Читать онлайн Золотой подарок. Перо двух миров бесплатно

Пролог

Каждое событие несет за собой последствия – будь то новый опыт или утрата. Оно меняет наше будущее, искажает привычное «до» и заставляет заново учиться жить в «после».

Не все эти перемены зависят от нас. Порой мы можем лишь попытаться сгладить их, сделав вид, что выбор всё ещё за нами.

Но было бы ошибкой верить, что всё решает одна лишь воля небес. События не возникают из пустоты. К каждому из них так или иначе прикасается человеческая рука.

Я знаю это наверняка.

Потому что однажды, одно единственное событие перечеркнуло мою жизнь, и стало началом истории, в которой на кону оказалось куда больше, чем моё выживание.

Глава 1

Теплые лучи солнца робко пробивались сквозь плотную ткань штор, словно не решаясь вторгнуться в чужую тишину. Однако комната всё же оставалась в полумраке – том, в котором особенно ясно ощущается одиночество утра.

Когда-то я любила просыпаться с первыми лучами солнца, раздвигать лёгкую ткань шелковых, лиловых занавесок и долго всматриваться в утренний пейзаж за окном. Это были чудесные дни – наполненные азартом юности и ощущением бесконечных возможностей.

Но за последние месяцы многое изменилось.

Утро не задалось с самого начала. Будильник прозвенел непозволительно тихо, позволив мне проспать лишних сорок минут. Счастье? Если бы. Рабочая одежда всё ещё висела в сушилке – я снова не подготовила её с вечера, надеясь выиграть утром немного времени. Теперь приходилось гладить на бегу и приводить себя в порядок, будто я не взрослый человек, а вечная школьница, делающая всё в последнюю секунду.

Молоко скисло – срок после вскрытия истек ещё в пятницу. Новое купить забыла. Впрочем, какая разница, кашу я всё равно уже не успею сварить. На работе нужно быть через час, а дорога занимает минут двадцать.

Значит, чай и бутерброды. Решено.

И перекусить уже там, надеясь, что руководитель не заметит, как я украдкой поглощаю бутерброды за рабочим столом.

Он любитель устраивать показательные разборки – особенно при всех. Особенно над новенькими. Коллектив это обожает. Зрелище у нас ценятся выше сочувствия.

По классике жанра, когда я устраивалась в эту компанию, специалист по подбору персонала расписала коллектив как мечту. «У нас единая команда, дружные ребята, настолько сплоченных вы нигде не встретите». Ну да. Сплочённо гнобить новеньких у них действительно получается лучше всего.

Руководитель же – воплощенный ангел, сошедший с небес.

Ага, конечно.

Я понимала, что в подобных сферах без конкуренции не выжить, но даже не представляла, на сколько всё может быть плохо. Каждый день здесь напоминал маленькую войну, в которой не существовало победителей и проигравших – только выжившие и побеждённые.

Агентство недвижимости – суровая среда. Здесь всегда нужно быть наготове и держать нервы в узде. Клиент может появиться в любой момент, с требованием «срочно» и ожиданием «идеально». Нужно подобрать объект, объяснить условия понятным ему языком, провести через все нюансы и довести до сделки – спокойно, уверенно, без права на ошибку.

И чаще всего клиенты сами толком не знают, чего хотят. Приходится угадывать, нащупывать, пробовать – почти вслепую, стараясь удовлетворить их ожидания и при этом не подорвать имидж агентства.

И всегда найдется «дружелюбный» коллега, который вставит свои пять копеек. А если дело прибыльное – сделает всё, чтобы сбить тебя с толку. Потому что, если ты сорвёшься, он с готовностью подхватит и заберёт проект себе. Особенно если ты новенькая и у тебя меньше веса.

И с этими мыслями я вышла из дома.

Машину накануне удалось поставить во дворе – редкая удача. Обычно к вечеру парковка превращалась в лабиринт без выхода, и приходилось оставлять автомобиль где-нибудь далеко, а потом тащить тяжёлые сумки, злясь на себя и мир.

Я не раз поднимала этот вопрос на собраниях жильцов, но управляющие лишь отмахивались. Бумаги. Разрешения. Нет времени.

А ведь всё могло быть гораздо проще.

Дорога до работы заняла полчаса. Сегодня светофоры будто решили испытать меня на терпение, загораясь красным каждый раз, когда я подъезжала к перекрестку. Знак свыше?

Хорошо, что свои сборы удалось сократить, и в запасе появились дополнительных пять минут – благодаря им к охране я подошла без опозданий, хоть и впритык.

– Доброе утро, Евгений Сергеевич. Как ваше здоровье?

Сегодня на смене был пожилой охранник. Он уже год как должен был уйти на заслуженный отдых, но упорно не желал покидать свой пост. Ко мне он всегда относился по-доброму, хотя и следил за временем прихода и ухода с неизменной строгостью.

– Доброе утро, Виктория. Здоровье – хорошо, – ответил он с легкой улыбкой. – А вы сегодня как-то поздновато. Наверное, выходные провели весело и активно?

– Не особо. Активно – да, но точно не весело. Съездила за продуктами, вычистила всю квартиру. Сегодня с подругой будем отмечать её день рождения – он был на прошлой неделе. Она как раз вчера вернулась с отпуска.

– О, тогда поздравьте её и от меня. Пусть будут любовь, здоровье, счастье … и денег побольше.

– Спасибо, обязательно передам. А возможно, и лично сможете – она зайдет за мной.

– Ну вот и славно. Всё, всё, милочка, бегите, – он махнул рукой. – Ваш руководитель скоро появится. Снова будет бурчать. Удачного дня!

Он улыбнулся ещё шире и пропустил меня дальше.

– Спасибо. И вам тоже! – ответила я и поспешила к лифту.

В кабинете царила суета. Люди бегали, спорили, перерывали бумаги, будто искали не документы, а оправдания.

Я тихо проскользнула к своему месту, стараясь слиться с обстановкой, и опустилась на стул. Почти сразу ко мне придвинулась соседка по столу.

– Викуська ты такое пропустила!

Меня в очередной раз передёрнуло от того, как она коверкала моё имя.

– Начальство бесится. Уже устроили тут расправу, – торопливо зашептала она. – Несколько человек провернули сделку за спиной агентства и жёстко накосячили. Клиент написал заявление, пришла повестка в суд. Троих уже отправили к кадровикам – писать на увольнение. Представляешь? Работали, работали, – и всё, по статье. Вот дурни …

– А остальные чего носятся? – я взглядом обвела кабинет. – Тоже как-то замешаны?

– Проекты у них были общие, вот и занервничали. Вдруг и там наследили, а их за это тоже припишут, – соседка ехидно улыбнулась. – Ну, мало ли.

И её это радует?

– Интересный день, – с нотой сожаления заметила я. – Думала дальше будет легче.

– Страшно интересно, если честно, кто будет следующий, – пробормотала она и откатилась к своему столу.

Я проводила её взглядом, никак не прокомментировав её слова, и с облегчением принялась за работу. Эта беседа легко могла затянуться надолго, а дел и без этого хватало.

Желание съесть бутерброды резко пропало, зато к счастью, время потекло быстрее.

Пару раз в кабинет заходил наш руководитель: вызывал кого-то к себе, хмуро окидывал взглядом весь кабинет и снова уходил обратно. Меня, к счастью, так и не тронули. Да и смысла в этом не было – с теми, кого сейчас трясли, я не общалась. Они воспринимали меня как конкурентку и это не скрывали, а иногда и вовсе пытались перетянуть мои сделки себе.

Так и прошел рабочий день.

Когда я закрыла последнюю папку, потянулась и повернулась к тумбе, чтобы собрать вещи, рядом неожиданно остановился руководитель.

– Виктория, соберите свои вещи и следуйте за мной.

Он выглядел непривычно плохо: потускневший взгляд, серое от усталости лицо, опущенные плечи. Где его вечная ухмылка, острый взгляд? Видимо, день выдался тяжелым.

– Все? – решила уточнить на всякий случай.

– Что все? – слегка опешил он.

– Все вещи собрать?

– Виктория, просто возьмите с собой свои личные вещи и без вопросов следуйте за мной! – громко ответил мужчина и направился к выходу.

– Хорошо, минутку, – со стороны послышались смешки, но я гордо их проигнорировала, хотя на душе заскребли кошки.

Я быстро собралась, выключила компьютер и пошла за ним.

Мы шли молча, будто оттягивая неизбежное. В лифте стало ясно – едем на этаж приёмной начальства. Странно.

– Разбирательства вроде бы уже закончились. Тогда почему позвали меня?

– Директор так распорядился.

Ой, я это вслух произнесла?

– Виктория, скажу честно, – продолжил он. – Вы мне не особо нравитесь, но я сделал всё что мог, чтобы до этого не дошло.

– О чём вы?

Но ответа не последовало. Он просто отвернулся к панели и смотрел, как на ней меняются номера этажей. Ну, или просто делал вид.

Кабинет встретил давящим спокойствием. Ладони вспотели, сердце билось слишком громко, но я заставила себя держаться.

– Проходите, присаживайтесь.

Директор долго листал папку будто собирался с мыслями, временами посматривая то на меня, то на моего руководителя.

– С сегодняшнего дня ваш отдел распускается. Причины объяснять не буду. Этим займется ваш руководитель.

Внутри все похолодело.

Как – распускается?

– Вы хороший специалист, – продолжал он ровным тоном. – Но перевести вас некуда. Все отделы укомплектованы под завязку. Я подготовлю для вас рекомендацию и вышлю на почту. Расчет можете получить в бухгалтерии. Отработка не требуется.

Слова слились в глухой шум. Я лишь видела, как шевелятся его губы, но не могла различить даже буквы.

– Всего вам хорошего. Вы можете идти.

Я не успела ни задать вопрос, ни возразить. Меня просто вывели за дверь.

