Читать онлайн Дневник летних закатов бесплатно

Глава 1

4 июня

«Солнце пригревало все сильнее, листва распускалась с фантастической быстротой, словно при ускоренной киносъемке, и я почувствовал знакомую с детства уверенность, что летом жизнь начинается заново»

Ф. Скотт Фицджеральд, Великий Гэтсби

Мне казалось, что это лето будет таким же, как предыдущие.

Всё всегда начиналось одинаково – с дороги, солнца и чувства, что жизнь наконец разрешили прожить по-настоящему.

Но с каждым шагом это ощущение становилось более хрупким. Будто я возвращалась не просто к морю и друзьям, а к вопросам, на которые раньше не приходилось отвечать.

Мне не терпелось поскорее засунуть школьную сумку подальше в шкаф и достать из глубины пыльного чердака жёлтый чемодан. Он ждал этого часа целый год – как и я.

Перепрыгнув через ступеньку, я поднялась на крыльцо, и бросила взгляд в сторону гаража. Папа копошился с машиной; лицо, обычно суровое от забот, смягчилось при виде меня. Отец спросил что-то, кажется, про школу, но слова затерялись в мыслях.

В голове крутился только один вопрос: «Будет ли он там?».

– А, что? – я уставилась на него с глупой улыбкой.

– Ты в порядке?

– Всё хорошо, па. Я просто… немного устала после школы. – Рюкзак скользнул по плечу и плюхнулся на тёплые доски. – Ты едешь с нами?

– Прости. Меня вызвали на работу, поэтому через два дня мне нужно быть в Луисвилле.

Я вздохнула. Ничего необычного: отец всегда где-то там, в делах и неизбежных поездках. Скучать по нему летом уже вошло в привычку. Его присутствие – редкое, но долгожданное событие.

Подняв рюкзак с крыльца, я вошла в дом. Мама как раз спускалась по лестнице с одной из сумок, в которую складывала пляжные полотенца.

– Как дела? – спросила она, остановившись на последней ступеньке. – Почему в твоей комнате такой бардак? Ты должна будешь убраться до вечера, иначе всё лето будешь помогать мне в саду.

– В смысле?

– В прямом. В Эдисто ты снова будешь бегать где попало. В этом году – нет.

Её взгляд, холодный и оценивающий – от него всегда хотелось стать аккуратнее, тише, правильнее. Она замечала всё: криво заправленную постель, пятнышко на одежде, книгу не на своём месте. Мама слишком серьёзно относилась к порядку. Брат называл её перфекционистом и бесился, когда она наведывалась к нему в комнату в самый неподходящий момент.

– Да уберусь я, ма-а-ам! – простонала я. – Мне всё равно нужно собирать вещи, беспорядок неизбежен.

– Ещё как избежен, Миранда.

Всегда ненавидела, когда мама называла меня полным именем. Сразу представляла, будто я какая-то ассистентка или секретарша, которая забыла что-то очень важное.

– Пообедай и иди к себе.

Кивнула машинально, хотя есть не собиралась, и пошла к лестнице. И лишь зайдя в комнату наконец выдохнула. Сквозь шторы сочился солнечный свет, ложась на стену неровными полосами, и, если бы не вид из окна, я бы подумала, что нахожусь в Эдисто. В воображении тут же возникли прогулки по песку у моря; нежные касания ласковых волн, накрывающих ноги прохладной водой; крики и пересмешки мальчишек вдалеке.

Эдисто-бич – наш рай, хранящий секреты многих летних каникул. Мне нравилось, что городок не так популярен у туристов, поэтому даже летом там довольно тихо и спокойно. Мой брат называл Эдисто деревней, потому что там всего несколько магазинов и парочка небольших отелей. Но именно в этом прелесть города.

Я полежала на кровати несколько минут, прежде чем заставить себя встать и добраться до чердака. Спустив громоздкий чемодан вниз, прикатила его в комнату и распахнула. От него пахло солью, внутри даже остался песок с прошлого года. В боковых кармашках нащупала ракушки и камушки, которые каждое лето собирала на побережье; в самом большом отделении лежала голубая футболка. Не помню, что когда-либо покупала такую. Достав её и встряхнув, заметила надпись: «Edisto Island Yacht Club». Внутри щёлкнуло – так, будто случайно нащупала больное место.

Опасливо оглянувшись на дверь, словно кто-то мог увидеть, что у меня в руках, я сжала ткань и вспомнила: это была футболка Криса…

23 августа, прошлый год

Неделя августа выдалась серой и дождливой. Никак не получалось привыкнуть к такой погоде в Эдисто, хотя я проводила здесь каждое лето с рождения. Дожди казались неправильными, словно природа ошиблась месяцем. В такую погоду не хотелось ничего: ни гулять по пляжу, ни выбираться в город. Оставалось только сидеть дома и смотреть в окно. Лишь сегодня мне пришлось выйти на работу.

Я вышла из гостиницы, и хотела уже пойти домой, но моросящий дождь резко сменился на ливень. Зонтика с собой не было, а в этой маленькой гостинице и подавно. До дома всего десять минут пешком, но дороги успело размыть.

Пробираться по мокрому песку было трудно: лужи мешали идти, и приходилось всё время смотреть под ноги, чтобы ненароком не сломать себе чего-нибудь. Выйдя на Поинт-стрит, поначалу обрадовалась асфальту под ногами, но потом поняла, что легче не стало. Между пальцами кожу саднило из-за резиновых ремешков шлёпок.

Жжение усиливалось. На секунду я остановилась, пытаясь стряхнуть с ног песок, и в этот момент сквозь пелену дождя заметила белый «Chevrolet» соседей.

– Что ты делаешь здесь в такой дождь? – голос Криса узнала сразу. – Залезай, подкину.

– Спасибо… – я открыла дверь и запрыгнула на переднее сиденье. – Ты… домой?

Боже, Мира, это же очевидно…

– Ага, – сказал Крис слишком быстро.

Он казался каким-то расстроенным, смотрел, не моргая, прямо на дорогу и крепко, до вздувшихся вен, сжимал руль. На панели мигал экран телефона – чьё-то сообщение. Крис тут же швырнул его в бардачок, не читая, и резко нажал на газ. Но я успела увидеть имя, и внутри что-то крикнуло: «Не спрашивай!».

Мы ехали молча до самой Поинт-стрит. Свернув направо, мы оказались у прибрежных коттеджей. Через две минуты мы были бы уже у моего дома, но Крис резко остановился около пляжа.

– Возьми, – он протянул голубую футболку, мягкую и пахнущую чем-то свежим. – Вытри волосы и кожу, чтобы не простудиться.

– Не стоит. Я почти дома. Приму душ и всё будет в порядке, – я попыталась отказаться, но Крис продолжал держать её у моего лица. Пришлось сдаться. – Спасибо, я верну завтра.

Он ничего не ответил, сдал назад и вновь повернул на Поинт-стрит. Через пару минут мы были уже у моего дома, ютившегося среди других, похожих на него коттеджей. Воздух здесь пах мокрым деревом и солью.

– Спасибо, что подвёз. Не знаю, как бы я добралась без тебя.

Я взглянула на свои ноги. Резиновые ремешки сланцев натёрли кожу до жгучих мозолей.

– Как-нибудь бы добралась, – взгляд Криса задержался на моих ногах. – Обязательно обработай.

Я кивнула, быстро выскочила из машины, накинув футболку на голову, как капюшон. Ткань быстро намокла, стала холодной и прилипла к голове.

Вечером я постирала её, намереваясь вернуть Крису на следующий день. Но утром их подъездная дорожка была пуста, а двери заперты. Они уехали и даже не попрощались… Осталась только футболка, пахнущая морем и дождем, и горьковатое чувство незавершённости.

И самое странное – оно никуда не делось. Даже спустя год, когда я снова держала эту футболку в руках.

Глава 2

5 июня

Я вертелась в кровати с бока на бок, зажмуривала глаза, считала овечек, но ничего не помогало. То самое трепетное, чуть болезненное где-то в области живота, ожидание поездки каждый год мешало мне заснуть. В голове мысли только о том, выйдут ли нас встречать Бруксы и мисс Вуд, приедут ли они вообще на эти летние каникулы, ведь в прошлом году они уехали и даже не попрощались.

На дисплее телефона высветились цифры 04:23. Сна не было ни в одном глазу, хотелось ударить себя чем-нибудь тяжёлым по голове, чтобы наконец отключиться. Сев на край кровати, я сунула ноги в тапочки и тихо вышла из комнаты. Везде был выключен свет, а из родительской комнаты слышался храп папы.

Я осторожно спустилась на первый этаж и вышла на крыльцо. Надеюсь, прохладный ночной воздух заставит моё тело почувствовать усталость. Я облокотилась на забор, наблюдая за звёздами. В Эдисто-бич они были ярче и с лёгкостью можно было отыскать различные созвездия. А в августе открывались потрясающие виды на падающие звёзды.

– Хэй! – я опустила взгляд с неба на подъездную дорожку. – Ты почему не спишь?

– Привет, Ева, – на дороге стояла невысокая девушка с короткими волосами. Она была босиком и в руках держала пару голубых туфель на низком каблуке. – Что ты тут делаешь?

– Сбежала с вечеринки. Скукота смертная. С тобой было бы веселее, – Ева подошла ближе и села на крыльцо. – Так почему ты не спишь?

– Не могу уснуть. Утром выезжаем.

– Так рано в этом году. Разве вы не уезжаете обычно числа десятого?

– Мама решила ехать пораньше, так как ей нужно срочно написать какую-то статью про Эдисто-бич. Хочет взять интервью и всё такое, – я вздохнула.

Я села рядом с Евой и положила голову ей на плечо.

С ней мы знакомы несколько лет, еще со средней школы. Если честно, мы совсем не подходили друг другу, но отчего-то наша связь от этого стала только крепче.

– А Крис и Луи? Они будут там? – спросила Ева, положив руку мне на голову. – Ты рассказывала, что они бросили тебя.

– Я не говорила…

– Мира, четыре утра. Ты же не из-за алгебры не спишь, – она фыркнула и толкнула меня в плечо. – Не расстраивайся. Даже если их не будет, там полно парней. Ты точно найдешь того, кто будет гораздо лучше Криса.

– Отстань. Лето без них – не лето. А другие парни никогда не сравнятся с мальчишками.

– Серьёзно? Тогда у тебя не лето, а сериал. Они главные герои, а ты на паузе между сезонами.

Я хотела огрызнуться, но слова застряли где-то в горле.

– Ладно-ладно, тебе виднее. Но возьми с собой на всякий случай что-нибудь привлекательное. Тебе почти семнадцать, в этом году ты не должна зависать целыми днями во дворе.

– Хорошо…

– Я пойду. Родители не должны заметить мой побег, – она улыбнулась и обняла меня. – Я буду скучать.

– И я.

Ева поднялась со ступенек и пошла дальше по дороге, помахав мне на прощание. Я же осталась сидеть на улице. В сон всё ещё не клонило.

Начало светать. Утренние сумерки окутали улицу, наполнив двор лёгким запахом сырости и свежести. Совсем скоро проснутся родители и Кенни, а я все так же сидела в пижаме на крыльце и любовалась солнцем, которое медленно поднималось над крышами домов. Надеюсь, мне удастся поспать в машине.

– Кенни! Мира! Встаём! – я услышала мамин голос с кухни.

Сделаю вид, что недавно проснулась. Я зашла в дом, пробралась к лестнице и быстро запрыгнула на пару ступенек вверх. Мама в этот момент стояла спиной к коридору и уже начала готовить завтрак.

– Доброе утро, мам! – я притворилась, что зеваю. – Что на завтрак?

– Выпей сока и съешь хлопья. Мы заедем в кафе по пути.

Я вздохнула и достала хлопья и молоко. Кенни предпочитал разогревать молоко, чего я искренне не понимала, ведь летним утром хлопья вкуснее всего именно с холодным.

– Разбуди Кенни, пожалуйста. Мы должны выехать через час, чтобы не попасть в пробку.

– Я ем, – сказала я, засовывая очередную ложку завтрака себе в рот.

– Миранда! – чуть вскрикнула мама, от чего я резко опустила ложку обратно в тарелку.

– Да, мам… – я показала ей в спину язык и направилась к комнате брата. Тот всё ещё сладко спал.

– Кенни, подъём! – я кинула в него футболку, которая висела на комоде. Кенни что-то пробормотал сквозь сон, но не проснулся. – Эй, подъём, иначе я позову маму.

Кенни раскрыл глаза и кинул в меня футболкой в ответ. Она пронеслась мимо, а я ощутила лишь лёгкий ветерок у виска.

– Эй, чудовище, нам через час нужно выезжать, а ты даже вещи до конца не собрал! – я обратила внимание на наполовину собранный чемодан и раскиданные вокруг него вещи. – Если не встанешь, то я скажу маме, что у тебя беспорядок.

– Сама ты чудовище.

Следом за футболкой в меня полетела подушка, в этот раз угодив мне прямо по лицу.

– Придурок.

Кенни поднялся, облокотившись на локти, и еще долго смотрел в мою сторону.

– Иди, сейчас спущусь.

– Я оставила тебе немного хлопьев. Прям совсе-ееее-ем на дне пакета, – услышав это, Кенни мгновенно поднялся с кровати и побежал к лестнице. Он решил забрать мою тарелку хлопьев! – Стой!

Я рванула за ним и догнала его только у стола. Толкнув Кенни боком, я схватила свою тарелку и перебежала к дивану. Кенни хотел было догнать меня, но мама взяла его за руку.

– Ну-ка перестали! – она уже перешла на крик. – Молча завтракайте и быстро относите вещи в машину. У меня нет времени на ваши чудачества!

Настроение у мамы было не к чёрту. Сейчас лучше молча делать свои дела, и не попадаться ей на глаза.

– Я поеду на переднем сиденье, – мы с Кенни начали загружать вещи в багажник, но он уже начал претендовать на место впереди. – Ты в прошлый раз ездила там.

– В прошлый раз там сидела мама, идиот.

Что угодно, но только не место впереди. Это мое законное место, так как я старше.

– Не ври, тебя вчера мама отвозила до школы. Так что сегодня моя очередь.

– Ты младше, вот и сиди сзади! – я не собиралась уступать.

– Я младше на одиннадцать минут! Мне нужно учиться водить, – Кенни загрузил последнюю коробку в багажник и рванул к пассажирской двери.

Я не успела даже сообразить, а он уже уселся в машину и закинул ноги на приборную панель.

Я показала ему кулак и пошла к маме, чтобы помочь ей проверить дом. Она стояла в гостиной в ярко-зеленом платье и в солнечных очках. Это платье она всегда надевала в поездку уже несколько лет. Его подарила ей Бридж на двадцатилетие их дружбы. Я всегда пускала слюни на него и мне безумно хотелось его надеть, но мама даже прикасаться запретила к нему.

– Ничего не забыли? – спросила мама, глядя на меня. – Мира, что на тебе за футболка?

