Читать онлайн (Не) его женщина бесплатно

(Не) его женщина

Пролог

– Лис, подожди, – кричу я и бегу за ней по коридору.

Алиса не оборачивается и прибавляет шаг, видимо, пытаясь сбежать от меня. Ну уж нет, сегодня я ей этого не позволю.

Догоняю около входа в медпункт и рывком разворачиваю к себе.

– Нам надо поговорить.

– Не о чем, – Обдает привычным холодом и дергает плечами, скидывая мою руку.

– Почему ты опять убегаешь?

– Я не убегаю, Леш, я… – Шумный вздох. – Оставь меня в покое

Чувствую, как мои губы невольно расплываются в улыбке. Снежная Королева не дает ни единого шанса. Но мне плевать на все ее обстоятельства и разницу в возрасте. Плевать я хотел на все. Я люблю ее и готов сражаться до конца хоть с целым миром.

– Отпусти.

Алиса открывает дверь медпункта, пытаясь спрятаться от меня и своих чувств, но я вовремя разгадываю ее маневр и с грохотом захлопываю ее. Мы. Должны. Поговорить.

– Алис, – хочу притянуть к себе, но она шарахается от меня и боязливо озирается по сторонам. Ну конечно. Вдруг кто-то увидит ее… нас!

– Что ты себе позволяешь?

Она так возмущена и прекрасна, что у меня сносит крышу. Жадно смотрю, как она нервно кусает губы и борюсь с желанием прижаться к ним своими. Смягчить их неприступную холодность, ощутить сладкий привкус запретного чувства. Но мои мечты остаются мечтами. Нервно сглатывая, возвращаюсь в реальность.

– Я же знаю, что небезразличен тебе.

Смотрю в глаза и замечаю, как испуганно расширяются ее зрачки, доказывая мою правоту. Обнаглев, дерзко веду пальцами по шее, там где бешено бьется крохотная жилка, выдавая хозяйку с потрохами. Да, Алиса Степановна, вам меня не обмануть. Ваше тело охотно рассказывает то, о чем молчат губы. Кожа такая нежная, что хочется касаться и касаться, лучше не пальцами, а губами.

– Не надо, – шепчет тихо, но меня уже не остановить. Как локомотив, мчусь вперед. Чуть склоняюсь, не выпуская ее взгляд из плена, она трепещет передо мной, я ощущаю эту вибрацию каждым волоском на своем теле. Еще чуть-чуть – и наши губы соприкоснутся. Пусть потом опять ударит, как в прошлый раз, когда я украл у нее поцелуй. Пусть делает все, что хочет, я не могу и не хочу сопротивляться своим чувствам и ей не позволю. Алиса моя женщина, и я докажу это ей во что бы то ни стало.

– Дибров! – вздрагиваю всем телом, услышав грозный голос тренера. Блядь! Отступаю, невольно выпуская свою жертву, и оборачиваюсь.

Алиса, воспользовавшись моментом, забегает в медпункт. Откуда ты только взялся?

– Ты че здесь делаешь? – наступает на меня Миронов. Злой как черт. Волнуется перед игрой.

– Я… просто… – мямлю, как первоклассник, ни одной годной отмазки в голове. Правду сказать – значит скомпрометировать Алису, а она так печется за свою безупречную репутацию. А врать ну вот вообще не получается. Дичь какая-то! Надоел этот детский сад. Смысл скрываться, если все равно скоро все узнают. Обреченно вздыхаю, так и не придумав гениальный ответ.

– Болит че? – продолжает он наседать. Нашел себе жертву.

– Нет.

– Бегом на раскатку!

С грустью смотрю на дверь медпункта, интуитивно чувствуя, что Алиса стоит прямо за ней и ждет, чем кончится наша баталия с тренером.

– Оглох?

– Да твою мать! – хочу крикнуть я, но проглатываю свое желание, сжимаю кулаки от злости и отступаю, признавая правоту тренера. Игра сейчас превыше всего, с Алисой я поговорю после. Победим – и я посвящу победу Алисе. Усмехаясь своим мыслям, бегу в раздевалку: надевать амуницию и на лед. Такого небывалого подъема я не чувствовал давно, горы готов свернуть, не то что разгромить соперника.

Игра жесткая, стремительная, на предельных скоростях. Просто месиво, а не хоккей. Но я стремлюсь к цели и не вижу препятствий. Мне нужна победа, и я выгрызаю ее, заталкивая шайбу в ворота противников. Чувствую на себе взгляд Алисы, и он придает мне уверенности. За спиной словно растут крылья, а душа наполняется трепетным счастьем. Она переживает. Я знаю. Вздрагивает каждый раз, когда захожу на силовой. Но это хоккей, здесь нельзя по-другому.

Финальный свисток. Мы победили! Мы сделали это и вышли в плей-офф. Огромное достижение для нашей молодежной команды. Оборачиваюсь, привычно ищу Алису на скамейке рядом с тренером, но не нахожу. Первый тревожный звоночек звенит где-то в мозгу, но я отмахиваюсь от него, списывая все на шизоидные загоны. Ну куда она может деться?

С трудом дожидаюсь, пока кончится вся эта движуха, и рву к медпункту. Дергаю дверь и врываюсь внутрь, чтобы поделиться своей радостью, но делиться не с кем. Кабинет пуст. Ни вещей Алисы, ни самой Алисы в нем нет. Второй тревожный звоночек звенит еще громче, но я продолжаю наивно обманываться. Озадаченно выхожу в коридор. Ничего не понимаю, куда она могла уйти? Почему не дождалась?

– Дибров, ты чего тут?

Ну вот, еще и на спортивного директора нарвался. Что ж за день-то сегодня такой?

– Алису Степановну ищу, – коротко излагаю суть и сочиняю дальше, чтобы придать важности своим словам: – Колено болит.

– Так нет ее.

– Так я догадался. А где она?

– Уволилась.

– Когда? – Голос мой внезапно становится сиплым, а по коже ползут колючие мурашки.

– Еще две недели назад заявление написала…

– Блин! – вырывается помимо воли, и я с силой засаживаю кулаком в стену, осознавая, какой я идиот. Она давно все решила. Провернула за моей спиной и свалила по тихой. Слить меня решила? Не выйдет! Скриплю зубами от злости и быстрым шагом иду в раздевалку.

– Дибров, ты куда? А колено? – слышу голос директора вслед.

– Прошло уже, – отмахиваюсь и прибавляю скорости.

От злости сносит крышу. Прямо чувствую, как распирает изнутри.

На автомате: раздевалка, душ, дорога до общаги. Влетаю в здание и сразу к ее комнате. Толкаю дверь – закрыта. Ожидаемо, но я так просто не сдамся.

– Лис, открой! – настойчиво требую и подкрепляю свои слова кулаком в деревянное полотно. Третий тревожный звоночек оглушает, буквально разрывая мозг на части. Собрав себя по кускам, продолжаю натиск.

– Я не уйду, пока мы не поговорим! Слышишь?

В ответ тишина. Пугающая и зловещая. От нее трещат перепонки и нестерпимо сдавливает в груди. Липкие мурашки бегают по позвоночнику, а в ушах тревожным набатом звучит лишь одно: «Это конец».

Хватаюсь за последние отголоски надежды, возвращаюсь к вахтерше.

– Мулина где? – замираю в ожидании ответа.

– Так съехала. Постель и ключи сдала, – выносит она мне приговор, и я ощущаю, как жизнь во мне останавливается. Сердце дернулось в последний раз и замерло. Ушла. Бросила. Как я без нее? Набираю ее номер и ожидаемо слышу про недоступность абонента.

Горячее тяжелое дыхание царапает горло. Не могу здесь. Хочу на воздух. Разворачиваюсь и иду к выходу. Мысли жужжат и жалят, словно осиный улей. Впервые в жизни я хочу серьезных отношений именно с ней. Алиса та единственная, чтобы раз и навсегда. Я люблю ее. Новое, необъятное чувство пугает меня и волнует одновременно.

Я бы не успокоился, пока не добился ее. Но Алиса сама все решила за нас двоих, не дав мне даже шанса. Хотя я видел по ее глазам… что желания наши совпадают, что чувства есть. Но что-то ее все время останавливало. Пытаюсь понять – сплошная неизвестность.

Просто ушла, не поговорив, ничего не объяснив. Что делать, где искать? Паника и отчаяние опутывают меня тугими канатами. Я просто не знаю, как жить дальше.

Неделю ищу ее, как сумасшедший, не ем и не сплю, на тренировках присутствую только физически. Она исчезла… как будто и не было никогда… остались только воспоминания. Тренер сказал, так продолжаться не может, потребовал сделать выбор: хоккей или воспоминания. Понимаю, что он прав, но, черт возьми, как трудно отказаться от одной мечты ради другой. И все же я сделал этот мучительный выбор…

Глава 1. Алексей

Пучина кошмара затягивает меня в свои сети. Я изо всех сил сопротивляюсь, но внутренние демоны слишком голодны и сильны. Сдаюсь, позволяя разорвать защиту на части. Мне снова снится Алиса: наша последняя встреча, ее уход, мое отчаяние. Не хочу, но опять проживаю весь тот ужас. Я знаю этот сон наизусть, но от этого он не становится менее страшным. Я теряю ее снова и снова. Что бы ни делал, все равно остаюсь один с разбитым сердцем и огромной дырой в душе. Она исчезает, а я просыпаюсь в холодном поту…

По подоконнику громко барабанят капли. На улице жуткий ливень. Раскаты грома один за другим сотрясают небо. Тяжело дышу и энергично растираю лицо руками, отгоняя остатки сна. Когда все это закончится? Больше похоже на какую-то форму шизофрении. Пить хочется невозможно, встаю и на ощупь иду на кухню.Там в холодильнике должна быть минералка. Достаю и делаю несколько жадных глотков. Спазм отпускает, и дышать становится легче. Очередная вспышка молнии освещает пространство вокруг, а в открытую форточку врывается свежий ветер, пропитанный дождем и морем. Закрываю глаза и дышу этим воздухом, пытаясь остудить внутреннюю бурю.

Все же было нормально! Я почти научился жить без Алисы, но все изменилось в один миг. Три месяца назад я летал подписывать документы на переход в хоккейный клуб «Сочи» и решать прочие организационные вопросы. В аэропорту мне показалось… всего на секунду показалось, что я увидел, точнее, почувствовал на себе взгляд… Ее взгляд. С тех пор не нахожу себе места…

Прошло почти два года. Когда Алиса ушла, я едва не сошел с ума от отчаяния. Любил ее до трясучки и не смог остановить. Собственное бессилие обескураживало и выматывало. С большим трудом заставил себя принять ее выбор и перестать искать. Полностью сосредоточился на хоккее, он единственное, что у меня оставалось. Тренер умело направил мою злость в нужное русло, и это принесло свои плоды. К концу сезона мной заинтересовались сразу три клуба из Высшей хоккейной лиги.

Все складывалось просто отлично. Я был уверен, что Алиса в прошлом, что смог ее забыть. Встретил хорошую девушку. Симпатичная блондинка, совсем не похожая на нее. И главное – ничего от меня не требовала. В общем и целом, меня все устраивало, до той поры, пока она не захотела большего. Семья, дети… Нет уж, увольте! Это не для меня! Я не был готов прожить с ней всю жизнь. Карьера отныне стояла на первом месте. На этом мы и разошлись. Я не жалел, даже, наверное, вздохнул с облегчением. Она не смогла дать мне те насыщенные эмоции, что я испытывал с Алисой. Если бы я никогда не знал ее…

Оглядываясь назад, иногда думаю: могло ли все сложиться по-другому? Что было бы, если бы я успел остановить ее? И каждый раз прихожу к одному и тому же выводу – ничего бы не изменилось. Алиса никогда не видела во мне мужчину и не верила в искренность моих чувств. Да я и сам сейчас понимаю, как был не прав. Своей настойчивостью напугал ее. Нужно было действовать осторожно, а я пер как танк, сметая на своем пути все преграды, которые она упорно выстраивала. Дурак.

Я был слишком молод и горяч, чтобы понять ее. Но не мог по-другому. Я дышал ей. Меня буквально распирало от эмоций, а ее напускная холодность лишь сильнее раззадоривала охотника внутри. Первое и такое яркое чувство ослепило. Я ничего не видел, кроме идеальной картинки нашего совместного будущего. Слишком высоко взлетел в своих мечтах, чтобы потом разбиться об скалы реальности.

Но все это в прошлом. Я больше не тот сопливый юноша из общаги молодежной команды. Я повзрослел и поумнел. В конце прошлого сезона мне предложили попробовать свои силы в Континентальной хоккейной лиге, ХК «Сочи». Никогда не был на море и решил, почему бы и нет, тем более гонорар обещал быть более чем достойным. Согласился. И вот я здесь.

Прислоняюсь к холодному стеклу и думаю о своем ночном кошмаре. Это какое-то наваждение… нужно что-то с этим делать, а то и рехнуться можно. Но не сегодня.

Прохладный ветер заставляет поежиться. Зябко дергаю плечами и захлопываю форточку.

Мысли, мысли… сколько можно себя изводить? Это была не Алиса, а просто иллюзия. Усилием воли заставляю себя переключиться с личного на рабочее. Завтра меня ждет знакомство с новой командой и нужно выспаться. Закидываю бутылку обратно в холодильник и иду спать.

Глава 2. Алиса

Опять бессонница. Вот уже третий раз за последний месяц. Как же неприятно часами крутиться в постели в поисках удобной позы. Еще гроза как назло разошлась не на шутку, что тоже не способствует быстрому засыпанию. Громкие раскаты оглушают, а вспышки молнии периодически освещают комнату. Ну и как тут заснешь?

Сдаюсь и, откидывая одеяло, встаю. Чувствую, что начинаю злиться, правда, на что – не понятно, может «эти дни» скоро… Несколько раз глубоко вздыхаю и медленно выдыхаю, чтобы унять раздражение, и иду на кухню. Нужно попить чаю, а лучше молока. Хоть что-нибудь, чтобы наконец уснуть.

На электронных часах светится цифра три. Очень здорово, вставать через четыре часа, а я еще, можно сказать, не ложилась. А утром планерка, на которой я обязана не просто быть, а быть в форме. Кирилл не должен знать, насколько я неидеальна. За то время, что мы с ним, мне кажется, он ни разу не видел меня без косметики.

