Читать онлайн Измена. Больше не вместе бесплатно

Измена. Больше не вместе

Глава 1

Пролог

– Ася, – Демид приближается непозволительно близко. От его напора не знаю куда деваться.

Делаю шаг назад и падаю на кровать.

– Надо поговорить!

– Не о чем, – шепчу неуверенно.

– Есть! – скользит удивленным взглядом по моему лицу. – Ты боишься меня!

Мотаю головой. Но получается нелепо, как-то недоходчиво.

– Когда ты успела превратиться в настоящую красавицу? – дотрагивается осторожно до моего лица, убирает мои светлые пряди волос назад, за ушко.

– Не надо! – меня накрывает от знакомых сексуальных ноток. Чувствую себя неуютно под прицельным взглядом синих глаз.

– Только скажи, что пришла в мой дом ко мне. А не за этими гребаными бумагами! И вся эта некрасивая история с отключением систем дома и ограблением не имеет к тебе отношения! – смотрит умоляюще.

Я бы тоже хотела думать, что меня не касается происшествие. Но уж слишком много совпадений.

Не верю!

Пришли мы с детьми. И тут же началась чертовщина.

Это не случайность, а закономерность!

Демид присаживается рядышком и крепко вцепляется мне в плечи.

– Есенина! Ты безумно красива. Эта пышная грудь, женственное тело. Зеленые блестящие глаза. Волосы, в которых так и хочется запутаться пальцами… И никогда не распутываться. Ты прекрасно знаешь, как действуешь на меня! – наклоняется к моему лицу.

И я зажмуриваюсь. В страхе, что мужчина из прошлого сейчас меня поцелует, и этим проступком все испортит.

Звонарь поступает иначе… Сдувает прилипшую прядь светлых волос с моего лица.

– Асенька, не надо было так много городить!

– Что городить? – распахиваю удивленные глаза.

– Отключать системы дома, чтобы выкрасть папку из моего сейфа. Я бы сам тебе отдал. Надо было лишь попросить…

– Я… Не открывала эту папку. Когда вернулась к себе в комнату, она уже здесь лежала.

– Молчи! – Демид напряженно смотрит на меня. Борется с собой и своими желаниями. На что-то решается…

Касается горячими пальцами ложбинки в глубоком вырезе голубой блузки.

Прикосновения от его шелковистых пальцев отдаются во мне сотней импульсов, пронзают насквозь растревоженное тело.

Задыхаюсь от желания. Впрочем, Звонарь чувствует тоже самое, что и я. Уж слишком жарко становится рядом с его разгоряченным телом.

Немного боюсь за него.

Дем умеет быстро выходить из себя, когда эмоции зашкаливают, он с ними не справляется.

И сейчас наступил именно такой момент.

Сегодняшний насыщенный неприятными событиями день явно подкосил крепкую психику Звонаря. Исчезновение двойни, приезд Константина, взлом умного дома. Все это вывело хладнокровного Демида из себя. Он перестал ощущать себя хозяином положения. Не справился с ситуацией в собственном доме!

– Ася!!!

– Звонарь, не брала я папку! Хочешь докажу?

– Как?

– Ты заберешь ее, а я даже не загляну и не спрошу, что там было! Хотя догадываюсь. Это те самые документы моего отца, которые мы искали семь лет назад!

– Да. Это они… Но я не об этом! – Дем накрывает мою руку своей, поглаживает пальчики. И по ним бежит ток. – Ты спала с Костей?! – Нетерпеливо ожидая ответ, бывший озабрченно кусает свои губы, и сжимает мое запястье так крепко, что искры летят из глаз.

Опускаю взгляд. Тошно. Мерзко на душе. Как он может так низко обо мне думать?

Если я не вышла ни за кого замуж, мог бы догадаться, почему!

Чурбан бесчувственный!

– Моя жизнь тебя не касается! – решительно поднимаю глаза и натыкаюсь на ледяные синие.

– Правда? Ты так думаешь? – спрашивает резко. – А я надеялся, что ты по-прежнему только моя!

– Издеваешься! Ты меня выгнал. Забыл? Не поставил отношения на паузу, а расстался, обвинив в измене!

Звонарев растерянно переводит взгляд на стол, где лежит яблоко раздора – неизвестная синяя папка с тайной, разрушившей наши жизни.

– Это был не я. Ты сама во всем виновата, – бормочет невнятно.

Я понимаю, что Лида и Прохор заморочили ему голову, но сейчас мои слова прозвучат бездоказательно. От обиды едва сдерживаюсь, чтобы не разреветься.

– Демид, родной… Зачем так говоришь?! Твое сердце подсказывает тебе, что измены не было. Не пыталась я обменять то, что в этой папке на свое тело! Меня оболгали.

– Поэтому папка у тебя! – выдыхает задушено. – Ася! Неужели не видишь, что все повторяется? Твои слова снова расходятся с поступками? – с адской болью в голосе хрипит Демид.

Не понимаю, почему любимый мужчина так жесток ко мне.

Неужели не чувствует в каком я состоянии!

– Поклянись, что семь лет ни с кем не спала!!! – бывший буквально вырывает из меня признания.

– Не было! Клянусь. Костя – просто друг. Очень близкий, родной. Он фактически заменил детям тебя! Смотрел твоих двойняшек! – понимаю, что проболталась. В ужасе наблюдаю реакцию Демида.

Ноль. Он знал!!!

– Откуда? Ты сделал ДНК? Как ты посмел? Для этого позвал нас жить в дом? – выкрикиваю с болью.

– С ума сошла!– цедит зло. Зачем мне анализы. Я сам в состоянии провести анализ, выстроив логические цепочки! Мила и Миша – копии меня самого. Характер, склад ума, манеры, жесты. Зашкаливающие амбиции. Цвет глаз, в конце концов! Сейчас же пойду и объявлю им, что я их родной отец! Не могу смотреть без содрогания, как они бегают за этим Златовлаской с Гоа!

– Нет! – прижимаюсь к бывшему всем телом. Не сегодня. Дети сейчас на волне Кости, и воспримут тебя в штыки…

– Ася, не темни! Что ты им обо мне сказала? – вскидывается Дем.

– Ничего плохого, – выдавливаю едва слышно… Поспешно сдергиваю с себя блузку, под которой ничего нет, кроме загорелого тела…

Надо отвлечь мужчину от детей. Не нужно ему знать, что все совсем не просто. И живет Демид в иллюзорном, запутанном мачехой мире. Даже сейчас, когда Демид повзрослел и готов взять управление семьей Звонаревых в свои крепкие руки, есть серый кардинал, который не позволит. Поэтому придется мне вмешаться, чтобы тихим сапом вырвать управление нашими жизнями из цепких ручек. Дему нельзя доверить этот процесс, он пойдет на врага в открытую. И это приведет к беде. С Лидой нельзя делать резких движений. Опасно для жизни и здоровья.

Есть обстоятельства, которые давят, как многотонная толща мутной воды. Они могут стать неуправляемыми, как вода, вырвавшаяся из берегов водохранилища, едва дамбу разрушили. Взбесившаяся вода разрушает все вокруг. Боюсь, Лида, как эта вода, неуправляемая и разрушающая.

Поэтому не хочу разрушать дамбу раньше времени. Надо подготовить все вокруг нее. Чтобы избежать негативных последствий для семьи!

– Иди ко мне! – зову мужчину. Хочу раствориться в нем, чтобы мозг отключился на всю ночь. И эмоции захватили меня и окунули мое тело в мир острых ощущений, о котором я давно забыла.

