Читать онлайн Как я перестал быть Достоевским бесплатно

Как я перестал быть Достоевским

Новенькая

Она зацепила меня сразу, как только вошла в класс. Золотистые волосы, на носу веснушки, даже глаза светло-рыжие, чуть-чуть в зелень. Как крыжовник у бабушки на даче, какого-то редкого английского сорта. Тоненькая, лёгкая, будто невесомая. Ветер посильнее подует, и унесёт. И даже форменный пиджак унылого синего цвета и юбка в клетку смотрелись на ней как наряд принцессы. Странно, что я всё это срисовал сразу, в одно мгновение. И глаза, и волосы, и веснушки, и лёгкость походки, и наряд.

– Ребята, у нас новенькая, Кристина Добрынина, – громко объявила классная руководительница Маргарита Валерьевна, за глаза величаемая нами Маргошей. А также королевой Марго. По обстоятельствам.

– Садись, Кристиночка, на свободное место. Вот с Машей Гавриловой, третья парта у окна. А сейчас вспомним, что мы проходили на прошлом уроке.

У нашей классной голос командирский. Даже если уши заткнуть, не поможет. И я его слышал, конечно. Как грохот волн во время шторма. Но смысл слов до меня не доходил, только шум. Я не мог оторвать глаз от новенькой. С моего места в среднем ряду я видел её тонкий профиль и рыжие кудряшки, кое-где прижатые заколками. Она выложила на парту ручку и тетрадь, но продолжала копаться в рюкзачке, пытаясь там что-то найти.

– К доске пойдёт… Голос Маргариты Валерьевны замер, но это меня не насторожило. Я продолжал незаметно, как мне казалось, разглядывать новенькую.

– Дорохин! Дорохин Фёдор, ты спишь, что ли?

Я не услышал даже свою фамилию и имя. Со всех сторон послышались смешки и громкий шёпот:

– Федька! Достоевский! Тебя к доске!

Причём здесь Достоевский? Притом, что книголюб Костя Неверов, известный тем, что к шестнадцати годам умудрился прочитать почти все произведения русских классиков, случайно выяснил, что моё отчество Михайлович. Так я и обзавёлся кликухой «Достоевский». Ну или просто Писатель. Хотя какой из меня писатель? Я математику больше люблю.

Меня назвали в честь деда, профессора математики Фёдора Степановича Дорохина. Папа у меня Михаил Фёдорович, вот я и получился Фёдором Михайловичем.

На шёпот и смешки с упоминанием Достоевского я тоже не среагировал. И только после мощного тычка в спину от сидящего сзади жирдяя Егора Плетнёва я оказался у доски.

– Дорохин, наконец-то проснулся. Что, в танчики допоздна играл? – это у Маргоши шутки такие. – Поведай классу тему вчерашнего урока. А заодно проверим, как ты сделал задание.

Меня ночью разбуди, любое уравнение решу. Папа говорит, в деда пошёл. А Кирилл, мой младший брат, силен в шахматах. Он гордость школы, во всех турнирах побеждает.

Вчерашнюю тему, как и все прошлые и даже будущие, я хорошо знал. И, наконец-то включившись, рассказал про преобразование тригонометрических функций, приведя несколько простых, но изящных примеров.

– Молодец, Дорохин! – похвалила королева Марго. – Ты верен себе. Только не считай ворон, когда тебя к доске вызывают. А то я заволновалась. Раньше за тобой такого не водилось.

– Простите, Маргарита Валерьевна. Задумался.

Маргоша отпустила меня с миром, и я добрых три минуты не смотрел в сторону соседнего ряда. А потом поймал себя на том, что опять разглядываю новенькую. Не замечая, что с соседней парты за мной внимательно наблюдает Оля Смирнова.

***

На каждом уроке мои мысли не переставали вертеться вокруг Кристины. Как она впишется в наш класс? Вообще-то десятый «А» у нас хороший, дружный. Не сказать, что мы один за всех и все за одного, но атмосфера нормальная. Почти полкласса с детского сада друг друга знает, потому что живём мы по соседству со школой. Но и новеньких не обижаем, они же с разных концов Москвы к нам едут. Школа ведь не простая, а физико-математическая, ступенька в студенческий мир МГУ, как любит повторять королева Марго.

