Читать онлайн Борджа – демоны эпохи Возрождения бесплатно
![Борджа – демоны эпохи Возрождения](/b/img/big/97847.jpg)
© Ирина Терпугова, 2023
ISBN 978-5-0060-8127-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Пролог
Династия Борджа – эта фамилия стала синонимом распущенности, коррупции, симонии, интриг и ряда других преступлений. Про Борджа написано немало книг и снято фильмов, но все ли в них правда? Скорее всего, этого мы уже никогда не узнаем. Представители этого испанского клана доминировали на итальянской сцене в XV—XVI веке и оставили после себя неприглядную славу. Их обвиняют в разврате, инцесте, непотизме, кровавых убийствах, отравлениях и даже в предполагаемом братоубийстве. Несомненно, они совершили много жестоких преступлений, но кто их не совершал? В любые века и времена всегда существовали убийцы, маньяки, воры, мошенники и другие преступники. Так было в Древнем Риме, Древней Греции и Этрурии, так было в эпоху Средневековья и Возрождения, то же самое происходит и сейчас.
К тому же в истории семьи Борджа, как и в истории многих других династий, есть ряд малоизвестных эпизодов, которые часто преувеличивали их противники. Многие преступления не доказаны: отсутствуют документы, записи современников и свидетели. Это похоже на игру в испорченный телефон: один сказал что-то, другой повторил и приукрасил, третий повторил то, что сказал второй, и добавил ещё что-то от себя. В художественной литературе есть много художественного вымысла, не говоря уже о кино – там больше половины фактов часто намеренно искажают. Как же все было на самом деле? На самом деле мы никогда не можем точно быть уверенны в том, как все было на самом деле.
Например, нам хорошо известно о многочисленных внебрачных детях Римского папы Александра VI Борджа, которых он продвигал по карьерной лестнице. Но у многих пап были незаконнорожденные потомки, которых Святые отцы чаще всего официально признавали как племянников. Племянник по-итальянски: нипоте (nipote), отсюда происхождение термина: непотизм – раздача привилегий и должностей близким родственникам и друзьям в независимости от их профессиональных качеств. Этим грешили не только члены династии Борджа – практически любой понтифик после своего избрания сразу же стремился пристроить своих родственников на теплое местечко.
Внебрачные дети были у пап Сикста IV, Климента VII, Павла III, Юлия II, Иннокентия VIII и многих других первосвященников. А уж сколько было незаконнорожденных потомков у благочестивого папы Пия II – этого он, похоже, и сам не знал. Некоторые из пап тщательно скрывали это, но правда всегда выплывала наружу. И, как ни странно, это не считалось каким-то страшным грехом несмотря на то, что католические священники всегда должны были и до сих пор должны соблюдать обет целибата. Очевидно, в те времена люди просто привыкли к тому, что у любого Римского папы обязательно есть хотя бы один внебрачный ребёнок. Редко кто из них отличался особой добродетелью, разве что тот, кто страдал мужским бессилием.
Родриго Борджа любил своих внебрачных детей и был к ним очень привязан. Особенно он был близок с сыновьями Чезаре и Хуаном, и с дочерью Лукрецией. Но была ли на самом деле любовная связь у папы Александра VI со своей дочерью, или у Чезаре Борджа со своей сестрой, как утверждают их современники – не доказано и маловероятно. Лукреции приписывают многие грехи, обвиняя её в разврате и отравлениях. Но, скорее всего, это обычные сплетни тех людей, которые завидовали её красоте и незаурядному уму. А на самом деле Лукреция Борджа была просто пешкой в игре её отца и брата. Французский писатель Александр Дюма пишет: «Чезаре и Лукреция были фаворитами папы Александра VI Борджа и все трое составляли дьявольскую троицу, которая правила в течение 11 лет на папском престоле и была кощунственной пародией на небесную троицу».
Кто не без греха – пусть первым бросит в меня камень. Не судите и не судимы будете – очень мудрые фразы из Библии. Кто сам грешит – тот обвиняет других в тех же самых грехах. Конечно, Борджа никогда не были белыми и пушистыми, но и других персонажей – их современников, предшественников и последователей тоже можно обвинить во многих преступлениях против человечества. Так Римский папа Сикст IV и его племянник или, может быть, внебрачный сын Джироламо Риарио, были замешаны в убийстве Джулиано Медичи во Флоренции. У Климента VII скорее всего был внебрачный сын Алессандро, хоть он тщательно скрывал его происхождение и записал, как сына своего двоюродного племянника Лоренцо. В эпоху понтификата Льва X особенно процветала продажа индульгенций – отпущение грехов за деньги. Александр VI Борджа, в отличие от других понтификов, в открытую признал отцовство своих незаконнорожденных детей и не скрывал их происхождения.
Коррупция, продажа индульгенций и церковных должностей, разврат, отравления и убийства – все это процветало испокон веков в папской курии, редко кто из Святых отцов вел аскетичный и безгрешный образ жизни. В XV веке Тосканский писатель и гуманист Поджо Браччолини неоднократно пытался вытащить на свет божий все грязные секреты Ватикана. Он атаковал своими памфлетами священников, которые интриговали и манипулировали людьми с помощью денег. Однажды один из кардиналов сказал ему: «Если вы хотите добиться успеха – забудьте о благодетели и практикуйте порок так часто, как только сможете. Тогда Римский папа это оценит».
«Современники и потомки сделали из них чудовищ, способных на всякого рода мошенничества и подлости. На них вылили реки желчи, а не чернил» – так пишет о членах династии Борджа итальянский журналист и писатель Роберто Джервазио.
Главными героями этой книги являются:
Каликст III – Римский папа с 1455 по 1458 годы, в миру Альфонсо Борджа.
Александр VI – Римский папа с 1492 по 1503 годы, в миру Родриго Борджа, племянник Каликста III. Его приемники Сикст V и Урбан VIII признают Родриго Борджа одним из самых противоречивых пап эпохи Возрождения.
Чезаре Борджа – внебрачный сын Родриго Борджа, герцог Валентинуа и герцог Романьи, принц Андрии и Венафро, граф де Дюа, правитель Пьомбино, Урбино и Камерино, капитан-генерал Святой церкви.
Лукреция Борджа – внебрачная дочь Родриго Борджа, в замужестве графиня Пезаро, герцогиня Бишелье и герцогиня Феррары.
Хуан Борджа – внебрачный сын Родриго Борджиа, 2-й герцог де Гандия и Сесса.
Жофре Борджа – внебрачный сын Родриго Борджа, князь Скуиллаче.
Святой Франциск Борджа – правнук папы Александра VI, 4-й герцог де Гандия, католический святой, член монашеского общества иезуитов.
Все они жили в эпоху Зрелого и Высокого Ренессанса, когда искусство достигло вершины своей параболы с творчеством Микеланджело Буонарроти, Леонардо да Винчи, Рафаэля Санти и других художников, скульпторов, архитекторов, писателей и поэтов. В те времена, когда Иоганн Гуттенберг изобрёл книгопечатание и отпала необходимость переписывать манускрипты вручную. Нужную литературу быстро печатали на разных языках и распространяли по всей Европе. В это время в Испании, наконец, закончилась Реконкиста – освобождение Пиренейского полуострова от мавров. Это было время, когда Колумб открыл Америку и рассказывал всем о новых, невиданных землях, откуда он привозил золото, табак, удивительных птиц – попугаев, и даже местных аборигенов, которых называли: индейцы потому что Колумб считал, что он нашёл острова Индии. До путешествия Христофора Колумба европейцы боялись Атлантики и называли этот океан: морем Тьмы. Только викинги плавали в Исландию, Гренландию и, возможно, в Канаду.
Когда в 1501 году Америго Веспуччи определил, что Колумб нашёл не новый путь в Индию, а новый континент – границы мира расширились. Главные торговые пути были уже не только в Средиземном море, но и в Атлантическом океане. А основными портами были больше не Венеция, Генуя и Неаполь, а Лиссабон, Севилья, Анверса, Лондон, Амстердам, Роттердам, Бордо. Понадобились новые инструменты для мореплавателей на дальние расстояния, нужные для того, чтобы измерять не только широту, но и долготу, и таким образом определять свое местонахождение посреди океана. Это спасло жизни очень многих людей. Исследования и колонизации новых земель стало очень популярным.
Это были времена, когда флорентиец Джованни Вераццано исследовал Северную Америку и пролив Гудзон. Когда португалец Фердинанд Магеллан совершил первое в мире кругосветное путешествие, во время которого он погиб. Когда Васко да Гама впервые доплыл до Индии морским путем через Атлантический океан – он обогнул Африку и открыл мыс Доброй Надежды. Когда начинается колонизация новых открытых земель и туда плывут миссионеры, чтобы обратить местный народ в христианскую веру.
Тогда, под влиянием всех этих открытий, привычное мировоззрение людей менялось. Вместо религиозной схоластики они начали изучать науки, античную философию и труды древних римских писателей. Тогда из-под земли на свет божий появлялись пролежавшие там почти тысячу лет старинные статуи, бюсты, остатки колонн и мозаик, гроты с прекрасными росписями на мифологические темы, с изображениями фантастических людей, зверей, птиц и уродливых масок. Тогда начали больше внимания уделять не божественной натуре, а человеческой.
В общем, это было удивительное время великих перемен и открытий.
Глава 1. Немного истории и жизнь Алонсо Борха
Борджа были родом из старинного испанского города Валенсия, основанного в 138 году до нашей эры древними римлянами на правом берегу реки Турия. Римляне назвали этот город: Valentia Edetanorium, что означает: сильный город едетани – так называли иберийское племя, которое жило в этой местности. В 75 году до нашей эры город был разрушен во время войны между двумя римскими политиками Гнеем Помпеем и Квинтом Серторием, после этого упадок Валентии длился ещё около 50 лет. Только к I веку нашей эры город восстановился после кризиса, но с III века снова наступил длительный период упадка в результате разрушения Валентии Визиготами и падения Западной Римской империи. В 711 году город захватили арабы и берберы, они переименовали Валентию в Балансия. Затем, после многих изменений, город приобрёл свою настоящее название: Валенсия.
При новых завоевателях Валенсия была значительно перестроена и постепенно превратилась в мусульманский город. В 1085 году она перешла под власть короля Альфонса IV Кастильского, но уже в 1102 году была снова захвачена мусульманами – берберским племенем Альморавидов. Власть арабов длилась до 1238 года, пока её не захватил Хайме I Завоеватель – король государства Арагон, расположенного в северно-восточной части Испании. Кроме Валенсии Хайме отвоевал у мусульман Балеарские острова и эмират Мурсию. Он управлял своими владениями в течение 63 лет, это считается одним из самых долгих периодов правления в Европе. С Хайме I начинается история династии Борджа.
Настоящая фамилия семьи произносится как: Борха, или Боржа по-каталански. Красивая легенда гласит о том, что они были потомками самого Юлия Цезаря – римского полководца и политика, который был наместником Древнего Рима в Испании. Но достоверно известно только то, что родоначальником этой династии был дон Эстебан де Борха – один из баронов короля Хайме I, который разделил земли Валенсии между своими подданными. Дон Эстебан получил крупный город Хатива и поселился там со своей семьёй и родственниками, которых кроме него было ещё 7. Все они носили ту же самую фамилию: Борха и от них пошли другие ветви этой династии.
Гербом Борджа является красный бык, который пасется на зеленом лугу. Это сочетание олицетворяет силу и мощь династии Борха, а также плодородие их земли, на которой они родились – то есть Каталонии. Многочисленное потомство дона Эстебана делилось на ветви, которые расселялись по всей территории Хативы. Из этого рода было много доблестных воинов, которые служили династии королей Арагонских. 31 декабря 1378 года в семье дона Хуана Доминго де Борха в Хативе родился сын, которого назвали Алонсо – это был будущий Римский папа Каликст III. В этот год началась Великая западная схизма – раскол католической церкви, когда были избраны сразу два Римских папы. Они оба объявили себя истинными претендентами на престол Святого Петра.
Раскол произошел после смерти Григория XI – последнего понтифика эпохи Авиньонского пленения пап. Так называют период с 1309 по 1377 годы, когда папская резиденция находилась не в Риме, а во французском городе Авиньон. Это случилось после смерти Бонифация VIII, который вступил в конфликт с французским королем Филиппом IV Красивым из-за непомерных налогов на духовенство, которые наложил монарх. В ответ на это Бонифаций VIII издал папскую буллу, в которой он грозился отлучить короля от церкви. Филипп IV не остался в долгу – он обвинил понтифика в ереси и симонии, то есть продаже церковных должностей. Но это Филиппу Красивому показалось мало и сторонники короля арестовали Бонифация VIII. А потом они избили его так, что Святой отец вскоре умер от побоев. Но есть другая версия, согласно которой французский король просто дал понтифику сильную пощёчину и тот скончался от стыда.
После смерти Бонифация VIII новым папой был избран Бенедикт IX. Он недолго задержался на престоле Святого Петра и через 8 месяцев был отравлен. Вновь собрался конклав и после долгих заседаний кардиналы избрали новым папой гасконского прелата Бертрана де Го. Он взял себе имя: Клемент V. Филипп IV пожаловал новому первосвященнику Авиньон, куда тот с радостью перенес свою резиденцию. С именами этого монарха и этого понтифика связана история истребления ордена тамплиеров и начало периода Авиньонского пленения пап.
Конечно, это был не настоящий плен. Все папы этого периода были французами и они тесно сотрудничали с королями Франции. В коллегии кардиналов, избиравшей новых первосвященников, тоже преобладали французы. Влияние пап на политическую жизнь в те времена уменьшилось по сравнению с XII—XIII веком, когда Римские папы противостояли преимуществу власти императора. Но внутри церкви их власть усилилась и они стали своеобразными «монархами». Только папы могли назначать на должность епископа и аббата, а не духовенство и монахи. Святые отцы контролировали все сферы духовной деятельности и пополняли папскую казну за счёт продажи церковных должностей и индульгенций – отпущение грехов за деньги. Везде нужны были свои люди, поэтому непотизм, или кумовство, как ещё называют это явление, процветал уже в те времена. Итальянский поэт Франческо Петрарка, побывавший в Авиньоне, называет в насмешку эту эпоху: «Вавилонское пленение пап».
Первую попытку вернуться в Рим предпринял ещё папа Урбан V, предшественник Григория XI и шестой по счету понтифик Авиньонского пленения – всего их было 7. Но из этого ничего не вышло и Урбану V пришлось через 3 года переехать обратно в Авиньон из-за сложной политической обстановки и постоянных бунтов в Риме. Следующая попытка была более удачной – папа Григорий XI вернулся из Авиньона в Рим под влиянием Святой Екатерины Сиенской. Он был первым из понтификов, который поселился в Ватикане – до этого резиденцией пап в Риме был Латеранский дворец. Григорий XI тоже был по национальности француз, как и его предшественники. В конце концов итальянцам надоело, что Святой церковью управляют иностранцы. Поэтому после смерти Григория XI, которая произошла 27 марта 1378 года, народ Рима требовал, чтобы следующим папой был выбран итальянец. Им оказался Урбан VI, в миру его звали: Бартоломео Приньяно. Новый папа был вроде итальянец родом из Неаполя, но этим городом в те времена управляла французская династия Анжу. Тогда впервые за век с начала Авиньонского пленения пап конклав проводился в Риме в замке Святого Ангела. Обстановка в городе была очень напряжённой, поэтому народ закрыл все городские ворота, чтобы воспрепятствовать коллегии кардиналов покинуть Рим.
Урбан VI был последний понтифик, выбранный не из кардиналов. До своего избрания он был архиепископом города Бари и даже не присутствовал на конклаве. За ним был послан гонец, который вызвал нового первосвященника в Рим. В это время слухи о том, что конклав выбрал папу, дошли до местных жителей. Но почему-то все римляне ошибочно решили, что эта роль досталась римскому кардиналу Тебальдески. Тогда ликующая толпа, по традиции, отправилась громить его дворец, а другие жители города вломились на конклав с ликующими воплями: «У нас папа римлянин!». Поднялся большой переполох, во время которого кардиналы потихоньку, один за другим, незаметно покидали замок Святого Ангела. К тому времени, как ситуация прояснилась, все кардиналы, кроме старого Тебальдески, успели сбежать из Рима. Несмотря на все волнения и протесты нового папу короновали 18 апреля 1378 года на троне перед собором Святого Петра. После этого торжественная процессия проследовала в Латеранскую базилику и с тех пор этот ритуал стал традицией.
Новый понтифик оказался вспыльчивым и высокомерным тираном, поэтому его правление вызвало большое недовольство среди духовенства. Он был одним из тех, кто полностью оправдал поговорку: «Из грязи в князи». Дорвавшись до власти, Урбан VI превратился в грубого и жестокого деспота, который сразу же нажил множество врагов. Это и привело к Великой западной схизме вскоре после его избрания на престол Святого Петра. Оскорбленные Урбаном VI кардиналы собрались в итальянском городе Ананьи, объявили папу незаконно избранным, и 20 сентября 1378 года начался новый конклав. В результате ещё одним папой был избран Роберт Женевский под именем: Климент VII, который предпочёл своей резиденцией Авиньон. Оба понтифика сразу же поссорились и предали друг друга анафеме. С этого момента и началась Великая схизма – раскол западной церкви, который длился до 1417 года.