Не приходится звать дважды. Сплетаемся в один жаркий клубок из тел. Нас топит в желании…

Неожиданный стук в дверь. Громкий. Настойчивый. Противный.

– Малыш, пусти! – нетрезвый голос Кости. – Я очень соскучился!

Толчок в бок. Звонарь скатывается с кровати. Хватает одежду, папку. И как дикий, кровожадный зверь бросается к двери…

Ася Есенина

Двойняшкам Мише и Миле уже шесть с половиной. Пора думать об их будущем, возвращаться домой. В Москву. Жизнь на Гоа, преподавание йоги в своё время спасли меня от удушливых мыслей, но сейчас не время думать о душевном спокойствии. Пора возвращаться в прежнюю жизнь.

Главное, счастье и благополучие детей. Тем более, мои растут любознательными умницами. И я, как прогрессивная мама, должна приложить все усилия, чтобы помочь им вырасти уважаемыми людьми.

Конечно, сорванцы были бы рады остаться на Гоа, чтобы гонять в мяч, купаться в море и продолжать расти как сорная трава.

Сегодня у меня собеседование в приличной фирме. С самого утра не могу собраться с мыслями, беспокоюсь за запись в трудовой, согласно которой я отработала три года маркетологом в «Мире Грёз».

Если узнают, что запись фальшивая, и я три года занималась не продвижением товаров, а обучала женщин соблазнению мужского пола и сохранению здоровья в красивом теле.

Благо фирма, в которой я «трудилась», обанкротилась и закрылась. Звонить за рекомендациями некуда!

– Эй! – одергиваю Милу. – Ты со мной не поедешь. Даже не думай!

– Мам, я не останусь в этой халупе! – дочь обводит грустным взглядом обшарпанные стены и потрескавшиеся от времени потолки.

– Радуйся, что есть где жить! – продолжаю выбирать одежду в высоком шкафу производство «Шатура».

Квартира нам досталась в наследство от моей матери. Как досталась? Мама жива, только после продолжительной болезни, уехала в санаторий поправлять здоровье. В целом, она не живет в своей двушке уже лет двадцать.

Мила откидывает назад длинные белые волосы, склоняет к плечу красивое загорелое личико, глядит на меня изучающе безумно красивыми синими глазами. Такими же дерзкими, как у ее отца.

– Мила, разбуди Мишу. Заставь позавтракать! Он вечером всухомятку ел, сейчас проснется, снова убежит на улицу. Так что давай, – подталкиваю красотку в белой футболке и джинсовых шортах в сторону спальни.

– Боже мой! – дочь театрально складывает ладошки у груди. – Еще скажи, что ремонт будем делать здесь!

– Будем! Заработаю денег и начнем.

– А где спать?

– Может, мама договорится с хозяевами и нас пустят на время пожить в гостевом домике у богачей!

– Хм! – хмыкает малышка. – Ты же не будешь как наша бабуля убирать богатые дома? Нет?

– Нет, милая. Я – дипломированный маркетолог. Устроюсь по специальности.

Дочь с изумлением поднимает светлую брось.

– Мамуля, я думала ты – коуч! У тебя же даже есть своя страничка на уютьюбе.

– Вашу Машу! – бью себя по лбу. – Палево! Я же не удалила страницу.

– Моя ты неисправимая умница! – глажу дочь по шелковистым волосам.

Мои дети – моя поддержка. Так вышло, что не мужчина меня поддержал в жизни, а его дети.

Младшая Есенина пожимает плечами.

Конечно, если не удалюсь из интернета до собеседования, и меня проверит служба безопасности. Мне каюк! Работу не получу. Ярлык коуча так и прицепится.

– Ма-ам! – в небольшой коридор выходит заспанный сын. Худощавая высокая фигурка, на загорелом лице синие глазищи, чуть удлиненные светлые волосы растрепаны и челка стоит торчком.

– Сто раз говорила, не ложиться спать с мокрой головой! – безуспешно приглаживаю рукой торчащий чуб.

– Ты куда? – смотрит испуганно.

– Устраиваться на работу.

– Зачем? – моментально просыпается. – У тебя же есть твои тетеньки, которые бегают за тобой везде и платят тебе за то, что ты их мучаешь!

– Дорогой, я их не мучаю! – отвечаю возмущенно, – а обучаю здоровому образу жизни.

– Пофиг!

– Боже! Где ты набрался таких слов? – в шоке смотрю на мальца. Пока жили на Гоа мой ребенок разговаривал как культурный малый. В Москве же за неделю обучился таким словам, от которых волоски на руках встают дыбом.

– Мам, не начинай, – отвечает совсем как взрослый.

– Ладно, Миша, позже поговорим. Пока слушайся сестру и на улицу не выходите без меня! Ясно?

– Детей нельзя оставлять дома одних. Вдруг будут спичками баловаться… – шантажирует меня сын. – Возьми нас с собой.

– В субботу пойдем в Океанариум. Как тебе?

– Идёт! – протягивает ладонь и хлопает ею об мою, закрепляя соглашение.

Улыбаюсь счастливой материнской улыбкой. Надо же мои детки выросли так быстро, что уже можно с ними о чем-то договариваться.

С тяжелым сердцем оставляю младших Есениных дома, сама же бегу к метро. Могла бы взять такси. Но сегодня хочу окунуться в жизнь подземки, чтобы душевно вернуться в московский людской муравейник. Которого мне жутко не хватало все эти годы.

Спустя сорок минут подхожу к кабинету эйчара крупной и очень заманчивой компании «Айди Тач», широко известной хорошими условиями труда и зарплатами.

Понимаю, что я высоко замахнулась. Похоже, я, как моя малышка, слишком амбициозна. И ничего с этим не поделать.

– Есенина Ася? – интересуется девушка с короткой стрижкой, выглядывая из-за двери.

Киваю поспешно.

– Проходите.

Захожу, занимаю место. Долго копаюсь в сумке, выуживая из нее документы. Краем уха слышу, как открывается дверь и входит мужчина. Шаги жесткие, напористые.

– Лада, какого черта? Почему до сих пор не нашли маркетолога?

– Демид, я собеседую каждый день по четыре человека. Кто же виноват, что они все дилетанты?! – вскипает сотрудница.

Сажусь в пол-оборота, чтобы разглядеть грозного босса.

– Дем?..

– Ася?.. Зачем ты здесь… – скользит ошарашенным взглядом синих глаз по моей спортивной фигуре. По загорелому лицу, длинным светлым волосам.

Вздрагиваю. Заливаюсь краской. Как же давно я не слышала нотки любимого голоса. Не ощущала себя желанной под прицельным взглядом синих глаз.

– Ася Есенина – претендентка на должность маркетолога, – ввинчивает обрадованно Лада. В надежде, вдруг ее мучения с поиском кандидата закончились.

– Значит, по-прежнему, Есенина? – спрашивает Демид, устремляя взгляд в окно. – Лада, оставьте нас. Я сам отсобеседую девушку.

Нехорошо прозвучало.

Хочется встать и бежать. Вместо этого залипаю на брутальном лице мужчины.

Мой взгляд кочует по его широким плечам, крепкой груди. Останавливается на сексуальных, изогнутых в полуулыбке губах.

Откуда он здесь?

Его фирма же называлась по-другому!

Глава 2

Ася

– Встань, полюбуюсь, – просит бывший. И я зачем-то выполняю его команду. Встаю, отхожу от кресла, верчусь вокруг своей оси.

От меня не убудет, а этот напыщенный сноб в дорогом костюме пусть кусает локти!

