже другим, деловым голосом, прокомментировала: – Без меня группа значительно ослабнет…

– Вот и поторопись ее усилить. – огрызнулся Окелла. – Приведи к нам сверха третьего пробуждения. – Немного помолчал, и добавил, уже гораздо мягче. – Если есть хоть малейший шанс того, что он сохранил в себе человека, я буду стоять за него горой. Ты это знаешь, Люба.

– Знаю. – отозвалась женщина, и отправилась собираться к вылету.

* * *

Стоило бы поспать, пока «Белый лебедь» вдвое быстрее скорости звука летел на юго-запад. Транспортные самолёты для перевозки команд самых сильных сверхов начали переоборудовать из стратегических бомбардировщиков ещё в прошлом году. Два месяца назад первый из «беременных лебедей», как их сразу прозвали за характерную форму фюзеляжа, встал на дежурство. Для лучшей команды сверхов Союза, разумеется. Как шутили сами лётчики – «хиросим под крылом» от такой переделки бомбового отсека только увеличилось.

Комфортом подобный способ перемещения похвастаться не мог, ремни крепко-накрепко держали тело в кресле, не давая сменить позу. И тем не менее привыкшая уже ко всему Зима непременно добрала бы часы сна, если бы не мысли о всем случившимся. Пропажа любимого человека – далеко не единственное, что травило «лицу советских сверхов» душу.

Регулярные прорывы иномирового врага под водительством существ уровня Граф – то, что ещё год назад казалось немыслимым! – сейчас стало совершеннейшей нормой. Как по расписанию заглядывают, выводя кучу более мелкой нечисти на прогулку! И каждый раз такую ходячую катастрофу с риском для жизни приходилось встречать самым сильным сверхам страны. Пока шло ни шатко, ни валко, и необратимых потерь её группа резерва не понесла. Но вымотались все в край!

А главное, никто не мог дать гарантии, что при следующем вторжении демонов ситуация не изменится.

Что немного радовало: соседям по планете тоже доставалось. Били бы по одному Союзу – уже порвали бы страну в клочья. Кровавые. А так даже некоторые процессы мирной взаимопомощи начали вырисовываться. Медленно, неуверенно, с постоянной оглядкой и поиском подвохов. Вот только и иномирцы не дремали. Время между вторжениями медленно сокращалось.

Такое давление вынуждало правительства стран обратить внимание на ускорение подготовки боеспособных сверхлюдей. Тем более что молодые да ранние стали появляться, как грибы после дождя. Причём участились случаи, когда кто-то обретал сверхспособности без потребления сыворотки.

Говорило подобное о том, что на планете Земля растёт концентрация эссенции. Что закономерно повлияло на постепенное усиление рейдерских групп со стороны саваронов. Замкнутый круг.

До сведения обычных людей такие новости пока никто не спешил доводить. Чиновники с нужным допуском могли питать иллюзии на счёт политического руководства страны. Но Зима, имеющая всю информацию по проблеме, понимала: лидеры наций в таком же тупике. Песец казался таким упитанным и медлительным, что все прозевали его стремительный бросок.

А сейчас часы конца света натурально затикали! Постоянная усталость помогала не думать о будущем и спокойно ждать единственно верного решения Партии и учёных.

Встряска от полученного известия о появлении Глебова выбила Зиму из состояния «пытаюсь выспаться от боя к бою», о чем она сейчас жалела. Потому что стоило отвлечься от ситуации в мире, в голову настойчиво лезло: «Он там меня ещё не забыл?!»

* * *

Виктора она увидела сразу, едва лишь сошла на землю с самолета. Мужчина стоял метрах в двухстах, на самом краю взлётной полосы, не двигаясь с места. Четыре внедорожника с установленными на турелях крупнокалиберных пулемётами, расположились по периметру, держа сверха в коробочке.

Мера предосторожности не лишняя, но бесполезная, отметила про себя женщина. При желании, Виктор – если это действительно он – разберётся с пустынными самоходками за двадцать секунд. И, если получит пару пуль, быстро залечит повреждения.

А если он действительно пережил третье пробуждение, то и вовсе без ранений закончит.

Но правила поведения с неустановленными сверхами писались кровью, а Виктор (или тот, кто себя за него выдавал), был именно неустановленным сверхом, которого не положили мордой в бетонные плиты аэропорта только потому, что он знал коды доступа. Устаревшие, которые мог знать только настоящий Глебов.

– Шесть часов уже так. – доложился дежурный по аэропорту, немолодой уже подпол, в песчаном полевом камуфляже. – Мы ему предлагали в помещение войти, а он отмахивается. Мне, говорит, тут удобнее.

– Ну, горное солнышко ему голову точно не напечет. – отозвалась Зима рассеянно. – А он своё поведение как-то объяснил?

– Нет. Как пришёл, встал там, затребовал меня, потом кого-то из Комитета. И стоит. Я распорядился охрану поставить – согласно директиве…

– Правильно. Всё правильно. – женщина махнула рукой и поднявшись в воздух, совсем не высоко, заскользила в сторону пришельца. Так было быстрее.

Всё время, пока она к нему летела, Виктор так и простоял без движения. Ничего не выражающее лицо, расслабленная поза, пустой взгляд – словно бы он заснул стоя.

Глядя на него, Зима с некой неожиданной горечью отметила, что он так смотрел бы на любого представителя Комитета, на того же Океллу, к примеру. Под сердцем сразу кольнуло – накрутила себе невесть чего, глупая баба! Глебов, похоже, и не вспомнит о том коротком романе в Анапе. Из которого она себе целую романтическую историю придумала.

«Нужно собраться! – женщина мысленно отвесила себе пощечину. – Я, чёрт вас всех дери, Зима! Сверх, известный всей стране, а не какая-то домохозяйка, соскучившаяся по мужику!»

Благодаря такому настрою, ей удалось полностью взять эмоции под контроль. Остановив полёт в трёх метрах от Виктора, Зима уже полностью владела собой. Но, как выяснилось, с выводами она немного поторопилась.

Стоило Виктору улыбнуться, сделать шаг вперёд, как колени предательским образом задрожали – хорошо ещё хоть в воздухе висела!

«Да что ж такое!» – возмутилась она на секунду.

А когда мужчина, продолжая радостно улыбаться, по-хозяйски сгрёб ее в объятия, и впился в губы поцелуем, выкинула из головы все мысли, растворяясь в этом, казалось бы, давно забытом ощущении полной гармонии.

– Как же я по тебе соскучился, Люба. – шепнул он ей в ухо вечность спустя.

– И я. – уже не таясь от себя призналась та. – И я очень скучала.

Сколько они так простояла, Зима не смогла бы сказать, даже, приставь ей к виску ствол пистолета. Мало. Слишком мало. Когда Виктор разомкнул круг объятий, она чуть не закричала: «Стой! Не двигайся! Этот чертов мир вполне способен подождать ещё!»

Но совладала с собой. Конечно, она с собой совладала. Контроль, умение держать себя в руках, и холодное спокойствие – все эти её качества были так же хорошо известны широкой публике, как и колючий ледяной дождь или мгновенная заморозка площади.

– Про тебя тут что только не говорят. – сказала она, отстраняясь (боже, как сложно было это сделать!) – Например про то, что ты уже третье пробуждение пережил. Это правда?

– Правда. – Глебов вздохнул, словно ему это совсем не нравилось. – Василий специально прислал тебя, меня встретить? Чтобы проверить – человек вернулся или саваран?

И между ними моментально стала расти ледяная стена. Невидимая, только в воображении, но способная выдержать очередь из крупнокалиберного пулемета. Зима не стала ждать, пока та заморозит то, что она почувствовала, прикасаясь к своему мужчине. И не раздумывая шарахнула по ней всей силой.

– Да. Ты же не думал, что будет иначе?

– Нет. Не думал. И рад, что ты приехала. А не кто-то другой.

Крохотное движение, почти незаметное взгляду. Он словно бы дёрнулся ей навстречу, чтобы снова обнять. Зима это увидела. Поняла всё, что он хотел сказать. И тепло, как уже очень давно не делала, улыбнулась.

– Рассказывай. И пошли уже в помещение. Зима в Баграме не лучшее время года.

Неожиданно Виктор рассмеялся.

– Зима в Баграме! – спустя несколько секунд произнёс он задушено. – Ой, я не могу!

Женщина, наблюдавшая за этим приступом веселья, сперва склонила голову набок, подозревая у собеседника временное помутнение рассудка. А потом, после последней фразы, слегка дёрнула уголком губ. Да уж, действительно, какой каламбур. Зима в Баграме.

– Так идём?

– Давай здесь. – остановил он ее, удержав за руку. – Лишние уши этой истории точно не нужны.

И взялся за рассказ. Зима слушала про идиотское шоу, в котором её любимому мужчине пришлось участвовать. Про заговор элит Соединённых Штатов, желающих и дальше держать чернокожих на положении рабов. И конечно же про демонов, которые в плане проклятых капиталистов, были главным элементом.

Слушала, и не верила. Это же каким нужно быть идиотом, чтобы протащить на Землю целую орду саваранов! И не для того, чтобы убить их, а чтобы выпустить их на своих же детей. Дабы в борьбе они стали сильнее – какой-то людоедский дарвинизм!

И хотя её безусловно интересовало всё, что рассказывал Глебов, наибольшее любопытство вызвало путешествие его отряда через Всемир. Виктор был пока единственным человеком, который побывал в измерении, откуда приходили демоны.