Из Римской линии были папы: Урбан VI, Бонифаций IX, Иннокентий VII и Григорий XII, а из Авиньонской – Климент VII и Бенедикт XIII. Римского папу поддерживали и признавали Папская область, Северная Италия, Англия, Дания, Фландрия, Польша, Венгрия и Норвегия. На стороне Авиньонского понтифика были Неаполь, Сицилия, Шотландия, Франция, Арагон, Наварра, Савойя, Кастилия и Леон, Уэльс, Кипр. Остальные европейские государства или колебались, или разделялись пополам. Но ни тот, ни другой папа не хотели отречься от престола. Таким образом раскол продолжался.
В 1409 году в Пизе собрался вселенский собор католической церкви с целью: положить конец схизме. На него съехались множество кардиналов и епископов, но не было ни Григория XII, ни Бенедикта XIII. После долгих споров и дебатов вместо того, чтобы положить конец двоепапству, был избран третий папа – Александр V! Пизанский собор не только не устранил проблему, а наоборот усугубил раскол. Теперь за право быть признанным единственным и истинным первосвященником боролись уже 3 понтифика. Александру V не суждено было долго наслаждаться властью – он неожиданно умирает в Болонье в ночь с 3 по 4 мая 1410 года. Подозревали отравление, но ничего не было доказано. Его преемником становится бывший пират, ставленник флорентийской династии Медичи Бальтазар Косса под именем: Иоанн XXIII.
В 1414 году император Священной Римской империи Сигизмунд I Люксембургский и папа Иоанн XXIII собирают Вселенский собор в городе Констанц с той же целью – положить конец схизме. Констанцкий собор длился до 1418 года. В результате все 3 папы были низложены и 11 ноября 1417 года был избран новый понтифик Мартин V из римской династии Колонна. Григорий XII и Иоанн XXIII добровольно отреклись от папства и им вернули кардинальскую шапку. А Бенедикт XIII отказался отречься, поэтому он был предан анафеме, низложен и отлучен от церкви. Кроме того, на Констанцком соборе был приговорен к обвинению в ереси и сожжению на костре чешский проповедник Ян Гус и его сподвижник Иероним Пражский. Так закончилась Великая западная схизма. В этот период как раз рос в провинции Валенсия Алонсо Борха, первый герой этой книги.
Про его отца мало что известно, он был мелким землевладельцем и жителем сельской местности. Ещё меньше известно про мать Алонсо Франсину Ллансоль. Имя мальчика по-итальянски звучит: Альфонсо, он был единственным сыном в семье. Кроме него у его родителей были 4 дочери: Изабелла, Джованна, Каталина и Франческа. В детстве Алонсо сначала учился в школе Валенсии, где изучал искусство, грамматику, риторику и логику. Затем юноша продолжил обучение в университете каталонского города Лериды, где получил степень доктора гражданского и канонического права. Будучи ещё молодым студентом, Алонсо слушал проповеди знаменитого испанского монаха-доминиканца Винченцо Феррер. Однажды Винченцо услышал разумные рассуждения Алонсо Борха, тогда он приблизился к нему и сказал пророческую фразу: «Сын мой, в один прекрасный день вы будете призваны стать украшением своего рода и своей страны. Вы будете наделены высшим достоинством, которым только может быть наделен человек. А после моей смерти я буду объектом вашего особого почета». Много лет позже Алонсо Борха был избран Римским папой и канонизировал Винченцо Феррера – так сбылось это пророчество.
Свою карьеру молодой Алонсо начал с преподавания в университете Лериды, где читал лекции по каноническому праву. Затем он занялся дипломатической деятельностью на службе у королей Арагонских. В 1408 году, в возрасте почти 30 лет, Алонсо получил от папы Бенедикта XIII титул каноника епархии Лериды. В 1416 году каноник Борха побывал на Констанцком соборе, но не принимал участия в заседаниях – его покровитель король Алонсо V Арагонский выступил против решений собора. Вместо этого Алонсо отправился в Барселону на заседание Арагонской церкви. В течение всего периода своей службы молодой человек предпринимал все усилия для заключения взаимовыгодных соглашений между своим королём и Римским папой, которым после смерти Мартина V был избран венецианец Габриэле Кондульмер под именем: Евгений IV. Вскоре Алонсо Борха стал личным секретарем Алонсо V и тот доверил ему воспитание своего внебрачного сына Ферранте, будущего короля Неаполя. В 1429 году старания Алонсо Борха были достойно вознаграждены – он становится епископом города Валенсия.
Ещё в 1420 году Алонсо V Арагонского официально усыновила бездетная королева Неаполя Джованна II и провозгласила его своим наследником. Она тогда воевала с Людовиком III Анжуйским, претендентом на престол Неаполя в третьем поколении. Совместными усилиями Алонсо V и Джованны войска Людовика III были разбиты. Но власть Альфонсо в этом королевстве была шаткой и ненадежной. Вскоре он поссорился с королевой Джованной II и даже пытался её арестовать, но она сбежала. После этого нехорошего поступка Альфонсо Арагонского королева заявила о том, что она лишает его права на наследование Неаполитанского престола. Вместо него Джованна усыновила его врага Людовика III Анжуйского и объявила его наследником. Но Людовик вскоре умирает, и наследником престола становится его брат Рене Добрый, который был в плену на момент смерти королевы Джованны.
Воспользовавшись этим, Альфонсо Арагонский вновь захватил Неаполь и стал королем под именем: Альфонсо I. Когда Рене Добрый освободился из плена – началась война между королями, которая закончилась победой Альфонсо I. Тем не менее постоянные войны за власть расшатали позиции короля в Неаполе. Ему был нужен там свой человек, которому можно было бы доверять. Таким человеком был его личный секретарь Алонсо Борха – отличный политик, дипломат и юрист, который и отправляется в Неаполь. На него Альфонсо I мог спокойно положиться, к тому же у Борха был талант быстро учиться и легко приспосабливаться к новой обстановке.
Италия в те времена была раздроблена и состояла из отдельных государств, которые часто воевали между собой. На севере самыми сильными державами были герцогство Миланское, которым управляла династия Сфорца, Флорентийская республика, управляемая династией Медичи и Венецианская республика, где правили дожи. На юге кроме королевства Неаполя, которое занимало территорию нынешних регионов: Кампания, Базиликата, Апулия и Калабрия находилось также королевство Сицилия, которое тоже было под властью Арагонской династии. Между ними лежала Папская область со столицей в Риме. Рим тогда ещё не был таким огромным городом, как сейчас. Он во многом уступал Флоренции, Милану и Венеции.
По сути, Рим XV века – это была большая грязная деревня с кривыми узкими улицами, маленькими домами и римскими руинами, которые тогда вовсе не считались достопримечательностями. Это были бесплатные каменоломни, откуда каждый, кто мог, тащил камни, колонны и куски травертина для обустройства своих жилищ. Но, постепенно, город преображался благодаря тому, что туда к папскому двору стекались талантливые художники, скульпторы и архитекторы. В конце XV века в Риме жил молодой, начинающий скульптор Микеланджело Буонарроти. Там он оставил свои первые статуи: «Спящий амур» в коллекции кардинала Рафаэля Риарио, «Вакх» в доме своего друга Якопо Галли и «Оплакивание» в соборе Святого Петра. Микеланджело вернётся в Рим вновь расписывать потолок Сикстинской капеллы фресками. Правда, это будет уже после смерти папы Александра VI в начале XVI века. Тогда же в апартаментах Ватикана будет работать молодой, но уже известный художник Рафаэль Санти.
Но все это произойдёт потом, а пока что Рим оставался лишь местом, куда стекалось огромное количество паломников. За времена Авиньонского пленения пап Вечный город ещё больше пришёл в упадок: многие дома были разрушены, а храмы разграблены. Избранный на Констанцком соборе папа Мартин V поспешил в Рим, но его поездка затянулась на 3 года. Наконец, Святому отцу удалось добраться до Рима и он энергично занялся восстановлением Вечного города, а также установлением дипломатических связей с византийским императором Мануилом II, который просил помощи в борьбе против турок. Мартин V обещал отпущение грехов всем, кто примет участие в крестовом походе с целью защиты Константинополя и созвал новый Вселенский собор в Базилее в 1431 году. Но до открытия собора понтифик не дожил – он умер, разбитый параличом 20 февраля 1431 года.
Новый папа Евгений IV распустил Вселенский собор в Базилее, который начался в июле 1431 года, и созвал новый в Ферраре. Этот собор потом переехал и продолжил свою работу во Флоренции по приглашению Козимо Старшего Медичи. На Ферраро-Флорентийской унии была достигнута договорённость об объединении двух церквей: православной и католической, и об организации нового крестового похода против турок. Но эта уния не получила поддержки в восточной церкви и все решения собора сошли на нет. Большую часть своего понтификата Евгений IV провел во Флоренции, благодаря гостеприимству правящей там династии Медичи. В те времена он жил в апартаментах доминиканского монастыря Санта Мария Новелла и освятил новый кафедральный собор Санта Мария дель Фьоре. Евгений IV приложил много усилий для того, чтобы возродить былую славу Рима. Благодаря его стараниям в Вечный город приехали много выдающихся учёных, писателей, философов, гуманистов, художников, скульпторов и архитекторов. В 1431 году Евгений IV основал университет в Риме. К его чести, он был одним из редких понтификов, который никогда не был уличен в кумовстве.
Алонсо Борха до 1444 года жил в Неаполе, куда вскоре окончательно перебрался его покровитель король Альфонсо I. Благодаря своим талантам дипломата Борха добился того, что установил прочный союз с Римом. Таким образом его стараниями папа Евгений IV одобрил решение короля сделать наследником Неаполя своего внебрачного сына Ферранте – законнорожденных потомков у Альфонсо I не было. Остальные владения: Арагон, Валенсию, Каталонию, Сардинию и Сицилию унаследовал его брат Хуан. Ферранте Арагонский стал наследным принцем Неаполя, а Алонсо Борха получил за это кардинальскую шапку. После этого он перебрался в Рим и получил в свое попечение церковь Четырёх Коронованных Святых. Здесь его начали называть по-итальянски: Альфонсо Борджа.
В отличие от остальных кардиналов, которые строили роскошные резиденции и замки за городом, кардинал Борджа предпочел жить в скромном дворце недалеко от Колизея. Союз Альфонсо I с папой Евгением IV ещё больше окреп за последующие 3 года благодаря усилиям и мудрой политике Альфонсо Борджа. Святой отец нуждался в помощи армии Неаполя с тех пор, как его владениям начал угрожать миланский герцог Франческо Сфорца. Но в феврале 1447 года Евгений IV неожиданно умирает. Новым папой на конклаве был избран кардинал Томмазо Парентучелли родом из лигурийского города Сарцана. Он выбрал себе имя: Николай V.
Альфонсо Борджа посоветовал королю Альфонсо I не влиять на решения конклава, а остаться в стороне, чтобы не думали, что новый понтифик – его ставленник. Николай V пригласил в Рим императора Фридриха III, там он устроил ему пышный приём и короновал как императора Священной Римской империи. Церемония прошла в соборе Святого Петра. После окончания коронации Фридрих III, по традиции, поддержал стремя папы, когда тот садился на коня. Это символизировало признание главенства церкви над императорской властью.
После визита в Вечный город, благодаря усилиям кардинала Альфонсо Борджа, Фридрих III проследовал в Неаполь. Альфонсо I устроил ему не менее пышный прием, что подняло престиж города и самого монарха. Тогда король ещё больше оценил и облагодетельствовал своего умного секретаря. После этого к знаменитому дяде Алонсо в Рим начали съезжаться его племянники: сын Каталины, старшей сестры Альфонсо Борджа, Луис де Мила и два сына его младшей сестры Изабеллы – Педро Луис и Родриго.
Николай V активно занимался перестройкой оборонительных сооружений Рима, прокладыванием новых улиц и улучшением системы водоснабжения. Он стал основателем Ватиканской библиотеки, где в настоящее время хранится огромная коллекция ценных рукописей, заказывал произведения искусства художникам и скульпторам. В Рим по его приглашению прибыли работать архитектор Леон Баттиста Альберти, живописцы Беато Анжелико и Пьеро делла Франческо. Все они были родом из Тосканы.
Николай V собирал манускрипты с произведениями античных римских писателей: Светония, Ливия, Тацита, а также рукописи Священного писания. По его заказу были переведены с греческого на латынь «Илиада» и «Одиссея» Гомера. Николая V был первым понтификом, у которого появилась идея: перестроить собор Святого Петра, но он её так и не осуществил. Впоследствии этим занялся один из его преемников Римский папа Юлий II. При Николае V в 1449 году была окончательно закрыта Великая Западная схизма, когда последний антипапа Феликс V, избранный уже после Констанцкого собора противниками его предшественника Евгения IV, отрекся от папского престола.
1450 год был юбилейным и в Риме собралось множество паломников, которые заполнили местные гостиницы, постоялые дворы и монастыри. Они прибывали с разных концов Европы и говорили на разных языках, так что столица папской области напоминала древний Вавилон. Кроме пилигримов приехало множество больных и увечных, которые надеялись на чудесное исцеление: слепые, хромые, парализованные, больные подагрой, чахоткой, малярией, холерой и другими заболеваниями. Мест для ночлега не хватало, поэтому люди спали на улицах, на ступенях церквей, под портиками лоджий. Воды в колодцах тоже на всех не хватало и паломники использовали для питья воду из реки Тибр. Все больницы при монастырях были забиты больными до отказа.
И, как будто этого было мало, в Риме вспыхнула эпидемия чумы. Каждый день множество людей умирало от чёрной смерти прямо на улицах, а монашеские братства сбивались с ног, не успевая хоронить всех усопших. Папа Николай V уехал из Рима и 4 месяца укрывался в крепости городка Фабриано, не принимая никого, кто бы ни приехал из зараженного чумой города. Только осенью, когда чума и жара пошли на спад, он вернулся обратно в Вечный город и снова занялся неотложными делами. В 1452 году Святой отец начал процесс по реабилитации Жанны д'Арк, которая была сожжена на костре за обвинения в ереси и колдовстве.
В 1453 году произошло страшное событие, которое сильно потрясло всю Европу – падение Византийской империи. Она не устояла под напором турок, завоевавших Константинополь. Собор Святой Софии в Византии мусульмане превратили в мечеть и все решения Флорентийской унии по объединению западной и восточной церквей были отменены. Папе тогда пришлось срочно решать проблемы по организации отпора туркам. Он занимался этим последние 2 года своей жизни, но совершенно безрезультатно. Все его усилия не нашли поддержки в европейских странах.
Обратной стороной медали в это время было бегство в Италию греческих философов и гуманистов, которые заполнили местные университеты. Они привезли с собой ценные римские и греческие манускрипты, которые чудом удалось спасти и вывезти из осажденного города. Многие европейцы сочли все эти события предвестниками конца света. Конец света, конечно, не наступил, но угроза нападения турок нависла над всей Европой. Султан Магомед II после захвата Константинополя планировал продвигаться дальше и первым делом вторгнуться в Венгрию.
В это время над Николаем V возникла угроза покушения на его жизнь со стороны некого Стефано Поркари, который вообразил себя новым Брутом. Он счёл нужным избавиться от тирании папской власти и восстановить «республику». Поркари неоднократно устраивал заговоры против Николая V, но каждый раз был разоблачен и прощен. Последним его планом было собрать сотни вооруженных римлян и 6 января 1453 года осадить собор Святого Петра с криками: «Да здравствует свобода!» Затем он хотел сорвать папскую тиару с головы понтифика, а самого Николая V предать смертной казни. Но римляне остались равнодушными к этому плану и не поддержали Стефано. В конце концов заговор был раскрыт и терпение Николая V лопнуло. «Новый Брут» был приговорен к смерти путем повешения на башне замка Святого Ангела. Три дня спустя приговор был приведен в исполнение. Говорят, что перед смертью Поркари сипел изо всех сил: «О мой народ, ты позволяешь умереть твоему освободителю». После казни его тело было выброшено в воды реки Тибр.
Собор Святого Петра, Рим
Николай V умер 24 марта 1453 года. В капелле собора Святого Петра снова собрался конклав, на котором разразилась борьба между кардиналами за 2 кандидатуры: одну из них поддерживали князья Орсини, а другую – их противники Колонна. Это были древнейшие аристократические римские династии, которые воевали между собой ещё со времен гражданской войны XIII века между гвельфами и гибеллинами. Гвельфы были сторонниками преимущества власти Римского папы в Европе, гибеллины – сторонниками власти императора. Хотя времена гражданской войны давно прошли, но старая вражда между этими кланами продолжалась.
Из 15 кардиналов, заседавших на конклаве, было четыре испанца, два грека, два француза и семь итальянцев. Обстановка накалялась все больше и больше, никто из кандидатов не набирал нужное количество голосов. Как обычно бывает в таких случаях, было решено найти нейтрального кандидата. Он должен был обязательно быть старым и больным, чтобы долго не засиделся на престоле Святого Петра. После долгих заседаний, ссор и дебатов, 8 апреля 1455 года, во вторник после Пасхи, таким промежуточным понтификом был выбран 76-летний Альфонсо Борджа. Он как нельзя лучше подходил на эту роль: немощный, едва передвигающийся старик, больной подагрой и, по слухам, даже проказой.
