Читать онлайн Убить гадалку бесплатно

Убить гадалку

Осень в этом году выдалась теплая. Уже конец октября, а снег все еще обходил стороной здешние места. Я лежал на диване и предавался невеселым думам. Прошло не мало времени, как коллеги помогли достать мне новый номер телефона жены, и я все последнее время осаждал ее звонками. Но Вера упорно хранила молчание. Вот уже несколько месяцев, как она покинула нашу с ней уютную квартиру, оставив меня самого решать бытовые проблемы. Правда мне несказанно повезло, сестра просила приютить на время ее девятнадцатилетнего сына-наркомана, который взвалил на себя все заботы обо мне и доме, да еще проявил редкие способности ясновидца, помогая раскрыть мне наиболее запутанные преступления.

Сейчас он сидел рядом в кресле, и читал поварскую книгу.

– И как у тебя хватает терпения изучать подобные издания? – задал я ему риторический вопрос.

Парень оторвал глаза от книги и серьезно посмотрел на меня

– Дядь Вань, а как иначе я буду совершенствоваться?

– А, так ты совершенствуешься? А, позволь спросить, зачем?

– Ну, во-первых, – стал он загибать пальцы, – чтобы любимый дядя хорошо питался, во-вторых, это улучшает память и ум, а в третьих… – он замялся.

– Что в третьих? – заинтересовался я, принимая вертикальное положение.

– Я хочу открыть ресторан! Может быть сеть ресторанов! И хочу стать не только богатым, но и знаменитым шеф поваром. – он захлопнул книгу и аккуратно положил ее на журнальный столик. – Что ты на это скажешь?

Я не ожидал ничего подобного, поэтому растерялся

– А что я могу тебе сказать? – начал я. – Ты имеешь право заниматься чем хочешь. К тому же у тебя это неплохо выходит…

– Не плохо? – взревел племянник, брызгая слюной. – Ты говоришь, не плохо! Я каждый день стараюсь преподнести тебе что-нибудь навороченное и необычное, а ты говоришь – не плохо!

– Успокойся. – поразившись реакции парня, промямлил я. – Готовишь ты действительно превосходно! Но заниматься женской работой – это чересчур!

– С чего ты взял, что готовка – женская работа. В мире, самые лучшие рестораны обслуживаются поварами мужчинами. По телеку гонят передачи, где именно мужчины соревнуются в приготовлении блюд. Целые восточные народы считают, что женщин вообще нельзя подпускать к печке.

– Ладно, ладно, убедил! – поднял я ладони вверх. – Сдаюсь! Но ты, ясновидец, который помог мне с раскрытием сложнейших преступлений – и повар!

– Не просто повар, а гениальный, знаменитый шеф повар!

– Да какая разница! – не унимался я. – Ты можешь заработать деньги, не парясь по 12 часов на жаре у плиты. Начни принимать клиентов, и деньги потекут к тебе рекой… не выходя из дома.

– Лучше возиться на кухне, доставляя людям радость, чем копаться в дерьме и крови, а после скуля залечивать раны валяясь на диване, и думать что весь мир – одно сплошное преступление. Такие как ты, делят людей на две категории – жертвы и преступники!

– Мне бы твои таланты, я был бы лучший… в копании по дерьму! Я делаю мир лучше и чище!

– А меня заставляешь подвергать людей стрессам, из-за того, что в моих видениях для них не все будет так радужно, как они хотят услышать. И у меня будет два пути – либо сказать им правду, и убить последнюю надежду, либо наврать с три короба, а значит пойти против своих принципов. И передо мной всегда будет стоят эта дилемма…

Чтобы закончить этот нелепый спор, я включил телевизор и тупо уставился в экран, мысленно задавая себе вопрос: «Как я буду справляться без этого пацана, когда он уедет налаживать свой бизнес? У меня защемило сердце. За эти недели, я так привык к нему…»

Я на автомате нервно защелкал кнопками, переключая каналы. Наконец, поняв бессмысленность своих действий, отбросил пульт в сторону.

– Но на открытие даже плохонького кафе, тебе потребуется уйма денег. – выдвинул я последний аргумент.

– Знаю. – буркнул парень, – Я над этим работаю.