Зима с удивлением узнала, что те, оказывается, не просто друг другу глотки рвут, но способны и на сотрудничество. Не только военное, но даже на торговое. Вот уж чего она не ждала от существ, вся жизнь которых проходила в борьбе за личное могущество и постоянное изменение.

Рассказ о том, как на его глазах сражались два гигантских чудовища, заставил ее задрожать от страха. Черт побери, существа, которых описывал Виктор, были на порядок сильнее и могущественнее, чем те, кого они здесь назвали Графами. А ведь сверхи даже им проигрывали ведущуюся войну.

– Как ты сказал, их называют местные?

– Хаперы. И я не представляю, что нужно, чтобы справится хотя бы с одним из них. Может быть лишь с помощью полноценной войсковой операции, но даже так ущерб от появления одного Хапера, будет ужасающим.

– Да тут, знаешь ли, и от Графов порой такой ущерб, будто после небольшой войны. – задумчиво произнесла Зима.

– Графов? У вас, что, уже и они полезли?

Пришлось и женщине рассказать, что происходит в Союзе, да и во всем мире. По понятным причинам Виктор был надолго выключен из информационного поля – сперва долгий путь через Всемир в Америку, потом внедрение в шоу, и путешествие уже обратно.

Так что она сжато ввела его в курс дел. Поведав о войне, которую они, похоже, проигрывают.

– И на фоне этого, британцы всё равно науськивают Иран на Афган? – Глебов замотал головой. – Они что, идиоты? Или они считают, что на их Остров не существует проходов из Всемира?

– Существует. Около месяца назад, в Девоншире, по нашим данным произошёл прорыв сразу трёх Графов. Счёт жертв среди мирного населения перешёл за тысячу.

– Тогда почему? – начал было мужчина, после чего устало махнул рукой. – Глупый вопрос. Люди никогда не изменятся.

– У меня к тебе есть не менее глупый вопрос. – Зима выдержала паузу. – Эти американские детишки… Ты же притащил их с собой, верно?

Было довольно забавно наблюдать, как Виктор смущается.

– Малые же. Как их было бросить? Свои бы их сожрали, за то, что они сделали. Да просто – как советских шпионов. А так, под приглядом вроде. И неужто мы не найдём задач для группы сильных сверхов, а? Там почти все на втором пробуждении.

– Где они сейчас?

– Да с горы за нами наблюдают. Понимаешь, я не знал, как наша контора на них отреагирует, а подставлять детвору не хотелось. Вот я и приказал им ждать, наблюдать, а если меня вдруг с этого места куда-то уведут, то пускаться в бега.

Зима неожиданно даже для себя прыснула.

– Что? – теперь уже Виктор не понял причин веселья.

– Я просто представила, что за слухи поползут сейчас по Комитету. «Зима не только мужика своего вернула, но и детишек от него приняла».

– Если хочешь, можем усыновить. – с серьёзным лицом, но смеющимися глазами вдруг сказал Виктор.

– Это предложение, Глебов?

– Ну, люди мы взрослые…

В груди у женщины внезапно потеплело. Захлестнули чувства, которые, казалось, давно и окончательно умерли. Чтобы хоть как-то справится с ними, она ответила, пряча их под привычным сарказмом.

– Все, Казанова! Свисти уже своим деткам спускаться с горки. Домой поедем.

Глава 3. База

А советская наука, смотрю, все эти месяцы на месте не стояла. Нет, в целом вид приборов для меня так и оставался понятным лишь на уровне «ящики с лампочками». Но среди всей этой машинерии новшества сами собой бросались в глаза. Например, платформу для трёхмерного сканирования «украсили» пентаграммой – и над головой сверху ещё одной. То там, то тут сверкали нити застывшей крови демонов, используемые в качестве проводников… чего-то. Но не электричества – точно. Возможности моего телекинеза замеряли, поместив мой кулак внутрь шара, сплетённого из этой «золотой» проволоки.

Сами научники выглядели замотанными, на показания приборов относительно меня реагировали так, словно сверхов третьего пробуждения у них очередь стоит за дверьми. Хотя, если вспомнить, что в соседних кабинетах-боксах точно такие же процедуры проводили с моими американскими детишками, то приходилось признать, что не так уж я и не прав.

Команды давали вроде «наступи сюда и выпрямись» или «упрись в этот брусок пальцами и отращивай когти, пока не скажу „стоп“». Один в один армейская медкомиссия. Разве что не самому приходилось по кабинетам топать, а разные спецы сами ко мне в свою очередь подходили. Что ж, оставалось только привычно отдаться процессу…

– Товарищ Глебов, вы мешаете исследовательскому процессу! А должны сотрудничать! – возмущённый голос выбил меня из своеобразной медитации.

Пришлось оторваться от бинокуляра, с помощью которого учёные определяли ширину спектра моего зрения с учётом возможности перестроения глаз.

– А? – левую руку я по требованию разместил на небольшом подкатном столике минут десять назад. И все эти десять минут лаборант, оказывается, пытался взять у меня кровь. Я даже уколов иглами почти не чувствовал, признаюсь. Одна, самая большая, сейчас торчала из моей вены, а россыпь поменьше валялась на столике. И ни капли красной жидкости. Что ж, логичная способность для метаморфа – не просто быстро регенерировать, но делать это «умно». Заранее минимизировать возможные кровопотери, например – просто не давая содержимому покинуть сосуды… – Простите, рефлекс.

– Рефлекс у него… – почти беззвучно передразнил медик, но я услышал.

– Честно, я сам про него не знал, – сам не очень понимая, зачем, решил оправдаться перед лаборантом. Одновременно буквально заставляя кровь покинуть свой организм по полой игле. – Третье пробуждение прошло в полевых условиях: ни времени, ни возможности разбираться в себе.

– Прошу прощения, Виктор Викторович, – немного помедлив, извинился сборщик крови. – Моя вина. Многие из только что набранных сотрудников Комитета не до конца осознают важность проводимых нами мероприятий. Приходится как-то их урезонивать… Ещё раз простите.

– Все в порядке. Понимаю: служба, – я вернулся к бинокуляру.

Ещё успею поговорить. С кем-нибудь менее занятым. Например, с психиатром.

– Глебов Вэ Вэ? – хоть ему дали отдельный кабинет. И принимал он одного человека за раз. – Садитесь. Жалобы есть?

Вот те раз. Хороший вопрос.

– Жалобы, простите, на что? – осторожно переспросил я. – На эстетическое неудовлетворение формой крыльев в режиме полёта? Или что регулярно приходится откручивать бошки всяким жутким тушам из другого мира?

– Ясно, жалоб нет. Насколько хорошо контролируете кровавое безумие по шкале от единицы до пяти?

– На четыре, пожалуй, – я продолжал откровенно охреневать. Как меня в первый раз едва ли не под микроскопом всего рассмотрели. В мозги, правда, сходу влезть не смогли – но психологически обработали знатно. И тут – такое!

– Расстройство сна случается? Постоянная усталость преследует?

– Нет и нет… – я на всякий случай обернулся и посмотрел на стену у себя за спиной. Стена как стена. Сканирующее оборудование, закрытое ширмой, обнаружить не удалось. Или сидящего за тонкой перегородкой сверха, способного влезать в мозги. А я постарался: и глаза напряг, и даже телекинезом пощупал.

– Что ж, в таком случае, выписываю рекомендацию на двухнедельный отпуск – у меня указано, что вы только что явились с длительной автономной операции. Но решать увы не мне, а вашему начальству. Результаты обследования ему отосланы. Можете быть свободны.

– Но… – я запнулся.

– Герман Петрович, – представился, наконец, врач.

– Герман Петрович, а что происходит? – уточнил я. – Такое ощущение, что я попал в самый разгар призывной комиссии среди сверхов.

– Ну, где-то так и есть. По вашему личному делу, насколько оно для меня открыто, вы пропустили последние месяцы службы в Комитете, выполняя личное задание. Не знаю, как такое возможно, знать мне все равно не полагается. Скажу как есть: с саваранами у нас сейчас «тёплая» война. Они щупают нашу оборону, мощными террор-группами. Мы отбиваемся. Конкретно в СССР «мы» – это Комитет. Это раньше можно было с каждым отдельным сверхом возиться. Сейчас вы все, уж простите за прямоту, солдаты. Нет, даже не солдаты – танки. Неделимые комплексы из человека и оружия. И если новые единицы вооружения, сходящие с конвейера, ускоренно проверяются по ряду позиций, то уже воюющие лишь наскоро ремонтируются в полевых условиях. Пока не сломаются серьезно. Только тогда его оттащат в тыл на восстановление. Все понятно?

– Точно так, – кивнул я. Помедлил, и поблагодарил. – Спасибо за прямоту.

– В вашем деле стоит пометка, что говорить надо прямо и коротко, – доктор выдал кривую усмешку.

– Тогда – спасибо за профессионализм!

Что-то у меня только прибавилось вопросов к Окелле. Но сначала пришлось побеседовать с Любой. Пока американцев еще гоняли по тестам, она перехватила меня в коридоре и потащила к себе. Так и сказала: «Ко мне, быстро!»

– Это же затем, зачем я думаю? – по дороге спросил я.

Не мог не спросить. Это юноши пылкие пусть в неизвестности томятся, а я мужчина взрослый, степенный. Нужно понимать к чему готовиться.

– Я понятия не имею, о чем ты там думаешь! – с улыбкой, по которой было предельно понятно, что все она понимает, ответила женщина.

Ох уж мне эти игры!

– Я к тому, что может быть нам лучше не спешить…

– Глебов, ты дурак? – с шуточного тона на серьезный Зима перешла мгновенно. – На комитетской базе, полной сотрудников? Где тревоги звучат раз в несколько минут, а люди спать не успевают?