После затяжного развода я наконец занялась своей внешностью. Сделала красивую стрижку, поменяла гардероб. Все бесформенное, тусклое, бесцветное, делавшее меня серой мышкой, осталось в далеком прошлом. Теперь я носила яркие вещи, красилась, укладывала волосы и в целом выглядела, как мне казалось, намного интереснее, чем раньше.

Характер тоже изменился. Правда, не сказать, что в лучшую сторону. На первый план вышли отстраненность, холодность, даже надменность. Но так было проще, я выстроила вокруг себя непробиваемый щит и решила, что больше никого не пущу в свое сердце. Даже Кирилла.

Кирилл – главврач санатория, где я терапевт. Сорок лет, умный, представительный, привлекательный. Разведенный. Наши отношения не были спонтанными, скорее, все давно к этому шло. Он ненавязчиво за мной ухаживал, а я лишь благосклонно принимала знаки внимания, не отталкивая, но и не подпуская к себе близко.

Кир был очень убедителен и в какой-то момент я решила, что хочу попробовать построить с ним отношения. Слишком долго была одна, переживая личную драму, и он показался мне той надежной крепостью, которая защитит от всего. Оправдались ли мои ожидания, говорить рано, но пока мне с ним хорошо. Я хотела спокойствия и уверенности в завтрашнем дне, и я их получила.

И все было идеально. Так, как я хотела. По четко выстроенному плану, без взлетов и падений. Пока я не увидела <i>его</i>!

При воспоминании о том случае, вновь накатывает раздражение. Завариваю чай с мятой, чтобы успокоиться, и сажусь за стол. Ливень монотонно барабанит по подоконнику, вторя моему настроению. Пью чай и не могу избавиться от ярких образов в голове. Сдаюсь и прикрываю глаза, переносясь на три месяца назад.

Кирилл пригласил меня полететь с ним на конференцию в Москву, и я согласилась. Давно не была в столице и решила немного развеяться. Аэропорт гудел, словно осиный улей: шуршали колеса тележек и чемоданов, туристы разговаривали на разных языках, по громкой связи постоянно что-то объявляли. Смех, радостные возгласы, даже плач – буквально какофония звуков. В воздухе витали приятные (и не очень) запахи из кучи бистро.

Я стояла у лифта и ждала Кирилла. Он замотал наш багаж в пленку и подошел ко мне. Мой чемодан в одной руке, его сумка – в другой. Надо на второй этаж – сдать багаж, взять посадочные билеты. Двери лифта стали плавно закрываться…

«Дибров?!»

Неужели? Этого не может быть! Мое сердце сбилось с ритма, а глаза помимо воли принялись жадно его рассматривать. У меня были какие-то доли секунды, но я успела многое заметить. Он изменился, повзрослел. Черты лица стали четче, плечи – шире, а щетина добавляла возраста. Я сразу его узнала… и водоворот прошлых событий затянул меня в свою пучину. Картинки замелькали перед глазами, словно кадры из старого черно-белого фильма. Его взгляды, прикосновения, робкие ухаживания и попытки сблизиться. Мои страхи, недоверие, опасения. Я замужем, я старше, а он всего лишь восемнадцатилетний мальчишка. Его влюбленность мимолетна и пройдет так же быстро, как и появилась.

Он преследовал меня, а я чувствовала, что сдаюсь его напору. Меня влекло к нему с сумасшедшей силой, но я была непреклонна. Сопротивлялась изо всех сил, пробовала избегать, посылать. Выстраивала между нами непреодолимые барьеры, но Леша находил способ их разрушать. Я понимала, что надолго меня не хватит. Внешне спокойная, внутри – терзаемая противоречивыми мыслями и желаниями… Я не смогла переступить через себя. Хотела, но не решилась… Просто больше не могла с ним бороться. И так кстати поступило предложение о работе. Я решила, что это знак и, не раздумывая, согласилась на должность и переезд. Сбежала без долгих прощаний и разговоров. Так было проще. Легче. Я просто струсила, побоялась, что не смогу в глаза сказать ему все это и позволю уговорить себя остаться с ним.

Оказалось, я помнила все, до мельчайших подробностей. По спине пробежала дрожь, сердце застучало где-то в горле.

«Слишком бурная реакция!» Я неодобрительно качнула головой.

– Алисонька. – Обращение резануло по нервам, заставив поморщиться.

Оказывается, все формальности закончены, мы в зале ожидания, а до вылета всего полчаса. Когда и как я тут очутилась? Неужели настолько глубоко задумалась, что даже не заметила?

– Алисонька, – повторил Кирилл, и меня снова передернуло.

– Я просила не назвать меня так и вообще не использовать уменьшительно-ласкательные суффиксы. Я Алиса! Не Алисонька, не Алисочка и не что-то иное, что может еще прийти в голову. Пожалуйста! – с нажимом сказала я и твердо посмотрела на Кирилла.

Даже руководящая должность не смогла сделать из него твердого человека, и Кирилл остался неконфликтным, со всем соглашающимся, правда, порой забывчивым и упрямым. Вот и сейчас он просто кивнул в ответ на мои раздражение и резкость.

А ведь порой так хотелось, чтобы он был более властным, стукнул кулаком по столу и отчеканил: «Как я сказал, так и будет!»

Вот Дибров… Дибров был как раз из таких.

Так забавно! Пока я занималась кучей дел в родном городе – развод, документы, сдача квартиры, – ни разу – ни разу! – не встретила его. И была этому рада. Я поставила между нами стены из времени и расстояний и разу не пожалела о своем решении. Хоть и было очень тяжело поначалу. Мне ужасно не хватало Леши, его внимания и заботы. Рядом с ним я всегда чувствовала себя самой любимой и желанной, и это обезоруживало. Часто снились его глаза, губы, ласковый шепот. Фантазия услужливо рисовала картинки, чего я лишилась, уехав от него. Но я не дрогнула. Знала, что поступила правильно. Ни к чему портить ему жизнь.

Я ревела ночи напролет, оплакивая свою утрату. Тоска сжирала меня живьем, оставляя в душе огромные дыры. В какой-то момент я вдруг поняла, что не живу, а существую, погрязнув в прошлом, лелея скудные воспоминания.

Взяв себя в руки, я расправила плечи и буквально заставила себя сделать шаг в новую жизнь. С головой окунулась в работу, чтобы не было времени на мысли и чувства. Пропадала в санатории по пятнадцать часов в день, в расписании ни одной свободной минуты, чтобы не иметь возможности жалеть себя и думать о прошлом. Дибров остался в той, далекой, старой жизни, а я уже в новой. И нужно было как-то учиться существовать без него. Чувства постепенно притупились, с каждым днем я вспоминала его все реже, пока наконец не вздохнула полной грудью, не чувствуя железных цепей из его любви. Я стала свободной.

А потом в моей жизни появился Кирилл Жданов. Год назад его назначили на должность главного врача санатория. Он сразу дал понять, что я ему нравлюсь. Приглашал на свидания. Терпел мои бесконечные капризы, которые я выдумывала от скуки. Предугадывал желания. Исполнял любую прихоть. Окутывал спокойствием и надежностью. Кирилл и защитит, и принесет этого пресловутого мамонта. Мечта любой женщины. Но осознание того, что я не люблю его и не так остро нуждаюсь в нем, угнетало…

Непогода, кажется, утихает, а чай в чашке заканчивается. Я ощущаю, как глаза начинают слипаться, и сладко зеваю. Свидание с прошлым самое время закончить в постели. Боясь спугнуть сладкий сон, оставляю чашку на столе и спешу забраться под одеяло. Гроза прекратилась, и только капли, падающие с крыши на карниз, действуют на нервы, но мне уже все равно…

Глава 3. Алексей

Все-таки хорошая штука режим. Я так привык вставать в одно и то же время, что с просыпанием проблем не возникает. Открываю глаза незадолго до звонка будильника и довольно потягиваюсь. Как ни странно, никакого недосыпа не ощущается, вопреки моим ожиданиям я прекрасно выспался. Да и настроение отличное. Валяться некогда, пора собираться в спорткомплекс.

Со следующей недели начинаются тренировки, до этого нужно пройти медосмотр и уладить оставшиеся вопросы, с жильем в том числе. Квартиру мне снял клуб на две недели, пора поискать постоянное место жительства.

Сходив в душ, включаю чайник и подхожу к окну. Ярко светит солнце, на небе ни облачка. Ничто не напоминает о ночной грозе. Посмотрев на градусник, я офигеваю: день обещает быть очень жарким.

Открыв мобильное приложение соцсети, отвечаю на входящие сообщения друзьям и принимаюсь за поиски жилья.

Чайник выключился, и, налив себе кофе, я решаю позвонить по телефону первой понравившейся квартиры. На том конце отвечает приятная девушка Марина, риелтор. Я объясняю, что ищу, и мы договариваемся с ней встретиться в районе обеда, чтобы посмотреть предложенные ею варианты.

Взглянув на часы, понимаю, что могу опоздать, и иду одеваться. Льняная рубашка, бриджи и сандалии. Ну прямо турист на отдыхе. Выйдя из подъезда, закидываю сумку на плечо и быстрым шагом направляюсь к месту назначения.

У спорткомплекса вижу группу парней около входа. Один из них, видимо, узнал меня и направляется в мою сторону.

– О, привет! Ты же наш новый нападающий? Видел тебя на просмотре. Я Константин Лавров, можно просто Костян. – Он протягивает руку.

– Привет! Я Алексей Дибров, можно просто Леха. – Я, улыбаюсь и жму руку.

– Пойдем, познакомлю с остальными.

– Мне на медосмотр надо…

– Шустрый какой, всем надо! Как сказал Шариков в бессмертной классике: «В очередь сукины дети, в очередь…» – ржет Костян над шуткой. – Гаваны еще нет, без нее не начнут.

– Гаваны? – Не то чтобы я сильно удивился, но наш разговор напоминает бред сумасшедшего.

– Ну да, главврач наш, Борзова Галина Ивановна. Не видел, что ли, еще? Мировая тетка, ну сам сегодня увидишь.

Мы подходим к остальным ребятам. Костян, как и обещал, знакомит меня со всеми. Я быстро вливаюсь в коллектив, радуясь тому, что напрягов не возникает. Парни вполне адекватные, значит, сыграемся.

Вскоре появляется и сама «Гавана», увидев ее, я не могу сдержать улыбку. На вид ей лет шестьдесят, а рост ну не больше 150 сантиметров. Живая такая, проворная.

– Здрасте, мальчики! – скрипучим голосом здоровается она.

– Здравствуйте, Галина Ивановна! – почти хором отвечают ребята.

– Капитан, все на месте? – спрашивает, обводя нас всех взглядом.

– Да, все здесь.

– Вот что, голубчики, сейчас переоденусь, и минут через пять заходите по одному, – командует забавная старушка и бодрым шагом скрывается в здании спорткомплекса.

Мы вслед за ней перемещаемся к медкабинету, и начинается осмотр. Парни заходят в кабинет друг за другом, осмотр каждого длится не более десяти минут. Я стою рядом с Костяном и жду своей очереди

– Как она одна со всем справляется, в возрасте ведь уже? – спрашиваю я.

– Да она любому молодому фору даст! Сейчас зайдешь и сам все поймешь. – Костян загадочно улыбается, а я еще больше зависаю. Куда я попал-то вообще? – А вообще у нас два врача, Герман Иваныч просто в отпуске пока.

Наконец подходит моя очередь. Я захожу в кабинет, и в нос ударяет резкий запах табака. Оглядываюсь, но в кабинете, кроме меня и врача, никого нет. Не задавая лишних, вопросов подхожу к столу и кладу документы.

– Такс, Дибров, новенький, значит… – спрашивает старушка и смотрит на меня изучающим взглядом поверх очков.

– Ну да.

– Жалобы есть?

– Нет, все хорошо.

– Рубашку снимай и иди за ширму.

Я покорно выполняю указания, а перед глазами другая картина. Словно вернулся на пару лет назад, туда, где Алиса была моим врачом. И осматривала меня перед каждой игрой. Многое бы отдал, чтобы сейчас почувствовать <i>ее</i> прикосновения на своем теле.

– Дибров! Ты оглох, что ли? Поворачивайся, говорю! Стоит тут, мечтает…

– Простите, – очнувшись, говорю я и медленно поворачиваюсь. Не сразу понимаю, в чем дело, на меня впритык смотрит пара карих глаз. Я опускаю взгляд и вижу небольшую лесенку. Не выдержав, начинаю хохотать.

– Поздно уж мне, не пойду с тобой на свидание, и не уговаривай, – ехидно говорит Гавана, подмигивая мне.

– Очень жаль, – подыгрываю я, состроив расстроенную гримасу.

Осмотр закончился, и она лихо сбегает со своей лесенки, уходит за стол заполнять бумаги.

– Могу одеваться? – спрашиваю я, продолжая улыбаться.

– Можешь одеваться и отправляться, больше не задерживаю – отвечает она, потеряв интерес к моей персоне.

Одеваюсь и выхожу. Меня дожидается Костян.

– Ну че, как тебе Гавана? – спрашивает он.

– Веселая старушка, она что, еще и курит?

– Курит не то слово! Дымит как паровоз! Как в той песне, помнишь? «Моя бабушка курит трубку, трубку курит бабушка моя». – Он ржет как конь, а я снова подозреваю его в придурковатости.

«Сам шучу, сам смеюсь», – мысленно заключаю я, а вслух говорю:

– Ты меня ждешь?

– Да не, Тулеева, он после тебя зашел. Вечером шары собрались погонять, хочешь с нами?

– Пока не знаю, сейчас с риелтором встречаюсь, там посмотрим.

– Запиши мой номер, надумаешь – звони.

– Спасибо! На созвоне тогда.

Записываю его номер и иду к выходу из спорткомплекса. По дороге достаю телефон и звоню Марине.

– Здравствуйте еще раз. Это Алексей по поводу квартиры. Я закончил свои дела…

– Да-да, Алексей, здравствуйте. Я как раз нашла две квартиры по вашим требованиям. Предлагаю сегодня же их и посмотреть.

– Да, конечно, скажите, куда подъехать.

– Отлично, сейчас смской пришлю адрес, я там буду минут через тридцать.

– Хорошо, до встречи.

– До встречи.