Я надела её. Было бы проще запихнуть её обратно в чемодан и забыть. Но я надела.

– Я нашла её в своём чемодане вчера. Решила, что надену что-нибудь старое в поездку, чтобы было не страшно испачкать или типа того, – сказала я, вытянув футболку, чтобы она не казалась такой мятой.

– Кошмар. По приезде выбросим её, – мама ещё раз осмотрела мой внешний вид и опять вернулась в дом. Она обошла кухню, затем закрыла все окна и подошла к входной двери. – Вы всё закрыли на втором этаже?

Я кивнула и, взяв свой небольшой рюкзак, вышла из дома.

Кенни всё так же сидел в машине с ногами на приборной панели, он уже включил свою музыку и совсем не заметил, как мама села на водительское сиденье.

– Немедленно убери свои ноги! – от маминого голоса Кенни вздрогнул и тут же опустил ноги. – В своей машине будешь так сидеть. В моей не смей

Я усмехнулась, так как была безумно рада, что попало и Кенни. Это его наказание за то, что кинул в меня подушкой.

Мама завела машину и выехала с подъездной дорожки. Я открыла окно и высунулась, чтобы в последний раз взглянуть на наш дом.

«Увидимся осенью»

Я смотрела на него до тех пор, пока мы не свернули на другую улицу. Окно я закрывать не стала, оставила его наполовину открытым, чтобы чувствовать приятный ветерок на своем лице и волосах.

Каждое лето в дороге я читала, успевала осилить хотя бы одну небольшую книгу. Но в этот раз всё полетело в багажник впопыхах, и теперь я об этом жалела. До придорожного кафе ещё часа три-четыре, и я уже представляла, как буду тупо смотреть в окно. Но выбирать не пришлось: не успели мы покинуть город, как бессонная ночь взяла своё. Дома за окном быстро сменились деревьями, я провалилась в дрёму под мерное гудение колёс. Дорога будто сама несла нас к Эдисто.

Вновь проснулась я уже почти на въезде в Эдисто. В машине играла Lush Life – Zara Larsson. Кенни покачивал головой и подпевал ее себе под нос. В моменте, когда начался припев, я перекинула руки через его сиденье и высунула свою голову вперед, начав подпевать громче.

Я отрываюсь и танцую, пока не взойдёт солнце,

Но и утром я не остановлюсь,

И так каждый день, всё лето,

Я буду жить так, как хочу сама.

Мы орали так, что мама не выдержала и улыбнулась, начала отбивать ритм пальцами по рулю.

Вот оно то лето, которого я ждала. Все наши разногласия остались в Мейконе, здесь начиналась совсем иная жизнь. Мама будет проводить все свое лето в саду или вместе с Бридж, смотря вместе фильмы или гуляя по пляжу, а мы с Кенни вновь станем беспризорниками, которым позволено намного больше, чем в Мейконе. Наконец можно гулять всю ночь, есть много мороженого и целыми днями лениво загорать у бассейна или океана. Я люблю это место, потому что здесь мы становимся по-настоящему счастливыми.

Мы проехали мимо пляжного магазинчика. Рядом с ним всегда крутились туристы и пахло чем-то старым. Следом мелькнула наша любимая пиццерия, где была самая вкусная пицца и мороженое. Всё выглядело так, словно прошлое лето закончилось вчера.

Мы проехали чуть дальше и вот, наконец, океан. Бескрайний синий океан, который ласкал берег своими волнами. Я открыла окна со всех сторон и вдохнула этот воздух. Я высунулась наружу, ветер ударился о мое лицо, взлохматив волосы:

– Эдисто-бич, мы вернулись!

Где-то на крыльце одного из коттеджей мужчина улыбнулся, услышав меня. Мне было всё равно. Пусть слышат. Пусть все знают, как я скучала.

– Мира, закрой окно, песок налетит сейчас, – сказала мама, нажимая кнопку на двери. – Успеешь еще накричаться.

Люблю маму здесь. Будь мы сейчас в Мейконе, она бы обязательно на меня накричала и грозно посмотрела. Но здесь она отпускала всю свою строгость и отдыхала от образа той самой «Правильной мамы».

– Дурная ты, Мира, – усмехнулся брат. Он уже расстегнул ремень и был готов в любой момент выскочить из машины.

– Сам ты дурной! – я слегка стукнула его по голове.

Мы уже выехали на Поинт-стрит. Такую родную улицу. Каждый дом, каждое деревце здесь было нам знакомо, а вид, открывавшийся с дороги, завораживал. Мама завернула на подъездную дорожку и остановилась. Брат вылетел из машины и ломанулся к дому, захватив ключи.

Я вышла вслед за остальными и не стала надевать обувь, ведь что может быть приятнее, чем ощущать теплый припорошенный песком асфальт под ногами. Я немного пошевелила пальцами, привыкая к горячей поверхности, и обернулась на дом.

Наш дом был самым обычным. Из-за свай он казался всегда очень высоким, особенно в детстве. Я любила играть в принцессу и дракона, когда мне было шесть или семь. Я всегда садилась у окна, перекидывала волосы через плечо и томно вздыхала, пока мальчики внизу изображали битву с драконом. Принцем всегда был Крис, Луи драконом, а Кенни… Всегда по-разному.

У нас в Эдисто всё было устроено вроде бы просто: у родителей – свой нижний этаж, у нас – второй. Но по факту дом никогда не был только «нашим».

Днём двери то и дело хлопали, по лестнице грохотали босые пятки, и я почти всегда могла угадать по шагам, кто пришёл: Кенни несётся, как будто его кто-то догоняет, Луи влетает шумно и сразу начинает спорить, а Крис появляется тише – и от этого его присутствие ощущается ещё сильнее. Они жили через пару домов, но времени проводили здесь так много, будто у нас был общий двор и общая привычка не спрашивать разрешения.

Ночами мы стекались в игровую – туда, где спорят из‑за джойстика, где настолки внезапно превращаются в крик, а потом всё обрывается и наступает сон: кто где упал, тот там и остался. Большой диван был нашим настоящим «местом», даже если у каждого была своя комната.

А когда мне хотелось тишины, я уходила на балкон. Днём оттуда видно океан и песок, ночью – звёзды. Я любила сидеть там с книгой под пледом, с кружкой какао и слушать, как внизу ещё кто-то смеётся, и делать вид, что мне всё равно.

Иногда мы с Каси и папой смотрели на небо «всерьёз»: выискивали созвездия, спорили, кто нашёл больше, и назначали приз – мороженое утром, как будто звёзды можно обменять на что-то сладкое. Мальчишки обычно не выдерживали долго: их хватало на пару минут, а потом их снова уносило к приставке или на пляж.

– Мира, – я вынырнула из своих воспоминаний и посмотрела на маму, которая уже начала выгружать вещи, – забери свой чемодан и верни мне Кенни, пусть поможет с вещами.

Я кивнула и, достав чемодан из багажника, покатила его прямо до дома. Внутри было светло, из всех окон в доме виднелся пляж. Кенни уже успел открыть окна и балкон, и запах океана расползся по комнатам, смешавшись с пылью и прошлогодним песком.

Все здесь было так, как мы оставили прошлым летом. На диване небрежно лежал плед, на ковре стояли чьи-то тапочки, а на перилах висел купальник Каси, который она забыла и потом очень долго ныла об этом мне.

Все поверхности покрылись тонким слоем пыли и песка, и нас, очевидно, ожидала большая генеральная уборка, которую мама любила проводить в начале лета.

– Кенни, помоги маме! – крикнула я, поднимаясь на второй этаж. Я была уверена, что он там. – Кенни!

– Сейчас, – не успела я полностью подняться, как брат выскочил на лестницу и чуть не сбил меня.

– Эй, осторожнее. Я не хочу провести лето в гипсе.

– Прости-прости.

– Чем быстрее мы разберемся с вещами, тем скорее сможем искупаться, – напомнила я брату и продолжила свой путь до комнаты.

Моя комната была совсем небольшой, но очень уютной благодаря бумажным флажкам, десятку фотографий с почти каждого нашего лета и моему любимому пушистому пледу, который мама ненавидела из-за песка.

Я прошла до окна и раскрыла его полностью. Приятный прохладный ветер еще сильнее взлохматил мои волосы, и я прикрыла глаза, щурясь из-за яркого солнца.

Мама и Кенни уже перетащили почти всё, и мама тут же переключилась на уборку.

– Мира, помоги мне. Нужно вымести весь песок из дома и протереть пыль. А я пока съезжу в магазин, а то нам совершенно нечего есть на ужин.

Я молча кивнула. В Эдисто мы становились свободнее. Но только после того, как победим пыль и песок.

Я отправилась в кладовку, выудила веник и совок. Пройдясь по всему дому я избавилась от прошлогоднего песка, а затем принялась за пыль. Я то и дело находила фантики от конфет, банки из-под газировки под диваном. За одним из маминых горшков для цветов я обнаружила чьи-то носки. Казалось, дом жил своей жизнью даже в наше отсутствие.

– Ты закончила? – Кенни перепрыгнул через спинку дивана и рухнул на него, – Нам бы сходить и проверить, приехали ли Луи и Крис. Ты со мной?

– Неужели ты зовешь меня с собой? – усмехнулась я, ополаскивая руки в кухонной раковине.

Мальчики редко брали меня куда-то с собой, потому что я чаще крутилась вокруг сестры. Я восхищалась ей и все детство пыталась быть на нее похожей. А еще именно Каси привила мне привычку всегда читать. В четырнадцать лет я начала глотать книги одну за другой. Сейчас я уже не книжный червь, но привычка прятаться в истории, если в своей слишком много вопросов, осталась.

– Да, – Кенни лениво махнул рукой. – А то ты затухнешь.

Я показала ему язык, но он не заметил.

– Хорошо. Только мне нужно переодеться. Я вся в пыли и поту.

– Вонючка.

– Сам такой, – я шлепнула его по спине.

Я быстро заскочила в душ. Прохладная вода смыла липкость и усталость дороги. В зеркале я поймала своё отражение: влажные волосы рассыпались по плечам, они вновь были запутаны. Я и Кенни взяли все прекрасное, но неудобное от отца: его волнистые светлые волосы и серые глаза. За год мои волосы довольно сильно потемнели, но я надеялась, что они вновь выгорят на солнце и станут пшеничными. Я расчесалась и завязала волосы в две косички.

– Пойдем, – услышав меня, Кенни вскочил, сунул телефон в карман шорт и направился к выходу на задний двор. – Ты хочешь пойти через пляж?

– А почему нет?

Мы вышли на пляж. В полдень пляж был пустым: солнце стояло убийственное, и нормальные люди прятались в домах или под зонтиками.

Дом Бруксов находился через два дома от нашего. Наши родители купили летние домики в один и тот же год, и именно тогда и познакомились. С тех пор каждое лето было похоже на повторяющийся праздник, где всё расписано заранее: чьи дети у кого, кто что готовит, кто кого зовёт на пляж, кто ворчит на песок в доме.

У Бридж было двое детей: Луи младший и Крис старший. Луи был нашим с Кенни ровесником, моим вторым братом по степени хаоса. Они с Кенни были слишком похожи, и даже мама часто путала их со спины. Крис на год старше. Он – тот самый, рядом с которым у меня всегда появлялась глупая осторожность: лишнего не сказать, лишнего не показать.

В прошлом году мы проводили гораздо больше времени вместе, ведь уже тогда Каси была занята поступлением в колледж и в начале августа она уехала в Бостон. И в тот год я впервые по-настоящему втянулась в компанию мальчишек. Они научили меня рыбачить, Крис учил меня управлять яхтой, из-за чего потом пожалел, ведь после этого ни одна его смена не проходила без меня.

И именно поэтому их отъезд без прощания засел у меня под кожей, как песок, который невозможно вытряхнуть.

– Похоже, они еще не приехали, – заключил Кенни, осмотрев входные двери и подъездную дорожку. Ни машины, ни следов от нее на дороге не было, а все двери были заперты. Я огорченно вздохнула. – Ну, видимо, они приедут позже. Это мы слишком рано в этом году.

И Кенни был прав. Так было логично. Они не обязаны приезжать в тот же день.

И все равно внутри что-то неприятно обжигало, будто логика не имела значения.

– Пойдем поплаваем хотя бы, – предложила я. – Хотя море, наверное, еще холодное.

– Погнали. Кто последний, тот вонючка, – вскрикнул Кенни и ломанулся к воде.

Глава 3

6 июня

«Никогда не отказывайся от того, что заставляет тебя улыбаться»

Хит Леджер

– Мама разговаривала с Бриджет сегодня утром. Как я поняла, они все же собираются вернуться сюда на каникулы, – я загорала на лежаке на заднем дворе, разговаривая с Евой по телефону. Вчера я настолько устала, что после ужина сразу завалилась спать.

– Это же круто, теперь ты не проведешь все лето на своем балконе, – Ева усмехнулась, и по звукам в телефоне показалось, что она отошла куда-то. – Я сегодня иду в парк аттракционов с Элайзой и Эмми.

– С теми самыми твоими кузинами? – я усмехнулась.

– Ага. Им тринадцать, и по их мнению я обязана развлекать их круглосуточно.

– Надеюсь, ты хорошо проведешь время, – я улыбнулась, хотя и знала, что Ева этого не увидит. – Ты планируешь присоединиться ко мне этим летом?

– Не думаю. До вас добираться сплошной гемор. Если твой отец вдруг соберется приехать где-нибудь в начале августа, то сообщи. Самостоятельно я больше никогда не поеду!

В прошлом году Ева прилетела к нам на самолёте в Чарлстон, а дальше начался квест под названием «доберись до Эдисто-бич и не возненавидь всех людей». Она пыталась поймать такси, которое вообще согласится ехать так далеко, и к моменту, когда наконец добралась, была мокрая от жары, злая и готовая выдать мне монолог на три акта.

«Почему никто не мог забрать меня на машине?» – повторяла она так, будто я лично отменяла транспорт в этом штате. Но мы правда не могли: наша машина снова сломалась, мама увезла её в автомастерскую, а Крис в тот день был на смене в яхт-клубе и, возможно, именно это и спасло его от речей Евы… или просто было самым удобным объяснением.

– Хорошо, – смеялась я, поднимаясь с лежака. – Я собираюсь искупаться, так что созвонимся позже.

Ева что-то буркнула в ответ и сбросила трубку.

Я отложила полотенце и телефон на столик, а сама пошла к бассейну. Океан все еще был довольно холодным, как мы вчера поняли с Кенни, и купаться там не сильно хотелось, поэтому я довольствовалась нагретой водой в бассейне.

Я с разбегу нырнула в воду и на какое то время задержалась под ней. Плавание расслабляло все мои мышцы, уши закладывало и я не слышала ничего. Я чувствовала только то, как вода сжимает мои легкие, выталкивает меня на поверхность и полностью подчиняет себе. Когда кислород кончился, я наконец вынырнула. Плечи, которые уже успели неплохо обгореть на дневном солнце, обжигало, но прохладная вода смягчала неприятные ощущения.