С Олей Смирновой мы друзья, как говорится, с песочницы. Я даже не могу сказать, красивая она или нет. Друзей не за красоту выбирают. Ребята, впрочем, западают на неё регулярно. Но как западают, так и отлетают. По её мнению, любовь должна быть одной-единственной и сразу на всю жизнь.

– Ну как тебе новенькая? – спросил я у Оли. Мы дошли от школы до дома и остановились у её подъезда.

– Не знаю, – ковыряя носком кроссовка дырку в асфальте и не глядя на меня, ответила Оля. – Странная какая-то… Давай потом поговорим. Мне до изостудии надо ещё квартиру пропылесосить и Боника выгулять. Пока, писатель!

Любочка

С предками мне и Кирюхе повезло. У нас договор – мы их не грузим проблемами, а они не воспитывают нас по поводу и без повода. Мы чуть ли не с пелёнок знаем, что работа у них ответственная и нервная, поэтому мелкие школьные неприятности лучше устранять самим. А ещё лучше в них вообще не влипать. Однако не всё так категорично. Обращаться за помощью к старшим можно и нужно. Но только в самых исключительных случаях. А их, как правило, не бывает.

Пару лет назад я было решил, что наступил тот самый исключительный случай. Мне очень нравилась девочка Люба из класса «Б». Хохотушка невысокого роста с курносым носиком и светлыми косичками. Она танцевала в детском ансамбле имени Локтева, и была неизменной участницей школьных концертов. Люба не возражала, если бы я провожал её до дома и нёс её рюкзачок.

Первая попытка, можно сказать, удалась. Была весна. Любочка, чтобы не замочить красивые сапожки, старательно обходила лужи, в которых отражалось высокое небо с редкими облаками. Когда мы проходили мимо киоска с мороженым, она спросила:

– Ты какое любишь? Я сахарный рожок с шоколадом и орешками.

– А я фруктовый лёд. Завтра я куплю тебе мороженое. Обещаю!

В тот день, как назло, я был не при деньгах. Глупо проспорил Плетнёву последние сто рублей. Но завтра деньги будут, распотрошу копилку.

Наступило завтра, и всё пошло наперекосяк. Когда я, угостив Любу мороженым и проводив до дверей подъезда, возвращался домой, из-за угла выскочили её одноклассники, близнецы Сашка и Пашка. Они были на голову выше меня и в полтора раза шире, поэтому без труда поставили мне синяк под глазом и разбили губу, сказав, что так будет с каждым, кто осмелится провожать девочек из их класса.

Меня обидели, и я решил всё рассказать отцу. Хотелось, чтобы он пожалел, посочувствовал и утешил. А может быть, даже наказал хулиганов.

После ужина, перемыв посуду, что было в семье нашей с Кирей святой обязанностью, я рискнул:

– Папа, хочу тебя спросить…

Отец глянул внимательно мне в лицо и заметил, наконец, что мой левый глаз почти заплыл. Он не дал мне договорить:

– Дрался?

Я начал сбивчиво рассказывать, как было дело, но он меня прервал:

– Из-за девочки? Молодец. Горжусь. И, щелкнув меня по затылку, ушел в ванную. Было слышно, как он включил душ и начал плескаться, что-то напевая себе под нос.

Я подпирал плечом закрытую дверь и захлебывался слезами от растерянности, беспомощности и обиды. И от злости на Пашку и Сашку.

Пришлось мне самому так и этак ломать голову, как поступить. Собрать пацанов и набить морды этим из класса «Б»? Но вдруг ребята не согласятся поддержать? Скажут, разбирайся сам со своей любовью. Да ещё и на смех поднимут.

Друг у меня был в то время всего один – Лёнька Вихман. Но он отличался слабым здоровьем, часто болел и пропускал школу. И как раз тогда он тоже сидел дома с конъюнктивитом.

Проворочавшись чуть ли не полночи без сна, я принял решение не отступать. Пусть бьют хоть каждый день, но я не отдам Любочку тупым и наглым негодяям. А чтобы защищаться, запишусь на борьбу или на бокс. Настанет день, и они запросят у меня пощады.