На телефон сразу же приходит смс. Копирую адрес в навигатор и, проложив маршрут, отправляюсь пешком плутать по незнакомым улицам.

Добираюсь я на удивление быстро и ни минуты не плутаю. Около подъезда меня уже ждет девушка в голубом коротком сарафане. На вид ей лет двадцать, тонкая, ноги, как говорится, «от ушей», волнистые светлые волосы свободно спадают на плечи, глаза надежно спрятаны за солнечными очками.

– Вот и вы! – с улыбкой говорит она, снимая очки. – Я Марина, может, на «ты»? На меня вопросительно смотрят небесно-голубые глаза, такие похожие… но такие пустые, как стеклянные… «Я научился жить без тебя, но нравится ли мне эта жизнь?..»

– Очень приятно. Леша. Конечно, давай, – отвечаю я и грустно улыбаюсь своим мыслям.

– Ну что пойдем? Первый вариант… – спрашивает она, достав из сумочки ключи от квартиры, и идет в сторону подъезда.

– Да, конечно, пойдем, – говорю я, придерживая дверь.

Квартира ужасная, поэтому долго мы там не задерживаемся.

– Леш, извини, я тоже в шоке, хозяин все по-другому описывал…

– Да ладно, не извиняйся, все хорошо. Что там у тебя дальше по списку?

– Минут тридцать без пробок до центра, я на машине, пошли?

– Конечно, быстрее начнем – быстрее закончим.

По дороге мы мило болтаем обо всякой ерунде, обсуждаем достопримечательности, которые мне нужно увидеть, места, куда непременно нужно сходить. И минут через сорок приезжаем по нужному адресу.

– Нам на седьмой этаж, но лифт, походу, не работает, – расстраивается Марина.

– Хорошее начало…

Все же поднимаемся на нужный этаж и заходим в квартиру. Она довольно чистая и уютная. Но не моя, что ли. Все вроде неплохо, но мне не нравится, и я никак не могу понять почему… Марина все тараторит, рассказывая все плюсы данной жилплощади, а я молча стою около окна, смотрю на детскую площадку и думаю о своем…

– Леш, ну что, как тебе? – с надеждой спрашивает Марина, как только мы выходим на улицу.

– Окна во двор, а я хочу видеть море из окна…

– Какое еще море? Ты через месяц и не вспомнишь о нем!

– Ну и что, повешу шторы. – Я улыбаюсь.

– Прикалываешься? – Она улыбается в ответ.

– Не нравится мне эта квартира, давай еще посмотрим.

– Ну-у-у… Хозяин – барин! Тогда буду искать, как найду, позвоню, и сходим посмотрим, хорошо? Только в другое агентство не звони… – умоляюще смотрит в глаза. Разве могу я отказать?

– Хорошо, буду ждать. Обещаю никуда не звонить, – смеюсь я.

Тепло попрощавшись, мы расходимся в разные стороны.

Глава 4. Алиса

Утро врывается в мой сладкий сон протяжной трелью будильника. Как ни пытаюсь договориться с бездушным гаджетом, ничего не выходит. Он пиликает каждые пять минут до того момента, пока я все же не заставляю себя выбраться из кровати. Как и ожидалось, совершенно не выспавшаяся и бесконечно разбитая. А во всем виноват Дибров! Сволочь! Мысленно вываливаю на его голову тонну раздражения и плетусь в душ.

Конечно, на самом деле Леша ни в чем виноват и, более того, наверное, давно забыл о моем существовании, но мне просто нравится винить во всем его. В последнее время он стал негласным идолом всех моих неприятностей. Так некстати вспоминаю, что ночью была сильная гроза, а значит, пешком идти не получится и придется взять машину. Это немного успокаивает и увеличивает шансы попасть на работу вовремя.

Одиночество имеет свои плюсы и свои недостатки. Мне очень нравится, что можно прийти домой и не кидаться со всех ног на кухню, думая, чем накормить супруга, уже занявшего боевой пост перед телевизором и подающего подгоняющие реплики. Просто отбросить туфли, расстегнуть пуговицы и, задрав ноги, полежать на диване полчаса-час. По возможности ни о чём не думая, наслаждаясь тишиной. Потом потянуться за пультом и включить телевизор. На автомате пройтись по всей сетке, в слабой надежде зацепиться за что-то интересное. Если такое случается, я вполне могу обойтись и без ужина. Благо фигура позволяет.

Такой ритм меня полностью устраивает, но имеет очень серьезный недостаток – отсутствие дисциплины. Некому подгонять, торопить, да и кофе мне налить тоже некому. Частые опоздания – огромный минус одинокой, правильнее сказать, самостоятельной жизни. Обычно свой наряд на следующий день я продумывала вечером, это мой своего рода ритуал, сеанс психотерапии. Но неустойчивый морской климат внес свои коррективы. Вчера был дождь, казалось, толщу облаков не сдвинет никакой ветер, а с утра – жара и духота.

Срочно откладываю брючный костюм и раздраженно смотрю на часы. Понимаю, что о кофеине придется только мечтать, и распахиваю гардероб. Достаю первое попавшееся платье кофейного цвета и не раздумывая надеваю. Да, короткое, да, слишком откровенное, и Кир вряд ли оценит такой наряд на работе, но мне все равно. Вместе с утренним недовольством во мне сегодня просыпается и бунтарь, который требует повышенного внимания.

Паркуюсь рядом с машиной Кирилла и недовольно качаю головой. Как ни стараюсь успеть вовремя, все равно опаздываю. Знаю, что ничего мне за это не будет, но все равно приятного мало. Я не люблю пользоваться личными привилегиями в рабочих вопросах. Скрывать наши отношения от персонала санатория бесполезно. Откровенно восхищенные взгляды главного врача на меня не замечал разве что слепой. Естественно, это вызвало шепотки и зависть за спиной. Раньше бы я сгорела со стыда, уволилась, сбежала, а сейчас чувствовала себя под надежной защитой, это придавало мне уверенности. В конце концов мы свободные люди!

Сам же Кир не совсем понимает свое значение в моей жизни. Он нужен мне как мужчина с безусловным вкусом, интересный собеседник. Как опора, как столб, к которому я могу прислониться. Мои эксперименты над собой, над характером были бы обречены без восторженного любования Кира. Но часто мои опыты ставили его в тупик.

Глубоко вдыхаю и иду на эшафот. Переодеться, естественно, не успеваю, халата тоже под рукой нет, потому сразу поднимаюсь в кабинет главного врача. Киваю секретарю и без стука открываю дверь. В кабинете становится тихо, и два десятка глаз устремляются на меня. Наш «дружный» коллектив. Кто-то смотрит с завистью, кто-то с недовольством, кто-то – с интересом. Меня же интересует только взгляд Кирилла. Блеск, мелькнувший в его глазах, отдается приятным теплом в груди. Я мимолетно улыбаюсь и сажусь на свое место.

Поймав на себе осуждающий взгляд Кира, я опускаю глаза. Конечно, все эти манипуляции с одеждой не заняли бы много времени, если бы я не проспала. Совершенно незамутненными глазами я смотрю на Кирилла, нахально возлагая на него ответственность за мою опоздание.

Честно пытаюсь вникнуть в обсуждаемые вопросы, но не получается. Голос Кирилла звучит словно сквозь вату и лишь нагоняет зевоту. В голове мысли лишь о кофе и сне. Но именно сегодня, как назло, день обещает быть бесконечным. Смотрю на Кира сквозь опущенные ресницы и пытаюсь определить свои эмоции. Мы не виделись три дня, и я, наверное, должна была соскучиться, но не чувствую ничего. А ведь он недавно сделал мне предложение…

Три дня назад Кир пригласил меня в роскошный ресторан. Это было, прямо скажем, неожиданно. Голубая бархатная коробочка открылась, и кольцо с крупным сапфиром повергло меня в шок. О цене камня говорило его сияние, множество радужных бликов отражалось от хрустальных бокалов и начищенных до блеска и серебряных приборов. Я опешила: такое дорогое кольцо требовало положительного ответа. У меня его не было. Именно ненавязчивое подталкивание и останавливало меня. На какое-то мгновение вернулась та Алиса, которая утопала в своих обязательствах по любому поводу. Будь то стаканчик автоматного кофе или улыбка, которую она считала обязанной вернуть.

Изучив натуру Кира, я понимала, что для него это ответственный шаг. Он не просто проснулся с желанием сделать мне предложение, пошел в магазин, купил кольцо, нет. Не такой он человек. Наверняка этому предшествовали долгие размышления, сопоставление плюсов и минусов как своих, так и моих. Кольцо он, конечно же, заказал по интернету, я не удивлюсь, если оно в единственном экземпляре.

И всё же я попросила отсрочку, объяснив это тем, что слишком мало времени прошло с моего развода. Я только-только начала чувствовать свою самодостаточность и независимость. Кир улыбнулся понимающе, поцеловал мне руку и предложил, чтобы кольцо осталось у меня. Я нарочито небрежно закинула коробочку в крошечный ридикюль, и мы продолжили вечер как ни в чем не бывало. Кир проводил меня до порога квартиры и попрощался легким поцелуем, не настаивая на большем.

В этом весь Кирилл – сама деликатность.

Предоставив выбор, уехал в командировку, это тоже было его тактическим решением. Я осталась со своими мыслями и его кольцом.

По шуму отодвигаемых стульев понимаю, что совещание закончилось. Неторопливо поднявшись, смотрю на спины исчезающих за дверьми сотрудников. Далее, по заведенному правилу, заглядывает секретарша, ставит на стол две чашки и удаляется.

Я тянусь за кофе, но Кир перехватывает мою руку и красноречиво гладит безымянный палец.

Мне совсем не хочется возвращаться к неисчерпаемой бесконечной теме кольца и предложения, и я пытаюсь перевести разговор на его поездку.

Кирилл одними губами произносит: «Я очень соскучился» – притягивает меня к себе и целует. Я отвечаю без особого энтузиазма, но не хочу обижать его. Горячая ладонь Кира зарывается в моих волосы, мягко массирует шею и медленно скользит по спине вниз, до самого края платья. В этот момент мне хочется, чтобы он не останавливался, утренняя бунтарка вновь поднимает голову в душе и требует безумств. Жаркий секс на рабочем столе – что может быть безумнее? Но Кир отстраняется.

– Что не так? – спрашиваю прямо, перехватывая его недовольный взгляд.

– Не коротковато для работы? Едва прикрывает ягодицы.

Сначала я думаю, что он шутит, но сейчас понимаю всю серьезность его вопроса, и мне это совсем не нравится. Все, что с вечера кипит в душе, получает великолепную возможность вылиться на так удачно подвернувшегося под горячую руку Кирилла, но я каким-то непостижимым образом сдерживаюсь. Решение проучить его другим образом тут же придумывается. Лукаво закусываю губу, добавляю взгляду томности и, встав на цыпочки шепчу ему в ухо:

– А еще я сегодня забыла надеть трусики.

Мне хочется встряхнуть его, расшевелить, заставить улыбнуться, в конце концов. Он легко может вычислить мой обман, посмеяться или решить проверить прямо здесь и сейчас. Я готова к любому варианту.

– Алиса, мы же на работе, – укоризненно отвечает он, и моя программа слетает к чертовой матери. Так нельзя! Просто невозможно!

– Прости, я спешу, – говорю я не терпящим возражения тоном и, развернувшись на каблуках, решительно выхожу из кабинета. Иногда ему нужен холодный душ.

Глава 5. Алиса

Возле своего кабинета обнаруживаю очередь из нескольких человек, что в нашем санатории было скорее исключением, чем правилом. Медсестра сообщает, что второй терапевт Петров заболел и его пациенты автоматически переходят ко мне. У нас здесь не районная поликлиника, пациенты требуют внимания. Быстро переодевшись, я всё-таки нахожу несколько секунд на то, чтобы подкрасить губы и поправить волосы.

К двум часам появляется Кир. В своём кабинете я чувствую себя хозяйкой и продолжаю демонстрировать обиду. Отложив на край стола заполненную карточку, беру следующую.

– Ты прекрасна, даже когда сердишься, – начинает он издалека.

Интересно, а мой бывший муж замечал это или, может быть, поэтому он меня так изводил?

Стараясь сохранить безразличие, я всё-таки смотрю на Кира, оценивая комплимент и ожидая следующего шага.

– Пойдем пообедаем? Я знаю, что сегодня заболел Петров и ты работаешь за двоих, но надо сделать обеденный перерыв. На полчаса. Коридор пустой, пациентов нет.

Я продолжаю молчать, добиваясь от Кира нужных мне слов.

– Прости меня за утренний инцидент, я не должен был…

Я благодушно сдвигаю лежащую передо мной карточку к незаполненными.

– Хорошо, – проявляю милось, – принимаю твои извинения, но обедать не пойду. Это сейчас там в коридоре никого нет, а если попадётся агрессивный пациент, медсестра его не удержит. И на твой стол ляжет докладная записка на меня.

– Все сердишься? – продолжает допытываться Кир, испытывая мое ангельское терпение на прочность.

– Я разве обидчивая? Давай поужинаем, я с удовольствием что-нибудь приготовлю.

– Прости, но вечером я не могу. – Он абсолютно спокоен, и это его спокойствие бесит еще сильнее. – Меня уже пригласили на ужин.

Кир интригующе смотрит мне в глаза. Надеется увидеть там ревность?

– На деловой ужин.

Я легко улыбаюсь, подыгрывая ему. Окрыленный, он подходит ко мне.

– Позвони мне после вечерней встречи, ладно? Если будет не поздно, может, приедешь?

– Договорились.

Он притягивает меня к себе. Утопаю в его объятиях в попытке согреться. Но тщетно, сегодня я сама не своя, и это мне совсем не нравится. Словно из прочного фундамента моей жизни выдернули один очень важный кирпич, и теперь она начинает медленно разваливаться у меня на глазах. Спокойно. Без паники. Все же еще можно наладить?

– Я подумала над твоим предложением, – уверенно произношу я и, перехватив его воодушевленный взгляд, продолжаю: – Я перееду к тебе, уже и вещи начала собирать.

Он счастливо улыбается, жарко целует в губы и выходит из кабинета.