– Хей, лягушка! – крикнул кто-то с балкона на первом этаже. Подняв взгляд, я увидела Кенни, который стягивал с себя футболку. – Как думаешь, если я спрыгну отсюда, то расшибусь?

– Мы делали так кучу раз. Давай! – вскрикнула я и подняла руки вверх, удерживаясь на плаву только при помощи ног. Но вскоре я погрузилась под воду почти полностью, случайно носом хлебнув воды. – Кх-кх-кх, черт!

Кенни уже готов был прыгать, как позади него появилась мама и коснулась его плеча:

– Кенни, спустись вниз и там залезай в бассейн. Не хватало мне еще кости твои по двору собирать, – она посмотрела на брата, а потом на меня. – Нам нужно съездить до гольф-клуба сегодня вечером. Кенни, можешь сесть за руль, – мама все еще пристально смотрела на меня. – А ты, Мира, сходи до гостиницы и спроси, нужны ли им работники на это лето. Вам уже не по двенадцать, пора взяться за ум, а не проводить каникулы, как ленивые тюлени.

– Но я итак с прошлого лета работала там. Я думала, что могу отдохнуть хотя бы недельку, – взвыла я, вылезая из бассейна. Я вернулась к лежаку, взяла свое полотенце и накинула его на плечи. – Мне правда нужно сделать это именно сегодня?

– Именно сегодня, Мира. Завтра туда прибегут такие же «ленивые тюлени», только пошустрее – и место будет занято, – сказала мама и скрылась в гостиной.

На самом деле я могла бы сказать «нет». Не скандалить и не кричать – просто отказаться. Но я уже знала, что не скажу. Так было проще: согласиться сразу и потом злиться не на маму, а на себя.

Я цыкнула и опять завалилась на лежак, планируя вздремнуть немного. Тень от дома уже скрыла меня от палящего солнца, но я еще боялась сильно обгореть, поэтому накрылась влажным полотенцем. Я слышала как Кенни плескался в бассейне, на меня то и дело летели брызги.

Я всегда любила спать на свежем воздухе. Будь то палатка, какое-то старое покрывало или вообще голый песок. Особенно мне нравилось оставаться на ночь на пляже вместе с Каси и папой. Мы устанавливали палатку недалеко от дома, разводили небольшой костер и жарили сосиски и зефир. Иногда к нам присоединялись мальчики, но они редко проводили с нами всю ночь, предпочитая зависать где-нибудь в другом более интересном месте. В этом году я очень надеялась поехать в кемпинг всем вместе, но маме я пока об этом не говорила. Она слишком занята своей статьей, что у нее совершенно нет времени на какие-то увеселительные мероприятия.

Поспать мне не удалось, потому что Кенни бегал туда-сюда вокруг меня, иногда запрыгивал в бассейн с громкими всплесками. Я сделала ему несколько замечаний, но все они были нагло проигнорированы. Я накрылась полотенцем с головой и пошла в дом, чтобы смыть с себя песок и жар.

К вечеру Кенни и мама уехали в гольф-клуб, а я все же решила сходить до гостиницы. Работать там на самом деле была неплохо. Много не требовали, а выходить нужно было всего пару раз в неделю на несколько часов, чаще утром или вечером.

Гостиница была скорее огромным коттеджем, который притворялся отелем. Внизу – стойка рецепции, диван и общая кухня, где всегда пахло кофе и чьим-то завтраком; наверху – всего три комнаты, которые летом были заняты надолго. Элеонора, хозяйка, жила тут же, и границы между «гостями» и «домом» стирались почти сразу. Туристы, приезжавшие на месяц, так быстро привыкали, что сами начинали хозяйничать: кто-то стриг газон ради скидки, кто-то мыл посуду на общей кухне просто так, потому что здесь все становились своими.

Я поднялась по ветхим ступеням и зашла в дом. На ресепшене никого не было, поэтому я позвонила в звонок.

– Бегу-бегу! – послышалось с кухни, и затем в арке появилась женщина лет пятидесяти. – Мира, вот это да! Вы уже приехали?

Я в ответ лишь улыбнулась и прошла вместе с ней в гостиную, где расположилась на мягком кожаном диване, от которого пахло старостью и еще чем-то непонятным. Давненько его не чистили. Мои ноги утонули в пушистом коричневом ковре, а со стола я схватила парочку лакричных конфеток, которые очень любила Элеонора.

Элеонора – хозяйка дома. Когда-то в этом доме круглый год жила вся ее семья: муж, четверо детей и мать Элеоноры. Вскоре дети выросли и разъехались, а муж и бабушка скончались. Элеонора не хотела покидать родной дом, но содержать его самостоятельно с каждым годом становилось все сложнее, поэтому она открыла здесь гостиницу.

Мне нравилась Элеонора. Она всегда кормила меня различными пирогами и другими десертами, платила за мою работу вполне достойно, хотя маме казалось, что она меня балует. Я зарабатывала около сорока долларов в неделю, что для пятнадцатилетнего подростка было довольно много.

– В этом году ты тоже хочешь мне помогать? – спросила Элеонора, ставя чашки с горячим чаем на стол и присаживаясь напротив меня. – Твоя помощь мне не помешает. Сезон только начался и совсем скоро должна приехать семья. Я еще не успела подготовить комнаты к сдаче, поэтому можешь приступить к работе завтра.

– Конечно, я могу прийти завтра к десяти утра, – Элеонора в ответ кивнула и вновь встала с кресла.

– В этом году я не смогу платить также, милая. Но обещаю, я тебя не обижу, – она улыбнулась и прошла за стойку рецепции.

– Ничего страшного. Здесь деньги не так уж и важны, покупать нечего, – я посмеялась.

– Ну что ты, тебе уже пора откладывать на колледж. Ты в следующем году поступаешь, верно? – Элеонора вернулась ко мне с бумажным конвертом. Я в ответ ей кивнула. – Ну вот тем более. Держи. Это оплата тебе сразу за месяц. Приходи, когда посчитаешь нужным.

Она хитро посмотрела на меня. Тут точно есть подводный камень.

– … но не менее трех раз в неделю.

Мы посмеялись.

Я с благодарностью приняла конверт с деньгами. Не было смысла отказываться, так как Элеонора всегда платила за месяц вперед. Зато теперь у меня были карманные деньги и я могла не беспокоить маму по пустякам.

– Я тогда пойду. Увидимся завтра, Элеонора! – я допила чай, попрощалась с хозяйкой и поплелась домой.

Жара постепенно сменилась вечерней прохладой. У океана ночи часто влажные и прохладные, даже если днём тебя жарило так, что кожа потом горит. Я накинула тонкую кофту, которую весь день таскала на бёдрах, и по пути заглянула в магазин: солнцезащитный крем я забыла, а обгореть успела всего за несколько часов. Сейчас плечи напоминали об этом при каждом движении, и я злилась на себя за такую глупость.

Вернувшись домой, я не обнаружила там никого. Кенни и мама задерживались, следовательно, готовка ужина на мне. Я достала из морозилки котлеты из индейки и закинула в кипящую воду макароны. Простенько, но на один раз сойдет.

Поужинав, я поднялась к себе и плюхнулась на кровать. Набрав номер Евы, я услышала лишь короткие гудки. Окей, скорее всего она была с Элайзой и Эмми.

С моря тянуло прохладой, и волны шумели ровно. Луна отражалась в воде и подсвечивала пустой пляж. Где-то вдали ещё слышались голоса и машины, но быстро стало тише, и остались только ветер и вода. Я устроилась в плетёном кресле на балконе, накинула плед на ноги и взяла книгу, которую начала читать днём.

В доме было слишком спокойно. В игровой не раздавались радостные взвизги Луи, не слышался голос Криса – ни смех, ни крик, ни даже раздражённое «да брось ты». Бассейн тоже был только моим: никто не топил и не брызгался, вода не кипела от чужого присутствия.

Иногда мне даже нравилось, что дома тихо. Эта мысль появлялась внезапно – и тут же хотелось от неё избавиться. Как будто, если признаться себе в этом, я предам кого-то, кого ещё даже нет рядом.

Дни сливались в одинаковое шуршание страниц, утренние тосты и ленивые прогулки к пляжу. Я ловила себя на том, что иду мимо дома Луи и Криса медленнее обычного, задерживая взгляд на пустой веранде, будто они могут появиться просто потому, что я этого жду.

Глава 4

10 июня

«Я, например, всегда расстраиваюсь, когда думаю о жизни, что не использую свою возможность и теряю драгоценные секунды, а жизнь так коротка»

Вечное сияние чистого разума

Через три дня мое день рождения. Оно всегда ассоциировалась у меня с началом чего-то потрясающего. С началом летних приключений, загорелой кожей, прохладной водой океана и теплым песком на пляже. Именно мое день рождения было самым ярким событием всего года. Целый день был посвящен только мне! И я благодарила вселенную, что Кенни родился на одиннадцать минут позже, четырнадцатого июня в девять минут первого. Иначе тринадцатое июня уже не принадлежало бы только лишь мне.

Каждое лето мальчишки устраивали мне небольшое путешествием. В прошлом году мы ездили в зоопарк, который находился всего в пятнадцати минутах езды, и я вполне могла дойти до него сама. Но когда для тебя устраивают сюрприз и везут в неизвестное место, все становится гораздо ярче и именно так создаются воспоминания.

Но последние два дня я только и думала о том, что все лето пролетит мимо меня.

Кенни вчера пришел с приятными новостями – его вновь взяли в прокат сапов, – там и правда вечная нехватка людей. Я же сходила в гостиницу всего пару раз: привела в порядок номера, и Элеонора отпустила меня на четыре дня выходных. Она помнила про мой день рождения и сказала, что не собирается загонять меня в первый же заезд.

Все утро я провалялась в кровати, пялясь в белый потолок. Кенни зашел ко мне только в двенадцатом часу, предложив сходить в пиццерию за мороженым, но я лишь отмахнулась.

Он постоял в дверях ещё пару секунд – будто хотел сказать что-то другое, не про мороженое.

– Ты чего такая? – спросил он наконец.

– Ничего, – ответила я слишком быстро.

Я твердо решила не вылезать сегодня из кровати. Сегодня день только меня, моего мягкого песочного пледа и грустных песен в наушниках.

Мама меня не трогала. Она замечала всё и при этом умела делать вид, что не замечает, если разговор грозит превратиться в чувства. Душевные беседы не были её языком.

Днем Кенни ушел на пляж. А я наконец смогла подняться с кровати. Точнее, мой мочевой пузырь вынудил меня это сделать, и я с неохотой поплелась в туалет. Я мельком взглянула в зеркало и вздохнула: мои волосы были грязными и спутанными, лицо покрылось красно-коричневыми пятнами из-за загара, а губы были сухими, как пустыня.

Укутавшись в халат, я вышла из ванной и спустилась на первый этаж. По правде говоря, я устала лежать просто так, поэтому решила переместиться в гостиную и посмотреть телевизор. Включив какой-то канал с мультиками, я плюхнулась на диван.

Мама копошилась на заднем дворе, расставляя горшочки с цветами по периметру. Она всегда говорила, что работа с землей успокаивает. И что даже несмотря на грязь под ногтями, она всегда чувствует себя счастливой, занимаясь растениями. Я не понимала такого счастья и не лезла в это дело, а мама и не настаивала. Это ее способ релаксации, но уж точно не мой.

Кенни вернулся поздно, и мы сели ужинать. Телевизор продолжал играть на фоне, и я настолько погрузилась в него, что не отрывалась даже во время еды.

– Мира, сначала еда, потом все остальное, – я перевела взгляд опять на тарелку. – Завтра привезут новый гриль, сможем пообедать стейками. И сделать хот-доги.

Я почти спросила: «Мам, Бридж ничего больше не говорила? Они точно приедут?» – и не спросила. Как будто, если произнести это вслух, станет реальнее. А я не была готова к реальности.

– С персиками? – спросила я.

– Фу, нет! Мира, как это может вообще нравиться? – Кенни скривил лицо и демонстративно сунул два пальца в рот.

– Ты их никогда не пробовал. Ты после них не сможешь есть обычные хот-доги, – я дала ему легкий подзатыльник.

–Без рукоприкладства, пожалуйста, – мама улыбалась. – Мы приготовим любые хот-доги.

Я показала Кенни язык, а он в ответ лишь отвернулся от меня и продолжил есть.

После ужина я вышла на крыльцо. Сегодня полнолуние, и мне хотелось немного посмотреть на него. Луна действительно была большой, будто находилась совсем рядом. Каси бы точно сфотографировала ее, а папа бы пошутил, что она похожа на огромный блин. Я посмеялась.

Не знаю сколько я просидела на крыльце, но на первом этаже уже погас свет. В какой-то момент я услышала звук машины, который становился все громче. У меня пересохло во рту. Я положила ладони на колени, чтобы не было видно, как дрожат пальцы. В сердце чуть защемило, а живот скрутило от чувства приближения чего-то важного.

Я прикрыла глаза, представляя нашу встречу. Всего на секунду – и тут же открыла. Не хотелось «представлять». Хотелось знать. Потому что в моих фантазиях они всегда были разными, а реальность могла оказаться только одной.

Я привстала со ступенек, уже хотела открыть дверь и пойти спать, но тут же заметила два силуэта. Они шли рядом. Ко мне.

– Мира!

Я ещё не успела различить лица, но голос узнала сразу – по тому, как он произнёс моё имя. Будто мы не расставались. Будто тот август ничего не значил.

Глава 5

11 июня

«Твой дом там, где о тебе думают»

Я услышала до боли знакомый голос, а потом громкий топот по песку. Он вломился на наш задний двор и стиснул меня в крепких объятиях. Я старалась изо всех сил сдержать подступающие слезы – от радости или от облегчения, я сама не понимала, но одна все же упала парню на плечо. Его руки тепло обхватывали меня за спину, чуть приподнимая над землей. Он пах гелем для душа и чем-то очень знакомым, но давно забытым.

– Давно не виделись, – парень перестал обнимать меня, но все еще держал свои руки на моих плечах. – Прости, мы немного задержались.

Я кивнула слишком быстро и тут же сцепила пальцы, чтобы не начать теребить край кофты. «Задержались» звучало нормально, почти невинно. А «уехали и не попрощались» – нет.

– Привет, Луи, – я с улыбкой взглянула на него и отошла на полшага назад, чтобы рассмотреть того, кто стоит у Луи за спиной. – Крис, и тебе привет.

Крис зашел во двор, но продолжал стоять у калитки. Яркий свет луны помог мне разобрать то, что написано на его лице. Он улыбался.

Соскочив с крыльца, я подбежала к нему и крепко обняла, в ответ он обхватил меня за плечи так крепко, будто я могла прямо сейчас сбежать, будто он не хотел, чтобы я отпускала его. Потом он поднял меня над землей и покрутил вокруг себя, а я вжималась в его шею.

