Читать онлайн Случайная двойня для магната. Воронцовы бесплатно

Случайная двойня для магната. Воронцовы

Глава 1

Пролог

Ярослава

– Ты?! Зачем пришла… – скользит удивленным взглядом.

Вздрагиваю от знакомых ноток давно забытого голоса. Чувствую себя неуютно под прицельным синим взглядом.

– По-прежнему хороша…, – крепко держит меня за плечи. – Безумно красива, – нагло протягивает руку к моим волосам, поправляет упавшую на лицо светлую прядь.

Прикосновения его пальцев отдаются во мне миллионами импульсов, пронзают насквозь растревоженную душу.

Задыхаюсь от его наглости, а внутри меня всё пламенеет.

Откуда он здесь?

– Почему сразу не ко мне? – рубит с плеча.

Не понимаю о чём он? Знаю одно – мне очень нужна эта работа! Хозяйка съёмной квартиры срочно продала свою двушку. И нас с детьми попросила на выход с вещами. Спасибо подруге, пристроила на время в коммунальную квартиру. А потом я планирую покупку недорогой квартиры. Чтобы взять ипотеку, мне нужно получить работу с хорошей зарплатой.

Но отправляясь на собеседование, я даже подумать не могла, что меня здесь ждёт мужчина из моего прошлого…

– К тебе?.. Почему, к тебе? – растерянно оглядываюсь назад на менеджера по подбору персонала.

Эйчара, словно ветром сдуло, и мы в кабинете остались одни.

– Моя фирма!

– Не знала, – невнятно извиняюсь.

– Яра, – голос Егора хрипит.

От нашей близости он не понимает, что творит, забывается, где находится. Всё как тогда – девять лет назад. Когда мы рядом, то не принадлежим себе, растворяемся друг в друге, мозг отключается…

Нас топит в эмоциях, неподвластных разуму, и тела не подчиняются командам.

Егор хватает за талию, крепко прижимает к себе. Так крепко, что нечем дышать.

– Егор, пожалуйста…

Крепкие руки скользят по моей спине, горячие губы вцепляются в шею.

– Яра! Яра!..

Прихожу в себя, толкаю мужчину с потемневшими от желания глазами в грудь.

– Пусти меня, Воронцов! – отчаянно вырываюсь из его рук.

– Яра … – тихий стон вползает мне в душу.

Всё как тогда…

Он и сейчас решил, что я пришла к нему. Воронцов по-прежнему считает, что я принадлежу ему. В качестве кого?

Я вся дрожу. Зябко веду плечами. Холод лижет между лопатками, а щеки пылают от негодования.

– Егор, я замужем!

Будто влепила ему пощечину. Отстраняется, выпускает из цепких объятий. Взгляд мрачнеет.

– Егор Андреевич, – за его спиной материализуется эйчар.

– Что? – бросает, не поворачиваясь.

Застыл в двух шагах от меня, широко расставив ноги и спрятав руки в карманах.

– Что делать с соискательницей? – настойчиво уточняет она.

– С которой? – спрашивает небрежно.

Яркая стильно одетая брюнетка обходит босса на стервозных шпильках.

– Вот с этой! – агрессивно произносит она. – Ярославой Соколовой…, – презрительно поджимает губы, под стать своему боссу.

Воронцов оценивает меня.

Куда делась его минутная слабость? Или мне показалось?

– Подходит под вакансию? Навыки? Образование?

Эйчар протягивает ему резюме, но босс не принимает папку, и файлы с грохотом падают на пол.

– Позже решу, – сухо цедит Воронцов, не глядя на нас обеих. Круто разворачивается и размашистым шагом покидает кабинет.

Встряхиваюсь. Глубоко дышу. Словно машина времени отнесла меня на девять лет назад – едва успеваю всплыть на поверхность из-под ледяной толщи воды.

– Что Вы ему сказали? – недовольно хмурится эйчар.

– Ничего, – жму плечами.

Наивная, на что я рассчитывала? Получить работу в крутой компании? Запоздало вспоминаю о том, как я одета. Заливаюсь краской от стыда и смущения.

– Вы знакомы с Егором Воронцовым? – настойчиво допрашивает брюнетка.

Поднимаю на неё испуганный взгляд. Неужели это было так явно?

– Нет! – нагло вру. Мотаю головой.

Девушка с подозрением смотрит на меня.

Стойко выдерживаю её взгляд. Сомневаюсь на сто процентов, что получу здесь высокооплачиваемую работу дизайнера. Зачем продолжать пытку?

– Можешь идти, – великодушно произносит Наталья в унисон моим мыслям. – Тебе позвонят!

Понятно!

Вылетаю на улицу, покидая башню навсегда. Нервно кусаю губы. Бреду отрешённо к остановке. Устраиваюсь на сиденье возле окна в маршрутке. Утыкаюсь лбом в стекло. Колотит нервная дрожь. По щекам текут слёзы. Боль и обида захлёстывают…

Отчаянно вибрирует мобильник.

– Как прошло? – взволнованный голос подруги разрезает паутину моих мыслей.

– Анжел, ты знала, что это ЕГО компания? – голос мой дрожит, ведь она нашла мне эту вакансию.

Трубка молчит.

– Подруга! Как ты могла, так поступить со мной?

– Тебе была нужна работа, а твоим детям стабильное будущее.

Ярослава

Долгие пятнадцать минут выглядываю у школы своих крох.

Взгляд жадно залипает на каждом ребенке их возраста.

Ни розовой, ни синей куртки…

Решительно прорываюсь через охранника, бегу по школьному коридору. Сердце готово выпрыгнуть из груди.

– Вот вы где! – из-за угла школьного коридора появляются две светло-русые головы.

Сердце замирает, кровь толчками курсирует в венах.

– Вася! Ася! – стараюсь говорить мягче, но голос срывается. Хочу отругать малышей, но терплю, я не должна…

Перевожу дыхание, осматривая русые баранки Аси и русые вихры Васи. Торопливо приглаживаю непослушные волосы сына, расправляю алые банты дочери. Пока вожусь с детьми, успокаиваюсь.

В конце концов, они не виноваты, что уже несколько лет меня накрывает паника – моих детей похитили! Даже сны снятся…

– Мамуль, не сердись, мы ходили всем классом смотреть на папу Вовы Баскова. Он сегодня вернулся из дальнего плаванья! И сразу пришёл встречать Вовку, – с заметной грустинкой добавляет Асенька, обреченно вздыхая, льнёт ко мне.

Чувствую себя безумно виноватой. Не первый раз мои двойняшки ходят смотреть на чужих пап.

– Мамочка, а когда наш папа приедет? – спрашивает Вася, доверчиво жмётся ко мне, глядит с надеждой снизу вверх. Хлопает пушистыми чёрными ресничками.

Никогда! Как сказать об этом моим кровинушкам? Никак!

– Так, хорошие мои! Давайте-ка быстрее! Мне на собеседование, а еще вас нужно отвезти к тете Клаве.

Дети топают впереди меня по коридору, я за ними. Смотрю в их любимые затылки, думаю о том, что нам и так хорошо! У нас маленькая дружная семья. Никто нам не нужен!

Пока я мечтаю о дружной семье, Вася и Ася о чем-то бурно спорят.

Какая кошка между ними пробежала?!

– Вася!

Малыш сопит, молчит. Детки такие маленькие. Им едва исполнилось по семь лет, первоклашки. А у них уже свои секреты. На секундочку, от мамы!

Драчун маленький растёт! С грустью констатирую я.

Найти папу в интернете?

Ау! Кто желает стать папой для двух шаловливых двойняшек?

Вася упёрся.

Взрослеют дети. Проявляют характер. Упрямые. И чувствуется стержень у них внутри.

Безумно люблю малышей. Души в них не чаю!

Вот они мои два солнышка! Моё счастье, помноженное на два!

Стоят, опустив синие как глубокое море глазенки в пол, и носками китайской обувки протирают дырку в линолеуме.

Мимо нас проходит группа возбуждённых одноклассников.

– Молодец, Васька! Здорово ты ему врезал! Не будет хвастаться.

Сердце бешено колотится о рёбра, выламывая их. Кровь стучит в висках.

Он что из зависти побил мальчика?!

– Вася, – опускаюсь на корточки перед ним, беру его за плечи, притягиваю к себе. Смотрю прямо в потемневшие от обиды глаза.

– Они правду говорят? – киваю в сторону ребят.

– Неправда! – мотает головой. Одинокая слезинка катится по его щеке. Малыш понижает голос до шёпота: – Вовка Басков обозвал нас с Асей безотцовщинами.

Спазм перехватывает горло, словно удавку набросили на него. Медленно сжимают, перекрывая доступ кислорода.

В голове виснет туман. Судорожно делаю вдох. Еще один.

Может, я не права. Нужно найти родного отца детей. А вдруг он отнимет их у меня?

Ни за что!

От испуга прихожу в себя. Рядом со мной мои двойняшки.

И у нас проблема…

Беру себя в руки, сгребаю детей в охапку, везу к тете Клаве. Хорошая чужая женщина помогает мне растить моих детей.

Глава 2

Егор

– Дядя Егол, – на встречу вылетает Аленка, пятилетняя дочурка Бесовского.

Хлопает на меня зеленющими глазенками, пялится с интересом на огромную коробку в руках.

Тянет пухленькие ручонки.

Достаю модную пушистую синюю страшилку с зубастым ртом, протягиваю малышке.

Светлые русые антенны-хвостики на голове Алёнки шевелятся от восторга.

– Вот твоя Хагги – Вагги, – улыбается счастливый отец Игорь Бесовский.

– Егол, – блондиночка тычет в игрушку пальчиком, обмазанным в шоколаде. – Егол, – целует пушистика пухленькими губками.

Я так понял, что Хагги – Вагги ей не выговорить, поэтому она назвала куклу моим именем.

Ладно! Ребенок.

– Слушай, я буквально на пять минут. Старший Воронцов передал важные документы твоему отцу. Не рискнул пересылать курьером.

– Без проблем, – Игорь – молодой магнат строительного рынка просматривает мельком бумаги. Со знанием дела цыкает, ухмыляется довольно.

Воротилы строительного рынка. Мать их!

Бешеный еще в молодости тяготел к аферам. Он в них как сыр в масле катается.

Очередная махинация. Даже знать не хочу, что у них там. Я свою миссию выполнил.

– Ладно, Бешеный. Я поехал.

Хочу быстрее убежать из этого дома. Не хочу видеть Марию – жену Игорька.

Открываю дверь, оборачиваюсь на топот шажков. Алёнка бежит ко мне, обхватывает за ноги, пачкает светлые летние брюки клубничным топпингом, которым она уже успела накормить «Егола», прощается.

Треплю ее мягкие шелковые волосики.

И сердце замирает.

У девчушки не только глаза – изумрудные, но и волосы – светло-русые. Очень похожа…

– Пока, – наклоняюсь, целую малышку в макушку. Она пахнет ромашкой.

