Читать онлайн Экономика города: учебное пособие бесплатно

Экономика города: учебное пособие

Рекомендовано УМО по образованию в области менеджмента в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению 080500 «Менеджмент»

Рецензенты:

Е.М. Штейн, заведующая кафедрой экономики промышленности строительных материалов и конструкций ГОУ ВПО «Московский институт коммунального хозяйства и строительства», д-р экон. наук, проф.,

И.М. Потравный, проф. РЭА им. Г.В. Плеханова, д-р экон. наук

Город – это хорошо обоснованная концепция. Факты, говорящие, что не все ее аспекты работают хорошо, не означают, что имеются какие-то фундаментальные ошибки в самой концепции. Более вероятно, что некоторые другие аспекты – цивилизация или человеческий фактор – влияют на ее реализацию. Однако будущее, основанное на всесторонне обоснованной концепции, позволяет нам надеяться на хорошие перспективы.

Еще не поздно изменить те положения, которые работают недостаточно эффективно в городах. Для этого необходимы быстрые практические действия, а не фаталистическое ожидание или консервативный подход к решению вопросов. Города имеют инерцию движения в своем развитии, но тем не менее ими можно управлять в нужных приоритетных направлениях.

До сих пор у нас не было достаточной информации относительно развития городов. В нашем распоряжении, однако, есть опыт 7000 лет в области управления городским хозяйством. За это время накоплены большие знания. Дополнительно к этому мы имеем теперь беспрецедентный доступ к методологиям и технологиям для управления знаниями.

Планирование, проектирование городов, управление и руководство ими должно стать искусством XXI века.

Душко Богунович, профессор программы архитектуры пейзажа Института технологии Новой Зеландии

Введение

Человечество неравномерно распределено по земному пространству. Из 149 млн км2 земной суши заселено и освоено (по-разному, разумеется) около 133 млн км2. Около половины обжитой площади заселено с плотностью менее 5 млн на 1 км2. Неравномерность в размещении населения усугубляется его концентрацией в городах.

Наиболее высока плотность населения в Восточном и Южном Китае, на Индо-Гангской низменности, Японских островах, в оазисах Средней Азии, большей части стран Европы, районе Великих озер Северной Америки. Одни из самых густонаселенных районов планеты – острова Ява и Бали. Плотность деревенского населения на них – около 800 человек на 1 км2, а вокруг Джакарты – 12 500 человек на 1 км2. Для сравнения: плотность населения наиболее густонаселенной в России Московской области вместе с самой Москвой – всего 325 человек на 1 км2.

Половина человечества живет не далее 200 км от моря, от 200 до 500 км – 23,5 %, от 500 – 1000 км – 18 %, а далее – всего 8,5 % мирового населения. Наибольшее число внутриконтинентальных жителей собирает Африка, в которой 36,3 % населения живет далее чем 500 км от моря (в Азии – 30,8 %).

На равнинах ниже 500 м над уровнем моря живет 83 % мирового населения. Высотную ступень от 500 до 1000 м населяет 11 % человечества, а выше 1000 м – лишь 6 %. Наиболее велико число высокогорных (от 3600 до 5300 м) жителей в Андах – 8 млн. На этих высотах проживает более 3/4 населения Боливии. Еще 2 млн жителей заселили выше 3600 м Тибет, Ладакх, Памир и Эфиопское нагорье.

На Южное полушарие приходится всего 10 % мирового населения. Около 60 % населения планеты сосредоточила Азия. Австралию с Океанией населяют только 0,5 % человечества. Обширные субарктические и арктические пространства (зоны тундры, лесотундры и северных редколесий) насчитывают менее 0,1 % землян (около 5 млн человек). Постоянные населенные пункты полностью отсутствуют к северу от 78 °CШ и к югу от 54° ЮШ.

В развитых странах первое место по числу занятых составляют рабочие, служащие, работники умственного труда. Здесь велика доля занятых в сфере услуг, но это в основном не мелкая торговля, а крупная коммерция, пассажирский транспорт, коммунально-бытовые услуги, банковское дело. В Великобритании, Германии, Франции, Швеции в сфере услуг работает 40 % экономически активного населения, в США – более 50 %. В странах третьего мира наиболее многочисленную часть работающего населения составляют крестьяне. На втором месте в связи с распространением мелкой торговли – работающие в сфере услуг. В Латинской Америке доля занятых в этой сфере даже вышла на первое место.

В конце XVIII в. англичанин Томас Мальтус опубликовал книгу «Опыт о законе народонаселения», в которой доказывал, что население Земли возрастает в геометрической прогрессии, а средства к его существованию (прежде всего продукты питания) растут в арифметической прогрессии. Это значит, что рост продуктов питания все более отстает от роста численности человечества. Мальтус призывал к ограничению безудержного роста населения и тем самым заложил основы демографической политики. В советской литературе теория Мальтуса осуждалась. Действительно, в начале второй половины XX в. население в СССР ежегодно возрастало на 1,5 %, или на 3 млн человек. В то же время промышленная продукция увеличивалась на 12 % в год, а производство зерна – на 4–5 %.

По данным ООН, при удовлетворении запросов, соответствующих современному западному обществу, сырья и энергии хватит только на 1 млрд человек, как раз на население США, Западной Европы и Японии. Поэтому эти страны стали называть «золотым миллиардом». Все вместе они потребляют более половины энергии, 70 % металлов, создают 3/4 общей массы отходов, из них: США потребляют около 40 % мировых природных ресурсов, выделяя свыше 60 % всех загрязнений. Значительная доля отходов остается в странах, добывающих сырье для «золотого миллиарда». Остальное население Земли находится за бортом «золотого миллиарда».

Еще в середине XX в. подавляющее большинство людей планеты жило в условиях, близких к неолитическим. Они пользовались дровами, колодцами, туалетами во дворе, органическими удобрениями. Маленькие города преобладали над крупными, а основная часть населения жила в сельской местности, и даже на окраинах городов имелись огороды. Городских жителей от сельских отделяло одно поколение.

Россия еще недавно была сельской страной. Ее городское население составляло в предвоенном 1913 г. 17,6 % и почти не увеличилось к 1926 г. – 17,9 %. После коллективизации в 1939 г. в городах СССР проживало уже 33 % населения, к 1959 г. число городских жителей достигло 48 %, к 1970 г. – 56 %, а к моменту распада СССР – 66 % (в РСФСР – 74 %). Ныне городское население России составляет 73 %.

Урбанизация, подобно росту населения, резко ускорилась в последнее время. К 1965 г. большая часть населения всех индустриальных стран жила в городах. Около 100 городов мира к тому времени превысили миллионный рубеж. Из них в России – 13 городов. Значительная часть населения теперь приходится на долю крупнейших городов. В Москве сконцентрировано 6 % населения России, а вместе с областью – 12 %. В Токио и его окрестностях проживает 23 % от общей численности населения Японии. Такой же процент населения Южной Кореи живет в Сеуле. Еще большая концентрация населения в столицах латиноамериканских стран: в Мехико сосредоточено 28 % жителей Мексики, в Буэнос-Айресе – 32 % аргентинцев, в Монтевидео – 42 % уругвайцев.

Близко расположенные города, сливаясь или втягиваясь в орбиту более крупного города, образуют агломерации. Один город незаметно переходит в другой в Руре (Германия), в Верхнесилезском бассейне (Польша), в Донбассе. Десять почти слившихся урбанизированных районов Голландии (Роттердам, Амстердам, Гаага) образуют так называемый Рэндстед, где на 1/12 территории страны проживает 1/3 ее населения. К 2000 г. в мире образовалось 20 гигантских, слившихся скоплений агломераций и городов-мегалополисов. Примером может служить мегалополис Бостон-Вашингтон (Босваш) с населением около 40 млн человек. Он простирается вдоль Атлантического побережья США и включает в себя агломерации Нью-Йорка и Филадельфии. Токийский единый мегалополис с населением 30 млн жителей охватил Иокогаму и полностью занял все побережье Токийского залива. Другой японский мегалополис – Осака-Кобе-Киото насчитывает 16 млн человек. Остальные 17 мегалополисов находятся в странах третьего мира. Во главе этого списка – Мехико (к 2000 г. число его жителей составило 24,4 млн), за ним следуют Сан-Паулу (23,6 млн), Калькутта (16 млн), Бомбей (15,4 млн). Четырнадцатимиллионный Шанхай расширил свои границы за счет сельских районов до 6000 км2.