Кстати, да. Я уже сам пару раз слышал вой сирены, похожую на предупреждение системы ПВО. Судя по ним, прорывы из измерения саваранов в наш мир происходили с дивной регулярностью.

– У Василия брифинг, он пока занят. Поручил мне пока провести твою подготовку. Чтобы ты быстро усвоил, что у нас творится, и какие планы командование имеет на твой счёт.

Ну да, а я-то уже губу раскатал.

– Понятно.

– Ну, не дуйся! – снова превращаясь из ледышки в кошечку шепнула Люба. – Мы обязательно найдём время.

Обещания, это, конечно, хорошо, но ими сыт не будешь. Правда, нарушить регламент всё равно не получилось бы, ведь в комнате Зимы находился ещё один человек. Мой старый знакомый – Борис Винер. Его появление придало дополнительную серьёзность ситуации, ведь учёный, построивший модель, при которой Советский Союза в этом мире просуществовал до двадцать первого века, был невероятным затворником. И должно было произойти нечто экстраординарное, чтобы он выбрался из амурской тайги куда-то ещё.

– Виктор! – протянул он руку, здороваясь и явно торопясь. – Садитесь. Многое нужно рассказать. Совещание у Василия Оларовича будет через полчаса, нужно, чтобы вы не плавали в том объеме информации, которая там будет озвучена. Всё-таки, вы столько отсутствовали.

Я, блин, как обычно – с корабля на бал! Не успел вернуться из Всемира, как меня тут же включили в чьи-то планы, замыслы, стратегии. И всё это – меня не спрося. Впрочем, обижаться глупо. Если всё тут обстоит, как Люба и тот доктор рассказывали, и Графы сюда, как в столовку на углу ходят, то дело дрянь. И я бы никого спрашивать не стал. Кинул бы в топку даже фамилию не спрося.

Как и ожидалось, разговор пошёл именно о прибывающих на нашу планету саваранах. Точнее, о составе сил и средств этих самых незваных гостей. Если раньше сюда ходили только низшие демоны, как правило уровня Барона со сворой, то теперь чужаки организовывали на Землю настоящие охотничьи экспедиции.

Как правило, возглавлял вылазку Граф под которым ходили от пяти до десяти Баронов, каждый, естественно, со своей стаей. Но бывало, что и Графы объединялись в партии. Как в том же самом британском Девоншире. С такими отрядами сражаться было уже значительно сложнее.

Изменилась и их тактика. Раньше демоны стремились добраться до крови сверхов, зачастую просто игнорируя обычных людей, которые угрозы для них не представляли. Ну, разве что пёсики кидались на всех и вся, ну так на то ведь и безмозглые животины. Теперь же савараны посылали своих прислужников в самоубийственные атаки, чтобы связать силы людей на том или ином направлении, в то время как сами совершали фланговые обходы или даже удары в тыл.

Вообще, складывалось такое впечатление, что сама эссенция их, как прежде, уже не интересовала. Точнее, они никогда не отказывали себе в удовольствии разорвать парочку носителей изменённой крови, но вот главная цель явно изменилась.

– Мы считаем, что демоны хотят создать на наших землях плацдарм. – подвел итог Винер. – Место, в котором они смогут накапливать силы для дальнейших ударов. Вот зачем они сюда приходят.

– И у вас, профессор, наверняка есть теория для чего им это нужно? – из вежливости уточнил я. Мог бы и не говорить – конечно у этого человека была теория!

– Заводы по производству синтетической сыворотки. – кивнул тот. – Я не знаю, какой эффект она оказывает на настоящих саваранов, но, кажется, они уверены, что с ее помощью смогут быстренько проскочить все стадии эволюции низшего уровня. В Девоншире, к слову, один такой и располагается. Выйди демоны на него, а не в тридцати километрах к северу, мы бы получили подтверждение моей теории.

– Кстати, а почему же тогда они прямо под ворота не выскочили?

Учёный пожал плечами.

– Без малейшего понятия. Может быть, с навигационными приборами у них что-то не так. Или по другой причине. Доподлинно нам известно лишь о том, что безупречно точно их отряды наводятся на сильные эманации боли и страдания.

Про это я тоже уже знал. Видел, как саваран в красном искал для нас точку входа. И отправил на место резни в небольшой горной деревушки. Другими словами, из рассказа Бориса Винера следовало, что сейчас любое поле боя, даже локального сражения в небольшой войне, являлось маяком для отрядов иномирцев.

При этом, я отлично помнил, как в горах Киргизии, где мы брали китайских контрабандистов с большой партией сыворотки, Барон появился лишь тогда, когда взорвались тюки с поклажей, и литры ценнейшей сыворотки вылились на землю. Получается, одно без другого не работало. Или работало вообще на других принципах.

– Сложно сказать. – ответил Винер. – Вообще, у меня есть одна теория… Я задумался над этим, когда получил распечатки вашего доклада по возвращению. По всему выходит, что савараны – деградировавший вид. И то, чем они пользуются сейчас, включая этот ваш так называемый, портальный камень, лишь осколки технологий их более развитых предков.

– Профессор! – кашлянула в этот момент Люба.

– Да, простите. – спохватился тот. – Увлекаюсь, грешен! Что ж, вернёмся к инструктажу.

И в следующие десять минут меня снова с головой окунули в блиц-курс современной боевой ситуации в мире. Названия населённых пунктов по всей планете, где происходили прорывы, сменялось на ТТХ демонов и способов их убийств. Сразу вслед за этим шёл краткий экскурс в состоянии дел на международной арене. В частности, рассказывали кто с кем сегодня воевал, и насколько активно это делал.

Оказывается, массовые десанты саваранов нисколько не притупили человеческую жажду к саморазрушению. Страны продолжали нападать друг на друга, люди гибли, кровь лилась. И все это происходило без участия демонов.

Наверное даже активнее. Словно бы все посходили с ума и решили максимально вдарить по той крайне хрупкой штуке, которая называется «разумная жизнь» на планете. А то, мало ли? Вдруг у пришельцев не получится нас уничтожить? Значит, нужно самим постараться.

Главным заводилой в этом театре абсурда являлась Великобритания. Огромная колониальная держава, которая в этом мире выполняла роль моих Соединённых Штатов, казалось, желала развязать войну там, где к ней даже предпосылок не было.

– Советский Союза слишком долго расходился бортами с британцами. – говорил учёный. – Дипломатия, шпионаж, войны в странах третьего мира – всё это позволяло выпускать пар, но не полностью, и лишь на короткие промежутки времени. Я говорил Кобе, что рано или поздно два таких геополитических монстра, как их и наше, обязаны будут схватиться в самоубийственной мировой войне.

– Без вариантов? – мне в самом деле было интересно. Всё-таки, этот человек довёл понимание кибернетики до уровня, позволяющего влиять на общемировые процессы.

– Если только раньше кто-то из нас полноценно не выйдет в космос. – подтвердил Винер. – Я имею ввиду не строительство станций или научгородков на Луне, как сейчас, а полноценную колонизацию нашей звёздной системы. Тогда ареал обитания значительно расширится, и конфликт запертых на планете гегемонов понемногу сойдёт до тлеющего. Не надолго, но…

– Борис! – снова одёрнула профессора Люба, видя, как он отвлёкся от основной темы.

– Да-да, Любочка, конечно! Привык, знаете ли, к пространным рассуждениям, а у нас время поджимает.

Последним объёмом, который надлежало загрузить в мою бедную голову до брифинга, была наука. Точнее, образцы военных и медицинских технологий, которые, в частности, в Советском Союзе, за последние несколько месяцев получили просто невероятный скачок. Качественный. Вот уж действительно – все пики по настоящему прорывных изобретений у людей приходятся на большие войны.

Здесь же толчком стала кровь саваранов, которая теперь поставлялась буквально в товарных количествах. Оказалось, что среди прочих своих возможностей, при застывании она получала свойства сверхпроводника, о котором так долго грезили учёные всего мира.

Это открытие, а главное – доступность материала, который искусственным путем было не воспроизвести – привело к новому витку гонки вооружений, где ракеты летали дальше, телеметрия работала лучше и на большие расстояния, а бомбы взрывались сильнее.

– Все не пойму. – в конце это изнурительной подготовки к брифингу спросил я у своих собеседников. – Отчего настолько принципиально, чтобы я всё это знал до встречи с Окелло? Понятно, что он занятой человек, но можно это было и в процессе объяснить.

– А вам не сказали, Виктор? – удивился Винер, а Зима вдруг стрельнула глазами в сторону, словно не желая столкнуться с моим взглядом. – На совещании будет высший генералитет страны, даже товарищ Сталин заявлен консультантом.

Ну, круто! Это, получается, меня так быстро накачивают, чтобы я перед отцом народов в грязь лицом не ударил? Хотя, он же сейчас и правда консультант. С вполне реальной, надо полагать, властью в руках.

Но Люба, конечно, лиса! Могла бы и сказать!

– Кроме того, – продолжил тем временем учёный. – сразу после совещания планируется создание моста между Землёй и Всемиром. Техники уже заканчивают подготовку прибора, который вы принесли с собой. Так что в ближайшем будущем вам будет попросту неоткуда получать информацию. Поэтому мы вас так и загружаем сейчас.

