Читать онлайн Леди-палач бесплатно

Леди-палач

Глава 1

Праздничный стол мог бы удивить любого: блюда из разных уголков Нуйского царства, экзотические цветы, изысканный хрусталь. И это всего для четырех человек. Хотя мы четверо, стоит заметить, являлись отличным дополнением интерьера.

Мы с матерью надели новые платья для вечерних выходов. Моё было не слишком пышным, и меняло цвет в зависимости от того как падает свет, оно становилось синим или же черным. Мама отдала предпочтение оранжевому пышному платью – неожиданное решение, но как же оно шло к её ярко синим глазам. Отец и лорд Лоук также были в выходных нарядах, их смокинги могли похвастаться богатыми вышивками золотом по рукавам – писк моды в этом сезоне, между прочим. Неплохо в этом году пищит мода – моё платье тоже шедевр именитого дизайнера, а меня оно нисколечко не бесит: ни рюшек, ни объемной юбки, ни бриллиантов по всему корсету.

Ужин выглядел со стороны идеальным, ну, если бы кто-то закрыл уши и только видел картинку. Потому что за столом висела не естественная тишина. Отец порывался несколько раз начать беседу, но попытки были настолько ничтожными, что он их вскоре оставил.

Лорд Лоук смотрел в огромное окно, которое выходило в сад. Я вдруг почувствовала непреодолимое желание изучить наш семейный портрет, висевший за спиной у молодого человека. Мать и отец уже минут десять не отрывали взглядов от содержимого тарелок.

Да, должна признать ситуация вышла неловкая и, наверное, вина лежит именно на мне…

О том, что к часу дня явится мой потенциальный муж меня предупредили заранее, чтоб не получилось ничего плохого. Нет, вы не подумайте, замуж я выйти не против, тем более и годков то мне уже двадцать. Скоро старой девой начнут называть, но мужчины нынче пошли хлюпенькие, со слабыми нервами.

А так, глядишь, если знать о визите жениха заранее, то можно всё травмирующее психику с глаз убрать. Ну я и убрала. Только книжечку в руки взяла и в кресло села передохнуть, как этот новоявленный жених в комнату зашёл. Да ещё так нагло, без стука, так что не одна я виновата.

Зашёл лорд Лоук и завис в дверях на меня уставившись. И такое лицо у него сделалось примечательное, глазки выкатились, кровь от щёк отлила, челюсть отпала.

Нет, не подумайте, что я страшненькая. Многие считают меня даже красавицей: глаза синие, лицо сердечком, нос аккуратненький, немного вздернутый, рост средний, фигура привлекательная, со всеми необходимыми изгибами, волосы черные, до самого пояса – моя гордость. Так что не я сама шокировала этого новоявленного не ко времени жениха. Дело в том, что я в этот момент читала профессиональную литературу, поэтому на обложке на сером фоне чернели буквы: «Как отрубить голову одним ударом. Пособие в картинках и схемах».

Вот честное слово, если бы жених заявился в назначенное время, то я бы и книжку спрятала в свою кладовую. Или, если бы постучался хотя бы, то засунула бы под кресло. А так, получил порцию правды в наказание за невоспитанность.

А вообще, мальчик же не маленький, мог и сам понять, что что-то не так, когда его, бедного барона, в женихи к дочке самого графа позвали.

Обед закончился немногословным прощанием. Точнее, в какой-то момент лорд Лоук просто встал из-за стола и, низко поклонившись нам, удалился и из обеденного зала, и из замка.

Отец устало вздохнул и перевел свой взгляд на меня, и столько в его серых глазах было укора, что мне сразу захотелось оправдаться:

– Отец, а чего он раньше приехал и в дверь не постучал.

Получилось не очень убедительно, но мать мне улыбнулась, даря поддержку.

Отец еще раз вздохнул и заговорил:

– Дочь, а все молодые аристократы в нашем графстве закончились. Те, к кому мы еще приглашение не посылали уже о тебе от соседей наслышаны. Придется вдовца какого-то искать.

Я скривилась. Это те, кто с детства в роскоши растет нормально к договорным бракам относятся, а мне все это крайне тяжело далось. Я едва смирилась, что жених мой обязан быть аристократом, но условие поставила, чтоб непременно был молод и хорош собой.

– Давайте позовём папу. – Предложила я.

Отец слегка скривился, но все же кивнул.

Кому-то может показаться странным этот диалог, но и ситуация у меня эксклюзивная. Кто может представить большее везение, чем родиться в семье графа? Наверное, никто. А что может быть хуже, чем быть похищенной в младенчестве из родного дома? Нет, наверное, многие вещи хуже, но мою жизнь это событие порядком так поломало.

Начну с самого начала: в семье графа и графини Корнуэл родилась девочка, которую назвали Лилиан. Ребенок был долгожданным и к тому же единственным, и бешеной любовью высокородных аристократов к дочери решили воспользоваться нехорошие люди. Меня выкрали из люльки при содействии одной из служанок – это известно достоверно. Следующие события можно восстановить, размышляя логически: разбойники хотели потребовать выкуп, но не успели. Они, видимо, хотели залечь на дно в соседнем городе и переждать стадию активных поисков. Но гнилое нутро оно всегда взыграет, и мои похитители были казнены в соседнем городе за совсем другие злодеяния. Меня местная стража приняла за дочь гувернантки и одного из бандитов, и доля мне была уготована не то чтобы очень хорошая: дожить при церкви до разумного возраста для ребенка сродни чуду.

Но тут мироздание и Светлейший Бог смилостивились надо мной: палач, одинокий мужчина, вдруг задумался о вечном и решил принять меня дочерью. Паоло, а так звали топорных дел мастера, потом пояснил мне, что специфика работы пугала женщин, а без оных и ребеночку не откуда появиться.

Паоло стал мне хорошим отцом: он опекал меня и заботился в меру своего понимания. От понимания моего названого папаши у биологических родителей бы волосы дыбом встали, но мне нравилось, было весело. Да и не помнила я другой жизни. У детворы вокруг жизнь была посложнее, а в нашем доме никогда не было недостатка в еде и руку на меня не поднимали. По меркам местных я была счастливицей. Единственное, даже опытных горожан шокировало, что отец на работу меня с собой брал.

Но если ребенок кровь с младенчества видеть приучен, то и вид отрубленной головы не шокирует. Я воспринимала работу своего отца просто как работу. Кому-то ведь надо и разбойников казнить, и до правды у злодеев допытываться. Важное дело – работа палача.

И когда мне исполнилось шестнадцать, решение пойти по стопам отца казалось вполне очевидным. Ну, мне так казалось. А вот у приемной комиссии возникли вопросы. В палачи обычно идут взрослые и повоевавшие мужчины, а здесь юная девушка появилась на пороге факультета. Но топор легко лёг в мою руку, а после я без запинки перечислила все способы дознания у особо молчаливых подопечных. И приемная комиссия уже почти согласилась принять меня на первый курс, когда в комнату, где проходил экзамен, вбежал запыхавшийся папаня с криком:

– Поступила дочурка? Алисия?

Ах, да, Паоло не знал моего имени и самовольно переназвал Алисией. Так что шестнадцать лет отзывалась я на это имя, ну или сокращенное «Ал».

В общем, члены комиссии тут же зачислили меня на первый курс. Не знаю, что здесь сыграло большую роль: моё мастерство или отец с топором на перевес (папаня явился прямо с работы). Но какая разница, если меня всё-таки приняли.

А дальше всё завертелось. Дело в том, что выделялась я из общности абитуриентов не только своим юным возрастом и полом, но и цветом глаз. Как представительницу древнего аристократического рода, природа меня одарила яркими синими глазами. Ну и, естественно, что в палачи с такой яркой приметой не идут: статус и деньги от этой судьбы оберегают. Не знаю, кто передал информацию о странной девушке в тайный сыск, но там подняли информацию о всех пропавших детях и так, после проверки кристаллом крови, я приобрела ещё одного отца и маму.

Детей за время моего отсутствия в графской семье не прибавилось, поэтому встретили меня как истинную драгоценность. Но убедить бросить обучение не смогли. За столом переговоров тогда собрались: я, Паоло, граф и графиня Корнуэл.

Дискуссии были очень горячими. В какой-то момент до меня дошло, что спорим мы только с Николя Корнуэлом (родным отцом), в то время как мама Лионетта и приемный папа с удовольствием попивали кофе. Как ни странно, тогда решающим стал голос Паоло, он с присущей ему житейской мудростью предложил компромисс: я продолжаю обучение в Академии внутренней гвардии, на факультете наказания и дознания, а взамен мне безропотно предстоит выйти замуж за аристократа. Тогда-то я и выдвинула требования, что избранник должен быть молод и хорош собой.

С тех пор сменилось много претендентов мне в мужья. Оказалось, что нервишки у аристократии так себе: то от вида топора в обморок упадут, то в мою пыточную забредут и давай визжать. А чего визжать-то? У меня пыточная по всем правилам обустроена, мне же с оборудованием знакомится нужно.