Я на секунду почувствовала, что все возвращается на круги своя. Крис и Луи здесь. Бридж завтра принесет нам вкуснейший завтрак, и мы все вместе пойдем валяться на пляж. А через пару дней мы отправимся в путешествие, мальчики снова завяжут мне глаза и будут весь путь подшучивать надо мной.

– Вы только что приехали? – я оглянулась на Луи, который вскоре подошел к нам. – Я уже думала…

– Ты же не думала, что мы пропустим день рождения нашей любимой младшенькой?

– Эй! Я средняя сестра, вообще-то! – я толкнула Луи в бок. – Как бы то ни было, я безумно рада, что вы здесь. В прошлом году вы неожиданно уехали, и я не знала, ждать ли вас в этом.

Повисла короткая пауза. Такая, от которой немеют пальцы. Луи улыбнулся первым, как будто вытянул нас из неловкости за воротник.

– Где Кенни и Оливия?

– Мама спит, а Кенни, наверное, у себя. Мне позвать его?

– Не буди их, – Крис наконец хоть что-то сказал.

Но я совсем не хотела их отпускать! Я столько хотела рассказать, столько спросить. Я невольно схватила Криса за рукав кофты.

– Мы придем на завтрак, не волнуйся.

Крис приобнял меня одной рукой и погладил по спине. Он всегда так делал, когда я начинала капризничать или возмущаться. И это действительно всегда помогало! Я отпустила его руку.

– Приятно было увидеть тебя сегодня. Но нам правда нужно быстро разгрузить вещи и ложиться спать. Дорога была о-оо-очень долгой и мы все устали, – Луи обхватил брата за плечи и они вышли со двора. – Спокойной ночи!

– Спокойной ночи! – я развернулась в сторону дома, но затем снова посмотрела на мальчиков. – Увидимся завтра!

Луи и Крис помахали мне на прощание и вскоре скрылись у себя во дворе.

Радость не отпускала, но не она мешала заснуть. Мешало то, о чём мы так и не сказали вслух. Я прошлась по комнате, сделала несколько приседаний и попрыгала. Говорят, что когда не можешь уснуть нужно сделать что-нибудь другое, а не валяться в кровати. Я вышла из комнаты, спустилась и поднялась обратно по лестнице и вновь завалилась в постель.

Свет сквозь занавески падал мне на лицо. Глаза непроизвольно задергались и открылись. Пахло ранним утром, а с открытого окна веяло прохладой.

Не помню, в какой момент ночью я уснула, но, похоже, небольшая физическая активность пошла мне на пользу.

Я слезла с кровати, небрежно застелила ее одеялом и сразу же вышла в коридор. В доме было тихо, и лишь шум волн доносился с пляжа.

Завтракать мне не сильно хотелось, и я вышла на задний двор. Все еще было немного прохладно, но солнце уже начало обогревать землю. Я босыми ногами ступила на песок и вышла за пределы двора.

На пляже слышны были крики чаек, всплески воды и тихий шелест листьев. Солнце только-только вышло из-за горизонта. Была чудесная ясная погода и я не могла найти ни единого облачка на небе.

Я не знала, во сколько появятся мальчики, и потому выбрала самое простое – ждать там, где их проще всего увидеть. У воды. Я говорила себе, что просто хочу посидеть утром у моря. Но каждый раз, когда кто-то выходил на пляж, у меня внутри всё подскакивало.

Сегодня ночью я не успела рассмотреть их, но мне показалось, что выглядели они как обычно. Правда загар уже был не тот, а волосы значительно потемнели. Я слышала от мамы, что Луи начал заниматься теннисом, хотя мне казалось, что ему больше нравился баскетбол.

Я сидела на прохладном песке час или даже больше, ведь вдалеке я увидела уходящих с пляжа рыбаков. Но я поймала себя на том, что то и дело поглядываю в сторону дома Бридж.

Я поднялась, отряхнула пижаму. Совсем забыла ее переодеть… Моя задница немного болела после такого долгого сидения на одном месте, и я решила прогуляться по пляжу и поискать ракушки. Этот пляж этим и знаменит, и почти все туристы ходят по песку и набирают целые пакеты этих ракушек. Однажды я нашла раковину диаметром двадцать два сантиметра, и она до сих пор красуется на полке в моей комнате.

Погруженная в свои мысли, я неосознанно дошла до дома Бруксов. Я замедлила шаг, делая вид, что просто рассматриваю ракушки. Но через панорамные окна Бридж всё равно заметила меня – и её улыбка была такой, будто она ждала именно этого. Она тихонько открыла раздвижную дверь, босиком спустилась с веранды и с раскинутыми руками подошла ко мне.

– Моя малышка Мира, как же ты выросла! – чуть ли не шепотом сказала она мне на ухо. – Как ты? Как мама?

Я обняла ее в ответ, крепко вжавшись в ее плечо. Она пахла кофем и овсяным печеньем, что любила печь. И я была уверена, что сегодняшнее печенье она сделала именно для меня.

– Привет… – так же прошептала я, еще сильнее сжимая ее в объятиях.

С Бридж всегда становилось проще дышать. Она была моей второй мамой. Бридж всегда умела делать то, чего у моей мамы не получалось. Она не спрашивала «как дела?» – она приносила кружку тёплого молока и садилась рядом, пока я сама не начинала говорить. Она могла ночью вытащить нас на веранду «подышать» – и через десять минут ты вдруг рассказывал ей то, что никому не говорил. И я любила её за это – за ощущение, что рядом со взрослыми тоже можно быть собой.

Бридж расслабила объятия, но руку с моей спины не убрала.

– Давай пройдем в дом, у меня в духовке печенье, – она улыбнулась, и я сделала то же самое.

Бриджет вернулась к готовке, а я села на высокий стул у нее за спиной. Я хотела много спросить, но побаивалась задать неуместный вопрос.

– Почему ты все еще в пижаме? – я была благодарна Бридж, ведь она наконец нарушила тишину. – Недавно проснулась?

– А… Типа того. Решила прогуляться, – Бридж лишь посмеялась. – Что?

– Я все равно хотела уже идти к вам, – она достала горячее печенье из духовки, взяла одно и протянула мне. – Тебе удостоилась честь попробовать их самой первой.

Я с радостью взяла печеньку, но случайно выронила ее на столешницу.

– Айч, горячее… – я подняла печенье и стала перекладывать ее из руки в руку и дуть. – Спасибо.

– Всегда пожалуйста, милая, – она посмотрела на часы. – Почти девять. Нужно разбудить мальчиков.

– Не нужно, – мы с Бридж обернулись на лестницу и увидели Криса. Он был растрепан и в одних лишь шортах. Я неловко отвернулась. – Доброе утро, мам и… Мира?

– И тебе доброго, – промямлила я, откусывая кусок печенья.

Крис спустился к нам на кухню и сел рядом.

– А мне? – он протянул руку в ожидании своей порции.

– Поедим вместе за завтраком, – Бридж демонстративно начала складывать печенье в контейнер.

– А почему ей ты дала? – Крис указал пальцем на меня и явно был недоволен. – Я твой ребенок, а не она!

– Она тоже мой ребенок, Крис. Оденься и разбуди Луи. Жду вас через пятнадцать минут, иначе мы с Мирой уйдем без вас.

Я показала язык Крису, и с непритворной радостью засунула последний кусочек к себе в рот. Он лишь грозно на меня посмотрел. Он слез со стула, подошел ко мне со спины и склонился к уху:

– Не жди, что ты легко отвертишься. Воровать первое печенье – это большой грех, – Крис вдохнул и резко выдохнул поток воздуха мне в ухо. Я моментально закрыла его рукой.

– Ай! Ненормальный! – Крис лишь посмеивался, уходя обратно в свою комнату.

Он смеялся, как раньше, но смех будто заканчивался слишком быстро. На секунду, а потом его лицо стало серьёзным, и я не успела понять почему.

Пока Бридж собирала завтрак, я огляделась. Здесь уже было чисто – ни песка под ногами, ни пыли на полках, как у нас в первые дни после приезда. Значит, кто-то подготовил дом заранее.

Наши дома похожи – одна улица, один воздух, одна привычка оставлять двери открытыми летом. Но у них есть камин, и он всегда выбивается из этого пляжного набора, и я каждый раз на него смотрю, как на доказательство, что Эдисто бывает не только летним. Я вспомнила, как мы когда-то приехали сюда зимой: море было рядом, но ветер пробирал до костей, и мы сидели в доме, грелись какао и жгли бенгальские огни. И сейчас мне почему-то вспомнилось именно это.

– Привет! – Луи за две секунды слетел с лестницы и чуть не сбил меня с ног. – Эй! Ты съела первую порцию! – он указал на крошки у моих губ. – Мошенница.

– Кто первый встал, того и тапки, – я гордо улыбнулась и вышла вслед за Бридж. Она уже ждала нас всех на улице.

Я шла рядом с Бридж, слушая, как за спиной смеются мальчики.

– Луи скучал по тебе. И Крис… тоже, – Бридж сжала мою руку. – Прошлый год был для него… непростым. Это лето ему очень нужно.

– Непростым из-за чего? – я нахмурилась. – Что случилось?

Бридж замедлила шаг и посмотрела на меня так, будто взвешивала, сколько мне можно сказать.

– Просто будь рядом, – Бридж улыбнулась, но как-то грустно. – С тобой ему легче, Мира. Даже если он не показывает.

Я хотела спросить больше, но Луи окликнул нас сзади:

– Эй, вы чего так медленно? – он пронесся между нами, расцепив наши руки. – Мы голодные!

Я вдруг порадовалась, что разговор оборвался сам.

Бридж рассмеялась и ускорила шаг. А я обернулась. Крис шел позади, глядя куда-то в сторону океана. На его лице не было той беззаботности, что у Луи.

И мне стало холодно, несмотря на утреннее солнце.

Мы зашли в дом. Мама уже проснулась и, казалось, только вышла из душа, – ее волосы были влажные, а на плечах лежало полотенце.

– Бридж! – она увидела нас и в первую очередь подбежала к своей подруге. – Когда вы приехали?

– Сегодня ночью. Мы не стали вас беспокоить, – Бридж чмокнула маму в щеку и обняла в ответ.

Затем свою порцию объятий получили Луи и Крис, и мы наконец разместились за большим столом в гостиной. Кенни еще спал, и мы решили, что раз он спит, значит и печенья ему не достанется.

Мама заварила себе кофе, а нам сделала сладкий чай.

Моя мама была ярым противником кофе до совершеннолетия, ведь считала, что он «негативно сказывается на нервной системе детей». Но мы с Бридж заключили безмолвное согласие, что у нее дома мне можно пить все, что я захочу. Из-за этого в четырнадцать лет я попробовала вино, а в пятнадцать пиво. В эти моменты я чувствовала себя взрослой!

Мы завтракали долго. Разговоры не прекращались ни на секунду, в какой-то момент к нам присоединился Кенни. Он не ожидал увидеть гостей, но был безмерно рад этому. Ему осталось совсем немного печенья, но, казалось, его это совершенно не беспокоило. Как и никого не волновало то, что почти все съела я.

Большую часть времени я молчала и с улыбкой смотрела на нашу семью. Я наконец была по-настоящему дома, в кругу любимых людей. Я боялась, что это будет «не моим летом», как в песне The Academic – Not Your Summer*. Но все постепенно обретало знакомые очертания, я вспомнила почему люблю океан, почему так жду начала лета и почему я целый год рисую на уроках в тетрадке ракушки.

Глава 6

12 июня

Пляж сегодня был особенно оживлен. Группа туристов, остановившаяся в отеле неподалеку, расстелила свои покрывала на побережье, расставила мангалы и очень громко слушала музыку. И если бы все это не происходило прямо под нашим домом, то я бы и не обратила на это внимания, но с самого утра под моими окнами столько шума, что внутри всё стягивалось.

После ужасного сна прошлой ночью я надеялась хотя бы выдохнуть. Но с десяти утра сидела с закрытыми окнами и в наушниках – просто чтобы слышать себя. Кенни пару раз заходил, что-то бурчал, но я даже не пыталась вникать. Если ему нужно было с кем-то поругаться, задний двор всегда к его услугам.

На завтрак я вышла лишь в двенадцатом часу. Мама и Бридж сидели в гостиной и смотрели телевизор.

– Сырники в холодильнике, милая, – сообщила мама, не отрывая взгляд от экрана.

– Мира, ты сегодня планируешь куда-то идти? – спросила Бриджет, развернувшись ко мне. – У нас кончилось пиво. Была бы очень признательна, если ты сможешь пополнить его запасы.

– Я хотела сегодня провести день дома.

– Попроси Криса свозить тебя до магазина. Он сегодня весь день валяется на заднем дворе, – заключила Бридж и вновь вернулась к просмотру какого-то тв-шоу.

Что ж, видимо, сходить за пивом было уже не просьбой, а приказом. Возможно, удастся уговорить Криса свозить меня на дальний пляж, где я смогу хотя бы искупаться и позагорать. Мне не нравилась идея того, что я буду светить своими бикини перед десятком людей, нежась у бассейна.

– Хорошо.

После завтрака я надела под одежду купальник, а затем вышла во двор и побрела к соседнему дому.

Крис сидел на шезлонге, уткнувшись в книгу. Он был в одних шортах, и это слегка смутило меня. Но почему? Я столько раз видела его полуобнаженным, летом он вообще наотрез отказывался надевать что-то наверх и вечно ходил в одних шортах. Но сейчас я задержалась у угла дольше, чем нужно, прежде чем выйти к нему. Мы впервые с того года должны были остаться наедине. Я давно старалась не возвращаться к этим мыслям, но взгляд всё равно зацепился за него слишком быстро.

Я сделала глубокий вдох и пошла к нему. Крис даже не поднял взгляда, пока я не подошла вплотную.

– Привет.

– Привет. Ты… видел меня? – спросила я зачем-то и мысленно ударила себя по голове.

– Можно сказать и так. Что случилось? – он опустил книгу к себе на колени и взглянул на меня. – Если тебе просто скучно, то дома Луи.

– Я не затем пришла. И вообще, если бы мне было скучно, то почему ты прогоняешь меня к Луи? Разве я не могу хотеть провести время с тобой… – я на секунду замолчала, – и с Луи вместе. Вы же вроде как комплектом идете…

Что я, черт возьми, несу? Я похоже перегрелась на солнце, иначе я не могу объяснить тот факт, что говорю сейчас какую-то околесицу.

– В любом случае, Бридж и мама послали меня за пивом. Сказали, что ты можешь довезите меня до магазина.

– В чем проблема сходить пешком? Магазин вроде не в Чарлстоне, – Крис продолжал лежать на месте и даже не собирался встать, чтобы поехать со мной.

– Я хотела попросить тебя еще кое о чем. На пляже много людей, – я указала большим пальцем себе за спину. Хотя Крис и сам, наверное, слышал и видел их. – Я подумала, что было бы неплохо съездить на пляж и искупаться.

– Поплавай здесь. Тебе же эти люди не запрещали, – он всем своим видом показывал, что ехать никуда не собирался.