Рабочий день подходит к концу. Шутка ли – на часах уже семь вечера. Я устала просто невозможно. Усилием воли заставляю себя переодеться. Умываюсь холодной водой, чтобы хоть немного взбодриться, и освежаю макияж. Несколько взмахов тушью по ресницам, капелька блеска для губ – и я снова свежа, как майская роза. Правда, внешний лоск нисколько не восполняет внутреннюю опустошенность.

Собравшись, наконец выхожу на свежий воздух. Глубоко вдыхаю морской бриз и понимаю, что не могу заставить себя сесть за руль. Не хочу. После многих часов в четырех стенах свобода кружит голову и толкает на подвиги. Оставляю машину на стоянке санатория и решаю идти пешком. Хочу побыть одна, в тишине, и подумать о дальнейшей жизни, поэтому направляюсь в противоположную от моря сторону. Туда, где вместо туристов тихие улочки, утопающие в зелени.

Солнце постепенно клонится к горизонту, окрашивая все вокруг в красно-оранжевые тона. Я спускаюсь к набережной подальше от увеселительных заведений и толпы. Тепло и тихо. И никуда не надо торопиться. Как я люблю вот эту умиротворенность. Медленно бреду вперед к большому причалу, у которого пришвартовано множество разнообразных яхт. Останавливаюсь перед пирсом, размышляя, стоит ли идти к морю, и все же решаюсь. Деревянный настил уходит глубоко в море, и я иду до конца, пока не останавиваюсь на самом краю.

Легкий морской ветерок приятно обдувает разгоряченную кожу, а закатное солнце дарит незабываемое, волнующее зрелище. Прикрыв глаза, я глубоко вдыхаю пропитанный морем воздух. Шум прибоя ласкает слух, а запах… ни с чем не сравнимый, соленый и терпкий, кружит голову и будоражит самые сокровенные воспоминания.

– Ли-и-ис…

Хриплый, бархатный голос нежно обнимает меня, и я ощущаю, как земля уходит из-под ног. Воспоминания безжалостно врываются в реальность. Сердце невольно щемит от тоски, а ведь казалось, я поборола это мучительное чувство. Усилием воли заставляю себя обернуться, просто для того чтобы развеять иллюзию.

Глава 6 Алексей

Я иду в сторону центра, хочется перекусить и погулять по городу. После жаркой улицы кафе с кондиционером напоминает мне оазис в пустыне. Смотрю на часы и отмечаю, что только шесть, успею и перекусить, и прогуляться к морю.

Оплатив счет, выхожу на улицу и направляюсь в сторону моря. Везде шум, суета, суматоха. Как здесь можно жить?

Спускаюсь с холмов, пересекаю Курортный проспект и через парк у санатория выхожу на набережную. Торопиться некуда, имею полное право отдохнуть в свое удовольствие перед началом хоккейного сезона. Воодушевленный предстоящими переменами в жизни, сажусь на камни и любуюсь закатом.

Закат на море… Какая красота, всегда мечтал увидеть. Солнце доходит до линии горизонта и окрашивает море и небо в одинаковые оттенки красного. Море горит. Горит и светится. Я в полнейшем восторге.

Поднимаюсь и иду в сторону Морского вокзала. В конце набережной, около аквапарка, мое внимание привлекает высокая, стройная девушка. Что-то знакомое и родное чувствуется в ней. Я как под гипнозом следую за ней, словно мотылек за огнем. Внимательно слежу за плавными движениями, скольжу взглядом по точеной фигуре. Она сворачивает к причалу и по пирсу идет далеко в море. И я иду за ней, томимый странным ощущением. Останавливается у самого края, я – чуть поодаль. Легкий бриз играет с ее платьем, подчеркивая изящные линии тела: длинные красивые ноги, плавный изгиб бедер, тонкую талию. От нее исходит особая чувственная притягательность. Она склоняет голову на бок и знакомым движением руки заправляет прядь золотистых коротких волос за ухо…

Алиса?!

Нет, не может быть! Этого просто не может быть! Я не верю своим глазам. Сколько раз я так обманывался? Первое время мне казалось, что вся эта гребаная планета состоит из ее двойников…

Мысли путаются в голове, наскакивая одна на другую, пока я быстрыми шагами сокращаю расстояние между нами. Останавливаюсь в метре от нее… и задерживаю дыхание…

– Ли-и-ис… – с придыханием произношу ее имя и замираю, забыв, как дышать.

Смотрю на девушку и сражаюсь с желанием зажмуриться, чтобы не разочаровываться в очередной раз… Она оборачивается. Во взгляде полнейшее недоумение.

– Дибров?

Мурашки волной бегут по телу. Это Алиса! Не верю своим глазам, проверяю, сон это или реальность, знакомым способом. Что это? Случайность? Судьба? Неужели нужно было уехать за тысячи километров, чтобы вновь увидеть ее?

Подстриглась, похорошела. Как же я соскучился! Сколько раз во сне видел ее глаза, сколько раз представлял себе нашу встречу, но все оказалось совсем не так… Мои чувства натянулись до предела, а в легких резко закончился кислород. Но вдохнуть новую порцию не могу, меня словно парализовало. Просто стою и смотрю в ее глаза, отчаянно желая сжать в объятиях и никогда не отпускать. Но это лишь призрачные мечты, усилием воли заставляю себя вернуться в реальность.

– Что ты здесь делаешь?

Ее голос звучит холодно и отстраненно, но на меня это не производит никакого эффекта. За время нашего знакомства я выработал стойкий иммунитет к ее равнодушию. Как же мне не хватало этой упрямой женщины.

– Хотел познакомиться с привлекательной девушкой, а ею оказались вы, Алиса Степановна, – отвечаю полнейшую правду и небрежно пожимаю плечами. Жадно скольжу взглядом по ее женственной фигурке снизу-вверх, мысленно ощупывая каждый изгиб совершенного тела, и ощущаю, как внезапно бриджи становятся тесными.

– Похорошели. Очень, – как можно более равнодушно говорю я, хотя внутри уже разгорается опасное пламя. Алиса всегда была чертовски привлекательна, но сейчас преобразилась до неузнаваемости. Жгучая, уверенная в себе и до дрожи желанная. Такую Алису я не знал, но очень хочу познакомиться.

Тем временем солнце вот-вот должно скрыться за горизонтом… Понимаю, что стоять здесь бессмысленно.

– Скоро стемнеет, я провожу вас, – говорю уверенно, но, видимо, недостаточно.

– Да не нужно меня провожать, мне недалеко, – небрежно бросает она и проходит мимо меня.

Алиса оказывается непозволительно близко, и я чувствую ее аромат. Легкий, ненавязчивый и очень интимный… Запах нежности… обнаженной теплоты и хрупкости. Дыхание перехватывает, а сердце мучительно сжимается от осознания, что Алиса не моя. Мы совершенно чужие люди, и одна случайная встреча ничего не изменит между нами.

– А я не спрашивал, – настаиваю и догоняю ее.

Мы идем в сторону железнодорожного вокзала, неловкое молчание опутывает нас обоих, но никто не решается нарушить его первым.

Столько вопросов крутится в голове, так много хочу спросить, но не знаю что. Пытаюсь выбрать самый безобидный. Как вы? Как дела? Все не то…

– Судя по одежде, вы не отдыхать приехали? – наконец решившись, задаю вопрос.

– Живу здесь и, предвосхитив твой следующий вопрос, скажу: у меня все хорошо. – Алиса сразу расставляет границы, словно холодным душем окатывает. – А ты какими судьбами здесь?

– Так. Транзитом, – уклончиво отвечаю, не желая раскрывать все карты сразу.

Снова неловкое молчание. «У меня все хорошо» – что это значит? Муж, дети? Неужели замужем?

Мои мысли прерывает звонок телефона. Алиса ответила.

– Привет… нет, не дома, гуляю… подхожу к вокзалу… Хорошо, подожду на площади.

– Муж? – спрашиваю я, придав голосу насмешливые нотки, а сам замираю в ожидании ответа. Ну не может судьба быть настолько жестока со мной и второй раз подложить те же грабли.

– Да, муж, – без раздумий отвечает Алиса, вколачивая очередной гвоздь в крышку моего гроба, руша возникшую было надежду на корню.

Дойдя до площади, мы останавливаемся. Алиса поворачивается ко мне и смотрит в глаза. Никак не могу уловить, о чем она думает. Раньше все эмоции были как на ладони, а сейчас – пустота.

– Дальше провожать не надо. За мной сейчас приедут, – говорит она, видимо, желая поскорее от меня отвязаться. А я лишь грустно улыбаюсь. Так было всегда. Она убегала, я догонял. Но разорвать этот порочный круг я не в силах, потому произношу без особой надежды:

– Мы можем встретиться еще раз?

– Леш, не стоит, правда. – Она отводит взгляд и нервно теребит ремешок своей сумки, как бы поправляя ее. – Счастливо тебе.

Я жадно слежу за каждым ее движением, как завороженный смотрю на руку с изящными пальчиками и замечаю, что на ней нет кольца! Ложь! Все ложь! Алиса не замужем, а это значит… Я едва не задыхаюсь от охватившей радости. Это мой шанс! Мой гребаный второй шанс, и в этот раз я добьюсь ее!

– И вам счастливо. – Я довольно улыбаюсь своим мыслям и касаюсь ее безымянного пальца, на котором должно быть обручальное кольцо.

Алиса вздрагивает, словно я обжег ее, и уходит. Хотя все это больше похоже на побег, но я не останавливаю ее. Зачем? Мне нужно все хорошо обдумать, а ей привыкнуть к мысли о моем существовании где-то поблизости.

Неотрывно слежу за ней. Из белого джипа выходит мужчина, притягивает ее к себе и целует в щеку. Сжимая руки в кулаки, остаюсь на месте, хотя внутри все дрожит от ревности. Он помогает Алисе сесть в салон, и они уезжают, а я остаюсь посреди улицы со своими демонами наедине.

Ревную дико и безумно. Фантазия, будто взбесившись, подкидывает мне всевозможные картинки: вот он ее страстно целует… нежно ласкает… вот она…

Потребовалась вся моя выдержка, чтобы успокоиться и не выпустить эмоции из-под контроля. Кое-как отгоняю наваждение и провожу рукой по волосам. Дышать становится легче, злость немного утихает.

Смотрю на дисплей телефона и быстрым шагом иду в сторону платформы, чтобы не опоздать на электричку.

Глава 7. Алиса

– Дибров! – помимо воли срывается с моих губ и наступает полнейшая тишина.

Это просто не может быть правдой. Не верю своим глазам, а руки так и хотят дотронуться до него. С трудом сдерживаю свой порыв и скрещиваю х на груди. Несколько мучительно долгих секунд мы просто смотрим друг другу в глаза. Я не могу разорвать этот контакт, Леша словно держит меня и не собирается отпускать. Господи, как же он изменился. Где тот озорной мальчишка, которого я оставила два года назад? Передо мной стоит мужчина. Взрослый и уверенный в себе. Его бешеная энергетика ощущается даже на расстоянии, и я жадно впитываю ее, понимая, что мой фундамент получил очередной удар и на этот раз более ощутимый.

От него веет теплотой и солнцем. Серо-зеленые глаза в сумерках кажутся почти черными, а взгляд смотрит прямо в душу, заставляя внутри все трепетать от волнения. Я, наверное, сошла с ума, по-другому просто не могу объяснить почему до сих пор стою здесь.

Противоречивые эмоции пугают своей остротой. Не выдерживаю и опускаю глаза. Лучше бы этого не делала. Невольно замечаю расстегнутые пуговицы на его рубашке, гладкую бронзовую кожу и мягкие завитки волос. Накаченный торс, с четко выраженными кубиками на прессе, будоражит сознание, и я чувствую, как краска заливает мои щеки. Проклятье. Этого еще не хватало.

Нервно сглатываю и задаю самый как мне кажется логичный вопрос.

– Что ты здесь делаешь?

      Он неопределенно жмет плечами:

– Хотел познакомиться с привлекательной девушкой, а ею оказались вы, Алиса Степановна.

      Цинично разглядывает меня с ног до головы. Под его взглядом ощущаю себя полностью обнаженной, хочется прикрыться, но я сдерживаюсь. Наконец вновь смотрит в глаза, и я вижу какой-то странный блеск в них. Раньше такого я что-то не припомню.

– Похорошели. Очень. – произносит отстранено и равнодушно, а по моей коже медленно ползут мурашки. – Скоро стемнеет, я провожу вас.

– Да не нужно меня провожать. Мне недалеко, – нервно дернув плечами прохожу мимо него.

– А я не спрашивал, – догоняет и идет рядом.

Пружина внутри меня сжимается до предела. Я оказалась совершенна не готова к встрече с прошлым и полностью беззащитна перед ним. Глубоко вдыхаю, чтобы хоть немного успокоиться, но в тот же момент улавливаю аромат парфюма. Терпкий, но одновременно очень нежный и чувственный. Он окутывает меня легким облаком, проникает в легкие и вместе с кислородом струится по венам. Сердце невольно сбивается с ритма, а в груди нарастает волнение. Господи, да что ж на наваждение такое?

Обходим здание Морского вокзала и выходим на многолюдную улицу. Медленно идем к железнодорожной станции. Я бы ускорила шаг, но не хочу, чтобы Леша расценил это как трусость и попытку сбежать от него. Я не боюсь. Я уверена в своем выборе и своих чувствах. Ведь так?

Говорить нам не о чем, мы совершенно чужие друг другу люди. Так старые знакомые… Но от этой тишины мне становится не по себе. Ловлю себя на мысли, что хочу услышать его голос, но сама начать разговор не решаюсь.

Дибров периодически пропускает идущих навстречу прохожих и словно случайно касается меня. От этих прикосновений дрожь пробегает по коже, пронзая миллионами крошечных иголочек. От запаха кружится голова, словно в хмельном дурмане. Да и вообще его присутствие выбивает меня из колеи. Даже мысли не складываются в нужном порядке, а хаотично носятся в уставшем мозгу.

– Судя по одежде, вы не отдыхать приехали, – наконец произносит Дибров, нарушая мою пытку.

Его голос совсем не изменился. Все такой же бархатистый, с присущей только ему хрипотцой, только стальные нотки появились в нем. А я все так же остро реагирую и ничего не могу поделать. Колени дрожат, а сердце колотится пойманной птицей. «Черт бы тебя побрал, Дибров! Вечный нарушитель моего спокойствия!» – думаю я, а в слух произношу:

– Живу здесь. И предвосхитив твой следующий вопрос, скажу, что у меня все хорошо. А ты какими судьбами здесь?