С пару минут я постояла у двери, пробуя на вкус услышанное и побрела в бухгалтерию. Устраивать скандал, почему-то нет никакого желания.

Расчёт, бумаги – ещё полчаса, будто по инерции. Телефон вибрировал, подруга писала, что ждет у охраны. А я даже ответить не могла, машинально ставя свою подпись на листах с ощущением, будто меня аккуратно вырезали из собственной жизни.

Когда я спустилась, она была на взводе – переминалась с ноги на ногу, нервно крутя прядь волос.

– Ну, наконец-то … – начала она, заметив меня.

Я мотнула головой.

– Пойдем к машине, – всё, что я смогла из себя выдавить.

На прощание я кивнула охраннику. Честно, сил на долгие прощания не осталось совсем. Постараюсь потом забежать и поговорить.

– Не опускай руки, голубушка, – сказал он тепло. – Ты сильная и умная. Всё наладится.

– Спасибо.

Мы вышли на улицу, и только там я по-настоящему выдохнула. Воздух показался непривычно холодным, будто сезон успел смениться, пока я сидела в чужом кабинете и слушала слова, которые не хотела слышать.

Подруга шла рядом молча. Это было на неё не похоже – обычно она заполняла тишину сразу, не давая мыслям разрастаться. Сейчас же она крепче сжимала ремень сумки и время от времени косилась на меня, будто проверяя, не рассыпалась ли я по дороге.

В машине она всё-таки не выдержала.

– Так, – начала она, убирая волосы за уши. – Рассказывай. Только по порядку.

Я начала говорить. Сначала сухо, почти отстранённо – будто пересказывала не свою жизнь, а чужую историю. Про руководителя. Про директора. Про «Вы можете идти». Где-то на середине голос дрогнул, и подруга тихо выругалась.

– Вот же … – она осеклась и глубоко вдохнула. – Ладно. Не будем сейчас. Мы разберемся. Слышишь? Разберемся!

Она говорила это так уверенно, словно уже знала решение. Словно у неё в кармане лежал план.

– Сегодня у нас праздник, – продолжила она, уже мягче. – Мой, между прочим, прошедший день рождения. А значит, никаких «что дальше» до завтра. Сегодня выдох. Вино. Еда. И всё, что поможет тебе не думать.

Я кивнула. Спорить не хотелось. Да и сил на это не было.

Дома она быстро взяла ситуацию в свои руки, разулась, скинула курточку, прошла на кухню, будто это я в гости к подруге пришла, а не наоборот. Я машинально следовала за ней, наблюдая, как она достаёт бокалы, расставляет тарелки, готовит и что-то говорит – много, уверенно, успокаивающе.

Постепенно напряжение начало отпускать. Мы сидели за столом, смеялись над чем-то совершенно незначительным, вспоминали её отпуск, обсуждали людей, которые давно не заслуживали даже упоминания. Вино грело, слова становились мягче, а день – будто отдалялся, теряя свою остроту.

Когда за окном стемнело, она вдруг замолчала и посмотрела куда-то мимо меня.

– Слушай, – сказала она после паузы. – А давай сделаем что-нибудь … символичное?

Я вопросительно приподняла бровь.

– Что, например?

Она улыбнулась, – той самой улыбкой, которая всегда означала, что спокойный вечер вот-вот свернёт не туда.

– Запустим небесные фонарики. Я купила их ещё в поездке. Думала, пригодятся для какого-нибудь особенного случая.

– И ты считаешь, сегодня – особенный? – усмехнулась я.

– Более чем, – уверенно ответила она. – Такие дни либо ломают, либо перезапускают. Я голосую за второе.

Я посмотрела в окно. В темноте резкие огни домов казались чужими и далекими. День, начавшийся с полумрака и красных светофоров, наконец-то подходил к концу.

– Ладно, – сдалась я. – Почему бы и нет.

Подруга довольно хлопнула в ладоши и подскочила.

– Вот это настрой.

Мы начали собираться, и в этом было что-то почти детское – будто вечер ещё мог удивить, а впереди всё-таки оставалось место для чуда.

Выйдя из дома, единогласно решили пойти пешком – садиться за руль никто из нас не рискнул.

Вечер был тихий и прохладный, и комплекс засыпал на глазах. Огни в окнах гасли один за другим, шаги редких прохожих растворялись в тишине. Мы снова шли рядом, не торопясь, словно боялись спугнуть это хрупкое спокойствие.

– Тут не далеко, – сказала подруга. – За домами поле.

Город остался позади почти незаметно. Пространство впереди стало шире, темнее, свободнее от света и шума. Трава мягко шуршала под ногами, а небо казалось ниже, чем обычно – близким и внимательным.

Мы остановились.

– Здесь пойдёт.

Подруга достала из сумки коробку с фонариками. Тонкая бумага шуршала в руках. Когда мы расправили их, стараясь не порвать, на поверхности проступил узор, а сбоку темнел иероглиф. Я задержала на нём взгляд, сама не понимая почему.

Я зажгла свечу. Огонёк вспыхнул и тут же спрятался внутри, наполняя фонарик тёплым, живым светом.

Мы подняли их одновременно и отпустили в небо, загадывая желание – каждая своё.

– Хочу, чтобы жизнь заиграла новыми красками, – почти неуловимо прошептала я.

Фонари поднимались всё выше, медленно обгоняя друг друга, превращаясь в теплые точки в темноте. И вдруг один из них вспыхнул ярче, слишком ярко – и воспламенился.

Я не успела испугаться. По коже пробежали мурашки, в глазах потемнело, мир словно качнулся – и я провалилась в беспамятство.

Глава 2

Пробуждение оказалось крайне некомфортным. Тело окутала вязкая субстанция, не давая воли движениям. Голова раскалывалась, а в ушах жужжало, словно рой из тысячи пчёл окружил свою матку и не желал отпускать. Сознание упорно отказывалось прояснять причину происходящего, отвечая тупой болью в висках при любой попытке что-то вспомнить.

Я не знала, сколько времени прошло, но постепенно начало возвращаться ощущение собственного тела. Помимо тяжести в голове, появилось покалывание в конечностях – словно я слишком долго просидела в неудобной позе и теперь расплачивалась за это игольчатыми импульсами. Значит, руки и ноги на месте и, судя по всему, способны двигаться.

Медленно, с осторожностью, я ощупала себя, проверяя это предположение. Тело действительно было цело – если только восприятие не обманывало меня. Но никакой вязкой субстанции я так и не обнаружила. Странно. Тогда что это было? Под кончиками пальцев ощущалась мягкая ткань одежды и тёплая кожа.

Зрение по-прежнему не возвращалось. Частое моргание не приносило результата – вокруг оставалась лишь темнота. Обхватив себя руками, я провела ладонями по плечам, пытаясь хоть немного утихомирить подступающую истерику. Её мне сейчас как раз и не хватало.

Неожиданно к моему лбу прикоснулась холодная, но нежная рука. Она скользнула по коже – и исчезла.

– Кажется, у неё жар, – пропел девичий голосок.

Послышалось тихое шуршание, затем всплеск воды, и влажная ткань коснулась моего лица.

– Как же хорошо … – вырвался хриплый шёпот из глубины груди.

Чья-то рука снова провела тканью по щекам, лбу и шее, после чего отстранилась. Меня осторожно взяли под локоть, провели в неизвестном направлении и усадили на что-то мягкое.

– Зрение скоро должно восстановиться, – прозвучал тот же голос. – Выпей немного воды. Тебе станет легче.

К губам поднесли прохладную посудину с едва уловимым ароматом цветов. Судя по всему, это была не простая вода. Желания пробовать что-то неизвестное из чужих рук не возникало, но организм требовал своего – жажда и подступающая тошнота не оставляли выбора. Я сделала несколько глотков и замерла, прислушиваясь к ощущениям.

Время тянулось медленно. Постепенно я начала ориентироваться в пространстве. Зрение возвращалось, а вместе с ним всплывали обрывки воспоминаний, не давая никаких подсказок о том, где я нахожусь. Я помнила поле, помнила подругу рядом и фонарики в небе. Но как оказалась здесь – не помнила. И окружающая обстановка совершенно не вязалась с этим воспоминанием.

Небольшое помещение имело лишь одну дверь и ни единого окна. Комната, освещённая несколькими свечами, вмещала в себя стол с подсвечниками и предмет мебели, на который меня усадили. Я слегка поёрзала, ощущая под собой что-то мягкое, похожее на подушку, и продолжила осматриваться.

Подруги рядом не было. Осознание этого неприятно кольнуло. Нужно будет как можно скорее выяснить, где она.

Зато по обе стороны от меня стояли двое. Слева – юная девушка лет пятнадцати, с тряпицей и чашей в руках. Справа высокий худощавый мужчина. Если присмотреться, ему вряд ли дашь больше двадцати – всего на пару лет старше девчушки.

Я пыталась рассмотреть его лицо, но в этот момент усталость накрыла внезапно, тяжёлой волной. Мир снова поплыл, и я погрузилась в беспамятство.

Глава 3

Открытой кожи коснулся прохладный ветерок, принеся с собой неуловимый аромат цветов. По телу прокатилась волна мурашек, и я инстинктивно поёжилась, натягивая тёплое одеяло почти до самого носа. Хотелось снова провалиться в сон, проспать ещё пару часов, раствориться в этом зыбком покое. Глаза жмурились от света и упорно отказывались открываться, однако нужно было проснуться хотя бы за тем, чтобы закрыть шторы и спрятаться от этого безжалостного сияния. Приложив неимоверные усилия, я всё же смогла выбраться из сладкого наваждения.

Лучше бы я этого не делала.

Лежала бы себе спокойно – и всё. Тепло, тихо, без мыслей и вопросов. А теперь… Теперь предстояло выяснить, где я нахожусь, как сюда попала и что вообще происходит.