– А иду туда, конечно же я. – мрачно усмехнулся я. – Ну, следовало ожидать…

– И я тоже. – произнесла Зима, по прежнему глядя немного в сторону. – Прости, просто не успела сказать. Все так быстро происходит…

Глава 4. Брифинг

Зал совещаний скрывался за массивными гермоворотами с цифровым обозначением. Если не знаешь – запросто мимо пройдёшь. Вернее, в любой другой день пройдёшь. Сейчас же у входа вытянулся почётный караул. В парадке! Сначала меня увиденное «царапнуло» – что за показуха во время кризиса? Но почти сразу дошло: это не местные, а охрана, сопровождающая товарища Сталина. Этим можно и даже нужно. Привлекать внимание к себе, служить мишенью, пока неприметные спецы в гражданке рядом делают свою важную незаметную работу. Да и вообще, статус. Надо соответствовать.

Ворота тем временем открылись… и за ними оказались еще одни. Шлюз. Пришлось постоять, пока не закроются внешние – и только тогда войти, щурясь от потоков света из зала. Первое впечатление: я угодил прямо на станцию метро. Причём не какого-то, а Московского! Неожиданно высокое помещение сверкало наклонными стенами из полированного красного гранита, перемежающегося вертикальными вставками из белого мрамора. На потолке – мозаика (!) с Лениным и красным флагом. А внизу – длинный и широкий монументальный стол с приставленными к нему креслами.

Пока я оглядывался, заметил, что над местами для совещающихся, прямо в воздухе мерцают надписи: фамилия и инициалы. Ага, вот и Глебов В. В. Аккурат рядом с Океллой. Те кресла, что ещё не были заняты, выделялись лишь надписями, но стоило мне сесть – с потолка словно спустилась световая колонна. Причём советские инженеры-светотехники как-то так умудрились все сделать, чтобы эта иллюминация не слепила глаза и вообще не мешала.

Пока я крутил головой, подходили другие участники брифинга. Пришел Окелло, буквально посеревший от усталости, молча мне кивнул. Осветились кресла у дальней от меня стороны стола. Вроде ненужные мелочи, но все эти игры со светом и каменными сводами даже меня заставили сесть прямо и с некоторым непонятно откуда взявшимся трепетом ждать начала. Удар гонга так органично вписался в атмосферу события, что я едва не упустил момент, когда все дружно встали из кресел.

– Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки Великая Русь!

Грянул гимн – и одновременно вдоль стен с потолка медленно и картинно развернулись красные знамёна! Мозаика заиграла золотой инкрустацией, и пока работала вся эта иллюминация, на своё место, помеченное надписью «Сталин И. В.», вышел председатель совещания.

Откуда он взялся, я заметить не успел. Видать, где-то имелась неприметная дверка. А внешняя мишура как раз и была призвана замаскировать его появление.

Иосиф Виссарионович выглядел… обычно. Не знаю, как лучше это описать. В своей прошлой жизни, я много раз видел его по телевизору, здесь – фотографии в сети. И он был ровно таким же, каким я его и представлял.

– Товарищ Окелло, – музыка стихла, и заговорил теневой лидер Советского Союза. – пусть все присутствующие знают, зачэм ми тут собрались, введите товарищей в курс нашего дэла.

Успевший сесть негр снова встал и, стараясь не пускать в голос усталость, заговорил. Как с листа читал.

– Благодаря смелым и самоотверженным действиям присутствующего здесь товарища Глебова, в распоряжение Комитета попал… прибор или артефакт саваранов, так называемый Портальный Камень. Он позволяет установить устойчивый постоянный мост с местом обитания демонов, которое они сами называют Всемиром. Это слово – самый близкий перевод из возможных…

Кто-то кашлянул, и глава Комитета, моргнув, вернулся к теме брифинга.

– Думаю, никому не нужно объяснять, какие огромные возможности открывает наличие постоянного прохода во Всемир? Все вы знаете, какой толчок получила наука и техника, включая военную, когда мы смогли массово и на регулярной основе получать маткомпоненты из тел демонов. Перспективы напрямую исследовать их место обитания видятся необычайно широкими. От выявления слабых мест самих саваранов, как формы жизни и понимания принципов их межмировой навигации до разработки самых мощных видов вооружений на новых физических принципах.

По залу пробежали тихие шепотки.

– Иными словами, мост – это хороший шанс не просто победить в текущей «тёплой» войне с пришельцами, но и навсегда обезопасить себя от подобных вторжений. У меня все, – Окелло сел.

– Спасибо, товарищ Окелло, – в этот раз Иосиф Виссарионович уже вставать не стал. – Ви слышали, товарищи: ключ к нашей победе лежит на землях врага. Наше дело – максимально эффективно воспользоваться возникшей возможностью. Как ви думаете, товарищ Глэбов: сможет ли простой советский человек бэз вреда для своего здоровья жить и работать во Всэмире? Если его защищают люди со свэрхспособностями, конэчно.

Необычное звучание моей фамилии в устах Вождя едва не сыграло со мной злую шутку. Но Окелле не пришлось меня пинать, сам успел среагировать.

– На большинстве лоскутов, вне всякого сомнения, можно, – я замолчал, сам удивлённый вылетевшей канцелярской фразой. Наслушался, блин! – Во всяком случае, среди американцев, обслуживающих портал, сверхов вообще не было. И ничего, заходили как к себе домой. И никакими, даже самыми минимальными средствами защиты, они не пользовались.

И попытался сесть. Но бдительное начальство, несмотря на усталость, успело почти беззвучно прошипеть «стой, дундук, тебя не отпускали!»

– А что такое «лоскут»? – задал вопрос с места какой-то штатский. Лично мне его фамилия ничего не говорила.

– Мир демонов словно склеен из кусочков, разделённых энергетическими стенами, – пожал плечами я. – Не знаю, как такую структуру обозвали учёные, а саваран говорят «лоскуты».

– Локусы дискретной структуры, – опять «подсказал» кто-то, уже из другого конца зала. Акустика тут была великолепной… или очень хорошие микрофоны с динамиками.

– Спасибо, вы ответили на мой вопрос.

Не думал, что когда-то такое скажу, но… демократично тут у них. Не пафосная говорильня, чего я наполовину ожидал после такого «вступления», а реальное совещание.

– Харашо, – кивнул Сталин. – скажитэ, товарищ Глэбов, как ви видите перспективы создания базы-форпоста с численностью гарнизона до роты в одном из этих… лоскутов.

– Если использовать быстросборные конструкции, доставленные с «большой земли» – не вижу никаких проблем. Ну и завоз продуктов и прочего понадобится, – несколько секунд подумав, решил я. – Мой опыт свидетельствует, что подобрать условно-безопасный лоскут не так уж сложно. Опасность, что туда заявится противник, успевший эволюционировать в непобедимую фигню и по случайности погибнуть по всему Всемиру есть везде, но в целом она низкая.

«Фигню!» – Окелло беззвучно приложил ладонь ко лбу и посмотрел на меня страшными глазами.

– Раз так, товарищ Глэбов, может быть именно ви, как самый опытный в отношении Всемира сотрудник Комитэта, согласитесь взяться за организацию такой базы? Подумайте, нэ торопитэсь.

Думал я не долго. Не уверен, что вообще была возможность отказаться, но даже если и была. Кто кроме меня? Я-то, можно сказать, там освоился. Что может наворотить не почувствовавший на себе реалии обиталища саваранов генерал с большими звёздами на погонах мне даже представлять не хотелось.

– Я согласен, товарищ Сталин!

– Похвальная рэшимость! – похвалил меня Вождь с лёгкой улыбкой, прячущейся в усах. – Всэ ли согласны с рэшением о назначении товарища Глэбова командиром ограниченного контингента на тэрритории врага? За? Против? Единогласно!

Вот бы я удивился, если бы кто-то из присутствующих шишек настолько двинулся, что захотел на моё место! Опять же успел в местных политических кругах отдавить пару конечностей большим дядям – не нарочно, разумеется. Зачем им такой я под боком? А Всемир даже дальше, что Ледовитый океан с белыми медведями и бесконечными запасами неубранного снега.

– Ми очэнь надэемся на вас, товарищ Глэбов, – Иосиф Виссарионович опять посмотрел в мою сторону. – Жаль, отпуска вам дать нэ получится, врэмя нэ тэрпит! Только нэ думайте, что Родина забыла про ваши предыдущие заслуги. Я очэнь горд випавшей мне честью сообщить о присвоении вам звания Гэроя Советского Союза и лично Золотую Звезду вмэсте с высшей наградой Союза Советских Социалистических Рэспублик – ордэном Лэнина!

Заиграла торжественная музыка, а Сталин не поленился лично встать и подойти к моему месту. По дороге у него за спиной словно из неоткуда выросли двое гвардейцев, каждый держал наградную коробку на подносе.

– Носитэ с гордостью, товарищ Глэбов, – пожал мне руку отец народов.

Ничего не оставалось, как браво гаркнуть:

– Служу Советскому Союзу!!!

Если кто-то подумал, что в этот момент мне удалось сохранить холодный ум и трезвый разума – вы так не думайте. Звание Героя – это не какая-то там наградная грамота. Чудо, что мне вообще его смогли так быстро присвоить: обычно представления несколько месяцев рассматривают. Тут не иначе как товарищ Сталин лично посодействовал.

– На самом дэлэ, за два успешных пэрэхода через Всэмир товарищу Глэбову полагается звание Дважды Гэроя, – уже обращаясь к остальным, с улыбкой объяснил Вождь. – Как пэрвые космонавты у нас получали за каждый полет. К сожалению, у нас так нэ принятно – чтобы двэ звэзды разом давать. Потому для Виктора Викторовича ми приготовили кое-что другое.