В центре Москвы плотность населения 16 тыс. человек на 1 км2, а в среднем плотность населения столицы 10 тыс. человек на 1 км2. Это меньше, чем в Токио (16 тыс. человек на 1 км2), и сравнимо с Нью-Йорком. Значительно более перенаселен Париж, где на 1 км2 приходится 32 тыс. жителей. В Лагосе и Джакарте плотность населения превышает 40 тыс. человек на 1 км2. Большинство этого скученного населения ютится в трущобах (бидонвили во франкоязычной Африке, фавел – в Бразилии, геджеконду – в Турции).

Все больше граждан устремляется жить в пригороды.

Пригородные трущобы потеснились, уступив место коттеджам. В США в пригородах живет уже около 60 % населения агломераций. Некоторый отток населения из городов в сельскую местность имеет место и в пореформенной России, но возник он больше в связи с трудностями проживания в городах для малообеспеченных граждан. Значительное распространение в России получила практика владения «вторым жильем» – дачей. В США на каждые 1000 жителей приходится только 13 дачных строений, в России эти цифры в десятки раз больше. Все большая часть сельского населения вокруг больших городов становится занятой не в сельском хозяйстве, а в обслуживании владельцев пригородных коттеджей. Изменилась и сельская жизнь. Само село стало жить по-городскому, в благоустроенных домах-квартирах.

Сегодня Россия занимает 12 % земной суши, где проживает 2,7 % населения земного шара. Современный россиянин, таким образом, в 4 раза богаче природно-территориальными ресурсами и жизненным пространством, чем среднестатистический житель планеты, а житель российского Севера в 100–200 раз в этом смысле богаче жителя Европы. Годовой баланс выделенного северной тайгой России кислорода составляет почти 13 млрд т. Никакие тропические леса, больше расходующие кислород на процесс гниения, чем производящие его, не сравнятся с северной тайгой. Ни у одной из стран мира не сохранились столь обширные площади незаселенной, а значит, еще не разрушенной природной среды, как у России. Глобальная роль России состоит в том, что она своего рода биосферный резерват земного шара. Цена жизненного пространства растет гораздо быстрее добываемого посредством его разрушения сырья.

На северо-восточных территориях России проживают лишь 10 млн человек – приблизительно 7 % всего населения, остальные 93 % – юго-восточнее. Одна пятая всего населения страны сосредоточена в Центральном экономическом районе, занимающем менее 3 % территории России. Но и здесь плотность населения (62 человека на 1 км2) почти вдвое ниже, чем в странах Европейского союза.

В начале XXI в. человечество оказалось перед лицом резко обострившихся проблем, получивших наименование глобальных, т. е. проблем общечеловеческого характера, оказывающих огромное влияние на социально-экономическое развитие мира.

Глава 1

Города-эпохи

1.1. История экономики города

Краткий очерк

Город, по определению, – это населенный пункт, жители которого заняты главным образом в промышленности и торговле, а также в сферах обслуживания, управлении, науки, культуры. Основными критериями отнесения населенного пункта к категории «город» служат: численность его населения и функции, которые он выполняет (одну или несколько – в различных сочетаниях): промышленного производства, организации хозяйства, культурно-политические и административные, функции организации отдыха и лечения. Город появился одновременно с цивилизацией.

Человечество все быстрее переселяется в города. По данным доклада ООН «Состояние городов мира в 2006–2007 гг.», к 2030 г. в городах будет проживать 5 млрд из 8,1 млрд жителей Земли. Опережающий рост городского населения – общемировая тенденция. В 2007 г., по данным ООН, оно впервые в истории превысило сельское: 3,3 млрд человек городского населения против 3,2 млрд сельского. С 1950 г. городское население увеличилось более чем вчетверо, тогда как население Земли в целом выросло за этот же период всего в 2,7 раза. Особенно быстро растут мегаполисы. В 1975 г. в мире насчитывалось всего три агломерации с населением свыше 10 млн человек – Токио, Нью-Йорк и Мехико. В 2005-м их было уже 20 (в том числе Москва). Мегаполисы по-прежнему являются экономическими центрами своих стран. Например, датский Копенгаген дает почти половину ВВП страны, Лондон, Вена и Токио – по 28–34 %[1]. Самый густонаселенный город мира – Мумбай (бывший Бомбей, Индия): 12,8 млн человек, живущих на территории 440 км2 (29 042 человека на 1 км2). Если же включать пригороды, то самым многолюдным городом окажется Токио – 35,2 млн человек на 13 500 км2. Согласно Гавайскому государственному уложению, принятому в 1907 г., город и округ Гонолулу являются единым и неделимым муниципальным образованием. Округ включает в себя не только остаток территории главного острова Оаху, но и все остальные северо-западные острова Гавайев, растянувшиеся по Тихому океану на 2400 км. Таким образом, Гонолулу занимает самую крупную по сравнению с остальными мегаполисами территорию – 5509 км2 – и это при том, что население его составляет всего 876 156 человек.

Город как социально-экономическое целое зародился на базе развитых производительных сил общества. У большинства племен, населявших Европу, Азию, Африку и Центральную Америку, возникновение городов относится к периоду разложения первобытно-общинного строя и утверждения рабовладельческого способа производства.

Самое наличие города в этот период указывало на достаточно развитое разделение труда и обособление сельского хозяйства от ремесленного производства и торговли[2].

Характеризуя общечеловеческую культуру, Маркс и Энгельс отмечают резко выраженные противоположности между городом и деревней: «Город уже представляет собой факт концентрации поселения, орудий производства, капитала… между тем как в деревне наблюдается диаметрально противоположный факт – изолированность и разобщенность»[3].

В то же время необходимым условием развития города является способность сельского хозяйства страны производить избыток продовольственных и технических культур. По словам современных американских экономистов Макконнелла Кэмпбелла Р. и Брю Стэнли Л., «если растущая эффективность агросектора “вытолкнула” рабочую силу из сельского хозяйства, то экономия, обусловленная агломерацией, напротив, “потянула” население и промышленность в поселки, малые и большие города»[4].

Что же такое экономика города, обусловленная агломерацией? Довольно точный ответ на этот вопрос найдем, как ни странно, в античном мире.

Стройный красавец богатырского роста архитектор Динократ решил сделать карьеру вблизи божественного Александра. Отправляясь в Македонию к царю, он взял от родных и друзей рекомендательные письма к вельможам и военачальникам. Приняли его любезно, обещали устроить прием у царя, но медлили. Считая, что ему «морочат голову», Динократ решил действовать сам. Скинув с себя одежду, он умастил тело маслом, голову увенчал листвой тополя, перекинул через плечо львиную шкуру и в таком живописном виде, с палицей в правой руке предстал перед Александром Македонским в тот миг, когда тот творил суд в трибунале.

Удивленный Александр Македонский спросил, кто он такой. «Я Динократ, – последовал ответ, – я архитектор из Македонии, я несу тебе на твое благовоззрение проекты и планы, достойные блеска твоей славы. Я спроектировал преобразовать гору Афон в статую, гигантскую мужскую фигуру: на ее левой длани я наметил постройку грандиознейшего города, а на правой – установку чаши, для стока воды всех рек, текущих на той горе, с таким расчетом, чтобы из этой чаши вся вода изливалась в море».

Александра Македонского восхитила идея проекта. Но он тут же спросил, есть ли вокруг выбранной местности пахотные земли в достаточном количестве для обеспечения городского населения продовольствием? Динократ предполагал обеспечивать город продовольствием исключительно путем подвоза его из-за моря. Узнав это, полководец преподал архитектору урок экономики, когда город не может существовать без поступления сельских продуктов. «Динократ, – сказал он, – я отдаю должное твоему проекту в части его великолепной композиции и восхищаюсь ею, но я вижу, что тот, кто решил бы селить людей на такого рода месте, заслужил бы неминуемые упреки за свое решение. Ведь все равно как новорожденный младенец без молока кормилицы не может быть вскормлен и выращен до следующих в жизни возрастных ступеней, так и город без прилегающих полей и непрерывного к нему притока из злаков не может расти, не может без изобилия средств питания отличаться многолюдством и без наличия источников из запаса содержать население. Поэтому в такой мере, как я одобряю проект сам по себе, в такой же мере неодобрительно отношусь к выбору места».