– По-прежнему хороша! – цокает языком. – Даже лучше стала, – резко поднимается из кресла, в два размашистых шага преодолевает расстояние между нами. Хватает за плечи, притягивает к себе. – Сногсшибательно красива! – протягивает к моим волосам загорелую руку с длинными музыкальными пальцами. – Сногсшибательно красива, – поправляет мою прическу, убирая длинную светлую прядь волос за ушко.

Прикосновения мужских пальцев отдаются во мне сотней импульсов и приятных воспоминаний, таранящих меня.

Задыхаюсь от наглости Звонарёва. После всего, что он мне сделал. После того как фактически выгнал из своего дома. Позволяет себе подобные вольности.

Внутри меня всё пламенеет.

Конечно, я отдаю себе отчет в том, что из дома меня выгоняла хозяйка – мать Демида.

Но он! Не остановил Лидию. Не объяснил мачехе, что я ни в чем не виновата!

– Могла бы сразу зайти ко мне, – выдыхает спокойно Дем.

– Зачем???

Усмехается.

– Малыш, ты же ко мне пришла. Иначе зачем тебе здесь находиться? Тренеру по йоге?..

Сердце летит кубарем вниз. Адреналин выплескивается в кровь. Меня начинает трясти.

Он знает, что я обманщица. Выдаю себя за ту, кем не являюсь.

– У меня диплом маркетолога. Ты должен помнить…

– А опыт работы? – Демид берет со стола распечатанное резюме, читает и его глаза округляются от удивления.

– Детка. Несостыковочка. Как ты могла работать в Мире Грез, если всё это время тусила на Гоа?

Боже! Что он несет?

– Следил за мной? – выдавливаю глухо.

– Нет. Так, приглядывал.

– Звонарев, тогда ты должен знать, что у меня дети.

– Знаю. Двое. Нагуляла. Правильно моя мать говорила, что охотницы за чужими деньгами так заканчивают.

Не понимаю, о чем он. Сжимаю руки в кулаки, чтобы не наброситься на мужчину, не расцарапать его шикарное лощеное личико. А еще знаю, что мне очень нужна эта чертова работа. Чтобы купить материалы, сделать достойный ремонт. Успеть до августа. Ведь в сентябре двойняшкам идти в первый класс.

Конечно, я не собиралась обманывать работодателя. Так получилось. Но отправляясь на собеседование, даже подумать не могла, что встречу главного и единственного мужчину из своего прошлого.

– Только не говори, что не знала, что фирма моя! – подмигивает.

– Не знала, – невнятно извиняюсь. – Иначе не пришла бы после всего, что ты сделал…

– Я?.. Ася! – голос Демида хрипит. А наглая безупречная улыбка соскальзывает с его губ.

Мы оказываемся так близко друг к другу, что теряемся. От нашей близости оба не понимаем, что творим, забываемся, что находимся в будущем, где «нас» больше нет. Мы больше не вместе.

Прошло семь с половиной лет со дня болезненного расставания.

Только я ушла тогда с двойней, и счастлива сейчас. Материнское счастье заполнило ту пустоту, где должна была жить любовь к мужчине.

А Звонарь был самоуверен тогда. Что сейчас происходит в его личной жизни, я не знаю.

Мы стоим у окна.

Наши тела и лица близки как тогда.

Когда мы рядом, то не принадлежим себе, растворяемся друг в друге. Думаем только сердцами, и чувства главенствуют над мышлением.

Нас топит в эмоциях.

Демид ловит меня за талию, крепко прижимает к себе. Так сильно, что нечем дышать.

– Дем, пожалуйста…

Крепкие мужские руки скользят по моей спине, горячие губы вцепляются в шею.

– Ася! Ася!..

Прихожу в себя, отталкиваю мужчину, в чьих глазах плещется желание.

– Пусти меня, Звонарев! – отчаянно вырываюсь из его рук.

– Ася… – тихий стон вползает мне в душу.

Всё как тогда…

Демид и сейчас решил, что я пришла к нему. Звонарь по-прежнему считает, что я принадлежу ему.

Он ведь даже не знает о детях. С подачи Лиды считает, что я их нагуляла! По себе оба судят.

Бедный Звонарев старший! Жаль, что так и не узнал о подвигах скучающей молодой женушки.

Вся дрожу. Зябко веду плечами. Горячий холод лижет между лопатками, а щеки пылают от негодования.

– Берешь меня маркетологом?

– Зайка, у тебя фальшивая трудовая! На кой мне такой специалист? – в синих глазах мужчины решительный отказ.

– Но… – прихожу в шок. В этом весь Звонарь! Пять минут назад он меня лапал, а сейчас отказывает в работе.

Срываюсь в плач.

– Ты моя последняя надежда. Мне очень нужна эта работа. Понимаешь, дети хотят гордиться мною. Мила считает, что работа тренером не самый верх карьеры, дочь хочет видеть меня уходящей на работу в деловом костюме, в туфлях на высоком каблуке.

– Мало денег? – приподнимает бровь.

– На жизнь хватает. Но из-за двойняшек я не брала полную загрузку. Растущие дети. За ними глаз да глаз.

– Другими словами, ты не можешь перерабатывать. Не подходит. Отдел маркетинга работает по четырнадцать часов в сутки перед намеченным мероприятием.

– Незаконно, – выдохнула гневно, округлив глаза.

– Тогда. Продолжаешь работать фрилансером в интернете.

– Нечестно.

– Демид, – за спиной Дема материализуется эйчар.

– Что? – отвечает, не поворачиваясь.

Высокая фигура бывшего застыла в трех шагах от меня, широко расставив ноги и скрестив руки на груди.

– Что делать с соискательницей?

– С которой? – спрашивает небрежно.

– Вот с этой! – яростно произносит она. – Асей Есениной, – поджимает губы, также как босс.

– Что обычно делаешь с теми, кто приходит с фальшивой записью в трудовой?

– Внести в черный список на Хэхэ.ру?!

– Нет! – рявкает Дем. – Позже решу, что с ней делать, – сухо цедит Звонарев. Круто разворачивается, и напористым шагом покидает кабинет.

Встряхиваюсь. Глубоко дышу. Пытаюсь надышаться свежим воздухом, не отравленным Демидом. Словно машина времени отнесла меня назад и обратно. Испытание не для слабонервных.

– Вы принесли фальшивые документы? – качает головой.

Заливаюсь краской стыда и обиды.

Выхватываю из ее рук трудовую. Испуганно смотрю.

– Пожалуйста, не вносите меня в черные списки. У меня двойняшки-шестилетки. Я не преступница, а растерянная мать.

– Понятно!

Вылетаю из кабинета, оттуда на улицу. Покидаю башню Делового центра навсегда. Нервно кусаю губы, пока бегу к метро.

Надо же было так влипнуть!

Отчаянье набирает обороты.

Глава 3

Демид

– Лада! – повышаю голос на сотрудницу. – Какого ляда не проверяете документы? Ни черта не работаете! Уволю к чертовой матери весь отдел кадров! Почему к нам приходят недоспециалисты?

Женщина опускает глаза в пол. Молчит. Как и все сотрудники холдинга знает, лучше выслушать и принять свою вину. Неважно, виновен ли ты.

Тем более в данном случае, специалист по подбору явно сплоховала.

– Демид, – начинает робко, заметив, что я успокоился. – Мы же службу безопасности и полиграф подключаем только в том случае, когда берем на работу. А здесь всего лишь первое собеседование. Если будем проверять каждую лживую персону, бюджета отдела не хватит. А вы же не увеличите нам его? – смотрит вопросительно.