Да, я могу поплавать и здесь. Просто не хочу! А ему совершенно не составит труда свозить меня на часик подальше от этих туристов.

– Крис… Я не хочу плавать здесь. Пожалуйста… – я села к нему под бок и сложила руки в умоляющем жесте. – Они же тоже тебе надоели, не таки ли? Тебе и почитать будет лучше подальше, разве нет?

Крис вздохнул, но наконец сел. Его плечо касалось моего, кожа была горячая из-за полуденного солнца и уже успела немного подзагореть. Я любила его загар. И загар Луи. Так они смотрелись естественно, будто родились с ним. С белой кожей я почему-то вообще не могла их представить.

– Дай мне десять минут, – Крис поднялся и встал напротив меня. Он неожиданно положил руку мне на голову и взлохматил мои волосы.

– Эй! Я вообще-то расчесывала их…

– Незаметно. Лучше собери их в хвост, иначе вся машина будет в твоих волосах.

Я надула щеки, но все равно достала из кармана резинку и завязала волосы. Я осталась сидеть на месте, пока Крис собирался.

– Ты идешь? – выглянул он из-за стеклянной двери, и я сразу же вскочила и побежала к машине.

Усевшись на переднее пассажирское, я откинула голову на спинку и прикрыла глаза. Крис завел машину и мы направились в ближайший магазин, где работает одна чудесная тетушка. Она единственная, кто продает нам алкоголь, потому что знает наших мам уже два десятка лет, ну и они не раз посылали нас купить им пива или вина. Этой ситуацией умело пользовались парни, покупая себе бутылочку сидра, прикрываясь мамами.

– Может, музыку хотя бы включишь? – я поставила пакет с пивом на заднее сиденье. – Это так уныло ездить в тишине.

– Меня она отвлекает. Если что-то не устраивает… Дом недалеко , – Крис включил кондиционер и положил руки на руль.

Мне некомфортно в этой тишине. Я слышу стук своего сердца и то, как размеренно и тихо дышит Крис. Я ненавижу эту неловкую обстановку между нами, хотя не думаю, что Крис считает также. А еще больше я боюсь. Боюсь оставаться с ним наедине, потому что мое тело перестает меня слушаться, а мозг отключается. И только сейчас я поняла, что это было моей ошибкой ехать с ним на пляж.

– Ты чего задумалась? Обиделась? – Крис сложил руки на груди и лег на сиденье. Он не торопился заводить двигатель.

– Нет, не обиделась. Поехали, – Крис лишь кивнул и мы отправились до дома.

Я быстро занесла пакет и вновь села к нему в машину. Пляж находился не сильно далеко, но пешком в такую жару мало кто рискнет туда пойти.

– Что бы ты хотела сделать завтра? – Крис прервал молчание, но вопрос задан был именно так, что я поняла, – ему все-таки тоже было не сильно комфортно.

– Я думала, это вы с Луи и Кенни должны думать об этом.

– Ты уже не маленькая и вполне сама можешь сказать, чего хочешь. А мы все устроим.

– Так неинтересно, – я нахмурилась. – В этом и прелесть дня рождения, что я не знаю, какое приключение вы придумаете для меня.

– У нас уже закончились идеи за столько лет, – Крис поправил прилипшую ко лбу челку и посмотрел на меня.

– Следи за дорогой, – все мои надежды на нечто увлекательное в мой день разбились, и говорить больше не хотелось.

Крис перевел свой взгляд обратно на дорогу, но к этому моменту мы уже добрались до пляжа.

Я вышла из машины, захватив из багажника покрывало. Расстелив его на песке, я неспешно стянула с себя одежду и легла на него.

– Ты крем от загара нанесла? – спросил Крис, садясь рядом со мной.

– Утром.

– Ты знаешь, что его нужно обновлять каждые несколько часов? Ты обгоришь.

– Ла-а-а-адно, – я поднялась и выудила из сумки тюбик с кремом.

– Тебе помочь? – Крис потянулся к нему, но я резко дернула рукой, отмахнувшись. Не хватало еще, чтобы он почувствовал, как я трясусь, когда он касается меня.

– Не стоит. Я сама справлюсь, – я нанесла крем на кожу, но до спины дотянуться оказалось тяжелее, чем я думала. Обычно с этим делом мне помогала мама или Бридж.

– Сама? – Крис не отводил от меня взгляда. – Дай.

Я махнула головой и продолжила свое дело.

– Отдай, – более напористо проговорил Крис и, наклонившись надо мной, выхватил у меня тюбик. – Ты такая же вредная, Мира. В кого интересно ты такая?

– В тебя, – я хмыкнула и повернулась к нему спиной. – Раз взялся помогать, то помогай, а не языком трещи.

Крис посмеялся и выдавил крем себе на руки. А затем его теплые руки коснулись моих плеч. Я вжалась головой в плечи, обхватила лодыжки руками, будто стараясь в прямом смысле держать себя в руках. Он приятно массировал каждый участок кожи, аккуратно обходя завязки от купальника. Когда он дошел до низа спины, я резко дернулась и вскрикнула:

– Щекотно!

А его это только позабавило. Он нарочно начал щекотать меня за бока и живот, а я повалилась на песок и задыхалась от безудержного смеха. Крис прекратил лишь тогда, когда я начала пинаться ногами и чуть не зарядила ему по носу. Он смотрел на меня сверху вниз какое-то время, пока я тяжело дышала и пыталась прийти в себя. Он замер на секунду, а потом резко встал и сел чуть подальше.

– Песок прилип к коже из-за тебя. И в чем был смысл этого крема, если я сейчас его смою? – я начала неловко отряхивать песок с рук, а взгляд бегал туда-сюда, пытаясь зацепиться хоть о что-то. Но я все равно исподлобья посмотрела на него.

– Обычно крема водостойкие. Загарай. Песок успеешь смыть с себя, —он почесал макушку и обхватил свои колени руками.

Я молча легла на покрывала, скрыв раскрасневшееся лицо полотенцем, и не заметила, как задремала.

Проснувшись, я не обнаружила его рядом. Но, сев и осмотревшись, я поняла, что от жары он скрылся в машине. Не долго думая, я направилась к нему и постучала в окно.

– Почему ты оставил меня запекаться на солнце, а не разбудил?

– Ты проспала минут шесть. Не успела бы превратиться в стейк, не переживай, – он опустил сиденье так, чтобы было удобно лежать на нем, и читал книгу.

– Убери, пойдем искупаемся, – я открыла дверь и села на порог машины.

– Иди сама. Мне и тут хорошо, – он закрыл книгой лицом.

– Ты приехал ради меня на пляж и ты думаешь я позволю, чтобы ты просто сидел в машине под кондиционером? – я взялась за его руку и потянула на себя. Крис немного сдвинулся, но моих сил не хватило, что притянуть его сильнее.

– Слабачка, – он усмехнулся. – Да и вообще, ты сама сказала, что мне будет удобнее читать здесь.

– А я передумала! Прямо сейчас!

Ненавижу, когда меня называют слабой или другими синонимами этого слова. Я встала на ноги и схватилась двумя руками за него и со всей силы дернула его. Спина Криса наконец оторвалась от сидения и у меня получилось поднять его!

– Ладно, беру свои слова назад. Ты стала чуточку сильнее, – он широко улыбался и я не могла не смотреть на его лицо. Я думала, что он вообще потерял свою способность так улыбаться, но, как я вижу, все в порядке.

– Пойдем. Освежись немного, – я положила руку на его книгу и опустила ее ему на живот.

Крис поддался и мы двинулись к воде. Она была сегодня спокойной, а значит, должна быть теплой. Я зашла по пояс, когда как Крис с разбегу вбежал в воду, брызгами задев мою еще сухую кожу. Я уже готовилась нырнуть, чтобы привыкнуть к холодной воде, как Крис стал неистово размахивать руками и брызгать меня, пока я окончательно не намокла и уже от безысходности не нырнула под воду. Я зажмурила глаза и, разгребая воду руками, плыла. Теперь я чувствовала не раздражающий холод, а приятную прохладу, а вода наконец смысла с меня противный песок и липкий крем. Когда кислород закончился, я вынырнула из воды и оказалась совсем недалеко от Криса. Он стоял в воде по плечи и наблюдал за моим барахтаньем.

Мы купались до тех пор, пока конечности не начали неметь, а губы не приобрели синюшный оттенок. По крайней мере у меня. Крис, казалось, привыкал абсолютно к любой температуре воды и чувствовал бы себя вполне комфортно даже в проруби. Мы вышли на берег и побрели к машине, захватив с собой мою сумку и покрывало. Песок налип на мокрые ноги, но нам было как-то все равно. Мы наконец-то подключились с Крисом к одной волне и непринужденно болтали, иногда смеясь с какой-нибудь глупости.

Я залезла на сиденье машины и начала поднимать ноги, как Крис сел перед мной и протянул свою руку.

– Дай отряхну. Мама будет не рада песчаным горам на ковриках, – Крис улыбался. А я без задней мысли положила ногу ему на руку. Он аккуратно стряхнул почти весь песок, и затем я полностью забралась в машину.

По своей глупости я забыла взять полотенце и было немного прохладно после воды, а моя майка особо мне не помогала согреться. Кожа все еще была влажная, а включенный кондиционер в машине сулил мне скорой простудой.

– Держи, – Крис протянул мне свою футболку. Что-то мне это напоминало…

– Точно! – выкрикнула я, – Тогда, в прошлом году, когда ты подвозил меня в дождь до дома. Ты отдал меня свою футболку с яхт-клуба. Я должна вернуть ее тебе. – Я накинула его майку себе на плечи и она оказалась теплой. Это слегка успокоило мою дрожь.

– Не стоит. Мне выдадут новую в этом году. Можешь выбросить ее. Хотя я удивлен, что ты не сделала это раньше.

– Почему я должна было выкинуть ее? Это же не моя вещь.

– Я почему-то думал, что ты будешь сильно рассержена на мен… нас и захочешь избавиться от футболки в порыве гнева. Но, как я вижу, ты не сильно то обиделась.

– Ты считаешь, что я должна была из-за вашего неожиданного отъезда впасть в ярость и разорвать все ваши вещи, которые есть у меня? – я смотрела на него немного рассерженно.

– Так ты не обиделась?

Я обиделась. И сильно расстроилась. А еще больше я боялась, что мы не увидимся. Но я не хочу, чтобы Крис думал, что я маленькая обидчивая девочка, которая не понимает, что в жизни может случиться всякое.

– Я не обиделась. Но вы могли хотя бы позвонить или написать. Я переживала, – я опустила голову и вздохнула. Вроде, сказала вполне естественно и непринужденно. Так и должна говорить подруга, наверное…

– Прости, я не думал об этом, – его лицо помрачнело, будто я задело то, что он спрятал внутри себя.

– Произошло что-то серьезное? – я не на шутку испугалась. Я столько раз пыталась выкинуть все плохие мысли из головы и всем сердцем надеялась, что это просто так сложились обстоятельства.

– Я не думаю, что готов рассказать тебе все сейчас. Это… не то, чем я бы хотел с тобой делиться.

Его слова задели сильнее, чем я ожидала. Мне казалось, что между нами нет и не было секретов. И насколько бы плохо не было одному из нас, мы всегда знали от чего. Но Крис поставил тяжелую кирпичную стену между нами, будто говоря: «Ты не тот человек, с которым я хочу делиться своей болью». Мне стало тесно в машине, я отвернулась к окну и больше ничего не сказала.

Крис завел машину, включил тихую музыку и мы, не проронив ни слова, доехали до дома.

Я валялась на кровати, пока за стеной мальчишки играли в Манчкин, а мамы сидели на террасе и болтали за бутылкой вина. Я то и дело слышала вскрики брата и смех Луи. Крис во время этой игры чаще всего был сосредоточен, поэтому лишь изредка можно было услышать его шиканье и удары по столу.

Луи звал меня присоединиться, но я была точно не готова к тому, чтобы еще раз увидеть Криса. В голове был наш сегодняшний разговор и Крис ясно дал мне понять, что многое из его личной жизни для меня недоступно. А я была уверена, что это касается именно его, потому что таким тоном точно не будут говорить о делах матери или брата.

Каси позвонила мне ближе к девяти. Мы проболтали несколько часов, пока она не ушла спать. Я тоже решила, что пора наконец выспаться, да и завтра мой день рождения, не хочу встречать его с синяками под глазами и зеленой кожей.

После душа я переоделась в пижаму, расправила кровать, скинув одеяло на пол, и, укутавшись в плед, завалилась в постель. Свет в комнате всех еще был включен, но мне было лень вставать и выключать его. Я все равно планировала еще прогуляться до кухни, чтобы захватить стакан воды, поэтому пока продолжала лежать в кровати и залипать в телефон.

В глубине души я надеялась, что ребята и мамы придут поздравить меня в полночь. Но за дверью комнаты все также было шумно и никакого намека на поздравление и не было. Я ворочалась туда-сюда, и наконец вскочила с кровати. На часах половина двенадцатого.

Я вышла в коридор и прошла мимо игровой, словно призрак. Не хотела я, чтобы меня заметили. Спустившись на кухню, я налила себе стакан воды и уже направилась к лестнице, как меня окликнула мама:

– Мира, подойди! – они все также сидели на террасе, а пустая бутылка от вина стояла под столом.

– У вас сегодня разнообразие алкоголя, я смотрю, – я вышла во двор и села на кресло, укутавшись в мамину кофту.

– Отмечаем! – вскрикнула Бриджет, и они с мамой чокнулись бокалами. – Ты выглядишь грустной. Что случилось с моей малышкой?

Я даже не знала, что именно я могу им рассказать. Точно не просто Криса. Это то самое, которое я хочу оставить между нами в надежде, что однажды Крис сможет открыть этот секрет лично мне. Но и про так ожидаемый мной день рождения я говорить не хочу, ведь кто вообще напоминает про это? Да и Бридж с мамой вряд ли забыли, я все-таки «их» дочь.

– Все хорошо, я просто перегрелась на солнце сегодня, – я улыбнулась.

– Пусть будет так, – Бридж посмотрела на меня, но затем вернулась к распитию вина.

– Ты не играешь с мальчиками? – вмешалась в разговор мама. – Они в Манчкин вроде играют. Тебе нравилась эта игра.

– Я просто не хочу. Я всегда чувствую себя аутсайдером, играя с ними. Я лучше дождусь папу и Каси.

Манчкин была нашей любимой игрой, и каждый раз, когда мальчики звали присоединиться, я думала, что они подмешивают мне карты, чтобы я была в самом низу и не могла подняться до десятого уровня. Я всегда бросала игру на середине, делая вид, что мне всё равно.

А вот в Уно я люблю играть. Нет никого, кто мог бы победить меня больше двух раз подряд. Я всегда избавлялась от карт настолько быстро, насколько это возможно, не пренебрегая и жульничеством. Раз мальчики могут мухлевать, то и я не промах, и могу выбить себе победу любой ценой. Но в Уно со мной не играют, так как мой обман часто вскрывался и я превращалась в мошенника, которого бойкотировали почти весь день.