И как-то так получилось, что женихи стали подходить к концу. Мы уже и по социальной лестнице вниз немного спустились в поисках мужа, и на все обедневшие рода внимание обратили. Но не только все хорошее имеет тенденцию заканчиваться, но даже бракованные женихи.

Паоло пришёл очень быстро. А то как же, единственную дочурку, то есть меня, он очень любит. Хотя в этом появились сомнения, когда с порога он задал вопрос:

– Ну и что она на этот раз вытворила?

Мои щёки опалило румянцем. А мама очень сдержанно ответила:

– Книжку почитала, так сказать, профессиональная литература.

Паоло и Николя очень слажено печально вздохнули, и приемный отец грустно сказал:

– Как я понимаю, женихи закончились?

Мы с родителями синхронно кивнули.

– А из других графств никого звать нельзя?

Отец помотал головой в отрицательном жесте. Кажется, лорд Николя Корнуэл стесняется меня показывать соседям.

– Угу. Понятно. Я слышал в Тигойском лесу есть баронство. У них вроде и хозяин молодой.

Вот как так Паоло может одной фразой решить все проблемы? Молодец папа! Но граф-отец, что-то особого восторга от такого решения не испытал. А ведь именно он как никто другой настаивал на необходимости брака с аристократом. Что-то не так с этим бароном?

Этот вопрос я произнесла, адресуя сразу всем родителям. Как ни странно, отвечать мне начала мама. Графиня никогда особой болтливостью не отличалась. Вот слушает она отлично. Но сейчас, именно её голос просвещал меня:

– В Тигойском лесу находится баронство Вуд. Те ещё плебеи. Десять лет назад их старший сын приехал в столичную академию и проявил себя недостойно. Он тогда всё графство опозорил.

Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг выпалила:

– О! Мы станем отличной парой. И что же натворил мой будущий муж?

Никто моего веселого и игривого настроя не поддержал.

Граф-отец нахмурился, но ответил:

– Он отказал принцессе Глории.

И снова я не смогла сдержать свои слова:

– Действительно, ужаснейший поступок, даже не знаю, как таких земля носит.

Граф и графиня синхронно закивали, они не всегда понимают мой сарказм, слишком мало они провели со мной времени. А вот Паоло сразу раскусил мое отношение, и решил слегка просветить меня:

– Ал, ты не понимаешь, особам королевской крови отказывать не принято. За такую дерзость и к нашим коллегам попасть не долго.

Родной папа решил дополнить лекцию:

– Лилиан (он голосом подчеркнул мое имя, ведь ему не нравилось, что мой названый отец именует меня по старинке), её высочество оказало барону великую честь, а он поступил как не благодарный. А потом сбежал в свои леса, так и не доучившись.

Не то чтобы я посочувствовала принцессе, но во мне зародились сомнения. А если этот барон и такое сокровище как сама графская дочь отвергнет? Нет, мне так-то всё равно. Но отец, тот который граф, расстроиться. Это для него будет оскорблением. А зная предыдущие неудачи, вариант отказа очень вероятен.

Ну, значит нужно сделать так, чтобы не было у него шанса отказаться. Значит топор возьму с собой… А, что? Топор палача частенько помогает людям менять свои взгляды на жизнь. Приняв решение отправится в путь, поспешила озвучить его родителям.

Но отцы глянули на меня как на умалишенную, при этом выражения лиц у них были настолько похожими, что закралось даже подозрение: не родня ли они между собой? Но глаза графа радовали чистой синевой, а глаза Паоло были карими без всяких примесей. То есть в венах первого текла чистейшая аристократическая кровь, а у второго и намека на нее не было.

Первым начал говорить Паоло:

– Ал, графство Корнуэл достаточно тихое место, но про Тигойский лес такого сказать нельзя. Ты девушка сильная, но всё-таки одной путешествовать не стоит.

– Особенно такой хорошенькой. – Зачем-то решила добавить мама.

– И что делать? Нельзя же оставить барона не осчастливленного такой женой, тем более такой хорошенькой. – Последние слова я произнесла с точно такой же интонацией, как мать, что ей не особо понравилось. Красивые губы красноречиво искривились. Ох уж эта тонкая графская душевная организация! Вот Паоло спокойно относился и к передразниваниям, и к сарказму.

Николя Корнуэл посмотрел на меня очень серьезно и укоризненно. Несмотря на то, что брак был изначально договорной, между графом и графиней Корнуэл возникла любовь. И сейчас папенька был не доволен моими шутками в сторону матери. Но, что странно, отчитывать меня не стали, а граф произнес как вердикт:

– Мы найдем тебе сопровождение и завтра с утра ты отправишься в Тигойский лес к барону Вуду с деловым предложением от меня по закупкам древесины. Лилиан, только прошу тебя не выплескивай все сразу на барона, подержи интригу до свадьбы. Пусть узнает, как ему повезло, кода уже поздно будет.

Да, в папеньке-графе яду тоже хватает, видимо от него и мне передалось. Но не колкости отца заставили меня приуныть, а сопровождение. Я не против компании в пути, и охрана в лесу определенно не помешает, только…

В первые дни пребывания в статусе вернувшейся графской дочки, я готовилась к промежуточному зачету по отсечению головы. И чтоб руку набить вышла в огород попрактиковаться с топором на тыквах. И, главное, времени было часов пять утра, в округе никого быть ещё не должно. Но мне катастрофически не повезло и одна из горожанок меня заметила. Никакая чума не распространяется по округе так быстро, как слухи. В общем, репутация у меня среди местного населения не самая хорошая. Будут у графа с поисками сопровождения большие проблемы, но на то он и граф, чтоб слово его закон: раз сказал будет сопровождение, то будет. И проблемы будут…

В комнату я поднималась в раздумьях что брать в дорогу. В покоях оглянулась и поняла, что нет ничего, что мне могло бы пригодиться, разве что костюм для верховой езды. Сама бы я предпочла форму палача, но тогда «держать интригу» не получиться, и жених сразу «обрадуется», что у невесты очень востребованная профессия. За топор ещё как-то отговориться можно, а вот форму палачей просто так никому не дают.

Точно, топор! Вот что главное не забыть!

А все-таки странно и неприятно, что из комнаты перед приходом потенциального жениха пришлось убрать всё, что характеризует мою личность. Да и то, что это удалось с легкостью сделать, тоже вызывало душевную тревогу. Будто я могу исчезнуть из этого дома так же легко, как и появилась в нем. Хотя тут дело скорее не в вещах, а в старых обидах. Рассудком я понимала, что биологические родители делали все, чтобы найти меня после похищения, но в душе казалось, что они просто смирились с моей утратой. Ладно, тяжелые мысли перед дальней дорогой – идея плохая.

Глава 2

Утро встретило меня серостью и мелким дождиком за окном. Ну да, самая подходящая погода для путешествия. Ну, с другой стороны, какое путешествие, такая и погода.

К завтраку я спустилась в размышлениях, о том, как повлияет дождь на скорость и качество передвижений. За столом уже сидели граф и графиня Корнуэл. Сегодня биологические отец и мать не выглядели столь помпезно как вчера, зачем же им играть спектакль, когда зрителя нет.

Николя Корнуэл вежливо отодвинул мой стул – аристократ он и дома аристократ.

– Доброе утро, Лилиан. Как тебе спалось? – Голос матери был очень тихим и бесцветным. Вот она, похоже, ночью глаз не сомкнула. А я что, отлетела в страну грёз достаточно быстро. В чём и поспешила заверить графиню.

Паоло зашёл в обеденный зал, когда мы уже доедали десерт. Лицо папы было хмурым, но решительным:

– Граф, графиня, – он склонился в приветственном поклоне.

– Господин Паоло, присоединяйтесь к нашей трапезе и поведайте о том, всё ли вам удалось. – Граф Корнуэл склонил голову в приветственном поклоне. Как знак уважения.

– Спасибо, я дико голодный. Всю ночь по тавернам шастал, и искал того, кто нам нужен. – Формальности были закончены, и Паоло снова вел себя как обычно. – Нужного человечка нашёл, но вот сомневаюсь, что вам он приглянется. Про него разное болтают, но все сходятся, что человек ответственный и обязательный.

Лакей принес папе тарелку с кашей и отдельно блюдо с фруктами. Ухватив ложку и поглощая пищу, квалифицированный палач продолжал вещать:

– Он скоро подойти должон, я его попросил к служебной двери подойти, а то люди и так про вас сплетни разносят. Уж за ночь я наслушался.

В этот момент к графу подошел бледный как мел лакей и доложил, что к нам заявился гость. Отец приказал пустить, лакей побелел ещё сильнее, хотя я считала, что это не возможно. Лакей, шоркая ногами и перебарывая себя, направился к двери.