– Нет! – рявкаю. Сам же задумываюсь на тему. Было бы неплохо проверить Асеньку на детекторе лжи!

– Я наказана? Штраф? – заглядывает в глаза как тот котик из Шрека. Тяжело вздыхает. – Придется сказать дочери, что отпуск на море отменяется.

– Ой! Лада! Не дави на жалость. Иди работай! Скажи Вальке, что море босс не отменил. А вот ее мама работает из рук вон плохо! И чтобы такой прокол в последний раз! Поняла?

Кивает и поспешно убегает из кабинета. Работу работать.

Занимаю место за рабочим столом. Проверяю документы по новому проекту. Минут через двадцать понимаю, что ни черта не воспринимаю информацию. Потому что мои мысли не здесь. И не в настоящем.

Открываю компьютер, жму на закладку «Сафари по Гоа с Асей Есениной».

Долго чертыхаюсь, когда комп извещает меня о том, что страница не найдена.

Какого лешего?! Неужели сама удалила или вскрыли. Увели канал? В наше время всякое бывает.

Ладно. Открываю одну из электронных папок, куда скачал пару зачетных видосов с Аськой, выполняющей супер сексуальные асаны в обтягивающих лосинах и малюсеньком топике.

– Мама, у меня получилось! – щебечет радостно маленькая блондинка с огромными синими глазами, блестящими на солнце.

– Окей!

– Ма-ам, как она это делает? У нее косточек нет? – великолепный высокий пацанчик блондин в позе ласточки, не удерживает равновесие, падает лицом в песок, впустую балансируя руками в воздухе.

На душе так тошно. У Аси есть всё! Дети, мужик, от которого она их родила.

А у меня ничего…

Резко закрываю крышку ноутбука.

Остаюсь один. Наливаю коньяк, подхожу к окну. Конец мая. Птички поют, зелень уже распустилась. Тепло. На улице кайфово, а на душе будто собаки насрали. Плохо мне. Душно. Мерзко.

Тру гудящие виски ладонями. Растираю область груди, где внезапно начинает давить.

С чего бы? Я абсолютно здоров.

В бизнесе процветаю, а в личной жизни всё грустно…

За спиной неудачный брак. Женился на девушке, которую мне выбрал отец для объединения бизнеса. Принцесса что досталась так измучила, что больше не хочу жениться.

Статус завидного холостяка устраивает.

Брак не для меня! Мне всего двадцать восемь. Еще успею надеть хомут на шею. Иногда с завистью смотрю на семьи с детьми, на влюбленных. И ловлю себя на том, что никогда не смогу получить именно то, о чем мечтал.

Ася уже не будет моей женой. Никогда не прощу.

А ее дети никогда не станут моими по крови.

Новых она мне не родит. Потому что мы не сможем больше доверять друг другу.

Ведь мы больше не вместе.

Перед глазами снова всплывает великолепная Есенина. Длинные светлые волосы, загорелая бархатная кожа. Зеленые глаза. Изумрудные на солнце. Рядом с ней озорные двойняшки, безумно похожие на неё.

Только глаза у них другие. Такие синие-пресиние… где-то я их уже видел…

Образы детей вытесняет их мамочка.

Та самая, о которой запрещал себе думать эти годы.

Та, что отвергла. Предала нашу любовь!

Растоптала надежды! Убила веру женщинам!

Обвинила во всех смертных грехах!

Ася… Ася… Ася…

Сердце пропускает удар.

Я умер в тот день, когда она улетела на Гоа.

После Аси меня ждала пустота длиной в семь с половиной лет.

Полное безразличие к женщинам. Шикарным, чужим, безумно раздражающим.

Смотрю в окно. Там вовсю светит солнце. Его лучи бегут по верхушкам деревьев. И я понимаю, что должен сделать.

Сгребаю со стола документы, ноутбук, ключи от машины.

– Меня сегодня ни для кого нет! Если только брат позвонит… – даю четкие указания секретарю, направляясь на выход.

Глава 4

Демид Звонарев

– Илья, не могу сейчас! Занят, – резко обрываю брата.

– Мы говорим о бизнесе. Что может быть важнее дела? – рычит в ответ.

– Ася приехала…

– К тебе???

– В Москву вернулась. Сегодня на собеседование приходила.

– Она же йог. Зачем ей к нам? – ошарашенно спрашивает Илюха.

– Не йог, а тренер по йоге. К нам она маркетологом пожаловала.

– Ася – маркетолог? – недоуменно спрашивает младший Звонарь.

– Копец. Дебил? Ты чего думал, что она унаследовала от матери профессию уборщицы? Так-то Аська не только полы за мать драила, но и в институте училась.

– А-а! Ты же не возьмёшь Есенину к нам?

– Почему нет?..

– Твоей Кошке не понравится!

– Бог с ней. Другую кошку найду.

Спустя двадцать минут заезжаю на джипе в уютный двор, долго ищу парковочное место. Едва освобождается местечко, моментально выжимаю газ, сворачиваю вправо.

– Дядя! Вы наш мяч раздавили! – рычит на меня пацан, едва выхожу из автомобиля.

– Чего? – с интересом разглядываю мальчишку с того самого видео, что я смотрел сегодня. Такого пострела забыть невозможно. Рослый, загорелый, с модной прической и копной светлых волос, как у матери. Белая футболка, синие джинсы, в целом обычный ребенок.

– Мяч под вашей машиной! – тараторит, бросая на меня недовольные, можно сказать борзые, взгляды.

– Наклонись и достань, – отвечаю дерзко. Взбесил меня этот Есенин. Похоже такой же наглый как его отец. Ничего. Перевоспитаем.

– Ми-ха! – слышу громкий девчачий визг. – Ми-ха!

Блондинчик оглядывается по сторонам в поисках источника шума. Я также.

– Батюшки святы! – причитает бабулька в цветном платье, приближаясь к нам. – Мишенька, маму зови. Пусть в МЧС звонит. Ваша егоза залезла на дерево за котёнком. Да, силенки не рассчитала. Слезть не может.

– Мила! – пацанчик забывает про мяч. Бросается к подъезду, где уже скопились люди.

Почему я ни капли не удивлен тому, что дети Аси такие… Проблемные. Шебутные. От них одна головная боль, как и от их матери!

Вслед за людьми похожу к дереву. Вскидываюсь и замечаю маленькую испуганную девочку, вцепившуюся руками и ногами в широкую ветку.

Как же высоко она забралась. Даже у взрослого человека дух захватывает, глядя на такую верхотуру.

Сердце сжимается от страха. Не просто ребенок в беде, а та самая малышка с видео. Гибкая, подвижная, с сияющими глазами. Дочь Аси.

– Я к тебе! – кричит ей брат, бросаясь к дереву.

– Одной проблемы достаточно! Ты останешься здесь, на земле, – ругается женщина, хватая мальчишку за худые загорелые руки.

– Пусти! Там моя сестра, – плачет ребенок.

Но тетка не поддается на детские слезы и просьбы. – Откуда вы блондины взялись на наши головы? Живёте неделю, а весь дом уже воет!

– Сейчас приедет МЧС, полиция и опека. Разберемся с вашей нерадивой мамашей, почему малолетние дети гуляют одни. Без присмотра.

– Миха, я боюсь, рыдает блондинка на дереве. Слезы заливают ее крохотное загорелое личико, длинная прядь светлых волос, как у матери, падает на глаза.

Малышка отрывает одну руку от ветки, вытирает кулачком слезы, убирает непослушную прядь.

Ой-ой! Держись крепче!

Сердце останавливается при взгляде на картину.