Через час вхожу в двухэтажное здание, где обосновался мой офис-лофт. «Медиадизайн» – детище, созданное мною с нуля. Фирма занимается видеоинсталляциями, программированием.

В офисе с утра шумно. Празднуют рождение Димкиной дочери.

Негативлю, впереди рабочий день! Не рано ли начали? Делаю замечание Марине, помощнице, пусть передаст остальным – босс не в духе!

Рычу на нее:

– Инсталляция для голландца готова?

– Ребята всю ночь работали, – виновато оправдывается.

Не успеваю перешагнуть порог кабинета, как яростно трезвонит мобильник. Принимаю вызов от Бешеного.

– К вечеру завезу подписанные документы.

– Окей…

Ровно в восемь вечера в кабинет входит Мария Бесовская, держит за руку дочку.

– Привет! – Мария наклоняет красивую головку к левому плечу, улыбается ласково зелеными-презелеными, – Игорь занят, просил завезти бумаги. – Протягивает папку.

Проверяю, все листы подписаны.

– Всё тип-топ, – вскидываю глаза на двух зеленоглазок.

Сердце пропускает удар.

Почему Бешеный выбрал в жены именно Машку? Ведь она до боли похожа на…

Даже не хочу произносить имя оригинала.

– Егор, – Маша обнимает дочку, треплет ее светлую челку. – Ты по-прежнему работаешь до полуночи? Тебе бы жениться. Ребеночка родить. Ты классный! Заслуживаешь счастья!

Аленка расплывается в широкой улыбке:

– Лебеночек! – щебечет радостно маленькая блондинка.

– Окей, – я подумаю!

Прощаюсь с двумя любимыми дамами Игоря Бесовского.

Остаюсь один.

Наливаю коньяк, подхожу к окну.

Тру гудящие виски ладонями.

Если в бизнесе я процветаю, то в личной жизни всё грустно…

За спиной два неудачных брака. Оба раза женился на девчонках, выбранных отцом ради объединения бизнесов. Обе принцессы, что мне достались, были чайлдфри. Послевкусие двух неудачных браков начисто убило желание жениться.

Статус завидного холостяка меня устраивает.

Брак – это не для меня!

Иногда с завистью поглядываю на семьи с детьми, на влюбленные парочки.

Одергиваю себя, мне всего тридцать два. Успею!

Перед глазами всплывает Алёнка, Мария… Изумрудные как озера Швейцарии глаза.

Их образы вытесняет ОНА.

Та самая, о которой запрещаю себе думать.

Та, что отвергла.

Предала нашу любовь!

Растоптала надежды!

Обвинила во всех смертных грехах!

ЯРА… ЯРА… ЯРА…

Сердце пропускает удар.

Я умер ровно в тот день, когда расстался с ней.

После Яры меня ждала пустота длиной в девять лет.

Полное равнодушие к другим женщинам. Красивым, чужим, безумно раздражающим…

Смотрю в окно. Там солнце садится за горизонт. Его последние угасающие лучи скользят по верхушкам деревьев.

Воспоминания уносят в далекое прошлое…

Глава 3

Девять лет назад

Солнце. Море. Пляж.

Лежу на шезлонге, кайфую.

– Свободно? – приятный женский голос ласкает слух.

Лениво открываю глаза. Сердце замирает. Возле меня материализовалась девушка с шикарной фигурой в ярко-алом бикини.

Озираюсь вокруг в поисках свободных мест. Всё забито до отказа.

Разочарованно развожу руками, сожалея, что нимфа уплывёт из-за досадного недоразумения.

– Ой! – неожиданно девушка теряет интерес ко мне, и к шезлонгу. – Где Яра?! – кричит она, смотрит в сторону моря.

– Кто? – быстро поднимаюсь с пригретого местечка, смотрю на пустую картинку моря с лёгкими волнами.

Щурюсь, пытаясь разглядеть. Разумеется, там никого нет.

– Если ты хотела занять моё место, так бы сказала, – усмехаюсь я. – Тебе бы уступил! Поверь, твои глаза этого стоят, – хитро осматриваю достопримечательности бестии с карамельно-рыжими локонами.

Незнакомка не слушает меня, подпрыгивает повыше, нервно прикладывает ладошку к глазам, всматривается в море.

– Ты не флиртуешь? На серьёзе? – Оглядываюсь в поисках спасателей. Нигде не мелькают их жилеты.

– Бежим, покажешь, где ты её видела в последний раз!

Спустя полминуты мы уже у самой кромки моря.

– Вон там! Там, – в голосе девушке сквозит истерика. – Скорее! Спаси её… – слова её разносятся ветром по берегу.

Только бы успеть, пока девушка не наглоталась воды!

Прыгаю в чуть теплую воду. Волны сегодня сильные. Бьют по плечам, ударяют наотмашь по лицу.

Гребу, прикладываю все силы, что есть.

Двести метров остались позади.

Время несется стремительно. Не успею…

Чем дальше от берега, тем волны захлестывают сильнее. Не щадят меня.

Делаю последний рывок. Ускоряюсь.

Поворачиваю голову во все стороны. В пяти метрах от себя вижу макушку человека, мелькнувшую на поверхности воды на одно мгновение.

Лишь одно мгновение.

Волны мгновенно накатывают, смыкают челюсти, проглатывая жертву.

Девушка пытается отчаянно всплыть на поверхность. Безуспешно. Вода сильнее ее. Силы девчонки на исходе.

Ей не удается даже приподнять голову, чтобы сделать хотя бы один глоток воздуха!

Чёрт!

Черт!

Черт!

Делаю глубокий вдох. Ныряю под воду.

Открываю глаза. Темно и холодно.

Высматриваю девушку в надежде увидеть, что она продолжает яростно работать ногами, пытается всплыть.

Нет…

Её нигде нет!

Пошла ко дну…

Её легкие наполнены водой…

Ныряю ещё глубже. Вижу тело девушки, безвольной сломанной куклой падающее вниз. Туда, откуда возврата не будет…

Делаю рывок, хватаю девушку за руку, второй гребу наверх.

Ещё пара самых тяжелых полных неизвестности секунд.

Вот уже над головой свет…

Последний гребок. Сил совсем не осталось… Девчонка такая тяжелая ноша…

Самое страшное, не понятно, жива ли.

Выплываем.

Вытаскиваю ее на берег. Здесь уже скопилась горстка людей.

Без сил падаю рядом с ее неподвижным замершим в агонии за жизнь телом.

Лицо бледное, как предсмертная маска. Ни один мускул не двигается.

Су…! Неужели опоздал? Молот стучит в голове.

Люди трясут её. Поворачивают голову вбок. Вода вытекает изо рта и носа.

Кто-то щупает пульс.

Кто-то делает искусственное дыхание и непрямой массаж сердца.

Пожалуйста, выживи! – шепчу про себя.

Слабый стон вырывается из груди девушки.

Она открывает глаза.

Изумрудные, как у кошки…

Ну вот, видимо, поэтому она и выжила. Минус одна из девяти жизней.

Жива!!

Люди заворачивают девчонку в теплое одеяло. Правильно, не хватало ещё переохлаждения!

– Ярочка, – подруга падает на колени, обнимает девчонку. – Вот твой спаситель, – указывает на меня пальцем.

Спасённая поворачивает ко мне голову, мокрые волосы сосульками спадают ей на плечи, губы трясутся.

Благодарно смотрит на меня зелеными-презелеными.

Проваливаюсь в омут колдовских глаз…

Глава 4

Ярослава

Солнце печет нещадно, но оно меня не греет. Холод лижет позвоночник, сковывает движения.

Рука спасшего меня незнакомца совсем рядом, но я не решаюсь ее коснуться.

Хочу отблагодарить за подаренную жизнь, с которой я успела распрощаться. Но молчу, нет желания испортить момент.

Людская толпа поредела.

И беспечное летнее время остановилось для нас двоих.

Лежим, приходим в себя, играем в гляделки.

Парень кружит по моему лицу.

Нервирует – представляю, как плохо сейчас выгляжу.

В ответ смотрю на него, он лет на пять старше меня. Высокий, атлетично сложенный. Русая мокрая челка прилипла к яркому загорелому лицу. Высокие скулы, прямой профиль, грациозно очерченные чувственные губы.

И синие-пресиние большие глаза.

Ловлю себя на том, что тону за сегодня второй раз…

На нашем песочном пятачке становится совсем пустынно. Меня завернутую в теплое одеяло, охраняет верная подруга.

– Сейчас они подгонят машину для нас, чтобы доставить в отель, – говорит Анжела, и я отвлекаюсь на неё.

Под чужими ступнями скрипит песок. Оборачиваюсь, мой спаситель уже на ногах.

– Сам отвезу вас туда, куда скажите. Автомобиль на парковке.

Впервые улыбаюсь парню.

Пытаюсь подняться на ноги, но толстый плед запутался на мне окончательно. Я как русалка, которая не может справиться с подаренными ей ногами.

– Ярослава, помогу, – незнакомец протягивает ко мне крепкие руки. Бережно разворачивает. Натыкается взглядом на мой плоский живот. Резко переводит синий взгляд на кулон, висящий на груди.

От горячих мужских взглядов прихожу в себя моментально.

Чувствую кожей, как Анжелка испепеляет парня взглядом. Неужели ревнует?

А я рассматриваю незнакомца. Мужская грудь с татуировкой чернильной головы на левой грудной мышце. Когда мужчина часто дышит, то татуированная голова двигается в такт дыханию. Рельефные руки, сильные, молодые, покрытые вязью чернил на левом предплечье. Кожа загорелая, и каждый ее дюйм покрыт гусиными пупырышками.

– Ты замерз?

– В норме, – отвечает, стуча зубами.

Виновато хмурюсь. Под моим напором парень косвенно признает очевидный факт:

– Побежали к машине? – спаситель подсказывает легкий способ согреться.

Через плечо кидает Анжеле:

– Забери наши вещи. Ждем тебя на парковке. Белый Лексус.

Бежим наперегонки. Но куда мне угнаться за его длинными ногами. Да и сил абсолютно нет.

Незаметно для себя останавливаюсь, тяжело дышу. Молодой мужчина возвращается ко мне, поднимает на руки и крепко прижимает к себе.

Вынужденно обнимаю его за шею.

От него пахнет морем, и чем-то неуловимо родным. Морщу нос, пытаясь вспомнить.

Парфюм?

Наши тела непозволительно близко, но в данной ситуации – это нормально. Можно не истерить!

– Ты уже носишь меня на руках, а я не знаю, как тебя зовут.

– Егор Воронцов, город Москва. Институт стали, информационные технологии, пятый курс.

– Серьезно? – я искренне удивлена.

– Зачем мне врать? – Егор сдвигает брови, затем ставит меня на ноги, рядом с Лексусом.

– Я тоже учусь в МИС! На первом курсе экономического. Соколова Ярослава, – выпаливаю как на духу, сообщая абсолютно чужому человеку всю информацию о себе.

Понимаю, что поспешила, прикусываю губу.