С утра я нетерпеливо ждал окончания уроков. Объяснения учителей пролетали мимо меня. Хорошо, что в тот день меня не спросили ни по одному из предметов – нахватал бы как минимум троек.

Как назло, классная задержала нас после уроков. Говорила что-то о какой-то экскурсии. И когда я вышел из школы, Любочки уже нигде не было.

Я догнал Любочку на полпути к её дому. Она шла в сопровождении Пашки и Сашки, смеялась и лизала мороженое. Пашка нёс её рюкзак, а Сашка мешок со сменкой. На меня она даже не взглянула. Как будто я был пустым местом.

С тех пор я стал презирать девчонок. И больше никогда не пытался напроситься на разговор ни с отцом, ни с мамой. Но обещание, которое дал самому себе, выполнил. Записался в секцию рукопашного боя, хотя мне стоило большого труда уговорить маму написать заявление и заполнить какие-то там анкеты.

Я до сих пор не бросил рукопашный бой. Потому что в нашей группе замечательные ребята и вполне зачетный тренер, мастер спорта Максим Евгеньевич. Говорят, он служил в армии в горячих точках.

Как привлечь внимание Кристины?

Всю неделю, входя утром в класс, я боялся, что Кристины не будет. Мало ли что может случиться. Заболеет, отпросится по семейным обстоятельствам или вообще решит сменить школу. И когда она переступала порог класса, мир вокруг менялся. И я сам становился другим. То с умным видом о чём-то рассуждал, то к месту и не к месту шутил. Я и уроки стал делать тщательнее, чтобы не показаться тупым идиотом в её глазах.

Зря я опасался, что новенькая не впишется в наш коллектив. За первую четверть Кристина успела подружиться почти со всеми девчонками. С ребятами разговаривала спокойно и доброжелательно. Никогда не отказывалась, если просили объяснить решение трудной задачи. А мне уже мало было просто смотреть на нее издали. Я мечтал быть рядом. Вместе идти куда глаза глядят, держась за руки. Но почему-то не решался подойти и заговорить. Если она оказывалась близко, у меня язык переставал ворочаться и забывались даже самые обычные слова.

Да как же всё-таки её внимание привлечь? Помощь по математике ей не нужна. Задачки, даже самые заковыристые, Кристина щёлкала у доски одну за другой, не напрягаясь. Может, нас вместе на олимпиаду пошлют? Но олимпиада будет только весной, а до весны вечность.

***

И зачем только придумали каникулы? Не видеть Кристину целую неделю! Я слонялся по квартире из угла в угол и даже не откликнулся на предложение Оли сходить в кино на премьеру блокбастера, хотя давно её ждал.

Но всё плохое когда-нибудь кончается. В понедельник я опять не отводил взгляда от Кристины. Мне показалось, что она еще больше похорошела за неделю. Золотистые невесомые кудряшки и тёплый взгляд.

В четверг, когда прозвенел звонок с последнего урока и все готовы были сорваться с места, чтобы бежать куда глаза глядят, новенькая вдруг привлекла всеобщее внимание.

– Ребята, – раздался её звонкий голос. – У меня в субботу день рождения, и я приглашаю вас всех на квест в Парк развлечений. Завтра сообщу точное время и место сбора. Подарков не надо, просто потусуемся. Будет прикольно. А сейчас те, у кого нет моих контактов, давайте обменяемся.

Вокруг неё сразу же собралась стайка девочек. А потом и парни подтянулись. Я тоже записал номер телефона Кристины, а она сбросила мне ссылку на страничку в соцсетях. Мне показалось, что Кристина взглянула на меня с интересом, и я готов был прыгать и скакать, как жеребёнок на лугу.

Но по пути из школы домой мой воспаривший дух куда-то улетучился. Чем я мог её заинтересовать? Обыкновенный, каких много. Рост не богатырский, плечи не широкие, волосы не слишком густые, какого-то неопределённого цвета. Мама говорит, русые. Глаза серо-голубые, ресницы редкие и короткие. Только моя добрая бабуля уверена, что я красавец.

Когда Кристина ушла, мы посовещались и решили скинуться ей на букет от класса. Какой-нибудь необычный, девочки обещали подобрать. День рождения всё-таки.