Я даже заерзала на месте от нетерпения. Кто же это у нас такой появился? После моего чудесного возвращения, нервы у прислуги порядком закалились. Только изредка кто-то не выдерживал и всхлипывал при виде моего инвентаря служебного. Долго мне гадать не дали дверь распахнулась, и в комнату зашел некромант. Лакей сам предпочел не входить, а остался в коридоре, и его трудно винить…

Мрачный мужчина в черном одеянии имел тяжелейшую ауру и одного взгляда на графиню было достаточно, чтобы благородная дама отправилась в глубокий обморок. После этого некромант перевел взгляд на меня, и мы встретились глазами, ведь я с порога начала изучать своего будущего провожатого, а в том что это именно он не было сомнений.

Мужчина был худощав, кто-то, может быть, назвал бы его фигуру подтянутой, но я привыкшая к огромным палачам с богатырскими плечами, все-таки охарактеризовала его как худого. Лицо было красивым. Правильные и тонкие черты, красиво очерченные скулы и подбородок. Черные волосы оттеняли печальное выражение лица. И вот неожиданность – яркие голубые глаза. Значит всё, что говорят о мистических черных очах некромантов ложь?

В этот самый момент взор этих самых голубых глаз пал на меня. Некромант смотрел внимательно и чего-то ждал. Бровь вопросительно поехала вверх. Мужчина как бы спрашивал меня: «В обморок падать будешь?»

Я тоже скорчила удивленное выражение: «А надо?».

Некромант многозначительно хмыкнул и наконец-то поприветствовал всех присутствующих вежливым поклоном. Но хмыкал он слишком многозначительно, поэтому его посыл до меня и не дошел.

– Доброе утро. Меня можете звать Юстиан, регалии и звания не интересуют.

Вот тут пришло мое время хмыкать: «Ага, не интересуют, ведь, скорее всего, у тебя их нет!».

Голубые глаза снова переместили свое внимание на меня. Хм … голубые? А может быть, я и не права. Он же из семьи аристократов, получается. Аристократ-некромант? Что-то новенькое.

Нет, в нашем мире каждый может заняться некромантией или какой другой магией. Это вопрос скорее денег, времени, желания и сил. Но с некромантией в своем уме не один благородный не свяжется. Хотя, кто бы говорил. В палачи то тоже никто не спешить идти.

– Леди Лилиан, вы готовы выехать сейчас? – Голос некроманта не выражал никаких эмоций.

Неожиданно – мужчина решил так сразу приступить к делу. Интересно, это он так спешит со мной побыть или хочет скоро со мной распрощаться.

– А вы не хотели бы позавтракать? – я лучилась доброжелательностью и проявляла всю возможную вежливость. Но, к сожалению, мои усилия остались не вознагражденными, Юстиан коротко бросил:

– Нет.

После этого некромант вышел. Вот просто взял и ушел из комнаты, не дожидаясь меня или моего ответа. С таким поведением в любом споре, наверно, последнее слова всегда за ним.

Поцеловав мать и отца в щеку на прощание и крепко обняв Паоло, я отправилась во двор. Там, меня уже ожидали четыре лошади: две навьюченные вещами и две готовые вести на с некромантом. Юстиан с интересом рассматривал седло на моем скакуне, и мне стало не ловко.

Дело в том, что разделение на мужской и женский тип посадки присущи только для аристократов, а вот в той среде где росла я были только мужские седла и то не всегда. Поэтому ездить в дамском недоразумении, которое почему-то звали седлом училась уже после возвращения в графскую семью. С горем пополам усидеть в таком приспособлении минут двадцать я могла, но о том, чтоб проделать таким образом весь путь не могло быть и речи. Дамское седло сейчас было погребено под тюками с одеждой (мать не оценила мой минимализм при сборах и добавила несколько платьев для покорения сердца борона) и должно было выйти на свет только, когда будем подъезжать к замку Вудов.

Видимо, некромант подумал, что произошла ошибка и сейчас я закачу истерику. Но мне пришлось разрушить ожидания Юстиана, просто заскочила на коня и приготовилась к длительному пути.

Некроманту не оставалось ничего другого как последовать моему примеру.

Лошадки поддерживали довольно бодрый шаг и цокот копыт был единственным звуком, сопровождающим нас. Мне говорить не хотелось, и некромант тоже не страдал излишней болтливостью.

Первой все же не выдержала я:

– Господин Юстиан, а как долго будет длиться наша дорога?

– Я просил ко мне обращаться просто по имени, леди. Ехать нам четыре дня, если мы будем останавливаться на ночь, а мы будем.

– Только на ночь? – И видимо столько было в моем голосе страдание, что некромант нехотя добавил, что мы можем немного передохнуть и перекусить в обед.

Я даже подивилась такой покладистости, но мне она руку.

Через три часа я уже молила всех богов, чтобы скорее настал обед. Седло, каким бы удобным оно ни было натирало самые интересные места. Не привыкшее к длительному путешествию тело устало и затекло. Нет, в дамском седле я бы вообще умерла.

Но у всех мучений бывает конец и мои тоже подошли к завершению, точнее к перерыву. Таверн или постоялых дворов рядом не обнаружилось, и мы устроились просто под деревьями в тени. Рядом протекал маленький ручеек с прохладной водой. И меня всё устраивало, что в свою очередь заставляло Юстиана удивленно поднимать бровь. Не привык видно мужчина к не капризным леди. А посвящать едва знакомого некроманта в свою историю, только для того чтоб он не умер от удивления, я не собиралась.

Юстиан развел огонь и принес воды, так у нас получился чай и не пришлось есть приготовленные заботливыми слугами пироги в сухомятку. Юстиан вообще оказался очень полезным в дороге сам все достал, сам все убрал после еды, а я не заметно для себя уснула.

Разбудил меня крик некроманта. И крик этот был вполне серьезный и взволнованный:

– Ал, лошадь!

Из-за тона даже в голову не пришло обидеться или спорить. Я просто резко поднялась и запрыгнула на спину лошадки. Потом, наконец решила глянуть, что же вокруг происходит. И увиденное меня прям удивило: живописные лужи крови, куски мяса, некромант таращился на меня круглыми глазами из-за его плеча выглядывал конь некроманта.

В этот момент я наконец осознала, что под моей пятой точкой не чувствовалось седло ни дамское, ни мужское. Опуская взгляд вниз, чувствовала, как начали дрожать руки. Снизу на меня смотрели ошалевшие глаза кошмара. Да, да настоящего кошмара – демонического коня. Видимо никто не ожидал, что я с перепугу заберусь на спину этого монстра.

Пауза затянулась на минуту и потом не уверенно произнесла:

– Здравствуй, лошадка.

Кошмар глянул на меня как на умалишённую и ответом мне стало разгневанное ржание. А дальше началось развлечение, которое было очень популярным на западе. Они там устраивают целое шоу, когда объезжают диких скакунов. И сейчас такое представление смог посмотреть и некромант. Думаю, картину можно было назвать красивой: черный огромный конь, с красными глазами и обагренной кровью мордой, и наездница с черными растрепанными волосами. Но размышлять о красоте видов, представленных перед Юстианом, времени и сил не было. Не до красоты, когда нужно удержаться на взбесившемся демоническом коне.

Я намертво вцепилась в черную гриву, которая на ощупь оказалось очень даже мягкой. Ноги плотно обхватили горячие бока животного.

Скачка закончилась через десять минут. Конь просто остановился, будто смирился с лишним грузом на спине.

– Он признал тебя. – Как-то слишком пафосно сказал Юстиан.

– Ну, да тяжело не заметить, когда на тебя кто-то влез.

– Нет, он признал в тебе хозяйку.

Я аж закашлялась от таких слов и внимательно присмотрелась к своему новому приобретению. Хотя если учесть, что кошмар сожрал трех лошадок и теперь у нас остался только конь некроманта, который все ещё трусливо выглядывал из-за спины хозяина, то приобретение крайне уместное, хотя возможно и опасное. И я решила задать пару вопросов некроманту, не слезая со спины кошмара:

– И что он теперь меня слушаться будет? А что с ним делать? Откуда он вообще здесь взялся по среди графства?

– Ал, слезай давай. Потом все расскажу.

Только сейчас заметила, что некромант зовет меня старым именем, да ещё и на «ты». Видимо, Паоло многое ему рассказал, когда нанимал для охраны. Но так даже лучше, весь этот этикет не подходит для долгой работы.

Слезала с кошмара я в районе… ну пусть будет хвоста. Некромант от моих маневров хохотал во весь голос. Но я для себя решила держаться подальше от острых зубов монстра, а значит и от его морды. В этот момент сама морда наблюдала за мной с искренним изумлением. Похоже, кошмар уже пожалел, что избрал меня хозяйкой, ведь в его глазах мое психическое здоровье вызывало вопросы.

Когда земля наконец-то оказалась под ногами громко выдохнула от облегчения. А некромант издевательски спросил:

– Ну, что отдохнула? Можем отправляться в путь?