Я хотел было спросить, каким это образом он работает, но мои мысли прервала бурная, с нотками таинственности, музыка, и мы, как по команде, повернули головы к говорящему ящику.

На экране ведущая представляла известную ясновидящую и экстрасенса. Камера переместилась немного вправо, показывая крупным планом миловидное лицо женщины средних лет, с черными локонами длинных волос, спадающими на лицо и плечи манящими волнами.

– Сегодня мы ведем беседу с одной из известнейших экстрасенсов столицы – Дарьей Велес. – проговорила ведущая смотря прямо в камеру, неестественно улыбаясь белоснежной улыбкой. – – Добрый день, Дарья!

– Добрый! – кивнула визави.

– Скажите, профессия гадалки – это наверняка трудная и ответственная работа. Какие клиенты и зачем к вам приходят?

– Клиенты разные и случаи тоже разные! – равнодушно пожала плечами та.

– Наверное к вам обращается больше женщин, чем мужчин…

– Ну, это не совсем так… – начала разъяснять Дарья. – Женщины приходят в основном посмотреть и погадать на суженного, тогда как мужчин интересует карьера… Впрочем бывают и исключения.

– А профессия экстрасенса выгодная? – задала очередной вопрос ведущая. – Я имею ввиду в материальном плане!

– Да как у всех! – Велес подняла руку, чтобы убрать со лба непослушный локон, и на ее изящных тонких пальцах с черным маникюром засверкали перстни, кольца, поблескивая бриллиантами.

– Вот, смотри! – заорал я тыкая в экран пальцем.

– Что? – с испугом перевел на меня глаза Женька.

– Кольца! Кольца! Это ж сколько денег потрачено на эти побрякушки?! Вот, обычная бабенка, еще не известно какого уровня мастерства, а деньги гребет лопатой. Красива, но не от природы, а из под ножа хирурга. Одета прилично, знаменита… Вот куда надо стремиться. Легкие деньги. Живи, не хочу! Вот и деньги тебе на твой ресторан! Год работы! – кричал я, надеясь переубедить парня.

– Ее собираются убить! – прервал он мою браваду.

Я замолчал на полуслове

– В смысле?

– В прямом! – равнодушно пожал он плечами. – Ее готовятся убить. Через пару дней, максимум через неделю.

Я опешил. Сидел молча, не зная что ответить.

– А зачем ты мне это сказал? – спросил я. – Чтобы показать, что профессия ясновидящей не безопасна? Так ведь в любой профессии есть риск. Да, что там говорить – распалялся я. – В любой момент кирпич на голову упадет… и адью!

– Ну, так философски я не рассуждал. Просто подумал, что тебе следует ее предупредить. Не ваша ли цель – правоохранительных органов, предотвращать преступления такого рода?!

У меня загудело в голове, я сжал виски и с усилием помассировал пальцами.

– И как я по твоему должен это сделать? Придти к ней домой и сказать я из Ухрюпинска, вас завтра убьют? А что скажу Нестерову? Отправьте меня в командировку в Москву, там местную гадалку не сегодня-завтра шлепнут… Да он поднимет меня на смех… В мире ежедневно умирает миллионы человек… Там своих гениев сыска хватает, чтобы какой-то заезжий мужлан вмешивался в их юрисдикцию…

– Так они не в курсе событий. Начнут работу тогда, когда преступление будет уже совершено… А ты можешь его предупредить… А насчет Нестерова ты зря переживаешь… он ведь в курсе, что твой племяш может предугадывать события… И не раз сам пользовался моими способностями.

– Ну, не знаю, – засомневался я, – у меня вообще-то отпуск…

– Ну, тогда вообще без проблем! – завел свою песню Женя. – Скатался – предупредил – вернулся… А там уж она сама пусть решает, что делать…

– Оно мне надо? Лезть туда, куда не просят. – стал размышлять я. – «Нас и здесь неплохо кормят!

– Твое дело! – Женька вздохнул и опять уткнулся в книгу. – Только вон, за три дня отпуска живот наел… умыться лень… За оставшееся время совсем в овощ превратишься! Делать-то тебе все-равно нечего!

– Ну овощ, так овощ. – я демонстративно отвернулся и сделал вид, что засыпаю.