Не выдерживаю. Делаю резво два шага к дереву и взбираюсь наверх, зажмурив глаза.

С детства боюсь высоты. Даже в небоскрёбе мой офис на десятом этаже, выше не рискнул взять помещение.

Вот и сейчас закладывает уши, сводит скулы и конечности. Ток бежит по клеткам. Успокаиваю себя тем, что маленькая девочка смогла залезать и выжить, значит, тоже справлюсь.

– Привет, – здороваюсь с блондинкой, зависая в десяти сантиметрах от нее.

– Дядя, вы меня снимите отсюда? Спасёте? – спрашивает дрожащими губами, а я неотрывно гляжу в ее синие заплаканные глаза и вспоминаю другого ребенка. Себя. И домашнее видео, снятое отцом давным-давно.

Вашу Машу!

Почему у детей Аси мои глаза???

– Мила, если честно, тоже боюсь высоты. Поэтому подождем лестницу. Окей? Вместе веселее! – перебираюсь на толстую ветку, ближе к девочке. Страхую ее до самого приезда МЧС, полиции, скорой.

Синеглазка больше не плачет. Я также.

– Вместе веселее. Да? – рисую улыбку на лице.

– О-о-очень весело, – отвечает малышка неровным голосом, крепче вцепляясь в меня пальцами.

Спустя восемь минут нас снимают с треклятого дерева.

Девчонка – сорванец в белой футболке и синих джинсовых шортах подаётся ко мне. Льнет. Обнимает грязными расцарапанными руками. Я не отбиваюсь. Пускай.

– Вы ей кто? – рядом вырастает тетка с наглой физиономией.

– В чем дело? – спрашиваю с вызовом.

– Мы из опеки. Поступила жалоба от соседей на Асю Есенину. Нерадивая мать оставила детей в опасности.

– Ничего подобного! – на защиту приходит Миша. Малец встаёт между сестрой и тетенькой из опеки. – Мама оставила нас с дядей, – показывает на меня пальцем. – с нашим дядей! Видите, у нас даже глаза одинаковые. Синие!

– Правду говорят дети?

Киваю как болванчик. Едва вышел из шока, после того как провисел на ветке дерева десять минут. А тут новый удар. Даже ребенок заметил, что у него глаза мои.

Что если Ася ушла от меня с моей двойней?

Что если не изменяла?

Не обносила дом?

Не врала.

Тогда все было ложью? Я зря отказался от любимой. Зря страдал.

Женщина в голубой форме медработника пытается оторвать от меня приклеенную девочку.

– Малышке надо обработать раны!

– Я сам, – поднимаю Милу на руки, несу к машине скорой помощи. Врач обрабатывает ссадины девчонки, я же стою рядом. И мы играем с веселой пигалицей в гляделки. Радует, что она так быстро забыла о ЧП. Это я буду ещё неделю просыпаться в холодном поту, вспоминая дерево.

А заодно вышку в бассейне.

Толпа рассасывается молниеносно, как только уезжает скорая.

Мы остаёмся втроём. Я и двойняшки – маленькие копии Аси. Только с моими глазами…

Глава 5

Ася

Старательно выруливаю к дому, где меня ждет сюрприз.

– Мамуля! – ко мне бегут двойняшки.

Зажмуриваюсь. Чур меня! Я же сказала своим сидеть дома. Какого домового они делают на улице?

– Мила. Миша. Разве я разрешала?

– Прости, мамуль, – отвечает сын. – Это всё Милка! – вращает глазами, запугивая сестрицу.

– Не я! – оправдывается дочь, и я с ужасом замечаю ее истерзанные ноги.

– Кто тебя расцарапал?

– Дерево, – отвечает Демид за детей, и я бросаю на него гневный взгляд. Только его вставок не хватало для полного счастья.

– Я хорошо слышу, – уточняю, глядя в наглые синие глаза. – И спрашиваю своих детей… Им скоро семь. Поверь, они могут отчитаться за свои поступки. Не в пример некоторым. Которые и в двадцать не ведали, что творили.

– Если что, то я спас тебя! Ты моя должница. Ася Есенина.

– Что здесь произошло? – старательно выговариваю, хватая за руку дочь.

– Ай! Бубо! – показывает, чтобы отпустила.

– Прости-прости! – сама скукоживаюсь от фантомной боли.

– Котик залез на дерево за птичкой. Мяукал. Не мог слезть. Прямо на ветке у нашего балкона. Ну, Милка оделась и побежала из дома, спасать рыжего.

– Вон он! Котенок, – заверещала дочь, и мы разом обернулись.

– Серьезно? По-твоему, это котенок? – едва сдерживаюсь, чтобы не повысить голос. – Да этот рыжий прохвост размером с двухмесячного тигрёнка!

– Всё равно котёнок, – спорит со мной дочь. – Ты на его глазки добрые посмотри!

– Так-то ты из-за этого пузана чуть с дерева не упала, – снова в разговор встревает бывший.

Раздражающий. Ненавистный. Бесящий.

И такой красивый и самоуверенный, что хочется снова поднять глаза и взглянуть на него.

– Ма-ам, дядя нас спас. Тетя в очках хотела забрать нас с собой. Говорила, что будет опекать, раз ты не можешь. Но дядя из красивого джипа с синими глазами сказал, что мы с ним! – тараторит сын, – пока я безуспешно пытаюсь пригладить его светлые длинные вихры.

– Это так? – бросаю на Дема взгляд сверху вниз. Вернее, смотрю на него как учительница на экзаменуемого.

Кивает.

Едва сердце перестает колотиться как бешеное и я понимаю, что опасность, связанная с детьми, осталась позади, как до меня доходит главное.

– Демид, что ты здесь делаешь? Только не говори, что мимо проезжал.

– Я… по поводу работы, – выдавливает едва слышно.

– Вот как, – перекладываю тяжелый пакет с продуктами из руки в руку. Поглядываю на холеного мужчину.

Нет! Этот никогда не догадается помочь.

– Мамуль, давай я пакет донесу, – предлагает сынок, пытаясь отнять у меня сумки.

– Держи, – отдаю тот, что полегче.

Большой процессией двигаемся к подъезду, где по-прежнему толпятся старушки.

– Ася. Ты снова детей одних оставила? – одна из женщин делает шаг вперед. – Если они подожгут наш дом, мы тебя со свету сживем!

– Я не оставляю спички детям. У меня всё лежит на правильных местах, – оправдываюсь на автомате.

Дочка вприпрыжку бежит за мной. Перепачканное лицо, огромные синие глаза. Светлые брови и порхающие темные реснички.

Соседки отчитывают меня при детях и Демиде. Краснею от стыда и бессильной злости.

– У нас теперь есть папа! – заявляет моя Стрекоза бабулечкам у подъезда, и для пущей убедительности подталкивает к ним Звонарева.

– Прекрати! – дерзкое поведение дочери оправдано самозащитой. Но я-то знаю, что это вызовет еще больше кривотолков. Если кого-то не любят в подъезде, его будут обсуждать даже тогда, когда он оплатит всем коммуналку, выведет общедомовых тараканов и лифт отремонтирует!

Быстро подвигаемся вперед. Открываю дверь, пропускаю всех. Даже Демида. Слышу, как тетки судачат.

– Похож! Его дети.

– Нет! Они светлые, а у него темные волосы.

– Так, у Аськи волосы белые!

Люди. Ау! Неужели больше нечего обсудить? Бессильно опускаю руки. Бесполезно их осуждать. Придомовые сплетни – это что-то родное, спаянное с домом, как придомовая территория. Вроде можно жить без, но не получится.