– Крис уезжает в колледж в этом году. Не могу представить, что мы с Луи останемся вдвоем, – Бриджет облокотилась локтями на стол и вздохнула. – А Луи уедет в следующем. Как же быстро растут дети.

– Они планируют уехать из Бриджтона? Я сомневаюсь, что твой мальчик Луи способен уехать куда-то за пределы Нью-Джерси, – мама посмеялась.

– Как ты пережила отъезд Касии? Ты так легко смирилась с тем, что твоя старшая дочь уехала далеко от дома?

Мама улыбалась. Наверное, ей было тяжело, когда Касия поступила в колледж. Но у нее были мы с Кенни и папа. Не думаю, что у нее было время долго тосковать.

Каси всегда казалась взрослой – даже когда нам было по десять. Она знала, как помочь, как поддержать и, в отличие от мамы, всегда выслушивала мои детские и подростковые проблемы. Она знает о моих чувствах к Крису, но она никогда не смела смеяться надо мной или как-то упрекать. Все мои поступки были тем или иным образом оправданы, и, мне кажется, я никому не могла довериться также, как ей.

– Каси повзрослела раньше, чем я успела моргнуть. Кажется, она не сильно то и нуждалась в нас, – мама вздохнула. – Я думаю, благодаря Кенни и Мире мне было легко. С ними некогда скучать.

– В глубине души я надеюсь, что Крис и Луи всегда будут рядом. Девочек проще отпускать, – Бридж подняла телефон со столика и посмотрела на дисплей. – Мира.

Глава 7

13 июня

– Да? – я слушала их разговор сквозь легкую дрему. Теплая летняя ночь расслабляла, а шум волн работал как колыбельная, под которую я так любила засыпать.

– С Днем рождения, милая, – Бридж поднялась со стула и, сев на край кресла, крепко обняла меня и поцеловала в макушку.

Мама поздравила следом, сунув мне в руку что-то маленькое и прохладное. Сквозь темноту я смогла разглядеть серебряный блеск и поняла, что это была цепочка. Простая серебристая цепочка. В знак благодарности я поцеловала маму, но внутри все еще был легкий трепет от ожидания мальчиков. Я боялась, что сегодняшняя ночь вновь будет бессонной, ведь я никогда не могу заснуть, когда жду чего-то!

Бридж гордо вручила мне большую коробку, перевязанную золотистым бантом. Внутри оказалось платье, очень праздничное и с открытыми плечами.

– Я хочу увидеть тебя в нем на выпускном балу. Надень его для меня, хорошо? – ее взгляд был мягким, почти также смотрят на новорожденных детей.

Затем мамы вернулись к своим разговорам, когда как я решила вернуться в постель. Поднявшись на второй этаж, я не услышала ни единого звука с игровой, к тому же нигде не горел свет. Поначалу мне показалось, что мальчики ушли спать, но стоило мне только появиться в дверном проеме, как пара цепких рук выхватили меня и я оказалась на чьем-то плече. В полной тишине мой голос звучал очень громко, я пыталась вырваться и наконец оказаться на полу, так как мальчики могли с легкостью сейчас скинуть меня со второго этажа в бассейн. Но ничего такого не последовало и мы даже не приблизились к балкону. Меня довольно жестко уронили на диван, и я приземлилась на какую-то твердую вещь.

– Больно! – я вскрикнула в надежде, что вся эта глупая шутка прекратиться и они наконец включат свет, чтобы я смогла оценить нанесенный мне ущерб. Но я слышала лишь топот вокруг себя и редкие хихиканья. – Кенни! Крис! Луи, ну пожалуйста, хватит.

Я уже скулила от безнадежности. Я понимала, что от них стоило ожидать нечто подобное, но шутка уже должна закончиться! В какой-то момент все стихло, и я даже задержала дыхание в ожидании, что же произойдет сейчас.

Свет включился. От неожиданной яркой вспышки мои глаза самопроизвольно зажмурились и я услышала громкий крик:

– С Днем рождения! – я открыла глаза и оглядела комнату. Передо мной стояли мальчики, а в дверном проеме, все также с бокалами, затаились Бридж и мама, они тихо посмеивались и что-то шептали друг другу.

В руках у Луи был белый йогуртовый торт, а Кенни держал в руках подарочный пакет. Я привстала с дивана и выставила руку перед собой, опасаясь, что этот прекрасный тортик прилетит прямо в меня.

– Спасибо, – я подошла ближе и взяла из рук Кенни подарок. Я отложила его в сторону и по очереди всех приобняла.

– Это еще не все, – Луи приблизился ко мне с тортом в руках и тут я поняла, что кремовое лицо неизбежно. Я постаралась быстро ретироваться, но Крис схватил меня сзади, прижав руки к спине.

– Ты должна была предугадать это, – прошептал Крис мне на ухо, не забыв дунуть в него. Я потрясла головой, желая оказаться подальше от него, но стоило мне повернуться к Луи, как в лицо мне впечаталось что-то липкое и прохладное.

– Ура!!! – закричал Кенни, подбежал ко мне и пальцем стер с меня немного крема. – С Днем рождения, сестренка.

Я вырвалась из цепкой хватки Криса и стерла крем с глаз, чтобы видеть хоть что-нибудь. Крем начал стекать по шее и испачкал мне чистую пижаму. Я не то чтобы была в гневе или меня данный поступок обидел, но чувствовала я себя не сказать, что комфортно. Мальчики смеялись от моего вида, а мама и Бридж уже успели скрыться на первом этаже, пытаясь избежать моих возмущений по поводу того, что они не остановили Луи.

– Ладно, по крайней мере, вы не забыли, – пробурчала я, направляясь к ванной комнате.

– Я надеюсь, ты не расстроилась? Это же шутка, – Луи поспешил за мной.

Он помог мне умыться и принес чистую одежду. Ладно, своей заботой он отплатил за то, что сделал. Мы вскоре вернулись обратно в игровую, где Кенни и Крис уже разлеглись на диване.

Я протянула руку к подарочному пакету. Луи с нетерпением сел рядом со мной на пол и не мог дождаться, когда же я его открою.

– Вот этот, – он указал на голубую коробку. – Это мой.

Я раскрыла ее и там оказалась книга. Лимитированная коллекция «В поисках Аляски».

– Луи! Она же дорогая! – я крепко сжала его в объятиях.

– Главное, что тебе понравилось, – он погладил меня по голове, мягко зарываясь пальцами в волосы. – Тут еще от Криса.

В небольшой коробочке, на которой было написано «Вредине», аккуратно лежал браслет с ракушками. С ракушками с нашего пляжа. Я повернулась на него и задержала взгляд.

– Ты сам сделал? – мы смотрели друг на друга некоторое время.

– Почти. Мама помогала, – он тепло улыбнулся, будто бы между нами и не было никакого разговора. – Как тебе?

– Мне правда нравится. Он очень красивый… – я вертела его в руках, осматривая с каждой сторону. Каждую ракушку здесь собрал Крис. – Спасибо.

– Присаживайтесь, принцесса, – Кенни отвлек меня от любования. Он отодвинулся от Криса, указывая на место между ними. Я села, прижавшись ближе к брату. – Так как сегодня все-таки ваш день и, к сожалению, не мой, то я позволю выбрать вам фильм самостоятельно. Я готов согласиться даже на сопливую мелодраму.

– Я не смотрю мелодрамы! – я слегка ударила его по ноге.

– А кто несколько недель назад ревел под «Спеши любить»? Неужто я или папа? – Кенни продолжал подтрунивать надо мной. Он уже открыл приложение с фильмами и специально выбрал жанр мелодрамы.

– Это не сопливая история! Она действительно печальная! Твои слова показывают твой истинно низкий уровень эмпатии и сочувствия. И да, папа тоже плакал над этим фильмом, если ты не знал, – я скрестила руки на груди и демонстративно отвернулась от брата.

– Ну-ну. Тогда что же ты выберешь сегодня? Я очень надеюсь, что не придется вытирать тебе слезы после кинопоказа.

Через несколько десятков минут баталий и попыток отстоять свое право на выбор фильма я сдалась и решила отдать право голоса Луи. Он точно выберет что-то близкое к моему вкусу и не попадет под провокации Кенни.

Крис все это время сидел довольно тихо. По выражению лица было видно, что он устал и готов прямо сейчас завалиться в свою уютную кровать и уснуть. Но видимо из уважения ко мне он стойко выдерживал эти часы, что мы смотрели фильм. Несколько раз его глаза закрывались на несколько минут, но он вновь просыпался и продолжал просмотр. Наверное, это была одна из причин, почему он мне нравился. Крис, возможно, любит меня как-то по-своему. Он не стал бы тратить свое время на тех людей, которые ему абсолютно безразличны, а жертвовать своим сном он особенно не любил. Это все мои догадки, я стараюсь найти в каждом его жесте, взгляде или действии какой-нибудь намек. Это успокаивает меня и не позволяет сильно расстраиваться. Я могу спрятать любые свои чувства, но когда человек так долго находится рядом и заботится обо мне, то я ничего не могу поделать. Сердце не умеет слушать меня.

По традиции мы все вместе остались ночевать в игровой. Диван, хоть и с небольшим дискомфортом, позволял разместиться нам четверым. Кенни принес мой любимый плед и, завернувшись в него, будто в тако, я легла на бок и никак не могла убрать улыбку с лица. Кенни и Луи все не могли успокоиться, то и дело были слышны их попытки сдержать смех. По спокойному и равномерному дыханию Криса было понятно, что он уже давно спит. Я закрыла глаза и постаралась расслабиться, отключить слух, чтобы не слышать этих двух придурков, которых скоро, возможно, придется выгнать хотя бы на пол.

Утро наступило для нас довольно поздно. Луи проснулся ближе к полудню и зависал в видеоигру на приставке. Я же была между сном и реальностью, просыпаясь то от звука джойстика, то из-за движения Кенни или Криса. В течение ночи наши позы сна нередко менялись и, в конце концов, я проснулась на ноге Криса, а Кенни закинул свои ласты прямо на меня, придавив живот. Мочевой пузырь был готов взорваться от такой тяжести, поэтому я наконец поднялась с дивана. Мышцы ломило от десятка сменивших друг друга в течение ночи поз, а в висках немного покалывало, будто я выпила несколько бокалов вина.

Я добралась до туалета, и в последствии решила также принять душ. Вряд ли я сегодня рано окажусь дома, ведь все еще надеюсь, что мы отправимся куда-нибудь.

Я вернулась к себе в комнату и уже там стянула с себя полотенце и кинула его на расправленную кровать, в левом угле которой уже скопились некоторые мои вещи, которые мне не сильно хотелось убирать. Переодевшись в спортивные штаны и майку на тоненьких лямках, я вернулась в игровую. Луи уже закончил игру и сидел на полу, облокотившись на диван.

– Доброе утро, – поприветствовал он меня, будто даже не заметил, когда я проснулась. – Позавтракаем?

– Чем? – с интересом спросила я, присаживаясь рядом.

– Ну, мы можем дойти до киоска с мороженым или заглянуть в блинную. Все, что пожелаешь, – Луи смотрел на меня с ослепительно-яркой улыбкой, что я могла рассмотреть почти все его передние зубы. Меня всегда смешило, что из-за немного неправильного прикуса его нижний зуб забавно выпирал.

– А как же они? Мы вдвоем пойдем? – я указала на все еще спящих Кенни и Криса.

– А почему нет? Не хочешь идти со мной? – Луи приблизился ближе и хлопнул пальцами мне по щеке. – Пойдем, они вряд ли проснуться раньше двух часов.

Мы вышли на улицу, где вовсю уже палило солнце. Горячий воздух с запахом соленого моря и нагретого до предела асфальта наполнял легкие. Я совсем забыла захватить свою кепку, и волосы на макушке постепенно начали раскаляться.

За пару минут мы добрались до киоска, где Луи купил нам по большому шоколадно-фисташковому мороженому, посыпанного сверху дробленным арахисом. Ледяной кусок пломбира обжигал небо и горло, а прохлада окутывала все тело. Не торопясь мы дошли до дома и развалились на лежаках на заднем дворе.

– Рассказывай, что на этот раз? – прикрыв глаза, спросила я у Луи, который успел снять футболку и валялся в одних лишь шортах. – Я очень хочу в кемпинг!

Луи громко засмеялся и приподнялся на локтях, на его животе появилась небольшая складка, но она была настолько несущественной на фоне его неплохо накаченного торса, что совершенно не бросалась в глаза, а наоборот, добавляла его телу некую жизненность и реальность.

«Человек без складок – не человек». Так говорила мне Каси, когда я жаловалась на выпирающий живот или ляшки, которые сжимали тесные джинсовые шорты. И совсем не важно, что это говорила моя сестра. Она всегда говорила правду и не было ни малейшей причины ей не верить. Я долго не могла принять то, что мы не идеальны. Но Каси дала мне понять, что у нас может быть немного жира, растяжки – это следы волн на песке, а прыщики – это маленькие звездочки. И кто угодно может назвать это наивной глупостью, чтобы успокоить закомплексованную девочку в пубертате, но для меня это были те самые слова, которые мне нужно было услышать, когда я хотела вылезти из собственного тела и влезть в какую-нибудь Меган Фокс.

– Кемпинг неплохая идея. Я возьму на заметку и запишу в «список желаний Миранды», – Луи сделал вид, что записывает что-то невидимой ручкой в такой же блокнот.

– Не называй меня Мирандой. Полное имя ассоциируется с какой-то секретаршей или ассистенткой, – я сделала два кольца из своих пальцев и приложила их к лицу, изображая очки. – Мы обязаны поехать туда в этом году.

– А что насчет следующего? – Луи поймал мой непонимающий взгляд. – Ну, я в том плане, что неизвестно, что будет в этом году и найдем ли мы на это время.

– Крис уезжает осенью. А следующий год для нас троих будет последним перед учебой. Я думаю, нам будет не до кемпингов и гольфа.

– Судя по Крису, он вообще не собирается никуда поступать, – лицо Луи немного потемнело, но он постарался скрыть свое подавленное состояние за улыбкой. – Он тебе ничего не рассказывал?

Опять мы вернулись к этой теме. Чувство, будто все вокруг знают, а одна я сижу в неведение и строю догадки.

– Пытался, я думаю.

– Значит он сам с тобой поговорит. Не думаю, что я имею право лезть в его личные дела и обсуждать их с другими. И нет, я не считаю тебя какой-то там чужачкой с улицы, но…

– Не нужно оправдываться, – я кинула кончик от рожка в сторону мусорки, но промахнулась. – Я все понимаю.

Луи встретился со мной взглядом и в нем читалась благодарность. Благодарность за то, что я не стала вмешиваться и выпрашивать у него подробности. Я уже смирилась с тем, что все должно идти своим чередом и моя навязчивость мало к чему хорошему приведет.

– Искупаемся?