– Ну ну! – хмыкнул Женька. – Спи спокойно, добрый дядя! Одним убийством больше -одним меньше, какая разница?!

Я всю ночь проворочался в постели, обдумывая ситуацию. А утром Женька уже приготовил мне чемодан и сообщил, что заказал билеты на утренний самолет.

Съев пару пирожков, даже не почувствовав их вкуса, я поплелся к выходу.

– Не грусти, Борис Петрович, – с коротким смешком бросил он мне в спину. – Тебя ждет увлекательное приключение!

Закинув багаж в камеру хранения я отправился на телестудию, транслирующую подобные передачи. Только к вечеру мне удалось переговорить с режиссером и автором программы. Удостоверение полиции развязало ему язык, и уже через полчаса я сидел в пригородном автобусе, везущим меня в пригород.

Вышел я на своей остановке уже в половине первого ночи. Ну и где, скажите мне, сказочно богатые дворцы и терема? Перед глазами открылся тоскливый пейзаж – одноэтажные деревенские домики тянулись по обе стороны узкой темной, без единого фонаря, улочки. В глаза, на сколько хватало видимости, бросились покосившиеся заборы, хлюпкие дворовые строения, хорошо видимые сквозь голые стволы яблонь и рябин. Благо, хоть луна светила ярко на безоблачном небе. Иначе я не смог бы сделать ни единого шага, не сломав себе при этом, ноги и не пробив голову, запнувшись о дорожный камень или угодив в канаву.

Напрягши глаза, я разглядел в темноте слабый огонек в окнах крайней избы и быстро направился туда, в надежде найти приют на ночь. Но, потеряв бдительность тут же промочил ноги оступившись в лужу. Все тело покрылось мурашками

– Черт бы подрал эту дыру, Женьку, гадалку и ее убийц, если они есть! – в сердцах выругался я.

Кое-как, скользя по глинистой почве, я добрел до калитки. Озябшими пальцами откинул крючок и мелкими перебежками, добежав до светящегося окна, забарабанил в стекло.

Какое-то время было тихо. Я постучал еще раз и еще, мне было не до скромности и церемоний. Не хватало подцепить простуду или того хуже, схватить воспаление легких.

– Что там этот паршивец говорил о приключениях? – разозлился я. – Не успел сделать и шагу – вот они, эти самые приключения, тут как тут!

Я вздрогнул, когда неожиданно, с глухим стуком, отворилось окно, и в образовавшейся темный провал высунулась непокрытая седая голова старушки.

– Чаво тебе, супостат? – проговорила она сердитым голосом потревоженного ребенка, которого оторвали от интересной игры. – Шо тут шастаешь по ночам?

– Пожалуйста, впустите меня! – жалобно простонал я. – Продрог в дороге, да, в добавок, ноги промочил. Я командировочный!

– Ну, заходь, коль не брезгуешь! – окно захлопнулось, и почти сразу скрипнула входная дверь, впуская меня внутрь.

Пахнуло теплом, свежей выпечкой, дровами потрескивающими в топке.

– Садись к пещке, раздевайся и стягавай портки.

Я не стал сопротивляться. Старуха схватила мою одежду и прытко унеслась в другую комнату. Тут же вернулась, накинув на меня стеганое одеяло. На столе зафыркал, брызгая паром, старинный самовар, как в сказке, стали появляться простые, но такие вкусные, манящие угощения – вареная рассыпчатая картошечка с маслом, соленые огурчики, капустка, помидоры… В центре стола, как главное украшение – настоящий, исходящий аппетитным ароматом, курник.

Рука невольно потянулась к разносолам. Никогда не думал, что смогу столько съесть. И только, реально испугавшись того, что мой желудок не сможет все это переварить, я откинулся от стола со словами благодарности.

– Куда ж тебя на нощь-то принесло? – спросила наконец старушка. – Небось на прием к гадалке нашей доморощенной?!

Я удивленно воззрился на нее

– Откуда вы знаете?

– Да тут, почитай, только к ней и ездют! – она быстро закружила около стола, сметая крошки и прибирая посуду. – Меня, кстати, Галиной Степановной кличут.

– Борис Петрович! – ответил я взаимностью. – И что, правду она говорит, или брешет? – перейдя на деревенский говор, спросил я.