Поднимаемся в квартиру.

– Извини за Милу. У нее буйный темперамент. Богатая фантазия. Она дерзкая.

– Догадываюсь, откуда ноги растут, – усмехается Звонарев. Заставляя меня вздрогнуть.

– Да. Свободное воспитание на Гоа дает о себе знать. Ничего. Я всё исправлю.

– Я другое имел ввиду, – изрекает деловито бывший, осматривая кухню.

Улыбаясь, включаю плазму, висящую над столом.

– По поводу работы. Я тут подумал. У тебя же дети… Им нужен уход, воспитание. А тебе зарплата и работа. Так?

Не понимаю, куда гнет Дем, многозначительно осматривая меня.

– И-и?

– Есть мысль о работе. Но придется переехать ко мне в дом.

– К тебе?..

– Эм… У меня есть невеста, – выпаливает и смотрит в упор. Сканирует. Пытаясь понять, какое впечатление произвел на меня. – Так что это не то, что ты подумала.

Я ничего не подумала! Дем, ты переоцениваешь свое влияние на меня.

Это семь лет назад мое сердце разорвалось, когда Лидия объявила о твоей помолвке с богатой дрянью.

– Какая работа?

– Смотреть за домом.

– Я не уборщица. Не горничная, как моя мама. Ты всё неверно понял! Убирайся!

Дем насупился.

– Ася! Я хотел как лучше! Неуемную энергию твоих детей надо куда-то применить. Твоим сорванцам лучше расти на природе. Там будет тебе и им хорошо! Тем более, мы со Светой уезжаем. Работы будет мало. Не перетрудишься. Смотреть за домом, смахивать пыль, смотреть кино, нежиться в джакузи. Дети вдоволь накупаются в бассейне, а ты за это время сделаешь у себя ремонт. Я дам аванс.

– Бассейн? – в дверях материализуются двойняшки.

– Мама! Соглашайся!

Отмалчиваюсь. Слишком лакомое предложение, чтобы так просто отказаться.

С чего бы Звонарь так расщедрился? Может, совесть проснулась?

Вряд ли!

– Подумай до завтра. В восемь утра заеду за вами. Если спуститесь к машине, значит, согласны. Нет. Значит, нет, – широко разводит руками и уходит, хлопая дверью.

– Мамуля! Поехали!

– Ма-ам! Соглашайся!

Кусаю ногти. Что это было. Дем предложил мне место уборщицы в своем доме?

А еще у него есть невеста. Света…

Даже не знаю, что меня больше задело. Но плачу от жалости к себе.

Глава 6

Демид

Возвращаюсь домой затемно. Двухэтажный особняк горит и светится огнями, как в новогоднюю ночь. Свет включен повсюду! Возле бассейна играет громкая музыка. Раздаются заливистые голоса.

Спешно направляюсь во внутренний двор, где встречаю младшего брата – блогера Илюху и его подружек – то ли блогерш, то ли светских львиц. В наше время не разберешь, кто есть кто. Границы размыты.

– Девочки, вам пора! – показываю на выход. – Папочке завтра рано вставать, – указываю на себя.

– Да, ладно. Вы еще молодой!!!

– Чего ты такой нудный? Время детское! – упирается брат, чьи планы я явно сломал своим вторжением.

– Вставать очень рано. Уезжаем, братишка, – хлопаю младшенького по плечу.

– Командировка? – недоуменно смотрит. – Берешь меня?..

Не отвечая, разворачиваюсь, захожу в дом.

Уже полночь, а еще надо так много сделать! Собрать вещи. Переехать в городскую квартиру. Договориться с домашним персоналом, как будем «жить» следующий месяц, чтобы дом остался целым и невредимым.

Главное, надо «найти» Светлану…

В нерадостных мыслях открываю холодильник, выуживаю на стол холодное темное пиво и бургер.

Всё это не моё! Похоже, блогеры заказали себе ужин. В данный момент для меня жирная и неправильная еда – в самый раз.

– Облом Обломыч! – в дом вваливается младший Звонарь. Брату недавно стукнуло двадцать три. Наглый. Самоуверенный. Блогер. Метр девяносто. Качок. Красавчик с русой шевелюрой и синими глазами.

– Копец! – взмахиваю руками как итальянский барон. – Почему ты ошиваешься у меня?! Вали к себе, – рычу гневно.

Так-то я не злюсь, только вид делаю. До этого дня меня устраивало общество любимого братишки. После смерти отца и отъезда матери, мы сблизились.

– Звонарь, в чем дело? – младшенький падает на софу, раскинувшуюся в углу.

– Ты должен собрать вещи. Немедленно. Взять такси и свалить к себе!

– Не мути воду. Ты же знаешь, что мне клипы надо снимать! Свежий воздух и природа этого места благоволят делать это именно здесь!

– Если не в состоянии продолжить ремонт своего дома, сними коттедж. По карману найди. Чтобы ипотека и аренда совместно не сожрали твои доходы. Учись жить!

– Та-а-а-к! – взрослый детина, сидящий напротив меня, широко расставив ноги, кусает обветренные губы. – Бабу нашел? А чо раньше не предупредил?! Мы же договаривались.

Ворот рубашки так сильно жмет, что я расстегиваю все пуговицы и скидываю рубаху вместе с пиджаком. Небрежно бросаю вещи на стул.

– Серьезно? Не повесил вещи в шкаф? – малой недоуменно трет рукой лоб.

– У меня проблемы… – отвечаю честно. В конце концов, Илюха единственный мне родной и близкий человечек. Был. Похоже, появились ещё двое…

– Это я понял! Если ты брата родного выставляешь из дома посреди ночи, значит, залет с бабками или хуже… баба! – понимающе кивает и делает большой глоток из банки.

– Помнишь тетю Алю, горничную из нашего дома? Дочка у нее красивая блондиночка была.

– Аська?

Киваю.

– Такую фиг забудешь. До сих пор тремор во всех конечностях, – подмигивает, – как вспомню её фигурку у бассейна.

– Так! Это забудь!

– Чует мое сердце, проблема не в тете Алевтине, а в ее дочке, – хохочет братишка, изображая руками буфера.

– На себе не показывай. И в целом веди себя подобающе по отношению к Асе! – гаркаю на него.

– Какого черта здесь происходит?..

– Ася завтра приедет в этот дом. Типа, работать горничной. На месяц. Поэтому она не должна видеть твоих сисястых девах. Ну и тебя заодно. Нечего тебе здесь маячить со съемкой, когда в доме будут проживать двое шестилетних детей.

– Детей? Серьезно? На черта в нашем холостяцком поместье дети? А зачем нам десятая горничная? Своих дофига!

– Так надо! – рявкаю, глядя в темное окно, в котором отражаются фонари возле бассейна. – Ещё есть одна проблема. Нужна невеста по имени Света…

– Кому? Я точно жениться не собрался!

– Я тоже! Но Асе сказал, что у меня есть невеста. Так что, придется предоставить «материал».

Илья резко поднимается, идет ко мне.

– Чо делаешь? – повышаю на него тон, когда он прикасается огромной ладонью к моему лбу.

– Температуру измеряю, – отвечает спокойно, без тени улыбки. – Если ты хотел снять бабу, то почему так сложно-то? Не пробовал подарить чего-нибудь. Шубку, квартирку?

– Паяц! Мать твою!

– Заяц?!

– Паяц! Открой любимый Гугл, он переведет умные слова на твой сленг.

– Звонарь, ты не ответил. Зачем девушку устраивать к нам горничной? А нам выметаться из дома и жить где попало?