Города возникают на той исторической ступени, когда в обществе происходят процессы общественного разделения труда в социальной дифференциации и в связи с этим из основной массы населения, занятой однородным сельскохозяйственным трудом, выделяются другие социальные группировки, концентрация которых в определенных населенных пунктах и приводит к образованию поселений городского типа (некоторые историки обозначают это важное историческое событие термином «городская революция»).

Археологические раскопки показывают, что уже в VII–IV тысячелетиях до н. э. образовались сравнительно крупные поселения оседлых земледельцев с компактно расположенными жилищами из глины или сырцового кирпича (Чатал-Хююк в Малой Азии, Иерихон в Палестине, Анау, Намазга-Тепе в Средней Азии и др.).

Наибольших размеров достигали обычно города, бывшие крупными административно-политическими и религиозными центрами.

В связи с развитием ремесла и обмена все большую роль начинает играть ремесленно-торговое население. В начальный период истории Древнего мира (IV–II тысячелетия до н. э.) местом образования важнейших городских центров были наиболее развитые тогда речные цивилизации междуречья Тигра и Евфрата и долины Нила, а несколько позже также долины Инда, где благодаря специфическим особенностям экономики, основанной на ирригационном земледелии, сложились определенные благоприятные условия для раннего развития классового общества и городов – шумерские города Ур, Лагаш, Ниппур, затем Аккад, Ашшур, Вавилон – в Месопотамии, Мемфис, Фивы – в Египте, Мохенджо-Даро и Хараппа – в бассейне Инда.

Уже в III тысячелетии до н. э. Месопотамия была многолюдной страной со многими городами, лежащими на большом расстоянии один от другого. Города были различны по величине, но в шумерской и аккадской терминологии их размеры не различались. Даже городская стена не всегда подчеркивала величину города, впрочем, она была необязательна. Самым крупным городом в Халдейский период был Вавилон площадью 2500 акров. Аристотель приводит рассказ о поразительных размерах Вавилона: «…уже три дня прошло, как Вавилон взят, а часть жителей города ничего еще об этом не знала»[5].

В начале III тысячелетия до н. э. на территории города-государства Лагаш существовало, помимо «столицы», несколько небольших процветающих городов, возникших возле того или иного храма[6]. В основной массе жители Лагаша были земледельцами и скотоводами, лодочниками и рыбаками, торговцами и ремесленниками. Экономика этого древнего города-государства носила необычный для своего времени смешанный характер: она была частично «обобществленной» и «планируемой», частично – «свободной». Вся земля в принципе принадлежала храму бога города, который распоряжался этой землей от имени всех горожан. Но в действительности, если служители храма и владели значительными земельными наделами, которые они сдавали в аренду издольщикам, большая часть земли все же принадлежала частным лицам. Даже бедные граждане владели участками земли, садами, домами и скотом. Однако из-за жаркого засушливого климата управление системой орошения и водоснабжения, от которого зависели жизнь и благосостояние всего города-государства, неизбежно должно было осуществляться на общественных началах.

Тем не менее экономика города была относительно свободной и ничем не регулируемой. Богатство и нищета, успех или разорение в какой-то мере зависели от предприимчивости и энергии каждого жителя. Наиболее трудолюбивые ремесленники продавали свои изделия на свободном рынке города. Купцы-посредники вели активную торговлю по суше и по морю с соседними государствами. Вполне возможно, пишет американский профессор Крамер, что среди них, помимо представителей храма, были частные лица. Граждане Лагаша оберегали свои права и встречали с недоверием любые действия властей, которые могли ущемить их экономические интересы или личную свободу, ибо эти исконные права составляли основу их жизни.

Однако жестокие войны, возникающие время от времени по разным причинам (чаще, как это случалось и позже, – из-за честолюбивых амбиций правителей), приводили к установлению запредельно высоких налогов. Во время одной из войн, захватив в свои руки бразды правления, члены дворцовой клики не желали отказаться от них и в мирное время, так как это давало им неисчислимые административные и экономические преимущества. Постепенно отчисления в казну, налоги, сборы, пошлины и обложения достигли в Лагаше невиданных размеров.

Неизвестный «историк», живший в Лагаше четыре с половиной тысячи лет назад, рассказывает о событиях, свидетелем которых ему пришлось стать[7].

По его рассказу, смотритель над лодочниками захватывал лодки. Смотритель над скотом захватывал крупный скот. Смотритель над рыбными угодьями захватывал рыбу. Когда житель Лагаша приводил во дворец овцу для стрижки, он должен был платить пять шекелей[8](если овца была белой)… По всей стране, от края до края, «всюду были сборщики налогов». И только с приходом к власти нового правителя Урукагина «не осталось ни одного сборщика налогов». Сохранились глиняные таблички, на которых рассказчик поясняет: дом простого человека был рядом с домом «большого человека». «Большой человек» сказал ему: «Я хочу купить твой дом». Если простой человек скажет: «Заплати мне ту цену, которую я считаю справедливой», и если он («большой человек») не купит дом, этот «большой человек» не должен «вымещать зло» на простом человеке[9].

Археологические раскопки подтверждают быстрый рост городов на Востоке. Известно также, что против чрезмерности роста городов еще во времена царя Давида яростно боролись консерваторы-яхвисты. Проблема размеров городов была связана с огромным количеством факторов и имела существенное значение для управления и экономики.

На протяжении пятнадцати столетий Вавилон оставался экономическим, политическим и культурным центром Древнего Востока. Вавилоняне и ассирийцы (а не европейцы в XVIII и XIX вв.) первыми стали строить города с прямыми улицами, пересекавшимися под прямым углом. Раскопки в районе озера Ван обнаружили город, построенный по единому плану. Город имел квадратную планировку, каждая улица была шириной 5 м и только главная несколько шире – 7 м. Исследователями установлено, что все дома строились одновременно и имели стандартные размеры.

Оба эти фактора – одновременность возведения и стандартные размеры домов – могут быть расценены как четкая и рациональная организация экономики и строительства, хотя историки и не располагают цифровыми данными, подтверждающими эту версию.

По свидетельству древнегреческого историка Геродота, в Вавилоне были дома в три и даже четыре этажа. Основным же типом жилого дома, известного нам по рельефам, был одноэтажный оштукатуренный дом из сырцового кирпича с дверью и узкими бойницами вместо окон. В таком доме было до 5—10 комнат – в зависимости от благосостояния хозяев.

Экономика Древнего Египта в основном базировалась на земледелии. Главными культурами были ячмень и эммер (разновидность пшеницы). Самыми распространенными плодовыми деревьями были финиковая пальма, инжир и гранат. Из овощей были известны чеснок, лук-порей, огурцы. Основой жизни был хлеб, а любимыми напитками – пиво и виноградное вино. Домашних животных (овец и коз) разводили в большом количестве как для пропитания, так и для выделки кож. Скот играл столь важную роль в экономике, что первые фараоны исчисляли время своего правления по производившимся каждые два года переписям стад. Добыча меди в большом количестве на синайских рудниках стала процветающей отраслью древнеегипетского хозяйства. Золото и в меньшем количестве серебро египтяне получали из юго-восточной пустыни и Нубии. Своего железа Египет не знал, и оно почти не применялось в производстве и обиходе. Грузы разнообразных иноземных товаров доставлялись в Египет из Западной Азии, с Кипра, Крита, из верховьев Нила и с восточного побережья Африки. Специальные экспедиции отправляли к берегам современного Сомали для покупки предметов роскоши и благовоний (ладана, мирры и др.), необходимых для богослужений. На шахтах и рудниках работали в основном пленные иноземцы. На этих и других общественных работах, требовавших приложения больших физических сил, нередко использовались подразделения египетских войск. Вероятно, существовало и рабство, но о положении и правах рабов сохранилось мало сведений.

Профессор А.В. Бунин классифицирует древние египетские города по их ведущему направлению: 1) столицы; 2) храмовые города; 3) торговые города; 4) стратегические укрепленные пункты. Наряду с городами в Египте получили развитие своеобразные населенные пункты, предназначенные для строителей пирамид, ирригационных сооружений, крупных дворцовых и храмовых комплексов.