Я шёл домой и думал, может, мне ей подарить что-то лично от себя? А что, отличная идея. Она на переменах музыку слушает, а наушники простенькие. Можно купить крутые, беспроводные эйр-подсы с зарядным футляром. И гравировку сделать, её инициалы. Будет повод музыку обсудить, кому какая нравится. Интересно, а что у нее в наушниках? Я вот, например, в музыкальных предпочтениях старомоден. Ценю рок-классику, хэви-метал, хороший рэп. Тиктокеры меня не штырят.

Деньги у меня были, копил на новый планшет. Но обойдусь пока старым.

Квест в Парке развлечений

Парк развлечений открылся в нашем районе недавно. Внутри всё было новым и блестящим. Звучала ненавязчивая музыка.

Поздравить Кристину собралось больше половины класса. Для участия в квесте мы поделились на команды по семь человек. Пока одна команда проходила таинственный путь испытаний и загадок, другие угощались за накрытыми столиками и общались с именинницей.

Кристина в коротеньком лёгком платьице тёмно-зелёного цвета, которое очень шло к её рыжим волосам, вела себя с гостями так, что каждый чувствовал себя как дома. Она не давала никому забиться в дальний угол и тихо помирать от скуки.

Я вручил ей наушники, она явно обрадовалась подарку, оценила гравировку и хотела сразу опробовать гаджет в деле. Но тут её кто-то позвал, и она положила эйр-подсы на столик рядом с букетом в вазе и другими подарками.

Через несколько минут она вернулась, и мы до квеста успели поговорить. К моей радости, наши вкусы во многом совпадали. Ей нравилась та же музыка, что и мне. Те же книги и фильмы. А ещё море, горы и большие шумные города. И заснеженные горные склоны. И краски горизонта, когда солнце, устав светить и жарить во всю мощь, садится в море.

Мы даже успели поспорить, чей район лучше. Я считал, что наш Гагаринский вне конкуренции. У нас Ленинский проспект, жители которого с цветами и флажками встречали первого космонавта планеты Юрия Гагарина. А совсем рядом Университет, смотровая площадка на Воробьевых горах, трамплин и канатная дорога, Большой цирк, единственный в мире Детский музыкальный театр и ещё много чего, устанешь перечислять. На что Кристина заявила, что у них в районе Фили-Давыдково Кутузовский проспект, огромный яблоневый сад, парк «Долина реки Сетунь», а совсем рядом парк Победы на Поклонной горе и Триумфальная арка.

– Вы Гагарина встречали, а у нас на Поклонной горе Наполеон ждал, когда ему ключи от ворот Москвы принесут. Да так и не дождался! – с гордостью заявила Кристя.

– Москва она такая. В ней чего только не было, какой район ни возьми, – философски заметил я.

В общем, в результате спора победила дружба, а мне стало казаться, что я знаю Кристину очень давно.

Во время квеста мы попали с ней в одну команду. Я не отходил от Кристи ни на шаг, и в особенно напряжённые моменты она хваталась за мою руку. Я держал её ладонь в своей, и чувствовал, как пульсирует жилка на тонком запястье.

Когда праздник закончился, я надеялся, что смогу проводить Кристину до дома. Но за ней заехали родители на машине. Ведь она жила далеко от нас, на западе Москвы. А в нашу школу перевелась, потому что собралась поступать в МГУ, на факультет Высшей математики и кибернетики, а там без серьезной подготовки никак. И в этом мы с ней тоже совпадали.

Передав пакет с подарками маме, которая больше была похожа на старшую сестру, Кристя помахала нам на прощанье букетом и захлопнула дверцу машины. Сверкающий лаком тёмно-зеленый автомобиль, мгновенно набрав скорость, скрылся из глаз.

Я шёл домой и без конца улыбался. Я был счастлив. Огорчало только то, что завтра воскресенье. Значит, ещё больше суток я не увижу Кристину.

Вечером на своей страничке в соцсетях Кристина выложила фото и видео с праздника. Под ними набралось изрядное количество восторженных отзывов. Я тоже написал пару слов о том, что всё было круто.