В этот раз сознание возвращалось заметно легче. Но облегчение это не приносило. Я всё также не понимала, почему потеряла сознание и оказалась в незнакомом месте. Хотя… В памяти всплыл смутный образ – ароматная вода, странная, с цветочным запахом. И, судя по всему, в ней определённо было что-то подмешано.

Мысли полезли одна мрачнее другой.

Меня похитили? Но зачем? На органы – сомнительная идея: с моим букетом хронических болячек я скорее опасна для других, чем полезна. Выкуп? Тут тоже не разгуляешься. Расчёт при увольнении растянется от силы на месяц – и то, если повезет с поиском работы. У семьи денег тем более не водится. Нас много, я не единственный ребёнок, почти всё уходит на жильё, учёбу младших и бытовые расходы. Если только в кредит не полезут… Впрочем, зная своих родных, скорее они сами приедут – и тогда похитителям не позавидуешь.

Как ни крути, ситуация мне не нравилась. И чем быстрее я в ней разберусь, тем лучше.

Первым, что привлекло внимание, оказался овальный балдахин. Полупрозрачная ткань мягко спадала к изголовью и изножью кровати, создавая ощущение уюта и одновременно странной отрешённости. Кажется, такие навесы используют для зонирования или защиты от солнца и посторонних взглядов. Но эта ткань ни от того, ни от другого явно не спасала – разве что от комаров. Не слишком современно, но… Интересно.

Приподнявшись на локтях, я увеличила угол обзора и продолжила осматриваться. Я что-то говорила о современности?

Я лежала среди нескольких подушек под огромным белоснежным одеялом, поверх которого было накинуто изысканное покрывало. Это что за красота? В реальности я такого постельного белья ещё не видела – вышивка выглядела как настоящее произведение искусства и чем-то напоминала эпоху рококо. Кажется, нечто подобное мелькало в каком-то фильме – в королевских покоях, застеленных роскошными тканями.

– Это что, шёлк? – проведя ладонью по одеялу, пробормотала я, то ли себе, то ли в пустоту. – Серьёзно?.. Вот это да. Потрясающе. И что здесь ещё интересного?

Сквозь полупрозрачную ткань балдахина постепенно проступало убранство комнаты. Нечто подобное я видела разве что в картинных галереях – сцены давно минувших эпох, застывшие на холстах.

Прямо напротив кровати, почти во всю стену, возвышался шкаф – метра три, а то и больше. Без рулетки и не скажешь точно, но в ширину он тоже внушал уважение. Этот гигант из светлого дерева напоминал бабушкин шифоньер из детства, только куда массивнее: резные филёнки, ажурные ручки с кольцами. Я бы не отказалась от такого, если бы не одно «но» – в моей квартире для него просто не нашлось бы места – да и потолки там куда ниже.

Рядом со шкафом примостился небольшой туалетный столик того же оттенка. Ничего выдающегося по размеру, но и он имел свой характер. На боковых поверхностях угадывались узоры, похожие на филёнки шкафа, будто нарисованные. Особенно меня впечатлили вырезанные веточки – создавалось ощущение, что сквозь мебель проросло живое дерево, тянущееся вверх. Столик пустовал, хотя на мгновение мне показалось, что на нём блеснул какой-то предмет. Решив, что это всего лишь игра бликов в зеркале, я не стала заострять внимания.

Кстати, о солнце.

Повернувшись в его сторону, я, кажется, ещё больше округлила глаза. Слева от меня во всю стену располагалось окно. Хотя … нет. Это было скорее огромная стеклянная дверь. И как я её сразу не заметила? Открытая створка впускала тот самый ветерок, что так настойчиво пытался разбудить меня раньше.

Любопытство взяло верх, и я решила встать.

Прислушавшись к ощущениям, я с удивлением поняла, что чувствую себя совершенно здоровой. Ни тошноты, ни головокружения. Более того – я была бодра. Настолько, что это казалось непривычным. Даже в отпуске я обычно ощущаю себя выжатым лимоном, а тут – словно заново родилась.

Перевернувшись на бок и посмотрев вниз, я обнаружила, что кровать оказалась неожиданно высокой. Я даже чуть не свалилась, едва удержав равновесие. Мой внутренний страх тут же категорически отказался позволить мне просто спрыгнуть вниз.

Пришлось искать другой выход.

В изножье обнаружилась небольшая лесенка – около метра высотой, с тремя ступеньками. Интересная идея, но в быту я бы на такое точно не решилась. С моей ночной неуклюжестью подобные конструкции чреваты переломами. Я даже квартиру обустроила так, чтобы по пути к воде или в туалет ночью не натыкаться на лишние предметы. Минимализм – залог целых костей.

Пока я осторожно продвигалась к краю кровати, размышляя о странных дизайнерских вкусах, на руку вдруг легла прядь волос.

Я замерла.

Это что ещё такое?

В комнате никого не было. Цвет локона оказался странным – неестественно глубоким, огненно-красным. И тянулся он… С моей головы.

Они что, парик на меня надели?

Нет. Срочно к зеркалу.

Инстинкт самосохранения отступил перед любопытством.

Спустившись с кровати, я направилась прямо к туалетному столику. Мысли о похищении окончательно отошли на второй план ещё тогда, когда заметила лесенку. Да и в детстве мне не раз говорили, что любопытство у меня родилось раньше меня самой.

Осторожно ступая по холодному полу, я подошла к зеркалу.

И тут меня ждал новый сюрприз.

Из зеркала на меня смотрела незнакомка.

Что за извороты сознания? Подойдя ближе и проделав несколько неуклюжих движений, я убедилась: отражение не отстаёт. Это действительно зеркало. Или разум окончательно дал трещину.

Здравый смысл, впрочем, не спешил капитулировать, и я продолжила изучать себя.

Первое, что бросалось в глаза – уши. Они были… Эльфийскими. Аккуратные, вытянутые, с мягкими треугольными кончиками, плотно прилегавшие к голове. На ощупь – самые настоящие. В мультфильмах у представителей этой расы уши обычно торчат в стороны, а здесь они повторяли форму моих собственных, только были заметно длиннее и острее. Впрочем, при желании, их, наверное, можно было бы спрятать под объёмной причёской.

Кстати, о причёсках.

Тот самый огненно-красный локон оказался моим. Яркие волосы лёгкой волной спускались почти до колен и были невероятно шелковистыми – такого эффекта мне не удавалось добиться даже в салоне. Я дёрнула за прядь, окончательно убеждаясь, что это не иллюзия. Кожа головы болезненно отозвалась.

Что происходит? Почему я смотрю в зеркало и вижу другую?

Да, она была симпатичная. Черты вроде бы знакомые, но это точно не я. Лицо стало уже, скулы – выразительнее. Мои прежние щёки исчезли без следа. Большие глаза, обрамлённые густыми ресницами, теперь были зелёными – если, конечно, зрение меня не подводило. Алые, слегка пухлые губы, аккуратный нос… Всё это делало отражение незнакомым. Лишь взгляд оставался прежним – усталым, чуть потухшим.

Руки сами потянулись к лицу. Под пальцами ощущалась нежная, упругая кожа – гладкая, словно бархат. Ни единого изъяна. Это радовало, но бледность настораживала, напоминая вампиров из фильмов, которые я так любила в детстве.

Покрутившись, я обнаружила, что и фигура изменилась. Грудь и бёдра стали чуть более выраженными, но и это не разрушало хрупкого образа – наоборот, делало его более женственным.

– Кто же ты? – шёпотом спросила я у отражения.

Ответа, разумеется, не последовало.

Это действительно я? Или всего лишь чья-то злая шутка? Иллюзия? Сбой сознания?

Размышления оборвало тихое царапание по двери.

Ноготком…

Глава 4

В столицу Ронэр пришла весна. За окном стояла тёплая, почти обманчивая погода: воздух был наполнен светом, птицы перекликались, а пробуждающаяся природа словно нарочно напоминала о жизни вне этих стен.

В такие дни хотелось выйти наружу, вдохнуть полной грудью и хотя бы на мгновение забыть обо всём.

Но забыть не удавалось.

Собрание длилось уже несколько часов. Напряжение в зале висело плотным слоем, не рассеиваясь даже под солнечными лучами. Казалось, одно неосторожное движение – и воздух вспыхнет.

Глава клана мерил зал шагами, прижимая пальцы к вискам. Вокруг его фигуры клубилась полупрозрачная тёмная дымка – знак раздражения, который чувствовали все присутствующие. Демоны в зале старались не шуметь, не переглядываться лишний раз, не привлекать к себе внимания. Одного неверного слова было достаточно, чтобы оказаться под ударом.

Главу не боялись – по-настоящему. Но уважали и по-своему опасались.

Из поколения в поколение наш клан считался самым многочисленным. Чистота крови никогда не была строгим условием: смешение с другими расами оставалось выбором, а не необходимостью. В каждой паре рождались дети – один, два, а в смешанных иногда и больше. Так было всегда.

До недавнего времени.

Последние столетия принесли тревожные изменения. Потомство рождалось всё реже. Даже в смешанных браках один ребёнок стал удачей. Не все демоны доживали до совершеннолетия. Не все выдерживали инициацию. Численность клана неуклонно сокращалась, и нас спасала лишь продолжительность жизни – отсрочка, а не решение.

Именно поэтому глава снова собрал совет. И именно поэтому мы сидели здесь уже несколько часов, не находя выхода.

Ситуация была критической – и хуже всего то, что причин не удавалось обнаружить. Все представители клана были здоровы: и физически, и энергетически. Ауры проверяли не раз, но нет никаких даже внешних факторов воздействия.

Ничего.

Пустота.

Отец настоял, чтобы я присутствовал лично. Не через посланников, не по кристаллу связи – здесь, в столице.

Я не должен был быть в Ронэре. Моё место – в родовом поместье, вдали от дворцовых интриг и Совета, среди привычной тишины и каменных стен, где каждый шаг не оценивали взгляды посторонних. Но выбора мне не оставили. Вызов главы не обсуждался, особенно когда речь идёт о судьбе клана.