Народ Рима был не очень доволен тем, что папой избран испанец. Но решение конклава было законным и его никто не осмелился его оспорить. Альфонсо выбрал себе имя: Каликст III в честь святого мученика, именем которого были названы самые известные раннехристианские катакомбы Рима. Так сбылось первое пророчество Святого Викентия Феррера, за которым вскоре последовало и второе. Через 2 месяца после своего избрания новый папа его канонизировал.
Понтификат Альфонсо Борджа длился всего 3 года, но уже в течение первого из них он твердой рукой навёл именно такой порядок в Риме, какой сам считал нужным. Альфонсо понимал, что времени у него мало, поэтому действовать нужно было быстро. Дожить до 76 лет в XV веке уже было чудо, редко кто достигал такого почтенного возраста. Поэтому Каликст III сразу же занялся устройством судьбы своих племянников несмотря на то, что перед коронацией поклялся не покровительствовать родственникам. Но клятвы для того и существуют, чтобы их нарушать. Сейчас у Альфонсо Борджа было гораздо больше возможностей, чем в те времена, когда он был кардиналом.
Таким образом двое из племянников понтифика: Луис Хуан де Мила и Родриго Борджа немедленно получили сан кардиналов. А третий, Педро Луис, остался мирянином, но получил титул губернатора замка Святого Ангела, генерал-капитана войск Святой церкви, герцога Сполето, губернатора городов Орвието, Терни, Нарни, Риети, Тоди и префектом Рима. Педро Луис тотчас же набрал новую гвардию для охраны крепости Святого Ангела, которая состояла из одних испанцев. Этим он вызвал гнев и злость среди итальянцев. Высокомерное и чванливое поведение племянника папы раздражало римлян так сильно, что они просто ненавидели его.
Всё больше испанцев проникало ко двору Каликста III и занимало все ведущие должности, вытесняя оттуда не только итальянцев, но и людей других национальностей. Позже Никколо Макиавелли назвал их: «мелкие воришки» за то, что испанцы пользовались своим положением и воровали по мелочи все, что плохо лежало. Кроме того, они говорили только на своём каталонском наречии, ввели моду на испанские костюмы и корриду, которую проводили на площади Святого Петра. Но особенно близко Каликст III приблизил к себе своего любимого племянника – 25-летнего Родриго Борджа, которого он обожал за его дружелюбие и интеллект, а также за смелость и твёрдость характера. Альфонсо назначил его сначала губернатором города Анкона в Марке, а спустя год – вице-канцлером папской курии.
Это был очень высокий пост для такого молодого человека, через руки вице-канцлера шли все денежные дела церкви: десятины, пожертвования, деньги от продажи индульгенций и церковных должностей. Несомненно, что-то с этого оседало в карманах кардинала Родриго Борджа, так он быстро стал одним из самых богатых людей Рима. После этого по городу поползли слухи о том, что Родриго является внебрачным сыном понтифика. Но это, скорее всего, неправда. Просто Альфонсо Борджа официально усыновил любимого племянника. Такой откровенный непотизм настолько возмутил римлян, что после смерти Каликста III они грабили и поджигали дома каталонцев.
Затем папа приложил все усилия для организации крестового похода против турок, и ему даже удалось собрать флот из 16 галер. Порт Рипа Гранде на реке Тибр превратился в настоящую верфь для постройки военных кораблей, за которой римляне наблюдали с удивлением. Понтифик смотрел на это уже из окна своего дворца – последние годы жизни он страдал от сильных приступов подагры и передвигался с очень большим трудом. Альфонсо Борджа совершенно не интересовался гуманизмом и античной литературой, поэтому для осуществления своей идеи крестового похода он распродал многие ценные манускрипты Ватиканской библиотеки и сокровища церкви. Папа не гнушался даже тем, что срывал и продавал серебряные переплёты рукописей.
Дошло до того, что Каликст III приказал сорвать и продать все самое ценное с античного саркофага, найденного недалеко от собора Святого Петра. Он не заботился о том, что, возможно, в этой могиле мог быть похоронен сам император Константин с одним из своих сыновей. Все изделия из золота и серебра, найденные в склепе, были переплавлены на монеты, которых никогда не было достаточно. За все это Каликста III прозвали: «папа-варвар». Потом Святой отец велел избавиться от золотой и серебряной посуды в своем дворце и пустить её на переплавку. Он заявил, что вполне может есть и пить из глиняной посуды. Каликст III обещал индульгенции всем тем, кто пожертвует деньги для крестового похода. Чем больше денег человек жертвует, тем ближе к Богу будет местечко в Раю, или меньше срок в Чистилище.
Но, как и в эпоху Николая V, его действия не получили поддержки среди европейских государей. Король Франции Карл VII даже запретил в своей стране распространение папской буллы о крестовом походе и отменил сбор десятины в пользу церкви. То же самое сделали и некоторые другие монархи, а герцог Бургундии собирал десятину, но складывал её в свой собственный карман. Единственным удовлетворением для папы стала победа венгерской армии над войском Магомеда II, который все-таки осуществил идею нападения на Венгрию в июле 1456 года. В честь этого события Каликст III установил праздник Преображения Господня, который католическая церковь отмечает 6 августа, в день снятия турецкой осады Белграда. Кроме того, папа ввел обязательный колокольный звон каждый день в полдень. Этот звон назвали: турецким.
Каликст III продолжил начатый Николаем V процесс посмертной реабилитации Жанны д'Арк и добился того, что она была полностью оправдана. В эпоху понтификата Альфонсо Борджа на небе появилась комета Галея, на которую папа, по-преданию, наложил анафему. Но документально этот факт не подтверждён. После появления кометы начался долгий период неурожая и голода, а потом в Риме произошло землетрясение. Суеверные люди сочли эти события как протест бога против избрания понтификом Альфонсо Борджа и против его действий относительно родственников и земляков, которым он раздавал должности направо и налево.
Под конец жизни Каликст III сделал попытку отобрать Неаполитанский престол у своего бывшего воспитанника Ферранте Арагонского чтобы отдать его своему племяннику Педро Луису, герцогу Сполето. Он мотивировал это тем, что Ферранте на самом деле является сыном не Альфонсо I, а какого-то мавританского слуги. Но понтифик не успел довести это дело до конца – он скончался 6 августа 1458 года после долгой агонии в возрасте 79 лет. Под конец жизни папа был настолько плох, что уже напоминал призрак самого себя. После смерти Каликста III Педро Луис, которого преследовали противники его дяди члены семьи Орсини, бежал из Рима в Остию. Он и его брат Родриго переоделись, изменили внешность, чтобы их никто не узнал, и смешались со свитой кардинала Пьетро Барбо.
Официально Рим покидал кардинал Барбо со своей многочисленной охраной, свитой и слугами, среди которых спрятались братья Борджа. Потом их дороги разошлись. Родриго вернулся обратно в Рим, а Педро Луис добрался до приморского города Чивитавеккья, с трудом преодолев опасное путешествие на маленькой лодке по бурному морю. Но судьба повернулась к нему спиной и месяц спустя Педро Луис умирает. По официальной версии, его смерть наступила от малярии. Но, возможно, это было отравление. Все имущество Педро Луиса перешло по наследству его младшему брату Родриго, а земли Беневенто и Террачина отошли снова церкви.
Разъяренные римляне разграбили дворец понтифика и резиденции его сподвижников испанцев не только в Риме, но и за пределами города. Многие из каталонцев были схвачены и забиты до смерти, другие брошены в тюрьмы. Родриго Борджа удалось спастись чудом: когда дело дошло до его резиденции – он вышел на порог и осенил народ крестным знамением. Такой смелый жест ошеломил нападавших и они не знали, как себя повести в такой ситуации. Потому кардинала Борджа не тронули. Тем не менее его дворец был разграблен, хоть и не разрушен. От него остались только стены и поломанная мебель, а все драгоценности, предметы роскоши, серебряная посуда, керамика, расшитые золотом и серебром платья были украдены. Но жить хоть как-то было можно, а ехать за пределы Рима было бессмысленно – все загородные замки были захвачены. Поэтому кардинал Борджа остался в своей резиденции и сделал другой очень смелый с его стороны поступок, которого от него никто не ожидал – он спокойно явился на конклав кардиналов.
Родриго одному пришлось заниматься похоронами дяди. Тело Каликста III упокоилось в часовне церкви Святой Девы Марии Целительницы лихорадки под роскошным монументом, который заказал его племянник. Впоследствии прах Каликста III перенесли в гроты Ватикана, где до сих пор находятся остатки его похороненного монумента. Позднее первый папа из династии Борджа был перезахоронен в испанской церкви Санта Мария ин Монсеррато в Риме.
Глава 2. Молодость Родриго Борджа и папа Пий II
После смерти Каликста III новым Римским папой был выбран Эней Сильвио Пикколомини. Он выбрал себе имя: Пий II, слово «pio» по-итальянски означает: благочестивый. Пию II тогда было тогда 52 года, это был коренастый человек маленького роста, о чем и говорит его фамилия (пикколо переводится: маленький). При этом Эней Сильвио был очень энергичный и жизнерадостный мужчина. Новый папа был родом из маленького средневекового поселка Корсиньяно, расположенного на территории республики Сиены.
Тоскана в те времена была раздроблена на отдельные города-республики, которые вместе со своими провинциями составляли маленькие независимые государства. Эти республики часто воевали между собой, особенно Флоренция с Сиеной, Пиза с Луккой, Флоренция с Пизой и с Ареццо. Остальные, ещё более крохотные городки-государства, постоянно переходили из рук в руки более сильных республик.
Пий II был философом, писателем, историком и гуманистом. Отец назвал его в честь троянского героя Энея, сына богини любви Венеры и земного царя Анхиса из рода дарданов. Эней считается родоначальником древних римлян. По легенде, его потомками были легендарные основатели Рима близнецы: Ромул и Рем. Впоследствии папа Пий II заказал перестроить родную деревню Корсиньяно в идеальный город эпохи Возрождения, который ещё при его жизни переименовали в честь него: Пьенца.
Одним из кардиналов, который оказал Пию II большую поддержку при выборах на конклаве, был Родриго Борджа. За это новый папа был ему очень благодарен. Заседания шли долго, и главной целью кардиналов было не допустить выбора папы иностранца. Из 18 кардиналов только половина проголосовали за Энея Сильвио Пикколомини. Но этого было мало для того, чтобы быть избранным первосвященником. Тогда неожиданно в тишине раздался голос Родриго Борджа, который произнёс имя кардинала Пикколомини. Это был как раз 10-й, решающий голос, благодаря которому Эней Сильвио был избран на престол Святого Петра. Услугу, которую ему оказал кардинал Борджа, папа Пий II никогда не забыл. Поэтому впоследствии он многое ему прощал и закрывал глаза на его неподобающее духовному лицу поведение. Это был очень тонкий ход со стороны испанского кардинала, что говорит о его необычной способности использовать любое обстоятельство в свою пользу.
Родриго Борджа родился 1 января 1431 года в Хативе в семье Хофре Хиль де Борха и Ескрива и его дальней кузины Изабеллы де Борха и Льянсоль, сестры папы Каликста III. Семья была достаточно большая, у Родриго был старший брат Педро Луис и 3 сестры: Хуана, Текла и Беатриче. Кроме того, им приписывают рождение ещё одного мальчика по имени: Франциск. Его называли: «бастардом Борджа» потому что ходили слухи, что он являлся внебрачным сыном епископа Валенсии Алонсо Борха, то есть папы Каликста III. Родители Родриго были знакомы с детства, их брак был заключён по любви и оказался очень счастливым. Ещё больше счастья принесло им рождение двух сыновей, одного за другим.
Родриго провел детство со своими родителями, братом и сестрами в этом маленьком городке, расположенном среди зеленых полей, покрытых виноградниками, рисовыми полями, апельсиновыми и миндальными деревьями, кустами диких роз и других цветов. Как второму по старшинству сыну в семье ему, по традиции, была уготована религиозная карьера. Но Родриго был не против – он прекрасно понимал, какое хорошее будущее ему сулит продвижение в этой сфере. Правда, уже с детства мальчику больше всего нравилось женское общество. Его любимым развлечением было скакать по полям галопом вместе с какой-нибудь девочкой за спиной на коне. Когда Родриго было 10 лет, его семья переехала в более крупный город: Валенсия. Там его отец в 1441 году умирает, тогда его дядя Алонсо Борха берет на себя заботу о семье своей сестры Изабеллы.
В 1450 году в возрасте 18 лет юноша приехал в Италию, где сначала изучал риторику в университете Рима, а потом юриспруденцию в университете Болоньи, самом старейшем в Италии. После окончания болонского университета Родриго получил диплом по каноническому праву и после этого он перебрался в Рим, поближе к дяде Алонсо. Там в феврале 1456 года молодой Родриго получил кардинальскую шапку из рук Каликста III вместе со своим кузеном Луис Хуаном.
Родриго тогда было 25 лет и он даже не был священником. По тем временам это было нарушение всех правил, к тому же стать кардиналом в таком возрасте было слишком рано для мужчины. Но правила для того и существуют, чтобы их нарушать – были и более ранние прецеденты. Так, например, папа Мартин V назначил кардиналом 23-летнего Доменико Капраника. А через 40 лет после этих событий Лоренцо Медичи купил кардинальскую шапку для своего 13-летнего сына Джованни. Тем не менее Каликст III держал новость о назначении кардиналами своих племянников в большом секрете во избежание беспорядков, которые могли вызвать гнев итальянцев. Эта новость была официально опубликована только в августе, когда оба кардинала уехали из жаркого Рима в прохладу сельской местности на все лето. Таким образом они были в недосягаемости от римлян. Все три года понтификата Каликста III Родриго усердно служил своему дяде и продвигался по карьерной лестнице, так что в конце жизни старый и больной понтифик уже не мог без него обходиться.
Молодой вице-канцлер папской курии вскоре стал практически викарием – наместником папы в Ватикане. Кроме того, он получил должность капитана-генерала папских войск как пехоты, так и кавалерии. После смерти дяди Каликста III Родриго потерял большую часть своих привилегий несмотря на то, что новый понтифик Пий II относился к нему достаточно благосклонно. Кардинал Борджа остался в Риме один – его брат умер, а остальные испанские родственники и друзья разбежались. Поэтому Родриго предпочел держаться в тени.
Про кардинала Борджа сразу начали распространяться гнусные слухи о том, что ещё в подростковом возрасте он совершал множество преступлений в сельской местности Валенсии, и даже убил кинжалом человека в возрасте 12 лет только за то, что тот отнёсся к нему непочтительно. Его отец, якобы, закрыл на это глаза. Но, похоже, его глаза были закрыты в буквальном смысле этого слова потому что отец Родриго в те времена уже 2 года как лежал в могиле. Это были всего лишь сплетни, которые распространяли ненавистники семьи Борджа. Наверняка, не обошлось без членов клана Орсини.
Родриго в свои 25 лет был очень красивым и статным юношей с черными волосами, крупным носом, выразительными темными глазами и чувственными губами. Он был очень сильный и выносливый, никогда не знал усталости ни в работе, ни в отношениях с девушками. К тому же Родриго был очень красноречивым молодым человеком, он мог убедить кого угодно в чём угодно. Ему нравились женщины и он нравился им. Сан кардинала совершенно не смущал Родриго. Уже с юности он был очень распутным, за что его непрестанно укорял папа Пий II. Но как же было удержаться такому молодому и красивому кардиналу, в жилах которого текла горячая испанская кровь, если вокруг столько соблазнов, столько хорошеньких женщин, от которых кругом идёт голова?
Про его самые ранние любовные связи практически ничего не известно. Женщины у Родриго менялись, но ни одна из них не задерживалась в поле его зрения надолго. Про кардинала Борджа говорили, что у него игривый взгляд, а речь красива и сладкозвучна. Своей внешностью и харизмой он притягивал девушек, как магнит железо. Первые трое внебрачных детей Родриго Борджа родились от разных неизвестных женщин. Это были сын Пьер Луиджи, Педро Луис по-испански, и 2 дочери: Джиролама и Изабелла. Пьер Луиджи родился в промежуток с 1458 по 1460 годы, точной даты не установлено. Впоследствии папа Сикст IV узаконил его, как сына кардинала Родриго Борджа. Во владение Педро Луиса перешло герцогство Гандия на родине его семьи в королевстве Валенсия. На самом деле он получил Гандию в обмен на разрешение на брак короля Фердинанда Арагонского на своей родственнице Изабелле Кастильской, которое добыл задним числом его отец Родриго Борджа у папы Сикста IV.
Дело в том, что в Кастилии с 1454 года был королем Энрике IV из династии Трастамара, который унаследовал престол после смерти своего отца Хуана II Кастильского. Но он был неспособен произвести на свет потомство, за что получил прозвище: Бессильный. Первый раз Энрике IV был женат в возрасте 15 лет на Бланке Наваррской, но брак так и не был консумирован. Из-за этого через 13 лет после свадьбы папа Николай V аннулировал брачный союз Энрике IV и Бланки. Официальное обследование доказало девственность супруги, хотя местные проститутки подтвердили мужскую состоятельность будущего короля. Но они могли быть подкуплены и давать ложные показания. Папа тогда дал согласие на аннуляцию брака на том основании, что какое-то «сверхъестественное колдовство» удерживало Энрике от консумации брака именно с Бланкой Наваррской. К тому же они были двоюродными братом и сестрой, что тоже послужило причиной аннуляции их брака.