Вопросы экономики древнеегипетского города решались в условиях чрезмерных затрат физического труда и финансов. Рабочая сила была дешева и неограниченна, но материальные и финансовые затраты были настолько велики, что приходилось изобретать способы их снижения. В Египет, бедный лесом, дорогостоящая древесина ввозилась из далекого Ливана и даже Греции. Поэтому старались употреблять ее только в самых необходимых случаях – для столярных изделий, перекрытий и столбов. Дерево нужно было экономить, а потребность в нем увеличивалась. Когда это было возможно, на изготовление ворот-дверей, дверных и оконных рам, потолочных балок и т. п. шла местная акация-сикомора, не столь прочная, но более дешевая. Применяли также стволы пальм и даже связки из тростника и камыша, которые разнообразно сочетались с конструкциями из кирпича-сырца.

В Египте трудно было найти более дешевый и простой строительный материал, чем почва, состоявшая из наносных лессовых пород, смешанных с глиной. Поэтому жилые дома египтян строили из сырцового кирпича. Стены и колонны храмов сооружались из необработанного камня.

Для экономики египетского города характерно многовековое сохранение традиций. Это проявляется и в строительстве: материалах, в типах сооружений, методах строительства. Говоря о египетском храме, историк Х.А. Кинк отмечает, что во времена Нового царства выдерживался единый план строительства. В сложившихся планировочных решениях храмов добивались экономии строительных материалов и трудовых затрат[10].

В египетском строительстве поражает не только сам результат, но и тот факт, что возведение грандиозных пирамид и храмов было тщательно организовано и к вопросам экономики строительства относились без пренебрежения.

Рост экспортной торговли и строительство дворцов и храмов в эпоху Нового царства сделали ремесленников самой значительной социальной группой. Наряду с ремесленниками, объединенными в своеобразные корпорации – «са», в городах Египта находились крупные и средние землевладельцы, бюрократический аппарат, жрецы, наемные войска, работники аппарата торговли с другими странами.

Французский историк архитектуры Огюст Шаузи отмечает: «Вынужденные экономно расходовать дорогое дерево, египтяне возводили остов здания из кирпича, а деревом, в виде мелких брусков и тонких досок, заполняли лишь пролеты»[11].

При сооружении монументальных построек значительная часть трудовых, материальных и финансовых затрат связана со вспомогательными работами. По словам Геродота, для доставки блоков на строительство Великой пирамиды была сооружена специальная дорога, строившаяся 10 лет, вдвое меньше, чем сама пирамида[12]. Огромные усилия, затраченные на сооружение дороги, были оправданны.

Египетские сооружения требовали не только огромных трудовых затрат, но и стоили больших денег. По утверждению Геродота, даже на пирамиду сравнительно малого размера были израсходованы бесчисленные тысячи талантов[13]. О расходах, которых требовали отдельные сооружения, мы знаем из следующего свидетельства Геродота: «Цари эти пожелали оставить по себе общий памятник, ради чего сооружали лабиринт выше Миридского озера, подле так называемого Города крокодилов. Я видел его и нашел, что он выше всего описанного. Действительно, если бы собрать вместе эллинские укрепления и другие сооружения, то оказалось бы, что они стоили меньше труда и денег, нежели лабиринт, хотя в Эфесе и на Сааме есть замечательные храмы». (Показательно, что Геродот акцентирует внимание на затратах труда и денег.)

Грандиозные египетские сооружения возводились медленно и долго. Располагая рабочей силой в неограниченном количестве, фараоны строили обстоятельно, и строительство длилось десятилетиями.

В I тысячелетии до н. э. значительно расширилась область распространения классовых обществ, в городах произошли важные социально-экономические сдвиги. На этой стадии развития началось широкое применение железа, поэтому города этой эпохи иногда называют городами железного века. В это время образовались крупные по масштабам Древнего мира города в Китае (города появились здесь в бассейне Хуанхэ еще во II тысячелетии). Образуются новые и старые города в Передней Азии (Вавилон, ставший крупнейшим городом середины I тысячелетия, Ниневия в Ассирии, Иерусалим, города Финикии Тир и Сидон, ведшие обширную торговлю на Средиземном море и основавшие на его побережье колонии, в том числе Карфаген в Северной Африке).

В середине I тысячелетия до н. э. складываются античные города-государства (полисы), состоявшие из самого города и прилегающих к нему территорий, средоточие общественной жизни. В античных городах Греции находились храмы, различные общественные здания и сооружения (стадионы, театры, термы, рынок), портовые сооружения, дома купцов, ремесленников и т. д. Вся античная цивилизация носила ярко выраженный городской характер. Экономические ресурсы всей Греции сосредоточились в Афинах, сюда стали стекаться лучшие творческие силы. В античность город считался олицетворением цивилизации, поскольку предоставлял максимум возможностей для всестороннего развития способностей человека.

Переход к классовому обществу способствовал развитию производительных сил. В VII–VI веках до н. э. стали применяться сложные орудия – ручной жернов для размола зерна, рычажный пресс для выработки вина и оливкового масла. Распространяется литье металла, появились плавильные печи, приспособления для механической обработки металла. В строительстве стал широко употребляться камень (известняк, гранит, мрамор), для перевозки и подъема каменных плит применяли прямоугольные рамы и наклонную плоскость, распиловка твердых пород производилась особыми пилами.

В Афинах, являвшихся крупным ремесленным центром, основная масса рабов использовалась в промышленном производстве. Широкое распространение получили рабовладельческие ремесленные мастерские – эргастерии. Преобладали мастерские с 10–12 рабами, но встречались эргастерии, имевшие несколько десятков рабов. Эргастерии приносили большой доход, не меньший, чем морская торговля, считавшаяся наиболее прибыльной отраслью.

В середине V в. до н. э. Афины стали политическим и экономическим центром всей Греции, превратились в торговый город мирового значения. Афинский порт Пирей господствовал в торговле всего Средиземноморья. Огромные обороты пирейского порта приносили большой доход государству. Через Пирей экспортировалась продукция греческих полисов – вина, оливковое масло, металлы и разнообразные ремесленные изделия. Афины особенно славились своим керамическим производством, гончарные изделия этого города выделялись совершенством формы и отделки. В Пирей прибывали товары из многих стран: железо и медь из Италии, хлеб из Сицилии и Причерноморья, слоновая кость из Африки, пряности и предметы роскоши из стран Востока. Особенно важное значение имел для Афин ввоз хлеба, так как зерновое производство Аттики не обеспечивало потребностей возраставшего городского населения. Хлебная торговля находилась под контролем государства. Крупной статьей импорта были рабы. Для греческих полисов главным средством пополнения рабочей силы служила работорговля. Крупнейшим невольничьим рынком стали Афины.

Наряду с торговлей развивалось ростовщичество, которым занимались владельцы меняльных лавок – трапезиты. Трапезиты осуществляли также переводные операции и брали деньги на хранение. Крупные ростовщические операции вели храмы.

Афины стали также и основным торговым центром: в торговых лавках и на базарах крестьяне продавали вино, овощи, растительное масло, древесный уголь и покупали привозной хлеб, рыбу и другие продукты. В Афинах велась торговля с колониями и странами Востока: из Египта привозили зерно, льняные ткани, из Карфагена – ковры, из Африки – слоновую кость, из Причерноморья – зерно, скот, мед, воск и кожи. Чаще всего эти товары сразу же перепродавались в другие города. В V–IV вв. до н. э. общий валовой оборот только в Пирее, главной гавани в Афинах, достигал примерно 2 тыс. талантов. Для тех времен это была огромная сумма (серебряный греческий талант весил около 26 кг). Значительно росло денежное обращение, увеличилось число кредитных и ростовщических операций. Развивался и валютный обмен благодаря чеканке монет в каждом полисе Древней Греции.

При сравнении с другими цивилизациями товарно-денежные отношения, благополучно формировавшиеся в Греции, были необычны для того времени. Ученые считают, что уже в древности в Средиземноморье появилась своеобразная модель экономики, из которой позднее стал формироваться европейский капитализм. Хозяйство в Древней Греции носило натуральный характер. Натуральное хозяйство – хозяйство, удовлетворяющее свои потребности исключительно за счет собственного производства, т. е. продукты труда предназначаются для внутреннего потребления, а не для продажи на рынке. В результате натурального хозяйства товарно-денежные отношения развивались по-разному – в одних полисах были развиты сильнее, а в других – слабее. В полисах были заложены основы древней демократии (власти народа) и товарно-денежных отношений.