– Я не надела купальник. Подождешь? – Луи кивнул в знак согласия и я отправилась на второй этаж.

Крис и Кенни проснулись и сидели на кухне, поедая молочную кашу. Ненавижу кашу.

– Доброе утро, – махнула я рукой. Они в ответ лишь кивнули, так как их рты были заняты делами поважнее.

Переодевшись и, захватив в этот раз полотенце, я спустилась обратно к Луи и мы вышли на пляж. Сегодня здесь было тихо. По всей видимости, вчерашние люди помирали с похмелья и отсыпались, и, наконец, на пляже была столь любимая для меня тишина, перебиваемая лишь ритмичными всплесками волн.

Мы расположились с Луи прямо на песке, он помог мне с кремом от загара. Моя кожа уже начинала нравиться мне, ее золотистый оттенок напоминал мне о том, что я снова здесь, в Эдисто. Я могу каждый день валяться на песке, не просыхать от моря, и не укладывать волосы – морская соль делала их волнистыми и красивыми без всяких укладок.

После купания мы вернулись домой. Мокрые волосы прилипали к спине и плечам, а купальник был весь в песке – пришлось снова идти в душ.

Крис ушел домой, он не сказал почему, а мы с Кенни и Луи зависали над просмотром «Кругосветного путешествия Оззи и Джека». В нашем доме телевизор работал почти круглосуточно, транслируя различные тв-шоу или мультфильмы. Мы часто смотрели их вместе, когда пляж надоедал. Больше всего мы любили «Утиные истории» и с нетерпением ждали их каждое утро. Сейчас их показывают редко, но мы не пропускали ни одной серии, если нам везло.

Но несмотря на все это приятное времяпрепровождение, я все ждала, когда Крис войдет в гостиную через стеклянную дверь, улыбнется мне своей сверкающей улыбкой и пригласит нас всех залезть в машину. Мы снова отправились бы куда-нибудь вчетвером, я бы провела ещё один чудесный день рождения и уснула бы поздно, чувствуя приятную усталость в мышцах.

Вечером я помогала маме готовить ужин. Он был не совсем праздничным, но и обыденным его нельзя назвать – запеченная индейка с овощами и картофельное пюре. Кенни валялся на диване, задрав ноги на спинку, он что-то активно печатал в телефоне и раздражал своим клацаньем. Бридж и мальчики должны совсем скоро вернуться из местной библиотеки. Они собираются организовать вечер книголюбов, и Бриджет запрягла Криса и Луи помогать ей.

Если бы я сказала, что тринадцатое июня прошло превосходно, я бы соврала. До самого заката я лениво лежала на диване, изредка прерываясь на купание во время рекламы. Моей компанией была миска лососевых чипсов и несколько бутылок различной газировки.

Мама поставила на стол дымящуюся птицу, аромат которой распространился на всю гостиную и заставил Кенни отвлечься от телефона. Помимо этого, стол украшала нелепо покрашенная фиолетовая ваза, которую я сделала маме в подарок, когда мне было одиннадцать. В ней стоял небольшой букетик желтых и розовых цветов, названия которых я не знала, но они приятно пахли.

С потолка свисали гирлянды-лампочки. Их приятный оранжевый свет был совсем незаметен при включенной люстре и подсветке над кухонными ящиками. Мама повесила их еще вчера, нашла в кладовке под лестницей, когда перебирала горшки для растений.

Я достала из ящика приборы и разложила возле каждой тарелки, налила в стаканы апельсиновый сок и, завязав волосы в высокий хвост, уселась на стул в ожидании Бридж и остальных.

Они пришли только к девяти, заметно уставшие, но в приподнятом настроении. Бриджет вручила маме упакованный в картонную коробку торт, а Крис небрежно встряхивал волосы, налипшие ко лбу из-за вечернего зноя. Он бросил на меня мимолетный взгляд и прошел мимо к своему месту. Луи поприветствовал меня поднятой вверх рукой и сел рядом.

– Устали? – спросила я шепотом, засовывая кусочек запеченного перца в рот. Я проголодалась.

– Есть немного, – он оглянулся и склонился ко мне ближе, поманив рукой. – Мы весь вечер таскали мебель и коробки с книгами. Я хотел стащить тебе парочку, – он прошептал мне это почти на ухо и мы оба захихикали.

– Мира! – над вазой, словно темное облако, взметнулась копна волос. – Я не особо умею произносить тосты, но, – Бридж всегда так говорит, но она не права. Ее слова я помню с каждого дня рождения, – Я хочу сказать это в первую очередь тебе, но это касается и всех остальных. Ты очень быстро выросла, семнадцать лет пролетели так незаметно, что мне даже грустно. Кажется, еще вчера ты сделала свой первый шаг, но совсем скоро тебе предстоит новый, более серьезный шаг во взрослую жизнь. – В этот момент Бридж посмотрела на мою маму, – Мисс Бейнар, я знакома с тобой полжизни и ты истинно моя сестра, – она обняла мою маму и теперь я смогла увидеть ее лицо. – А ты, Мира, для меня как дочь, которую я растила с самого твоего рождения. Ты же знаешь, что родилась здесь, в Чарлстоне, в жаркий летний день?

Я кивнула. Мы с Кенни родились прямо здесь, в Каролине.

– Я выносила тебя из родильного дома, когда как твоя мама держала голубой сверток с твоим братом и Каси за руку, – Бридж сделала вид, что смахивает слезу. – И знаете что? Никто не посмеет сказать мне, что у меня всего два сына! Вы не единственные, – все разразились смехом. – Мира, сегодня твой день. И я искренне хочу пожелать тебе, чтобы ты всегда уверенно стояла на своих ногах и шла к желанной цели. Не бойся трудностей, и будь всегда уверена, что мы будем на твоей стороне, что бы не произошло. Иди с улыбкой, с открытым сердцем, и пусть весь мир тебя подождет!

Послышались звон бокалов над моей головой и я только тогда подняла свой стакан. Слова Бридж трогали за душу, и я смахнула пару слезинок, скатывающихся по щеке. Я поймала на себе взгляд Бридж и улыбнулась ей, легко кивнув головой.

В свете одних лишь гирлянд и маленьких пламеней свечей, мне вынесли торт. Шоколадно-банановый, красиво украшенный. Было бы жалко, если бы он оказался у и меня на лице. Все встали вокруг меня и под песню «С Днем рождения тебя», загадав свое самое сокровенное желание, которое загадываю как минимум с четырнадцати лет, я задула свечи. Послышались гул хлопков и вскрики «Ура!».

После ужина, пока мама и Бридж ностальгировали по прошлому, а Кенни и Луи уплетали остатки торта, я скрылась на террасе. Подобрав под себя ноги и спрятав их под подол белого летнего сарафана, я наблюдала за звездами. За несколько минут я обнаружила созвездия Тельца и Рыб, а затем и Овна. Вот бы папа был здесь. Он точно похвалил бы меня и вручил горсть абсолютно безвкусных, но таких желанных сосательных конфет.

– Почему ты выглядишь расстроенной? – позади послышался звук раздвижных дверей. Я поняла по голосу, что это был Крис. Босыми ногами по деревянному, чуть скрипучему полу, он прошел до меня и сел рядом. – Ты обычно не сбегаешь с семейных вечеров.

Я не хотела смотреть на него, так как если сделаю это, то расплачусь. Гордость, которая появилась у меня совсем недавно, не позволяла сделать это, поэтому я теребила браслет, проводя пальцами по ракушкам.

– Вы нарушили правила! – постаралась пошутить я, но предательски дрожащий голос не удалось спрятать от Криса. – Ладно, я правда была немного расстроена, но все в порядке! Было весело, спасибо вам. И спасибо за браслет. Он очень красивый

Крис улыбнулся и посмотрел на небо.

– Овен, – прошептал он, указывая на созвездие из четырех, выстроенных не совсем ровным рядом, звезд. Я показала ему его в прошлом году в этот же день. Банально потому, что оно было самым простым и находилось сверху. – Тут есть еще?

– Есть твой, – я быстро нашла Козерога. Кажется, я попросила папу показать мне его местонахождение в первую очередь.

– Правда? Где? – Крис проследил за моим взглядом. Он долго всматривался в небо, закрывая то один, то второй глаз, пока не сдался и не посмотрел на меня. – Покажи.

Я подвинулась ближе к Крису, за спину. Я почти легла на него, положила руку ему на плечо и приказала закрыть левый глаз.

– Присмотрись. Два треугольника: большой, маленький и хвостик, – я водила рукой прямо перед его лицом по траектории. – Видишь?

– Нет, – он открыл глаз и я увидела боковым зрением, как он смотрит на меня через мою руку с неким сожалением. Я постаралась не обращать внимания и продолжала рисовать два треугольника.

– Смотри внимательнее! Вот раз, два и хвост короткий, – я посмеялась, когда Крис ахнул и провел своей рукой ровно там, где я показывала. – Теперь-то нашел?

Крис мягко улыбнулся мне в ответ, продолжая вглядываться в созвездие.

Я показала ему еще парочку созвездий, который отчетливо помнила сама. Но кроме Рыб он ничего найти больше не смог.

Когда моя задница уже отпечатала на себе все узоры дощечек с пола, я поднялась на ноги и вытянула по очереди ноги. Я прошлась до ворот и, открыв калитку, ступила на прохладный песок. Я зарыла в него ноги и вдохнула полной грудью.

Крис по какой-то причине последовал за мной.

– Не переживай, – начал он неожиданно, когда оказался перед моим лицом. – Мы кое-что запланировали, но слишком поздно. Мест не было и придется подождать немного.

– Что? – я не сразу поняла, что Крис говорит о праздничном приключении.

– Наша традиция. Ты ведь поэтому была сегодня такой… грустной?

Ненавижу проницательность братьев Брукс. Они всегда чувствовали мои эмоции и скрыть от них что-либо в какой-то момент стало невозможным. Наверное единственное, что мне удавалось спрятать в себе, это мои чувства. И то только потому что я даже себе в этом признаваться долгое время не хотела, а из-за нашей близости с Луи и Крисом я всегда вела себя естественно, даже порой слишком, играя роль младшей сестренки.

– В свою защиту скажу, что вы нарушили традицию и понесете наказание, – я слегка пнула Криса по лодыжке. – Возможно насильственное. – Следом в ногу Криса полетел уже песок.

– В свою защиту скажу, что мы исполним одно желание из твоей «книги», – Крис прошептал мне это прямо на ухо, меня обожгло его горячее дыхание и я ладонью постаралась оттолкнуть его.

– Не делай так!

– Почему?

– Потому что…

Потому что мое сердце готово остановиться от этого, а ноги подкашиваются от каждого твоего приближения ко мне.

– Хорошо, вредина. Пойдем, может тортик еще остался.

Крис быстро скрылся в доме.

Через час мы толпой навалились на Кенни, Крис и Луи схватили его по обе стороны и невысоко подбрасывали в воздух, громко напевая «С Днем рождения тебя, раздражающий Кенни»

Глава 8

17 июня

«Семнадцатое июня», – сказал мне Луи, когда мы ужинали вечером четырнадцатого числа в небольшом кафе около леса, отмечали день рождения Кенни. Я тогда пыталась расспросить его о подробностях, но он лишь улыбался, смотря мне в лицо, и так ничего и не ответил. Мне оставалось лишь ждать.

После завтрака я вышла на задний двор, – надо было помочь маме почистить бассейн. Вчера объявили штормовое предупреждение из-за грозы и сильного ветра, но дождя мы так и не дождались, а вот ветер нас не пожалел и принес кучу листьев нам во двор. Я сачком вылавливала их и складывала в мусорное ведро. Кенни подметал. Совсем скоро он уйдет на работу вместе с Луи и пробудет там до вечера.

Элен попросила меня выйти сегодня на смену, хотя по графику сегодня выходной. Она редко вызывала меня сверхурочно, поэтому я не могла ей отказать.

Я заметила ее на веранде, она сидела на кресле-качалке и писала что-то в свой малиновый ежедневник. Аккуратно подойдя ближе, я коснулась ее плеча. Элеонора вздрогнула и повернулась ко мне, ее темные волосы с легкой сединой были уложены в неопрятный пучок, а синее платье было в белых разводах.

– Мира, спасибо, что пришла, – он встала напротив меня, отложив блокнот на стеклянный столик. – У меня так много дел сегодня, голова кругом.

– Все в порядке, Элен, не переживайте, – я нежно улыбнулась в ожидании поручений.

Оказалось, что у нас появилась помощница. А еще через пару дней гостиница Элен распахнет свои двери для приезжих. До этого я уже убрала все комнаты и почистила кухонный гарнитур, в остальном же Элен занималась всем сама. Но из-за вчерашнего ветра дом претерпел некие изменения.

– Здесь черепица, – Элен проревела меня вокруг дома, показывая на куски крыши, которые валялись по периметру. – А здесь, – она показала на пустую раму, – стекло выбило.

Элен выглядела расстроенной. Столько трудов ушло на смарку из-за какого-то ветра. Но и само здание было старым, требующим немедленного капитального ремонта. Я оглядела последствия разбушевавшейся стихии, мысленно сделала заметки в голове, и мы с Элеонорой вернулись в гостиницу.

На стойке рецепции сидела молодая девушка. Я не умела точно угадывать возраст людей, но она точно чуть младше меня.

– Знакомься, это Стефи, – Стефи взглянула на меня и коротко кивнула. – Стефи, это Мира. Она покажет тебе как тут все устроено и, надеюсь, вы поладите.

– Приятно познакомиться, – я натянула максимально дружелюбную улыбку из всех возможных. – Ты уже знаешь, что где находится?

Стефи лишь молча покачала головой.

– Ладно, давай я проведу тебе мини-экскурсию, а затем выдам задания. Сегодня нам вряд ли удастся еще посидеть, – я неловко хихикнула.

– Ладушки, рассчитываю на вас, – Элен хлопнула в ладоши. – А мне нужно вызывать сантехника, душ сломался и трубы прочистить надо… – пробормотала она напоследок и скрылась в гостиной.

– Ну, пойдем.

Мы начали с территории гостиницы. Это была небольшая поляна с двумя маленькими беседками, древесина которых уже давно отсырела и вместо привычных светло-желтых досок мы могли видеть лишь мрачные серые. Прямо за ними находилась площадка для гриля, несколько садовых стульчиков и небольшой пластиковый стол. Грилем мало кто пользовался, так как его каждый раз необходимо было мыть. И я даже предлагала Элен убрать его в сарай, но она наотрез отказывалась, ссылаясь на итак скудные развлечения здесь.

– Да уж, гриль-вечеринки, наверное, сводят с ума гостей, – мои шутки с каждый раз становились более неловкими и глупыми, Стефи даже ни разу не улыбнулась. – Стефи, ты местная?

Вопрос неожиданно вырвался из моего рта, но мне так хотелось услышать хоть что-нибудь, кроме своего голоса, что слова я произнесла быстрее, чем успела подумать.