Второй раз Энрике женился на Жуане Португальской, сестре короля Португалии Альфонсо V Африканца. Альфонсо заслужил это прозвище за то, что захватил территории Северной Африки. Этот брак тоже не был консумирован и в конце концов королеве, очевидно, надоело половое бессилие мужа. Тогда она завела себе любовника Бельтрана де ла Куэву. Через 6 лет Жуана родила дочь Хуану, которую подозревали в незаконнорождённости и прозвали: «Бельтранеха». Со второй женой Энрике IV развелся. Тогда кастильская знать заставила короля признать своим наследником младшего брата Альфонсо, но тот год спустя умирает в возрасте 14 лет. После смерти Альфонсо остаётся единственная кандидатура на наследование престола Кастилии – сестра Энрике инфанта Изабелла Кастильская. Король согласился признать её наследницей престола при условии, что Изабелла не выйдет замуж без его согласия на выбор жениха. Энрике в свою очередь согласился не принуждать сестру выходить замуж за того, кого она не хочет.
18-летняя Изабелла отвергала всех женихов, которых находил ей брат. Она была влюблена и хотела выйти замуж только за своего троюродного брата 17-летнего Фердинанда Арагонского из той же династии Трастамара, из которой происходила сама Изабелла и её брат Энрике IV. Но она не была уверена, что Энрике одобрит его кандидатуру. Поэтому их брак был заключен тайно 19 октября 1469 года то ли в Сеговии, то ли в Вальядолиде. Жених со своей свитой прибыли в Кастилию, переодетые купцами. Была ещё одна проблема: жених и невеста были родственниками, поэтому нужно было разрешение Римского папы на их союз. Нужный документ был тут же сфабрикован, но он был фальшивым. Тем не менее бракосочетание состоялось, и оно положило начало объединению Испании. Тогда 2 главных испанских государства: Кастилия и Арагон соединились в одно.
Король Энрике IV пришёл в ярость узнав о том, что его сестра вышла замуж без его одобрения кандидатуры жениха. Он хотел лишить Изабеллу престола и выбрал своей наследницей Хуану Бельтранеху. Впоследствии Энрике и Изабелла все-таки помирились, и король снова объявил сестру наследницей престола. Но после смерти Энрике IV в 1474 году в стране началась смута. Король Португалии Альфонсо V женился на своей племяннице Хуане Бельтранехе с целью: завладеть Кастилией. А когда Изабелла объявила себя королевой – он поднял мятеж с сторонниками Хуаны в защиту прав своей жены. А тут ещё выяснилось, что разрешение на брак Изабеллы и Фердинанда фальшивое, что грозило большими неприятностями.
И вдруг, на радость Изабеллы, из Рима приезжает Родриго Борджа и привозит настоящее разрешение на их брак, подписанное задним числом. Таким образом дело о бракосочетании и престолонаследии было улажено к радости Фердинанда и Изабеллы, и за это они были очень благодарны кардиналу Борджа. Поэтому супруги Трастамара согласились подарить ему Гандию. А союз Альфонсо V и Хуаны Бельтранехи аннулировал папа Сикст VI из-за близкого родства. Таким ловким маневром Родриго добился не только расположения испанских монархов, но и кусочка испанской земли, который преподнес в подарок своему первенцу.
Пьер Луиджи участвовал в войне против Гранадского эмирата в Испании в союзе с Фердинандом Арагонским и Изабеллой Кастильской. За проявленную в сражениях доблесть он был награжден титулом гранда Испании, а потом титулом герцога Гандии, которые ему пожаловал сам король. Невестой Пьер Луиджи была кузина Фердинанда II Арагонского Мария Энрикес де Луна, но их свадьбе помешала его преждевременная смерть в возрасте около 30 лет. Герцогство Гандия перешло по наследству его младшему брату Хуану, сыну Родриго Борджа и Ваноццы дей Каттанеи, и Хуан также женился на невесте своего сводного брата Марие Энрикес де Луна. Пьер Луиджи Борджа был похоронен в Гандии в церкви Святой Девы Марии. А дочерей Джироламу и Изабеллу кардинал Борджа выдал замуж за представителей благородных итальянских династий. Возможно, у Родриго Борджа было немало незаконнорожденных потомков, о которых ничего не известно – он просто потерял счёт своим женщинам. Первой официальной любовницей и матерью 4-х детей Родриго Борджа станет Ваноцца Каттанеи, но о них мы поговорим позже.
Папа Пий II был очень недоволен таким распутным поведением своего кардинала несмотря на то, что он сам в молодости был большим бабником и оставил множество незаконнорожденных детей. Эней Сильвио не раз признавался, что у него было много женщин. Он говорил: «кто никогда не чувствовал огня любви – тот является либо камнем, либо бестией». В молодости Эней Сильвио изучал право в Сиенском университете, но лекции посещал неохотно. Вместо этого он зачитывался произведениями Римских и греческих классиков, много времени проводил в обществе своих друзей и хорошеньких женщин – совсем как Родриго Борджа. Потом Эней Сильвио продолжил обучение во Флорентийском университете, где много общался с гуманистами Леонардо Бруни и Поджо Браччиолини. Студент Пикколомини оказался очень талантливым поэтом и часто слагал эротические стихи.
Флоренция тогда как раз стала центром европейского искусства, где зародился новый стиль: Возрождение благодаря меценатству династии Медичи и творчеству таких мастеров, как Джотто ди Бондоне, Донателло, Филиппо Липпи, Мазаччо, Филиппо Брунеллески, Лоренцо Гиберти, Андреа Веррокио, Доменико Гирландайо и других – все они были родом из Тосканы. Во Флоренции как раз возводили грандиозный купол кафедрального собора Санта Мария дель Фьоре, отливали позолоченные двери Баптистерия и статуи для церкви Орсанмикеле, строили Воспитательный дом впервые в стиле римской классики, перестраивали церковь Святого Лаврентия. За всеми этими событиями мог наблюдать молодой студент Пикколомини, не забывая при этом посещать светские мероприятия и развлекаться с прекрасными девушками. Сколько потом у него осталось внебрачных потомков в Сиене и Флоренции – одному богу известно.
После окончания учёбы Эней Сильвио побывал на соборе католической церкви в Базеле, в Швейцарии, где он работал секретарем у епископа Доменико Капраника. Швейцарские девушки были более сдержанные и холодные, чем итальянские. Но и им было трудно устоять перед напором молодого и горячего тосканца. Затем Эней Пикколомини отправился с миротворческой миссией во французский город Аррас, где его задачей было предотвратить войну между бургундами и французами. Благодаря своим дипломатическим способностям Эней Сильвио блестяще справился с этой миссией. А после этого папа Евгений IV отправил его с секретным заданием в Шотландию к королю Якову I.
Там Пикколомини прожил несколько лет и нажил двух внебрачных детей. Потом Эней отправился на службу к императору Фридриху III, по дороге он посетил Англию и оставил описание своего долгого и опасного путешествия. Фридрих III был настолько доволен способностями своего дипломата и его талантом поэта, что короновал его лавровым венцом. Наверняка, молодой Пикколомини наследил и там. Таким образом семя будущего понтифика распространилось практически по всей Европе.
Но молодость проходит и огонь страсти постепенно угасает. Теперь старый и больной Святой отец раскаялся в своих прежних плотских грехах и вел благочестивый образ жизни согласно выбранному им же самим имени Пий – благочестивый. Теперь он считал своим долгом призвать к порядку кардиналов, особенно Борджа. И не только за его распутство, но и за жажду богатства – Родриго скупал в огромном количестве драгоценные камни, золото, античные вазы, дорогие ткани, посуду и многое другое. Где же он брал на это деньги? Это и пытался выяснить не только папа, но и остальные кардиналы, которые завидовали богатству Родриго.
Вскоре Пий II устроил расследование и обнаружил целую вереницу мошеннических действий, которые совершал кардинал Борджа в эпоху понтификата своего дяди Каликста III. Родриго фальсифицировал многие важные документы: разрешения на брак и назначения церковных должностей, которые он приносил на подпись Каликсту, а потом продавал за золотые дукаты. Например, граф Джованни д'Арманьяк обманным путем получил от папы разрешение на брак с собственной сестрой, заплатив Родриго крупную сумму денег. В документе было указанно разрешение на брак между троюродными братом и сестрой, но после ловких манипуляций кардинала Борджа слово: «троюродные» исчезло.
После того, как Святой отец это обнаружил, он ограничил полномочия Родриго как вице-канцлера папской курии, и призвал его выполнять свои прямые обязанности как епископа Валенсии. А потом отправил кардинала с глаз долой подальше в Сиену присматривать за постройкой своего нового дворца, собора Вознесения Богородицы и планировкой города Пьенца. Но и тут не обошлось без неприятностей. Когда понтифик приехал лечить подагру на термальные источники Петриоло около Сиены, то обнаружил, что Родриго со своим другом французским кардиналом д'Эстутевиллем весело проводит большую часть времени в компании с местными красотками, предаваясь плотским развлечениям, танцам и вакханалиям на открытом воздухе.
На самом деле однажды состоялось крещение сына правителя Сиены, и в честь этого события был устроен праздник за пределами города. Но чтобы кардиналам не мешали крестить ребёнка, Родриго Борджа запретил всем мужчинам – родственникам девушек, с которыми он развлекался, появляться как на этих крестинах, так и на всех остальных его мероприятиях. Такие вакханалии проводились с рассвета до заката за городскими стенами, где было полно прелестных полянок, скрытых деревьями, гротов и беседок, где можно было уединиться.
На празднике вино лилось рекой и слуги едва успевали наполнять закусками пустые тарелки. При этом в оргиях без стеснения принимали участие жены и дочери самых важных и родовитых горожан Сиены. А их мужья могли только наблюдать за этим безобразием издалека, если что-то можно было разглядеть, или сидеть дома и злиться. Над этим смеялись все жители Сиены, женщины которых не участвовали в этой оргии, или у которых не было женщин. Потом ещё много дней все разговоры сводились только к неуемной похоти служителей церкви. Даже шутили, что если на следующий год в городе будет всплеск рождения детей – то все они появятся на свет в кардинальских мантиях.
Такое поведение сиенцев объясняется тем, что нравственный уровень духовенства в те времена ничем не отличался от нравственности мирян. Священники, епископы и кардиналы посещали бордели так же часто, как и миряне. Публичные дома процветали и платили налоги в папскую казну, или монастыри превращались в самые настоящие обители любви. Правда, иногда бесстыдство духовенства переходило все границы и приходилось предпринимать хоть что-то, чтобы вернуть уважение горожан. Папе Пию II пришлось даже издать специальную буллу, которая запрещала духовникам держать кабаки, игорные дома и бордели. Так что веселые вакханалии двух кардиналов никого не удивляли и не возмущали. Искусство лицемерия тогда ещё не достигло той высоты и мастерства, как в нынешние времена. Каждый без стеснения говорил то, что думал.
Тем не менее папа Пий II был очень огорчён и написал Родриго резкое письмо, в котором укорял его за такое неумеренное распутство и грозил изменить его фамилию с Borgia на Orgia, что означает: оргия. Для этого было достаточно лишь убрать первую букву. Следует отметить, что понтифик был именно огорчён, но никак не удивлён и не шокирован поведением своего друга. Это говорит о том, что такое поведение кардинала Родриго было неправильным и нехорошим с точки зрения морали, но в этом не было ничего удивительного в те времена. Редко кто из духовенства соблюдал обет целибата. А если и соблюдал, то по уважительной причине, далекой от истинной духовности. Например, болезнь, уродство, патология, или мужское бессилие.
Не только Родриго Борджа, но и многие другие духовные лица часто огорчали Святого отца тем же самым грехом. Известно одно высказывание папы Пия II: «Конечно, есть непререкаемо веские причины для сохранения целибата, но иногда мне кажется, что по причинам не менее основательным следовало бы ввести обязательную женитьбу для всех духовных лиц». Родриго Борджа после получения этого письма отчаянно отпирался и говорил, что все это клевета его врагов и завистников, и что во всем виноват кардинал д’Эстутевилль. А сам он ничего подобного не делал и у него даже в помыслах этого не было. Отпираться и красноречиво врать Родриго умел очень хорошо, в этом у него был особый талант. Дословно, конечно, неизвестно, что он там наговорил Святому отцу, но в конце концов Пий II сделал вид, что поверил. К тому же папа до сих пор помнил своё бурное прошлое, за которое ему сейчас было очень стыдно. К тому же сам понтифик в тот момент был не без греха – у Пия II было 18 близких родственников и он совершенно откровенно занимался кумовством, пристраивая их на разные высокие должности.
Особенно папа покровительствовал своему любимому племяннику Франческо Тодескини-Пикколомини, который стал кардиналом, а впоследствии и папой под именем: Пий III. Франческо Тодескини заказал в честь своего дяди построить библиотеку в кафедральном соборе Сиены, которую расписали фресками в начале XVI века художники Пинтуриккио и молодой Рафаэль Санти. Эти сцены на тему: «Истории из жизни папы Пия II» до сих пор прекрасно сохранились и являются одной из главных достопримечательностей храма.
Ещё кардинал Тодескини заказал в том же соборе мраморный алтарь, над которым работал Андреа Бренио. Потом его украсил 5-ю статуями святых 26-летний Микеланджело Буонарроти. На самом деле кардинал хотел 16 статуй, но Микеланджело так и не выполнил эту работу по уважительной причине: как только флорентийцы узнали, что их лучший скульптор работает на сиенского кардинала, они выманили молодого Буонарроти из Сиены и заказали ему изваять скульптуру Давида из куска мрамора длиной почти 5 метров. Это была давняя мечта Микеланджело – ваять огромные обнаженные мускулистые мужские статуи, поэтому он все бросил и уехал из Сиены во Флоренцию.
За время своего понтификата, который длился 4 года, Пий II построил новые дворцы для себя и своей семьи в Сиене и Пьенце, много путешествовал по Европе и восхищался архитектурой австрийских готических церквей. В новом городе Пьенца Пий II заказал построить собор по подобию австрийских храмов, который спроектировал флорентийский архитектор Бернардо Роселлино, ученик более известного зодчего Леон Баттиста Альберти. Получился немного смешанный стиль: снаружи фасад эпохи Возрождения, а внутри перекрещенные готические своды. Алтарные образа для храма Пьенцы папа заказал лучшим художникам Сиены, которые писали в стиле интернациональной готики. Кроме дворца для своей семьи, который Бернардо Роселлино спроектировал в стиле Возрождения, папа Пий II позволил построить там палаццо своим друзьям кардиналам Родриго Борджа и Джулио Амманнати.
Пий II собирал древние манускрипты как знаток классической античной литературы и писал свою автобиографию. Все его труды и манускрипты пытался потом вывезти из Рима его племянник Франческо Тодескини Пикколомини, чтобы заполнить библиотеку собора Сиены, заказанную как раз с этой целью. Но ему это не удалость, поэтому в библиотеке разместили старинные антифонарии для песнопения псалмов, которые до сих пор там находятся. Папа Пий II канонизировал Святую Екатерину Сиенскую и часть её мощей – голову и палец перевезли из Рима в Сиену, где они находятся в церкви Святого Доминика. Ещё понтифик привез и подарил Сиенскому храму ценную реликвию – часть руки Святого Иоанна Крестителя, для которой внутри собора была построена отдельная часовня. Она украшена фресками работы Пинтуриккио и бронзовой статуей Святого Иоанна работы Донателло, флорентийского скульптора эпохи Возрождения.
Так же, как и его предшественники, Пий II пытался организовать крестовый поход против турок, которые грозились завладеть всей территорией бывшей Римской империи. С целью организации похода понтифик собрал Вселенский собор в Мантуе, на который пригласил всех христианских государей. На этом соборе папа учредил религиозный рыцарский орден Святой Девы Марии Вифлеемской. Родриго Борджа в те времена был назначен папским легатом в Испании для организации крестового похода против мавров Гранады. Там он ещё больше сблизился с королем Фердинандом Арагонским и Изабеллой Кастильской, а также посетил свои земли в Валенсии и Гандии.
Конгресс в Мантуе открылся 1 июня 1459 года, но он не оправдал ожиданий папы. Европейские монархи были больше заняты своими проблемами, их совершенно не интересовала война с турками. Герцог Милана пытался захватить Геную, Франция снова воевала с Бургундией, а в Англии шла война Белой и Алой розы. Флоренция язвительно посоветовала понтифику позволить Турции и Венеции извести друг друга, а в Германии постоянно вспыхивали заговоры против папы и императора. Пий II даже написал турецкому султану письмо с предложением: принять христианство и титул императора Священной Римской империи. «Достаточно совсем немного, – писал он Магомету II, – чтобы сделать из тебя самого знаменитого из всех живущих на земле людей. Только немного воды для крещения». Но ничто не нашло отклика ни у турок, ни у европейцев.
Несмотря на провал Мантуанского собора, Пий II упрямо и лихорадочно искал другие пути освобождения Константинополя. В июне 1464 года он отправляется Анкону – город, расположенный на побережье Адриатического моря. Понтифик решил сам лично возглавить крестовый поход и вызвал туда лучшие Венецианские галеры. Путешествие было долгим и трудным, что ещё больше подорвало здоровье папы. Вместе с Пием II отправился в эту поездку кардинал Родриго Борджа. У него была своя цель: завоевать доверие Святого отца и продемонстрировать свою преданность. Вряд ли кардинал пылал желанием участвовать в сражениях, это было не для него. Скорее всего ему больше хотелось попробовать, насколько хороши девушки западного побережья.