– Так. транзитом, – слишком подозрительно звучит его ответ, но докопаться до истины мне не дает телефонный звонок.

Смотрю на дисплей – Кирилл. Какое облегчение. Этот звонок, словно спасательный круг и я хватаюсь за него всеми силами. За свою устоявшуюся и спокойную жизнь. У меня есть все, что нужно для счастья, а Дибров… это всего лишь прошлое. Принимаю звонок, в надежде увериться в своих мыслях.

– Привет… Нет, не дома. Гуляю… Подхожу к ЖД вокзалу… Хорошо, подожду на площади.

– Муж? – я не вижу, но чувствую как он усмехается. Сволочь!

– Да, муж, – четко и ясно, закрываю все возможные вопросы.

 Несколько минут спустя мы пришли на площадь. Я останавливаюсь и озираюсь по сторонам в поисках машины Кирилла. Бежать. Срочно. В свою тихую гавань, от этого неожиданного шторма. Но Кира до сих пор нет.

– Дальше провожать не надо. За мной сейчас приедут, – уточняю я, желая как можно скорее избавиться от навязчивого попутчика.

– Мы можем встретиться еще раз?

– Леш, не стоит, правда, – нервно поправляю сумку на плече. – Счастливо тебе.

– И вам счастливо, – Леша улыбается, такой знакомой до боли улыбкой, от которой бабочки в моем животе начинают трепыхать крыльями. Я замираю на несколько секунд, стараясь унять это бешенное движение внутри и пропускаю тот момент, когда он нежно касается моей руки, там, где должно быть обручальное кольцо.

Вздрагиваю от неожиданности. Спалилась на пустом месте. Надеяться на то, что Дибров дурак и ничего не понял, глупо. Закусываю губу от досады и не говоря ни слова ухожу. Плевать, что он подумает. Главное сбежать, спрятаться от этого пронизывающего взгляда и забыть эту встречу как страшный сон.

Вижу как Кирилл паркуется и направляюсь к нему. Сердце стучит где-то в горле, а руки мелко дрожат. Кожей чувствую что Леша смотрит мне в спину и усилием воли сдерживаюсь, чтобы не обернуться и не взглянуть на него в последний раз.

Кир выходит на встречу, тянется за поцелуем, а я подставляю щеку. Не могу… у него на глазах. Корю себя на чем свет стоит, но не могу, слишком оголены все чувства. Уже в машине откидываюсь на спинку в жалкой попытке расслабиться.

Все же хорошо. Я стойко вынесла испытание прошлым, осталось только выкинуть из головы эту встречу и вернуться к привычной жизни. Моей спокойной и уютной жизни, без ураганов и штормов. Но получится ли?

Глава 8. Алиса

Кир везет меня к себе.

Это естественно, мы не виделись несколько дней, и наша встреча предполагает вечер, плавно перетекающий в страстную ночь. Головой понимаю, что должна быть в предвкушении, должна соскучиться, но на деле не чувствую ничего из этого. Мои мысли слишком далеки от реальности, я словно в какой-то прострации. Слышу монотонную речь Кирилла словно сквозь вату, смотрю в окно, но не вижу ровным счетом ничего. Физически я здесь, с ним, а ментально все еще на площади с Лешей. Никак не могу выкинуть из головы нашу встречу и прикрываю глаза, обреченно ныряя в омут памяти.

Я помню все до мелочей. Каждую фразу, каждую мелочь. В закатном солнце кожа Леши казалась бронзовой, а волосы едва заметно выгоревшими. Темные завитки на груди и животе, мелькавшие в распахнутой рубашке, притягивали взгляд, заставляли мечтать о том, чтобы распахнуть ее и зарыться в них пальцами. Сила и мужественность ощущались в каждом его движении, чистый животный магнетизм притягивал, не давал вырваться из плена охватившего желания. Помешательство какое-то.

Вздрагиваю, ощутив теплую ладонь на своей щеке и непонимающе смотрю на Кирилла. Стыдно, но не слышала ни слова из того, что он говорил.

– Что, прости? – виновато опускаю глаза, никак не удается собрать себя воедино.

– Я спрашиваю, все ли с тобой хорошо. – Он обеспокоенно хмурится. – Дрожишь вся.

– Да, нормально… устала просто… – Пожимаю плечами и трусь о его ладонь щекой, словно извиняясь за рассеянность.

– Тогда пойдем. Буду тебя лечить.

Кирилл лукаво улыбается, явно намекая на метод лечения, целует меня в губы и выходит из машины, чтобы открыть мне дверь.

Я внутренне напрягаюсь и делаю несколько глубоких вдохов. Это всего лишь наваждение, и оно пройдет, стоит только окунуться в привычную среду.

Мы едем в лифте. Под пристальным взглядом Кира становится еще более некомфортно. Чувствую, как щеки пылают, но никак не могу остудить этот внутренний пожар. Это не поддается контролю. Словно частица Диброва попала в организм подобно вирусу и теперь сражается с лейкоцитами в крови.

– Мне кажется, у тебя жар. – Кирилл будто читает мои мысли и прикладывает ладонь ко лбу. – Все-таки не надо было надевать это платье…

Я молчу. Сил пререкаться и обижаться у меня попросту нет, и я снисходительно позволяю ему убедиться в собственной правоте. Прислоняюсь к груди Кира, пытаясь спрятаться от мыслей, вернуть былую уверенность. На самом деле думаю, что, если бы платье действительно было скромнее, Дибров не выделил бы меня из толпы отдыхающих. Возможно. Но ведь я сама узнала его интуитивно по шагам еще до того, как услышала обезоруживающую характерную хрипотцу. Так на меня всегда действовал только его голос. Тело словно парализовало, сколько времени прошло, а моя реакция не изменилась.

Кир галантно пропускает меня в квартиру, помогает снять туфли и надевает на ноги тапочки. Пройдя в комнату, заботливого отключает кондиционер, работающий весь день на минимуме.

– Спасибо, – отзываюсь на его искреннюю заботу. Мне очень хочется верить, что это не только правильное воспитание, что все это он делает специально для меня.

Мне стыдно, я тянусь к его щеке и легко целую.

– Померь температуру.

Я останавливаю его рвение новым поцелуем, решая, хочу ли рассказать о встрече с прошлым. Дибров сказал, что он здесь проездом, значит, мы больше не увидимся. Стоит ли вносить сумятицу в размеренную спокойную жизнь?

Кир отстраняет меня:

– Позвоню в доставку.

Разочарованно вздыхаю. С каким удовольствием я бы сейчас нырнула на кухню и готовила какое-нибудь заумное блюдо, только бы скрыться от мужчины, весь вечер мучающего меня.

Он снова перед глазами. Широкие плечи, мускулистая грудь, на животе отчетливые кубики пресса. Леша стал взрослым и чертовски сексуальным, это не должно меня интересовать. Но я не слепая, я женщина и не смогла остаться равнодушной.

А ведь я знала его другим. То ли специально, то ли неумышленно, но моя память всегда являла его в образе мальчишки. Порывистым, темпераментным, но мальчишкой, о котором я временами вспоминала с нежностью. Сейчас же я увидела мужчину.

Безусловно, занятия силовым видом спорта оставили значительный отпечаток на его фигуре. Но не это взволновало меня. За свою карьеру я видела немало спортсменов, но ни один из них не вызывал такой внутренний взрыв.

Меня поразил взгляд. Леша всегда смотрел на меня особенно, с неподдельным восхищением и обожанием, словно я единственная в этой Вселенной. Но теперь в этом взгляде я ощутила еще и желание. Дикое и неприкрытое.

Он научился контролировать свои эмоции, казаться равнодушным и холодным, но взгляд по-прежнему выражал всю гамму чувств. И они взбудоражили меня своей яркостью и насыщенностью. Сердце откликнулось на его призыв и рванулось навстречу, но голова сделала выбор еще два года назад. С тех пор мое мнение не изменилось.

Кирилл накрывает на стол, не позволяя мне присоединиться. Любит порядок и церемонии, и мне это обычно нравится. Но сейчас я смотрю, как его руки протирают полотенцем тарелки, натирают до блеска серебряные вилки, и вспоминаю другие руки.

От их легкого нечаянного прикосновения кровь жарким потоком устремилась к щекам, пришлось сделать вид, что я отвернулась от встречного ветра, чтобы не выдать себя. На самом деле глубоко вдохнула, справляясь с волнением.

За ужином Кир присматривается ко мне и все-таки заставляет выпить коньяка. Я бы выпила и больше, если бы точно знала, что толк будет. Стопка коньяка обжигает желудок, но расслабиться не помогает.

Кир убирает со стола, моет посуду и ложится ко мне на диван. Выбирая между бестолковой телевикториной и апокалиптическим фильмом, останавливается на кино.

Я удобно устраиваюсь на его груди, от него приятно пахнет чистотой и гелем для душа. Мягкий запах геля, тонкий аромат туалетной воды – все это так знакомо. Сколько я знаю Кира, он никогда не меняет парфюм, и меня просит не экспериментировать с подарками и не выбрасывать деньги на ветер.

Видимо, тридцать грамм коньяка растворились в крови и хлынули к голове. Спазм сдавливает виски, становится приторно тошно от привычного запаха. Мне нужны нотки дерзости, терпкости, мужского начала. Так пахло сегодня от Диброва. И его взгляд. Острый и жадный. Он больше не позволит смотреть на себя как на мальчишку, он стал мужчиной, и это надо понять и принять. Принять? Что я собралась принимать? Да, он изменился, но для меня это не должно ничего значить.

Желая справиться с наваждением, трусь щекой о гладкую грудь Кира, его рука тотчас соскальзывает с талии на ягодицы и приподнимает подол. Подтянув меня к себе, Кир крепко целует в губы. Я отвечаю и на поцелуй, и на каждое его движение. Его дыхание обжигает шею. Он неторопливо расстегивает молнию на платье и аккуратно снимает его с меня. Кир во всем тактичен и в близости тоже. Но мне нужна эмоциональная встряска, будь то секс или скандал.

До головокружения хочется зарыться губами в завитки волос, от которых бы пахло морским бризом, закатом, желанием. Дибров даже сейчас не оставляет меня в покое. Он опять покушается на мою свободу. Ненавязчиво, но неумолимо раздвигает рукой мои опасения и страхи, уводит от реальности в несбыточные грезы.

Кир приподнимает меня, предлагая помочь ему раздеться.

Внезапно я меняю решение:

– Не хочу, устала очень… – шепчу, поражаясь сама себе. Раньше никогда не обманывала и не прибегала к женским хитростям, а сейчас… ну не могу я тащить третьего в нашу постель. Это нечестно в первую очередь по отношению к Кириллу.

– Я понимаю…

– Скажи спасибо Петрову.

Торопливо сползаю с дивана, поднимаю платье с пола, пристраиваю его на спинку кресла и иду в ванную.

– Жду тебя в спальне. Не задерживайся, – кричит мне в спину Кир. А на что я рассчитывала? Что он догонит меня и возьмет силой или станет мне доказывать, что его желание превыше моего и ему плевать на мою усталость? Тогда это будет не Кир. Я посылаю ему воздушный поцелуй и закрываю дверь.

Интересно, а Дибров смог бы настоять на своем? Опять он в моей голове! Как же разорвать этот порочный круг? Включаю воду в душе и с упоением встаю под упругие струи. А Леша уверенно скользит в мои мысли.

Я никогда не задумывалась о нем всерьез. Его горячность, пылкость, влюбленность, с которыми он ко мне относился, пугала. Мое замужества уж точно не было для него препятствием. Его сдерживала только моя неприступность, даже не разница в возрасте. Интересно. насколько бы хватило его жара и моей холодности, останься я в спорткомплексе.

Приняв душ, надеваю тонкую ночную сорочку и шелковый халат, привезенные Киром специально для меня из Японии, и иду в спальню.

Кирилл уже спит, свет горит только на моей тумбочке. Ложусь рядом и долго всматриваюсь в его лицо. Спокойное, расслабленное, родное. Тонкие черты. Жесткие губы, римский нос. Темные волосы с пробивающейся на висках сединой. Протягиваю руку и провожу по небритой щеке…

С наслаждением закрываю глаза, радуясь, что этот невероятный день наконец закончился. А завтра все будет, как раньше. Мне просто нужен отдых. Уже в полудреме опять вижу Диброва, но сил, чтобы открыть глаза и прогнать его, не осталось. Он смотрит на меня и улыбается лишь уголками губ, а я ощущаю давно забытое чувство… нежное и трепетное… Оно пробивается сквозь стыд, неловкость и страх, окутывает мягким покрывалом и согревает до глубины души.

Глава 9. Алексей

Каждую свободную минуту думаю об Алисе. Постоянно прокручиваю в голове нашу встречу, каждый миг разбираю на атомы. Ничего не могу с собой поделать, все мысли только о ней. Одна встреча и два года жесткой терапии летят к чертям, вызывая жестокое обострение моей любовной болезни.

Два года разлуки, как оказалось, ничего не изменили для меня, я по-прежнему люблю ее. Одной искры оказалось достаточно, чтобы в душе вновь вспыхнуло пламя, потушить которое я уже не в силах.

Алиса… Улыбка невольно расползается по моим губам. Она совсем не изменилась. Нет, конечно, я заметил ее преображение. Новая прическа, новый стиль, но все это ровным счетом для меня ничего не значит. Я увидел в этой чужой и незнакомой женщине, ту, какой она была раньше.

Алиса очень старалась скрыть свои эмоции, умело прикрываясь небрежным равнодушием. Такая правильная и честная Алиса просто не может испытывать никаких чувств к мужчине младше нее. Но, черт возьми, испытывает! Она ничего не забыла. Я уверен в этом.

Напускная холодность могла остудить пыл любого, но только не мой. Я слишком хорошо ее знаю, а благодаря тому, что наша встреча оказалась полной неожиданностью для нее, Алиса не успела воздвигнуть неприступный барьер вокруг себя, и я с легкостью считал реакцию. Все было слишком очевидно: напряженный голос, нервные кусания губ, торопливые движения, дрожь от моих якобы случайных прикосновений. А глаза… целая гамма чувств отражалась в них, и каждый оттенок заставляет мое сердце биться быстрее.