– Типа того, – плюнула Стефи, продолжая витать где-то в своем мирке. Но она резко остановилась и произнесла: – Мира, или как тебя, я не планирую дружить с тобой. Поэтому давай быстрее закончим и будем заниматься своими делами.

Я опешила от столь жестких слов своей коллеги, но послушно закрыла рот и продолжила идти дальше. Я давненько не встречала настолько неприветливых людей, из-за чего совершенно не знала, как вести себя с ними. Стефи кажется милой сперва. Она совсем небольшого роста с короткой рыжей стрижкой, на ее щеках виднеются блеклые веснушки.

– Вот, сделай то, что указано в списке, – мы сидели на диване в гостиной. Я поедала лакричные конфетки из винтажной причудливой вазы, а Стефи наносила блеск на губы. – Если нужна будет помощь, то я буду на втором этаже.

Стефи послушно взяла список в руки и нахмурилась:

– Ты действительно хочешь заставить меня чистить туалеты? – ошеломленно произнесла она и грозно взглянула в мою сторону.

На самом деле, там было написано «почистить и обработать санузлы от плесени и помыть сантехнику», но отчасти про туалеты правда.

– Если брезгуешь, то можешь надеть перчатки и маску, – я указал на шкаф, стоявший прямо за нами.

Стефи цыкнула, но встала с дивана и направилась к шкафу. Я последовала за ней, так как пара перчаток и мне не помешала бы.

До двух часов дня я устраняла последствия непогоды: убрала обломки черепицы и осколки стекла, а также позвонила мастеру, который однажды помогал нам поменять стекла на втором этаже после того, как оттуда чуть не вывалилась девушка. Нам тогда пришлось вернуть ей пятьдесят процентов от оплаты, чтобы загладить свою вину, но и не остаться в серьезном минусе. Хотя она просила вернуть все деньги.

Взяв пятнадцатиминутный перерыв на обед, я подогрела себе сэндвич из ближайшего магазина и уселась на одном из барных стульев на кухне. Стефи я больше не видела, чему была отчасти даже рада. Аура, окружавшая ее, была довольно тяжелой и, по правде говоря, неплохо так влияла на мое физическое и моральное состояние. Но, с другой стороны, меня крайне интересовала ее загадочная личность. Я не видела ее никогда здесь, хоть и мельком да была знакома с местными подростками. Мы иногда пересекались на пляже или в яхт-клубе.

Элен сидела у себя в спальне-кабинете, вызванивая специалистов по починке крыш, но мало кто соглашался приехать в ближайшее время. На ресепшен успело поступить несколько звонков с просьбой выделить комнаты, но повезло лишь паре с пятилетним ребенком, оставалась как раз свободна нужная им комната, остальным пришлось отказать.

Стефи закончила все свои дела и растворилась, будто ее тут и не было. Я увидела лишь листок с ее списком дел на стойке рецепции, где она все отметила галочками. Проверив все, я зашла к Элен:

– Мы, вроде как, закончили? – Элен сосредоточена смотрела в экран своего старенького ноутбука. – Я могу идти?

Элеонора подняла свой взгляд на меня и подозвала поближе.

– Да, можешь отдыхать, – она перешла на шепот. – Как тебе Стефи? Не думаю, что она пришла сюда по собственной воле.

Я хихикнула.

– Я тоже так думаю, но она кажется милой.

– Ей пятнадцать, она приехала сюда из Колорадо совсем недавно, – Элен встала и взяла меня за плечи. – Мира, я понимаю, что это не входит в твои обязанности, но я хочу, чтобы ты помогла этой девочке. Мы совсем мало с ней разговаривали, но я уверена, что у нее совсем нет друзей здесь и она чувствует себя одиноко.

– Элен… Стефи сама сказала мне сегодня, что дружить со мной не хочет. Не думаю, что я могу навязывать ей свою компанию, – Элен согласилась, кивнув головой. – Но я сделаю все возможное, чтобы ей было комфортно хотя бы здесь.

Мы обменялись с Элен прощаниями, я захватила свой рюкзак из гостиной и пошла по подъездной дорожке к выезду из гостиницы.

Небо затянуло тучами, вновь поднялся легкий ветер, и я всеми фибрами души надеялась, что не будет шторма, иначе завтра придется вновь провести весь день здесь за уборкой. Я вывернула на Палметто и продолжила свой путь до дома, но, услышав позади себя машину, остановилась и прижалась к обочине дороги, пропуская ее.

– Хэй, залезай! – крикнули мне из машины, когда она сравнялась со мной. – Быстрее.

Это был Луи, он сидел на переднем пассажирском, за рулем был Крис, а позади них Кенни.

– Что вы здесь делаете? – я совершенно не ожидала их увидеть сейчас, но в голове всплыли слова Луи про семнадцатое июня. Я возликовала про себя и, открыв дверь, заняла свое место. – Куда мы едем?

В машине играла очередная песня One Direction, Луи обожал эту группу и постоянно включал ее в машине под возмущенные стоны Криса и Кенни. Он прибавил громкость на максимум, и мы помчались в неизвестном мне направлении. А на мой вопрос никто так и не дал ответа.

Луи завывал под трек Right Now, раскачивая руками перед собой, я видела его сияющую улыбку через боковое зеркало. Он точно был счастлив прямо сейчас. Крис, периодически посматривая на брата, тихо улыбался и старался сосредоточиться на дороге, но я видела, как ему хочется ударить Луи по голове, лишь бы он выключил это.

Мы ехали вдоль побережья, я по привычке раскрыла окно на полную, несмотря на включенный кондиционер. Тучи сгущались все сильнее и вот-вот должен был пойти дождь, который размоет все песчаные дороги.

Первые капли начали появляться на стеклах.

Прохлада окутала Эдисто, воздух освежился, запах асфальта сменился чистым, озоновым ароматом, который проникал в машину через открытое окно. Пальмы и другие деревья поддавались порывам ветра и склонялись под его тяжестью, а чайки, словно сумасшедшие, галдели на весь пляж в попытках найти укрытие.

Мы выехали в лесную зону, дождь усилился. Тяжелые капли падали на машину, заглушая играющие треки, а мы все продолжали свой путь. И даже несмотря на непогоду, нам было весело. Кенни лег на мои колени и высунул свои ноги из полностью открытого окна, его носки мгновенно намокли и напоминали старые половые тряпки. Крис включил стеклоочистители, которые работали с бешенной скоростью, открывая обзор на дорогу. Луи же давно перестал подпевать и, склонив голову к стеклу, прижался к нему щекой, будто охлаждаясь.

– Мы приехали, – сказал Крис, паркуя машину на поляне, полной трейлеров и платок.

Я вскрикнула.

– Кемпинг! Правда? – я открыла дверь, но не спешила выходить; дождь плотной стеной перекрыл мне путь.

– Да! Правда, дождь немного подпортил нам планы, – Луи улыбался. – Мы взяли в прокат палатки, а твои вещи помогла упаковать Оливия.

– Как думаете, стоит подождать, пока дождь кончится? – вмешался Кенни, высунувшись между Крисом и Луи.

– Не думаю, что дождь токсичен. Справимся, – улыбалась я, вылезая из машины. Я сразу же намокла, а волосы прилипли к шее и лицу. Но меня это сейчас ни в какой мере не волновало. – Выходите.

Мы быстро забрали рюкзаки из багажника, а затем побежали в один из трейлеров. Он стоял перед въездом в лагерь и там сидел администратор.

– Добрый день, номер бронирования, пожалуйста, – сходу сказал администратор. Он выглядел чуть старше нас, его кожа была коричневатого оттенка, будто он проводил весь день на солнце, на голове у него кепка с названием какой-то спортивной команды. На его бейдже я увидела имя: Дуайт.

– 32905, – сообщил Крис. Дуайт проверил нашу бронь в компьютере и, улыбаясь, указал нам пройти в одну из комнат. Там находилось необходимое снаряжение для тех, кто планировал провести здесь свои выходные: палатки, мангалы, удочки. Нам выдали три палатки и сообщили, в каком месте мы можем их разбить.

– Сейчас дождь, – Дуайт выглянул в окно. – Можете посидеть здесь, подождать. Палатки в такую погоду не рекомендуют раскладывать, чтобы они не промокли изнутри.

– Ничего страшного, – Луи бросил взгляд на бейдж, – Дуайт.

– Приятного отдыха, – пожелал нам Дуайт, когда мы выходили из его трейлера.

Наша полянка была окружена деревьями, а до главной тропинки необходимо было пробираться через разросшиеся кусты. Они слегка царапали кожу, а мягкие холодные листья оставляли на нас мокрые следы.

Мы в темпе поставили палатки. Точнее, Крис и Луи поставили. Мы с Кенни никогда не были в походах и кемпингах, отчего у нас абсолютно отсутствовал подобный опыт. Мы накрылись с ним ветровкой Криса и морально подбадривали братьев, пока они возились с палатками.

В конце концов, мы забрались вчетвером в одну палатку, сели в круг и на какое-то время воцарилась тишина. Спать было еще рано, время только-только приближалось к семи. Капли дождя продолжали с неистовой силой барабанить по поверхности палатки, и казалось, что дождь не планирует заканчиваться. За пределами палатки также было слышно наших соседей. Они расположились на соседней полянке в трейлере. Они довольно громко слушали музыку, и мы то и дело слышали хлопанье двери. Ту компанию совершенно не беспокоил дождь.

Мы провели в палатке несколько часов, играя то в «Кто я?», то в «Две правды, одна ложь». К сожалению, лгать я умела плохо, а учитывая близость между нами и почти полное отсутствие секретов, становилось сложнее соврать.

– Так… Я до ужаса боюсь темноты, в моей библиотеке более семидесяти книг и… – я на секунду задумалась, так как совсем не знала, какую ложь мальчики точно не распознают, – Я влюблялась два раза! – закончила я.

– Не считал никогда твои книги, – первым начал Кенни. Крис и Луи никогда не были у меня дома в Мейконе, поэтому они точно не могли знать, что находилось в моей комнате. – Но скажу одно, их там много.

– Значит второе правда, – заключил Луи. – Интересно, почему мы ни разу не проверяли твои страхи? Я даже не могу сказать, чего конкретно ты боишься.

Я хихикнула. Их размышления было интересно слушать, хотя мне казалось, что я дала довольно простые утверждения, и они легко могли выявить ложь.

– Боится она темноты, – вставил Крис. – И я уверен, книг у нее гораздо больше семидесяти. Кажется, мы как-то обсуждали это с Каси.

О да, Каси и Крис часто общались на тему книг. Вполне возможно, что не только благодаря Каси я начала читать. Каждый раз в детстве, когда была плохая погода, мы все вместе сидели дома у Бруксов. И в то время как я, Луи и Кенни зависали в настолки или смотрели телевизор, Крис предпочитал сидеть в дальнем углу дома и читать, а если Каси была рядом, то они могли сидеть за кухонным столом, попивая чай и обсуждая недавно прочитанные истории. Мне хотелось быть частью их компании, но я совершенно не понимала, что интересного может быть в книгах, если это просто выдуманные истории. Всегда можно написать свою собственную, проживая свою жизнь, а не читать о каком-нибудь там Томе Сойере или про сирот Бодлер.

Моя история началась с книги Марселя Пруста, я обнаружила ее еще дома в Мейконе, но решила дождаться лета и привезти ее в Эдисто. Я пыталась читать ее всегда, когда в поле зрения были Крис или Каси, чтобы казаться умной и они наконец пригласили меня к себе в компанию. Я часто сидела на диване и делала вид, что полностью погружена в историю и совершенно не слышала, что происходило вокруг меня: я не отзывалась на свое имя и полностью игнорировала любые просьбы, я не замечала, когда все собирались на ужин или Бридж раздавала нам мороженое. Но, на самом деле, я просто по несколько минут смотрела на страницы, а затем переворачивала и делала тоже самое с другими. Настолько нудной и сложной писанины я не видела! Ведь на моем опыте были лишь школьные книги, которые мы разбирали на уроках литературы. Я даже не помнила названия книги, когда якобы ее завершила, но в голове отложилось, что писатель безумно сильно растягивал описания какой-нибудь дверной ручки, того, как мальчик ждет, когда к нему в комнату придет мама пожелать спокойной ночи, как он будет целовать маму, как прикоснется к ее щеке и так далее и тому подобное…

Думаю, Каси знала, что я совсем не читала ее. Я часто ловила ее хитрый взгляд, когда она проходила мимо меня, а когда она задавала вопросы, связанные с сюжетом, я никогда не могла дать ей внятного ответа и стыдливо опускала глаза. Но все изменилось, когда на мой четырнадцатый день рождения она подарила мне Джона Грина «В поисках Аляски». Это книга просто перевернула мой взгляд на выдуманные истории, я поняла, насколько интересны могут быть другие жизни. Я еще долго после прочтения зависала с Крисом и Каси, рассказывая им о своих впечатлениях и заставляя обсуждать сюжет десятки раз.

– Я уверен, что ты ни разу не влюблялась, – заключил Крис.

– С чего ты взял, что я не влюблялась? – я сложила руки на груди и показала ему язык. – Я, вообще-то, девушка и у меня есть чувства!

– Ты ни разу нам об этом не рассказывала, – Луи согласился с выводом Криса. – Думаю, мы бы точно знали об этом.

– Значит, вы плохо меня знаете! Я еще как влюблялась, и гораздо больше двух раз! – я врала и не краснела. Влюблялась я всего раз, безответно, но сказать об этом я им не могла.

– В любом случае, твое утверждение является ложью. Раз уж ты говоришь, что делала это даже больше, – Крис улыбался, глядя в мою сторону. – Ладно, моя очередь. Я…

Дождь наконец закончился и мы смогли выбраться из душной платки. Мы захватили с собой угли, так что смогли с легкость развести костер, чтобы пожарить колбаски.

Воздух, еще тяжелый от дождя, пропитался запахом прелой листвы и влажной земли, он смешивался с теплым и уютным ароматом горящих палок и угля. Дым из-за ветра кланялся то в одну, то в другую сторону, заставляя нас по очереди покашливать и ходить вокруг мангала.

Мы поужинали, сидя на поваленных сырых бревнах. Соседний трейлер, освещенный оранжевым светом заходящего солнца, уже затих. Мы слышали кого-то с главной тропинки, а в глубине леса продолжались чьи-то вечеринки.

Я в кемпинге. С друзьями и братом. Жаль, что Каси нет здесь, ей бы точно понравилось спать со мной в палатке. Мы бы обменивались сплетнями, она бы рассказала мне про колледж и новых друзей, а я бы вновь жаловалась ей на Криса. Она бы обнимала меня и мягко гладила по голове, закручивая пряди моих волос вокруг пальца. Как же я скучала.

К десяти часам мы разбрелись по палаткам. Крис, Луи и Кенни зависали вместе, а я же после плодотворного дня в гостинице совсем валилась с ног. Физическая работа и эмоциональные потрясения совсем утомили меня, отчего я почти сразу же свалилась спать, несмотря на смех из соседней палатки и слегка сырую тканью спальника.