В Анконе уже собралось около 5000 добровольцев из разных стран, среди которых был брат последнего императора Византийской империи Фома Палеолог, отец Софии Палеолог, жены русского князя Ивана III и бабушки Ивана Грозного. Эта сцена изображена на фреске в библиотеке Пикколомини в кафедральном соборе Сиены, на ней есть и портрет Фомы. Но всех их ждало глубокое разочарование – вместо обещанных 40 галер прибыло только 2. Прошло несколько недель, и добровольцы, уставшие от ожидания, разъехались по домам. Огорченный папа вдобавок ко всему заразился чумой и слег в постель.
Кардинал Родриго Борджа срочно покинул Анкону под предлогом того, что он тоже заразился чумой и нуждался в лечении и изоляции. У него, действительно, был сильный жар. Но придворный лекарь понтифика поставил совсем другой диагноз – венерическое заболевание. Через несколько дней, наконец, прибыло 2 больших транспортных корабля и ещё 12 галер от дожа Кристофоро Моро из Венеции. Умирающий папа мог видеть их прибытие только из окна своей комнаты. Пий II скончался в ночь с 14 на 15 августа в Анконе в возрасте почти 59 лет, поэтому крестовый поход так и не состоялся.
Его тело было перевезено в Рим и похоронено в соборе Святого Петра. Но впоследствии останки Пия II вместе с прахом его племянника папы Пия III были перенесены в церковь Сант-Андреа делла Валле. Пий II остался в памяти современников как папа-гуманист, который продвигал в Риме искусство и литературу, собирал древние манускрипты, которые пополнили библиотеку Ватикана. Он боролся с работорговлей и старался улучшить положение евреев, с которыми вёл разные дела. Папа Пий II признал права Ферранте Арагонского на Неаполитанский престол в отличие от своего предшественника Каликста III. Если бы он знал, что потом вырастет из этого короля, то, возможно, поостерегся бы признавать. Ферранте был коронован 4 февраля 1459 года и стал вассалом понтифика. В благодарность за это он хотел выдать свою внебрачную дочь Марию за племянника папы Антонио Пикколомини и отдать им в приданое герцогство Амальфи и графство Челано.
Интересно то, что Пий II был папа-хамелеон. Он умел прекрасно приспосабливаться к любым обстоятельствам и подстраиваться под любого человека, если видел в этом пользу и выгоду для себя. В молодости это был распутный и беспринципный авантюрист, но с годами он превратился в проницательного и мудрого дипломата. А к концу жизни – в аскетичного и благочестивого первосвященника.
Глава 3. Папы Павел II, Сикст IV и Иннокентий VIII
После кончины Пия II конклав заседал недолго по причине нездоровья многих кардиналов. Некоторые из них кашляли, у других была температура, а Родриго Борджа явился в Ватикан с повязкой вокруг головы. Вскоре новым понтификом был избран венецианец Пьетро Барбо, племянник предыдущего папы Евгения IV. Он выбрал себе новое имя: Павел II. Это был красивый, богатый и ещё не очень старый по тем временам человек – Павлу II было 47 лет, а кардиналом он стал в 20-летнем возрасте.
Про него говорили, что он был очень склонен к похоти, а это считается один из 7-ми кардинальных грехов в католической церкви. Принимая присягу, новый папа обязался запретить кумовство, продолжить войну против турок и созвать новый вселенский собор католической церкви. Но на деле он вовсе не собирался этим заниматься и кардиналы вскоре горько пожалели о своём неразумном выборе. Грубый и деспотичный первосвященник оттолкнул от себя всех, кроме Родриго Борджа. Тот вскоре стал его близким другом и Павел II вернул ему все привилегии вице-канцлера, которых его лишил Пий II. Только при этом папе Родриго Борджа, наконец, получил духовный сан несмотря на то, что уже был кардиналом. В 1468 году он был рукоположен в диаконы, а потом, уже при следующем папе Сиксте IV, он стал священником. С 1471 по 1491 годы Родриго был аббатом монастыря Санта Мария ди Маниасе, который он впоследствии подарил папе Иннокентию VIII несмотря на то, что был всего лишь администратором аббатства.
Папа Павел II не увлекался античным Римским искусством, но это не помешало ему построить несколько роскошных палаццо в Риме. В их числе был дворец Святого Марка на Капитолии, который понтифик предпочитал Ватикану. По заказу Павла II были отреставрированы триумфальные арки Тита и Септимио Севьера, а также конная статуя Марка Аврелия. Свою митру папа заказал украсить крупными сапфирами. Павлу II удалось раскрыть заговор против него – компания еретиков собиралась убить первосвященника во время карнавала 1468 года. Все виновные были арестованы и посажены в тюрьму замка Святого Ангела.
Несмотря на то, что папа Павел II не увлекался литературой, он все равно способствовал распространению книгопечатания в Риме. Типографии были оборудованы в монастыре в Субиако, где принялись печатать сочинения многих римских классиков, начиная с Цицерона. Тогда как раз вошла в обиход металлическая подвижная печать, которая способствовала быстрому печатанию и распространению новых книг. Павел II также сделал попытку организовать крестовый поход против турок, которые успели отвоевать у Венеции крупный остров Негропонте. Но он не успел этого сделать из-за своей преждевременной смерти. При жизни этот понтифик принимал с своём государстве всех тех, кому удалось сбежать с захваченных турками территорий, и давал им разрешение на поселение в Папской области.
Павел II умер 26 июля 1471 года от апоплексического удара. По слухам, причиной инсульта были 2 больших дыни, которые папа съел с аппетитом после обеда. После его смерти Родриго Борджа принимал активное участие в конклаве, состоявшемся 9 августа 1471 года. Во время заседаний при активной поддержке кардиналов Латино Орсини, Франческо Гонзага и самого Родриго Борджа был избран первосвященником 57-летний Франческо делла Ровере, бывший монах-францисканец. Он был родом из старинной, но обедневшей генуэзской семьи и изучал богословие в университете Болоньи. Новый папа выбрал себе имя: Сикст IV.
Кардиналу Борджа выпала честь короновать понтифика, что он и сделал не без выгоды для себя. Сикст IV заметил поддержку Борджа на конклаве и за это пожаловал Родриго многие привилегии. Наконец-то в возрасте 37 лет Борджа получил сан священника от кардинала Гийома д’Эстутевилля, своего приятеля по приключениям в Сиене. Но, несмотря на то, что Родриго принёс клятвы и принял обет целомудрия и безбрачия, он даже не собирался изменять свой образ жизни. Сикст IV также назначил кардинала Борджа комендантом аббатства Субиако, там впоследствии и родились его дети от Ваноцци Каттанеи.
В 1472 году Сикст IV отправил кардиналов в разные европейские дворы с целью: собрать деньги для новых крестовых походов. Родриго Борджа поехал к себе на родину в Испанию, там он побывал в Валенсии, в Барселоне и в Мадриде. Во время своей миссии Родриго прилагал все усилия, чтобы собрать войско и деньги на новую войну против турок. Но при этом он не забывал про женщин, которые просто заслушивались речами красивого и статного кардинала. Проповеди красноречивого Родриго Борджа были очень убедительны, его глаза блестели от страсти, но результатов он добился ничтожных – испанские вельможи не хотели рисковать своим состоянием, а ревнивые мужья смотрели на него исподлобья. Когда Родриго возвращался в Италию, его корабль попал в бурю возле побережья Тосканы и был разграблен приближенными Медичи. Тогда кардинал Борджа написал Лоренцо Великолепному, что даже мавры не поступили бы так жестоко, как тосканцы. Но его слова не произвели на Лоренцо Медичи никакого впечатления.
Крестовый поход продолжал оставаться далёкой мечтой пап несмотря на то, что турки уже грабили итальянское побережье. Христиане попытались захватить турецкий город Смирну, но потерпели поражение, хотя им удалось поджечь город. А вскоре у Сикста IV возникли более важные дела. У понтифика было 2 брата, 4 сестры и 15 племянников, и всех их нужно было пристроить на какие-либо должности. Ведь семья – это самое святое что есть у человека, и Святой отец занялся кумовством. Два его племянника сразу же получили кардинальскую шапку. Это были 28-летний Джулиано делла Ровере, будущий римский папа Юлий II, и 25-летний Пьетро Риарио, умственно отсталый молодой человек.
Пьетро был до этого простым монахом ордена миноритов. Но когда стал кардиналом с благоволения своего дяди – он окружил себя такой роскошью, какую мало кто вообще мог себе позволить. Про него Никколо Макиавелли пишет, что «будучи раньше человеком низкого звания, Пьетро начал проявлять безудержное честолюбие, едва успев надеть красную шапку. Что, по слухам, даже возможный понтификат не казался ему достаточной наградой за его достоинства. И что праздник, который он устроил в Риме, сделал бы честь любому королю – на все декорации и увеселения была потрачена огромная сумма, около 20000 золотых флоринов». Вскоре Пьетро Риарио успел впутаться в интриги между герцогством Миланским и Венецией, нажил себе много врагов и умер в 1474 году в возрасте 29 лет от «злоупотребления излишествами». По слухам, его отравили венецианцы.
Потом папа назначил кардиналом 16-летнего Рафаэля Риарио. Он был сыном Антонио Сансони и Виоланте Риарио делла Ровере, племянницы Сикста IV. Но Рафаэль взял фамилию матери. Ходили слухи, что этот племянник был на самом деле внебрачным сыном папы, потому что уж очень сильно Сикст IV был к нему привязан. А выдать незаконнорожденного сына за племянника была обычная практика. Рафаэль Риарио сменил на посту умершего кардинала Пьетро Риарио, а потом в 1478 году папа назначил его легатом Умбрии. Кардинал Риарио был большим покровителем искусства. В 1496 году он купил мраморного «Спящего купидона» работы Микеланджело Буонарроти, которого ему продал торговец Бальтассаре Миланезе, выдав за античную статую. Обман вскрылся, и кардинал Риарио пожелал познакомиться с талантливым мастером. Поэтому он пригласил Микеланджело в Рим, где тот ваял по его заказу статую «Вакх с сатиром». Хотя эту историю рассказывают по разному.
«Спящий купидон» потом перешёл в руки Чезаре Борджа, который сначала подарил его герцогу Урбинскому Гвидобальдо да Монтефельтро, а потом забрал обратно и передал Изабелле д'Эсте, жене маркиза Мантуи Франческо Гонзага. В 1630 году английский король Карл I разграбил Мантую и вывез все коллекцию семьи Гонзага в свой дворец в Уайтхолл в Англию. В 1698 году его дворец сгорел, и в настоящее время «Спящий амур» работы Микеланджело утерян. А «Вакха с сатиром» купил в конце XVI века Великий герцог Франческо I Медичи и сейчас эта статуя находится во Флоренции в музее Барджелло.
Сикст IV был, говорят, очень сильно привязан к своему молодому и красивому камергеру, которого называли: «Новый Антиной» в честь греческого юноши, который был фаворитом и возлюбленным Римского императора Адриана. Камергер получил от понтифика должность епископа Пармы, и впоследствии сан кардинала. Четвёртый племянник папы был Джироламо Риарио, он получил в подарок от Сикста IV графства Имола и Форли. Потом Джироламо женился на 13-летней внебрачной дочери герцога Миланского Галеаццо Мария Сфорца Екатерине, то есть породнился с самой аристократической семьей Милана.
Правда, поговаривали, что Джироламо был тоже не племянником, а внебрачным сыном понтифика. И ещё рассказывали, что Галеаццо Мария Сфорца был жестоким садистом. Он убил свою мать, а ещё развлекался тем, что закапывал людей в землю живьём. Так, для собственного удовольствия. Но, похоже, Джироламо не смущало такое поведение тестя. В 1476 году герцог Миланский был убит своими собственными подданными в результате заговора и по закону престол Милана переходил к его сыну и наследнику Джан Галеаццо Мария Сфорца. Мальчику тогда было всего 7 лет и регентом при нем стал его 24-летний дядя Людовико Сфорца по прозвищу: Мавр из-за смуглого цвета кожи.
Пятый племянник Джованни делла Ровере, женился Джованне да Монтефельтро, семье которой принадлежало герцогство Урбино. Их сын Франческо Мария делла Ровере унаследует герцогство Урбинское после смерти своего бездетного дяди Гвидобальдо да Монтефельтро. Портрет Франческо Мария делла Ровере вместе с портретом его супруги Элеоноры Гонзага написал художник Тициан Вечеллио, они находятся во Флоренции в галерее Уффици. Шестой племянник папы Леонардо делла Ровере стал главнокомандующим папской армии, а потом был выдвинут на должность перфекта Рима и женился на незаконнорождённой дочери короля Ферранте Арагонского Джованне. Вместе с её приданым Леонардо делла Ровере получил герцогства Сора и Арче, но его власть распространялась и на близлежащие земли. Джованна Арагонская умерла в 1475 году, точная дата её смерти неизвестна. Вслед за ней 11 ноября того же года скончался и её муж Леонардо.
Имола досталась понтифику не так-то легко. Для покупки графства ему пришлось просить ссуду у банкиров папской курии Медичи, но глава семьи Лоренцо Великолепный отказал ему под предлогом нехватки денег. Папа прекрасно понял намёк. Дело в том, что Имола соседствовала с флорентийской республикой, и Лоренцо Великолепный не хотел иметь такого соседа, как Джироламо Риарио. Сикст IV не растерялся и тут же договорился о ссуде с враждующей с Медичи семьёй Пацци. Имола все-таки была куплена и Джироламо Риарио стал соседом Флоренции. Это впоследствии спровоцировало конфликт между Пацци и Медичи, в результате которого младший брат Лоренцо Великолепного Джулиано был зверски убит в соборе во время пасхальной мессы.
Родственник Сикста IV Франческо Сальвиати получил сан архиепископа Пизы, которая была под властью Флорентийской республики. Тогда Лоренцо Великолепный просто не пустил архиепископа в Пизу. Озлобленный Сальвиати примкнул к заговорщикам Пацци, которые собрались во Флоренции на банкете на вилле Медичи во Фьезоле. Сначала Пацци хотели отравить братьев Медичи на во время ужина, но туда не явился Джулиано. Тогда было решено убить их обоих на следующий день в соборе во время мессы. Но Лоренцо спасся с помощью друзей и гнев флорентийцев обрушился на заговорщиков, чего они вовсе не ожидали. Почти все злоумышленники, включая архиепископа Сальвиати, были схвачены и повешены на стенах городской ратуши, а Джироламо Риарио сбежал и Имолу и укрылся там.
Папа Сикст IV был как бы ни причём, но, тем не менее косвенно он был замешан в этом комплоте. А может и не косвенно. Хотя сам понтифик на словах возмутился идее кровавого убийства в храме во время Пасхи, но он дал согласие «на решение этой проблемы бескровным путем». Так Сикст IV запятнал свою репутацию делом об убийстве, после чего ему ничего не оставалось делать, как объявить Флоренции войну и отлучить всех её жителей от церкви, включая Лоренцо Великолепного. Союзником папы стал король Неаполя Ферранте Арагонский, внебрачный сын Альфонсо Арагонского и воспитанник Каликста III.
Ферранте к тому времени превратился в жестокое чудовище с ненормальной психикой: его любимым развлечением было мумифицировать поверженных врагов и держать мумии в отдельном зале, куда он мог приходить, разговаривать с ними, и даже обедать в этой комнате. Но Лоренцо Медичи объединил свои силы с Миланом и Венецией, а потом сделал своим союзником короля Ферранте, не побоявшись лично явиться к его двору в Неаполь. Так папа остался без союзника и конфликт был разрешён мирным путем.
Сикст IV объявил 1475 год юбилейным, то есть годом прощения грехов, примирения, покаяния и обращения в христианскую веру. В Рим потекли паломники, но ситуация ухудшилась из-за наводнения в результате сильного разлива реки Тибр и вспышки эпидемии чумы. Опять началась продажа индульгенций, которые люди охотно скупали, предчувствуя скорую смерть и, возможно, апокалипсис. В результате этих несчастий начался отток паломников из Рима, а сам папа покинул Вечный город и отправился в Умбрию. Там он достиг города Ассизи и посетил базилику с мощами Святого Франциска Ассизского, украшенную знаменитыми фресками начала XIV века художника Джотто ди Бондоне и его современников.
Из-за эпидемии чумы Сикст IV продлил юбилейный год до 1476, вернулся в Рим и учредил праздник непорочного зачатия Святой Девы Марии 8 декабря. Кроме того, Сикст IV провозгласил поклонение Святой Анне, матери Девы Марии, и её мужу Святому Иосифу. Сикст IV сделал много для нищенствующих орденов. Он канонизировал францисканского монаха-проповедника Бонавентура да Баньореджо, беатифицировал 300 францисканцев, замученных в Марокко, учредил ордена босых августинцев, августинцев-отшельников и орден Минимов – мужской религиозный орден, основанный Святым Франциском из Паолы и отличающийся покаянной духовностью и обетом постной жизни.
Из хорошего, что сделал папа Сикст IV во времена своего понтификата, была постройка новой капеллы в Ватикане по проекту архитектора Баччо Понтелли. Часовню назвали в честь него: Сикстинская. Строительство началось позже, чем предполагалось и длилось с 1477 по 1481 годы, как раз когда происходили все эти события. До этого на этом месте уже существовала большая капелла, где собирался папский двор: кардиналы, представители религиозных орденов и знатных семейств. Но нужно было более прочное и большое помещение для укрытия на случай нападения турок, или войны с Флоренцией, или с Миланом. Так в 1481 году была построена большая, каменная прямоугольная капелла, которую Сикст IV сам освятил в честь учреждения праздника Непорочного зачатия.