– У нее дети. Им нужен свежий воздух. Асе надо успеть сделать ремонт в квартире до первого сентября!

– Ой-ой! Тормози! Мы здесь причем? А-а! Дошло. Участвуешь в каком-то проекте. Хайпуешь?

– Нет!!! Дети, кажется, мои…

– Девочка? Мальчик?

– Оба! Двойняшки они. Понимаешь, внешне копии Аси, но глаза, как у нас с тобой. Один в один.

– Ну, мало ли у кого глаза похожи! Не психуй. Может, обойдется! – успокаивает брат.

– Черт! Как ты не понимаешь?! Не хочу, чтобы обошлось! Хочу, чтобы дети моими оказались! Тогда смогу вернуть Есенину.

– Ладно-ладно, – отходит подальше. Опирается о подоконник пятой точкой, замирает, сканирует меня.

– Долго будешь молчать? Что думаешь обо всём этом? – как всегда спрашиваю совет у малого. Всегда так. Делаю по-своему, но его мнение учитываю.

– Что же получается, вы с Аськой прямо в нашем доме? Того…

– Понятно. Тебя заботит только эта сторона вопроса. Иди… Собирай вещи!

– А ты с ней останешься?!

– Нет! Я сказал, что мы со Светочкой уезжаем в отпуск.

– Копец! Вот ты усложнил себе жизнь, братан! Я-то тебя умным всегда считал! Думал, это я отпетый блогер. А ты у нас голова! Хочешь вернуть женщину и говоришь ей, что женишься на другой. Умно!

– Так вышло! – огрызаюсь в ответ.

Спустя час машина брата выезжает из гаража. Илья открывает окно водителя, бросает мне:

– Если это мои племянники, я быстро вычислю. Без всяких тестов ДНК!

– Не приезжай сюда!!! – гляжу на него угрожающе, но в темноте ночи брат не видит.

– Сам решу… – младший Звонарь дает по газам, и его машина выруливает из ворот дома.

А я сбрасываю брюки и иду к бассейну. Надо проплыть пару дорожек туда-обратно, чтобы прочистить мозги.

Глава 7

Ася

Семь с половиной лет назад

– Асенька, ты учись детка. Справлюсь сама, – мама плачет, безуспешно пытаясь скрыть от меня слезы, чтобы я не поняла, насколько серьезна ее болезнь.

– Ма-ма! – обнимаю ее за плечи. – Я молодая, но не глупая. Справлюсь со всем – с учебой, твоей работой.

– Нельзя тебе сейчас отвлекаться. Всё-таки, пора выпускных экзаменов, – говорит тихо и виновато.

– Тебе нельзя нервничать и много работать, – спорю с ней. – А твои работодатели – изверги! Ни стыда, ни совести! Не отпускают на операцию. На сердце! Ты озвучила им свою просьбу об отпуске? Объяснила причину, – требовательно смотрю на маму. Конечно, моя злость адресована не ей, а зажравшемуся Звонареву! Хозяину мира, полей и сельскохозяйственных банков.

– Как же я скажу, милая. Хозяин в отъезде, а молодая жена слушать не хочет. Уволит же! Тогда мы за последний семестр твоей учебы не сможем заплатить.

– Какая ты у меня добрая и наивная. А Лида в курсе, что мы знаем о ней такое, что у ее мужа волосы на голове выпадут, когда он услышит от нас правду?!

– Милая, – мама срывается в плач. – Шантаж всегда плохо заканчивается. Я не хочу, чтобы ты сгубила свою жизнь.

– Ладно-ладно. Молчу, – глажу маму по светлым шелковистым волосам с проседью.

Старшей Есениной сорок, и она давным-давно запустила себя, даже волосы не красит. Но у нее по-прежнему хорошая кожа, красивые зеленые глаза и я считаю ее женщиной достойной кисти художника.

Недавно наш привычный мир изменился. Треснул на две неравные части, когда маме поставили неутешительный диагноз. И сейчас она нуждается в срочном шунтировании. А работа горничной не позволяет отлучиться из дома даже на день!

– Я справлюсь, – успокаиваю ее.

Спустя день мама ложится в больницу, а я отправляюсь в огромный особняк Звонаревых.

Надеюсь, всё пройдёт спокойно и мне удастся поговорить с Демидом, старшим сыном хозяина. Парень мне безумно нравится. И между нами давно вспыхнула большая любовь. Только мы прячем ее ото всех. Особенно, от его мачехи Лиды и младшего братишки Ильи.

Никому не следует знать раньше времени о романе дочери уборщицы и хозяйского сынка.

Мы же не в бразильском сериале, а в реальной жизни.

Здесь нас – обслуживающий персонал – никто не пожалеет. Выгонят на улицу, не заплатив ни рубля.

В доме Звонаревых сегодня многолюдно, и я скольжу тенью по комнатам. Сливаюсь со стенами. Этому научила мама – быть незаметной, когда убираешься.

– Асенька! Суббота, десять вечера! А ты всё работаешь! Так нельзя! Шла бы домой, – Лида бросает на меня полупьяные взгляды. Прищуривает карие глаза, прикусывает нижнюю губу. Явно пытается понять, отсканировать, как много я знаю о ней.

– Уже заканчиваю, – улыбаюсь, моргая уставшими глазами. Прогибаюсь в спине и вытягиваюсь в тонкую струнку.

Мне восемнадцать, но даже я жутко устаю на этой работе. Представить не могу, откуда у мамы так много сил и решимости, чтобы тащить на себе огромный дом, да еще и с привидениями.

– А Демид сегодня задерживается?.. – спрашиваю, как бы между прочим. Но получается топорно, в лоб.

Лида усмехается.

– Крошка. Зачем тебе эта информация?

– Я думала, может убрать в его комнате, пока его нет? Он же не позволяет посторонним касаться вещей. Бесится. Даже пылесосит у себя самостоятельно.

– Демид сегодня ночует у своей девушки! У невесты… – демонстративно нарочито произносит Лида.

С обидой скручиваю в руках салфетку. Знаю, никто не поверит, что я просто люблю Демида, и меня не интересуют его деньги. Нисколечко.

Я не дура. Знаю, что мы из разных социальных кругов. Он – Демид Звонарев, внук магната, сын долларового миллионера. А я – всего лишь хорошенькое личико, сексуальная фигурка, дочь уборщицы.

Но так вышло, что социальное неравенство не стало преградой для нашей любви.

Я полюбила Демида за живой ум, за красивые глаза. Синие-пресиние как Марианская впадина… А еще нам интересно вместе. Дем на два года старше меня, ему двадцать, и он полон энергии и желаний, также как я.

– Езжай домой! – требует Лидия, фактически выгоняя меня ночью из дома.

– Но… я думала, что останусь ночевать в комнате, где обычно спит моя мама.

– Нет! Неуместно молодой девушке оставаться в одном доме с парнем. Одно дело, женщина и другое дело, сочная девчонка!

– Но я… – спорю мягко.

– Уходи. Не порочь имя Демида Звонарева! – выплевывает в меня порцию яда царица серпентария.

Что это с ней? Давно мачеха Звонаревых не вела себя так отвратительно со мной. Что я ей сделала? Почему именно сегодня? Ей всегда были безразличны сыновья мужа. И вдруг она озаботилась их репутацией. С чего бы?

Конечно, я не нравилась темноволосой кобре с первого дня. Слишком красивая. Чересчур молодая и крайне бедная. Адская смесь для предполагаемой девушки звездного отпрыска.

Разрываю зрительный контакт с женщиной. Обещаю себе, что не позволю богачке так разговаривать с собой.