Вот не стоило ему нервировать и без того находящуюся на грани нервного срыва меня. Я за секунду подскочила к довольно скалящемуся некроманта и в три движения отправила его на землю. Не плохо нас обучали в Академии. Плох тот палач, который не может сам (в моем случае сама) задержанного угомонить и сейчас некромант лежал успокоенный без сознания.

– Ну и что с ним делать?

Кошмар многозначительно облизнулся и оскалился.

– Даже не думай! Ты и так трех лошадей сожрал. Теперь сам все вещи понесешь. И вообще сколько в тебя влезает, я ж тебя не прокормлю.

И видимо что-то такое было в моем голосе, что кошмар сделал несколько шагов назад и даже стыдливо потупился. Ага, так и поверю, что ему стыдно.

Оттащила тело некроманта поближе к огню, чтоб не замерз. Я же не живодер какой-то. Внимательно посмотрела на своего спутника, сейчас он выглядел совсем беззащитным. Я задумалась: какая судьба привела его в некроманты.

Кошмар не слышно подошел и положил свою морду мне на плечо, автоматически погладили шершавый нос. Как-то забылось, что это не просто конь, а плотоядный монстр.

В этот момент началось что-то странное –я увидела жизнь глазами кошмара, прошлое и настоящее. Вот маленький жеребенок прижимается к черной кобылице, потом сильные руки демона отрывают его от единственного родного существа, вот уже подросшего кошмара продают демону-воину и уже через пару дней конь сбегает с поля боя, ужасно испугавшись сражения. Вот голодный кошмар оказался через несколько дней в Нуйском царстве, а ещё через несколько и в графстве Корнуэл. За это время ему удалось лишь однажды утащить курицу у крестьянского дома, после чего в ужасе от возможной расплаты кошмар умчался в лес. А тут мы. Ещё и лошади так соблазнительно привязаны.

– Так, ты не кровожадный монстр, а просто трусливый воришка?

Конь обижено фыркнул. Но меня не разжалобить так просто. И я продолжила свои размышления:

– Как же мне тебя назвать, то имя, которое выбрал твой бывший хозяин-демон, произносить не смогу. Будешь ты у меня Герой. Сокращенно будет Гер.

Кошмар обиженно засопел. Значит сарказм конь отлично понимает.

– О, вижу вы уже подружились. – Голос некроманта был с легкой хрипотцой.

Резко повернулась и ожидающе уставилась на спутника. Интересно, будет ли Юстиан ругаться?

Некромант ругаться не стал, предложил перебраться чуть в сторону, чтоб кровавые лужи не портили настроение. Юстиан уточнил, что до постоялого двора нам до темноты не добраться, а здесь мы вроде как всех монстров собрали и кивнул в сторону кошмара, который жевал ухо одной из недоеденных лошадей.

Не знаю почему, но захотелось заступиться за питомца:

– Он не монстр, просто очень голодный был. И называй его Герой, он между прочим в войне участвовал.

Кошмар подавился ухом, которое все ещё жевал. А что? Я ни слова не соврала. Участвовал же! Пусть не долго и смотался при первой возможности, но на войне он был.

– И вообще, ты мне обещал о кошмарах рассказать, как только я на землю слезу. – Попробовала добавить в голос немного обиды и кокетства, получилось не очень, но надо же когда-то свои навыки обольщения оттачивать, может если постараться, то с бароном без угроз топором обойдемся.

– Не надо было меня в отключку отправлять, уже бы все знала. Где только так драться научилась?

В этот момент поняла, что не всё Паоло выложил некроманту обо мне. А если папа не посчитал нужным рассказать всё, то и я некоторые тайны приберегу. Тему снова перевела на кошмара, и услышала старинную легенду. Но, по заверениям некроманта, история самая настоящая:

«Давным-давно в царстве демонов жили два друга. Один из них был правителем и обладал невероятной силой, а второй был советником и никогда не подводил своего товарища и давал только мудрый советы.

Пришло время правителю демонов жениться и выбрал он себе в жены дочь эльфийского князя. Этот союз должен был прекратить войны между двумя народами, поэтому эльфийка согласился на предложение. И приехала она на земли кровных противников своего народа с целью прекратить вражду.

И это была бы счастливая сказка, если бы не вмешалась любовь. Советник правителя с первого взгляда на гостью потерял покой. И эльфийское сердце тоже досталось не правителю, а его другу.

И вот влюбленные задумали поднять восстание и не только обрести любовь, но и заполучить власть.

Тайный замысел был раскрыт, и правитель демонов отослал домой несостоявшуюся жену, чем только усугубил распри между двумя народами. С другом он поступил гораздо жестче, он проклял недавнего приятеля и сказал, что ему и его роду придется вечно служить и никогда править и чтоб они не могли никогда предать, превратил его в кошмара, который душевной силой привязывается к своему хозяину».

Легенда заставила задуматься и в итоге я задала несколько вопросов Геро:

– Ты разумный? (кивок морды) Я теперь твоя хозяйка? (снова кивок). А как ты от прошлого хозяина слинял? (недоуменный взгляд)

Да, кошмары же не говорят, как он мне ответит. Но объяснения мне дал некромант:

– Демоны уже сами забыли, что хозяином кошмара может стать только тот, кто покорит его. А прежний владелиц видимо деньги заплатил и думал, что теперь он хозяин. Но душевную привязку за деньги не купить.

Кошмар согласно заржал.

Ночевали мы там же. Слишком тяжелый день вымотал, так, что я даже не заметила твердость земли.

Глава 3

Утро утру – рознь. Сегодняшнее начало дня могло бы получить приз как худшее в моей жизни. То, что я не заметила неудобства земли вчера, сегодня мне аукнулось. Тело затекло и дико болело. Казалось, каждая клеточка организма ныла.

Бодрый и веселый некромант бесил до ужаса. И чему это он радуется? Некромантам, по-моему, не положено по статусу быть радостными вообще.

Я зло зыркнула на Юстиана, а потом перевела взгляд на кошмара. Геро корчил из себя примерную лошадку. Стоял и смотрел в даль. Ладно, пусть живет пока «коняшка» демоническая.

Чашка чая немного улучшила моё настроение, пирог довершил начатое. Геро от пирогов отказывался, на что некромант пояснил:

– Кошмары едят мясо, причем предпочитают сырое.

Геро покивал, подтверждая слова Юстиана. Может рано я это чудо из монстров разжаловала? Но как бы ни было, в ближайшем городе нужно будет для питомца запастись мясом. Для нас же лучше будет.

Удивительно, но спина кошмара оказалась вполне удобной даже без седла, которое демонический конь не позволил на себя надеть. Мышцы со временем размялись, и я даже смогла получить удовольствие от езды.

Поля, распаханные трудолюбивыми крестьянами, волновались золотистыми колосьями. Солнце ещё не пекло, а всего лишь приятно согревало. Травинки возле дороги радовали сочной зеленью.

Мы особо не спешили, потому что по расчетам Юстиана до ближайшего гостевого двора было всего полдня пути, а если в нем не остановится, то снова придется ночевать под открытым небом. А мне и одного питомца с головой хватит.

Когда у дороги показался гостевой дом, солнце лишь начинало катиться к закату, а я ещё была полна сил.

В том, чтобы приехать в гостевой дом не вечером есть свои плюсы: мы смогли выбрать комнаты для себя и стойло для Геро, подальше от других коней. С кошмара станется сожрать чье-то средство передвижения. Хотя сам кошмар сделал вид, что жутко обиделся на такие предположения.

Комната, которую выделили мне, порадовала относительной чистотой. Обстановка была простой: узкая кровать, зеркало, шкаф и окно. Почему окно я причислила к обстановке? Дело в том, что подоконник был единственным местом, где можно посидеть в этих «шикарных» апартаментах. Но меня это вполне устраивало после ночевки на голой земле, наличие какого-никакого матраса на кровати воспринималось как благодать.

Отвлеклась от созерцания своей комнаты и наткнулась на выжидающий взгляд некроманта. Юстиан что, ждёт от меня капризов? Какой не сообразительный мне достался сопровождающий, ну уже мог бы и догадаться, что мне не удается оправдывать чьи-то ожидания. Вот и граф с графиней, думаю, другого ждали от своей кровинки. Но имеем то, что имеем.

Когда Юстиан устал сверлить меня выжидающим взглядом, мы договорились встретиться через час внизу, в таверне, за ужином. На том и распрощались.

Этот час я планировала провести очень плодотворно, а именно привести себя в порядок. Первая трудность заключалась в каком-то негласном правиле постоялых домов: для умывания выделяется для каждого жильца очень мало воды в кувшине. Жалко им, что ли, жидкости? Ну серьёзно, среднего размера кувшин, который почивал в уборной, был наполнен лишь на четверть.

Но нет таких проблем, которые не могла бы решить графиня, и дело тут не в выдающихся личностных качествах представителей родовитых семейств, а в деньгах. Да, вот так вот банально.