Шумно выдыхаю и растираю лицо ладонями. Я обязан найти Алису. Вариантов пока немного, но я не сдамся. Знаю, что она где-то здесь, в этом городе, остальное дело техники.

Проснувшись рано утром, решил, что мне срочно нужна машина, чтобы быть более мобильным. Позвонил своему новому приятелю Костяну, и спустя полчаса он уже на моей кухне. Прошерстив несколько сайтов с авто, останавливаю свой выбор на хэтчбеке «Вольво». Небольшой, надежный, с коробкой автомат. Хоть и с пробегом, но зато без кредита укладываюсь в имеющуюся у меня сумму.

Мчим в автосалон. В реальности машина оказывается гораздо круче, чем я предполагал. Эргономичный дизайн, приятный оливковый цвет. Просторный, удобный кожаный салон. Все кнопки там, где и должны быть – под рукой. Я доволен своим выбором и техническими характеристиками машины.

– Ну как тебе? – спрашиваю у Костяна после небольшого тест-драйва.

– Ну ты теперь, как Космос из сериала «Бригада»: «Такая только у меня и у Майкла Джексона», – забавно хихикает он.

Отсчитываю нужную сумму и покупаю машину. Весь день мы, как полагается, ее обкатываем, а вечером идем в клуб – обмывать покупку.

Учитывая, что у меня особый режим и я практически не пью, двух стаканов пива достаточно, чтобы хмель ударил в голову. Громкая музыка давит на уши, выбивая из головы все посторонние мысли. Я пытаюсь расслабиться, и в какой-то момент даже получается. Костян отлучается ненадолго и возвращается с двумя симпатичными девушками.

– Лех, знакомься, это Соня, – представляет блондинку и усаживает ее к себе на колени. – А это Алиса.

Я с интересом смотрю на девушку: невысокого роста, но стройная и пышногрудая, длинные волосы медового оттенка, глаза цвета виски и полные губы. В первый момент мне кажется, что она чем-то похожа…

Алиса садится рядом со мной, и я довольно усмехаюсь. Почему бы и не развлечься с хорошенькой девушкой? Мы отдыхаем и расслабляемся, а потом она приглашает меня к себе. У меня давно не было секса, и эту ночь я не хочу проводить один.

Мы поднимаемся в квартиру. Алиса пропускает меня внутрь и тянется к выключателю. Я перехватываю ее руку, притягиваю к себе и припадаю к мягким губам в яростном поцелуе. Рукой скольжу по бедру вверх, не желая больше ждать. Жадно целуя шею, ощущаю сладкий приторный аромат духов. Невольно морщусь и отстраняюсь, тяжело дыша…

На мгновение в мозгу всплывает другой образ… стройный силуэт… мягкие черты лица… В голове как будто что-то щелкает. Я зло рычу и с силой сжимаю кулаки. Не говоря Алисе ни слова, распахиваю дверь и выхожу из квартиры. Быстро спускаюсь вниз, на улицу, и жадно вдыхаю свежий, пропитанный морем воздух.

Со смешанными чувствами осознаю, что хочу ЕЕ. И только ЕЕ. Перед глазами вновь возникает желанный образ Алисы. Светлая, нежная кожа, не тронутая загаром, чувственные губы, а глаза… цвета весеннего неба. Такие же голубые, как раньше, но холодные, без прежнего огонька…

Я смотрю в них и вижу свое отражение. Вижу то, что не заметил сразу, то, что плескается на самом дне и не доступно для посторонних. Желание. Необузданное и безотчетное.

Приятное тепло течет по моим венам, а пульс ускоряется, заставляя прибавить шаг. Упиваюсь своей иллюзией и спешу домой, попутно обдумывая план поиска Алисы.

Глава 10. Алиса

Следующие несколько дней были связаны с моим переездом. Я с особым рвением окунулась в эту суету, чтобы лишить себя даже малейшей возможности думать о случайной встрече, пошатнувшей внутреннее равновесие.

Раньше даже не предполагала, что у меня столько вещей. Но я не собираюсь забирать их все, только самые необходимые, чтобы иметь веский повод наведываться в свою квартиру, когда мне этого захочется. Но Кир лишает этой возможности, удивляя предложением сдать мою жилплощадь. Протест сразу же просыпается внутри, и я отвечаю решительным отказом.

– Алиса, я тебя не понимаю. – Снисходительность в его голосе только добавляет мне раздражения.

– Кирилл, я не хочу. Это мое детище. Любимое и выстраданное. Это моя жизнь. – Я театрально возвожу руки к небу. – Ну как я могу отдать это кому-то?

Как объяснить, что эта квартира мое осознанное решение, шаг в другую жизнь, так же, как и переезд?

Мне необходимо было начать все заново, решение требовало силы и жесткости. Новый город, работа, люди. Мне нужно было место, где я могу отдохнуть, уединиться, поплакать и подумать. Принципиально не торопилась заставлять квартиру мебелью. Спала на матрасе, но купила тот гарнитур, который на сто процентов меня устраивал. Место каждого сувенира было обдумано. Покрывала, постельное белье, посуда.. Как я могу допустить, чтобы этим пользовался кто-то чужой?

– Не отдать, а сдать в аренду. Это нормальная практика. Квартира в ипотеке, а деньги должны работать, – не сдается он, а я лишь фыркаю на его аргументы. Не убедительно!

– Не в деньгах счастье, – бурчу недовольно, не желая сдавать позиции.

Это, наверное, первое наше серьезное противостояние. Обычно Кирилл всегда уступает или же идет на компромисс. У меня нет желания обвинять его в меркантильности, но и другого объяснения у меня нет. Зарабатываем мы достаточно. Даже в моей зарплате терапевта брешь от ипотеки существенна, но не убийственна.

– Согласен. Но ты в эту квартиру все равно больше не вернешься. Мы вместе, и мы теперь семья, не забыла? Забери все, что тебе дорого, я не возражаю.

– Но Кир… – с надрывом произношу и шумно выдыхаю. Не могу найти слов, чтобы объяснить свою позицию. А может, ее просто нет, и я упираюсь на ровном месте. Кирилл подходит ко мне и обнимает. Его руки дарят покой и уверенность, а губы нежно целуют за ушком.

– Алиса, пойми, я не настаиваю, но и не понимаю твоего упрямства. Ты можешь проверить состояние квартиры в любое время. А если для тебя так важно иметь свое детище, давай продадим мою квартиру и купим новую, и будет тебе новое детище. Обустраивай, как твоей душе угодно.

Уверенность Кира, что больше я в эту квартиру не вернусь, меня впечатляет. И после недолгих пререканий я все же соглашаюсь с ним. Просто устала. Хочется побыть слабой и беззащитной женщиной и довериться сильному мужчине рядом.

– В конце концов арендаторам в самом деле нет необходимости пользоваться тем английским чайным сервизом, который я тебе подарил.

Кир целует меня в нос и улыбается как всегда по-доброму. Надежный и сильный. Моя крепость. Переезд к нему – это ведь тоже шаг, вот только вверх или в сторону, покажет время.

Дни пролетают незаметно. Петров добросовестно болеет всю неделю. Я каждый день работаю в две смены и к вечеру просто валюсь с ног от усталости. Моя жизнь после неожиданного всплеска возвращается в привычную колею и даже спокойствие вновь поселяется в ней.

В пятницу мы с Киром перевозим последнюю коробку. В выходные я планировала распаковать их и попробовать облагородить холостяцкое жилье женским присутствием. Но у Кирилла другие планы. Дождавшись ужина, он кладет на стол две путевки в дом отдыха в Пицунде и довольно улыбается.

– Откуда? – Я удивлена. Сюрпризы абсолютно не в его духе. Кир живет по четко выстроенному плану, и любое отклонение от намеченного смерти подобно.

– Благодарность пациента, – самодовольно хвастается он.

– А ты и рад воспользоваться служебным положением.

– Все для тебя, моя любовь. Я же вижу, как ты устала, нервничаешь. Все будет хорошо, – заверяет он меня и обнимает за плечи. – Утром заедем в агентство, заключим договор, оставим ключи. А сейчас спать.

Мы едем от моря к морю, но это отдых. Отель и обслуживания прекрасны. Море чистое и прозрачное. И Кир неожиданно романтичен и предусмотрителен. За выходные он сделал невозможное – вернул мне меня. Буквально собрал по частям ту, что разбилась от встречи с Дибровым. Ту, которой я стремилась быть. Я вновь чувствую себя спокойно и уверенно. А мимолетные всполохи в области сердца практически не мешают.

Выходные имеют дурацкое свойство пролетать незаметно. И этот раз не стал исключением. Отдых закончился, и пора было возвращаться к трудовым будням и рутинному быту.

Понедельник не заставил себя ждать, извещая о начале нового дня громкой трелью будильника. Недовольно морщусь и сажусь на постели. Кирилл еще спит, целую его в плечо и встаю. Душ и кофе – то, что мне сейчас нужно, чтобы проснуться и взбодриться.

Вытираюсь и открываю гардероб, чтобы достать наряд на сегодня. Плечи, немного обгоревшие на солнце, неприятно ноют, что сильно сужает выбор.

– Твой кофе. – В комнате появляется Кирилл с двумя кружками горячего напитка и протягивает мне одну из них.

– Спасибо. – Вдыхаю аромат и блаженно прикрываю глаза. Какое счастье. Делаю жадный глоток и на несколько секунд выпадаю из реальности, наслаждаясь вкусом.

– Риелтор до тебя не дозвонилась и набрала мне. – Кирилл разрушает мою идиллию. Я невольно напрягаюсь, открываю глаза и недовольно смотрю на него, ожидая продолжения. – Сегодня в четыре встреча с потенциальным арендатором. Он готов подписать договор.

– Как быстро…

– Алис, ну что за паника? Мы же обо всем договорились. Разве нет? – смотрит в глаза. Что я могу ему ответить? Я оказалась совершенно не готова так быстро расстаться с квартирой.

– Не знаю, неспокойно как-то, – бормочу себе под нос и горестно вздыхаю. В глубине души я надеялась, что желающих жить в моей однушке не найдется, так как специально завысила цену. Но, видимо, план с треском провалился.

– Перемены всегда проходят волнительно, – говорит он и обнимает меня в жалкой попытке поддержать. Он в всем прав, но мне все равно страшно. Все во мне сопротивляется этому шагу.

Достаю из шкафа зеленые брюки и зависаю в поисках верха для них.

– Сегодня не короткое платье? – подкалывает меня Кирилл и добродушно усмехается.

Включаюсь в игру и вытаскиваю белую футболку с абстрактным рисунком и глубоким вырезом. Главное, что плечи надежно защищены от воздействия солнца.

– Это вместо короткого платья, – дразню его и невольно улыбаюсь, замечая, как вытягивается его лицо.

– Умыла…

– Не ревнуй. – Легко целую его в щеку и ухожу переодеваться.

– К кому? – искренне удивляется он. – Я в себе уверен.

Конечно, уверен. Я же никогда не давала повода. Не из тех, кто скачет с цветка на цветок в поисках лучшего нектара. Раз уж я выбрала Кирилла и решила начать с ним совместную жизнь, какой смысл думать о других мужчинах.

Работаю я как раз до четырех и на встречу с арендатором никак не успеваю. Попросила Кирилла поехать раньше, познакомиться и забрать две последние коробки. Сама же должна подъехать на такси.

Поднимаюсь на нужный этаж и непривычно звоню в звонок. Дверь мне открывает Кирилл.

– Ну как? – спрашиваю одними губами, все еще надеясь, что все отменится.

Но Кир показывает мне два поднятых больших пальца, чем вдребезги разбивает надежду. Вздыхаю и прохожу внутрь. В квартире больше нет моих вещей, но она все равно такая родная и любимая.

– Добрый вечер. – Выходит наш риелтор Марина и улыбается мне. – Прошу вас, пойдемте сюда.

Иду за ней, не ожидая подвоха, и буквально врастаю в землю, попадая в плен серо-зеленых лукавых глаз.

– Познакомьтесь, это будущий арендатор, Алексей. – Голос риелтора звучит как-то отдаленно, перебивается громко бьющимся сердцем. – Леш, а это хозяйка квартиры, Алиса…

Глава 11. Алексей

Скоро должны были начаться тренировки, и к этому времени мне нужно найти постоянное жилье. На этом я и сосредотачиваюсь.

С Мариной мы договариваемся, что квартира нужна именно в центральном районе, чтобы быть ближе к Алисе. Я уверен, что она где-то недалеко, но найти ее для меня пока невыполнимая миссия. Единственное, что я могу сделать, – это прошерстить соц сети, но меня ждет очередное разочарование. Мулина Алиса Степановна нигде не зарегистрирована.

Выходные проходят в авральном режиме, Марина постоянно предлагает какие-то варианты, мы их смотрим, но неизменно возвращаемся ни с чем. Мне не нравится ровным счетом ничего, и это жутко раздражает и меня, и риелтора. Я сам не знаю, что ищу, но время неумолимо поджимает, через несколько дней мне нужно съезжать из квартиры, в которой живу сейчас, но вот куда – вопрос остается открытым.

В понедельник начинаются тренировки, хоть как-то позволяющие разгрузить голову и снять напряжение. Дважды в день нужно приезжать в спорткомплекс. Как хорошо, что я купил машину. В этот же день мне звонит Марина и сообщает, что нашла еще две квартиры, и предлагает посмотреть. Я соглашаюсь и сразу после утренней тренировки еду по адресу, который она мне прислала.

– Ну что, пойдем? – вместо приветствия спрашивает Марина и лукаво усмехается. – Хозяйка сказала, окна на море.

– На море, говоришь? – Я улыбаюсь в ответ. – Ну пойдем посмотрим, что у вас там за море!

– Этаж какой?

– Предпоследний, семнадцатый.

Мы входим в квартиру. Светлая и просторная. Большая кухня-гостиная, французское окно на лоджию. Спальня с большой круглой кроватью, обтянутой белой кожей. Шкаф-купе, на стене телевизор, кондиционер. Санузел раздельный. Ванная с большой душевой кабиной…

Я подхожу к окну и замираю от открывшегося вида.

– И правда море видно.

– Леш, эта нравится или еще одну посмотрим? – уточняет Марина, явно уставшая от такого капризного клиента, как я.

– Нравится-нравится, это лучший вариант из просмотренных, – уверенно констатирую я. Мне и правда очень понравилось. – Давай на ней и остановимся. Искать времени уже нет.