Но капелла получилась очень мрачная и сырая, и с этим нужно было что-то делать. Поэтому после заключения мира с Флоренцией Лоренцо Великолепный в знак щедрости отправил туда лучших художников Тосканы и Умбрии расписать стены часовни фресками на библейские темы. Среди живописцев были: Алессандро Боттичелли, Доменико Гирландайо, Пьетро Перуджино, Козимо Росселли, Пьеро ди Козимо, Пинтуриккио, Лука Синьорелли. Странно то, что не было Леонардо да Винчи. Очевидно, для этого были свои причины, о которых мы точно ничего не знаем. А много лет позже там работал Микеланджело Буонарроти и прославил её не только на весь Рим, но и на весь мир. Но это уже было при других первосвященниках: Юлии II и Павле V. Сикстинская капелла со своими фресками является сейчас главной достопримечательностью музеев Ватикана. Там до сих пор проводится конклав кардиналов, когда выбирают нового понтифика.
В 1478 году папа Сикст IV учредил инквизиционный трибунал, который назвали просто: инквизиция. Его задачей было преследование за веру евреев и мусульман, а также христиан, которых обвиняли или подозревали в ереси. Наказанием за это было сожжение живьём на костре, или пожизненное заключение в одиночной камере. Все зависело от тяжести преступления. Однажды на таком суде инквизиции предстанет знаменитый учёный Галилео Галилей, но ему удастся избежать казни. А до Галилея 17 февраля 1600 года по решению суда инквизиции будет сожжен его современник монах-доминиканец Джордано Бруно за учение о бесконечности вселенной и множестве миров.
Папской буллой Сикст IV официально разрешил испанскому королю Фердинанду I Арагонскому и его супруге Изабелле Кастильской назначать инквизиторов среди духовенства Испании. Это должны были быть люди, склонные к шпионажу и домогательству. В Испании инквизиция была настолько жестокой, что евреям приходилось уезжать срочно из страны под давлением духовенства и рассеиваться по всей Европе. Часто, во избежание смерти, они бежали с насиженных мест так быстро, что не успевали собрать всех вещей и теряли часть своего имущества на родине. Сокровища замуровывали в стенах домов, закрывали в заброшенных колодцах в надежде когда-нибудь вернуться и найти свои богатства. Но большинство из них так никогда и не вернулись, а некоторые тайники до сих пор не найдены.
Всем евреям, живущим в Испании, было приказано покинуть страну и они разъехались по миру. Это был самый настоящий исход – около 800 000 евреев уехали из страны. Некоторые из них поселились в других странах Европы, а некоторые направились в Африку. Но там их ожидалось нечто худшее: местные арабы ловили их, убивали и вспарывали животы в надежде найти там золото. Они думали, что евреи глотали свои сокровища, чтобы вывезти их из Испании. В основном иудеи бежали в ближайшие Францию и Италию, так что во многих итальянских городах появились еврейские кварталы, и даже маленькие еврейские города. Например, в Тоскане был основан город в скале под названием: Питильяно, который неофициально называли: Новый Иерусалим.
Вскоре произошло событие, которое опять потрясло всю Европу после падения Византийской империи. В августе 1480 года турки напали и разграбили город Отранто в южной Италии. Флот султана Магомеда II состоял из 90 больших галер, 40 галиотов и других кораблей и лодок. А численность его войска была около 18000 человек. Силы были неравные – в Отранто жило всего около 2000 жителей, которые, тем не менее, отчаянно сопротивлялись. Но долго они продержаться не смогли. После множества атак жители Отранто оставили город на разграбление туркам и укрылись в крепости.
Турки осаждали замок 15 раз, только после этого он был захвачен и началась резня местного населения. Расправа мусульман была настолько жестокой, что в ней мало кто уцелел. 813 жителей – все мужчины старше 15 лет были убиты за отказ принять ислам, а женщины и дети угнаны в рабство. Впоследствии погибшие в этом сражении итальянцы были сначала беатифицированы 14 декабря 1771 года папой Климентом XIV, а потом канонизированы 12 мая 2013 года папой Франческо I. Перед лицом такой опасности итальянские государства, наконец, объединились с папскими войсками и в сентябре 1481 года освободили Отранто от турок.
Сикст IV поддерживал испанского короля Фердинанда Арагонского и его супругу Изабеллу Кастильскую в войне против мавров Гранады и бесплатно раздавал индульгенции тем, кто добровольно отправлялся в крестовый поход. Понтифик способствовал браку племянницы последнего Византийского императора Константина XI Зои Палеолог, которая потом приняла имя: София, с Великим князем Московским Иваном III. При этом он обеспечил её богатым приданым и снарядил делегацию, сопровождающую принцессу в далекую Московию. Многие государи Европы получили от Сикста IV золотую розу – почётный знак отличия, присуждаемый папами в случаях их особого благоволения.
Но жадность и честолюбие Сикста IV в эпоху его понтификата повергло в пучину войны почти всю Италию. Началось с попытки захвата папскими войсками под командованием Джулиано делла Ровере города Читта-дель-Кастелло, которому на помощь пришла Флоренция. Продолжилось заговором Пацци и войной с Флоренцией, на сторону которой встали Венеция и Милан, а потом и Неаполь благодаря умелой дипломатии Лоренцо Великолепного. Так, постепенно, забурлил котёл войны. Венеция сочла этот момент удобным и напала на Феррару в союзе с Генуей. На сторону Феррары встали Флоренция, Мантуя, Неаполь и Болонья.
Потом Генуя вступила в войну с Миланом, а папская армия пыталась не пропустить неаполитанские войска, которые торопились на помощь Ферраре. Папа совершенно не предвидел такой неразберихи и велел пропустить неаполитанскую армию через Папскую область. А потом он сделал грубую ошибку – проклял Венецию и призвал все итальянские государства к войне с республикой. Война началась снова, пока, наконец, в 1484 году итальянцам не надоело воевать и все государства подписали мирный договор в городе Баньоне.
Похоже, это доконало Сикста IV и он скончался 12 августа 1484 года от лихорадки в возрасте 70 лет. Хотя есть предположение, что он умер от злости после того, как прочитал Баньольский договор. Просто не выдержало сердце. Святой отец был сначала похоронен в старой базилике Ватикана. Позднее, во время перестройки храма, его останки были перезахоронены в Ватиканских гротах, где они находятся до сих пор. В памяти народа Сикст IV остался как понтифик, который больше всех его предшественников занимался кумовством, совсем не занимался реформацией церкви, а предпочитал посвящать себя личным, земным интересам. Сикст IV вел бесполезные, ненужные войны, которые пробили большую брешь в папской казне.
Но есть и ещё много хорошего, что сделал Сикст IV в своей жизни, кроме постройки Сикстинской капеллы. Он начал заниматься восстановлением города и монументализацией Рима: по его заказу были построены мост Систо, по которому паломникам было легче добираться до собора Святого Петра, реконструирована арка Святого Духа в Саксии, перестроена базилика Сан Витале. Затем были проложены новые дороги: Сикстина, Папалис, Ректа и многие другие. Грязная большая деревня, которой до него был Рим, начала превращаться во вполне приличный город. Папа вернул моду на гуманизм и покровительствовал талантливым художникам и музыкантам. При Сиксте IV начался переход от Средневекового Рима к Риму эпохи Возрождения.
На конклаве, который собрался после смерти Сикста IV, наиболее популярными кандидатурами на престол Святого Петра были двое: кардинал Джулиано делла Ровере, племянник усопшего понтифика, и, как ни странно, кардинал Родриго Борджа. Но на самом деле ничего странного в выдвижении его кандидатуры не было – в ход пошла обычная коррупция. Кому-то предлагали деньги, кому-то высокие должности или привилегии. Джулиано делла Ровере тоже не отставал, обещая церковные должности родственникам собравшихся. Конечно, все это не делалось в открытую. Пока кардиналы соперничали между собой, неожиданно большинством голосов был выбран богатый 52-летний генуэзец Джанбаттиста Кибо. Он оказался гораздо проворнее и наглее Родриго и Джулиано, тайком раздавая золотые дукаты и предоставляя больше привилегий собравшимся. Джанбаттиста выбрал себе имя: Иннокентий VIII.
Когда объявили о том, кто выбран понтификом – толпа ликовала: папа и на этот раз был итальянец! В честь этого события был даже произведён залп артиллерии со стен замка Святого Ангела. Новый папа начал свою деятельность с активной торговли индульгенциями, и не только. За деньги можно было купить прощение за совершенное преступление, даже такое серьезное, как убийство. Таким образом можно было оправдаться и избежать смертной казни под предлогом того, что Бог не хочет смерти грешников. Заплати – и живи.
Иннокентий VIII с Родриго были похожи – оба примерно одного возраста, у Джанбаттиста Кибо было 7 внебрачных детей и множество родственников. Иннокентий VIII был первым из Римских пап, который признал своих незаконнорожденных детей, а не выдавал их за племянников. По крайней мере двоих: дочь Теодору и сына Франческо. Последнего все называли: Франческетто за его миниатюрный рост. Некоторые приписывают папе гораздо больше, около 16 незаконнорожденных детей. Ещё Иннокентий VIII был первым папой, для избрания которого была задокументирована фраза: Habemus papam. Она, скорее всего, иногда использовалась и раньше, но именно при Джанбаттиста Кибо была узаконена.
Иннокентий VIII занимал престол Святого Петра 8 лет. Он утвердил Джулиано делла Ровере на должность главного советника Папской курии, а Родриго Борджа подтвердил пост вице-канцлера. Правда, Джанбаттиста Кибо унаследовал долги предыдущего понтифика – огромную сумму в 250 000 дукатов. Но папа не унывал и чтобы выплатить долги он первым делом заложил папскую тиару и драгоценности казны. Иннокентий VIII первые 5 лет предусмотрительно не занимался кумовством, чтобы не порочить свою персону. Он также не занимался инквизицией и не требовал сжигать ведьм и еретиков на костре. В худшем случае их сажали в тюрьмы и конфисковывали их имущество.
У Иннокентия VIII тоже была идея организовать крестовый поход против турок, с этой целью он сблизился с герцогом Миланским Людовико Сфорца и с флорентийской республикой. Для более прочного союза понтифик согласился на брак своего 40-летнего сына Франческетто с 14-летней дочерью Лоренцо Великолепного Магдаленой. Брак был торжественно заключён в Риме 20 января 1488 года, после чего последовал пышный банкет в Ватикане. Римлян сильно возмутило то, что Святой отец в открытую признает своего сына, которого они сильно недолюбливали за его глупость и распущенность.
Взамен на это Лоренцо Медичи получил пурпурную кардинальскую мантию для своего среднего сына, 13-летнего Джованни Медичи. Конечно, не обошлось без крупной суммы золотых флоринов. Официально Джованни должен был стать кардиналом в возрасте 16 лет при условии, что до этой даты доживут и Лоренцо Медичи, и папа Иннокентий VIII. Джованни повезло, они дожили. В адрес этой свадьбы и кардинальского сана мальчишке народ сочинил множество скверных стишков, типа: «Чтобы женить сына на девочке из рода Медичи папа подарил пурпурную мантию ребенку», или: «Если это правда, что Святой дух превращает понтифика в сверхчеловека, то в данном случае Святой дух превратил папу в сутенера», и ещё более злобные и ироничные памфлеты.
В мае 1481 года умер султан Магомед II и в Константинополе развязалась война за престол между его сыновьями: старшим Баязидом и младшим Джемом. Баязид разбил армию Джема и тот бежал на остров Родос, преодолев долгое и трудное путешествие. Там он был найден и схвачен рыцарями ордена Госпитальеров, которые проживали на этом острове. Они выдали Джема папе Иннокентию VIII и принц был доставлен в Рим. Его поселили под усиленной охраной в Ватиканском дворце и понтифик угрожал Баязиду снарядить войско для Джема и направить против него, если султан не отступит от Европы. Баязид боялся народного восстания, поэтому он очень хотел избавиться от брата. Для начала султан подослал своего агента в Ватикан, который отравил воду фонтана Бельведер. Её Джем обычно использовал для питья. Но агенту это не удалось, его схватили и посадили в тюрьму, а турецкий принц остался жив.
Тогда султан решил подкупить понтифика и уговорить его убить Джема. С этой целью Баязид отправил папе в подарок ценную христианскую реликвию: наконечник Святого копья, которым, по преданию, римский легионер Лонгин пронзил подреберье распятого Христа, чтобы убедиться в его смерти. На самом деле таких наконечников в Европе было много: в Париже, в Нюрнберге, в Венеции и в других городах. И все утверждали, что именно их наконечники настоящие. Так что Джем опять остался жив и продолжал жить в Ватикане. Он был очень ценным заложником, поэтому его жизнь тщательно охраняли.
В январе 1492 года армия Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской окончательно разбила мавров и отвоевала Гранаду. Испания была полностью освобождена от арабов и произошло объединение всей страны. В Риме устроили грандиозные праздники и шествия в честь этой победы. Родриго Борджа был счастлив больше всех, как истинный испанец. Он заказал привезти из Испании боевых быков и впервые организовал представление корриды в Большом Цирке Рима. Черные быки символизировали мавров, а торреадоры – христиан, которые одержали победу.
В июле в Вечном городе началась страшная жара. Состояние здоровья Иннокентия VIII резко ухудшилось и он уже практически не мог передвигаться. Его друг Лоренцо Медичи умер 8 апреля 1492 года, как предсказывал популярный в те времена доминиканский монах-проповедник Джироламо Савонарола, который жил во Флоренции и был настоятелем монастыря Святого Марка. Этому никто не удивился, ведь Лоренцо Великолепный был уже давно болен подагрой и чувствовал себя очень плохо. Его состояние ещё больше ухудшилось из-за язвы желудка, которую вызвало ужасное лечение: врач прописал ему глотать толченый жемчуг и изумруд.
Лоренцо Медичи практически не мог двигаться и все давно знали, что его дни сочтены. Последние недели жизни он провел на своей любимой вилле Медичи в Кареджи, где скончался в возрасте 43 лет в окружении своих друзей философов Анжело Полициано и Пико делла Мирандола, своих сыновей Пьеро и Джованни и своего домашнего врача Пьетро Леони. Следующим пророчеством монаха была смерть папы, о чем тоже нетрудно было догадаться, глядя на состояние Святого отца.
Иннокентий уже ничего не мог есть, кроме женского молока. А какие окорока и дичь он раньше любил уплетать за обедом! Какое отменное вино пил! Последней попыткой улучшить состояние Иннокентия было переливание ему крови 3-х молоденьких юношей. В награду им подарили каждому по роскошному щиту, которые не понадобились – юноши вскоре скончались все трое от большой потери крови и заражения. В те времена слабо представляли себе, как правильно и в каких количествах переливать кровь. А о группах крови вообще ничего не знали.
Папа продержался до вечера и скончался 25 июля 1492 года в возрасте 60 лет в окружении кардиналов. Перед смертью он обратился к ним со словами: «Я был таким, каким я был. Я сделал все, что мог. Теперь вам нужно выбрать понтифика, который будет лучше меня». Его последнее желание выполнить было нелегко – ведь усопшего папу окружали кардиналы, погрязшие в коррупции, разврате и кумовстве: Родриго Борджиа, Джулиано делла Ровере, Рафаэль Риарио, Джанбаттиста Орсини, Федерико Сансеверино и некоторые другие. Все они предпочитали плотские утехи церковным принципам.
6 августа 1492 года кардиналы собрались на конклав в Сикстинской капелле. Как раз в те самые дни Христофор Колумб отправился из Испании в поисках нового пути в Индию.
Глава 4. Папа Александр VI Борджа
Для того, чтобы кардиналы могли спокойно заседать на конклаве, Ватикан был превращен в самую настоящую крепость. Все дороги к нему были перекрыты и охранялись стражниками. Говорят, вечером римляне с удивлением наблюдали на темном небе необычное астрономическое явление: три одинаковые, крупные, ярко сияющие звезды. Никто не понимал, что это означает. Все крестились, глядя на небо, и готовились к самому худшему. Сначала поговаривали, что наиболее подходящими кандидатами на престол Святого Петра являются двое: неаполитанец Оливеро Караффа и португалец Джорджо Коста. Но потом эти кардиналы исчезли из списка.
Родриго Борджа был наименее подходящим из 23 кардиналов на пост понтифика. И не только из-за своего распутства и прежних темных делишек, но ещё и потому, что он был иностранцем, каталонцем. А римляне, как обычно, не хотели допустить выборов папы-иностранца из-за страха, что он опять перенесет Святой престол куда-нибудь за границу. К тому же против кандидатуры Борджа выступали европейские монархи: король Неаполя Ферранте Арагонский, французский король Карл VIII и республика Генуя. Все они поддерживали его конкурента Джулиано делла Ровере, который вскоре стал основным кандидатом.
Посол из города Модена упоминает об огромной сумме 200 000 дукатов, которую король Франции перевёл одному римскому банкиру, чтобы обеспечить победу делла Ровере на выборах на пост понтифика. Генуэзская республика тоже не отставала и заплатила 100 000 дукатов за кандидатуру кардинала Джулиано. Но, оказывается, не все можно решить деньгами, даже такими огромными. Ведь гораздо дороже денег были высокие посты, привилегии и недвижимость, которая приносила постоянный доход.