Для V в. до н. э. было характерно не столько строительство новых городов, сколько восстановление старых, поврежденных или разрушенных персами. Однако, восстанавливая такие города, как Пирей или Милет, греки не повторяли старых, нерегулярных градостроительных приемов. В это время греки начинают применять новую регулярную планировочную систему. Планировку Фурий, Милета и Пирея связывают с именем Гипподама, которому Аристотель приписывает авторство в своеобразном проекте идеального политического строя[14].

В V–III вв. до н. э. получило значительное развитие ремесленное производство в крупнейших городах материковой и колониальной Греции. Большинство ремесленного населения было занято выделкой керамики, оружия, тканей и ювелирных изделий. В V в. до н. э. уже существовали ремесленные мастерские, в которых работали преимущественно рабы. Так, например, в афинской мастерской, принадлежащей Лисию, работало около 100 рабов, а в кожевенной и мебельной мастерских, принадлежащих отцу знаменитого оратора Демосфена, было занято 55 рабов. Наряду с рабами в ремесленном производстве работали и свободные люди, выполнявшие главным образом государственные строительные заказы. Все они населяли ремесленные районы, находящиеся либо вблизи рынков, либо у городских окраин, например, большой район гончарного производства в Афинах, известный под названием «керамика». Широкое развитие международной торговли превратило торговцев в одну из наиболее влиятельных социальных групп. В крупнейших торговых городах (Милет, Пирей) существовали специальные торговые кварталы, располагавшиеся близ рыночных агор, пристаней и складов.

В крупных греческих городах (Афины, Коринф, Эфес, Милет, Пирей) в V–III вв. до н. э. было по 100 тыс. жителей. Население Агригента и Сиракуз обычно исчисляется от 100 до 200 тыс. человек, а население Александрии, Антиохии и Селевкии на Тигре определяется в 300, 400 и даже 500 тыс. жителей. В эллинистический период Афины занимали территорию 220 га, и, следовательно, при населении 100 тыс. жителей средняя плотность составляла 450 человек/га. Еще более высокая плотность была в Пирее (около 600 человек/га), Александрии (около 700 человек/га) и Милете, где при территории 100 га плотность составляла до 1000 человек/га [15].

Сопоставление этих цифр с плотностью современных больших городов позволяет предположить, что сведения о численности населения одноэтажных греческих городов с многочисленными внутренними дворами-перистилями и размеры акрополей и агор преувеличены по крайней мере в 2 раза[16].

Греки тщательно подбирали наиболее удобное место для города, чтобы при минимальных затратах труда и строительных материалов достигнуть наилучших результатов. Наряду с удобными гаванями они искали благоприятные микроклиматические условия. Города должны были быть защищены от северных ветров горами и подняты над заболоченной территорией. Для строительства города греки выбирали относительно ровное место, с каменистым участком и пологими склонами, так как в этих случаях отпадала необходимость в мощении улиц и площадей, территория города освобождалась от ливневых вод естественным путем.

В греческих городах торговля производилась на специальных рыночных агорах, возникавших среди рядовых городских кварталов. Вплоть до V в. н. э. архитекторы не строили специальных площадей. Тем не менее площади возникали, так как перед главными храмами нужно было оставлять свободную территорию, предназначенную для религиозных и гражданских собраний. В Афинах архитектор Писистрат начал строительство площади общественного назначения, но и эта площадь не получила упорядоченного плана. Много лет спустя, когда после нашествия персов Кимон дал распоряжение обсадить эту площадь платанами, была сделана первая попытка придать афинской агоре архитектурно организованные формы.

Кульминацией расцвета древнегреческого города Афины были 40-е и 30-е годы V в. до н. э. Со своим 200-тысячным населением это был по тому времени большой город, насчитывавший более 10 тыс. домов. В 40-е годы во главе афинской демократии встал Перикл – выдающийся политический деятель, покровитель наук и искусств. Используя выгодное политическое положение Афин, фактически подчинивших себе греческие государства, Перикл объединил в своих руках громадные материальные ресурсы, а строительство, например, Афинского акрополя объявил общегородским делом.

Перикл придавал строительству исключительно большое значение, с его помощью решая социально-экономические задачи. В городах оседали свободные от войн молодые и здоровые мужчины. Перикл не хотел, чтобы эти люди оставались без государственной поддержки, но в то же время он считал нежелательным, чтобы они получали деньги, ничего не делая и проводя время в праздности. Поэтому он поспешно вносил один за другим в народное собрание проекты больших сооружений. Представленные им планы требовали применения труда самых различных ремесленников и притом в течение длительного времени.

Древняя Греция – страна с развитой городской культурой. Представления о наиболее приемлемых размерах поселений описаны в «Политике» и «Законах» Платона, с которыми в своей «Политике» полемизирует Аристотель, предлагая наиболее приемлемую, по его мнению, численность городского населения, критерии выбора подходящей территории и способы ее благоустройства, а также виды общественных зданий и их наиболее благоприятное расположение на территории города.

Из этой книги Аристотеля известен древнегреческий градостроитель Гипподам Милетский, предлагающий, например, шахматный прямоугольный план города, чем предугадал «идеальные» прямоугольные города эпохи Возрождения, классицизма, промышленные центры XIX в. и многие города XX в. Однако с прямоугольным планом города не очень соглашался Аристофан, который в своей комедии «Птицы» говорит о радиальном расположении улиц, сходящихся к центральной площади.

Свое представление об «идеальном» городе, правильно ориентированном по сторонам света и построенном с учетом природных условий, высказывает также древнегреческий врач Гиппократ.

Все строительные рабочие делились на квалифицированных и неквалифицированных. К первым относились плотники, скульпторы, медники, каменщики, золотых дел мастера, размягчители слоновой кости, живописцы, эмалировщики, чеканщики. Представители этих профессий имели дело с материалом, требующим обучения, навыка, квалификации. Кроме них, в строительстве участвовали вспомогательные работники, в первую очередь те, кто обеспечивал транспортировку строительных материалов по морю и по суше. В доставке материалов участвовали купцы, мореходы, кормчие, каретники, извозчики. В строительстве принимали участие также канатчики, кожевники, шахтеры, дорожные рабочие. При этом работы производились так, что каждый из квалифицированных руководителей работ имел под своим началом целую армию неквалифицированных наемных чернорабочих из простого народа.

Наиболее точные сведения о внутреннем устройстве и работе греческих «строительных организаций» известны из договоров и отчетов о расходах материалов и денег. Из текстов договоров также вытекает, что, как правило, материалы доставлялись государством: большие работы отдавались на подряд; штукатурные работы, работы по обтеске и скульптурные работы выполнялись то сдельно, то поденно.

Рассмотрев полученную от архитектора «рабочую документацию», администрация стройки сдавала на торгах подряды на все части строительства. После этого между «строительной комиссией» и подрядчиком заключался договор, в котором фиксировались условия сдаваемого строительного заказа, сроки его выполнения.

Когда дело касалось регулирования расходов, то нередко возникали споры. Платежеспособность поручителя была главной гарантией, но государство обеспечивало себя, кроме того, и более непосредственной мерой, применяя вычет в размере одной десятой из каждой выплаты. Желая предупредить споры, укрепить дисциплину на стройке, на камнях делали отметки о месте их происхождения.

Строительные работы велись по системе подрядов, широко распространенной в Греции. Организация подрядов находилась в руках строительных комиссий. При этом основную работу по подготовке подрядной документации производил архитектор. Он же распределял участки работы, которые подрядчики могли вести независимо друг от друга. Для этого архитектор выписывал из строительной программы соответствующий раздел, дополняя его необходимыми цифрами, а также «рекомендациями» о способах кладки, инструментах, материале и сырье.