Меня выдернули из родовых земель и привезли сюда как напоминание о проблеме, которую не удаётся решить. Как живое доказательство того, что даже наследники больше не являются гарантией будущего.

Я устало откинулся на спинку стула. Мышцы затекли, тело требовало движения, но без дозволения главы вставать было нельзя. Я сменил положение почти незаметно, стараясь не привлекать внимания. Мантия тянула в плечах, ткань будто стала плотнее, чем в начале собрания. Хотелось встать, сделать шаг, почувствовать опору под ногами – любое движение, которое напомнило бы, что я всё ещё контролирую собственное тело. Но я подавил это желание. Здесь даже такие мелочи могли быть расценены как слабость. Да и попадаться под горячую руку сейчас было бы глупо.

Моя инициация всё ещё не была завершена. Через две декады мне исполнится пятьдесят – возраст совершеннолетия, день, когда демон принимает вторую ипостась. Но моё тело упрямо отказывается подчиняться этому закону.

Для клана это было тревожно. Для главы – недопустимо. Если я провалюсь, клан потеряет ещё одного демона. И одного из наследников.

Глава наконец остановился и вернулся на своё место. Он сел, сцепив пальцы в замок. Его тяжёлый взгляд медленно скользнул по залу и, задержавшись на мне, заставил выпрямиться раньше, чем я успел об этом подумать.

– Я принял решение.

Глава не повышал голос. И от этого становилось только хуже. Он выдержал паузу, убеждаясь, что его слушают.

– Креил. После инициации – независимо от её исхода – ты поступаешь в Магистериум столицы.

Решение прозвучало слишком ровно. Не как предложение, как констатация факта.

Я стиснул зубы, чувствуя, как внутри поднимается знакомое глухое сопротивление. Магистериум.

Я не собирался становиться адептом. Мой путь лежал в имперскую армию – туда, где всё решает сила, дисциплина и приказ, а не архивы и скрытые договорённости.

– В Магистериуме находится крупнейшее хранилище летописей Империи Роан, – продолжил глава, словно этот разговор уже был завершён без моего участия.

Он протянул мне конверт.

– Здесь указано, что ты должен найти. У нас нет к этому доступа. У тебя – будет.

Слова легли тяжело, будто их положили мне на грудь. Я вдохнул медленнее, чем собирался, стараясь не выдать реакцию.

– Успех решит судьбу клана. Твой провал – тоже.

Напряжение в зале стало почти осязаемым.

– А если инициация не завершится? – спросил я.

– У тебя нет выбора, – ответ прозвучал без колебаний.

– Если ты выполнишь задание, но не примешь ипостась, – после короткой паузы добавил он, – я рассмотрю возможность не изгонять тебя из клана.

Он помолчал, затем бросил, словно между делом.

– И займёшься поиском невесты. Продолжение рода – не обсуждается. В Магистериуме достаточно подходящих кандидатур.

Вот и всё. Мысль об армии оборвалась резко, как приказ, отданный не мне.

– Я понял, глава, – сказал я, поднимаясь. – Но как я получу доступ к хранилищу, если буду обычным адептом?

Глава протянул второй конверт. Этот конверт, как и предыдущий, был запечатан гербом нашего клана – слишком заранее, чтобы это решение приняли только сегодня.

– Это часть твоего задания. Найди лазейку.

Мне показалось … или он ухмыльнулся?

– Нам известно, что в этом году в Магистериум поступает родственница Владыки эльфов. По нашим данным, ей могут предоставить особый доступ. Мы не знаем, кто именно она. Но нам передали слепок её ауры. Этого достаточно.

Прекрасно. Значит, придётся работать вслепую, вынюхивать информацию по крупицам. Впрочем, могли отправить и вовсе ни с чем.

– Я выполню задание, – сказал я и поклонился.

– Превосходно. Собрание окончено. Креил, подойди ко мне через час – обсудим довольствие и детали поступления.

Глава поднялся и вышел. Моё «хорошо» догнало его уже в спину.

Когда двери закрылись, демоны начали расходиться молча. Они бросали на меня взгляды – тяжёлые, осуждающие, будто я их уже подвел и провалил миссию. Впрочем, я привык. Я никогда не был ни гордостью, ни надеждой клана. Удивительно, что меня вообще назначили наследником.

– Креил, – отец остановился рядом. – Ты понимаешь, что от тебя зависит?

– Да.

– Ошибки не будет, – его голос стал жёстким. – Ты либо справишься, либо уничтожишь клан.

Я кивнул раньше, чем он договорил. Если задержаться хоть на мгновение, он заметит.

– Я понимаю, отец, – ответил я как можно твёрже.

Он внимательно посмотрел на меня, но ничего не сказал и ушёл.

– Вот и поговорили, – пробормотал я.

Собрав конверты, я направился к выходу.

За дверями зала была тишина. Слишком тихо, словно стены впитали в себя весь шум и оставили только пустоту. Я остановился на мгновение, опустив взгляд на герб клана, отпечатавшийся на конверте.

– Значит, вот так выглядит мой выбор. Задание вместо будущего. Долг вместо желания.

Я медленно выдохнул, убрал конверты во внутренний карман мантии и двинулся дальше.

Думать об этом сейчас было бесполезно. Пока инициация не завершена, у меня оставалось лишь одно – не дать им повода списать меня со счетов раньше времени.

Под кожей забурлила сила – резче, чем обычно, словно отозвавшись не на опасность, а на принятое решение. Я замер, прислушиваясь к этому ощущению. Что-то изменилось.

Глава 5

Тихое царапание по двери, не то кошачье, не то человечье, продолжалось лишь пару минут. Звук был настойчивым, но осторожным, будто тот, кто находился там, не решался действовать смелее. Но не возымев никакой реакции из комнаты, дверь скрипуче отварилась на пару сантиметров. С моего ракурса не было видно, кто или что за ней скрывается.

За дверью что-то зашебаршило, и я отчетливо различила шёпот.

– Её здесь нет! – произнес тоненький голосок.

– Как нет, ты уверена? – удивился другой.

– Сама проверь.

Шептались они хоть и тихо, но почему-то я отчётливо слышала каждое слово, словно стояла рядом, а не с обратной стороны массивной двери. Видимо, ушки у меня ещё и слышат намного лучше, чем положено. Что-то интересное со мной происходит…

Дверь заскрежетала и отворилась шире. В проём медленно пролезла маленькая кудрявая голова с рыжим отливом. Она мельком глянула в сторону кровати и тут же юркнула обратно. Шустренькая! Так ведь и пораниться можно.

– В постели её нет! – в голосе слышались нотки то ли испуга, то ли удивления.

– Да быть такого не может, – возразил второй голос. – Отец сказал, что она ещё долго будет спать. Он её сбором успокаивающим напоил, с сонной травой.

На этот раз в проёме показалась уже другая голова. Белёсые волосы скользнули по двери до самого пола. Готова поспорить, глаза у меня сейчас были как два блюдца. Не каждая может похвастаться такой длиной и цветом. А когда я заметила уши, точь-в-точь как мои, я реально была готова поверить, что здесь могут быть эльфы. Походу, я совсем головой тронулась.

Пока я пыталась убедить себя, что всё это – плод воображения, девчушка повернулась на меня. Голубые глазки-бусинки, обрамлённые густыми ресничками, посмотрели на меня. Она напоминала фарфоровую куклу из той лавки сказочных персонажей, где я была месяц назад. Малышка лучезарно улыбнулась, окончательно добив меня своей милотой. Ей было не больше десяти, кажется, даже младше моей сестры.

Малышка, недолго думая, решительно вошла в комнату.

– Светлого вам дня! Мы думали, вы ещё спите, – голосок у девчушки оказался нежным и мелодичным, словно из её уст тянулась птичья трель. – Как вы себя чувствуете? Может, вам что-нибудь принести?

– И вам того же… – замешкалась я. – Дня… Чувствую себя хорошо. Но не могли бы вы рассказать, где я сейчас и что случилось?

Глазенки «эльфийки» округлились.

– А вы ещё не знаете?

– Нет. Я почти ничего не помню. Воспоминания какие-то отрывочные.

Она даже рот приоткрыла.

– Разве вам отец ничего не рассказал? Я думала, когда он был у вас в последний раз, вы уже пришли в сознание. – и глазками хлоп-хлоп.

– Нет.

– Простите, я тогда не смогу поведать вам всё. Я немедля позову отца, и вы сами сможете это с ним обсудить. Присядьте пока на постель, я скоро вернусь.

И, тихо прикрыв дверь, исчезла.

В комнате воцарилась тишина, и даже с противоположной стороны двери не доносилось ни звука. Я постояла на месте ещё пару минут, не зная, чем себя занять, а потом решила изучить ту самую стеклянную дверь, что ранее привлекла моё внимание.

За ней оказалось нечто невообразимое.

Пространство было огромным и напоминало очень просторную лоджию. Слева стоял массивный деревянный стол, накрытый скатертью, сотканной словно из серебра. Она мерцала в солнечных лучах так, что я невольно замерла от удивления. По обе стороны от стола расположились плетенные кресла, в подлокотники которых было вплетено что-то, напоминающее плющ. Моих подсознаний в ботанике явно не хватало, чтобы опознать это чудо.

Справа же стоял расписной вазон с деревом, чуть выше моего роста. Впервые такое вижу, но готова поспорить, мама была бы в восторге, и точно захотела бы себе такое же. Помимо него, здесь было много и других разнообразных растений, названия которых и при особом желании я не смогла бы сейчас вспомнить.

Лоджия была полностью застеклена. Одна из створок оказалась распахнута, впуская при этом свежий воздух и тихую птичью трель. А витражное остекление при этом придавало пространству какой-то волшебный вид. Разнообразие изображенных цветов, птиц и животных, некоторые из которых мне были неизвестны, поражало воображение. Только выдающийся мастер своего дела мог сотворить такую красоту.