Вскоре кроме делла Ровере судьба начала улыбаться ещё одному кандидату – Асканио Сфорца. Но совершенно неожиданно, на 5-й день конклава, в списке появился 3-й претендент на престол Святого Петра – Родриго Борджа. Это и были те 3 звезды, которые зажглись на небе в начале конклава. Утром 11 августа кардиналам сильно урезали утреннюю трапезу чтобы заставить их поторопиться с выборами. Родриго Борджа поддерживали влиятельные римские кланы: Колонна, Орсини и Савелли. За него также подал голос кардинал Асканио Мария Сфорца, брат герцога Миланского Людовико Сфорца. Кардинал Борджа оказался хитрее делла Ровере – кроме денег он пообещал своим сторонникам множество привилегий в политике и компенсации в виде замков, дворцов, аббатств, епископств, хороших доходов и других земных благ. В ход шло все, любые обещания. Каких-то письменных доказательств этому нет. Но то, что произошло потом, уже говорит само за себя.
В конце концов Родриго добился своего – 11 августа 1492 года в возрасте 61 года он был выбран Римским папой. Борджа выбрал себе новое имя: Александр IV в честь великого полководца Александра Македонского. Как ни странно, за него проголосовали все кардиналы единогласно. Об этом пишет посланник флорентийской республики Баччо Валори Совету Девяти. Пока остальные кардиналы целовали его ноги и руки, Джованни Медичи, сын Лоренцо Великолепного, прошептал на ухо своему соседу: «Мы попали в пасть хищного волка. Только побег может спасти от его глотки». Все сторонники нового папы получили обещанное, в этом плане Борджа никого не обманул. Были ли его выборы честными? Конечно же нет. Но в этом он нисколько не отличался ни от своих предшественников, ни от последующих пап. Так что обвинять в коррупции только одного Родриго Борджа было бы несправедливо.
Избрание Родриго на пост понтифика произвело эффект взорвавшейся бомбы. Особенно когда узнали, какими неблагородными способами он добился своего. Уже до этого кардинал Борджа сумел привязать к себе родственными связями представителей благородных кланов благодаря тому, что двух своих незаконнорожденных дочерей от неизвестных женщин он выгодно выдал замуж: Джерониму – за Джанандреа Чезарини, а Елизавету – за Пьерджованни Матуцци. Свою двоюродную сестру Адриану де Мила Родриго сосватал за Людовико Орсини, хозяина замка Бассанелло, расположенного около города Витербо. Их сын Орсино Орсини женился на прекрасной девушке Джулии Фарнезе, которая потом станет любовницей папы Александра VI. Она, говорят, вдохновила Рафаэля Санти на написание портрета: «Дама с единорогом».
Кардинал Сфорца получил от папы роскошный дворец, должность вице-канцлера, замок Непи и епископство Ерлау. Кроме того, Александр VI отправил ему 4 запряжённые мулами телеги, нагруженные серебром. Его брат Людовико Сфорца тут же отправил в порт Остия недалеко от Рима 5 герцогских галер чтобы контролировать ситуацию. Продажа церковных должностей продолжалась, она затронула в большей или меньшей степени всех участников конклава. Кардинал Орсини получил крепости Сориано и Монтичелли, а также представительство в Марке. Колонна стал хозяином аббатства Субиако, Савелли получил монастырь Чивита Кастеллана и епископство Майорка, Паллавичини – епископство Памплона.
Даже соперник Борджа Джулиано делла Ровере не отказался от подарка – замка Рончильоне, аббатсва Святого Варфоломея в Ареццо и Рийо. А молодой 16-летний кардинал Джованни Медичи стал хозяином крепости Витербо. Таким образом все были довольны и щедро вознаграждены. Такой подкуп был настолько откровенен, что после выборов папы Римский нотариус Латино де Масис воскликнул: «О Боже, за наши грехи произошло так, что твой наместник на земле был избран таким недостойным способом!» А испанский посол в Риме епископ Бернардино Карвахал пригрозил вывести всех на чистую воду и объявил, что былой славе Римской церкви пришёл конец. Но сделать уже ничего было нельзя.
Папа Александр VI был официально коронован 26 августа 1492 года, тиару на его голову возложил кардинал Франческо Тодескини Пикколомини. Он стал 218-м римским папой, если считать от Святого Петра апостола. Понтификат Александра VI длился 11 лет. Но не все были недовольны выбором Родриго Борджа в качестве первосвященника. Например, флорентийцы абсолютно не были против его кандидатуры – они ожидали много выгоды и преимуществ от нового понтифика. Людовико Сфорца, герцог Миланский, тоже был доволен и послал свои поздравления. Король Неаполя Ферранте Арагонский, наоборот, сильно сомневался в правильном выборе кардиналов. Он даже, по слухам, прослезился, когда узнал о результатах выборов. Но в это невозможно поверить, учитывая его коварный характер и жестокую натуру.
Республика Венеция тоже была довольна, а Феррара и Мантуя выразились в том духе, что сложно было бы найти более достойного кандидата. Тосканские республики Сиена и Лукка были откровенно рады результатом выборов, их жители даже устроили празднества в своих городах. Все правители итальянских государств послали папе свои поздравления. Хотя некоторые из них, возможно, не были откровенны и льстили новому понтифику. Было это лицемерием, или нет, трудно сказать. В те времена независимые республики и герцогства не зависели от Святого престола, иногда им даже было откровенно наплевать на мнения пап. Это было совсем другое время, не то, что в эпоху Средневековья, когда все боялись отлучения от церкви.
После коронации Родриго Борджа состоялись пышные празднества с банкетами, весь Рим был украшен декорациями: триумфальными арками, изображениями мифологических персонажей и героев древности, знаменами с тройной папской тиарой, символизирующей три власти – императорскую, королевскую и церковную, скрещенными ключами – символом папской власти, которые сочетались с гербом Борджа – красным быком. Многие знатные римляне украсили свои дворцы гобеленами с изображением герба Борджа. С тех пор Александр VI получил прозвище: «Бык».
Праздники в Риме продолжались несколько дней. В день коронации счастливые горожане приветствовали нового понтифика, который ехал с процессией из Собора Святого Петра в базилику Сан Джованни ин Латерано. Папа был верхом на белоснежном коне с серебряным седлом и сбруей, его сопровождали кардиналы и духовенство. Проезжая мимо людей, Александр VI благословлял народ, а они любовались его крупной импозантной фигурой, сияющим лицом с орлиным носом и горящими счастливыми глазами.
В тавернах угощались мясом и вином за здоровье нового папы, вокруг освещенных фонтанов, из которых вместо воды било вино, устраивали танцы, на подмостках выступали актеры, прославляя Александра VI. В Рим прибыло много иностранных послов в диковинных костюмах, на которых люди приходили глазеть, как на чудо. В Ватикане устраивали банкеты, остатки еды раздавали народу, а конфеты бросали людям из окон. Девушки вплетали в волосы цветочные гирлянды и разбрасывали лепестки роз по улицам. Вечерами стреляли залпы из пищалей замка Святого Ангела, а на площадях запускали фейерверки. Людовико Сфорца организовал такие же пышные празднества в честь избрания нового папы в Милане, чтобы польстить понтифику. Ответственным за это был Леонардо да Винчи, который в те времена находился у него на службе.
Говорят, что после праздников Александр VI удалился в свои покои, отменил все дела и встречи и несколько дней предавался пьянству в обществе женщин. Он уже был немолод, всё-таки 61 год. Но его мужские потребности, похоже, не уменьшились. Александр VI все ещё чувствовал себя молодым мужчиной не старше своих сыновей. А теперь, когда он стал первосвященником, он считал себя с одной стороны Августом Октавианом, а с другой стороны – Святым отцом, и был не против выполнять одновременно 2 функции: императора и римского папы. В те времена у Родриго была постоянная любовница Джулия Фарнезе и бывшая сожительница Ваноцца Каттанеи.
Её настоящее имя было: Джованна, но на римском диалекте девушку называли: Ваноцца. О её происхождении и ранней юности мало что известно. Ваноцца была родом из итальянской семьи ломбардского происхождения, возможно, из города Мантуя. Из этого же рода, только из Генуи, происходила Симонетта Каттанеи, по мужу: Веспуччи, которая стала музой художника Сандро Боттичелли и символом флорентийского Возрождения. Ваноцца родилась то ли в Мантуе, то ли в Риме 13 июля 1442 года в семье живописца и мелкого дворянина Якопо Каттанеи и его жены Меники. Девушка выросла в среде художников, скульпторов и работников по мрамору, которые съехались в Рим для отделки дворцов кардиналов.
В Риме она работала управляющей отелями, в которых останавливались высокопоставленные гости. Они были не прочь провести время с женщинами легкого поведения, которых им поставляла сама же Ваноцца. Кроме того, она занималась тем, что ссужала деньги под проценты. В одном из таких отелей, возможно, с ней и познакомился молодой кардинал Родриго Борджа. Точной даты их знакомства неизвестно, указывают довольно обширный период с 1465 по 1469 годы. Ваноцца была на 11 лет младше кардинала и, по описаниям современников, это была очень привлекательная женщина. Она была пышнотелая по моде того времени, с золотисто-рыжими волосами и темными глазами. По крайне мере, так она изображена на портрете кисти художника Инноченцо де Мола, хотя некоторые пишут, что её глаза были светлые. Эта женщина сочетала в себе пышность богини Юноны и сексуальность Венеры, против чего Родриго Борджа, конечно, не смог устоять.
Как они познакомились – тоже точно неизвестно. Возможно, случайно, когда он пришёл в её отель с целью: развлечься с какой-нибудь хорошенькой девушкой, но вместо этого пленился самой управляющей. Ваноцца часто гостила во дворце Родриго, несмотря на неодобрение остальных кардиналов и римского народа. Но никто уже не удивлялся поведению кардинала Борджа. Очень скоро девушка стала его единственной и постоянной любовницей, и так продолжалось больше десятилетия. Хотя, наверняка, в это время у Родриго были какие-то мелкие интрижки и с другими женщинами. Но если и были, то настолько незначительные, что о них ничего не известно.
Дети у Ваноццы и Родриго родились не сразу. Только в 1475 году появился на свет старший сын Чезаре, а вскоре вслед за ним – второй сын Хуан Борджа. Несмотря на то, что Ваноцца была любовницей влиятельного кардинала и вице-канцлера, она должна была быть замужем как всякая уважающая себя женщина. Мужа ей подыскал сам Родриго в 1474 году, это был Доменико Джаноццо, синьор Ариньяно. Ему в те времена было больше 50 лет, а его жене 32. По мужской части Доменико, говорят, был слабоват. Поэтому нет сомнений, что Чезаре и Хуан – сыновья Родриго Борджа. Тем не менее они родились в законном браке. Правда, Хуан родился когда Ваноцца была уже вдовой – Доменико д'Ариньяно умер в 1476 году.
Вскоре после этого Родриго выдал любовницу замуж за некого Антонио из города Брешиа, а после его смерти – за Джорджио делла Кроче родом из Милана. Этот муж Ваноццы был богат, у него была хорошая вилла с прекрасным садом около церкви Сан Пьетро ин Винколи на холме Эсквилин, куда они переехали с детьми. А чуть позже Родриго добился для Джорджио должности секретаря папы Сикста IV. Он продолжал обеспечивать свою любовницу и сыновей, а сама Ваноцца имела хорошее чутье в делах и выгодно вкладывала деньги. Она была экономически независимой женщиной и вполне могла сама себя содержать.
В 1479 году Ваноцца узнала о новой беременности. Тогда она решила уехать и поселиться в замке Борджа в Субиако. Там в 1480 году женщина родила дочь Лукрецию, которой суждено было стать одной из самых скандальных и обсуждаемых дам XV—XVI века. Папа Александр VI был очень рад рождению девочки, он просто обожал малышку. На следующий год Ваноцца родила последнего сына Гоффредо, или Жофре. Но отношения между ней и кардиналом Борджа к тому времени начали охладевать. Поэтому Родриго часто сомневался, что Жофре – его сын, а не ребёнок мужа любовницы. Потом связь между Ваноццой и кардиналом полностью прекратилась и в 1482 году она родила сына от мужа Джорджио делла Кроче, которого назвали: Оттавиано. Их семейное счастье длилось недолго – в 1486 году муж Ваноццы и её младший сын умерли с разницей в несколько дней.
Родриго Борджа не пал духом и тут же подыскал бывшей любовнице нового мужа – Карло Канале родом из Мантуи. Это был прекрасно образованный человек, литератор, поэт, гуманист. Он много лет работал камергером кардинала Франческо Гонзага и заслужил хорошую репутацию. Новый брак Ваноццы неожиданно оказался счастливым и супруги переехали из дворца на площади Пиццо ди Мерло, когда-то подаренного ей Родриго Борджа, в новый дворец на площади Бьянка. Общих детей с Канале у них не было, но Карло привязался к детям Ваноццы от кардинала Борджа, особенно к маленькой Лукреции. Это была удивительно красивая, похожая на ангелочка девочка с золотистыми кудрявыми волосами и голубыми глазами. Её детских портретов не сохранилось, а может их и не было. Так Лукрецию описывают современники. Карло начал обучать её гуманитарным наукам, основам греческого языка и латыни. Канале очень ценили при папском дворе за его ум и талант устраивать грандиозные театральные представления.
Любовные отношения между Ваноццой и Родриго Борджа к тому времени, как он был избран папой, уже сошли на нет. Но остались дружеские отношения и общие дети. Поэтому Ваноцца присутствовала во время коронации Александра VI вместе с сыновьями, дочерью Лукрецией и кузиной Родриго Адрианой де Мила. На этой же церемонии присутствовали сын Адрианы Орсино Орсини со своей 17-летней женой Джулией Фарнезе, которая к тому времени уже была новой любовницей папы Александра VI. Орсино Орсини прозвали: одноглазый из-за его физического недостатка, а его жену называли: Джулия ла Белла (красотка) из-за её исключительной красоты.
Джулию описывают как совершенное творение античности с точеной фигурой, нежным овальным лицом с легким румянцем, светлыми волнистыми волосами и темно-голубыми глазами. Так её изобразил художник Пьетро Лонги на полотне: «Леди и единорог» и, возможно, Рафаэль Санти на картине: «Дама с единорогом». Правда, нет точной уверенности, что это именно она изображена. При этом злые языки язвительно называли её: «папской шлюхой», или «супругой Христа» из-за её любовной связи с понтификом.
Джулия Фарнезе родилась в 1475 году в Риме в семье Пьер Луиджи Фарнезе и Джованеллы Каэтани. У неё было 2 брата: Анжело и Алессандро. Последний впоследствии станет римским папой под именем: Павел III. Ещё у неё была младшая сестра Джиролама. Отец Джулии умер когда ей было всего 9 лет. Она была ещё совсем девочкой, когда её выдали замуж за Орсино Орсини по договору, заключенному между её отцом Пьер Луиджи и кардиналом Борджа. Во время бракосочетания Джулии было 14 лет, а Орсино – 16. Брачный контракт был заключен в мае 1489 года во дворце Родриго. Возможно, тогда он и увидел Джулию впервые.
Отец Орсино умер а том же 1489 году и Адриана де Мила овдовела. Тогда она нашла поддержку и покровительство в лице своего кузена Родриго Борджа, который вскоре доверил ей воспитание своей дочери Лукреции, а потом и младшего сына Жофре. Старшие сыновья вскоре разъехались. Чезаре уехал на учёбу в университете, а Хуан – в свое герцогство Гандия, которое он унаследовал от старшего брата. В один из визитов в дом Адрианы кардинал Борджа познакомился с Джулией Фарнезе поближе и она сразу пленила его своей красотой. Это было примерно за год или два до его избрания на престол Святого Петра.
Когда Родриго заявил кузине о том, что он хочет сделать её невестку своей любовницей, Адриана с готовностью согласилась. Мужу Джулии в компенсацию пожаловали должность мэра городка Карбоньяно и в основном он жил в своей крепости Бассанелло. Так у Родриго Борджа появилась новая постоянная возлюбленная, которая была на 44 года его младше. Её брат Алессандро сразу же получил от Родриго кардинальскую шапку, за это его прозвали: «кардинал-юбочник», так как он получил этот сан благодаря своей распутной сестре. Родриго часто приходил к кузине под предлогом: навестить Лукрецию, которая переселилась в дом Адрианы. Так что все интимные встречи Александра VI и Джулии Фарнезе происходили на глазах его дочери-подростка.
В ноябре 1492 года Джулия родила дочь Лауру, которую записали как законнорождённого ребёнка Орсино Орсини. Но злые языки утверждали, что Лаура, несомненно, является внебрачной дочерью папы Александра VI. Ведь она родилась как раз в период расцвета их бурного романа, а муж Джулии постоянно отсутствовал. В отцовство Орсино поверить трудно – кроме того, что молодой человек был одноглазым, он был неуклюжий и малопривлекательный. Но точно до сих пор не установлено, кто является настоящим отцом Лауры. Похоже, что и сама Джулия всегда сомневалась, от кого она родила дочь. Также странным был тот факт, что Родриго Борджа не проявлял особого интереса к Лауре по сравнению с остальными своими детьми, о которых он очень заботился.