В Древней Греции существовали специальные законы, относящиеся к экономике строительства. Так, в Эфесе существовал жестокий, но не лишенный справедливости закон. По этому закону архитектор, принимая подряд на какое-либо общественное сооружение, обязан был объявить, в какую сумму это обойдется. Одновременно с передачей заказчику сметы архитектор передавал свое имущество в залог правительственной власти на все время, пока не будет закончена стройка. От точности расчетов и умелого распределения затрат зависели престиж архитектора, число и характер будущих заказов. Если по завершении строительства расход оказывался точно соответствующим сделанной ранее заявке, архитектор получал в виде отличия почетные декреты и награды. Закон предусматривал варианты отклонения от сметной стоимости. Если к смете требуется добавление не более четвертой части стоимости сооружения, то эта четверть возмещается за общественный счет, и архитектор не несет никакой денежной ответственности. В случае если на сооружение израсходовано более четверти сверх заявленной сметы расходов, то перерасход на завершение сооружения взимается с имущества архитектора. В пору широкого размаха строительства это имело большое значение. Не умея строить один дом, отмечал Сократ, как можно браться за десять тысяч.

Необыкновенного расцвета в первые века нашей эры достиг Рим. Город стал настоящей столицей мира, политическим и культурным центром огромной империи. Именно от этого времени идет пословица «Все дороги ведут в Рим». Судя по количеству потреблявшейся воды, а также по вместимости цирков, амфитеатров и других общественных сооружений, население самого Рима составляло примерно 1,5 млн человек. Это был очень большой город. Другие римские города также были крупнее многих греческих городов классического и эллинистического периодов, но достигали, как правило, 25–30 тыс. жителей.

По оценкам некоторых историков, в ранний период Римской империи Апеннинский полуостров был урбанизирован на 30 %. Для сравнения: в 1700 г. уровень урбанизации в Бельгии составлял 22 %, в Нидерландах – 39 %, в Италии и Испании – около 20 %, в Англии – 10 %. Используя данный показатель урбанизации, Питер Темин пришел к выводу, что показатель валового внутреннего продукта на душу населения в Италии римской эпохи был близок к аналогичному показателю в Нидерландах, Испании и Италии 1700 г., т. е. к положению, существовавшему всего за столетие до индустриальной революции. Данные для выявления размера ВВП были получены в результате сравнения уровня заработных плат в городских районах и цены пшеницы.

Уровень урбанизации за пределами Римской империи был ниже и был близок к 10 %. Это означает, что доходы римлян, живущих в пределах современной Италии, были в два раза выше, чем во всей остальной империи. Даже если принять во внимание предположение некоторых историков о том, что уровень доходов в римской провинции был близок к прожиточному минимуму, средний доход обеспечивал жителям достойное существование, о чем свидетельствует стабильный рост населения.

Экономика Римской империи существовала по законам рынка. Политическая стабильность, гарантия личной безопасности и развитая система образования также способствовали экономическому развитию Древнего Рима. Все это позволило римлянам обеспечить такие темпы экономического роста и столь высокий уровень благосостояния, которые странам Европы не удавалось превзойти на протяжении почти двух тысячелетий[17]. Это же главный вывод Питера Темина (Peter Temin), автора книги «Экономика Римской империи раннего периода» (The Economy of the Early Roman Empire)[18].

Распределение доходов и имущества в раннюю эпоху Древнего Рима было крайне неравномерным. Небольшая группа людей, входящих в элиту империи, возглавляла общество и экономику империи, население которой составляло около 50 млн человек. В данную элиту входили несколько сот сенаторов и несколько десятков тысяч всадников, которые обладали огромным имуществом. На другом полюсе общества находились крестьяне, рабы и колоны. Существовал также некий промежуточный класс, включающий торговцев, купцов и работников «сферы услуг», которые поставляли товары и услуги для элиты.

В раннюю эпоху Римской империи население Рима насчитывало около 1 млн человек. По подсчетам экономистов, для того чтобы прокормить такое количество людей, Риму было необходимо ввозить 150–300 тыс. т зерна в год, не считая иных основных продуктов рациона – оливкового масла и вина. Экономика Рима в I–II вв. н. э. была достаточно интегрирована в торговую систему Средиземноморья (хлеб поступал из Египта и Черноморского бассейна, вино – из Малой Азии, Греции и Иберии – современной Испании и т. д.) и, следовательно, могла использовать сравнительные преимущества региональных стран.

Существовали высокоразвитые рынки капитала и труда. Римляне заимствовали и брали взаймы друг у друга довольно часто. Выдавались как производственные, так и потребительские кредиты. Кредиты выдавались также для финансирования торговых операций. Римские торговцы и перевозчики могли купить страховку. Детальный анализ данных займов и кредитов показывает, что они предоставлялись бизнес-партнерам, а не только своим родным и друзьям, хотя заимодавцы и кредиторы, естественно, были знакомы с репутацией потенциальных заемщиков.

В Древнем Риме существовал развитый финансовый рынок. Существовало огромное количество всевозможных займов, процентная ставка за использование которых была близка к 1 % в месяц, или 12 % годовых, что являлось максимально допустимой величиной процента. Наличие фиксированного процента на всевозможные кредиты свидетельствует о том, что древнеримский финансовый рынок был далек от полной свободы. В Древнем Риме были распространены банки, принимающие вклады и выдающие кредиты населению. Некоторые вклады сдавались на хранение – банк обязывался обеспечить их физическую сохранность без выплаты процента вкладчику. Другие вклады приносили доход и использовались банками для совершения инвестиций.

Особенностью фискальной политики было то, что Римская империя не брала взаймы, а оперировала на основе наличных операций.

Рим должен был обеспечить достаточное количество налоговых поступлений в свою казну, чтобы покрыть свои будущие расходы. Будучи центром огромной империи, Рим мог обеспечивать себя материально: налоги, трофеи и рабы лились в столицу нескончаемым потоком.

Экономический рост обеспечивался также наличием четких законов для бизнеса, в рамках римского права, которое стало основой для создания правовой базы для многих современных стран Европы. Существование большого количества социальных и неформальных институтов дополняли юридическую и рыночную базу Древнего Рима.

В начале III в. н. э. под влиянием различных факторов начался кризис Римской империи. Тогда Рим столкнулся с сильной инфляцией (ранее ее уровень не превышал 1 %). Тем не менее после знаменитой чумы Антонина цены выросли вдвое. Тогда же исчезли римские банки.

Пестрый социальный и профессиональный состав населения Рима ярко охарактеризован философом-стоиком I в. Сенекой в письме к своей матери: «Оглянись на эту массу людей, их не вмещают даже дома безмерного города… Нет такого вида людей, которого не было бы в городе, где за добродетели и за пороки дают большие деньги». Однако в городе отсутствовали производящие категории населения, что объясняется просто: Рим был культурным и научным центром, но не имел значения производящего центра. По-видимому, это не относилось лишь к строительству.

Характерной особенностью древнегреческой архитектуры является утилитарность сооружений. Об акведуках, которые снабжали водой императорский Рим (в век Августа было девять акведуков), Фронтин говорил, что нельзя сравнивать их «каменные громады с бесполезными пирамидами Египта или с самыми прославленными, но праздными сооружениями греков». Об этом также писал Цицерон: «Но предпочтительны расходы на сооружение городских стен, верфей, водопроводов и всего того, что служит государству на пользу».

Римляне видели «пользу» своих сооружений не только в социальном, но и в чисто экономическом смысле слова. Зрелищные сооружения, где выступали гладиаторы, приносили большую прибыль их владельцам, были «рентабельны», Цицерон писал: «…отдай своих гладиаторов внаем для игр, и уже после двух боев твои деньги вернутся к тебе». Тит упрекал своего отца, императора Веспасиана в том, что и нужники он обложил налогом. Веспасиан ответил фразой, вошедшей в историю: «Деньги не пахнут».

Во времена Августа архитектура включала в себя понятие дистрибуции. «Дистрибуция, – писал Витрувий, – есть целесообразное распоряжение ресурсами и местом и экономное регулирование расходов разумным расчетом».

Располагая огромными денежными и трудовыми ресурсами, древние римляне в основном умели ими пользоваться рационально, организовывать рабочую силу, экономно расходовать строительные материалы и конструкции, а когда по воле императоров, позволяющих «играть средствами империи», производились неразумные траты, это немедленно осуждалось здравомыслящими современниками.

В VIII–VI вв. до н. э. хозяйственной единицей Рима стала большая патриархальная семья, включавшая и рабов. Патрицианская семья получала от общины участок земли во владение и приусадебный участок площадью в 2 югера (0,5 га) в собственность. Особую группу жителей составляли плебеи – они не могли пользоваться общинной землей и занимались главным образом ремесленной и торговой деятельностью.