– Знаешь, а ты прав. Мне тоже нравится. Мы первые, кто пришел смотреть ее, хозяева только-только решили сдавать. Когда подпишем договор?

– Мне было бы удобно сегодня часа в четыре. Вечерняя тренировка в семь, и я не могу опаздывать.

– Я тебя поняла. Поехали?

– Да, пойдем.

Прихожу домой, а в голове все еще крутится та квартира. Что-то в ней такое особенное, не передаваемое словами. Как только я вошел, меня окутало облако тепла и уюта, мне не хотелось уходить. Интересно, Алисе понравится мой выбор, когда я ее туда приглашу? Мои мысли с квартиры плавно переключаются на Алису. Она была такая соблазнительная в этом коротком платье…

Воображение рисует картинку за картинкой… показывает, как я притягиваю ее к себе, нежно целую шею. Чуть слышный стон срывается с ее губ, она проводит руками по моей груди, от этих прикосновений по телу пробегают мурашки…

В мои мысли нагло вторгается телефонный звонок. Отвечаю, пытаясь избавиться от наваждения и сосредоточиться на разговоре.

– Леш, привет еще раз, это Марина. Я договорилась с хозяйкой на четыре, как ты и просил. Не передумал?

– Нет, все в силе.

– Встретимся на месте без десяти?

– Договорились.

Нажимаю отбой и кручу головой, стряхивая остатки наваждения. Твою ж мать! Как пацан! Мысленно сокрушаюсь и иду в душ в надежде, что он поможет мне избавиться от назойливой боли в паху, вызванной неутоленным, уже в который раз, желанием.

К четырем подъезжаю к знакомому дому и выхожу из машины. Марина с каким-то мужчиной уже ждут меня около подъезда. Я подхожу к ним. Марина представляет нас друг другу и, вспомнив, что забыла договор в машине, извиняется и убегает. Мы жмем друг другу руки, заходим в подъезд и поднимаемся в квартиру.

– Марина говорила, будет хозяйка, а тут хозяин. – Я пытаюсь разрядить атмосферу.

– Все правильно, будет хозяйка – это моя жена, она задерживается немного, – отвечает мужчина.

– Алексей, а вы учитесь или работаете?

– Я хоккеист, с этого сезона играю за ваш хоккейный клуб «Сочи».

– Круто! А я главный врач в санатории «Лазурный берег», и жена моя со мной работает, – с теплотой в голосе произносит он. – А вы без жены?

Мы выходим на лоджию.

– Не нашел еще ту единственную, – неопределенно отвечаю, в который раз вспоминая девушку с пирса, и смотрю вдаль, неосознанно ища ее глазами.

– Ну ничего, найдете еще.

Трель дверного звонка прерывает нашу беседу.

– Вот и хозяйка! – радостно сообщает мужчина и уходит открывать.

 «Найду. Обязательно найду», – заверяю сам себя и улыбаюсь.

Слышу голоса и выхожу с балкона в квартиру.

– Прошу вас, пойдемте сюда. Познакомьтесь, это будущий арендатор, Алексей. Леш, а это хозяйка квартиры, Алиса, – представляет нас Марина.

– Степановна, – поправляет ее Алиса и поднимает на меня глаза. Испуг? Недоумение? Надежда?

– Да, извините, Алиса Степановна.

Смотрю на Алису и не могу сделать вдох. Внутри все дрожит от радости. Пазл в голове складывается мгновенно: это ее муж, и это ее квартира… Случайность? Судьба? Да, какая разница, главное – она здесь.

Довольно осматриваю ее с головы до ног, оценивая новый образ, и снова ощущаю уже знакомое томление в паху. Делаю шаг навстречу, но она шарахается от меня, разворачивается и выбегает из кухни. Смотрю ей вслед и улыбаюсь, как идиот, осознавая, что теперь она никуда не денется!

Слышу, как Алиса в коридоре разговаривает с Кириллом. По обрывкам фраз понимаю, что она убеждает его все отменить и не сдавать мне квартиру, он непреклонен.

– Хорошо, – зло цедит она, – пойдем подпишем этот чертов договор и уедем уже домой!

– Мы с ним обо всем уже договорились… Скажи, что забрать с собой, я отнесу вещи в машину.

Ко мне подходит Марина, я радостно хватаю ее в охапку, кружу над полом и целую в лоб.

– Спасибо тебе! – воодушевленно говорю я.

– Отпусти, задушишь, – смеется она, – за что спасибо-то?

Именно в этот момент на кухню входит Алиса, зло сверля меня глазами.

– Я не помешала? – язвительно спрашивает и ухмыляется.

Я принимаю вызов и не мигая смотрю ей в глаза, продолжая обнимать другую девушку. Чего добиваюсь, сам не знаю и понять не могу реакцию Алисы. Она злится, но вот на что, остается загадкой. Хочется верить, что это ревность…

– Нет, конечно, – поспешно заверяет ее Марина и высвобождается из моих объятий. – Вот договор, подписать нужно здесь и здесь. – Она указывает место для подписи и кладет на стол ручку.

Входящий звонок отвлекает Марину, она извиняется и выходит из кухни, оставляя нас с Алисой наедине.

Ни слова не говоря, Алиса берет ручку и склоняется над бумагами. Я подхожу ближе и останавливаюсь у нее за спиной. Подписав договор, она поворачивается ко мне лицом, и наши глаза встречаются. Мир перестает существовать. Только она, я и сумасшедшее биение сердец, стучащих в унисон.

Мы, как два магнита, тянемся друг к другу. Я кожей чувствую это притяжение, оно никуда не пропало за два года. Я уверен, Алиса тоже чувствует все это, поэтому так же, как и я, не может разорвать зрительный контакт. Сердце сладко сжимается от щемящего чувства единства мыслей и желаний.

– Ли-и-ис… – шепчу я, не справляясь с охватившим меня волнением. Дотрагиваюсь рукой до ее щеки и чувствую, как она трепещет от моего прикосновения. Электрические разряды разбегаются от кончиков пальцев по всему телу.

– Любимая, я все. Ты скоро? – Голос Кирилла безжалостно врывается в наш хрупкий мир и разрушает волшебство, которое на мгновение возникло.

Алиса вздрагивает и пятится, с каждым шагом отдаляясь от меня. Разворачивается и поспешно сбегает. Я скриплю зубами от злости и отворачиваюсь к окну.

Глава 12. Алексей

Я злюсь. Злюсь так, что скулы сводит. Ярость в душе кипит, как в жерле вулкана, и я не могу найти ей выход. В голове в хаотичном порядке мелькают картинки расправы над соперником, и я едва сдерживаюсь, чтобы не воплотить их в жизнь.

Слышу шум за спиной, нехотя поворачиваюсь и вижу довольную, улыбающуюся рожу Кирилла. Внутри все скручивается от осознания, что именно он сейчас пойдет к Алисе, а я останусь. Здесь. Один. Без нее.

– Удачи тебе, хоккеист, – добродушно прощается он и уходит. А я продолжаю стоять и смотреть вслед, сражаясь с желанием догнать и разукрасить так, чтобы родная мать не узнала.

Не выдерживаю напряжения и что есть сил засаживаю кулак в стену. Затем еще и еще, но легче не становится. Физическая боль не способна перекрыть душевную.

– У тебя все хорошо? Договор подписали? – В этот момент входит Марина и озадаченно смотрит на меня.

Перевожу взгляд на стол и вижу, что три экземпляра бумаг так и лежат, дожидаясь моей подписи. В два шага преодолеваю расстояние и ставлю размашистую подпись.

– Теперь подписали, – цежу сквозь зубы, отворачиваюсь к окну и закрываю глаза. Нужно срочно успокоиться, иначе я не знаю, что будет.

– Бли-ин, а что они свой экземпляр не забрали? Нужно им позвонить. – Слышу панические нотки в голосе Марины и оборачиваюсь. Быстро соображаю, что к чему, и перехватываю ее руку с телефоном.

– Не нужно, сам разберусь!

– Постой, а деньги? – не унимается она.

Отсчитываю нужную сумму и отдаю ей.

– Это твое, хозяйке сам передам.

– Здесь больше, чем нужно, я что-то еще должна сделать?

– Марин, ничего не нужно, я со всем разберусь сам, – говорю как можно спокойнее, старательно пряча раздражение внутри. – Ты мне очень помогла. Спасибо. А теперь нам пора. Пойдем. – Беру ее за плечи и подталкиваю к выходу.

Мне нужно побыть одному и подумать, как поступить. То, что Алиса не забрала договор и деньги, развязывает мне руки. Надо только подумать, как этим воспользоваться.

На улице мы с Мариной прощаемся и расходимся в разные стороны. Каждый к своей машине.

Наконец оставшись один, включаю радио и несколько минут стараюсь ни о чем не думать. Просто расслабляюсь и успокаиваюсь. Ощутив, как волна гнева сходит на нет, завожу двигатель и трогаюсь с места.

«Любимая…» – снова и снова звучат в голове слова Кирилла, и руки непроизвольно сильнее сжимают руль. Нихрена не помогает от ревности. Буквально заставляю себя слушать какую-то идиотскую музыку, чтобы другие мысли не проникали в голову и не отравляли сознание.

* * *

Тренировка проходи, как в тумане. Я выполняю все указания тренера, но при каждом столкновении отрабатываю жестче и агрессивнее, чем нужно, за что и получаю нагоняй.

Понимаю, что больше не могу. Я просто взорвусь. Нужно срочно выплеснуть эмоции. Переодеваюсь в раздевалке и еду домой.

Когда добираюсь, уже совсем темно. Отношу вещи в квартиру и иду прогуляться до магазина за продуктами. Выйдя из подъезда, растворяюсь в прохладе летней ночи. На улице тепло и тихо, небо, усыпанное миллиардами звезд, кажется совсем близко, легкий ветерок дует в лицо, приятно охлаждая мысли.

Проходя мимо гаражей, слышу женский крик и бегу туда. Вижу, как один парень держит девушку, а второй пытается залезть ей под юбку.

– Руки убрали от девушки, – говорю спокойно, давая им шанс на спасение. Руки непроизвольно складываются в кулаки, а адреналин в крови зашкаливает.

– Мужик, те че, больше всех надо? Иди, куда шел, а то мы и тебя…

Он не успевает договорить, мой кулак врезается в его нос. И еще один в челюсть. Первый отморозок падает. Второй нападает со спины, но я успеваю повернуться, и удар приходится где-то над бровью. Я бью под дых, затем коленом в нос. Слышится хруст. Парень хватается за лицо, сквозь его пальцы течет кровь.

Поворачиваюсь к девушке и протягиваю ей руку, помогая встать.

– Не реви, все же хорошо, пойдем, я тебя провожу, – как можно мягче говорю я.

– Пойдем, как тебя зовут? – спрашивает она.

– Леша, а тебя как?

– Меня Зина.Леш, спасибо тебе, если бы не ты…

– Перестань! Так поступил бы каждый. У тебя есть что-нибудь вытереть кровь?

Она роется в сумке, достает влажные салфетки и отдает мне.

Дальше идем молча. Зина копается в телефоне, я же украдкой рассматриваю ее. Высокая, худая, но все выпуклости на своих местах. Огромные зеленые глаза, полные капризные губы и огненно-рыжие волосы собранные в конский хвост. В легком желтом платье и на высоких каблуках. Довольно симпатичная картинка.

– Леш, а ты есть в соцсетях? – слышу ее голос.

– Конечно, мне кажется, там все есть.

– Как тебя найти?

– Сорок пять пиши по-английски.

– Который из них ты?

Я показываю на свою аватарку, и она добавляется ко мне в друзья.

– Добавишь меня?

– Конечно, попозже.

– Что за форма на аве, твоя?

– Ну да, я хоккеист.

– Ух ты! Настоящий?

– Нет, блин, игрушечный, – невольно улыбаюсь я.

– Я имела в виду, спортсмен или любитель…

– В этом сезоне буду играть за ваш хоккейный клуб «Сочи».

– А можно мне селфи с настоящим хоккеистом?

– Может, в следующий раз? Я немного не при параде, – отшучиваюсь, указывая на разбитую бровь.

– Да так даже круче! Улыбайся! – довольно улыбается Зина, направляя на нас смартфон.

Я улыбаюсь и чувствую теплые и мягкие губы на своей щеке. На секунду ослепляет вспышка.

– Круто! Никогда не была на хоккее, мне подруга рассказывала, какой это адреналин, а я что-то так и не сходила…

– Ну хочешь, достану тебе пару билетов на ближайшую игру, – предлагаю я.

– Конечно, хочу!

– Только напомни, а то могу забыть.

– Как? У меня же нет твоего номера, – притворно расстраивается она.

– Записывай, – диктую цифры.

Мы доходим до ее подъезда и останавливаемся.

– Вот мы и пришли, зайдешь на кофе? – с надеждой спрашивает Зина.

– Нет, в другой раз, поздно уже, – устало отвечаю я. День выдался и правда тяжелый, да и вечер тоже.

Зина обиженно надувает губы, но я никак не реагирую.

– Ну хорошо. Спасибо тебе еще раз и доброй ночи.

– Доброй ночи, – отвечаю, дожидаюсь, пока она скроется в подъезде, и иду искать магазин.

Вернувшись домой, сразу захожу в ванную. Смотрю на себя в зеркало и усмехаюсь. Над бровью красуется яркая ссадина, в принципе ничего криминального, главное, чтобы фингал на утро не появился. В шкафчике над раковиной ожидаемо нашлась аптечка, еще бы в квартире врача ее не было. Обрабатываю ссадину и иду разбирать покупки.

На столе все так же лежат нетронутые листы бумаги. Прогулка с «приключениями» явно пошла на пользу, так как мозш начал работать рационально. Беру один экземпляр договора и внимательно читаю. Взгляд упрямо цепляется за чужую фамилию.

«Барская А.С.» Так все-таки замужем, а кольцо не носит? Неприятный факт. Но что это меняет? Ровным счетом ничего! Один раз я уже потерял Алису, больше такой ошибки совершать не намерен.

«Я работаю главврачом в санатории, а моя жена работает со мной» – невольно в памяти всплывают слова Кирилла. А я довольно улыбаюсь и открываю ноутбук. Мой мозг медленно прокручивает события сегодняшнего дня, собирая всю полученную информацию в кучу.