Найти служанку и уговорить её за две медные монеты наполнить кувшин полностью, а ещё взять дорожное платье на стирку за пять монет, заняло меньше пяти минут. А потом началось умывание или, точнее будет сказать, обтирание кое-как. Затем я переоделась в одно из отобранных мной лично неброских платьев. Ну то есть оно действительно было совсем не примечательным на фоне тех, которые заботливо уложила мама-графиня. Никаких ярких цветов, корсетов и глубоких декольте.

Иногда ты понимаешь, что совершил ошибку за одну секунду. Так случилось и со мной. Обычный для таверны гул прервался, когда я зашла в зал. Да, мое платье не было вызывающим, но оно было сшито из дорогих тканей. Лучше б я осталась в дорожном костюме, он сейчас выглядел, после ночи под открытым небом, подходяще для этого места.

В глазах окружающих мужчин светился интерес. Нет, у некоторых читались вполне чистые помыслы: жениться, а потом придушить по-тихому, если надоем. Другие же уже остановили свой выбор на похищении с целью выкупа.

Но, как ни странно, нам с некромантом дали съесть спокойно по тарелке каши с мясом, не очень вкусной. А потом началось действие…

Первые движения совершил громила из-за соседнего столика. Он повернулся и очень громко спросил у меня:

– Леди, не надоело ли вам такое скучное сопровождение?

Юстиан подвис, решая для себя, что происходит: то ли в нем не признали некроманта, то ли пьяному мужику жить надоело.

Я, увидев кровожадный взгляд некроманта, решила хотя бы попытаться уладить ситуацию миром:

– Нет, что вы, господин некромант отличная компания для пути.

Ну, если мужик не отступиться и сейчас, то этот самоубийца сам виноват. Но пьяному громиле чувство самосохранения, похоже, было не присуще, и он продолжил нарываться:

– Это этот-то бледный хлыщ отличная компания? Не знаешь ты, девочка, как выглядит хорошее сопровождение. Да и мужиков нормальных видать не видывала.

И этот урод с жирными нечесаными волосами, улыбнулся сальной улыбочкой, демонстрируя желтизну зубов. Образ покорителя женских сердец довершала грязная рубаха, от которой даже на расстоянии заметно попахивало лошадьми и потом.

Некромант хмыкнул, щелкнул пальцами и вдруг на тарелке «мужчины-мечты» зашевелился уже порядком обгрызенный поросенок. Громила вскочил на ноги и завизжал.

Нет, ну вот чего он ожидал, ввязываясь в конфликт с некромантом?

В этот момент по таверне пробежало волнение. Видимо, многие решили, что сейчас под предлогом защиты товарища можно добраться до хорошей добычи, то есть до меня.

Звук отодвигаемых стульев был звуком подписанного приговора, но вот только кому он подписан ещё посмотрим.

Первые два подоспевших на помощь были снесены тушками куриц, вылетевшими из кухни. Птицы были разной степени готовности, но все вели себя самоотверженно, не иначе в прошлой жизни были боевыми орлами, точнее позапрошлой.

Третий был отправлен в отключку кулаком некроманта. А вот с четвертым я решила помочь, тем более он очень удобно пытался пробежать мимо в сторону Юстиана. Легким, даже можно сказать грациозным движением нанесла оточенный удар в грудь. Дыхание у несостоявшегося бойца сбилось моментально, и он плавно присел, пытаясь вдохнуть.

Я с благодарностью вспомнила преподавателя по безопасности профессиональной деятельности. Дело в том, что палачам не особо преподают боевую подготовку, нам же нет нужды бегать и вступать в сражения. Но иногда преступники могут избавиться от пут и кандалов, и вот в такой ситуации палач должен уметь постоять за себя и по возможности остановить беглеца.

Господин Кантен сразу увидел, что работа ему предстоит сложная. Я сидела и радостно улыбалась, предвкушая новые знания и умения. Но преподаватель моей радости почему-то не разделял. А причина пессимизма стала ясна на первом же занятии.

Взрослые и сильные мужчины с легкостью демонстрировали приемы по захвату и нейтрализации преступников, у большинства было боевое прошлое. А мой первый же удар закончился травмой. Моей травмой. Палец выбила.

Господин Кантен оставил меня после занятия и заявил, что я смогу сдать его предмет только если буду ювелирно выполнять приемы. Количество этих самых приемов для меня ограничено всего несколькими десятками, теми что требуют не столько силы, сколько точности и резкости.

Удар в грудь не был моим любимым, ведь в него все-таки нужно вложить определенные усилия. Но сейчас он отлично сработал. И я вошла в кураж.

Нос, глаза, горло, пах, подбородок и колени противников страдали от ударов моих рук и ног. Некромант, увидев мою активность, тоже включился физически. Он, кажется, забыл про магию и также очень четко наносил удары.

В какой-то момент наши противники приняли правильное решение покинуть поле боя. Мы с Юстианом удивленно рассматривали недавно ещё полную таверну. Первым заговорил некромант:

– Ал, как думаешь, твои родители оплатят всё то безобразие, что мы натворили?

Я посмотрела на Юстиана удивленно: глаза голубые, а некоторые повадки аристократов не знает. Решила просветить провожатого:

– Нет, конечно. Обвинят местных стражей в плохой работе и вычтут ущерб из их жалований.

Мне почудилось в голосе некроманта одобрение, когда он сказал:

– Ну, тогда и волноваться не стоит. – И уже повернувшись к перепуганным подавальщицам: – Уважаемые, а мы дождемся наш чай?

Подавальщицы быстро кинулись на кухню и вернулись оттуда с чайничками и чашками. Улыбка на лице девушки, принесшей поднос, была приклеенной и совсем неискренней. И я её отлично понимаю. От уютного зала осталось только воспоминание. Разломанные столы и стулья, разбитая посуда, пятна крови на полу, и там же тушки птиц, выбежавшие по воле некроманта из кухни. Поразительно, как наш с Юстианом столик остался стоять целым и невредимым.

Топот шагов прервал наше мерное чаепитие. В разрушенный зал толпой вломились стражники и округлившимися глазами уставились на нашу парочку. Ну да, этакий пир во время войны.

Один из служителей выкрикнул:

– Городская стража! Вы задержаны.

Не знаю почему, но мне дико захотелось поострить, видимо бой слишком выбил из колеи, и я не стала себя сдерживать:

– Слышь, Юстиан, они нас за городскую стражу приняли. – А потом уже им сказала: – Городская стража не мы, а вы.

Ни я, ни некромант не успели даже моргнуть, как тяжелый кулак прилетел в мое лицо, а меньше чем через секунду Юстиан уже лежал в антимагических кандалах на полу.

Боль обожгла и заставила слёзы выступить на глаза. Не скажу, что методы воспитания Паоло отличались человеколюбием, но максимум физического воздействия – хлопок по пятой точке ремнем. Тоже больно, но не так обидно и унизительно.

Я вскипела от обиды и уже закричала:

– Да ты знаешь на кого руку поднял?

Не люблю козырять статусом, и многие в академии до сих пор не знают, что с ними проходит обучение молодая графиня. И сейчас начала свою речь только из-за сильных эмоций. Но продолжить мне не дал некромант:

– Ал, здесь не поможет то, что ты дочь палача.

Я от такого заявления опешила, а стражи заржали и заулюлюкали. Не понятно, зачем сделал такое заявление мой сопровождающий, но первая волна эмоций отхлынула, и я решила довериться Юстиану. Все-таки палачей учат самоконтролю очень хорошо. Особенности профессии такие. Тебе могут привести ужаснейшее чудовище в теле человека и если от него нужно получить информацию, то все действия должны быть подчинены холодному рассудку, а не эмоциям.

Когда стража закончила потешаться, нас повели по улицам города.

Вначале, всё шло своим чередом. Стражники гордой поступью шли по улицам, окружая две сгорбленные фигуры, скованные кандалами. Наши фигуры.

Но вот первый в процессии запнулся и начал испугано озираться. Потом начал выкрикивать странные фразы:

– Нет, бабуля, я не смотрел на панталончики Аннет. Я не виноват. Она сама. По мужественному лицу взрослого мужчины текли самые искренние слезы. Но все прекратилось, как только его руки коснулся удивленный товарищ.

Некоторое время мы снова шли спокойно, только стражники с настороженностью поглядывал на своего эмоционального коллегу. Но беда пришла с другой стороны.

Стражник, идущий последним, вдруг сел прямо на мостовую, закрыл руками лицо и начал мелко трястись. Потом он завопил высоким голосом:

– Уберите эту пакость! Червяки, кругом червяки! Уберите их!

Не выдержав высокого звука, стражник, который ещё недавно разговаривал со своей бабулей, отвесил товарищу звонкую пощечину. После этого, служака растеряно оглянулся, встал и снова стал в строй.

Один из стражников, в котором можно было разглядеть начальника, громко заявил:

– Так, ребята, успокоились и ускорились! – А потом чуть тише добавил: – Что за чертовщина…

Стражники засеменили чуть быстрее, вынуждая нас тоже увеличить скорость передвижения, что было задачей сложной, на ногах то кандалы. Но нас никто, естественно, не спрашивал.