Второй гвардеец ловко вышел из-за спины вождя с небольшим металлическим подносом, на котором лежали… погоны. С генеральскими звездами.

– Поздравляю с внеочередным званием генерал-майора, товарищ Глэбов!

Тут мне показалось, что я сейчас проснусь. Потому что такого абсурда просто не могло быть. Нельзя от полковника «перелезть» в генералы, не окончив высшее командное училище. Не говоря уж о том, что я в здешней табели о рангах, ещё и капитана не перепрыгнул. Что ж, я все ещё здесь – и это значит, что товарищ Сталин просто выше подобных «мэлочей».

Весь оставшийся брифинг я просидел как пришибленный. К счастью, меня больше не дёргали, дали прийти в себя. Да и не так долго все длилось: разделили и раздали ответственные направления снабжения базы по ту сторону моста – по сути и все. Но даже так я прямо кожей чувствовал, что из приглашённых на совещание у меня появились личные враги. И не один. И ещё появятся, как новости о моем карьерном росте разнесут. Этими злосчастными погонами Сталин привязал меня к себе, сделал своей креатурой. И пока он меня прикрывает – скорее всего никто не решится прямо гадить. Разве что чуть-чуть и совсем исподтишка.

Крепко задумавшись, я пропустил мимо ушей завершающие совещание слова Вождя, машинально встал вместе со всем… и тут ударил гонг. И вместе с этим ударом погасло большинство светильников, заставив меня натурально выпучить глаза. Зал изменился. Не формой: стены так и сходились призмой к более узкому чем пол потолку. Но они стали бетонными! Большинство участников совещания не разошлись, а исчезли вместе с подсветкой. Большая часть присутствующих на бриффениге, получается, подключилась удалённо! Но оборудование связи обеспечило полный эффект присутствия! Да что там, по-настоящему дополнило реальность, торжественно разукрасив зал совещаний!

Вообще, если так подумать – правильный подход. Кроме меня здесь собрались немалые шишки, у которых куча работы на местах и нет возможности на каждое совещание мотаться. Хотя вот Иосиф Виссарионович нашёл время. Не ради ж того, чтобы меня наградить и повысить? Это тоже удалённо можно было сделать.

– Товарищ Глэбов, мне нужно вам сказать кое-что внэ протокола. Это государствэнная тайна, только боюсь, нэ долго ей таковой оставаться, – Вождь уселся на соседнее кресло, и нам с Океллой невольно пришлось повторить за ним. – Мнэ тяжело это говорить, но ми медленно проигрываем войну с саваранами. Причем «ми» – это нэ только ЭсЭсЭсЭр, а всё чэловечэство. Нэгативный прогноз товарища Винера уже подтвердился нэсколько раз. И ничэго отсюда нам нэ изменить.

Отец народов помолчал, качнул головой.

– Ми все очэн надэемся, что ваш успех с портальным камнем привэдет к пэрэлому в войне с дэмонами. Но давайтэ начистоту: это вопрос большэ удачи. Слишком вэлик Всэмир по сравнению с Зэмлёй. Но в ващэм докладе я увидэл то, что пропустили остальные. Шанс на спасэние, если мы проиграем здесь. Огромноэ количэство тэх самых лоскутов не имэют цэнности в глазах саваранов и попросту пустуют. А ми могли бы временно переселить туда наших людэй. Частично пэрэнести сельское хозяйство, наиболее нэобходимые критичэские производства.

Я слушал товарища Сталина и диву давался. Он прочёл мой отчёт несколько часов назад и уже составил масштабный дерзкий план. Кажущийся абсолютно безумным, но при этом ведь выполнимый. Не укладывалось в голове только то, что до такого вообще дошло.

Хотя, с другой стороны – наверное это эффект партийной сыворотки, которая даёт не только долголетие и здоровье, но и улучшает когнитивные способности. Чем-то иным объяснить бодрость мысли Вождя в его почтенном возрасте у меня не получалось.

– Есть мнэние, что как только дэмоны перегрузят наши стратэгичэские возможности обороны, англичане нанэсут комплексный удар по нашэй тэрритории. Нэ только ядэрным оружием, но и выпустив вирусное и бактэриальное оружие.

– Зачем?! – я прям аж охренел от такой перспективы «помощи» в борьбе с общим врагом.

– Контролировать ограниченную территорию острова Британия куда проще, чем наши просторы. Насколько нам известно, у англичан есть план загнать своё самое ценное население в бункера длительного проживания, что уже строятся, и переждать катаклизм. Они называют эту стратегию «золотой миллион». А когда савараны всё нужно заберут себе и всех перебьют – занять опустевшие территории Земли и стать истинными хозяевами планеты, – объяснил Окелла.

– Бред какой-то, – вырвалось у меня. Но ведь бред же, правда?

– Тэм нэ мэнее, эта стратегия ползуэтся опрэделённой популярностью в элитных кругах нашэго врага, – подтвердил Вождь. – Ми, конэчно, обрушим всю мощь нащих стратегических сил ядэрного сдэрживания в отвэт, но мэсть нэ спасет наших людэй. Зато ассимэтричный отвэт с использованием моста – спасёт. Впрочэм, ещё есть врэмя найти ключ к побэде у дэмонов дома, прэжде, чем стратэгическое сдэрживание падет. С нашей стороны ми попытаемся дать вам максимально возможное врэмя для разведки и исллэдований. Вэрим в вас, товарищ Глэбов. Ви уже доказали, что вам по плэчу сдэлать то, в чем другие пасуют.

* * *

Из комнаты я вышел в слегка подавленном состоянии. Одно дело, когда о тяжёлом положении страны (да и мира в целом), тебе рассказывают друзья и знакомые, и совсем другое, когда чуть ли не первое лицо государства прямым текстом сообщает, что все мы находимся в очень глубокой заднице. От такого становится не по себе. Как минимум.

Да и эта ремарка про возможность использования Всемира, как убежища, добавила неприятных ощущений. Черт дери этих политиканов! Почему, когда человечество, казалось бы, должно сплотиться и выступить против демонов единым фронтом, они, наоборот, усугубляют ситуацию. Окно возможностей, у них, видите ли!

– Куда теперь? – спросил у Василия, который вышел в коридор вслед за мной.

– Вперёд и вниз. – традиционно сверкнул зубами комитетчик. – Помещение для моста находится на минус шестом уровне. Там уже почти готовы к старту.

– То есть, я даже сутки на Земле не пробуду? – ухмыльнулся я.

– По моим данным, ты здесь уже двадцать девять часов – в тон ответил Окелло. – Так что грех жаловаться.

– И правда, чего это я тогда!

Мы оба невесело хохотнули, и двинулись по коридору к лифту.

Долгий путь по базе через все эти переплетения проходов, лифтов и пропускных пунктов, привёл нас к месту, которое в первое мгновение вызвало у меня чувство неприятного узнавания. Такой же бокс с серыми бетонными стенами, располагающийся на непонятно какой глубине под землёй, я видел в Америке, когда возвращался домой.

Не мудрствуя лукаво, вояки здесь, как и там, обустроили множественные КПП на пути к портальному залу. Даже пулемётные расчёты разместили, казалось бы, в тех же самых местах. С другой стороны – все же согласно расчётам по секторам стрельбы. А вообще, надо сказать Василию, что все эти меры безопасности в Штатах, мы взломали без потерь.

– Помещение полностью герметично. – кивнул на моё замечание комитетчик. – В случае опасности, заслонки воздуховодов закрываются, и из помещения откачивается весь воздух. Кроме того, каждые десять секунд давление понижается до уровня, который не выдержит ни один живой организм.

– Из тех, про кого мы знаем. – уточнил я.

– Конечно. – согласился Окелло. – Но мы постарались подготовить данный бокс ко всем возможностям. В самом крайнем случае, мы подорвём туннели, ведущие в него.

Ну, да. Так, примерно, и поступили американцы, когда врубили свой протокол «Аид». В итоге, выбраться мы смогли только через Всемир, иначе бы так и остались бы погребены на глубине чёрт знает скольких десятков метров.

А вообще, должен был заметить я, что при взгляде на помещение, эмоции возникали только отрицательные. Опять-таки, вероятно из-за схожести с американским проектом, который предполагал таскать из другого измерения монстров для принудительной прокачки своих сверхов.

«Но у нас-то другие цели!» – успокоил я себя.

Люба уже была здесь, ведь она должна была отправится во Всемир вместе со мной. Как и три десятка бойцов в армейской полевой форме, у ног каждого из которых на полу лежал объёмный баул. Четыре поддона с оборудованием для обустройства базы тоже уже успели сюда доставить. А вот группы из американских сверхов я тут не увидел.

– Мне казалось, что американцы отправляются со мной. – по возможности нейтральным тоном произнёс я. Смотрел при этом на Окелло. Не Зиму же об этом спрашивать.

– Зря казалось. – легко отмахнулся негр. – Мы не можем доверять этим людям, а значит не будем отправлять их на это ответственное для нашей страны задание. Пока они побудут в изоляторе для сверхов. Для их же безопасности.

– Не согласен. – чувствуя, что начинаю заводится, я заставил себя говорить медленно. – Они сильны, все прошли второе, а некоторые даже третье пробуждение. К тому же, из всех, кто находится в нашем распоряжении, они уже бывали во Всемире. И выжили. Считаю, что наша группа должна быть усилена американцами.

Кроме этих, у меня были и другие резоны, чтобы тащить ребятишек с реалити-шоу в другое измерение. Они были слаженной командой, умеющей взаимодействовать, а это дорогого стоит.