На сайте санатория нахожу вкладку «Наш коллектив» и нажимаю на нее. Читаю информацию и облегченно выдыхаю. Главврач Жданов Кирилл Альбертович… Разные фамилии, значит, официально не муж. Но Алиса была Мулиной, а теперь Барская… Чертовщина какая-то. Напряженно думаю пытаюсь разгадать этот ребус и внезапно осеняет. Эта фамилия вполне может быть девичьей.

Насколько помню, с мужем они были в очень напряженных отношениях, поэтому вполне вероятно, что Алиса не захотела оставлять его фамилию. Этот вариант меня полностью устраивает и немного успокаивает. Мои шансы завоевать Алису стремительно растут.

Дочитав договор, нашел ее номер телефона. Очередная удача или звезды благоволят мне? Наливаю кофе и сажусь за стол, обдумывая, что же написать.

«Так спешила к «мужу» что забыла деньги или хочешь забрать натурой?» —

быстро набираю я и, несколько раз перечитав, отправляю, чтобы не передумать.

Ответа долго нет. Я нервничаю, но упрямо продолжаю ждать и гипнотизировать смартфон.

«Карта 1234 4567 8910 5522, сюда отправь» – приходит ответ и вызывает во мне улыбку.

«Не получится, договор еще. Пообедаем вместе?» – отвечаю, продолжая дразнить Алису. Прямо вижу, как она медленно закипает, но сделать ничего не может.

«Мне есть с кем обедать!» – читаю и мысленно воспроизвожу интонацию, с которой она это сказала бы вслух.

«Ладно, сам привезу…» – ставлю я ей мат и выключаю телефон.

В голове уже зреет план действий. Завтра после тренировки займусь его воплощением в жизнь. Настроение значительно улучшается. Довольный собой, иду в душ и спать.

Глава 13. Алиса

Такой подлости от судьбы я никак не ожидала. Вижу Диброва и теряю дар речи. Стою и смотрю на него в немом изумлении. А сердце, вопреки желанию, отчаянно колотится в груди, радуясь встрече. Ненавижу себя за это, но ничего поделать не могу. Это инстинктивная реакция организма, мой персональный ад.

Самое опасное в такой ситуации – потерять самообладание, что я с блеском и делаю. Злость вскипает за доли секунд, и я, не помня себя, как фурия, выскакиваю из кухни и налетаю на Кирилла.

– Останови все это! – отчаянно требую, умоляюще глядя на него.

Но Кир словно не слышит, небрежно встряхивает за плечи и наклоняется к моему лицу:

– Я не понимаю тебя, это идеальный вариант. Леша одинокий спортсмен. Режим, тренировки, квартира нужна ему только для сна. Разве не этого ты хотела? Следующие претенденты могут быть в разы хуже.

Я отчаянно кручу головой, отвергая все его доводы, но не могу придумать внятную причину для отказа. Лучшим, абсолютно беспроигрышным вариантом стал бы скандал с Киром, и желательно, чтобы инициатором был он. Тогда можно сослаться на нестабильность наших отношений, на то, что мы еще не созрели для совместной жизни, и остаться здесь. Но это жестоко по отношению к нему. Кир не виноват в том, что мой скелет внезапно выбрался из шкафа.

– Алис, все хорошо. Ты просто волнуешься. Сейчас уедем и забудем об этом инциденте.

Кир пытается меня успокоить, окружить заботой, я же не желаю ничего слушать. Все во мне протестует против этого шага. Я понимаю, чем это может грозить, а вот Кир даже не догадывается…

К черту все! Надо просто взять и рассказать ему всю правду. Все, как есть, и пусть сам решает, стоит ли сдавать квартиру Диброву. Это правильно и честно. Я набираю в легкие побольше воздуха, чтобы начать пламенную речь, но слова застревают в горле и никак не хотят произноситься.

Представляю лицо Кирилла и его миллион и один довод в пользу того, что это глупости и мои беспочвенные страхи, и понимаю, что меня это не спасет, а лишь усложнит жизнь беспочвенными подозрениями с его стороны. Но моя совесть чиста. И помыслы тоже! И я даже почти не лукавлю…

Глубокий вдох и шумный выдох.

– Хорошо, – зло цежу сквозь зубы, скрепя сердце сдавая позиции. – Пойдем подпишем этот чертов договор и уедем уже домой!

– Мы с ним обо всем уже договорились… – довольно улыбается Кирилл и целует меня в щеку. – Скажи, что забрать с собой, я отнесу вещи в машину.

Я прохожу в комнату и почти не глядя указываю на стоящие неподалеку коробки. Перед глазами неясная пелена, в ушах шум, но решимость поставить жирную точку в этой истории все больше набирает обороты.

Оставив Кирилла разбираться с вещами, иду в кухню с четким намерением высказать Диброву все, что о нем думаю, и четко обозначить границы нашего общения.

Вхожу и застаю милую сцену объятий Диброва с нашим риелтором Мариной. Меня словно ледяной водой окатывает. Смотрю на их довольные лица и чувствую, как внутри снова закипает адское пламя. Не успел еще въехать, как уже превратил мою квартиру в дом свиданий.

– Я не помешала? – обозначаю свое присутствие и ухмыляюсь.

Дибров не шевелится, лишь смеривает меня насмешливым взглядом и продолжает свою идиотскую игру. Хочет меня задеть? Вывести на эмоции? Не выйдет! Мне абсолютно все равно, кого и как он обнимает! Без-раз-лич-но!

– Нет, конечно. – Марина оказывается адекватнее, выбирается из его рук и подходит к столу. – Вот договор, подписать нужно здесь и здесь. – Указывает место для подписи и кладет на стол ручку.

Я неопределенно киваю и подхожу ближе. Под пристальным взглядом Диброва пытаюсь вникнуть в условия договора, но не вижу ровным счетом ничего. Буквы расплываются перед глазами.

Входящий звонок отвлекает Марину, она извиняется и выходит из кухни, оставляя нас с Лешей наедине. К такому я не готова. Все, что угодно, только не это. Сердце пропускает удар за ударом, а я отчаянно ищу силы, чтобы совладать с эмоциями и заставить руки перестать дрожать.

Молча беру ручку и склоняюсь над бумагами. Ставлю одну подпись за другой, кожей ощущая его приближение. Мурашки, словно взбесившись, снуют по коже, а я забываю дышать. Это невозможное, невероятное и дьявольски приятное ощущение. Словно тысяча бабочек разом взметнулись в животе и рассредоточились по телу. Прикрываю глаза, невольно желая продлить эти чудесные мгновения. Головой все понимаю, но упрямое сердце не хочет слушаться. Бьется, как сумасшедшее, с легкостью заглушая голос совести и здравый смысл.

Откладываю ручку и медленно поворачиваюсь к нему лицом. Наши глаза встречаются, и мир перестает существовать. Это какое-то безумие, но сил остановить его у меня нет. Тону в нежном взгляде без малейшей надежды на спасение. Как будто не было двух лет разлуки, и сейчас мы стоим около двери медпункта, и Леша ждет от меня ответ…

– Ли-и-ис… – шепчет он, а я буквально стекаю к его ногам, полностью потерявшись во времени и пространстве.

Дибров проводит пальцами по моей щеке, и внутри все дрожит от предвкушения продолжения. Отчетливо понимаю, что Леша не хочет противостоять притяжению между нами, а я не могу… Его нежность и теплота обезоруживают, взгляд проникает в самые потаенные уголки души, туда, где я давно заточила себя настоящую, чтобы выжить в суровой реальности.

– Любимая, я все. Ты скоро? – Голос Кирилла взрывается в моем сознании, подобно атомной бомбе, и мгновенно отрезвляет.

Вздрагиваю всем телом и торопливо пячусь, желая как можно скорее сбежать. Я сошла с ума! Где мой трезвый и рациональный мозг?!

Кир, наверное, посчитает меня стервой, а риелтор – чокнутой, но мне уже все равно. Хочу сбежать подальше отсюда, от него, но в первую очередь от себя. Прохожу мимо Кирилла и, не дожидаясь лифта, сворачиваю к лестнице. Столько времени я потратила на то, чтобы все забыть. Чтобы выкинуть из головы запретные мысли о невозможном. Но появился Леша, и я снова оказываюсь беззащитной перед ним. Это угнетает и пугает. Я не хочу. Я не могу…

Останавливаюсь около машины Кирилла и глубоко вдыхаю прохладный воздух, пытаясь прийти в себя и унять бурю, мечущуюся внутри. Вижу в окнах подъезда силуэт Кира, спускающегося за мной по лестнице, и понимаю, что как прежде уже не будет. Я больше не смогу всецело принадлежать ему, часть меня навсегда останется с Дибровым, что бы я ни делала.

– Ты чего? – Кирилл выходит из подъезда и подходит ко мне.

– Обними меня, – тихо прошу я. «Защити меня», – хочется крикнуть. От себя самой, от преступных, недостойных мыслей, взявших в плен тело и душу. Нужно признаться, что мы знакомы с Дибровым, но как, если у меня до сих пор сердце колотится в горле и руки дрожат?

Не задавая лишних вопросов, Кир выполняет мою просьбу. В его руках я немного отогреваюсь и успокаиваюсь. Все хорошо. Ничего страшного же не случилось? Теперь главное – держать дистанцию, и все встанет на свои места.

По дороге домой мы с Кириллом все же ругаемся. Он искренне не понимает моего недовольства. Я же не понимаю, как можно доверять первому встречному. В итоге каждый остается при своем мнении, но вечер безнадежно испорчен.

Кирилл готовит ужит, а экран моего смартфона, поставленного в режим без звука и вибрации, в очередной раз вспыхивает – это Дибров начинает свою атаку. С сожалением понимаю, что за сегодня он узнал обо мне слишком много и вряд ли теперь успокоится. Но не намерена сдаваться. Не для того я выстраивала свою жизнь с нуля, чтобы он одним махом перечеркнул все.

Вместо сна меня невольно затягивает в воронку воспоминаний. Ничего не значащие фразы, невинные прикосновения и потом внезапная страсть, трогательная нежность с его стороны, пошатнувшие мою устойчивую психику. Два года – это большой срок, я смогла изменить все и себя, и если Дибров не оставит свою блажь – это его проблема.

Глава 14. Алексей

Перед утренней тренировкой еду воплощать свой хитроумный план в жизнь. Санаторий представляет собой современное восьмиэтажное здание, окруженное зелеными насаждениями. Он располагается на одной из главных улиц, в центре города, на самом берегу моря, поэтому без труда нахожу его.

Паркуюсь на стоянке для личных автомобилей сотрудников, захожу через главный вход и останавливаюсь у ресепшена. Мило улыбаюсь девушке-администратору, одариваю ее шоколадкой и получаю всю необходимую информацию. Дело за малым – найти кабинет с табличкой «Барская А.С.», благо, где искать, я теперь знаю.

Останавливаюсь возле двери, чтобы перевести дух. Я должен казаться спокойным и равнодушным, по-другому Алису на эмоции не вывести. Только собираюсь постучать, как из кабинета выходит немолодая женщина и окидывает меня цепким взглядом.

– Добрый день, вы к кому? – спрашивает, без зазрения совести разглядывая меня, словно под микроскопом.

– К Алисе Степановне.

– До приема еще час, а вы по какому вопросу? Что-то я вас не припомню, – подозрительно прищуривается она и пытается преградить мне дорогу.

– По личному, – отвечаю я и, совершив обманный маневр, уверенно вхожу в кабинет.

– Но ее нет, она еще не пришла.

– Ничего, я не тороплюсь, подожду в кабинете.

Закрываю за собой дверь перед самым носом недовольной тетки. В кабинете осматриваюсь. Светлое и просторное помещение. Огромное окно с видом на море. На стенах в рамках висят разные дипломы и сертификаты. Около окна замысловатый стол и удобное кожаное кресло, с другой стороны стола два стула. Слева в углу журнальный столик и несколько стульев для посетителей, а справа на стене небольшой телевизор.

Достаю договор, деньги и бросаю на стол. На вешалке замечаю легкий, почти невесомый шарфик лазурного цвета. Беру его и устраиваюсь в кресле, отвернувшись от входной двери. Смотрю на море и вдыхаю аромат духов, которым пропитан шарф. Это все те же духи. Ее духи. Мурашки бегают по коже, как будто иголками покалывая оголенные нервы. Этот запах будоражит кровь и заставляет мышцы внизу живота предательски напрягаться.

Наконец слышу шаги в коридоре и прячу свой сувенир в карман. Алиса входит в кабинет и закрывает за собой дверь. Я медленно поворачиваюсь к ней. Целая гамма чувств отражается на ее лице, вызывая у меня улыбку. Не ожидала.

– Что ты здесь делаешь, Дибров? – недовольно восклицает она, старательно сдерживая раздражение. Но я вижу, как вспыхивают праведным гневом ее глаза, а щеки слегка розовеют от негодования.

– И вам доброго утра, Алиса Степановна! Привез договор и деньги, как и обещал. – Я медленно растягиваю слова, нарочно доводя Алису до белого каления. Давно понял простую истину – добиться от нее истинных эмоций можно, только когда она ослабляет контроль. Внезапность и раздражение очень этому способствуют.

– Это мое кресло, – резко отвечает она и недовольно поджимает губы.

– Пожалуйста, пожалуйста, я не претендую.

Встаю с кресла, уступая ей место и присаживаюсь на край стола. В ее расширившихся зрачках вижу свое отражение, чувствую ее волнение, и от этого на сердце теплеет. Значит, двигаюсь в правильном направлении.

– Вы так на меня смотрите, – не прерывая зрительный контакт, вкрадчиво говорю я. – Ощущаю себя Аленом Делоном.

– Что с лицом, Ален Делон? – Легкая усмешка касается ее губ.

– Защищал честь дамы, – пожимаю плечами и отвечаю честно.

– Для себя старался? – Алиса пытается язвить, но все ее эмоции слишком очевидны для меня.

– Мне очень приятна твоя ревность.

Двигаю кресло ближе к себе и буквально нависаю над Алисой. Захватываю пальцами прядь ее волос и быстро провожу по верхней губе, невольно вдыхая еле уловимый аромат. От этого интимного жеста мурашки волной пробегают по телу, а дыхание перехватывает.

Продолжить чтение