– Да я не обращалась, не к чему мне это. Но на постой частенько просятся. Поезд тут у нас поздно приходит, да еще автобус… Сколько уж просили, писали местному старосте, шоб расписание изменил, а воз и ныне там. Говорит, шо нам, дескать же лучше, постояльцы, туда-сюда… Оно хоть и правда, какая-никакая копеечка, но по ночам спать не дают. А у нас, в деревне, работа спозаранку.

– Вы простите меня, Галина Степановна, я не по своей воле приехал, нужда заставила…

Я вдруг решил не раскрывать всей правды, чтобы не напугать сердобольную хозяйку рассказами о преступлениях, и замолчал, не зная как выкрутиться из положения. Не ровен час обидится…

– Небось хочешь про жинку узнать? Не крутит ли шашни на стороне?

– Ну… да. – обрадовался я возможной версии, вспомнив про Веру. – Ушла она от меня.

– Небось пил, грубил?

– Нет, что вы, я смирный. Работал много, жена на задний план ушла. Вот и не выдержала. Хочу вернуть. Даже пообещал себе… Впрочем все это вранье, работа есть работа…

– Ну, это я тебе и без экстрасенсов шкажу – не изменишься, ни жди девку обратно.

– Да я все понимаю, бабушка, но…

– Воть мужики, хоть в лоб им, хоть по лбу! – всплеснула она руками.

– А что, Галина Степановна, много народу приезжает к Велес. Она вроде как знаменитость. По телевизору показывают! Передачи… интервью! – переменил я тему разговора.

– Ее шлава больше от шарафанного радио тянется. Кому мож и помогает… Иначе б люди не тащили ей последнее.

– Дорого берет? – начал исподволь выведывать я у хозяйки подробности. – Деревенька-то не богатая, значит не так у нее и хороши дела.

– Это ночью так кажется. А утречком солнышко выглянет, да в окошко постучится, так все по другому кажется. Ее дом в сторону от дороги… – Галина Степановна неопределенно махнула рукой. – Не скажу, что дворец, но не чета моей-то развалюшке. Да и дорожка там получше, и природа покрасивее.

После сытного ужина да теплого приема, меня разморило, и непреодолимо потянуло в сон. Пытаясь скрыть зевоту, я отвернулся к печке и прикрыл рот ладонью.

– Да не геройствуй! – Галина Степановна улыбнулась беззубым ртом. – Пошли, постель доштанешь.

Я отправился за ней на веранду, где было не так жарко, как в доме.

– Вы ничего не будете иметь против того, чтобы я расположился прямо тут, ближе к природе. – спросил я, поглядывая на довольно крепкий на первый взгляд, диван, примостившийся прямо у окна. – Хотелось бы совместить приятное с полезным.

Старушка молча вручила мне матрац с постельными принадлежностями, и предупредила, что утром разбудит меня рано.

– Корову доить надо, да в штадо отправить. – совсем невнятно прошамкала она, видимо уже избавившись от вставной челюсти. – Тах што, милок, не обессудь.

– Я и не против. Тем более, что мне тоже рассиживаться некогда. Дела. – протянул я, устраивая себе лежанку.

Галина Степановна украдкой перекрестила мою спину и ушла в дом, плотно закрыв дверь.

За долгие годы службы в полиции, я научился отвлекать свои мысли от служебных дел по желанию. Иначе в состоянии продолжительного стресса давно бы уже сошел с ума.

Странное дело в которое меня вовлек племянник, я постарался отодвинуть на второй план и насладиться теми деревенскими благами, которые предоставил мне случай.

Однако, я переоценил красоту ночной природы. В дали от цивилизации, тишина сельской местности просто звенела в ушах, если можно так выразиться. Стрекот кузнечиков доводил меня до исступления, своим громким звуком. Пролетевшая мимо уха заторможенная муха и вовсе заставил подскочить на месте, бестолково замахать руками, пытаясь в темноте пристукнуть наглое насекомое. Каждый скрип половиц, шорох, скрежет веток по стеклу… Наконец, сон свалил меня, и я провалился в черную бездну, без сновидений и кошмаров.