Я вышла на лоджию и моему вниманию ещё больше раскрылось пространство за окном. От здания расстелилось большое цветочное поле, плавно переходящее в лес. Деревья там были такими высокими, что казались древними великанами. Настоящая непроходимая тайга.

Странная я всё-таки. Вместо того чтобы паниковать, я завороженно рассматриваю пейзаж. И я абсолютно спокойна. Даже больше – я счастлива. Некая эйфория заполнила каждую клеточку моего тела и душу. Ощущение, что я нахожусь дома. Всё вокруг кажется таким родным и знакомым, будто я у бабушки, а не оказалась неизвестно где.

Я сделала ещё пару шагов, медленно, будто боялась спугнуть это ощущение. Солнечный свет ложился на пол мягкими пятнами, скользил по витражам и рассыпался цветными бликами по стенам. От тёплого воздуха хотелось закрыть глаза и просто стоять так, неподвижно, ни о чём не думая. Здесь не нужно было спешить, не нужно было решать, как правильно. Всё уже было таким, каким должно быть.

Не знаю, сколько я так простояла, погруженная в свои мысли, но в какой-то момент внутри возникло ощущение – тихое, почти неуловимое, словно рядом воздух стал плотнее. Я кожей почувствовала чужое присутствие, будто за моей спиной кто-то остановился и теперь молча наблюдал. Это почему-то не пугало, но заставило насторожиться.

Не мешкая, я обернулась.

В дверном проёме стоял тот самый мужчина, которого я видела, когда впервые очнулась. Почти такой же – и в то же время другой. Выглядел теперь он немного старше. Он всё еще высокий и худощавый, но в чертах лица появилось больше серьёзности, и взгляд такой, будто мужчина не один десяток лет живет на этой земле. И, чёрт возьми, он был крайне привлекательным!

Густые ровные брови сошлись на переносице, образуя тонкую складочку, и руки у меня невольно зачесались – так хотелось помочь ему её расправить. Глаза цвета василька, прямой и аккуратный нос, узенькие губы и ярко выраженные чёткие скулы притягивают к себе внимание. Он выглядел как мужчина с обложки глянцевого модного журнала, только живой и куда более настоящий. Да и светлая кожа и волосы цвета серебра достойно подчеркивали правильные черты лица и пропорции тела. А лазурная туника, заправленная в брюки, завершала образ и гармонично сочеталась по всей цветовой палитре.

И пока я бесцеремонно рассматривала его, он не упустил возможность изучить и меня. Его взгляд был внимательным, спокойным и оценивающим, и по выражению лица было понятно, увиденное его полностью устраивает.

– Светлого вам дня! Как ваше самочувствие? – пропел он.

Боже, у них тут у всех такие вокалисты? Я на реалити-шоу или на кастинге в оперу?

– И вам, – я машинально опустила взгляд, проверяя точно ли цело тело, и снова посмотрела на него. – Чувствую себя превосходно. Но не понимаю, что со мной произошло.

– Прошу простить меня за нетактичную поправку, – он натянуто улыбнулся. – Но у нас в королевстве принято отвечать, Пусть свет Всевышнего озарит и вас.

Королевство? Всевышний? Так, где скрытая камера? Я не подписывала контракт на съёмки в фэнтези!

– Вы не пугайтесь так, – он шагнул ближе и положил руку мне на плечо. – Я всё объясню.

От его прикосновения по коже побежали мурашки. У мужчины был тёплый взгляд. Он аккуратно взял меня под локоток и повел к креслу.

– Присядьте.

Я села. Правда, умудрившись при этом чувствительно приложиться рукой о край стола.

– Ой! Бестолочь! – вырвалось у меня.

Надеюсь, он не принял это на свой счёт.

– Будьте осторожны, – в его голосе явно послышались смешинки.

– Спасибо, – поблагодарила, поглаживая ушибленную конечность.

Удостоверившись, что больше у меня нет возможности и планов себя покалечить, мужчина уместился на свободное кресло, заправляя волосы за уши. Такие же, как и у меня. Эльфийские. Ну всё, приехали. Моему удивлению сегодня будет предел? Это сон или явь? Ну не могла же я попасть в другой мир? Или могла?

– Скажите, – тихо начала я, стараясь сохранять непринужденный вид, так как пока рано верить в сказки. – А у вас уши тоже настоящие?

Он удивленно приподнял бровь.

– Разумеется, как и у вас.

– Но таких не бывает! Только в мультиках и фильмах.

– Где? – он нахмурился. – Я не понимаю о чём вы. У эльфов они всегда были такими. Хотя… – он задумчиво перевёл взгляд в сторону и добавил. – В смешанных браках с демонами бывает по-разному.

Эльфы. Демоны. Окно открыто, а дышать стало нечем. Я вцепилась в подлокотник, непроизвольно сминая плющ. Объект моего шока хотел было встать, но я отмахнулась. Он хоть и красив, но теперь начинает вселять страх. Ой, как вселяет.

– Вы редко видели представителей нашей расы? – он выглядел искренне удивленным.

– В жизни? Никогда. – сипло ответила я. – А на косплеи я не хожу, времени постоянно нет.

– Вы говорите странные вещи, – он озадаченно почесал лоб. – Но думаю, мы с вами во всём разберёмся.

Странные? Я то? Как же. Кто бы говорил.

Я села поудобнее и во все глаза уставилась на него, пытаясь контролировать свои эмоции. Это было сложно, внутри всё дрожало, будто натянутая струна вот-вот лопнет.

Эльф смотрел внимательно, словно боялся упустить малейшее движение моего лица. Но долго он не заставил ждать и начал свои объяснения.

– И так…

***

Эльф ушёл уже давно, а я всё ещё лежала в смешанных чувствах. За окном глубокая ночь, но сна не было ни в одном глазу. Мысли роились, накатывали одна за другой, путались, мешали сосредоточиться и хоть как-то проанализировать всё, что он мне рассказал. Однако я упрямо продолжала пытаться.

Что мы имеем?

Эльфа зовут Лафиат, что означает «Лунный огонь». Он начал объяснять это так серьёзно, словно имя само по себе было чем-то большим, чем просто набор букв и звуков. Он говорил о значении, о предназначении, о том, что имя – это не просто слово, а отражение сути.

Потом вскользь упомянул, что и мне предстоит выбрать себе имя.

– Новое? – переспросила я тогда, не сразу осознав мысль сказанного.

– Да, – спокойно ответил он. – Прежнее здесь не приживётся.

Я не стала уточнять, почему. Да и если честно, не запомнила половины того, что он говорил. Голова гудела. В какой-то момент он это понял и после нескольких безуспешных попыток донести до меня информацию предложил отложить разговор об этом до утра.

– Когда ты придёшь в себя и сможешь воспринимать происходящее более… адекватно, мы продолжим.

Я даже сопротивляться не стала. Мне, по правде говоря, и торопиться больше некуда. А почему?

Я действительно попала в другой мир!

Мысль звучала абсурдно, нелепо, словно реплика из дешёвого сериала. Но как бы ни звучало – это правда.

Если быть точной – меня насильно призвали. И Лафиат упорно пытался меня убедить, что этого не должно было случиться, подобного ещё не происходило. Ну, точнее из другого мира ещё не призывали.

– Если об этом узнают, нашу семью ждут серьёзные проблемы. – сказал он тогда.

В его голосе было столько боли и отчаяния, что меня это на секунду разжалобило. Ровно на секунду. Потому что злость внутри всё равно была сильнее.

– Это серьёзное преступление. – Продолжил он, сжимая пальцы. – Призывающую сторону могут лишить титулов, свободы… возможно, казнить.

Я не стала сразу спрашивать, откуда он знает о наказании, учитывая, что ранее сказал, что такое в этом мире впервые. Просто пыталась переварить услышанное. Меня больше волновало другое.

– А что будет со мной? – тихо спросила я, чувствуя наступающую истерику.

Лафиат замялся. Это была почти незаметная пауза, но я её уловила.

– Призванную будут изучать, – наконец сказал он. – Вдоль и поперёк. Ставить эксперименты, проводить всевозможные опыты.

– То есть… – я нервно усмехнулась. – Я буду подопытным экземпляром для сумасшедших учёных?

– Да. – признал он и тут же добавил. – И также могут убить. Вы неизвестное существо, хоть и в облике эльфа, и возможно, потенциально опасное для нашего мира.

Эти слова выбили из меня воздух.

У меня была смешанная реакция на его объяснения. Он даже не успел толком рассказать о мире, в который меня занесло, а мне уже сообщили, что меня либо разберут на части, либо уничтожат. И даже не понятно, что из этого хуже.

Сначала я резко встала, решив уйти. Просто куда глаза глядят – подальше от него, от этого места, от всего происходящего. Но Лафиат успел перехватить меня и встал на пути.

– Не сейчас. – сказал он твёрдо.

Я вырвалась и зашагала по лоджии кругами. Туда-обратно. Снова и снова. Пытаясь утихомирить эмоции, которые выходили из-под контроля. Это оказалось самым трудным.

Когда у эльфа тоже начали сдавать нервы, он попросил меня остановиться.

– Ты меня сейчас сведёшь с ума, – выдохнул он.

Я сведу с ума?

Именно в этот момент я сорвалась. Остановилась. Посмотрела на него… и начала смеяться. Громко, безудержно, до боли в груди.

Лицо Лафиата надо было видеть. Столько шока и растерянности одновременно я у мужчины ещё не наблюдала. Но с собой ничего поделать не могла. Смех накрывал волнами, переходил в судорожные вдохи.

Это была истерика.

Ему ещё повезло, что я хоть как-то на нём концентрировалась, а то даже представить страшно, что было бы, оказавшись я сейчас одна.