К тому же, я ещё опасался за их психическое здоровье. Не всех, только Либры и Бледного Ангела. Мутации не лучшим образом сказались на них – девушка, например, стала более замкнутой, а телекинетик, похоже, пристрастился к собственной мощи и получал удовольствие от смертей.

Посадить их в клетку, чтобы они сутками напролёт наблюдали голые стены, было не лучшей идеей.

Василий некоторое время пристально смотрел на меня, словно раздумывая над тем, что мне сказать. Потом вдруг выдал только: «Нет», и тут же отвернулся, теряя интерес к разговору.

А я, неожиданно для себя, взорвался.

– Что значит «нет»? – на повышенных тонах наехал я на собеседника. – Мы это даже обсуждать не будем? Просто «нет» и все?

– Ага. – негр даже не повернулся. Казалось, его полностью поглотил вид работы учёных и техников, настраивающих врата во Всемир.

Захотелось взять его за шкирку да тряхнуть хорошенько раз так несколько. Чтобы мозги на место встали. Я даже почувствовал, как под эти несформированные желания организм начал перестраиваться в боевой режим. И понял, что проблемы с контролем не только у Либры и Бледного.

Это сразу же отрезвило меня. Заставило вспомнить, что я чудовищно силён, и в гневе могу запросто перебить всех находящихся в этом помещении людей. Включая Зиму, которая сама так-то тоже не слабенькая.

Самое страшное – мне хотелось это сделать. Выпустить всю свою мощь, показать, кто тут главный на самом деле. Что этот чернокожий о себе возомнил, вообще?! Он же просто человек! Возможно, немного модифицированный партийной сывороткой, которая даёт долголетие и молодость, но не наделяет сверхчеловеческими возможностями.

– Закончили с этим? – как ни в чем не бывало спросил Окелло, пока я боролся с внезапным приступом бешенства. Даже Люба заметила, как исказилось моё лицо, а этот так и стоит спиной. – Тогда…

– Нет, не закончили! – стоило большого труда не стукнуть его по затылку и не проорать эту фразу в лицо. Все равно получилось слишком громко и агрессивно. – Продолжим!

– Виктор, – Окелло, наконец, повернулся, удивлённо взглянул на моё перекошенное лицо. Но не дрогнул, со стержнем мужик. – Я понимаю, что ты испытываешь чувство ответственности за этих ребят. Это нормально, это правильно, и я удивился бы, поступи ты иначе. Но они иностранцы. Может хорошие люди, но ты можешь поручиться за то, что среди них нет агентов врага?

– Так, может, дать им возможность проявить себя? – подключилась к разговору Люба, заняв, при этом, мою сторону. – Там, где они не смогут навредить? Всемир для этого очень даже подходит.

– Это если их цель заключается не в том, чтобы попасть туда.

– Они проторчали там с месяц!

Мне было очевидно, что Окелло просто перестраховывается, не желая подвергать и без того сложную миссию, дополнительной опасности. А сейчас ещё и упрямится – он ведь старший по званию и все должны его слушаться.

Так… Стоп. А он ведь не старший по званию! После того, что сказал товарищ Сталин на том совещании, он равен мне – тоже генерал-майор Комитета. Получается, что я могу просто плюнуть на его мнение и поступить по своему?

Вот ведь! А когда «отец народов» лепил мне большие гнезда, я, признаться, подумал, что у того на старости лет возникли имперские закидоны – хочу, лейтенанта генералом делаю, хочу – простолюдина графом. А он, оказывается, с умыслом все делал. Чтобы у меня имелась возможность самому принимать решения, не оглядываясь каждый раз на больших начальников. Многие из которых могут оказаться идиотами.

По сути, он же подчинил мне ещё не созданную базу на землях Всемира. То есть, поставил возглавлять Комитет Контроля Сверхов в другом измерении. От ушлый тип!

– Василий, – сбавив тон, произнёс я. – Заканчиваем ругань. Американцы идут со мной. Это моё решение, и оно не обсуждается. Хочешь – жалуйся.

– Зачем мне жаловаться? – удивлённо вскинул брови комитетчик. – Если решил, значит, решил. Под твою ответственность.

И тогда я понял, что хитрый негр банально подводил меня к такому исходу нашего разговора. Мог, конечно, и объяснить, что я теперь тоже высший комсостав, но это, видимо, был совсем не его метод.

– Тогда распорядись, чтобы их привели, пожалуйста. – ткнул я его кулаком в плечо.

Тот лишь усмехнулся и кивнул.

Спустя пятнадцать минут в подземном зале оказались мои… не знаю, наверное, даже друзья. Мы через столько с ними вместе прошли, что статус «знакомые» и уж тем более «задание» они давно переросли.

Хмурые, настороженно глядящие по сторонам, на меня – без капли приязни. Разве что только в глазах у Голубки что-то промелькивает. Что-то острое и опасное. Особенно хорошо это видно, когда девушка поглядывает на стоящую рядом со мной Зиму.

Не понял… Это что – ревность? Вот же, блин!

– Зачем мы здесь? – от имени всех спросила она. Все правильно, лидерство теперь на ней. Снова. Я же вроде как ушёл. – И что это за место?

– Точно такое же, которое мы уничтожили в Неваде. А вы здесь для того, чтобы отправиться со мной во Всемир.

Следующие несколько минут я объясняю почему им нужно так сделать. Про доверие, которое только предстоит заслужить, про альтернативы, и про сложные времена, во время которых умные люди не собачатся, а сотрудничают. Хорошая получилась речь! Не готовился вроде, а вышло одновременно просто и зажигательно.

И американские мои детишки согласились. Кто-то, например, Либра – равнодушно, другие – Сердцеедки – вынуждено. А вот Бледный Ангел радостно закивал головой. Парню, похоже, было в радость вновь отправиться туда, где можно безнаказанно убивать и получать поднимающие его силы эссенцию.

– Ну и отлично! – подвёл я итог. Повернулся к Василию, который все это время стоял неподалёку и в разговор не вмешивался, и уточнил у него. – Когда мост будет готов к запуску?

– Уже готов. – пожал он плечами. – Ждём только тебя. Когда ты закончишь вдохновлять своё войско на подвиг.

– Я уже говорил тебе, что ты та еще язва, Вася?

– Не припомню.

Глава 5. Возвращение во Всемир

Перед тем, как техники активировали портал, Окелло протянул мне небольшой дипломат, по виду, как-то связанный с военными технологиями, и массивный саквояж.

– Это пульт управления порталом. – кивнул он на темно-зеленый портфель, усиленный рёбрами жёсткости, и снабжённый цифровым замком. – Сам потом переставишь код, сейчас он четыре единицы.

– Для той стороны? – уточнил я.

– Да. Я понимаю, что ты можешь как-то усилием воли это делать, но вдруг с тобой что-то случится. Остальным людям тоже нужна возможность эвакуации.

– Понял. А в саквояже?

– То, о чем ты просил. Пришлось немного перешить на заданные тобой размеры, получилось… громоздко.

– За это – отдельная благодарность, Василий!

Всего несколько часов назад я попросил этого очень важного и загруженного огромным количеством задач человека, найти для меня одну вещь. И он об этом не забыл.

– Зачем тебе это чудо? – не мог не спросить чернокожий.

– Потом расскажу. – загадочно улыбнулся я. – Если сработает.

– Тогда ещё вот. – вслед за дипломатом и саквояжем мне в руки перекочевал чёрный пластиковый кейс, в каких обычно инструменты хранят. – Это для твоих американцев. Наши-то бойцы со связью, а твои – нет.

Это, кстати, он хорошо подумал. Вообще, должен заметить, Окелла не упускал никаких деталей: и о связи позаботился, и об обмундировании. Сейчас американские детишки уже не щеголяли в своих концертных костюмах – получили лёгкие, но прочные, а главное – единообразные комбинезоны, вроде тех, что носят лётчики и танкисты. А что, практично, неброско, локти с коленями защищены плотными вставками из армопластика. Кое-кто из них даже бронежилетом обзавёлся.

Этим кем-то была, разумеется, Либра. Остальные средствами защиты по понятным причинам пренебрегли. А зря. Из Бугаев, если следовать штатовской классификации сверхов, тут только трое – я, да Сердцеедки. Ну, ладно, ещё Брайн может в камень кожу обращать. А вот тот же Хоп удар держит так себе. Конечно, сперва по этому прыткому парню надо попасть…

После чего координатор отошел, а я, подхватив вещи, первым шагнул в золотое зеркало межмирового перехода. За мной тут же последовала Зима и команда сверхов из США. Спецназ ККС, как и группа грузчиков с материалами, пойдут только после того, как мы скажем, что на той стороне безопасно.

Переход прошел… буднично. Я даже как-то неприятно удивился своей реакции. Так-то, если подумать, не воробей чихнул – прошёл через мембрану, соединяющую фактически два космоса! А я лишь головой тряхнул и выдал:

– Ладно. Мы на месте.

Будто рутинное какое-то действие совершил. В подземку, например, спустился. Всего лишь вернулся в лоскут Дуа–112.

Команда Голубки тут же рассредоточилась – эти уже на опыте, бывали тут. И во Всемире вообще, и на Базаре, в частности. А вот всесоюзная знаменитость Любовь Федоровна Разина, широкой публике больше известная, как Зима-Мама, застыла на выходе из портала, как деревенская девчушка, впервые приехавшая в столицу. Даже рот приоткрыла, что сделало её ещё очаровательнее.