Юстиан удовлетворенно хмыкнул и проговорил еле слышно:

– А Геро молодец. Жаль слишком молод, массовую волну пока не потянет.

Я заинтересовалась словами некроманта и также тихо спросила:

– А причем тут мой конь?

Наклонив голову и чуть ли не касаясь губами уха, Юстиан прошептал:

– А ты не знаешь почему кошмаров так называют? Эти существа могут создавать волну страха и паники. Поэтому демоны так ценят их. Но массовое воздействие подвластно только взрослым и сильным особям, Геро же ещё совсем молоденький. До сих пор ума не приложу, зачем его прежний владелец потащил на поле боя?

Тут очередной приступ случился у стражника «с бабулей», и я в суматохе смогла задать вопрос, который меня волновал нИ чуть не меньше, чем участие Геро в злоключениях охраны:

– А почему это ты вспомнил, что я дочь палача?

– Если всплывет правда, нас потихоньку прикопают.

В этот момент стражники уже имеющие опыт, снова привели товарища в себя и говорить стало небезопасно. Но думать-то мне никто не запретит. И после нескольких минут рассуждений, я была вынуждена согласиться со словами некроманта. Графские семьи, как персоны особой важности были законом защищены от всякого рода посягательств. И за удар стражника ждала смертная казнь. И его товарищей вряд ли ожидала намного более благополучная судьба. Да, в таком случае графиню лучше придушить, прикопать и сделать вид, что никогда не видел.

Демоническая «коняшка» продолжал веселиться, и то один, то другой охранник выпадал из действительности. Так мы узнали, что у главного дома довольно строгая жена и он до умопомрачения боится, что она прознает о его любовнице. А один из молоденьких стражников до сих пор дрожит от имени господина Кантена, я его отлично понимала, кстати. Встреча с бывшим студентом моего учебного заведения в других условиях бы порадовала, но сейчас… Не до студенческих воспоминаний как-то.

Наконец, в конце улицы показалось здание отделения городской стражи. Причем солидное такое строение, если учесть, что город-то и не особо велик. Мы вот меньше чем за полчаса его поперек прошли. Но, опять-таки, не время думать об уместности использования городских средств.

Я очень обрадовалась тюрьме. Заявление очень странное, но после тридцати минут ходьбы в кандалах и встреча с коллегой не покажется столь страшной. Палача к счастью на месте не было, вечер-то поздний, все порядочные люди по домам сидят. Не то что некоторые возмутители спокойствия, пришли в таверну, людей честных и мирных избили, обстановку порушили. Вот завтра палач придет и начнет дознания. Эту информацию нам любезно предоставил главный из стражников, когда в здании приступы страха перед женой его покинули.

– Волна через стены не проходит. – Печально вздохнул некромант.

Как странно было находиться в камере не на экскурсии, а в качестве задержанной. Посадили нас с Юстианом в одну камеру, до окраин мода на отдельное содержание мужчин и женщин не дошла. Как и на установку приличных уборных, иначе откуда в камере взяться такому тяжелому, просто невыносимому духу.

В помещении временного содержания, как именовалось оно в моих учебниках, сейчас вольготно расположилось шесть мужчин. Пятеро из них имели откровенно уголовный вид.

Надеюсь, мы с Юстианом переживем эту ночь.

Глава 4

Всё оказалось не так плохо. Первая фраза, которая нас встретила, была:

– Так это вы пошумели в таверне?

И не было в голосе говорившего мужчины ни зла, ни агрессии. Это был заключенный лет сорока с карими глазами, обрамленными сетью мелких морщин. Некромант ответил дружелюбно:

– Так получилось. Защищались. И мы, на самом деле, не буйные.

– Верим, верим. – Мужчина, который задал первый вопрос сделал приглашающий жест в сторону соседней койки. Двое молодых парней, сидевших на ней, сразу встали и пересели.

Мы с некромантом, не сговариваясь, быстро опустились на предложенное место. От мужчины исходили волны силы и уверенности. И меня не могли сбить с толку потертая старая одежда, добрая улыбка и морщинки лучиками разбегавшиеся от темно-карих глаз. Он здесь главный, и два парня своим безоговорочным подчинением лишь подтверждали мои выводы. Если главный, то лучше найти с ним общий язык. Открытая улыбка быстро зажглась на моем лице, если честно, не хотелось думать, как она сочетается с расплывающимся по скуле синяком. Если выживу и смогу добраться домой, местной страже точно несдобровать.

– Как вас зовут, молодые люди? – Мужчина, которого про себя я уже обозвала «начальником», продолжал играть роль гостеприимного хозяина. И нам не оставалось ничего, кроме как подыграть ему.

– Я – Юстиан. А моя спутница Ал. – Некромант представил нас, и я отметила, что он использует мое «домашнее» имя уже в который раз в сокращенном варианте. Видимо папа-Паоло не сообщил сопровождающему полную форму. Хотя какая разница…

– Ал! – Мужчина позвал меня, как бы между прочим. Но мне показалось, что он проверяет то, как быстро я отзовусь. Неужели, предполагает, что ему назвали фальшивое имя? Наверное, тоже заметил цвет глаз. Но отозвалась я моментально, так как к такому обращению за много лет очень привыкла. «Начальник» удовлетворенно кивнул и продолжил свою речь ко мне: – Неужели, вы получили травму в потасовке, или же это стражи так неуважительно с вами обошлись?

– Стражи. Простите мою бестактность, но как нам лучше к вам обращаться? – Я постаралась построить фразу как можно более учтиво, но без лишней вычурности.

– Зовите меня просто Зубр. Итак, молодые люди, посвятите меня в то, что же произошло в таверне? Из-за чего весь сыр бор?

Ответ я доверила Юстиану. Во-первых, у него лучше получается определять, что можно сказать (в ситуации со стражами убедилась), а во-вторых, он сопровождающий, вот пусть и отдувается. Я же тяжело облокотилась о стену. Какой сложный вечер вышел.

– Мы решили переночевать в гостином дворе и спустились в таверну поужинать, видимо моя спутница приглянулась местным сорвиголовам. И они не принимали отказы девушки. Вот и пришлось с помощью моей силы некроманта проучить несколько зазнавшихся мужланов.

Как я и думала, часть информации Юстиан предпочел утаить. Если точнее, он полностью исключил из истории мое боевое участие. И я уверена, что сделано это было не из лишнего тщеславия, а чтобы временно скрыть наши активы. Разговор шел плавно, без острых углов.

Я держала в руках кружку с мутноватой жидкостью. Теплота так называемого чая радовала, согревала ладони. Но пробовать эту жидкость почему-то не хотелось. И не подумайте, что я за несколько лет стала избалованной и изнеженной аристократкой. Просто я – дочь палача, и прекрасно знаю местную кухню в прямом и переносном смысле. Папа не раз говорил, что продукты для заключенных – это одна из самых изощренных пыток. А Паоло в пытках разбирается хорошо.

Зубр перевел внимательный взгляд на меня. Как это я не заметила, что некромант уже договорил? Карие глаза смотрели на мое лицо:

– Итак, леди Ал, что вы забыли в наших краях?

Я сразу решила расставить акценты:

– Можно просто Ал, не люблю регалии и звания.

Вот же, даже не заметила, как заговорила словами некроманта! Ещё бы знать, что дальше говорить. Но я заметила, что некромант нигде напрямую не врал, лишь умалчивал. Последую его примеру:

– К жениху еду. Юстиан меня сопровождает.

Зубр удовлетворенно кивнул каким-то своим мыслям. Затем «начальник» подозвал одного из парней и предложил тому сесть рядом с нами.

– Расскажи-ка, Петрес, свою историю.

После этого Зубр удобнее устроился на своей койке и приготовился слушать свою любимую «сказочку». Стоит отметить, что спальное место «начальника» выделялось среди остальных. Койка его была покрыта не серым колючим покрывалом, а светлым пледом, который выглядел чистым. Не плохо он здесь устроился.

Петрес заговорил спокойным приятным голосом:

– Мы жили с семьей в этом городке всю жизнь. Моя мама работает прачкой, а отец помогает мельнику. Наша семья никогда не чувствовала нищеты, мы не голодали. Когда я подрос, родители решили пристроить меня работать в одной из бакалейных лавок управляющим. И все шло прекрасно, пока я не встретил Софию. Девушка покорила меня с первого взгляда: стройная фигура, большие глаза, длинные русые волосы. Было одно но: София была дочкой главы городской стражи. Я ей не ровня. Но несмотря на это, девушка ответила на мои ухаживания благосклонно. Первые наши свидания длились всего несколько минут в её саду. Через неделю я осмелился поцеловать девушку в щёку. Кто-то донёс отцу Софии и на следующий день два стражника меня избили и предупредили, чтоб я держался подальше от девушки. Любовь была сильнее боли, и я хотел хотя бы оправдаться перед любимой, прежде чем оставить её.