Лицо Егора светлеет:

– Мы с тобой одной крови! – смеется, оставляет одну, уходит к багажнику.

Через минуту материализуется рядом со мной. В руках комок шмоток.

– Надевай, – приказывает.

–Что это? – с удивлением рассматриваю огромный худи, длинные спортивные брюки и новенькие носки, на минуточку, мужские!

Я девочка, пусть и замерзшая. Не надену мужские вещи!

Ни за что!

Похоже, выбора у меня нет, мужчина настаивает, не намерен шутить. Норовит помочь. Не знаю почему, но не хочу его ни злить, ни огорчать.

Раскидываем вещи на капоте, одеваемся тут же на улице. Охранник неодобрительно смотрит, но не делает замечания.

– Мда! – оцениваю себя критически. Шмотки явно велики. – На кого я похожа? – пытаюсь причесать мокрые сосульки волос пальцами.

– Помогу? – В руках Егора появляется расческа.

Смешно за ним наблюдать – движения бережные, будто боится причинить вред. Так расчесывают своих первых кукол лишь маленькие девочки.

– Егор, ты не добьешься успеха с колтунами, если будешь меня щадить!

Парень делает более глубокий гребок расческой, и я морщу нос. Не очень приятно.

Звуки визжащих тормозов рассекают нашу действительность. Поворачиваю голову – красный феррари останавливается перед нашим носом, преграждая Лексусу дорогу.

Из машины выходит девушка в короткой майке и шортах. Черное как уголь короткое каре обрамляет загорелое лицо.

– Воронцов, проблемы? – удивленно окидывает парня, затем меня бирюзовым взглядом.

Спаситель бросает на девчонку быстрый взгляд, и продолжает расчесывать меня.

– Егор! – девушка приближается, хватает парня за руку. – Мы купаться идем?

– Марина, ты иди, все наши на пляже. А я на сегодня накупался!

Незнакомка мстит почему-то мне, одаривая меня ненавистным взглядом.

Неловкая ситуация. И тут на выручку приходит Анжела. Приползает к машине, едва дышит.

– Егор, еле вырвала у твоих друзей твои вещи! Не хотели отдавать. Часы и мобильный остались у них.

– Ладно! Вечером заберу! – отвечает спокойно синеглазый, открывая водительскую дверцу.

– Марина, тачку убери, а то протараню, – угрожающе прожигает девушку насквозь.

Устраиваюсь на пассажирском сидении рядом с Егором. Анжелка падает на заднее.

И только тут до меня доходит с кем я связалась!

Это же главная тусовка мажоров нашего вуза. Марина Малинина, Егор Воронцов…

Золотые ребята, с которыми лучше не иметь дел. Но я уже попала!

Глава 5

Егор

Доставляю Ярославу с Анжелой в уютный отель на окраине Сочи.

Яра, запутавшаяся в моем длинном трико, с трудом выбирается из машины.

Выхожу из тачки, как джентльмен провожаю девчонок до дверей.

Спасенная красавица, улыбаясь, уточняет:

– Дождешься, я вынесу твои вещи?

– Нет, оставь себе на память, – отвечаю без тени улыбки.

– Егор, я даже не поблагодарила тебя за … помощь, – девушка стоит непозволительно близко. Сейчас, когда ее волосы подсохли, могу рассмотреть их цвет – светло-русый.

Мой любимый. Мне импонирует, когда в девушках всё натуральное.

Лукаво ухмыляюсь, просчитывая все варианты.

С одной стороны, привык всё получать в этой жизни по первому требованию, с другой стороны – хочу вести себя деликатно.

Именно с этой девчонкой.

Всеми фибрами души желаю ей понравиться!

Какого? Я и так уже ее спас, подарив жизнь.

Но… в душе понимаю, что для такой возвышенной особы и этого подарка мало. Нужно доказать, что я тот самый! ПрЫнц на белом коне.

Если честно, я таких красивых, неземных еще не встречал.

Поражает одно, учимся в одном вузе и ни разу она не попала в мое поле зрения. Странно.

Скромная? Не бегает за старшекурсниками?

Или, она из другого … мира. Не из моего.

Фыркаю сам на себя и свои устои. Сейчас ее социальный статус не имеет никакого значения, ведь я не собираюсь на ней жениться.

Впрочем, как ни на ком другом.

Если честно, то в мои планы даже не входило знакомство. Прилетел в солнечный Сочи на день рождения Малининой Маринки.

А тут на тебе! Судьба подкинула русалку. Хотя не отказался бы от золотой рыбки, чтобы три заветных желания исполнила.

Сердце бешено колотится, когда смотрю в эти два колдовских озера. Совсем не до шуток. Хочется продлить мгновение, провести с девушкой время. Узнать её поближе, чем она занимается, почему выбрала занудные финансы…

Зачем я вру самому себе?

Меня зацепили её фигура, тонкая талия, длинные ноги, ведьминские глаза.

А всё остальное пока мне не интересно.

Просто хочу познакомиться с ней! Может, что-то и получится…

– Заберу тебя в семь вечера? Закажу столик в ресторане, отметим твое второе рождение.

В точку попал. Никакой наглости с моей стороны. Лишь предлагаю отметить спасение. Как бы намекаю, что причастен к нему, и ей не отвертеться.

Зеленые глаза загораются и в них вспыхивают искорки.

Девушка согласно кивает головой, исчезает за дверями.

Плюхаюсь в Лексус, гоню к Маринкиному дому.

Сочи! Прекрасный Сочи! Лето, море. Сентябрь. Впереди последний выпускной год в институте, затем… Любимая работа?

Нет, не так! Работа у меня уже есть, только отец пока не знает, что я уже сделал профессиональный жизненный выбор.

Поэтому после выпуска меня ждут разборки с грозным отцом, строительным магнатом. За свой выбор придется отвечать. За то, что предпочел строительству – ай-ти индустрию.

Так и скажу:

– Отец, дальше наши дороги расходятся!

А потом он начнет орать как орк на бойне.

Воспоминание об очередной ругани с деспотом отцом капитально портит настроение. Со всей силы бью по рулю.

Мне уже двадцать два три года, а я должен отчитываться! Откровенно бесит.

Подъезжаю с двухэтажной красной вилле, спрятанной за ветвями виноградной лозы. Лоза как щупальца сотен осьминогов, раскинулась по всему периметру забора. Прохожу по огромной лужайке, залитой солнечным светом и усыпанной розами, проникаю в утробу уютного дома однокурсницы.

Крадусь в свою комнату, радуясь, как пацан, что никого нет дома. Иначе замучают допросами:

– Куда? С кем? Кто она? Зачем? Очередная охотница?

Особенно Марина задолбит своими неоновыми голубыми взглядами. Дружим с ней несколько лет, а она никак не поймет, что между нами не может быть ничего, кроме дружбы. И даже без бонусов!

Ровным счетом ничего. Маринка красивая, богатая. Но не моя!

Надеваю летний костюм – светло-серые брюки, пиджак, подбираю лимонную рубашку с коротким рукавом.

Недолго думая обуваю новые белые кроссовки. Зачётные! Еле вырвал у друга, он за ними всю ночь в очереди отстоял.

Замечаю, что жутко знобит.

Ничего! Организм справится. Подумаешь, колотит всего. Дотрагиваюсь до лба, горячий, как батарея.

Пройдёт! – убеждаю себя. Сажусь в Лексус, мчусь к отелю. Успел вовремя.

Ярослава уже стоит у дубовых дверей. Да не одна – Анжелку прихватила с собой. Девушку можно понять, она меня совсем не знает. Не доверяет.

Ладно, спустим на тормозах этот факт.

Может, наличие подруги к лучшему, потому что меня уже бомбит. Не стесняясь, разглядываю Яру – пышная копна волнистых волос спадает на тонкую спину.

Фигура модельная, с тонкой талией, округлыми упругими бедрами и сногсшибательной грудью.

Протяжно выдыхаю, когда фигурка, обтянутая в тонкую ткань летнего желтого платья, заманчиво двигается к машине.

Хочется реветь от бессилия. Щипаю себя, чтобы вернуть в действительность.

Рвано вздыхаю, мечтая о большем, чем поцелуй. Но понимаю, что этот финт с Ярославой не прокатит. Сначала конфетно-букетный роман, только затем ягодно-клубничный, самый сладкий и многообещающий.

Яра вспыхивает под моими неоднозначными взглядами. Поспешно перевожу взгляд на ее загорелое идеально вылепленное лицо.

Немного пухлые губы улыбаются:

– Егор, Анжела поедет с нами.

– Ладно, – протягиваю руку к руке Ярославы, касаюсь её. Девушка дергается, будто ток прошиб, морщит красивый носик:

– Егор, ты горячий!

– Я норм! – открываю дверцу авто, помогаю девушке удобно сесть.

Анжела сама плюхается на заднее сидение, неодобрительно закатывает глаза:

– Амур-мур-мур! – мурлычет себе под нос.

Не буду обращать на нее внимание. Пусть прикалывается.

Молча едем до ресторана. Лишь изредка кидаю на Яру синие взгляды.

Как же мне повезло! Вытащить из моря собственную русалку.

А я ведь даже не собирался ехать в Сочи. Друзья уговорили.

Глава 6

Ярослава

Егор безумно милый, нежный и брутальный одновременно. Даже не верится, что «тот самый» Воронцов – звезда МИСа сидит напротив меня за столом в дорогом ресторане города Сочи.

Вот так запросто! Мажор, золотой мальчик, о котором девчонки слагают самые красивые легенды, сейчас кажется обычным парнем.

Не сводит с меня восторженного взгляда, ждет с трепетом моей улыбки.

Мне и раньше нравился этот парень, но я боялась даже глаза на него поднять. Впрочем, он и не замечал меня. Слишком скромная, молчаливая. Скромницы в его круге не задерживаются.

Кидаю взгляд на шумную компанию Егора. Три девчонки, четыре парня. Нервно сглатываю. По подсчетам, вместе с Воронцовым, выходит, что четыре плюс четыре. Приехали на отдых в Сочи, куролесить, развлекаться по-взрослому…

Ловлю себя на ревности. Вспоминаю девушку с бирюзовыми глазами и страшно напрягаюсь. Неужели их с Егором что-то связывает?

Моя любимая подруга Анжела тоже доставляет дискомфорт, мило лопочет, заигрывает с парнем.

Он ведется на нее, отвечает взаимностью, флиртует. При этом не сводит с меня синих глаз. Пытается понять, что я испытываю к нему?

Безграничную благодарность за спасение, безумное влечение. Ревность. Интерес к его шикарной персоне.

Шквал эмоций обрушивается разом, затапливает меня.

– Ярослава, потанцуем? – крепкая рука вцепляется в спинку стула. Прежде чем успеваю ответить, меня со стулом разворачивают. Поднимаюсь не по своей воле, но знаю, что точно хочу этого.

Отдыхающие почти не танцуют, поэтому наша красивая пара выделяется на фоне мерцающих огней. Знаю точно, что два человека в зале не одобряют.