Яркий луч света, полоснул по лицу и я открыл глаза. Окна запотели от утреннего морозца, разукрасив мелким узором стекла по углам. В комнате было прохладно, и я поежившись, натянул одеяло до подбородка. Вставать не хотелось, но хозяйка дома смотрела на меня выжидающе. В руках она держала фонарик, луч которого был направлен прямо мне в лицо. Я прикрыл глаза рукой, щурясь от непривычно яркого света. Галина Степановна отвела свет в сторону

– Пора вставать, молодой человек. Меня ждут дела. – проговорила она вполне нормально, не шепелявя и не коверкая слова. Одета старушка была по рабочему, в дырявом ватнике, из которого в нескольких местах торчала вата, в теплом платке, надвинутым на лоб, на ногах валенки с резиновыми калошами. – Думаю, вам тоже есть куда поспешить.

Я потянулся, выбираясь из уютного тепла.

– Спасибо, что приютили! Сколько я вам должен?

– Сколько не жалко. – бросила она. – Завтрак на столе. Будете уходить, плотней прикройте дверь. Замок на ручке. Ключ спрячьте под половик у входа.

Галина Степановна сыпала короткими указаниями, а я старательно напряг память, чтобы ничего не упустить.

Как только женщина вышла во двор, я посмотрел в окно. Было еще совсем темно, рассвет только занимался, осветив лишь узкую полоску серого осеннего неба на горизонте. Серп луны выглядывал из-за бегущих хмурых облаков, предупреждая о ненастье. Прямо перед окном росло несколько яблонь, кусты жимолости, смородины. Поднявшийся ветер срывал с них последние листья и бросал на землю, кружа из стороны в сторону, нагоняя уныние и тоску. Я почувствовал, что мое последнее впечатление было не лучше первого, несмотря на уверения старожилки.

Одежда моя аккуратно висела на спинке единственного стула, стол, как и вчера ломился от деревенских лакомств.

– В городе самая изысканная еда никогда не будет такой вкусной, как здесь, в маленьком домике, на краю света.

Вдоволь наевшись и выпив целую кружку парного молока, я придвинул стул ближе к печке и стал размышлять, что мне следует сказать гадалке. Мысленно я перебирал фразы, которыми собирался убедить Дарью в том… А в чем собственно убедить? Я встал в ступор. Что я мог ей предложить? Уехать? Но куда и как надолго? Да и поможет ли это делу? Тот, кто задумал преступление, настигнет ее в любом месте… Обратиться в полицию? И что она скажет?.. Нанять детектива?.. Я перебирал варианты, но так и не пришел ни к какому выводу, надеясь действовать по обстоятельствам.

Когда уже собирался выходить, дверь неожиданно широко распахнулась, впустив в дом прохладу и свежесть. На пороге возник огромного роста мужик, в замызганной фуфайке и кирзовых сапогах. Мы некоторое время молча пялились друг на друга. Детина, комкал в руках шапку ушанку, скромно переминаясь с ноги на ногу.

– Вы кто? – ошарашенно спросил я. – Если к Галине Степановне, так она ушла еще часа полтора назад… Мне тоже пора на выход.

– Да я собственно, за вами? – выдавил он, а я удивленно пожал плечами. – Это она меня и прислала. Велела вас подвезти, а я замешкался и боялся, что уже не застану вас дома.

– Да я вполне могу добраться и сам. Надеюсь здесь не далеко?

– Недалеко-то, не далеко, да дорога уж больно путаная. А спросить не у кого будет. Погода паршивая… все. или по домам попрятались, или на огородах, да со скотиной заняты… Да мне и нетрудно… А со Степановной лучше не спорить – бой баба. Такая ни словом, так лопатой отходить может.

Я представил картину, как маленькая сухонькая старушонка орудует лопатой, награждая тумаками этакого громилу, и захохотал во все горло.

– Вы ее не знаете… – обиделся мужик. – Она тут чуть не за главу!

– Простите, это я так, с недосыпу. – стал оправдываться я. – Вчера поздно приехал, устал, продрог, а поспать-то всего ничего удалось… А Степановна ваша и впрямь стальная. Утром, как ни в чем не бывало, поднялась, словно проспала целые сутки.

– У нас тут все такие, привычные!.. Так я вас жду у калитки?!

Я сунул в рот еще один пирожок, и наскоро запив остывшем чаем, вывалился на холод.