Разговор с Софией был душераздирающим. Она отказывалась понимать мой страх и твердила, что если бы я её любил, то боролся бы за неё. И моя уверенность рассыпалась. Тогда я предложил Софии бежать со мной в другое графство. Она согласилась, и мы договорились встретиться в полночь у тракта, ведущего к столице.

В двенадцать часов София не пришла, зато пришла стража и арестовала меня. Мне было предъявлено обвинение в краже. Вроде как я украл деньги в лавке бакалейщика, в которой работал. Я очень переживаю за Софию.

На последних словах Петрес горестно вздохнул. Юстиан поддержал парня и отпустил пару крепких словечек в сторону начальника стражи. Зубр открыл глаза и движением руки отослал парня на другую койку.

Я же недоверчиво посмотрела на некроманта. Он серьезно считает виноватым главу стражи? Да ну, не может быть!

Пока я изучала лицо Юстиана, Зубр смотрел за моей реакцией, и после того как сделал определенные выводы, обратился ко мне:

– Что, леди, у вас другое видение ситуации?

– Но София же просто подставила Петреса! – Может и не стоило высказывать свои мысли, но меня захлестнули эмоции: – Она с самого начала знала, что их союз невозможен. Понимала, что парня ждут неприятности. Не могла не понимать! И потом, думаю, она специально не пришла на встречу с парнем и все рассказала отцу. Наверное, просто испугалась лишиться материального достатка.

Я ожидала реакции Зубра. Мужчина тепло улыбнулся:

– Люблю, когда люди пытаются размышлять и анализировать. Но в ваши рассуждения закралась одна не точность. Прошу, только не расстраивайтесь, у вас не было всех первоначальных данных. Петрес не упомянул одну деталь: Софии шестнадцать лет.

– Она просто не подумала. – Выпалила тут же я. Ощущение будто сижу на уроке и нужно во чтобы то ни было найти правильный ответ.

– Умница. Да, предполагаю, что она не подумала. Мы говорим о молоденькой разбалованной девочке, которая никогда не несла ответственность за свои поступки. А про побег… Ну, думаю, она просто проболталась подруге или нянюшке. Не осознавала девушка, какую опасность несет эта информация. А о том, что возник страх потерять материальный достаток… Вряд ли. Скорее всего до Софии так и не дошло, какую жизнь ей мог предложить Петрес. Для неё это была просто игра в любовь. Ну, это только мое мнение.

Ощущение, что я сейчас сдавала экзамены, не покидало меня. Уж слишком внимательно за мной наблюдал Зубр.

– А хотите ещё одну историю? – И не дожидаясь ответа «начальник» подозвал мужчину лет тридцати. Он был похож на Петреса, такой же незапоминающийся, если бы не очень примечательный нос. Огромная картофелина, иначе и не назовешь.

– Это Витресс. Расскажи нам, дружище, свою историю.

Возникало ощущение, что данный вид развлечения здесь часто практикуется. А с другой стороны, чем ещё заняться за решеткой – только переживать свою жизнь заново.

Рассказ Витресса звучал примерно так:

В небольшом поселении под городом жили три брата. Витресс был старшим ребенком и всегда помогал родителям. Всей семьей они работали в поле и зарабатывали свой кусок хлеба тяжелым физическим трудом. Семья была дружной и все проблемы преодолевала вместе. А однажды отец сказал, что нужно все силы приложить и младшенького выучить на писчего. Каждый день понемногу откладывала семья, недоедали, продавая лишний (хотя, на самом деле, совсем не лишний) кусок. И вот, младшенькому Айку исполнилось тринадцать и его отправили в город, обучаться писчему делу. После, Айк остался работать в городе секретарем градоправителя и домой вернулся уже двадцатилетним парнем. К тому моменту отец с матерью уже покинули этот мир, братья остались одни. Как же Витресс радовался возвращению брата, надеялся, что тот решил помочь семье, когда-то так много сделавшей для него. Но у братца были другие планы. Айк решил жениться на городской девушке и ему были нужны деньги. Для этого он решил продать родительский дом. Старшие братья стояли, разинув рты от удивления. А младшенький тем временем протянул им какие-то бумаги, сам же отправился осматривать владения. Айк был недоволен осмотром – за такую лачугу много не заплатят, хорошо хоть земли участок приличный. А братья тем временем пытались осознать, что они отныне бездомные. Хорошо, никто из них к тому времени семьей и детьми не обзавелся.

Братья покинули дом в тот же вечер. Спорить с законом себе дороже. Дальше началась бродячая жизнь. Братья брались за любую работу, но часто оставались голодными. Зимой средний брат замерз. И Витресс остался один. Он боялся повторить судьбу брата или же умереть от голода. И тогда он решил попасть за решетку, там кормили и крыша над головой есть. А если отправят на каторгу, то и это не страшно. Там тоже кормят и тяжелой работы Витресс не боялся.

Мужчина встал с койки и отошел в угол. Это выглядело как давно отрепетированный спектакль. Только люди здесь не актеры. Я судорожно пыталась понять есть ли в этой истории подвох. Стоит признать, это напоминало какую-то игру.

– Но, получается, виноват Айк? – Я не нашла ответа и недоверчиво посмотрела на «начальника».

– Получается, графиня. Но подумай, что за мир у нас такой, если невиновный человек мечтает оказаться на месте преступника.

Некромант дернулся, как от пощёчины. Я замерла, не отводя взгляда от карих глаз Зубра. В моих глазах он стал кем-то вроде дикого зверя, опасного и непредсказуемого.

– Не бойтесь, дети. Никто вас обижать не собирается. Только вы, графиня, подумайте хоть немного, что в этих историях могли бы изменить лично вы.

В этот момент по помещению разнесся тихий хруст откуда-то из-под крыши.

– Думаю, это за вами. Ведь я выходить сегодня не планировал. – Зубр снова тепло улыбнулся мне.

Под крышей обнаружилось совсем небольшое зарешеченное окно, точнее, это раньше оно было зарешеченным, а сейчас металлические прутья мирно жевал кошмар.

– Вот и плюсы подвальных помещений для заключения. – Произнесла я вслух, вспомнив один очень занудный талмуд, который нас заставили читать в академии. Труд назывался «Преимущества подвальных помещений при содержании заключенных» и наш преподаватель по техникам общего содержания (у студентов название дисциплины сократилось до «то-сё») был от него в восторге и чуть ли не заучить заставил.

– Вообще-то на решетке была магия. – Как бы между прочим сказал Зубр, связывая между собой простыни.

– А вы вроде сегодня выходить не собирались? – Удивилась я столь быстрой перемене планов сокамерника.

– Так я и не собираюсь, это для вас. А мы все здесь останемся.

– А Петрес? – Я вдруг вспомнила, что парень, вообще-то, тут ни за что, ни про что париться.

Но Зубр имел другой взгляд на вещи:

– Поверь мне, взрослому дяде. Этому импульсивному оболтусу лучше пару недель посидеть, пока его София замуж не выйдет. Не то головы лишиться. А там я ему сам помогу покинуть сии гостеприимные апартаменты.

На последних словах Зубр зашвырнул веревку вверх, а Геро поймал. Вот так просто. Прям циркачи, а не преступник и кошмар.

Первым полез некромант, ведь он сильнее, ловчее и т.д., ну и его не жалко. Не то чтобы совсем не жалко, но не так как себя.

Уже уцепившись за веревку из простыней, я не выдержала и задала Зубру вопрос:

– Вы ведь не преступник?

– Эх, графиня, графиня, ничего-то вы не поняли. Не всегда образованный человек – добрый, аристократ – умный, а преступник не всегда злодей. Это только часть нас, не нужно ярлыков, графиня, и жизнь станет для тебя чуть более понятной.

Я ползла по веревке и думала над словами философа-заключенного. А ведь он прав: вот получил Айк образование, долго учился, но любить родных и ценить их помощь так и не научился. А София не смогла здраво оценить опасность отношений для влюбленного юноши. А сам Зубр даже не попытался воспользоваться моим положением, хоть и понял, что перед ним стоит графиня. А те «честные граждане», что были в таверне, соблазнились одним видом более-менее дорогого платья.

Так кто на самом деле злодей?

Вылезла из окна и обнаружилось, что некромант уже сидит на спине кошмара. Ого! Это с каких пор Геро стал такой покладистый? Неужели слышал, когда Юстиан его хвалил по дороге сюда?

Некромант подал мне руку, и я быстро заскочила на спину своего «коняшки».

Проехав около километра, я попросила Геро остановиться. Кошмар послушно притормозил. Было важное дело и я не хотела откладывать его в долгий ящик.

– Геро, солнышко, а ты мог бы перегрызть браслетики, которые на руках Юстиана?

Кошмар закивал головой. Некромант поднес руки с браслетами к морде, но на всякий случай предупредил, что в случае травм и укусов кому-то не поздоровиться. Я сразу же подумала, что не поздоровиться как раз Юстиану, ведь это его же за руку цапнут. И вообще, чего это он на мою животинку наговаривает. Ну съел кошмарчик пару лошадок, но он же не виноват, просто голодный был.