Теплые руки ложатся на спину. Горячий жар проникает через тонкую ткань платья. Микротоки проносятся по телу, застревают в мозгу, вызывая приятные ощущения.

В висках стучит кровь, нельзя допустить с Егором никаких вольностей. Слишком многих девушек он соблазнил за пять лет. Впрочем, по слухам, они сами настаивали.

Всё равно не хочу оказаться на их месте. Но сейчас понимаю, почему они так поступили. Под напором горячего тела и синего взгляда забываю, как меня зовут!

Яра! Яра – меня зовут Яра, – напоминаю себе, – и я обязана этому парню жизнью.

Меня затапливает паника, что если он попросит оплату натурой?

Пытаюсь вырваться из крепких объятий, дергаюсь, и Егор понимает это как знак. Плотнее прижимает мою маленькую хрупкую фигурку к своей. Жар становится нестерпимым.

Притом не только из-за Егора.

Горящие ревнивые взгляды Марины и Анжелы проникают сквозь кожу.

Меня оценивают не только девчонки, но и другие люди, благодаря чему ощущаю себя голой.

Грудь молодого парня вздымается, и мы оба дышим рвано.

Музыка льется где-то в другом мире, а в этом мы застряли только вдвоем.

Едва заканчивается композиция, как я тяну Егора за стол. К моему удивлению он ведет меня за стол к друзьям.

– Сегодня у Малининой вечеринка, мы должны присоединиться к ребятам. Я обещал!

С удивлением обнаруживаю, что Анжела уже заняла местечко с краю за чужим столом.

Пытаюсь сесть с Егором, но нас разъединяют. Весь вечер приходится наблюдать, как Марина ухаживает за парнем.

– Егор, тебе крабовый. Икру? Креветок? Сок?

Кто она ему? Вопрос гложет, не дает покоя абсолютно. Вечер испорчен окончательно.

Разъезжаемся по отелям в полночь.

– Мы на такси, – дотрагиваюсь до мужской горячей руки.

Думаю, так будет лучше для всех, Марина прекратит метать молнии, я сумею держаться подальше от парня, которого боюсь, и который меня притягивает как магнит.

Да и состояние Егора мне абсолютно не нравится – он весь горит.

– Хорошо, – он даже не возражает.

Синие глаза темны, печальны, почти не блестят, а на лбу выступил пот.

Только без прощальных поцелуев, молюсь про себя.

– Подожди, – останавливает, тянет за руку на себя. – Поцелуй за спасение.

– Так дешево берешь? – ухмыляется один из его дружков – Бешеный.

– Иди к черту! – гаркает Егор на парня.

– Я бы на твоем месте просил полный расчет…

– Егор, – лопочу тихо, – я не бедная. Могу заплатить тебе за то, что ты сегодня сделал. Если речь о цене…

Мне впервые страшно – две хрупкие девушки одни на отдыхе в чужом городе. А вокруг вьются наглые взрослые ребята, у которых на уме один секс.

– Яра, – синий взгляд упирается мне в лицо, – я просил у тебя лишь поцелуй. Не хочешь? Бог с тобой!

Парень разворачивается и гордо уходит к своему такси, в котором его уже ждут ребята.

Высокая накаченная фигура Бешеного сверлит мою фигурку, обтянутую тонким платьем. Недвусмысленный масляный взгляд залипает на животе и бедрах:

– Знаешь Яра, если захочешь рассчитаться за спасение, я могу тебя «обилетить».

От страха меня всю трясет. Обнимаю себя за плечи, создавая иллюзию безопасности и щит. Прячусь в утробе такси.

Какие же у Егора неприятные друзья!

Жаль, что так закончился вечер. Как-то гнусненько, и на душе погано.

Не оставляет чувство беспокойства. Что такой парень как Егор делает в подобной мутной компании.

Надеюсь, их объединяет лишь материальный достаток?!

Не верю, что Воронцов плохой.

Он очень хороший.

И красивый.

И добрый.

И я уже соскучилась по нему.

Неужели влюбилась?

Тру горящие щеки. Чувствую, как внизу живота порхают бабочки.

Вспоминаю синие глаза, и снова тону.

Глава 7

Ярослава

Егор не звонит целый день, изводит меня. Обещал утром. Сейчас девять вечера. Время бежит неумолимо, солнце катится за горизонт, туда же устремляется мое хорошее настроение.

Весь день прокручиваю в голове свои слова. Может, что-то нелицеприятное сказала? Или обидела, отказав в поцелуе?

Безумно хотела поцеловать Воронцова, но вот так при всех? Первый поцелуй и сразу порочный? Нет, эти игры не для меня!

Возможно, красивым богатым парням кажется планомерным показывать свои чувства на публике. У них вся жизнь напоказ.

Из раздумий вырывает подруга.

– Яра, мы живем в двадцать первом веке! Девушка сама может написать эсэмэс, позвонить, – уведомляет Анжела.

Не хочу докладывать ей, что уже написала две эсэмэс и один раз звонила. Если на сообщения Егор не ответил вовсе, то на звонок трубку взяла Малинина и грубо меня отшила:

– Послушай, девочка! Воронцов уехал домой. Больше не звони.

Не верю ни единому её слову. Ещё вчера Егор не сводил с меня глаз, а сегодня вдруг бросает, отказавшись от дальнейших претензий.

Стремительно бросаюсь к шкафу, натягиваю джинсовые шорты, топик, легкую ветровку, обуваюсь в балетки, вызываю такси.

– Ты ошалела? – интересуется Анжела.

– Типа того! – мягко улыбаюсь. – Я выясню правду.

Через тридцать минут выхожу возле заветного дома, прячусь за раскидистой лозой.

Прошмыгиваю в калитку вместе с каким-то хмырем в дом, где набирает обороты вечеринка. Ребята обосновались во дворе, окружив подсвеченный сотней огней бассейн распивают коктейли.

Биты музыки врываются в мой мозг, замирают в сердце. Повсюду ищу высокую фигуру Егора, в надежде не найти. Неловко смотреть, как парочки откровенно обжимаются, целуются взасос. За каждой широкой мужской спиной боюсь обнаружить Воронцова.

К моему счастью парни оказываются лишь подставными телами. Похожи, но не те.

Прошмыгиваю в дом. Осматриваюсь, народу много, но на меня не обращают внимания.

Егора на первом этаже нет! Поднимаюсь на второй. Передо мной раскинулись четыре одинаковых двери.

Выбираю первую… Тут же попадаю в ловушку.

Бешеный! В обнимку с девчонкой сидит на постели. Едва видит меня, как теряет к красотке интерес.

– Кыш, – выгоняет девчонку вон. Та послушно удаляется.

Вместо того, чтобы бежать, застываю на месте. Изумленно смотрю, как ко мне молниеносно приближается широкоплечая фигура.

Горячие руки обнимают крепко за талию, ползут по бедру.

– Пусти, – цежу я. – Буду кричать.

– Кричи, никто не услышит!

Горячие пьяные губы вцепляются в грудь прямо через ткань ветровки.

Громко верещу, когда Бешеный бросает меня на кровать.

Дверь распахивается, и на пороге возникает взъерошенная Малинина в маленьком блестящем платье. Худые плечи вздрагивают, губы изгибаются в кривой неодобрительной ухмылке.

Безразлично наблюдает за нашей рукопашной вознёй. Снисходительно обращается к другу:

– Бешеный, совсем кукуха поехала! Хочешь сесть? Понятно же, что эта овечка заявит, если ты ее тронешь.

Парень дышит парами алкоголя, застывает в глубокомысленном размышлении.

– Пошла вон! – выталкивает меня с кровати.

Радуясь внезапному освобождению, вылетаю за дверь, но не успеваю сбежать, Малинина хватает за руку.

– Пришла к Егору?

– Да, – тихо шепчу, пытаясь унять сумасшедшее сердцебиение.

– Ты ведь не думаешь, что я тебе его отдам? – шипит мне в лицо.

Ее бирюзовые глаза становятся прозрачными.

– Но ведь… – хочу сказать, что между ними ничего нет, иначе Егор…

– Если не уберешь от него свои цепкие коготки, я тебе их обломаю, а твоя мелкая жизнь в универе превратится в ад! Закрутишь с Воронцовым, и я не буду останавливать Бешеного с его порывами… – девушка ехидно указывает на дверь, за которой слышатся громкие маты мужлана.

Мои плечи трясутся от ночного холода и страха…

Дёргаюсь в сторону, когда распахивается вторая дверь. Из проёма выглядывает взъерошенная голова Егора.

– Что случилось? Я слышал крики!

– Спи! – нежно приказывает Марина.

– Яра? – Егор в два шага настигает меня. – Ты здесь? А я вот немного приболел, – парень обернут как большая конфета в теплое одеяло, – прости.

Сама вижу, как плохо выглядит мой спаситель. Протягиваю руку к его загорелому лицу, дотрагиваюсь до щек – они как пламя.

– Боже мой! Тебе нужно в больницу.

– Нет. Отлежусь. К утру оклемаюсь.

– Егор, нельзя так относиться к здоровью.

Понимаю по его взгляду, что он не намерен меня слушать.

– Жаропонижающие есть в доме? – обращаюсь к Марине.

– Слушай мать Тереза, езжай к себе в отель. Мы поднимем его на ноги без тебя, – огрызается девушка, просверливая меня неодобрительным взглядом.

Я для нее как кость, застрявшая в горле.

– Пойдем! – Егор подталкивает меня к своей комнате.

Воронцов падает на измятую постель, и тут же засыпает. А я сижу в кресле, и охраняю его сон до самого утра.

Солнышко заглядывает в окно, теперь могу детально рассмотреть спящего.

Мужская грудь с татуировкой чернильной головы льва на левой грудной мышце. Татуированная голова двигается в такт дыханию хозяина. Рельефные руки, сильные, молодые, покрыты вязью чернил на левом предплечье.

Он явно любит спорт. И гены хорошие. Высокий, ладный, правильный.

Кожа загорелая, и каждый ее дюйм покрыт гусиными пупырышками.

Красивое лицо с прямым носом и жестким подбородком будто вылеплено скульптором-виртуозом.

Длинные ресницы вздрагивают, а красивая линия губ сейчас искажена болезнью.

Мой восторженный взгляд блуждает по красивому мужчине. И только сейчас с ужасом осознаю, что сама к нему пришла. Что он подумает?

Тихо встаю, на цыпочках приближаюсь к двери.

– Яра!

Медленно поворачиваю голову – Воронцов уже поднялся с кровати, приближается ко мне. На мгновение мой взгляд залипает на его груди.

Покрываюсь пурпурными пятнами. Нехорошо это.

Молодой мужчина надвигается на меня своей крупной фигурой, легко касается руки.

– Яра, спасибо, что беспокоилась за меня. А то я уже подумал, что безразличен тебе.

– Егор, я… лишь хотела узнать всё ли в порядке.

– Серьезно? Беспокоилась? Это признание? – Синие глаза смеются. Как приятно видеть Егора здоровым.