Я ведь сразу знала, мне здесь не будет доверия.

Я для них чужая, не из их круга. Все дела.

Сегодня в моей жизни впервые наступил момент, когда пожалела о том, что согласилась стать невестой Звонарева. Я бьюсь тут за нас. А он даже не соизволил приехать вовремя!

Вся в слезах выбегаю из дома. Охранник предусмотрительно открывает ворота, выставляя меня на темную улицу. Где почему-то не горят фонари.

– Прыгай… – слышу визг тормозов и хриплый голос Прохора.

– Я на автобусе!

– Дуреха. Как ты по темному поселку пойдешь в коротком платье?

– Я не… такси вызову, – нервно трясу головой.

Нервы на пределе. Жутко тошнит, как и всю последнюю неделю.

По темному взгляду Прохора понимаю, что у него очень плохие намерения. Но какие именно, думать не хочу…

– Садись, – ловит за руку, бросает на заднее сидение в автомобиль.

– Выпусти меня! – тарабаню по пассажирскому сидению, пока Проша везет в неизвестном направлении.

Дрожу как осиновый лист. Мне действительно холодно. Сентябрьская ночь не сулит тепла. А еще страшно. Этот мужчина меня пугает.

Ищу мобильный телефон.

Боже! Он пропал. Его просто нет. Пусто.

Амбал давит на тормоза посреди темной дороги.

– Приехали!

– Что?.. – не успеваю среагировать, как мужчина выставляет меня из машины. Тащит на обочину дороги.

– Не трогайте меня, – плачу на беззвучном режиме.

– Ты мне не нужна, – говорит безэмоциональным тоном. – Не я свожу с тобой счёты! – поспешно возвращается в авто. Садится за руль, бросает на дорогу мой телефон. – Забирай!

Тут же раздается звонок. Отвечаю поспешно.

– Демид…

– Где ты? Какого черта? – на меня с экрана глядят потемневшие от бешенства глаза моего парня.

– Я…

– Ненавижу тебя!..

Глава 8

Ася

Настоящее

Я мечтала жить в большом красивом доме с того самого дня, как впервые приехала в дом, где работала мама. Десять лет прошло. Сегодня наконец моё желание сбылось.

Меня пригласили жить в особняке, где смогу наслаждаться жизнью и искать работу. Целое лето! А еще контролировать процесс ремонта в собственной квартире. Ложка дёгтя в безоблачном счастье. Всё как обычно.

Звонарев забрал нас утром, как обещал. Не совсем он. А его водитель. Что меня нисколько не удивило. Дем как обычно занят. Как всегда опоздал.

Водитель останавливает авто у ворот великолепного особняка. Ждем автоматического открытия дверей, но дети не выдерживают, распахивают самостоятельно дверцы, которые уже успел разблокировать торопыга-водитель, и вылетают пульками на улицу.

– Ма-ма! Бомба! – кричит Мила и охранники вздрагивают. Поворачивают бритые головы. Что. Где?

– Мила! Не бомба, а бомбически! Сколько раз повторять? Говори слова правильно, не пугай людей, – переживаю за нервную систему окружающих

Хотя… Пусть привыкают. Это цветочки, ягодки впереди.

С той свободой, которую дети уже учуяли около этого дома, без ограничений четырьмя стенами многоэтажки, их буйная фантазия только расцветет! Вспоминаю старый фильм, где турист наступает на бабочку в прошлом, в результате в настоящем деревья и растительность смели всё на своём пути!

Вздрагиваю. Ёжусь.

Эх! Была бы возможность установить на двойняшках трекеры! Чтобы отслеживать не просто передвижения, а ежесекундные поползновения. Что в руках, в ногах. Что сейчас разбивают. Куда лезут.

А лучше сразу датчик, чтобы фиксировал их помышления и замыслы.

Хопа! И срабатываешь на опережение. Не даешь им набедокурить.

Водитель достает из багажника чемоданы – два огромных – моих, и два маленьких цветных, принадлежащих детям.

Мила и Миша просовывают маленькие светлые головки между прутьями высоченных ворот. Радостно и немного визгливо верещат. Охранники лишь переглядываются между собой. Пожимают плечами.

Но я-то слышу, как в воздухе звенит напряжение.

Забавно.

Чтобы сохранить этот дом в первозданном виде, надо к каждому из Есениных приставить по охраннику. Почет и уважение.

Пытаюсь взять чемодан за ручку, но грозный страж показывает, чтобы шла вперед налегке.

– Идём! – зову своих дикарей, и толкаю калитку для пеших.

– Извините, – моя наступает на ногу одному из амбалов, и спешит за мной.

Но другой охранник хватает малышку, поднимает так высоко, что ее лицо оказывается на уровне его глаз-бусинок.

– Обещаю… – рычит угрожающе, – если хоть один цветок погибнет на любой из клумб, тебе несдобровать!

Моя не пугается. Наоборот. Вращает головкой как флюгером, пытается на пальцах пересчитать клумбы с цветами. На всякий случай загибает крохотные пальчики с ярко-алым лаком.

– Здесь триллион клумб и миллион цветов. Как ты сосчитаешь???

Ой-ой! Моя синеглазка точно задумала недобрую игру. Зря этот тупой баран ей угрожал. Его ждет жестокая мстя.

– Привет! – слышу мужской красивый баритон. Оборачиваюсь и недоуменно гляжу на высокого красавчика-качка с синими глазами и светло-русыми волосами. На мужчине оранжевая дерзкая майка и синий комбинезон с оранжевой надписью «садовник».

Охранники смотрят на него, прыскают со смеху.

– Я главный по розам! – парень протягивает мне огромную ладонь. Сжимаю слегка пальцами. Она у него теплая и очень гладкая. Будто парниша никогда физическим трудом не занимался.

– Илья, – представляется садовод. – Живу, работаю здесь. А вы стало быть, Ася. Горничная, – глаза парня ползут по моей груди. – Ничо так. Зачетно! – А это Тимон и Пумба? – молодой мужчина внимательно разглядывает моих детей.

Еще бы микроскоп принес или сканер.

– Реально похожи… – трет пятерней светлые волосы и водружает на голову кепку с козырьком.

– Мои дети похожи на кабана-бородавочника Пумбу и мартышку Тимона? – готова оттаскать парнишу за уши.

– Мамуля, не глупи! – выдает моя. – Быть похожими на Тимона и Пумбу не так уж плохо!

– Ладно, – быстро сдаюсь.

– А вот и Ася! – из дома на всех парах выносит Демида. За его спиной застыл недовольный домашний персонал… С вещами. На выход.

Истерично и загнанно смеюсь. Если сейчас все уедут. Все, кто хоть что-нибудь смыслит в уборке. То этот большой красивый дом ожидает неминуемая катастрофа. Потому что я одна точно не справлюсь!

Всхлипываю.

– Что-то случилось? – ко мне устремляется Демид.

– Нормально, – отвечаю невнятно.

Наплевав на мои слезы, Звонарев продолжает радостную встречу. Дает указания по работе и проживанию в доме.

– Взрослый бассейн не для детей. Запрещено. Впрочем, вы уже и не сможете, там сетку натянули рабочие. А для вас, малышня, вон тот океан, – Звонарь тычет пальцем в голубой надувной предмет. То ли матрас, то ли утку.

Дочь ревет. Сын фыркает.

– Не будем в этой луже купаться!!!

– Ну, тогда джакузи! Крутые пузырьки, пена! Кайф! – быстро ориентируется садовник, и хозяин дома одаривает его жутко злым взглядом.

Продолжить чтение