Кстати, о голоде. В этот момент звякнули браслеты об землю, руки некроманта не пострадали.

– Юстиан, раз уж мы здоровы и невредимы, то может заберем свои вещи и уберемся из этого гостеприимного городка? Ещё надо закупить продуктов и обязательно мяса, иначе, боюсь, наш помощник может и нами закусить.

Геро обижено зафыркал. Я погладила его по теплому бархатному носу:

– Да шучу я, шучу. Ты сегодня действительно наш герой. А героям положена награда.

– А пострадавшим от произвола стражников – компенсация. – Добавил Юстиан и махнул в сторону офиса городской стражи рукой. Ой, боюсь, просто так служивые не отделаются.

– Ты не забыл, что там не только стражники?

Но некромант меня успокоил, что никто не пострадает, а наши новые знакомые ещё и повеселятся: когда они ещё увидят, как за стражниками бегают зомби-крысы и пытаются цапнуть за пятую точку.

Я живо представила себе эту картину. В моих фантазиях от полусгнившего крыса убегал тот стражник, что ударил меня. На душе стало легче. Все-таки, иногда безопасная месть очень даже полезное дело для душевного равновесия.

Мы направились в сторону таверны за своими вещами. И стоит хозяину этого заведения молиться, чтоб ничего из нашего скарба не пропало – вон некромант в каком боевом настроении.

Глава 5

В таверне нас, слабо говоря, не ждали. Уж точно не ночью того же дня. Но в пользу хозяина постоялого двора можно сказать, он нам не мешал. Просто стоял и смотрел, как мы заходим и поднимаемся в комнату. Ну и правильно, с психами спорить бесполезно. А в глазах местных мы и были теми самыми психами.

Вещи мы собирали быстро, не обманула нас покладистость хозяина. Собралась я в рекордные пять минут. В дверях уже стоял Юстиан:

– Делаем ноги, леди. – Странно было слышать от такого всего из себя некроманта просторечия, и я прыснула со смеху.

Юстиан тоже улыбнулся. И мы побежали. Ну, нет, мы шли, если говорить формально, но очень быстренько так передвигали ногами. Платить за устроенный погром не хотелось, да и потом, от взятой с собой суммы остались бы крохи. Все-таки родители не рассчитывали, что дочь будет разносить таверны направо и налево.

Внизу нам пришлось задержаться: вопрос с провиантом никто не отменял. Хозяин заведения хоть и выглядел злым, но продукты продал, даже мяса сырого несколько килограмм нашел, безмерно удивившись нашим вкусовым пристрастиям.

Уже выйдя на улицу, и погрузив все на кошмара, и оседлав лошадь некроманта, которую к счастью никто не позаимствовал, Юстиан спросил:

– А чего это хозяин согласился нам что-то продать? Я б на его месте отправил нас по известному адресу.

Я даже удивилась такой позиции:

– Ну и дурак. Остался бы без денег вообще. А так он немного цену задрал и часть финансов себе вернул. Хозяин уже прекрасно осознал, что с нас ему ничего не получить. А, как говорится: «С паршивой овцы, хоть шерсти клок».

За город мы выезжали быстро и ещё несколько километров проехали в довольно бодром темпе. Потом некромант предложил остановиться и перекусить. Уже светало. Бессонная ночь вымотала довольно сильно, и сладкий чай с пирогом могли пополнить запас сил. Да и кошмар последние полчаса как-то стал принюхиваться и облизываться. Надеюсь, это он мясо учуял, а не нас с некромантом.

Полянка возле дороги, видимо, уже неоднократно была использована путешественниками, и поэтому она была абсолютно удобной. Даже место для костра уже заготовлено, камнями огорожено. Густая растительность по краям поляны давала приятную тень.

Некромант тоже выглядел уставшим, поэтому я не стала сильно уж наглеть и стала накрывать стол. Но первым делом, конечно, отрезала несколько крупных кусков мяса и дала «коняшке». Кошмар оценил угощение и даже урчал, когда жевал свой завтрак.

Потом я достала пироги и пакет с листьями чая. Некромант уже и огонь развел, и в чайник воды налил – когда только успел. Завтрак был приятным и спокойным. Юстиан рассказывал мне истории из своего обучения в магической академии.

Факультет некромантов оказался очень забавным местом. Оказалось, за мрачными образами скрывались достаточно активные личности. И проказы были там делом обычным. То кладбище поднимут, чтоб отомстить не в меру жадному трактирщику. То «любимую» тетушку преподавателя призраком на пару пригласят.

Я смеялась и не могла остановиться. Даже в какой-то момент завидно стало. Все-таки, факультет палачей место не слишком веселое, учатся там люди взрослые и многоопытные. Говорить с моими одногруппниками интересно, но ожидать от них веселых проказ глупо.

Смешные истории немного взбодрили, и мы решили долго на месте не задерживаться. Юстиан пояснил, что нам лучше с дороги съехать, стражники – люди обидчивые, могут захотеть отомстить. Незачем давать им такую возможность. Поэтому с полянки мы отправились в глубь леса, а не к дороге. Ехали чуть медленнее, чтоб ветки не царапали, некромант их срубал. Конечно, нас по такой тропинке могли бы найти. Но не думаю, что они вообще предположить могут, что мы с дороги сойдем. Звери и прочие опасности кого угодно напугают. Ну, ладно, не кого угодно. У меня снова был топор, а некромант мог колдовать, плюс кошмар – звери не глупые и держались от нас подальше.

На обед мы не останавливались. И уже ближе к закату, я готова была уснуть прямо на кошмаре. Некромант заметил и сжалился, когда мы увидели крошечный ручеек он объявил привал на ночь. Отбежав в кустики, а после попив воды, я закрыла глаза и провалилась в глубокий, крепкий сон.

Разбудил меня крик некроманта, точнее даже, визг. Я в первый момент не на шутку испугалась. Подумала, что стражники нас все-таки догнали, и теперь измываются над моим сопровождающим.

Но, открыв глаза, никаких воинов я не обнаружила, только некроманта, сидящего на одной из нижних веток ближнего дерева. Юстиан голосил на высоких нотах, а кошмар смотрел на него ошарашено. Видимо «коняшка» тоже не видел причин испуга мужчины.

– Чего орёшь среди ночи? – Спросила я очень громко, чтоб перекричать визг.

– Мыши. – Как-то неожиданно тихо ответил Юстиан.

– И всё? – Я ошалело смотрела на нелепо скорчившегося на ветке некроманта. – А ну слазь!

Мужчина отрицательно покачал головой.

– Я сказала спускайся, немедленно! – Попыталась сделать голос как можно строже, но сквозь серьезный тон пробивался смех. Ну как можно сдержаться, когда этот суровый некромант сидит на ветке и визжит из-за того, что увидел маленького пушистого зверька? Мужчина снова отрицательно помахал головой.

Поняв, что заставить Юстиана спуститься угрозами не получиться, решила поискать маленького возмутителя спокойствия.

Итак, поисковая операция была начата, подключила и кошмара.

Представьте себе картину: юная леди ползает в траве, рядом с ней ходит кошмар и водит носом, а над всем этим сидит некромант и так ощутимо трясется. И ощущает эту тряску не только дерево, на меня то и дело летят палки и листики с несчастной растительности.

– Вот скажи мне, как тебя с такой фобией в некроманты-то занесло? – решила отвлечь парня разговором.

– Так я мертвых грызунов и не боюсь, только живых. У них глаза страшные, нос мокрый и маленькие теплые лапки. – Юстиана на последних словах заметно так передернуло.

И после этого кто-то посмеет заявить о кривой логике женщин? Вот представитель сильного пола, а несет полный бред.

– То есть если лапки холодные, то уже не страшно? – Задала я вопрос, в надежде прояснить для себя ситуацию.

– Да… Нет… Не знаю… – Отличный ответ, прям все стало ясно-понятно. Но не смотря на неопределенность сопровождающего, я решила попробовать обойти его фобию:

– Сейчас ночь и лапки у мышонка скорее всего будут холодные.

Но некромант тут же замотал головой:

– Лапы были теплые!

– Когда ты их потрогать-то успел? – Удивилась я.

– Она на мне сидела! Мышь! И лапы теплые! – В голосе некроманта сквозила настоящая истерика. Успокаивать разговорами – не моё. Вот топором кого-то успокоить – это всегда пожалуйста. А с разговорами все сложнее.

Именно в этот момент я поняла, что кто-то ничего давно в траве не вынюхивает, а просто стоит и ржёт, как лошадь. Хотя технически конем кошмар и является.

До меня начало доходить: мыши стараются к людям не лезть, сквозь ездовой костюм определить температуру лапок невозможно. Итак, значит кошмар-смертник постарался. Сама решила руки воспитательными мероприятиями не марать и поэтому сказала перепуганному некроманту:

Продолжить чтение