Метания закончились слезами. Я ревела от души. Столько боли, обиды, злости накопилось во мне, что это фонтанировало из меня нескончаемым потоком. Меня поили какими-то успокаивающими отварами. Снова и снова. Но подействовали они лишь тогда, когда за окном сгустилась тьма, а на столе выросла внушительная стопка пустых пиал.

Я не знала, сколько времени прошло. К этому моменту Лафиат уже откровенно зевал. Он стоически терпел мои всплески эмоции. Пару раз пытался успокоить словами, но я не улавливала смысла, да и слушать особо не хотела.

В конце концов он сдался. Пододвинул ко мне кресло, сел рядом и осторожно погладил по спине. Или мне это только показалось. Я даже не заметила момента, когда меня усадили, осознала лишь тогда, когда он отошёл за креслом для себя.

Когда я более-менее успокоилась, эльф тихо сказал, что всё будет хорошо, и мы обязательно во всём разберёмся.

С горем пополам мы пришли к соглашению скрыть информацию о моём появлении в этом мире. Я была не то, чтобы против – просто моя расшатанная психика требовала выплеска напряжения, и мы потратили слишком много времени на бессмысленный спор.

После недолгих уговоров он уложил меня на постель и попросил поспать хотя бы немного. После забрал посуду и удалился.

Вспомнив всё, что смогла из этого промежутка времени, кое-как разложив по полочкам сознания суть разговора, я повернулась на бок и уставилась в открытую дверь лоджии. Там, где-то вдали пели птички, успокаивая меня своей лёгкой мелодией. Мир упрямо отказывался быть таким страшным, каким его только что описали. Наоборот, он манил в свои уютные объятия.

Ночь теперь тянулась спокойно и ровно. Где-то за стенами дом жил своей тихой жизнью, за окнами шелестели листья, время от времени доносились издалека приглушённые звуки, а иногда и голоса, которые мне не хотелось различать. Тело постепенно отпускало накопившееся напряжение. Мысли редели, теряли чёткость и форму, растворялись одна за другой, пока я не осталась с ощущением тепла и тяжести одеяла.

И вскоре меня поглотил в свои недра долгожданный сон. Тяжёлый, глубокий, спасательный. И впервые я не пыталась ему сопротивляться.

Глава 6

Утром меня разбудил шум.

Звонкий стук металла о плитку разнёсся по всей комнате, выдёргивая меня из сладкого сна. Глаза упрямо не хотели разлипаться, но любопытство взяло верх – хотелось понять, что там происходит и кто так бесцеремонно мешает мне спать. Я приподнялась на постели и через полуоткрытые веки попыталась разглядеть, откуда идёт звук.

В проёме появился Лафиат. Увидев, что я проснулась, он тут же замер, а на его лице отразилось искреннее сожаление.

– Светлого вам дня! Прошу прощения, что разбудил вас так резко, – мягко произнёс эльф.

– Пусть свет Всевышнего озарит и вас, – ответила я тихо, всё ещё не до конца уверенная, что сказала именно то, что нужно.

Лицо мужчины тут же озарила тёплая улыбка, и я невольно улыбнулась в ответ. Какая я молодец, запомнила всё-таки.

– Хорошо спалось? – спросил он, зайдя в комнату и приблизившись ко мне.

– Ещё не поняла.

Глаза слегка щипало от солнечного света, свободно проникающего сквозь окно. Я протёрла их подушечками пальцев, прищурилась и едва успела прикрыть рот ладонью, зевая.

– Я принесу вам бодрящего отвара, – сказал Лафиат слегка смеясь. – Так быстрее придёте в себя.

Он кивком указал на противоположную сторону кровати.

– С обратной стороны находится дверь в уборную. Можете привести себя в порядок – всё необходимое и сменная одежда уже ждут вас там. Если понадобится помощь, позвоните в колокол у двери, он по правую сторону от входа. А после я буду ждать вас в лоджии на завтрак.

– Благодарю, – ответила ему вслед.

У самого выхода мужчина обернулся, с лёгким поклоном склонил голову и вышел.

Я села поудобнее и провела ладонями по лицу. Сон ещё не сошёл. Некоторое время просто сидела, пытаясь прийти в себя. Воспоминания о вчерашних событиях навалились тяжёлым комом, и первой, почти детской мыслью было – снова лечь и накрыться одеялом с головой, спрятаться от всего мира.

Я шумно выдохнула и откинулась на подушку. Если так продолжу, мои проблемы никуда не денутся. Никто не будет за меня выживать в этом мире.

Но как же страшно…

В чувство меня привёл мочевой, напоминая о выпитых пиалах с отваром за вчерашний день. К тому же запах с лоджии доносился весьма аппетитный, окончательно убеждая, что тянуть больше не стоит. Так что пришлось начинать с простого – естественных нужд.

Аккуратно спустившись с постели, я направилась к предполагаемой уборной. Рядом с кроватью действительно обнаружилась дверь – полностью встроенная в стену, с тонким золотистым наличником. Странно, что я не заметила её вчера. Она ведь буквально бросалась в глаза.

– Интересно, это я такая невнимательная… или дверь появилась здесь из ниоткуда? – пробормотала я себе под нос.

Дверь вела в небольшое светлое помещение, оформленное в тёплых, спокойных тонах. Справа от входа действительно висел колокольчик, подвешенный на цепочке к потолку. Он был обычный на вид, без особых изысков или каких-либо украшений. Но сама цепь привлекала внимание – она напоминала вьюн с разветвляющимися листочками и цветками, искусно выполненными из серебристого металла.

Здесь же находилось большое зеркало в пол, соединённое с глубокой полуовальной раковиной цвета слоновой кости. Ветвистое обрамление рамы перекликалось с туалетным столиком в спальне, создавая ощущение продуманного, единого стиля. Сбоку к раковине плавно примыкала полочка с баночками разных размеров – вероятно, со средствами для ухода. Надо будет проверить.

Смеситель и чаша раковины выглядели вполне привычно. Похоже, с водоснабжением и технологиями в этом мире всё было в порядке. Уже неплохо. Не пропаду.

Слева у стены располагалась большая овальная ванна в тон раковине. Её размеры радовали – в такой можно было спокойно вытянуться и не чувствовать скованности. На стене сбоку висели два бежевых больших полотенца, а на встроенной полочке стояли флакончики без подписей.

Рядом с ванной стоял небольшой кремовый стол. Именно на нём лежали вещи, о которых говорил эльф. Я сразу же подошла ближе – любопытно же, что мне предстоит носить здесь.

Первой в руки попалась лёгкая ткань цвета молодой листвы. Платье оказалось почти невесомым – мягкое, струящееся, оно приятно холодило пальцы. Когда я развернула его полностью, дыхание на миг перехватило.

Я приложила его к себе и покрутилась у зеркала. Тонкие бретели открывали плечи, спина оставалась почти полностью обнажённой, а глубокий разрез сбоку позволит свободно двигаться, лишь слегка приоткрывая ногу при каждом шаге. Ткань ниспадала до самого пола, переливаясь на свету и подчёркивая линию талии тонким, почти незаметным поясом.

Украшения были частью самого платья – тонкие золотистые нити и изящные цепочки мягко поблёскивали, не утяжеляя образ. Всё выглядело удивительно гармонично, словно наряд был создан не просто для тела, а для движения, света и воздуха.

Под платьем лежал комплект коротких шорт и корсет-боди в тон. Лаконичные, без лишнего декора. Судя по всему, это нижнее бельё, ибо ничего другого я не обнаружила. К тому же они явно не предназначались для того, чтобы привлекать к себе внимание, скорее чтобы удержать форму и дарить ощущение уверенности.

Интересно, как они вообще подбирали размер? Никто не снимал с меня мерки. От этого по спине пробежал жар. Не Лафиат же?

Так… Нужно срочно ополоснуться. Но для начала – туалет.

Унитаз оказался совсем рядом – его скрывала та самая дверь, через которую вошла. Внешне он также ничем не отличался от привычного мне. Всё выглядело знакомо и понятно. Как же хорошо осознавать, что цивилизация, по крайней мере в бытовых мелочах, меня не покинула. Честно, ожидала увидеть что-то более устаревшее, учитывая, как выглядят комната и лоджия.

С туалетными и водными процедурами я задержалась дольше, чем планировала. Поначалу возникли небольшие сложности с панелью управления – и у унитаза, и у ванны. Но, к моему облегчению, разобраться оказалось не так уж сложно. Принцип оказался тем же, что и в моём мире: горячая и холодная вода обозначались цветами. Разница была лишь в том, что здесь за всё отвечали гладкие камни, а не кнопки, и степень нажатия. Сначала я приняла их за декоративные элементы и даже подумала, что управление сенсорное. Но, действуя старым проверенным методом проб и ошибок, быстро выяснила, как всем пользоваться.

С флакончиками пришлось импровизировать. Не разобравшись, что именно в каком находится, я выбрала тот, где жидкость больше напоминала шампунь. В голове даже мелькнула тревожная мысль – лишь бы волосы после этого не выпали. Тем же средством я помыла и тело, решив, что в остальном всё можно оставить на потом. К счастью, никаких неприятных сюрпризов не последовало. Наоборот, от меня веяло сладким цветочным ароматом, с легкими нотками мяты.

Когда я наконец закончила, ощутила странное, но приятное спокойствие. Тревожность, напряжение и лишние мысли словно растворились в тёплой воде. Я даже удивилась, насколько быстро смогла прийти в равновесие. Страха больше не было – по крайней мере сейчас. И это радовало. Значит, я всё-таки справлюсь. Значит, иду в верном направлении.

Облачившись в приготовленную одежду, я сразу же покрасовалась перед зеркалом. Платье мягко обрисовывало фигуру и выглядело удивительно гармонично. Да, вырезы открывали больше кожи, чем я привыкла показывать, но всё смотрелось не вульгарно, а скорее естественно… Корсет слегка проглядывал на груди, подчёркивая формы, а шорты, скрытые под струящейся тканью, сглаживали откровенность разрезов на бёдрах.