Моему взору предстала раздолбанная, еле живая «пятерка». Я кое-как втиснулся в салон и вжался в сидение, предвкушая рев мотора, скрип покрышек, и еще черт знает какую ерунду. Но на удивление машина тронулась плавно, почти беззвучно, и покатила по кривым улочкам с застывшей на осеннем морозце колее. Машину кидало то влево. То вправо, то разворачивало на скользкой дороге, то заносило в сторону. Я вцепился в ручку двери мертвой хваткой, вздрагивая каждый раз, когда машина наскакивала на колдобину или попадала в яму.

Наконец, мы въехали в рябиновую аллею, где шум колес был заглушен слоем упавших листьев, а старые разлапистые деревья с остатками ярко-бурых крон нависали над дорогой, сходясь в виде свода над нашими головами. Впереди начали вырисовываться очертания большого, двухэтажного дома. Спустя пару минут мы остановились на чисто выметенной площадке перед парадным входом. Я вышел из машины и огляделся. этот дом показался мне еще более древним, чем все дома в деревне, которые мы проезжали.

Из окон с частыми переплетами шел тусклый свет, а из трубы на крутой покатой крыше подымалась тонкая струйка дыма.

Окинув взглядом окрестности, я обернулся к водителю жигуленка.

– Я постараюсь разделаться с делом за пару минут. Вы очень меня обяжете, если дождетесь моего возвращения. – Мужик неопределенно пожал плечами, и я расценил это по своему.

– Разумеется я щедро оплачу ваши услуги.

Детина повеселел. Он снял с головы шапку и прижал ее к сердцу в знак признательности.

– Да не сойти мне с этого места, если я вас подведу. – с жаром промолвил он и с глухим стуком захлопнул дверцу, давая понять, что он готов ждать столько, сколько понадобится.

Я направился к обитой дешевым дерматином красной двери. Вблизи дом оказался на вид гораздо крепче. Видимо строители постарались придать фасаду вид старины. На самом деле все было сработано добротно, с использованием современных материалов и покрытий. Мне хотелось рассмотреть отделку поближе, но время неумолимо бежало вперед, поэтому, оставив ревизию стен, я толкнул дверь и она, с характерным скрипом отворилась. Я сделал несколько неуверенных шагов внутрь.

Дверь тяжело захлопнулась, и я очутились в красивом помещении, просторном, высоком, с натяжным потолком в двух уровнях. По всюду, куда только мог охватить взгляд, горели свечи. Темные тяжелые шторы закрывали окна, придавая комнате еще более таинственный вид. В большой, старинной постройки, печи, трещал огонь, разнося по воздуху аромат сосны и ели. Я невольно протянул руки к теплу, шевеля озябшими и онемевшими от неудобной езды пальцами.

Дарья Велес сидела за столом посреди комнаты, и свет от свечей падал прямо на нее, играя отблесками на ее красивом лице и фигуре. Черные кудри упали ей на лицо, но она не сдвинулась с места, лишь глазами указала мне на стул. Я молча сел и сложил руки на коленях. Глаза гадалки устало смотрели на меня из под густых бровей так внимательно-изучающе, что я невольно отвел взгляд.

– Что за проблемы привели тебя сюда? – спросила она низким бархатным голосом, совсем не таким, каким он показался мне в телевизоре, немного более густым и протяжным.

Я постарался сбросить с себя оцепенение, навеянное мне ее присутствием и быстро заговорил

– Я пришел не узнать свою судьбу и не просить помощи. – в ее томных глазах проснулся интерес – Я хочу вас предупредить… Вас хотят убить!..

– Убить ? Меня? – ее брови дернулись а губы сжались в тонкую линию.

– Да, мне доподлинно это известно! Я, специально приехал сюда, чтобы предупредить вас об опасности. Есть ли у вас подозрения? Враги?

– Нет! – она быстро покачала головой. – Ни подозрений, ни врагов… Таких, чтобы хотели избавиться от меня таким кардинальным способом!

Мне показалось, что ее фигура напряглась и как-то сжалась. Но это видение длилось лишь мгновение. В следующую секунду она уже пришла в себя и на ее губах заиграла задорная улыбка.

Продолжить чтение