Он наклоняется к моим губам, нежно целует. Отстраняется.

Мало. Слишком мало. Но не могу же сказать ему это в лицо, что он подумает обо мне. Улыбаюсь, открываю дверь.

– Так и пойдешь? – ухмыляется.

– Как?..

– Голодной?

Дверь захлопывается. Губы Егора накрывают мои. Они такие горячие, мягкие, влажные.

Целуемся целую вечность.

Глава 8

Егор

Выходим с Ярославой к общему столу, где нас ждет завтрак. А ещё голодные, жадные до новостей взгляды друзей.

Малинина окидывает нас помятых небесным взглядом, хмыкает:

– Егор, почему ты выбрал Яру, не меня?

– Марина, ты впечатляющая девчонка. Богиня. Но не моя!

– Ну да, – цедит Бешеный, проводит пальцами по своим тонким губам, – я твою Яру вчера… пробовал. Ммм! У неё губы отпадные! Вкус малины, – нахально облизывается.

Резко разворачиваюсь и врезаю другу под дых. Игорь складывается пополам:

– Дебил?

Малинина крутит у виска:

– Егор, ты больной? Это же была шутка.

– Он её не трогал? – ору взбешенный, пытаясь добраться до Бешеного, закрывающегося хрупкими девчонками.

Яра в числе первых защитниц, пищит:

– Егор, не связывайся! Он был пьян, вот и перепутал меня с кем-то. Сама виновата, не в ту комнату вошла. – Зеленые глаза светятся страхом за меня и желанием защитить.

– Если увижу тебя рядом с Ярой, убью! – ударяю кулаком в стену. Сверлю друга гневным взглядом. В висках стучит кровь, грудь тяжело вздымается. Давно меня так никто не выводил из себя, сильно зацепило.

– Ты готов порвать нашу дружбу из-за девки на одну ночь? – яростно цедит однокурсник.

– Яра не такая! – защищаю девушку, спрятавшуюся за мою широкую спину.

Только сейчас понимаю, как всё это выглядит. Ярослава пришла сама, провела в моей комнате тет-а-тет всю ночь. Наутро вышла из нее вся помятая.

– О-о! Похоже, наш Егорушка влюбился, – фыркает рыжая Анютка, надувая пухлые губы.

– Ни в кого я не влюбился! – цежу упрямо, усаживаясь за общий стол, накрытый к завтраку.

Подобных обвинений только мне не хватало. Да как Рыжая посмела? Хотя… все девчонки в нашей компании такие – рот в палец не клади – откусят.

Яра присаживается на краешек соседнего стула. Топит зеленый взгляд в тарелке. Представляю, сколько искр сейчас летит. Щеки алые, ей явно не по себе от столь бурного приема.

Чего она ждала. Здесь собрались все «сливки» МИСа!

Молча ем яичницу с креветками, периодически приглядывая за своей Сиреной. Реально странно? Чего это я всё время её защищаю? Забочусь о ней?

Мне двадцать три. Молод спортивен, хорош собой, богат. Девушек всегда было много, но ни с кем ничего серьезного.

Почему я становлюсь мягким, пушистым, когда рядом Ярослава? Готов лечь на амбразуру грудью ради нее. Или утонуть…

Черт возьми! Не знаю, такое со мной впервые.

После завтрака вдвоем уходим гулять в город. Не отпускаю Ярославу от себя ни на шаг, да она и не стремится на свободу.

Яра! Ее имя вгрызается в мою грудную клетку, ломает ребра. Направляет кровотоки по влюбленным руслам.

Я на пределе. Бросаю на блондинку украдкой взгляды. В этих шортах ее ноги сводят с ума.

Хоть не смотри. Но мозг не слушается.

Она вся такая!

Тонкая…хрупкая…желанная!

С изумительно-изумрудными зелеными глазами, копной русых шелковистых волос.

Ее пронзительный взгляд заставляет хотеть большего!

Нет, не секса. А каких-то человеческих отношений, которые возможны только между любящим мужчиной и женщиной.

Когда в ее глазах вспыхивают золотистые звёзды, я счастлив.

Когда Яра грустит и звезды гаснут, готов сделать всё возможное, чтобы вернуть сказку.

Немного пухлые мягкие губы хочется целовать ежесекундно.

От взгляда на округлые полушария грудей, обтянутых ажурным бюстгальтером, просвечивающим через тонкую белую футболку, я весь немею.

Привычки – откидывать пряди волос, удивляться, округляя большие глаза, хлопать ресницами, кажутся милыми.

Она улыбчивая, загадочная и манящая.

Чувствую, что Яра создана конкретно для меня!

Не зря я приехал в Сочи. Не зря в тот день пришел на пляж. Видимо на небесах решили, что мы – двое должны быть вместе. Правильно решили. Я доволен их выбором и своим тоже.

Вот и сейчас мы идём по аллее, вдыхаем запах цветов. Беру Яру за руку. Ее ладонь теплая, кожа нежная. Провожу пальцем по центру ладошки, останавливаюсь.

Девушка осыпает меня изумрудными искорками. Довольная и счастливая.

Но мне этого мало. Хочу чувствовать ее. Сжимаю хрупкую руку крепко. Веду подругу под тень раскидистого дерева.

– Что… Люди смотрят.

– Пусть, – теряю голову…

Ярослава почти лежит на толстом стволе цветущего дерева, мои руки обнимают ее за талию. Лишь бы не оттолкнула. А то мой порыв уже слишком очевиден. Жадно целую красивое лицо.

Смеется, когда касаюсь губами ресничек.

Провожу пальцем по нижней чуть пухлой губе, затем наклоняюсь, прикусываю розовый влажный лепесток.

Не удерживаюсь. Через мгновение моя правая рука на ее груди, язык изучает ее язык, а левая рука на бедре. Меня трясет от желания, но знаю, что так нельзя.

В кармане яростно разрывается мобильный. С трудом отрываюсь от сладкой девочки, отвечаю:

– Да, Малинина, я помню, что вылет через два часа. Успею.

Нехотя отрываюсь от Ярославы, веду ее в отель. Девушка напряжена как струна:

– Тебе не понравилось? Я был слишком настойчив? Прости, но это твоя вина! Когда рядом с тобой, перестаю контролировать себя.

Молчит, насупилась. Что-то просчитывает в своей красивой головке.

– Что не так?! – бросаю нервные взгляды то на часы, то на молчащую Ярославу.

– Я… меня… – закусывает нижнюю губу. – У меня есть парень.

– Что за…? – сердце кубарем летит вниз.

– Прости, – по щеке катится горькая слеза.

Хватаю девчонку за плечи, трясу:

– Неужели не могла сказать сразу? Я бы не…

– Тогда бы ты не спасал меня? – шепчет Ярослава, теребит светлую прядь волос.

Кидаю на нее злой взгляд.

– Лучше бы я тебя не спасал! – говорю в сердцах. – И не тереби волосы. Бесит!

Разворачиваюсь. Ухожу не прощаясь.

Хрупкая застывшая фигурка Яры остается стоять в дверях.

Прощаясь со мной навсегда.

Глава 9

Месяц спустя

Ярослава

Время бежит неумолимо. На дворе октябрь. Мерзко, холодно не только на улице, но и на душе. Если раньше я жила в своей раковине, то теперь так не получается совсем.

Вхожу в столовую, ОН там. Сменил столик, сидит один, без закадычных друзей. Глядит на меня своими синими так, будто я ему должна…

На восемнадцатилетие папа подарил мне недорогой Форд. Появилось ровно две веские причины, чтобы встречать Егора утром и вечером. Утром заезжаю на парковку, Воронцов уже там. Закрывает дорогой мерседес и трется подле него ровно до тех пор, пока я не пройду мимо.

Молчит. Ничего не говорит. Просто бессовестно пялится. Уже месяц следит за мной.

Может, я была не права? Всё обстоит по-другому. Смотрю на циферблат дорогих часов, подаренных мне Анжелой.

Есть вопросы.

– Анжела! – окликаю подругу после занятия. – Идем, подвезу, есть разговор.

Как и всю эту неделю проплываем к автомобилю мимо Егора. Бросаю украдкой взгляд. Воронцов по-прежнему хорош, такой же спортивный, подкаченный.

Нет, не так. Он стал еще лучше, чем был.

Загар уже сполз с его идеального лица, светлые выгоревшие волосы потемнели, и теперь синие глаза стали более выразительными.

Молочная кожа и синяя река – это прям сюжет для картины. Может, нарисую…

Падаем в машину, едем.

– Анжела, ты сама купила часы?

– Да, – подруга поспешно кивает.

– Не ври! Ты даже их цену не знаешь, – бросаю на пышногрудую красотку с карамельными волосами и орехово-медовыми глазами злой взгляд.

Тупит глаза, насупилась.

– Как же я устала от вас двоих, – бурчит себе под нос.

– Не поняла! – Резко бью по тормозам.

– Здесь нельзя парковаться!

– Говори! – вцепляюсь взглядом в лицо однокурсницы.

– Егор твой достал меня. Узнал, что у тебя днюха, передал через меня подарок. Ты бы от него не приняла!

– Ты меня продала? – шиплю на Анжелку.

– Не так ставишь вопрос.

– Сколько золотых?

– Помог сдать зачет по макроэкономике. У меня у самой шансов не было, а он всё организовал.

– Ну, Анжела, – бью с досады по рулю.

– Зачем ты его обманула, что у тебя есть парень?

Кусаю губы. У нас это закрытая тема, но сегодня подруга явно осмелела.

– Ты не понимаешь, – чуть не плачу я.

– Так объясни.

– Егор – он не такой хороший, каким ты его считаешь.

– Подруга, он тебя спас! На минуточку так, не забывайся.

– Спас! – с досадой шепчу. – А потом хотел использовать в грязных играх. Я слышала разговор Бешеного с Малининой. Воронцов и Бешеный поспорили, кто первым уложит девчонку в койку, тот победитель в споре. Они говорили про меня!!

– Как ты могла поверить Марине? Она же слюной исходила, завидуя тебе. А Бешеный не простил отказа!

– Ты не понимаешь, мне очень больно каждый день видеть Егора, слышать его голос и не иметь возможности ответить.

Я…

Я…так сильно его люблю. Засыпаю с его именем, просыпаюсь с его синеглазой улыбкой.

А потом вижу в реале, и даже не могу до него дотронуться.

– Анжела, я достаточно услышал! Спасибо! – тихий мужской голос раздался из зажатой руки подруги.

– Что происходит?

Анжела надувает губки:

– Упс! Надеюсь, когда-нибудь ты меня отблагодаришь.

– Точно не сейчас! – Я вся горю, а щеки полыхают от негодования. На меня с экрана мобильного смотрит Воронцов.

– Убирайся из моей машины, – выталкиваю Анжелу за борт.

Не успеваю нажать на газ, как спереди меня поджимает серебристый мерседес. Блокирую двери до того, как крепкая рука вцепляется в ручку водительской.

Егор наклоняется, заглядывает ко мне.

Я демонстративно отворачиваюсь.