Посмотреть, конечно, было на что. Узкий каньон, залепленный палатками, лавками и прочими времянками, предназначавшимися как для жизни, так и для торговли, производил впечатление цыганского табора на выезде, то есть ничего необычного. Но если к этому прибавить сотни демонов, снующих туда-сюда по своим делам, то картина получалась по-настоящему сногсшибательной.

– Саваран залетит. – тихонько шепнул я на ушко девушке. – Прикрыла бы ротик.

Люба чуть смутилась, быстро спрятала все эмоции под маской Снежной Королевы, и принялась оглядывать местность уже более профессионально.

Я же заприметил идущего к нам демона в красных тряпках, и улыбнулся. Вот и наш «связной» – любитель человеческих шмоток по имени Вака. Здоровенный детина, почти гуманоидного типа, если не брать в расчёт похожую на чешую кожу, и дополнительную пару конечностей – то ли щупалец, то ли крюков. Он топал к нам, раздвигая саваранское море, и даже совсем, как человек, махал рукой. Нормальной, пусть и с когтями.

– Ну, вроде тут безопасно. – сделал я вывод, и попросил Хопа метнуться обратно на Землю, чтобы сообщить о разрешении на переход для всех остальных. Сделать это нужно было быстро – при постоянно работающем портальном камне, саваранская кровь расходовалась очень быстро.

Пока демон шагал к нам, а джампер выполнял поручение, я позволил себе небольшую вольность – помассировал пальцами веки. Всё-таки, высший метоморфизм, с присущей ему регенерацией, как и третье Пробуждение, не делали меня железным человеком. События неслись вскачь, мне приходилось на них реагировать, и в результате я уже несколько суток не спал.

Конечно, теперь для отдыха мне не нужно было столько времени, хватило бы трёх-четырёх часов, но и их мне никто давать не собирался. Сплошной, черт бы его побрал, стресс!

И забить на все нельзя – вон какие дела крутятся! Демоны атакуют Землю, мы ищем возможность колонизировать Всемир, британцы пляшут со своим «золотым миллионом». Только спать в таких условиях ложится, ага! Рискуешь не проснуться.

Тем не менее, отдохнуть нужно было. Я подумывал сделать это уже после того, как мы застолбим здесь местечко, и охрану форпоста от угроз можно будет на некоторое время передать спецназу и американским сверхам. А там, быть может, и Люба составит мне компанию…

– Ты бы это мечтательное выражение с лица убрал. – шепнула уже Зима. – А то бедный демон подумает, что у тебя на него какие-то странные планы.

Появление из портала Хопа совпало с тем, как Вака подошёл к нашей группе. И очумело уставился на вываливающихся из золотого зеркала солдат, грузчиков и переносимое им оборудование.

– Халк, кто это? Полезные животные? – уточнил он.

Полезными с точки зрения саварана могли быть, как живые существа, так и растения. Если, конечно, они могли накапливать в себе эссенцию. Тогда их можно было пожрать и немножечко приблизится к заветной мутации. В принципе, здесь, на Базаре, такими товарами и промышляли.

К похожей мысли пришли и другие, наблюдающие за нашей высадкой, демоны. Кое-кто из них видел, а все остальные слышали про мягкотелых, которые могут носить в себе частицы эссенции.

И, соответственно, подались вперёд, как нетерпеливые покупатели в сельском магазине, в котором объявили о скидках на свежую колбасу.

– Нет. – ответил я, отмечая, как напряглись и американцы, и солдаты. Наш разговор они не понимали, но считать контекст смогли. – Это мои…

И вот тут я сбился. Не было в саваранском языке такого понятия, как «друзья». Коллеги тоже отсутствовали, как и боевые товарищи. Но я всё-таки вывернулся из ситуации.

– Это моё Гнездо.

– Крупное Гнездо. – с уважением проговорил Вака, после чего сразу же повернулся к бурлящей толпе и начал что-то им втолковывать.

Через минуту большинство демонов разошлись по своим делам. Но некоторые все так же продолжали наблюдать издали.

– Если ты привёл своё Гнездо не для обмена, тогда зачем? – Вака был настойчив. – Другие беспокоятся, и не верят тому, что ты сказал мне.

– А ты – веришь?

– Да.

– Почему?

– Ты не убил меня. Не забрал мою плоть и мой дух. Мог, но не сделал. Обещал вернуться, чтобы продолжить Забой, и вернулся.

В какой-то момент у меня возникло ощущение, что я с индейцем разговариваю. Причём, не с настоящим, а из книжек Фенимора Купера. Какой-нибудь Ункас Великий Змей или кто-то в этом роде. Аргументация саварана очень напоминала этих краснокожих ребят. Верю, конечно, верю! Ты же меня не убил.

– Я хочу создать на землях Всемира базу. – сообщил я ему.

Демон только руками развёл. Мол, ну, какие проблемы-то? Всемир большой, много в нем лесов, полей и рек. В смысле, лоскутов.

– Только мне нужен лоскут, где нет полезных животных и растений. Чтобы никто из других идущих путем саваран не стал бы на него претендовать. Чтобы быть в безопасности.

В этом месте Вака рассмеялся. Я это из контекста понял. Так-то он развёл в сторону все свои конечности, запрокинул голову назад, и раззявил пасть так, что туда арбуз можно было засунуть. И все это ни издавая ни звука.

– Идущие путем саваран никогда не бывают в безопасности. – произнёс он несколько секунд спустя. Тем же тоном, что говорил со мной прежде. – Даже сюда может прийти Хапер. Или Бедствие. Просто им это не нужно. Но случайно, проходя мимо, могут.

То есть, тот ужас, который я видел раньше, и которого называли Хапером, это не последняя ступенька. Ладно, сделаем пометочку.

– Ты можешь остаться здесь. – вдруг сообщил демон. – Та пещера, в которой были мягкотелые, она свободна. Я говорил про Забой с ними, теперь буду с тобой!

Деляга, блин. Сменил партнёра и продолжил зарабатывать на том же. А ещё говорят, что к демонам человеческая логика неприменима. Ещё как применима!

– Нас здесь слишком много. – ответил ему. – Думаю, мы будем слишком привлекать внимание. Кто-нибудь из других саваранов захочет напасть.

– Здесь нельзя. – не очень уверенно ответил Вака. Но таким тоном, что я понял – без сомнений захотят. И нападут.

– Ты мне не подскажешь такой лоскут?

– Всемир велик…

К этому моменту наша экспедиционная группа закончила высадку. Пришлось отвлечься, чтобы закрыть портал. И тут я кое-что вспомнил. Вполне подходящее для первой земной базы место. Причём, находящееся всего в одном переходы. Руины, где хитрый саваран по имени Тедеск – коллега, кстати, Ваки – держал в подземелье могущественную тварь. Полезное животное, которое дало мне эссенции на третье Пробуждение.

Ну, в самом деле! Место никому не интересное, что даже Тедеск его выбрал для того, чтобы растить своего краба! И в двух шагах, буквально, с Базаром. Удобно и безопасно – надо только проверить эти самые руины, чтобы потом не нарваться на жильцов.

– Вака, я сейчас уйду, а потом вернусь. И мы продолжим разговор. – на самом деле, мне с ним о многом нужно было поговорить, но не делать же этого, когда тут кадрированная рота бельмом в глазах у саваранов стоит.

– Иди. – легко согласился Вака. – Я буду здесь.

– Камень отдай.

Он молча протянул мне портальное устройство Древних. Даже не спросил зачем. Замечательные они всё-таки ребята, эти демоны. Простые до невозможности.

– Так, народ! – обратился я уже к своему отряду. – Сейчас быстро грузимся и топаем за мной. Ангел, ты куда собрался? Ты на одних только своих полях треть груза перетащишь! Хоп, метнись к тому лоскуту, где Тедеск прятал своего краба, посмотри, как там дела.

– Ты решил устроить базу там? – уточнила Либра.

– Мне кажется, что это более чем подходящее место. – ответил я.

И удостоился ее благосклонного кивка:

– Логично.

Бодрым галопом наш отряд покинул Базар, а уже через полчаса входил в совершенно иные земли. Застывшие сотни лет назад лавовые потоки, чёрные постройки, разрушенные ещё раньше. На самой границе этого лоскута мы остановились, и быстренько прочесали его площадь. Он оказался совсем небольшим, меньше десяти гектаров. Зато вглубь, если так можно сказать, уходил этажей на двадцать.

Больше двух часов мы подробнейшим образом исследовали руины, но не нашли даже следов жизни. Только вулканический камень, разрушенные или полуразрушенные (а в некоторых случаях залитые застывшими потоками) здания. Идеальное место для базы.

Когда с этим было покончено, а командир отряда спецназа приступил к оборудованию периметра, я подозвал к себе Голубку и попросил.

– Ты с ребятами присмотри за этим местом. Просто на всякий случай. Мы с Зимой сейчас быстро сходим на Базар, опросим Ваку и вернёмся.

Девушка молча кивнула. Я прям чувствовал, как ее буквально разрывает от желания поговорить со мной, но чего-то для этого не хватало. Решимости или злости. С этим нужно будет обязательно разобраться. Но не сейчас.

Перед уходом следовало сделать ещё кое-что. К счастью, совсем не сложное. Ещё во время осмотра местных достопримечательностей я приметил один очень удобный зал среди руин. Два входа, туда легко можно что-то затащить и вытащить, а козырёк прикрывает сверху и даёт дополнительное укрытие. Идеальное место для размещение нового портального зала.

Разворотив древнюю каменную кладку, я уложил под неё портальный камень, и только после этого отправился на Базар.

– Полковник, мы на час отлучимся. – сообщил, уходя. – Не пристрелите, когда будем возвращаться!