Планировка римских городов зависела от назначения, местоположения и занимаемой городом территории. Крупные города, и особенно те из них, которые размещались в пересеченной местности, не имели правильной планировки. В небольших городах (Аоста, Тимгад), как и в военных лагерях, преобладала регулярная прямоугольная планировочная система.

Римский архитектор Витрувий (I в. н. э.) приводит прием, которым пользовались в античном мире, чтобы выбрать место для основания города. «Наши предки, – пишет Витрувий, – при заклании в жертву животных, которые паслись в тех местах, где предполагалось закладывать укрепленные города или разбивать постоянный лагерь, рассматривали печень этих животных, и если эта печень с первого раза оказывалась посинелой и поврежденной, то они производили заклание еще других животных, задаваясь вопросом, в силу ли болезненности или в силу недоброкачественности корма оказывается поврежденной печень. Когда после нескольких экспериментов они убеждались, что природа печени цельна и не повреждена действием воды и корма, тогда они на том месте закладывали городское укрепление. Если же они находили в ней изъяны, то изменяли выбор, рассуждая, что в данных местах точно так же и для человеческих организмов будут пагубными источаемая вода и произрастающий корм. В силу этих соображений они уходили с того места и меняли районы в поисках здоровых во всех отношениях условий»[19].

В VI–V вв. до н. э. в этрусских городах создаются различные ремесла, активизируются торговые операции. Оборонительное вооружение – шлемы, панцири, наколенники и т. д. – изготовлялось преимущественно из бронзы, в широком употреблении были бронзовые сосуды, зеркала и разнообразные украшения. Они имели спрос за пределами Италии, в частности в Афинах и других греческих городах. Самым массовым из ремесел в Италии было керамическое: разнообразная посуда, тара, водопроводные трубы, черепица, строительные и архитектурные детали, сырцовый кирпич, погребальные урны, светильники. В Этрурии в самых широких масштабах вырабатывали терракотовые (т. е. из обожженной глины) статуэтки и круглую скульптуру. Особенно славилась этрусская чернолаковая посуда с рельефными украшениями «буккеро». Меньшее значение имело текстильное ремесло, долго сохранявшее связи с домашним хозяйством, однако в IV–III вв. до н. э. шерстяные ткани вырабатывались уже в особых мастерских города Тарента, а льняное полотно и парусный холст – в городе Тарквинии. Крупным ремесленным центром в Лации был Рим.

Легендарному царю Рима Нуме Помпилию приписывали учреждение восьми ремесленных коллегий (флейтистов, золотых дел мастеров, медников, плотников, валяльщиков, красильщиков и башмачников). В мелких ремесленных мастерских VI–III вв. до н. э. работали сам хозяин, члены его семьи и несколько рабов. Сохранившиеся надписи, упоминающие рабов, находки больших керамических печей свидетельствуют о начале проникновения рабского труда в различные ремесла. В VI–III вв. до н. э. Италия становится ареной довольно активных торговых контактов, причем устанавливаются не только внешние, но и внутрииталийские торговые связи. Наряду с предметами роскоши начинают торговать и необходимыми продуктами – железом и металлическими изделиями, керамикой и хлебом, вином и оливковым маслом.

Во II–I вв. до н. э. в Италии сложились крупные ремесленные центры с известной специализацией производства: Путеолы славились обработкой железа, Капуя – литьем из бронзы и свинца, Калы и Минтурны – изготовлением сельскохозяйственных орудий, Арреций – знаменитой и за пределами Италии арретинской керамикой, Тарент, Канузий – шерстяными изделиями, Северная Италия – льняными тканями. Крупным ремесленным центром был город Рим.

II–I вв. до н. э. характеризуются бурным строительством. Изобретение дешевого, приготовляемого на месте бетона и самое широкое использование рабов позволяли быстро и прочно строить здания разного рода. В I в. до н. э. в Риме стали строить многоэтажные жилые дома.

Особым великолепием зданий отличалось время правления императора Нерона. Своими уникальными сооружениями он затмил все, что было ранее, не считаясь ни с какими затратами. Тацит писал о двух архитекторах того времени – Севере и Цилере[20]: «Изобретательность и смелость позволяла им путем искусства совершить то, что было выше природы, и играть средствами империи». До нас дошло описание «Золотого дома» Нерона, построенного этими архитекторами. В вестибюле дворца умещалась гигантская статуя императора высотой 100 футов. Внутри дворца была помещена модель окружающего мира с городами, пашнями, садами. Над главным зданием дворца был сооружен вращающийся сферический потолок с нарисованными на нем звездами, над обеденным залом – передвигающиеся плиты с отверстиями для распространения аромата от разбросанных по их верху роз [21].

Строительство роскошных дворцов и вилл вызывало огромные непроизводительные финансовые и трудовые затраты. Специальными законами против роскоши государство стремилось ограничить эти траты и заставить граждан вкладывать средства в улучшение земледелия или тратить их на общественные нужды.

Известно, что против роскоши выступали и отдельные лица. Валерий, владея в Риме на Эскоилинском холме роскошным домом, разрушил его, чтобы не вызывать зависти, и построил другой на ровном месте. Октавиан, которого расточительное строительство тяготило, разрушил собственную виллу, сооружаемую со слишком большими затратами. Цицерон писал: «…обыкновение проявлять доброту я ставлю гораздо выше щедрости при устройстве зрелищ». Звучали и прямые предостережения: «Надо остерегаться, если строишь дом сам, превысить меры в расходах и великолепии. В удобстве усадеб, несомненно, надо соблюдать меру и вернуться к разумной середине».

Следует, очевидно, указать и на характерный экономический просчет в древнеримском строительстве (и экономике). Римские акведуки считают не только чудом античной техники, но и ее ошибкой. Дело в том, что римские инженеры, имевшие весьма смутное представление о сообщающихся сосудах, прокладывали водопровод на высоких каменных столбах, а не в подземных трубах, как это делается теперь. Это приводило к нерациональной трате материалов и сил для строительства. Одна из римских труб, Аква Марциа, имеет длину 100 км, тогда как прямое расстояние между ее концами вдвое меньше. Колоссальный перерасход!

Корнелий Тацит в своих «Анналах» описывает происшествие, которое вызвало специальное рассмотрение сената и принятие закона, связанного с экономикой. Некто Атилий, вольноотпущенник, взявшийся за постройку в Фидене амфитеатра, чтобы давать в нем гладиаторские бои, заложил фундамент его в ненадежном грунте и возвел на нем недостаточно прочное деревянное сооружение. Набитое несметной толпой огромное здание, перекосившись, стало рушиться внутрь и валиться наружу, увлекая вместе с собой и погребая под обломками множество людей, как увлеченных зрелищем, так и стоящих вокруг амфитеатра. Римский сенат установил, что инициатор этого предприятия, не имея достаточно средств, пошел на некоторые отступления от законов строительства. В связи с этим сенат принял постановление, запрещавшее устраивать гладиаторские бои тем, чье состояние оценивалось менее чем в 400 тыс. сестерциев, равно как и возводить амфитеатры без предварительного обследования надежности грунта.

Существование различных монетных систем, разнообразие золотых, серебряных и бронзовых монет способствовали появлению меняльного дела в италийских городах. Менялы, обычно чужестранцы или вольноотпущенники, открывали свои лавки в городах, следили за денежным курсом, проверяли достоинство монет, проводили обмен денег и даже занимались ссудами.

Оживление товарных связей, торговли, меняльного дела шло рука об руку с ростовщичеством.

Основанный императором Константином Первым в 330 г. на европейском берегу пролива Босфор город Константинополь был столицей Византии – государства, которому с V по XI в. принадлежало ведущее место в европейской культуре. По словам Ф. Энгельса, «вместе с возвышением Константинополя и падением Рима заканчивается древность»[22]. До того как стать одним из самых знаменитых в истории человечества городов, Константинополь пережил множество превращений, среди которых были периоды бурного строительства, разрушения и возвышения. Рождение первого поселения на месте будущего Константинополя произошло еще в эпоху так называемой колонизации (VIII–VI вв. до н. э.), когда многочисленные греческие колонии возникали в самых различных местах Средиземноморья и Понта Евксинского.