Громко звонит мобильный, заставляет вздрогнуть. Застегиваю теплую красную куртку, смотрю на непринятый звонок.

Дзинь! Булькает эсэмэска.

«Ярослава, это не правда. Я не спорил на тебя».

Кусаю губы, хочу поверить, но не могу.

А если Егора оклеветали? Друзья-то у него еще те меркантильные заразы.

Дзинь! Пришла вторая. Читаю с тяжелым сердцем:

«Ярослава, я дал тебе второй шанс. Дай и ты мне…»

А вот это был шантаж, но попал он точно в цель.

Из глаз потекли жгучие слезы.

Не выдерживаю, отвечаю:

«Ты сказал, что не влюбился! Ты хотел одного, затащить меня в постель!»

Тереблю русую прядь длинных волос, жду ответ. Прилетает:

«Прости! Я сам понял, что люблю, когда потерял».

На душе неспокойно, но понимаю, если сейчас не открою дверь, не дам Воронцову второй шанс, то никогда не прощу себе!

Открываю дверцу, выхожу.

Мы стоим такие чужие и близкие одновременно.

Нас связывает так много и в то же время ничего.

Между нами одна подаренная жизнь, два дня близкого знакомства в Сочи, и шанс на любовь.

Егор обнимает меня за талию, крепко прижимает.

– Я хочу тебя чувствовать, – шепчет мне, целует мое лицо.

– Еще успеем, не торопи события, – обнимаю за шею.

Его губы накрывают мои губы. Теплые нежные влажные и такие долгожданные.

– Как насчет знакомства с моим отцом? – шепчет Егор в ухо, покусывая мочку.

– Зачем?

– Невесту принято знакомить с родителями.

Спустя два месяца

Егор уговаривает меня прийти в гости, познакомиться с родителями. Едва переступаем порог богатого дома, как нас встречает пара снобов. Ухоженная перекроенная блондинка – мать Егора и отец – весь из себя крутой.

Высокий, широкоплечий с горделивой осанкой и высоко задранным подбородком. Дорогой загар выгодно оттеняют синие блеклые глаза.

– Ярослава Соколова. Не дочь ли ты Дмитрия Соколова?

Киваю головой, радостно улыбаюсь.

Мужчина щурится, и наносная улыбка сползает с его лица. Весь вечер он изучает меня как дикую зверушку и бросает на сына многозначительные взгляды.

Мать семейства молчит, разглядывает ухоженные руки, дежурно улыбается.

– Отец, мы с Ярославой хотим жить вместе!

– Так не пойдет. Ты сын Воронцова! Значит, сначала свадьба, только потом совместный быт.

– Тогда мы распишемся, а свадьбу сыграем летом.

– Так тоже не годится, – старший Воронцов пресекает все порывы сына на корню.

– К достойной свадьбе нужно готовиться месяцев девять.

– Мы… – Егор пытается унять пыл отца.

– Я всё сказал, решили пожениться. Совет Вам да любовь, а вот торопиться в этом деле не следует.

Его тусклый синий взгляд нехорошо оживился.

Старший Воронцов высверливал меня взглядом, гипнотизировал.

И я всё время хотела убежать.

Спустя час идём с Егором к машине, и он убеждает меня в том, что мы всё делаем правильно – так, как решил его отец.

На душе неспокойно. Ничего не имею против устоев его папы, но до сих пор не могу унять дрожь в коленках, вспоминая, как он среагировал на упоминание о моем отце.

Глава 10

Егор

Больше отец не упоминает Яру. Когда я завожу разговоры о подготовке к свадьбе, папа странно отнекивается, отстраняется, цыкает:

– Егор, вы еще оба молоды. У Вас впереди много времени, всё успеете!

А я был слишком счастлив, и готов ждать столько, сколько скажет отец. Привык доверять ему.

Я засыпал с именем Ярославы на губах, просыпался с ним.

Иногда, в самые счастливые дни, когда уезжали мои родители, мы оставались на ночь у меня. Просыпаясь со своей девушкой, я считал себя самым счастливым человеком на свете. Моя единственная всегда была рядом. Мы почти не расставались.

Нам везло во всём. Впервые в жизни меня любили. Я любил.

Даже мои друзья смирились с моим выбором, перестали препятствовать нашим отношениям.

Казалось, так будет вечно. Ничто не омрачало нашу любовь.

– Яра, ты станешь моей женой? – задал я самый главный вопрос в своей жизни ровно тридцать первого декабря.

Мы сидели на уютной большой кухне в двухуровневой квартире родителей Ярославы. Ее отец Дмитрий Соколов оказался вполне себе небедным человеком. У него был небольшой строительный бизнес. На эти новогодние каникулы он с женой уехал на отдых.

Яра встряхнула русой головой и вскинула на меня свои изумрудные глаза.

– Думаешь, из меня получится «хорошая» жена?

– Уверен, – касаюсь пальцами ее пухлой губы, стирая джем.

– Согласна!

Я на седьмом небе от счастья! Возвращаюсь домой десятого января, первым делом сообщаю родителям, что мы с Ярой подали документы в ЗАГС.

Мать фыркает и удаляется прочь.

Зато отец прям взбешен:

– Зачем ты так поторопился?! – рычит он на меня.

Не понимаю, что происходит. Почти год отец молча наблюдал, как развивается наш бурный роман. А сегодня высказывает свое «фи».

Серьезно?

– Неужели ты меня не понимаешь? Я люблю! Не могу больше ждать. После выпуска, сразу сыграем свадьбу. Затем мы с Ярой уедем в квартиру, которую ты подарил.

Отец гневно протыкает меня взглядом, молча удаляется.

Уж лучше бы наорал, чем так.

Ровно через неделю случилось что-то непонятное. То, что перевернуло мою жизнь.

Мобильный трезвонит в пять утра. По звонку слышу, что это ОНА.

– Егор, я не смогу поехать с тобой, – роняет Яра и бросает трубку…

Злюсь на любимую. Мы купили путевку, всё обговорили заранее. Неделя в Париже в честь нашей помолвки.

Отзваниваюсь Яре, не отвечает.

В бешенстве уезжаю на отдых один.

Через пару дней теряю покой, а вдруг у нее реально, что случилось, а я как поступил как бесчувственный чурбан. В конце концов, Ярослава живой человек, у нее есть близкие. Могло произойти хоть что, хоть с кем. А я – эгоист думаю только о нас двоих, остальные по боку.

Весь извелся. Названиваю, она скидывает мои звонки, не отвечает ни на одну эсэмэску. Возвращаюсь домой через четыре дня. По дороге к любимой заезжаю в цветочный магазин, покупаю огромный букет белых роз.

Подъезжаю к университету, долго сижу в машине, жду появления девушки. Волнуюсь, как мальчишка, представляя, как увижу ее после недельной разлуки. Но она так и не выходит.

Кровь стучит в висках. Пульс разгоняет адреналин в крови.

Что это такое? Где она?!

Спустя полчаса появляется её подруга Анжела. Радуюсь, увидев её.

Ну, хоть что- то!

Рванул к подруге с букетом цветов. В надежде передать весточку Яре.

– Анжел, привет! – машу ей рукой.

Она застывает на месте. Медлит, затем всё-таки подходит близко.

Выглядит как всегда шикарно. Яркая броская стильно одетая. Ореховые глаза с золотыми искорками и длинные карамельные волосы, спрятанные под капюшоном дубленки.

– Всё хорошеешь?!

Но Анжела не принимает моего миролюбивого тона. Смотрит на меня, как на врага. Хмуро исподлобья.

– Анжел, где Яра?

Девушка хмурит брови, словно раздумывает, сказать мне или просто послать.

Понятно, хмыкаю я. Косточки мне промыли. Но я ни в чём не виноват. Всё объясню при встрече.

Яра обязательно поймёт!

– Послушай, Воронцов! – зло шипит Анжелка. – Это по твоей вине Ярослава бросила учёбу. Сделай так, чтобы я тебя больше никогда не видела!

Ненормальная!..

Швырнул букет на тротуар и, резко развернувшись, пошёл к машине. Плюхнулся на водительское сидение. Вдарил от злости по рулю несколько раз.

На неприятный звук Анжелка повернула голову через плечо, стрельнула в меня негодующим взглядом. Словно прокляла.

Что за… Бред!

Постукиваю нервно пальцами по рулю. Надо найти Яру, поговорить с ней.

Чёрт! Да что происходит такое?!

Через два дня

Утренний звонок телефона настойчиво будит. Не открывая глаз, тяну руку к мобильнику. Наощупь нахожу на тумбе.

– Алло, – сипло произношу в трубку.

– Егор…

Счастливая улыбка расползается по лицу, едва слышу родной голос.

– … пожалуйста, больше никогда не ищи встречи со мной. Не беспокой моих подруг. Ты до чертиков напугал Анжелу! Она боится в университет ходить, – всхлипывая, сквозь слёзы роняет Яра.

Полусонная улыбка сползает с лица. Резко открываю глаза и подскакиваю с постели. Ничего не успеваю сообразить, как Яра отключается.

Что сейчас было?

Отчаянно пытаюсь дозвониться. Абонент не доступен. Звонок Яры застал меня врасплох. Настроение круто рушится. Хмуро смотрю в окно – там зимнее солнце плавит январский снег.

Чёрт! Регистрация брака через месяц. Нельзя допустить, чтобы всё сорвалось. Разрушилось, разлетевшись на осколки.

Натягиваю джинсы и футболку, стремительно сбегаю по лестнице вниз на кухню. Здесь отец расположился в кресле с чашкой ароматного кофе.

Хмурюсь, стискивая зубы.

– Егор! Ты чего дёрганный такой? – не ускользает от отца моё недовольство.

– Да так, личное, – бурчу себе под нос.

– С Ярой что ли поссорился? – небрежно бросает он.

Ошеломлённо поворачиваю голову через плечо. Сглатываю.

– Да таких Ярослав у тебя будет ещё штук сто!

Я на пределе. Боюсь сорваться. С чего это он лезет в мою личную жизнь?

Отец ухмыляется, отпивая кофе со сливками, спокойно ставит чашку на стол.

Да нормально всё было! Что на неё нашло? Теряюсь в догадках.

– Не хотел говорить, – голос отца докатывается до меня раздражающей волной, заставляет напрячься. – Отец твоей Ярославы – Дмитрий Соколов обанкротился в ноль! Даже я прикупил несколько его строительных компаний, – довольно заявляет он.

Замираю, словно молния пронзает насквозь, парализуя на месте.

В голове всё просчитывается автоматически. Круто разворачиваюсь к нему.

– Пап, ты причастен к его банкротству? – неожиданно для самого себя, ору на отца.

Слежу за его реакцией – лицо с волевым подбородком мгновенно покрывается алыми пятнами. Синие блеклые глаза загораются ненавистью.

– Ты говори, да не заговаривайся, сын! – низкий голос отца врезается в мозг. – В бизнесе так – кто жёстче, тот и победил!

– Значит, причастен, – шумно выдыхаю я.