По моим меркам платье, безусловно, было смелым и точно не для повседневной носки. Но, как ни странно, мне оно понравилось. В нём было что-то свободное и одновременно изящное.

Волосы я убирать не стала – лишь аккуратно прочесала их по всей длине. Мыть такую копну оказалось делом непростым, а уж заплетать тем более. Даже на мгновение закралась мысль их укоротить. Огненно-красные пряди тяжёлой волной спадали почти до колен и сохли медленно. Я как могла промокнула их полотенцем, но они всё ещё оставались влажными.

Жаль, что здесь не нашлось фена. Впрочем, даже не факт, что я хорошо искала. Думаю, маскировать они умеют очень качественно.

Ещё раз окинув себя взглядом в зеркале и убедившись, что меня всё устраивает, я вышла из уборной, готовая предстать перед новым днём… и тем, кто ждал меня по ту сторону двери.

Выйдя из уборной, я почти сразу оказалась окружена приятными ароматами еды. Тёплый запах выпечки, смешанный с нотками кофе, мягко потянул меня к лоджии. Там, за уже накрытым столом, сидел Лафиат.

Заметив меня, он поднялся и подошёл ближе. Его взгляд задержался на мне дольше, чем требовала вежливость – от макушки до босых ножек, и мне вдруг стало не по себе от этого спокойного, внимательного изучения.

– Вы чудесно выглядите, – с мягкой улыбкой произнёс он. – Надеюсь, у вас не возникло проблем с уборной?

Похоже, я и правда застряла там надолго.

– Благодарю, – ответила я, улыбнувшись в ответ и чувствуя, как к лицу подступает тепло от смущения. – Всё очень напоминает мой мир, так что особых трудностей не возникло.

– Но сушку для волос вы, вижу, не нашли, – со смешинкой заметил эльф, подходя ближе и осторожно касаясь кончиками пальцев одного из моих локонов. – Пойдемте, покажу?

По телу пробежались мурашки – от неожиданности и от самого жеста. Я не сразу нашла, что и ответить, поэтому лишь молча кивнула и последовала за ним. Тем более, фена я действительно не обнаружила.

Мы снова вошли в уборную. Лафиат подошёл к стене возле зеркала и нажал на один из двух небольших камешков на полке – той самой, на которую я не обратила должного внимания. С лёгким щелчком из стены выдвинулся аккуратный ящик. Внутри оказался аналог привычного мне фена.

Мужчина достал длинную трубку с закрепленной на конце воронкой и нажал на второй камень. Оба были одного нежно-зелёного оттенка, но отличались формой. Я невольно отметила это про себя – надо будет самой попробовать, чтобы запомнить, как всё работает.

Лафиат жестом подозвал меня к себе. Я без раздумий подошла. Он обошёл меня и встал за спиной, разворачивая лицом к зеркалу.

Некоторое мгновение ничего не происходило, а затем из трубки пошёл тёплый поток воздуха.

Он начал сушить мне волосы, аккуратно перебирая прядь одну за другой. Его прикосновения были осторожными, почти невесомыми. Мне стало как-то неловко от таких касаний. Мы знакомы всего второй сознательный день, а он уже проявлял ко мне столько заботы… слишком много, как мне казалось.

К концу процедуры я была красная как рак. От ласковых касаний, по телу бродили мурашки, и мне то и дело приходилось отдёргивать себя, когда я была на грани того, чтобы совершенно неприлично замурлыкать от удовольствия. От этой мысли становилось ещё более стыдно.

Закончив, Лафиат аккуратно убрал устройство обратно и вернул всё на место.

– Пойдёмте, – предложил он. – Завтрак уже ждёт.

В ответ мой живот предательски заурчал, избавляя меня от необходимости что-либо объяснять. Я с готовностью кивнула и последовала за ним обратно в лоджию.

– Не знал, что вы предпочтёте, поэтому принёс всё, что было, – смущённо сказал эльф, когда мы подошли к столу.

– Спасибо большое!

Я устроилась за столом и только сейчас позволила себе по-настоящему рассмотреть завтрак. Кофе среди напитков я не обнаружила, но вместо него был отвар – густой по цвету, с насыщенным ароматом, удивительно напоминающим мой любимый напиток из прежнего мира. На вкус он оказался мягким и согревающим, словно созданным специально для утреннего пробуждения.

Булочки с нежной начинкой, чем-то похожей на заварной крем, буквально таяли во рту, поднимая меня на пик простого, почти детского удовольствия. Всё, что стояло на столе, было тёплым и свежим, будто его только что подали. И пробуждало ощущение давно ушедшего детства в деревне.

Заметив мой заинтересованный взгляд, Лафиат пояснил, что над столом раскинут мерцающий купол – особенное плетение магии, сохраняющее качество и температуру пищи. Причём действовал он не на всё сразу, а на каждое блюдо отдельно. Благодаря этому отвар и выпечка оставались тёплыми, а фрукты и ягоды, к которым я перешла в конце, приятно холодили язык, оставаясь сочными свежими.

Мы долго разговаривали, делали паузы между кусками и похлопываниями мне по спине. Сложно было есть спокойно и слушать о том, чего в твоём мире никогда не существовало, и не будет существовать. Именно тогда я узнала от эльфа, что магией пропитан весь их мир – абсолютно весь. Каждое существо, каждый предмет, каждая частица пространства.

– Получается, магией наделены не только живые, но и не живые предметы? – уточнила я, стараясь уложить это в голове.

– Да, совершенно верно, – подтвердил он. – Они обретают магические свойства при сотворении этим миром. Однако некоторые предметы со временем становятся лишь сосудами энергии.

– А в чём разница?

– При создании отдельных вещей используется сразу несколько магических потоков. Это подавляет собственный резерв исходного материала, но он всё же остаётся проводником магии – сосудом.

– Например?

– То же кресло, на котором вы сейчас сидите, – ответил он, и я тут же окинула его внимательным взглядом. – Материалы, использованные при его изготовлении, изначально обладали магическими свойствами. Но в процессе создания мебели они утратили способность самостоятельно наполняться энергией мира и теперь могут лишь принимать её от нас.

– И что будет, если в кресло влить энергию?

– Можно, к примеру, контролировать температуру его поверхности.

– О-о-о… – протянула я, уже представляя себе применение.

Лафиат, видимо, без труда уловил ход моих мыслей и тут же продемонстрировал возможности этой чудесной мебели. Кресло подо мной едва заметно нагрелось, напомнив сиденье автомобиля с подогревом. Эффект оказался почти идентичным, и я не удержалась от довольного вздоха.

Дальше разговор пошёл в том же ключе – вопрос, ответ, короткое пояснение. А после завтрака Лафиат сообщил, что намерен отвести меня в библиотеку, где мне предстоит обучаться под его руководством.

Мы решили, что в первую очередь мне необходимо в кратчайшие сроки освоить базовые знания, которыми должен владеть каждый представитель их расы к моему возрасту. К слову, здесь мне тоже было двадцать лет – их течение времени, если верить подсчётам, почти не отличалось от привычного мне. Но об этом подробнее я собиралась узнать уже в библиотеке.

Вдобавок к основам стоило изучить и другие расы – хотя бы поверхностно, чтобы лучше ориентироваться в новом мире. Со временем, конечно, объём знаний придётся расширить, если я действительно хочу здесь жить.

Также эльф сообщил, что в библиотеке соберётся часть его семьи – те, с кем мне придётся часто взаимодействовать и кто уже знал о моём происхождении и призыве. Так что впереди меня ждали новые знакомства.

Закончив трапезу и аккуратно сложив приборы у тарелки, Лафиат некоторое время задумчиво смотрел на меня. Затем поднялся, подошёл к окну и, словно собравшись с мыслями, заговорил.

– Вчера вечером я пообещал, что мы выберем вам новое имя – эльфийское, – он повернулся ко мне лицом. – Но, поразмыслив, решил сразу предложить вам один вариант.

Он сел обратно в кресло и пристально посмотрел на меня. Сердце на мгновение замерло. Всё это вдруг стало слишком реальным. Мне предстояло отказаться от имени, которое дала мне мама, и принять другое – чужое, но теперь необходимое.

Мама…

Ладони вспотели, а на глаза навернулись слёзы.

– Вы плачете? – удивлённо спросил он, изогнув бровь. – Вас расстроило, что я проявил инициативу без вашего одобрения?

В его голосе отчетливо слышалось сожаление. Лафиат нахмурился, словно действительно боялся меня обидеть. Но я не хотела его погружать в свои мысли и расстраивать.

– Нет, нет… – поспешно ответила я. – Просто… это очень волнительно. Не каждый день такое происходит. Это серьёзный шаг.

– Вы очень чувствительны и эмоциональны, – тепло улыбнулся он.

– Извините, – сказала я, смахивая слёзы.

– Вам не за что извиняться. Я всё понимаю. К тому же вы оказались в такой ситуации по моей вине, – немного подумав, он добавил. – Я приложу все усилия, чтобы компенсировать вам это.

В его словах было столько искренности и доброты, что я решила довериться его выбору. В конце концов, не станет же он придумывать мне что-то совсем неподходящее?

– Какое имя вы выбрали? – спросила я, стараясь улыбнуться как можно теплее.

Эльф заметно воодушевился. Он достал из кармана туники небольшой лист бумаги и стеклянную красивую палочку. Покрутив её в пальцах, взглянул на меня.

– Виктория – ваше имя звучит прекрасно, но, к сожалению, у нас таких имён нет. Возможно, у других рас можно найти что-то похожее, но по внешним признакам вы – истинная эльфийка. Поэтому после долгий раздумий я выбрал одно.

Он слегка загадочно улыбнулся.