– Ничего не могу обещать! – весело отозвался командир спецназа ККС.

На Ваку пришлось убить гораздо больше часа. Проклятый саваран то ли не понимал, что я хочу от него узнать, то ли намеренно скрывал информацию. А вопросы-то были предельно простые! Где взял камень? Там ещё есть? А ещё что там есть? Насколько в ходу артефакты Древних.

Все изменилось, когда я раскрыл прихваченный с собой саквояж, и под недоумевающим взглядом Любы вытащил оттуда тюк лакированной красной кожи. Тряхнул им и протянул Ваке.

Люди Океллы за несколько часов совершили невозможное. Сшили по мерке, данной на основании лишь моих воспоминаний, настоящий кожаный плащ красного комиссара. В смысле, красный кожаный плащ, полы которого достигали до земли даже на таком здоровяке, как Вака.

– Что это за красивая вещь? – растерянно произнёс демон. В его глазах горела жажда обладания.

– Давай я помогу тебе его надеть. – ухмыльнулся я. – Его носят вот так.

При виде саварана, которого за любовь к красным шмоткам мы даже прозвали Красным, наряженного в комиссарский плащ, я чуть было не расхохотался в голос. Любе тоже трудно было сдерживать смех, но пока удавалось.

– Эта красивая вещь твоя. – сказал я. – Но ты должен помогать нам, Вака! Я ищу старые вещи – ты поможешь мне найти их! Иначе мне придётся забрать это.

– Я буду тебе помогать! Но я сам не знаю о месте, где был найдены те камни! Другой саваран нашёл их! Потом еще один забрал их у него. Потом я забрал их.

На демона было жалко смотреть, хотя сказать такое про тушу в два с половиной метра и непросто. Красный плащ ему пришёлся очень по душе, и он точно был готов на все, чтобы никогда с ним не расставаться. Но вот беда – во Всемире никто не хранит чеки от покупок. Вещи переходят из рук в руки лишь двумя путями: при обмене или разбое.

– Хорошо подумай, Вака!

– Я знаю одного саварана, который может знать про вещи Древних! – воскликнул тот. – Но его потребуется найти. Он далеко отсюда, а Всемир…

– …велик. Да, я знаю. Что ж. Чем раньше ты начнёшь, тем быстрее закончишь. Мне забрать плащ?

– Я все сделаю! Отправлюсь на его поиски прямо сейчас!

– А если мне понравится то, что ты узнаешь, я дам тебе ещё одну красивую вещь. Такую, как эта, но для головы.

– Я узнаю! – воодушевленный Вака чуть ли не копытом землю бил. Ну, кто там говорил, что мы разные?

Смеясь над савараном – Люба потом ещё призналась, что даже предположить не могла, что демон может её рассмешить – мы отправились в обратный путь. Сперва, правда, Зима, как истинная женщина, решила посетить рынок, а я не смог ей отказать. Сам перечень товаров мою партнёршу не впечатлил, но мы все равно прекрасно провели время вместе.

Если, конечно, забыть о том, что шатались вдвоём по чужому измерению, полному кровожадных чудовищ.

В конце концов пришло время возвращаться на базу. Прогулочным шагом, разве что за руки не держась, мы добрались до Завесы, разделяющий лоскуты. Шагнули сквозь неё, и чуть не споткнулись о чье-то мёртвое тело. Игривое настроение тут же юркнуло за угол. Я принял самую защищённую из своих боевых форм, а Зима поднялась в воздух и зависла там за моим плечом.

– На пару часов их нельзя оставить, этих чёртовых детей! – прорычал я.

– Ты же хотел их усыновить?

– Тогда бы у меня хоть право было пороть этих засранцев!

От нас по направлению к базе путь был буквально выстелен саваранами. Слабенькими, первое-второе пробуждение максимум. Но их было очень много.

– Я надеюсь, хоть кто-то там выжил… – с отчётливым сомнением в голосе произнесла Люба.

– Пойдем посмотрим.

Глава 6. Часом ранее

– Помощь. В работах. Не требуется, – тактический переводчик, встроенный в систему связи русских, отлично имитировал голос говорящего. А вот что касается смысла сказанного… – Занять места для наблюдения. Отдыхать.

– Так мы и устать-то не успели! – возмутился из-за плеча Голубки Бледный Ангел.

– Меня больше смущает «наблюдать» и «отдыхать» одновременно, – почесал затылок Хоп.

– Будет сделано, товарищ командир, – изобразила, как могла стойку «смирно» Гвен, одновременно показывая стоящим за ней сверхам сжатый кулак.

Хорошо, успела запомнить, что к «пустой» голове руку прикладывать нельзя. У «красных» неправильно выполненный жест воинского приветствия – прям больное место.

– Валите уже, – болезненно поморщившись, сразу отвернулся от американцев полковник. К нему тут же подскочил адъютант и ещё какой-то офицер, кажется, из инженерных войск.

– Спа-а-ать! Иль наблюда-а-ать? – пропели Серцеедки, зеркально и синхронно изобразив танцевальное па.

Засранки!

– И то, и другое, придурки! – почти прорычала, едва сдерживая эмоции, повелительница электричества. И так тошно, а тут ещё эти нервы портят. – Жанин, укажи нам точки для дислокации.

– Зачем нам вообще их слушать? – не дал Либре и рта открыть Брайн. Бледный… идиот! – Мы им не подчиняемся!

– Может, потому что Вик меня попросил о том же самом, – змеёй прошипела Гвен. – Ещё вопросы? Может, какие-то проблемы?

– У меня? Это у тебя проблемы с этой ледяной суч… Ай! Больно же!!!

– Парадоксально, но факт: споткнулся, стоя на ровном месте, – без эмоций заключила Либра и протянула планшет Голубке… – Расчет закончен. Точки нанесла на план местности.

С некоторых пор у неё прекрасно получались вот такие подсечки: с минимумом вложенной силы и максимальным эффектом. Девушка просто выпускала один из этих своих кровяных жгутов, на долю секунды отдавала приказ «кукле» на какое-то действие, и тут же убирала его.

– Да я просто хотел сказать: чем сидеть на пустом лоскуте – давайте соседние глянем тогда уж. – не пытаясь встать, принялся тереть ушибленный затылок Ангел. – Если савараны решат нас атаковать, накапливаться они будут именно за Завесой!

– На удивление здравая мысль, – в словах Жаклин скользнула тень удивления. – Вывод: чаще бить головой о твёрдое для его же блага.

– Мы не можем оставить развалины, Брайн, – комичное падение доставучего парня почему-то немного поправило настроение Голубки. – Пока нас нет, на базу могут напасть с другого направления. Может, не так уж неправ командир русских: нам надо рассредоточиться, чтобы кто-то обязательно оказался на линии возможной атаки и отдыхать, чтобы встретить врагов полными сил.

– Если оно будет, это нападение, – проворчал явно сдавшийся телекинетик и завозился, с кряхтением выпрямляясь. – Тут свои скорее запина…

Носок тяжёлого армейского ботинка встретил лишь пустоту: Бледный Ангел с хлопком исчез, увлекаемый за шиворот Хопом. Телепортер быстро вернулся и по одному распределил всех остальных.

Голубке как самой лучшей в отряде летунье и дистанционному бойцу закономерно достался «насест» – плоская крыша самой высокой из сохранившихся башен. Тут уже успели побывать техники инженерных войск, установив стойку с антеннами и оптический прибор на трёхметровой мачте. Места, чтобы отдыхать, скучать или наблюдать осталось предостаточно. А ещё – опять вернуться мыслями к этой ненавистной – р-р-р-р!!! – Зиме!

* * *

Гвен начала западать на здоровяка Вика ещё до того, как «смертельное шоу» «Металюция» превратилось в кровавый кошмар с настоящими саваранами в качестве загонщиков. Наверное, когда этот увалень легко и просто разделался с её бывшим парнем, причём, выставив именно его виноватым, а её – несчастной жертвой. Тогда она об этом не задумалась, но это ведь явно выдавало его возраст. Больший, чем он заявил в анкете.

Дальше – больше. Само выживание в невадской пустыне, схватки с демонами, захват и пытки представителей федеральных властей США, а потом и вовсе бегство во Всемир. Всё это время Виктор, как идеал настоящего мужчины, был рядом. Защищал, помогал, наставлял. Помог стать намного сильнее, в конце концов! И после всего ещё и вытащил из Всемира, как обещал! Ну как могло чистое девичье сердце устоять?

Даже напрочь отбитые Серцеедки стойку на её мужчину сделали. Только вот поздно спохватились! Голубка им всё спокойно объяснила (даже током бить не пришлось, ха-ха!). Оставалось только объясниться с самим мужчиной, что она собиралась сделать по возвращению на Землю.

Но тут вылезла эта чертова коммунистическая стерва! Ну кто мог знать, что дома Вика ждёт подружка, да ещё такая красивая?!

Надо отдать должное русским: их не посадили под замок, не заставили чувствовать себя пленниками. Однако то, как проклятая «Мать Зимы» крутилась вокруг её парня, заставляло забыть о гостеприимстве принимающей стороны.

То, что двух русских сверхов связывает нечто большее, чем служба – мисс Баррет поняла сразу. Ходячий холодильник буквально не отходила от её мужчины! Ещё чуть позже выяснилось, что у русской какой-то высокий военный чин, позволяющий командовать всеми окружающими – правда, кроме Виктора. И все, и Вик в том числе, радостно бросаются выполнять всё, что ледяная стерва скажет! Как вообще так вышло?!