Игнорирует, делает вид, что не слышит.

– Соколов совсем плох, – кидает отец, протягивая руку к дорогой чашке с кофе. Медленно делает глоток, бросает на меня пустой взгляд. – То ли неизлечимо болен, то ли пьёт.

Не пара тебе эта девочка…

Метнув яростный взгляд в отца, кинул свирепо:

– Сам разберусь, кто мне пара! Не маленький.

Глава 11

Спустя неделю. Егор

– Анжела, скажи мне, где сейчас живет Ярослава! – требую с пышногрудой подруги Соколовой.

– С какой радости?

Объяснять Карамельке, что произошло недоразумение, смысла нет. Ненавидит меня априори.

– Английский хочешь сдать? Преподаватель – мой хороший друг.

– Воронцов – ты… ты…

Пишет адрес на бумажке, швыряет в меня скомканным комком бумаги.

И на том спасибо.

Еду по адресу.

Сижу в засаде всю ночь возле старой высотки. На соседнем сиденье примостилась термокружка. Делаю глоток крепкого напитка.

Прокручиваю в голове все сценарии развития событий.

Ярославе сейчас очень плохо.

Ее привычный мир разрушен. Она привыкла к другому уровню жизни. Не сказать, что её отец был богатый, но жена и дочь не нуждались ни в чём.

А теперь Яра не может продолжать учебу.

Ничего, успокаиваю сам себя. Я помогу Соколовой и её семье!

Денег своих у меня пока нет. Отец не даст для Соколова ни копейки, иначе ему придется подтверждать свое участие.

Уйду из фирмы отца. Создам собственную У меня уже давно эти планы зреют. Не зависеть от отца ни в чём.

Будем жить с Ярой вдвоём. Невеста обязательно вернётся к учёбе. И семье её буду помогать.

Как иначе?..

Делаю очередной обжигающий глоток чёрного кофе, запрокинув голову.

Доносится звук щёлкающего замка двери подъезда. В проёме двери появляется Яра в малиновой короткой дубленке, с надвинутым на голову капюшоном.

Невольно перевожу взгляд на часы. Пять тридцать утра.

Мурашки бегут по спине. Горло перехватывает спазм. Как рано моя девочка вынуждена идти на работу.

Я не должен этого допускать!

Выскакиваю из машины, в несколько шагов уже возле неё.

– Яра! – тихо произношу, протягивая руку к её капюшону, скидываю с головы. Русые волосы рассыпаются по плечам.

Любимая вздрагивает.

Поднимает на меня зелёные глаза, в них больше нет сверкающих золотистых звёзд.

В них пустота. Глухая ночь.

Пару секунд молча разглядываем друг друга.

– Я не могу без тебя жить, Яра… – сипло произношу, притягиваю её к себе, глажу по волосам, целую в губы.

Она не отвечает, отталкивает меня.

Вырывается из рук, остервенело колотит меня по груди.

– Уходи!.. Не хочу тебя видеть!.. Ты такой же, как твой отец…

В шоке отстраняю её от себя, взираю, как пылают огнём её глаза, трясутся губы.

– Ненавижу тебя. Ненавижу. Никогда не прощу, Воронцов, что сделал твой отец с моей семьёй.

В её глазах плещется обида, злость, ярость. Это так не похоже на милую нежную хрупкую Яру… Словно подменили.

Круто разворачивается.

– Яра! – нервно кричу ей в спину. – Это сделал не я! Но я всё исправлю.

Рывком натягивает капюшон на голову и стремительно уходит, не оглядываясь…

Ярослава

Всё случилось в январе. Жизнь казалась именно такой, какой я ее себе рисовала – яркой, цветной с всполохами синего.

Сначала Егор сделал мне предложение, мы подали заявление.

А затем…

Двенадцатого января отец пришел домой бледный как полотно.

– Я разорен!

– Насколько всё серьезно?

– Спросила мама?

– Нам теперь даже негде жить.

– Ничего! Справимся, – браво рассудила я. – Брошу учебу, пойду работать.

Не стала дополнять, что ненавижу экономику и финансы, а люблю рисовать. Родители не одобряли мою тягу к фривольному ремеслу. И сейчас посвящать их в свои планы не стоило.

– Ярослава! – резко выдохнул отец. – Чтобы я тебя больше никогда не видел с младшим Воронцовым. Слышишь, НИ-КОГ-ДА! Семья упырей. – Отец бессильно ударил кулаком по столу.

– Не понимаю, папочка. Он мой будущий муж!

– Уже нет! Запрещаю, – заорал отец.

В ужасе смотрю в зелёные глаза родного человека. Ему сорок, и всего за один день он превратился в старика. Он как поверженный затравленный зверь.

– Воронцов старший с дружками разодрал мой бизнес, – бессильно оправдывается передо мной папа.

Кусаю губы, плачу. Не верю. Нет.

С тяжелым сердцем ложимся спать… а под утро с папой случилось страшное.

Инсульт…

Как гром среди ясного неба.

Он не мог встать, правую сторону полностью парализовало.

Он не мог говорить, лишь мычал.

– Папочка, – слезы градом катятся по лицу. – Папочка…

Отчетливо понимаю, что если останусь с Воронцовым, то предам отца.

Год спустя

Время бежит неумолимо.

Прошло ровно двенадцать долгих месяцев с того момента, как моя жизнь перевернулась.

Работаю официанткой в баре в две смены, тяну всю семью. Папа беспомощный, мама уволилась и как сиделка-нянька круглосуточно заботится о нем.

Я купила редактор, по ночам рисую облоги и арты, продаю в интернете.

Дело даже не в деньгах, а в том, что я очень-очень люблю рисовать, создавать красоту.

Состояние здоровья отца улучшается мелкими шажочками. Ему нужны хорошие условия, для того чтобы он мог выходить на улицу, гулять, разрабатывать ногу.

Снять дачу? А как я буду добираться до города?

Две аренды – для себя в городе и для родителей – в посёлке, не потяну.

Дешевле купить домик. Где взять деньги?

– Может продать почку? – на полном серьезе спрашиваю у матери.

– Дурёха! Папа бы такого не одобрил.

Думаю ночи напролет, должно же быть решение. Не бывает безвыходных ситуаций.

– Можно продать яйцеклетку, – как-то шутит зло Анжела.

– Это тема! – срываюсь с места.

В последнее время от недосыпа и неполноценного питания я стала дерганная, нервная.

– Я пошутила, – кричит в след подруга.

А я уже мчусь в клинику ЭКО.

– Сколько стоит продать яйцеклетку? А если много? Я смогу купить дом, небольшой?

Доктор оценивает меня, изучает внимательно, расспрашивает о болезнях в роду вплоть до седьмого колена. Щурится, куда-то звонит.

Приходит еще один врач, они долго шушукаются.

– Это, конечно, нарушает наши правила, но не хотите стать суррогатной мамочкой?

– Кем? – таращу на женщин глаза.

– У нас есть одна богатая парочка, готовы заплатить любые деньги за ребенка. У них заказ именно такой – русые волосы, зеленые глаза…

– Они больны? Почему сами не рожают?

– Видите ли, женщина не хочет обременять себя. Фигура и всё такое.

– То есть надо выносить их ребенка? И тогда я смогу купить дом?

– Почти. Яйцеклетка нужна Ваша, мадам боится процедуры изъятия материалов.

– Это больно? – пугаюсь я.

– Так Вы согласны?!

– Можно один день на раздумья?

Прилетаю домой, сообщаю матери. Она орет как оглашенная на весь дом, что я рехнулась, гублю себя.

Бросаю вопросительный взгляд на отца.

Он не выходил из дома уже четыре месяца.

Куда ему с нашего пятнадцатого этажа спуститься на первый. Его нога теперь волочится отдельно от него. Коляски хорошей нет, хотя я уже начала сбор средств в интернете, купим ему агрегат. Но вот поднимать его, таскать на себе нам двум хрупким женщинам очень тяжело.

В серых призрачных глазах стоит мольба о спасении.

Наутро приезжаю в клинику без звонка.

– Я готова!

Глава 12

Спустя шесть месяцев

Ярослава

Очень хочется пить. Открываю глаза и тут же вспоминаю, что подать стакан некому.

От помощницы, которую предлагали заказчики, я отказалась. Родители переехали в домик, который я купила им на аванс, выданный за суррогатное материнство.

Я с ними не поехала, осталась жить в съемной квартире, чтобы было легче добираться до медицинского центра на обследования.

А еще понимала, что матери и так тяжело, ухаживать за отцом, а тут ещё я в довесок.

Но главной причиной моего отказа жить с близкими, послужили постоянные упрёки:

– Яра, ты уничтожила свою жизнь!

– Яра, да как ты могла!

Тяжело поднимаюсь с кровати. Давление скачет, ноги опухли.

Ужасно себя чувствую. Мне всего двадцать. Еще шесть месяцев назад бегала как егоза, а сейчас еле двигаюсь.

Врач обещает, что пройдет. Говорит, токсикоз в третьем семестре бывает. Не у всех, но встречается.

Вот у меня он и случился.

Может, из-за двойни?

Шлепаю босыми ногами к зеркалу, смотрю на себя. Темные круги под глазами. Круглое как шар лицо. Отеки меня преследуют.

Смотрю в зеленые погасшие глаза, думаю о том, что судьба испытывает на прочность.

Будто при рождении мне реально выдали душу кошки. А, как известно ее надо убить девять раз, чтобы она исчезла навсегда.

Так и я.

Впервые распрощалась с жизнью, когда тонула.

Второй раз, когда заболел отец.

Третий – когда ушла от Воронцова.

Четвертый – меня еще только ждёт… когда буду отдавать чужих родных детей.

Глажу круглый живот. Тяжело вздыхаю. Звонил врач, сказал, чтобы я срочно подъехала в клинику.

Что стряслось?

Закалываю волосы в низкий хвост, одеваюсь в спортивную одежду, вызываю такси.

Через час вхожу в кабинет лечащего врача медцентра ЭКО.

– Ярослава, у меня плохая новость. Заказчики отказались от детей.

Трясу головой, не понимаю, что произошло.

– Что?

– Семейная пара – ваши заказчики расторгли договор в одностороннем порядке.

– Это как? – у меня нервный тик.

– Им дети не нужны. Они развелись. Чужие дети – обуза. Как поступить дальше с детьми решаете Вы. Остаток задолженности отправят Вам на карту сегодня. Как только Вы подпишите бумаги, что не имеете претензий.

И что же будет с детками?

Их отдадут в дом малютки? У них не будет ни мамы, ни папы.

Сироты при живой маме?

Мама – я! Не отдам!

На что жить? Выкручусь.

На меня в один миг обрушился весь мир с его недетскими заботами.

Нервно тереблю замок, вспоминаю, как молилась по ночам, чтобы детки стали моими. О чём я думала? Не знаю!

Но Бог услышал мои молитвы. Теперь дети мои! Только мои!

Не могу сдержать слёз, рыдаю в голос.