С точки зрения экономики место, выбранное для поселения, было исключительно удачным. Даже в легендах подчеркивалась эта особенность. Одна из них приписывает честь основания города храброму Византу, сыну бога моря Посейдона, по-видимому, отражая этим выгодное стратегическое и благоприятное для торговли положение города на морском берегу.

По словам греческого историка и византийского хрониста, дельфийский оракул, к которому, прежде чем основать колонию, по существовавшей традиции обратился Визант за советом, ответил:

  • Счастливы те, которые в том священном городе поселятся,
  • На фракийском мысе, отовсюду омываемом водою при устье Понта,
  • Где в изобилии водятся и рыбы, и олени.

По другой версии, приведенной древнегреческим историком Страбоном и римским историком Тацитом, оракул ответил странной фразой: «Постройте колонию напротив слепых» («Противу земель, где обитают слепые»). Этим также подчеркивалось выгодное положение нового города, так как на другом, азиатском, берегу Босфора основали Колхидон колонисты, которых и назвали слепыми за неумение оценить очевидные преимущества европейского берега того же пролива.

Многие древние авторы писали о природных богатствах края, способствовавших быстрому расцвету Византии. Дионисий Византийский с восхищением описывал его великолепные земли, дававшие богатый урожай винограда. Греческий историк Полибий называл эту землю плодороднейшей и писал о том, что она приносила богатые урожаи. Писали также, что здесь добывали золото и медь. Однако главным богатством Византии было ее уникальное месторасположение на одной из важнейших артерий античного мира. Здесь со временем пересеклись великие пути «из варяг в греки» и торговые пути, которые вели из Средней Азии и Индии в Европу.

В 199 г. н. э. после трехлетней осады войска римского императора Септилия Севера захватили Византию, разрушили все сколько-нибудь значительные здания и городские стены. Впоследствии, правда, Север раскаивался в том, что подверг город разрушению, – ведь он лишился прекрасного укрепления, расположенного в стратегически важном районе империи. Север даже начал восстанавливать разрушенные дворцы, храмы, общественные здания, но это уже приписывается его сыну – будущему императору Каракалле.

За свою историю город не раз подвергался нападениям. Даже в середине III в. н. э., за несколько десятилетий до своего фантастического возрождения, он прозябал в упадке после опустошительных нашествий римских войск.

Неожиданный поворот в истории Византии связан с деятельностью римского императора Константина Великого, который прославился признанием христианства, ставшего при нем государственной религией. Как отмечает С.Г. Лозинский в своей «Истории папства», огромные суммы были пожертвованы Константином на строительство дворцов для епископов и церквей, в частности, папа получил Латеранский дворец в качестве резиденции[23]. С этого времени берет начало новый тип сооружений, до этого христианское богослужение в Риме происходило в частных домах.

Однако Константин Великий вошел в историю главным образом как основатель новой столицы Римской империи. Закладка нового города состоялась в 324 г. Предание гласит, что Константин, взяв в руки копье, возглавил торжественную процессию, путь которой он велел отмечать как границу города. Новая городская граница охватывала значительно большую территорию, чем та, что была некогда за городской стеной Византии. Константин не без основания полагал, что новая столица может стать богатейшим торговым и ремесленным центром, обширный порт которого сможет принимать суда со всех концов света.

Началось грандиозное строительство. По приказу императора в Византию были доставлены известные архитекторы, строители, скульпторы. Был издан закон, по которому зодчие, ваятели, живописцы, плотники и каменщики освобождались от прочих государственных повинностей. Желая ускорить строительство, Константин издал другой закон, обязывавший всех владельцев недвижимого имущества на берегах Понта и в его азиатских владениях иметь в новом городе хотя бы один дом. Только при выполнении этого условия владельцы недвижимости могли завещать свое имущество наследникам. Для многих вельмож эти требования императора казались неприемлемыми. Существует рассказ, похожий на исторический анекдот, как Константин направил этих вельмож в поход против персов, предварительно отобрав у всех перстни с именными печатями. Затем к их семьям были направлены письма, запечатанные перстнями. Все они содержали приказание переселяться в новую столицу. Пока семейства знатных римлян собирались в дальний путь, Константин велел построить для них дома, бывшие точными копиями их римских жилищ. Константин установил так называемую продовольственную премию – правило, по которому всем лицам, обзаводившимся домом в новом городе, бесплатно выдавались хлеб, масло, вино и топливо. Это правило существовало около полувека, и оно, несомненно, сыграло большую роль в привлечении в город людей самых разных профессий, в том числе ремесленников, торговцев, мореходов, рыбаков.

Население городов росло очень быстро и к концу IV в. достигло 100 тыс. Торжественная церемония открытия новой столицы состоялась 11 мая 330 г., т. е. всего через пять лет после начала строительства. Даже на монете, отчеканенной в память основания города, подчеркивалось его экономическое значение. На одной стороне был изображен сам император в шлеме с копьем в руке, на другой – выбита женская фигура с колосьями в правой руке и рогом изобилия в левой.

Константин не жалел средства на сооружение не только мощных укреплений, но и красивых зданий. На строительные работы он израсходовал более 100 т золота. По его распоряжению со всех концов огромного государства в город свозили сокровища искусства: из Афин и Рима, Коринфа и Дельф, Эфеса и Антиохии. Новая столица, получившая сначала название Новый Рим, сразу же была переименована в Константинополь. В годы царствования Константина Великого в городе были сооружены около 30 великолепных дворцов и храмов, более 4 тыс. значительных зданий, в которых жила знать, цирк, два театра и ипподром, более 150 бань, примерно такое же количество хлебопекарен, а также водопроводов. Число домов, принадлежащих простолюдинам, неизвестно, но нетрудно себе представить, что оно было весьма внушительным.

1 Город контрастов // Ведомости. 2007. № 90.
2 Бунин А.В. Градостроительство рабовладельческого строя и феодализма. Т. 1. М.: Стройиздат, 1979. С. 12.
3 Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Соч. Изд. 2-е. Т. 3. С. 50.
4 Макконнелл Кэмпбелл Р., Брю Стэнли Л. Экономикс: принципы, проблемы и политика. М.: Республика, 1993. Т. 2. С. 257.
5 Аристотель. Политика. Кн. II. Гл. 5.
6 Крамер Сэмюэль Н. История начинается в Шумере. М.: Наука, 1965. С. 58.
7 Крамер Сэмюэль Н. История начинается в Шумере. М.: Наука, 1965. С. 60.
8 Шекель – мера веса и, следовательно, денежная единица.
9 Текст этого документа известен в четырех вариантах – на трех глиняных конусах и одной овальной пластине. Все они были найдены французскими археологами в Лагаше в 1878 г., переведены и расшифрованы Франсуа Тюро-Данженом.
10 Кинк Х.А. Древнеегипетский храм. М.: Наука, 1986.
11 Шаузи О. История архитектуры. Т. 1. М.: Изд-во Всесоюзной академии архитектуры, 1937.
12 Геродот. История в десяти книгах. Л.: Наука, 1972.
13 Талант – древняя денежная единица.
14 Аристотель. Политика. Кн. II. Гл. 5 // Сочинения: в 4 т. Т. 4. М.: Мысль, 1983.
15 Бунин А.В. Градостроительство рабовладельческого строя и феодализма. Т. 1. М.: Стройиздат, 1979. С. 50.
16 Бунин А.В. Градостроительство рабовладельческого строя и феодализма. Т. 1. М.: Стройиздат. 1979. С. 51.
17 Мейер Э. Экономическое развитие Древнего мира. 1900.
18 Экономика Древнего Рима // Washington ProFile. 2006. 28 мая.
19 Марк Витрувий Поллион. Об архитектуре. Десять книг. Кн. 1. Л.: ОГИЗ, 1936.
20 Возможно, это были прозвища: «север» – строгий, «целер» – скорый.
21 После падения Нерона ненавистный всем баснословно дорогой «Золотой дом» сносится, но новые императоры Веспасиан и позже Тит строят гигантские, уже общественные сооружения, а Доминициан – грандиозный дворец для себя.
22 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 507.
23 Лозинский С.Г. История папства. 3-е изд. М.: Политическая литература, 1986.
Продолжить чтение