Возможно, понтифик решил возложить всю заботу о девочке на семью Орсини и молчать, чтобы не спровоцировать скандал. Одно дело – дети от любовниц, которых он сам пристраивал замуж, и совсем другое – от замужней женщины, к тому же младше его на много лет. Сама Джулия Фарнезе с 1493 года, когда укрепились её отношения с папой Александром VI, поселилась со свекровью Адрианой де Мила и с дочерью понтифика Лукрецией во дворце кардинала Джован Баттиста Дзено недалеко от Ватикана. Из этого палаццо был потайной ход, который вёл прямо в покои папы.
Кроме Лауры, за время связи Джулии с Родриго в 1498 году в семье Борджа родился загадочный ребёнок, которого назвали: Джованни. Сплетни тогда пошли самые разные: одни называли Джованни сыном Джулии Фарнезе и Родриго Борджа, другие – сыном Чезаре Борджа и неизвестной благородной дамы. Третьи – сыном 18-летней Лукреции Борджа и пажа Римского папы Пьетро Кальдероне, который, по слухам, был в то время её любовником. И даже поговаривали, что этот мальчик – это результат инцеста между папой Александром VI и его собственной дочерью Лукрецией, или сын Чезаре и Лукреции. Но тайна происхождения Джованни до сих пор не раскрыта.
Был ещё один загадочный ребёнок по имени: Родриго Борджа. Он родился в 1503 году, как раз перед смертью Александра VI, или сразу же после неё. Папа Лев X признал его как сына папы Борджа и неизвестной женщины. Но есть подозрение, что это сын Франциска Борджа, кардинала города Козенца в Калабрии. По официальным документам, Франциск Борджа приходится родным младшим братом самого Родриго, по крайней мере он вырос в его семье. Но полагают, что это был незаконнорожденный сын папы Каликста III Борджа, которого усыновили родители Родриго. Этот мальчик Родриго Борджа прожил 24 года и умер в 1527 году. Точных сведений о его жизни неизвестно, и о его ранней смерти тоже. Так что достоверно известно о 7 внебрачных детях кардинала Родриго Борджа, и ещё троих ему приписывают.
Как мы уже знаем, моральные принципы в эпоху Возрождения ценились мало. В этом папа Александр VI был не лучше, но и не хуже других. В Риме в те времена из 50 000 человек населения было около 5000 проституток, которые работали как на улицах, так и в борделях. Некоторые прелаты и кардиналы держали в своих дворцах постоянных сожительниц и приживали от них детей. Впоследствии Пьетро Аретино, знаменитый поэт и памфлетист родом из города Ареццо, назовет Рим не «caput mundi» (глава мира), а «cauda mundi» (хвост мира). Все это происходило от того, что проституция была узаконена, как любая нормальная профессия, и Ватикан ввел налоги, которые должны были платить все куртизанки.
Среди мирян вообще не было ничего предосудительного держать во дворце сожительницу или иметь внебрачных детей от служанок. Эти незаконнорожденные потомки росли и воспитывались в семьях их отцов вместе с законнорожденными. Некоторые из них получали хорошее образование и должности, становились кардиналами, а внебрачный сын Джулиано Медичи стал даже Римскии папой под именем: Климент VII. Пий II сетовал в свое время на то, что в государствах Италии больше частью правителями были незаконнорожденные отпрыски господ. Среди художников, скульпторов и архитекторов тоже было немало внебрачных потомков. Например, гений эпохи Возрождения Леонардо да Винчи. Появиться на людях с красивой и ухоженной куртизанкой не считалось чем-то зазорным. Такие женщины часто бывали образованными, утонченными, знали иностранные языки, благородные манеры, хорошо одевались, играли на музыкальных инструментах и даже слагали стихи, как знаменитая поэтесса Туллия Арагонская. Так что Родриго Борджа был человеком своего времени.
Другим пороком всех времен и эпохи Возрождения в частности были азартные игры, которыми не пренебрегали некоторые кардиналы и знатные люди. Кардинал Рафаэль Риарио часто проводил ночи в игорных домах вместе с внебрачным сыном папы Иннокентия VIII Франческетто Кибо. Возрождение затронуло не только искусство, но и старые римские традиции. Например, было модно проводить время в термах. В XV—XVI веках были построены новые бани с бассейнами, парилками, джакузи, залами для игр и садами. Сам Рафаэль Санти спроектировал в Ватикане термы для кардинала Довици да Бибьена, которые были украшены зеркалами, что по тем временам было невероятно дорого, инкрустированы мрамором, ракушками, бабочками и золотыми шипами. В термах не только мылись, но и проводили время за приятными разговорами, пили вино, кушали разные яства. Банщиками чаще всего были путаны, которые не только мыли мужчин, но и выполняли свою прямую работу. И Родриго Борджа нередко проводил там время.
Но, несмотря на своё распутство, жадность и непристойное поведение, в религиозной сфере Александр VI был действительно папа, преданный церкви. Родриго Борджа направил все свои силы на реформацию церковных законов и на улучшение нравственного состояния некоторых монастырей. К сожалению, его проект реформирования церкви так и остался на бумаге. Александр VI был первым понтификом, который интересовался индейским населением нового материка, открытого Христофором Колумбом. Он старался обратить индейцев в христианскую веру и посылал туда миссионеров.
Также Святой отец был защитником православия и евреев, и вообще людей другой веры. Нет, он не был атеистом и не одобрял иноверцев. Но в эпоху инквизиции, когда евреи и мавры были гонимы отовсюду и бежали, бросив свое добро из Испании и других стран – они могли свободно селиться в Риме и исповедовать свою веру без страха быть сожженными на костре. Кроме того, папа использовал евреев для получения ссуд и финансирования военных кампаний своего сына Чезаре Борджа. А ещё у Александра VI были личные врачи-евреи.
При папе Борджа кумовство продолжает процветать. Как только Родриго был избран на престол Святого Петра, он назначил кардиналом своего сына Чезаре. Чтобы это было возможно, ещё папа Сикст IV объявил его сыном Ваноццы Каттанеи от её мужа Доменико Джанноццо д'Ариньяно. А потом Александр VI выпустил специальную папскую буллу, в которой признавал его своим собственным сыном, как и родившегося в 1498 году Джованни. Родриго думал о всех своих родственниках, а их у него было много.
В ту пору говорили, что не хватило бы и 10 папств, чтобы удовлетворить его прожорливость. Из 18 испанских кардиналов, которых он сам назначил, 5 было из династии Борджа. Всего за 11 лет папства Александр VI назначил 43 кардинала в течение 10 консисторий – так называют совещательное собрание, которое собирает понтифик в случае необходимости для обсуждения важных дел, в том числе и для выбора новых кардиналов. Но особенно Родриго заботился о собственных детях. По традиции, старшему сыну была уготована военная карьера. Поэтому Педро Луис, его сын от неизвестной матери, отправился в Испанию на помощь королю Фердинанду II Арагонскому в освобождении Гранады. Второму по старшинству предназначалась духовная карьера – поэтому Чезаре Борджа и стал кардиналом, хоть и против своей воли. Его больше привлекали военные подвиги – Чезаре с детства любил оружие, состязания, турниры, охоту и хорошеньких девушек.
Третий сын Родриго Борджа Хуан был всего примерно на год младше Чезаре и он был любимчиком своего отца. Хуан рос капризным, вредным и избалованным ребёнком. Несмотря на это, ему тоже была уготована военная карьера. Когда его старший единокровный брат Педро Луис умер в 1492 году от раны, полученной на войне – именно Хуан, а не Чезаре, унаследовал герцогство Гандия и невесту своего брата Марию Энрикес де Луна, двоюродную сестру испанского короля. Дело в том, что Александр VI и Фердинанд II Арагонский хотели скрепить свой союз ещё и родственными связями.
Младшему сыну Жофре было всего 11 лет, когда Родриго был избран на папский престол. Он всегда оставался в тени своих братьев из-за подозрения Александра VI, что это не его сын. Тем не менее понтифик позаботился и о нем – в возрасте 13 лет Жофре Борджа женили на 16-летней Санче Арагонской, внебрачной дочери короля Альфонсо II Неаполитанского, сына Ферранте Арагонского. После женитьбы Жофре получил титулы принца Сквиллаче, графа Альвито и Кариати. А на любимую дочь Лукрецию папа делал большую ставку из-за её ума и красоты. Ей досталась особая судьба, больше несчастная, чем счастливая. У Лукреции было 3 мужа, 10 детей, из которых выжили 6, и короткая жизнь – всего 39 лет.
В Европе Александр VI старался принимать меры против ведьм и колдунов, как и его предшественники. Во Флоренции у него был серьёзный враг – настоятель монастыря Святого Марка Джироламо Савонарола. После смерти Лоренцо Великолепного Савонарола способствовал тому, что сыновья Лоренцо: Пьеро, Джованни и Джулиано и их кузен Джулио были изгнаны из республики. После этого монах практически захватил власть во Флоренции и приказал сжигать произведения искусства и предметы роскоши на костре тщеславия. Потом он направил все свои усилия на проповеди против Александра VI, обвиняя его в разврате, симонии и коррупции. Папа попытался подкупить строптивого проповедника и предложил ему сан кардинала, но тот гордо отказался и усилил свои нападки на первосвященника.
Тогда раздраженный Александр VI запретил монаху проповедовать, но Савонарола и не подумал послушаться его приказа. В конце концов Родриго объявил монаха еретиком, приказал его арестовать и под пытками заставить признаться в ереси. Затем Савонарола был публично повешен на площади Синьории во Флоренции с двумя своими соратниками: фра Сильвестро Маруффи и фра Доменико Буонвичини, их тела были сожжены на костре, а пепел выброшен в воды реки Арно. Это произошло 23 мая 1498 года.
Папа Александр VI вел себя больше как князь, а не как понтифик. Он жаждал власти, навел жесткий порядок в папской курии и в финансовых делах государственной казны. Затем Святой отец учредил трибунал, который разбирал дела убийц и никому не позволял избежать правосудия. Дело в том, что за времена понтификата Иннокентия VIII в Риме процветал бандитизм, каждый день разбойники убивали около 200 человек. Было много организованных банд, которые грабили и убивали местных жителей. Бандитов боялись даже стражники и Александр VI быстро взялся за дело очистки Вечного города от преступности. Он был очень суров с убийцами, сам вершил правосудие и приговорил к смерти многих главарей банд путем повешения. А их притоны были найдены и разгромлены.
Кроме того, Александр VI учредил новые должности тюремных инспекторов и комиссаров, которые должны были строго следить за порядком на улицах и предотвращать любые преступления. Наконец-то римляне смогли вздохнуть свободно и спокойно выходить из своих жилищ, не боясь быть неожиданно ограбленными или убитыми. После этого Родриго Борджа очистил папский двор от тех чиновников, которые, как в шутку говорили, «разжирели на харчах папы Иннокентия VIII». Сам понтифик принимал скромную пищу, без всяких излишеств, и этим подавал пример кардиналам.
Ещё Александр VI завел традицию: каждый вторник он вел личный приём в папских покоях Ватикана, где принимал и выслушивал просьбы и претензии всех людей без исключения, даже низкого сословия. Папа всегда старался помочь каждому человеку решить его проблемы. Затем Родриго Борджа распорядился отремонтировать все военные укрепления Ватикана, замка Святого Ангела и коридора Пассетто ди Борго, который соединял эти два здания. Пассетто был построен ещё в 1277 году по заказу папы Николая III, его длина составляет около 800 метров. Впоследствии благодаря нему сам Александр VI укрылся в замке Святого Ангела от войска французского короля Карла VIII, а папа Климент VII от нападения армии императора Священной Римской империи Карла V.
Так что Родриго Борджа кроме того, что в нем было плохого, сделал и много хорошего для Рима и своего государства. Никколо Макиавелли приводит пример папы Александра VI в книге: «Государь» как образец различия между идеальным и действительным. В марте 1499 года Александр VI торжественно объявил 1500 год юбилейным. Чтобы подготовиться к юбилею папа заказал расширить улицы города, ведущие к собору Святого Петра, и построить новую, которую назвали: улица Александрина в его честь. Она вела от замка Святого Ангела до храма Святого Петра и по ней паломники могли легко проходить к святым мощам апостола Петра. Позже её переименовали в Борго Нуово (Новый район), а в 1930 году это улица была полностью ликвидирована и на её месте построен отводной канал по приказу Бенито Муссолини.
Юбилей был торжественно открыт церемонией, которая использовалась ещё с XIV века – 22 декабря глашатаи на улицах объявляли папскую буллу о наступлении юбилейного года. Новой традицией, которую ввел папа Мартин V в начале XV века, было открытие в канун Рождества 4-х священных дверей в базиликах Святого Петра, Святого Павла за стенами, Святого Иоанна в Латерано и Санта Мария Маджоре. Последняя церковь расположена недалеко от Колизея и, по легенде, была построена на том месте, где в августе выпал снег. Обычно эти двери всегда замурованы для того, чтобы открывать их по случаю юбилея.
Базилика Санта Мария Маджоре, Рим
Для этого Святые отцы использовали специальный серебряный молоточек, символизирующий папскую власть по Евангелию Святого Иоанна, где написано: «Он откроет, и никто не закроет. Он закроет, и никто не откроет». Этот молоток хранился в капелле Святой Вероники в базилике Святого Петра. Над первой священной дверью на архитраве была надпись: «Это дом Божий и это дверь на небеса». И вновь толпа паломников, больных и калек потекла в Рим и заполонила все улицы Вечного города. Опять все гостиницы, притоны и монастыри были забиты до отказа так, что люди ночевали на улице. В этот год было организовано много не только церковных, но и светских мероприятий.
Стоит отметить также заслуги папы Александра VI в развитии искусства в Риме. В эпоху его понтификата французский кардинал Жан Бильер де Лаграулас, посол короля Карла VIII в Риме, заказал молодому скульптору из Флоренции знаменитую статую «Оплакивание», которая до сих пор находится в храме Святого Петра. Юного гения звали Микеланджело Буонарроти и волей судьбы он в то время проживал в Риме у своего друга банкира Якопо Галли, где как раз работал над статуей: «Вакх с сатиром» для кардинала Рафаэля Риарио.
Кроме того, папа выпустил буллу, в которой обещал различные привилегии тем, кто будет строить свои дома так, чтобы они украшали город. Рим продолжал преображаться: вместо маленьких, несуразных и беспорядочных строений с мансардами, которые сужали и так уже узкие улицы, начали появляться удобные, квадратные и большие, но простые в постройке палаццо в стиле Возрождения. Мансарды постепенно исчезали, а улицы становились более прямые и широкие.
В Ватикане Александр VI заказал построить новую башню, которую называют: башня Борджа. А художнику родом из Умбрии Бернардино ди Бетто Бетти по прозвищу: Пинтуриккио он поручил расписать фресками апартаменты Борджа в Ватикане. Пинтуриккио означает: маленький пинтор, то есть художник. Ему дали это прозвище из-за небольшого роста и телосложения, а потом он сам так подписывал свои работы. Пинтуриккио с помощниками украсили 6 монументальных комнат в период с 1492 по 1494 годы великолепными сценами в стиле эпохи Возрождения. Это был самый первый амбициозный проект за всю историю живописи Рима, следующими были фрески Микеланджело в Сикстинской капелле и росписи Рафаэля в апартаментах Ватикана.
Комнаты Александра VI напоминают 6 огромных драгоценных раскрашенных шкатулок, стены и потолки которых поблескивают золотом – это ещё отголоски стиля интернациональной готики. Художники использовали яркие, дорогие краски в технике темперы по влажной штукатурке, которая сохраняется на века и не блекнет со временем. Мастера применили много позолоты, лепнины и изобилие декоративных деталей в испанском стиле. Фресками украшены не только стены, но и своды, и люнеты комнат.
Сцены и орнаменты от зала к залу разные, но они связаны между собой одним общим стилем. В первом зале Сивилл предсказательницы изображены попарно с пророками в люнетах на фоне ярко-синей ляпис-лазури. Свод украшен сложной системой геометрических позолоченных кессонов с эмблемами Борджа и короной Арагона, от которой разливаются лучи солнца, символизирующие «солнечную роль» понтифика в мире. В верхней части находятся тондо (круглые картины) со сценами римских жертвоприношений и с гибридными существами, которые переплетаются растительными мотивами. В перемычках изображены фантастические существа на синем фоне, в шестиугольниках – аллегории астрономии и планет.
Зал Веры аналогичен предыдущему, только в люнетах изображены пророки и апостолы, что символизирует связь Ветхого и Нового завета. В зале Свободных искусств потолок украшен золотой лепниной на розовом и голубом фоне, а на больших люнетах изображены аллегории наук: астрономия, арифметика, геометрия, музыка, риторика, диалектика и грамматика. Зал Святых символизирует божественную справедливость по отношению к личности папы. В этом зале на сцене: «Диспут Святой Екатерины Александрийской» самая интересная фигура – это сама Святая Екатерина. Её лицо, предположительно, портрет самой Лукреции Борджа в возрасте 12—13 лет. На фреске изображена нежная, тоненькая, коленопреклоненная молоденькая девушка со светлыми волнистыми волосами и голубыми глазами, в синем платье с золотыми рукавами, расшитом геометрическими мотивами. На её плечи наброшен красный плащ, а на голове – небольшая шапочка, украшенная драгоценными камнями.