– Ну что Вы, не переживайте! Как родите, напишите отказную.

Я плачу по другой причине – от страха. Вдруг врач передумает, и отнимет у меня моих солнышек.

Трясу головой. Вытираю слезы ладонью. Беру ручку. Трясущейся рукой подписываю бумаги.

Да я бы их кровью подписала, если бы попросили.

Выбираюсь из удушливого Центра, замираю на крыльце, набираю родную мать:

– Мамочка, заказчики отказались от детей!

– Яра, какой ужас! Деньги заплатили? У нас скопились большие долги.

– Заплатили, я не об этом! Ты понимаешь? Теперь у меня будут мои детки, а у тебя внуки.

– Яра, опомнись! Тебе всего двадцать. Ты сломаешь себе жизнь. Роди и откажись. Как я могу принять внуков, если не знаю их отца! Вдруг он бандос какой! Наподобие Воронцовых, Бесовских? А-а!

Нажимаю отбой. Не хочу, чтобы токсичные высказывания в адрес моих малышей омрачали мой день.

От радости скакнуло давление. Присаживаюсь на крыльцо.

– Вам плохо? – ко мне подходит женщина в белом халате.

– Я… я…

– Сидите. Вызову скорую.

Послушно сижу, жду.

Теперь это только мои дети, я отвечаю за их сохранность.

Я больше себе не принадлежу.

Я мама…

Спустя три месяца

Очень больно и страшно. Анжелка хотела пойти со мной на роды, но её не пустили.

– Буду держать за вас кулачки, – гладит меня по огромному животу.

К моему удивлению роды проходят быстро.

Боль пришла и ушла. Осталось только два маминых счастья.

Их подносят по очереди, укладывают на грудь. Наша кожа соприкасается, и миллион электрических импульсов пронзает моё сердечко насквозь.

Безграничное счастье затапливает меня, когда синие глазенки щурятся, смотрят на новый незнакомый мир.

Господи! С трудом могу отличить малышей. Они так похожи на лицо.

Одно отличие – мальчик и девочка.

Двойняшки.

– Всё мамочка, отдыхайте. – Детей увозят, а меня оставляют в родильном еще на час. После отвозят в палату, где кроме меня еще три женщины.

Такие же счастливицы, как я, которым Бог сегодня подарил по Солнцу.

К вечеру привозят детей. Раздают на кормление.

Я вся трепещу. Тяну руки. И только сейчас до меня доходит, что я одна, а их двое.

С испугом смотрю на нянечку, затем перевожу удивленный взгляд с девочки на мальчика. Девочка уже хнычет. Мальчишка спокойно спит.

Протягиваю руку, глажу розовую ладошку малышки.

– Мамочка, начинайте кормить дочь, – учит меня женщина. – Иначе сейчас Ваш крикун проснется, и у Вас будет две проблемки.

Даже не верится, что этот мирный кулёчек может быть крикливым.

Протягиваю жадно руки, беру кулёчек с девочкой, прикладываю ее к теплой груди.

Она тычется носиком, маленькими губками в поисках соска. Хочется ей помочь, но я зависаю от милоты.

На миг ее глазки приоткрываются, тону в их синеве.

Детей уносят. Я по-прежнему улыбаюсь.

– Ярослава, как назвала своих крох? – интересуется соседка с пышной шевелюрой.

– Ася и Вася, – решительно отвечаю.

Я успела дать им имена ещё тогда, когда по документам они были чужими.

– Немодно, – мяукает молодая модная мамочка.

– Ну и пусть! – упрямо шепчу я.

– А муж согласен?

Больно колет в груди.

– У меня нет мужа!

– Ух!

– Ну, хоть родители будут помогать?

– Я сама подниму своих детей на ноги!

– Детям нужен отец!

– У Аси и Васи есть я, – падаю на кровать, отворачиваюсь к стенке. Хочу заплакать, но не могу.

Глава 13

Настоящее

Ярослава

Опаздываю на собеседование в крутую компанию.

Беру себя в руки, сгребаю детей в охапку, везу к тете Клаве. Хорошая чужая женщина помогает мне растить моих детей.

Ася с Васей наперегонки несутся к машине.

Стаскивают с себя рюкзаки и ныряют на заднее сиденье. Дети любят сами пристёгивать ремни безопасности. Я лишь проверяю за ними, чтобы без осечек.

Машину приобрела по случаю с небольшим пробегом. (Не такая она и старушка!) В рассрочку, поэтому цвет не пришлось выбирать. Позже я была даже рада, что машина такая приметная, ведь перевожу я в ней детей. Пусть шарахаются водители на дороге, мне это только на руку.

Безопаснее для маленьких пассажиров.

Двойняшки давно помирились, все обиды забыты, весело щебечут на заднем сиденье.

– Мам! – Ася тычет пальчиком в окно. – Ты нам обещала в «Детское кафе».

Ну, не так уж и обещала. А на настойчивые просьбы сводить вас туда, ответила:

– Как- нибудь…Непременно сходим.

Разочаровывать детей не хочется. Это так неприятно! Каждый раз видеть, как вспыхнувший ярко-синий огонёк желания в их глазах гаснет, и надежда тает.

Двойняшки озабоченно вздыхают.

В такие мгновения меня пронизывает дрожь, внутри поднимается волна негодования. В голове проносится рой мыслей.

Ну, почему я не могу позволить купить детям простые радости?

Экономлю на всём, тянусь от зарплаты до зарплаты. Ведь я стараюсь изо-всех сил, работаю на двух работах, ищу более высокооплачиваемую работу.

И всё равно денег патологически не хватает.

И у нашей маленькой семьи нет главного – своего жилья!

– Да, конечно, сходим, – бросаю, повернувшись через плечо. – В ближайшие выходные.

– Ура-а! Ура! – кричат дети, хлопая в ладоши.

Улыбаюсь, волна страха за будущее откатывается куда-то на дальние рубежи.

Как мало надо для счастья. Лишь бы дети были здоровы и счастливы.

– Так, ребятишки! Бабу Клаву слушаемся. Уроки домашние делаем. Потом я вас заберу и проверю. Если всё не сделаете, – никаких мультиков!

– Мамочка! Мы всё сделаем, – заверяет Ася.

– Обязательно, мам! – вторит Вася.

– Очень на вас рассчитываю, – серьёзно отвечаю я, паркуясь во дворе девятиэтажки.

Три года назад у Клавдии Петровны мы снимали комнату. С тех пор дружим с ней и её взрослыми внуками Стасом и Таней. Они привязались к моим детям так, словно Вася и Ася младшие внуки в этой семье.

– Клавдия Петровна, мне неловко, ведь даже заплатить нечем за то, что возитесь с мелкими. Поверьте, встану на ноги, обязательно рассчитаюсь за всё, – обнимаю её за плечи.

– Яра! Ну, что ты такое говоришь? Мне в радость заниматься с детишками, А, то ведь, сидеть целыми днями одной на пенсии дома, я так совсем захандрю.

Целует моих крох в щёчки. Они ласково называют её бабой Клавой.

Мама ревнует, поджимает губы в тонкую полоску, когда дети с восторгом и любовью рассказывают про Клавдию Петровну.

Чувствует, что настоящей бабушкой дети считают именно бабу Клаву, а не её. Высшие силы послали мне фею в лице Клавдии Петровны. Не устаю их благодарить за щедрый подарок.

Не понимаю, почему мама так холодно отнеслась к детям? Наверное, та ситуация с болезнью отца и банкротством ее надломила. Родители по-прежнему живут в доме, который им купила я. Папа начал потихоньку ходить. Разговаривает по-своему. Мы его понимаем.

Так что как – то так.

Глава 14

Поднимаемся в лифте на последний этаж. Дети возбуждено галдят, перебивают друг друга.

– Ася! Вася! Пожалуйста, ведите себя спокойно. А то у бабы Клавы от вас голова заболит.

Умолкают ровно на минуту, переглядываются.

Но стоит только распахнуться двери квартиры, в проёме которой стоит Стас и широко улыбается при виде ребят, как они с шумом и визгом заскакиваю в квартиру и виснут на нём.

Детям не хватает мужского внимания.

Кошусь на возню Стаса с детьми, прохожу на кухню.

– Клавдия Петровна! Здравствуйте. Вот продукты в магазине захватила.

Ставлю пакет на стул и выкладываю на стол батон, пакет молока, пачку сливочного масла.

– Ярослава, спасибо тебе. Но у нас всё есть, не надо беспокоиться, – добродушно ворчит хозяйка.

– Нет уж, Клавдия Петровна. Мне и так неловко, что детей своих на вас так часто оставляю, позвольте мне хоть чем-то вас отблагодарить.

– Хорошо, девочка моя. Делай, как знаешь. Поужинаешь с нами? У меня и котлетки с картофельным пюре готовы, – приветливо улыбается женщина.

Втягиваю носом в себя аппетитный запах.

– Нет, спасибо. Очень спешу, – с тревогой смотрю на часы.

Если сейчас застряну в пробке, то пиши пропало.

– Ну, тогда беги, милая, – тепло говорит Клавдия Петровна.

На кухню вбегают дети.

Глаза светятся от счастья у обоих. Каждый высоко над головой держит по… смартфону.

Ой! Надеюсь, это игрушечные?

– Мама! Смотри, что нам Стас купил, – лопочет Ася.

– Мамочка! И мне тоже, – весело докладывает Вася.

Ошеломлённо перевожу взгляд на Стаса, который появляется в проёме двери кухни.

Ведь он что-то скажет, да?

Стас стоит, подперев косяк двери, и довольно улыбается.

– Мам! Ты не думай, они настоящие! – глаза у детишек блестят от восторга.

– У нас в классе у всех есть мобильные телефоны, только у нас с Асей нет, – поясняет Вася.

– Теперь тоже есть! – гордо крутит в руке телефон дочь.

– Стас, так и будешь молчать? – спрашиваю, глядя на него в упор.

– А что говорить? Обещал – купил. Пусть мелкие не чувствуют себя обездоленными.

Круто разворачивается и уходит.

Обездоленными?!

Потрясённо падаю на стул. Запускаю руки в волосы, тереблю их.

– Яра, – слышу голос Клавдии Петровны над ухом. – Ты не обижайся на Стаса. Молодой ещё, ляпнул, не подумав. Он ведь как лучше хотел. Вон как ребятишки рады.

Поднимаю на неё невидящие глаза.

– Да, я понимаю. Конечно, – бурчу себе под нос.

Дети притихли, наблюдают за мной. Понимают, что маме что-то не понравилось.

– Мам, – робко спрашивает Ася, слезы блестят в её глазах. – Нам вернуть подарки Стасу обратно?

Оба смотрят на меня так жалостливо, что внутри всё переворачивается.

Может, права мама, и надо искать биологического отца?

Хоть как-то будет помогать растить детей.

Может, слишком гордая я?

Ведь, как поняла со слов врача. Жена богача сообщила мужу при разводе, что у сурмамы произошёл выкидыш… Видно она ему за что-то мстила.

Продолжить чтение