***

В воскресенье нас навестила бабушка, баб Таня, и принесла только что испечённый пирог с капустой. По этому поводу у нас случился семейный обед – событие, которое бывает крайне редко. Мама как раз в кои-то веки сварила борщ, а мы с Кирей сделали салат. Так что обед получился королевский. На неделе родителям некогда готовить, и мы питаемся полуфабрикатами или обедаем у бабТани. Она живёт в нашем же подъезде, только двумя этажами ниже, на пятом. Правда, отец не одобряет, если мы зависаем у неё. Считает, что нечего зря напрягать пожилого человека. Поэтому чаще мы сами готовим простые блюда, типа яичницы, макарон или жареной картошки. И даже радуем ужином усталых родителей.

За столом нас с Кирюхой, как всегда, хвалили. Мама с папой уверяли, что они за нами как за каменной стеной. Что из нас вырастут разумные и ответственные взрослые. Раньше наши уши розовели от похвал, а теперь эти слова стали неизменным атрибутом домашних обедов, и мы с братом только иронично переглядывались. Чтобы стать разумными и ответственными взрослыми, мало выполнять домашние обязанности и не перечить родителям и учителям.

Хлопоты по хозяйству в нашей семье были распределены поровну. Если я всю неделю мыл посуду, Кирилл в это время следил за чистотой в квартире. На следующей неделе менялись. С некоторых пор повезло тому, чья очередь была мыть посуду. Родители наконец-то обзавелись посудомоечной машиной.

Судьба наносит удар

Загрузив посуду в посудомойку, я задумался, чем же заняться, чтобы скорее пролетело время. Но тут как раз позвонила Оля и сказала, чтобы я выходил во двор, есть важный разговор. Заинтриговала, короче.

Когда я выкатился из подъезда, Оля уже ждала меня на детской площадке. Несмотря на начало ноября, день был солнечным и тёплым. И я ощущал себя везунчиком. Оставалось всего полдня, вечер и ночь, а утром я снова увижу Кристину. Не буду стесняться, сразу подойду, и мы продолжим вчерашний разговор.

Оля вынула из кармана коробочку, которая показалась мне знакомой.

– Ты купила себе эйр-подсы? Классная штука.

– Это твои наушники, Федя, – грустно сказала Оля. – У Кристины не хватило духу самой их тебе вернуть.

– С чего вдруг?

– Она не хочет больше с тобой общаться. Ты ей неинтересен. Ты никакой. К тому же занудный до отвращения и слишком навязчивый. Душнила. Это её слова. Правда, она просила не передавать их тебе, но ты мне друг… В общем, ей хочется, чтобы ты от неё отстал. Без обид.

– Но вчера она говорила совсем другое. Почему нельзя просто дружить? У нас столько общих интересов, одна математика чего стоит.

– Вчера она была гостеприимной хозяйкой и всем говорила приятные слова. Не веришь, сам у неё спроси. Только я бы на твоём месте унижаться не стала. Бери наушники, и я пойду. Бай!

– Подожди Оля! Скажи честно, я душнила?

–Немножко есть. Ты такой весь правильный, что иногда хочется учебником по башке стукнуть. Особенно когда о чем-то долго и нудно рассказываешь, не упуская ни малейшей детали. А как домашку объясняешь с высоты своего профессорского уровня, это вообще жесть. Или, помнишь, когда в поход классом собирались, и Маргоша тебя ответственным назначила? Ты так носился с этой подготовкой, со списками кому чего приносить, что всех достал. Не зря же тебя Достоевским прозвали. Ну мы-то привычные, а Кристя новенькая, прибалдела слегка и решила соблюдать дистанцию. Не обижайся на неё, привыкнет.

Оля встала и пошла к своему подъезду. А я остался. Внутри образовалась странная пустота. Как будто проткнули воздушный шарик, и он медленно сдувался, пытаясь делать нелепые судорожные движения, которые получались всё хуже и хуже. Ещё немного, и я просто упал бы бесформенной тряпочкой рядом с детской песочницей.

Потом пустота в груди стала заполняться болью. Как с этой болью жить? Мне даже поделиться не с кем. Друг Лёнька? Он ещё прошлой весной уехал с родителями в другую страну. И вряд ли мы когда-нибудь увидимся. Ребята из секции хорошие, но не настолько свои, чтобы с ними откровенничать. Да и бываю я там теперь нечасто.

Продолжить чтение