– Я наблюдал за вами всё это время, даже когда вы спали несколько дней. А после общения с вами за эти два дня – пусть и не полных – решил дать вам имя, связанное с вашим появлением в наших жизнях, – он помедлил. – Как бы ни была сложна причина вашего прихода в этот мир, для нас вы – подарок судьбы. Я верю, что она приводит к нам именно то, с чем мы должны столкнуться и что нам суждено познать. И я очень надеюсь, что вы станете подарком, а не проклятием.

Он замолчал и аккуратно вывел что-то на листке, после чего протянул его мне. Я прочитала написанное слово. На мгновение мелькнула мысль о языке – как я вообще его понимаю? Но решила оставить этот вопрос на потом.

– Вас будут называть Арил, – мягко сказал Лафиат. – Это означает «Золотой подарок». И я надеюсь, таковой вы и станете для нашей семьи.

– Вы действительно считаете меня подарком судьбы? – переспросила я.

– Да, – кивнул он. – И, на мой взгляд, это имя вам очень подходит даже по звучанию. Оно принесёт вам удачу, гармонию и счастье.

Я не стала уточнять, откуда такая уверенность. Имя мне действительно понравилось – необычное, мягкое.

– Арил… – повторила я, пробуя его на слух.

Я произнесла новое имя ещё несколько раз, привыкая к нему. Лафиат буквально светился – было видно, как он рад, что его выбор пришёлся мне по душе.

– Ну, что же, – неожиданно произнёс эльф. – Теперь мы можем пойти в библиотеку.

Он встал, подошёл и приглашающе выставил локоть.

Я встала, взяла его под руку и позволила себя вести.

Глава 7

За массивной дверью комнаты оказался очень светлый коридор. Потолки взмывали вверх не ниже четырёх метров, а расстояние от стены до стены казалось непривычно широким. Масштаб прохода поражал. Я почувствовала себя маленькой букашкой на его фоне.

Я невольно посмотрела на эльфа рядом и, оценив его рост, подняла голову выше. Здесь таких, как он, можно было поставить ещё несколько друг на друга. Однако даже в этом случае потолки казались слишком высокими, словно я попала во дворец. А возможно так и есть. Надо будет узнать.

Мы двигались медленно, поэтому я в полной мере успевала рассматривать окружающий интерьер. Он был скуден по наполненности, но пол, стены и даже потолок покрывала глянцевая плитка с изумительным рисунком, плавно перетекающим на закруглённую поверхность наверху. Интересно, как они вообще умудрились прикрепить плитку к потолку и как деформировали её так, что она приняла подобную форму? Либо я слишком мало знаю, либо действительно никогда прежде не видела ничего подобного. А возможно и то и другое.

Мягко ступая по поверхности пола босыми ногами, я ощущала тепло, исходящее снизу. Взгляд блуждал вверх, вниз, по сторонам. Всё больше мне казалось, что передо мной мрамор. Я не слишком разбираюсь в подобных материалах, но однажды мы с подругой искали плитку для её ванной комнаты. Тогда мы долго выбирали образцы, и один из них был поразительно похож на этот, даже узор совпадал. Помнится, консультант расхваливал материал, уверяя, что такую текстуру можно получить только при обработке натурального камня. Он так убедительно это говорил, что мы в итоге его и купили. Особенно после слов о том, что мрамор удерживает тепло, благодаря чему пол всегда остаётся одной комфортной температуры. Проверять это мы, впрочем, не стали – просто поверили. Здесь пол был тёплым даже в тех местах, куда не доходили солнечные лучи. Надо будет проверить теорию ночью.

Светло-бежевая облицовка в целом пришлась мне по душе. Отражая солнечные лучи, проникающие сквозь окна, она наполняла пространство ощущением уюта, гармонии и едва заметного волшебства. Пожалуй, будь я в своём мире, я бы тоже захотела себе что-нибудь подобное.

Оглядевшись ещё раз, я поняла, что по пути больше ничего необычного не встречается. Окна были самыми обычными – без витражей и сложных узоров, как в лоджии. Панорамные, врезанные в стену, с небольшими промежутками между стёклами. Люстры тоже не выглядели экстравагантно: несколько металлических веточек спускались с потолка и плавно переходили в бутончики, похожие на не до конца распустившиеся пионы. В центре плафонов, впрочем, находились не лампочки, а камни. Как рассказал эльф, они работали либо от солнечного света, накапливая его днём за счёт рун, либо от влитой в них магии.

Погружённая в свои размышления, я не сразу заметила, что мы остановились. Осознание пришло вместе с ощущением чужого взгляда – ровно так же, как тогда, на лоджии. Повернувшись головой, я столкнулась с глазами эльфа. Он смотрел на меня с какой-то нежностью и улыбался. И, видимо, заметив, что я наконец обратила на него внимание, решил заговорить.

– Мне показалось хорошей идеей дать вам возможность полюбоваться домом. Вы делаете это с таким восхищением, что я не посмел вас торопить, – произнёс Лафиат, всё ещё придерживая меня под локоток.

Я даже не подозревала, что мои впечатления так легко читаются по лицу. Но раз уж он это заметил, стоит воспользоваться моментом и задать ему вопросы.

– А у вас все помещения такие просторные? – задала я первый интересующий вопрос.

– Да. Большинство эльфов живут большими семьями, иногда в несколько поколений. Поэтому у нас в первую очередь строят просторные особняки. Особенно когда переезжают, чтобы создать семью, – он ненадолго задумался. – Если в семье есть дочери, после свадьбы они переезжают к родителям мужа, либо в новый дом, приобретённый избранником. В случае с сыновьями иначе. Нам дают выбор: остаться в родовом имении или получить собственный дом. Но, учитывая честолюбие и характер большинства мужчин, мы предпочитаем отстраивать своё будущее самостоятельно.

Я спросила одно, а получила куда больше. По крайней мере, теперь я хоть немного понимала их семейный уклад.

– К тому же нам комфортнее жить в свободных условиях, когда пространство не сковывает. Узкие коридоры и маленькие помещения угнетают и давят. Эльфы не выносят тесноты. Высокие потолки позволяют устанавливать большие окна и увеличивать приток воздуха и солнечного света. А это располагает к творчеству, созиданию и хорошему здоровью.

С этим трудно было поспорить. Свежего воздуха здесь действительно хватало, а солнце освещало всё вокруг и нагревало помещение до комфортной температуры.

– Есть и другие причины, – продолжил эльф. – Но они индивидуальны. Мы разные, и склад ума у всех свой, – он улыбнулся и посмотрел на меня с лёгким прищуром. – А у вас всё иначе?

– У нас тоже всё индивидуально. Многое зависит от страны, культуры, менталитета и личных предпочтений. Ну и, конечно же, от финансовых возможностей, – ответила я.

– Значит, мы не такие уж и разные.

Ну да, в чём-то мы действительно схожи. Вот только магии у нас точно нет.

– Однако комната и уборная в ней были не такими габаритными… – подумала я.

– Ваша комната сама по себе исключение, – сказал мужчина.

Ой… Я это вслух, что ли, произнесла? Хм… Исключение? То есть только эта комната?

– Почему? – спросила я, не сразу осознавая, что голос прозвучал тише, чем обычно.

Лафиат нахмурился. Его рука, до этого спокойно поддерживавшая меня под локоток, едва заметно напряглась. Улыбка сошла с его лица, и, между нами, будто стало холоднее. Я невольно выпрямилась, ощущая, как тепло коридора больше не греет так, как прежде.

– Эта комната когда-то принадлежала моей покойной жене… Иногда ей было необходимо побыть одной.

Я смотрела на него, не сразу осознавая услышанное. Жена? Мне даже в голову не приходило, что он может быть женат. К тому же он так заботливо относился ко мне… О чём я вообще думаю? Такой обаятельный мужчина наверняка пользовался популярностью среди женщин.

Только я собралась расстроиться, как до меня дошёл смысл услышанного.

Покойной?

– Соболезную, – сказала тихо, почти шёпотом.

– Свет Всевышнего много лет назад забрал её у меня, – произнёс он почти безжизненным голосом. – Она дала жизнь нашей младшенькой и отправилась к праотцам.

Он отвёл взгляд, убрал руки в карманы и сделал несколько шагов к окну. Расстояние между нами увеличилось. Я сделала шаг вперёд… и остановилась. Не была уверенна, что сейчас имею право приближаться. Да и не знала, как здесь принято поддерживать тех, кто скорбит.

Время тянулось. Он смотрел куда-то вдаль, неподвижно. Я сместилась в сторону, пытаясь понять, куда направлен его взгляд.

Снаружи раскинулся небольшой сад. В центре виднелась беседка, почти скрытая под тяжёлой лозой. С такого расстояния растения сливались в разноцветное пятно, но даже этого было достаточно, чтобы почувствовать в нём жизнь.

Тишина начала давить. Я беззвучно переминалась с ноги на ногу, когда они начинали уставать, стараясь не нарушать его одиночество. К счастью, вскоре он заговорил сам.

– Если вам будет некомфортно в этой комнате, я переселю вас в гостевую. Она ближе всего к моей мастерской, поэтому я и принёс вас туда, – сказал он, не оборачиваясь. – Только сразу сообщите мне о своём решении. Нужно будет всё подготовить.

Я на мгновение растерялась, но быстро собралась.

– Если моё присутствие там не будет вызывать у вас негативных эмоций, я бы с удовольствием осталась, – мягко произнесла я. – Честно говоря, мне очень понравилась комната. Она светлая и уютная. А вид из лоджии… – я запнулась, подбирая слова, – он прекрасен.

Он повернулся. Уголки губ медленно приподнялись. Взгляд потеплел, и вместе с ним в пространство словно вернулось тепло.

– В таком случае оставим всё как есть. Я рад, что вы так о ней отзываетесь, – сказал эльф. – Я добавлю туда стол, чтобы вы могли заниматься не только в библиотеке. И если вам потребуется что-то ещё, сообщите мне лично.

– Благодарю.

Напряжение постепенно отступало. Я поймала себя на том, что снова дышу свободнее.

Лафиат подошёл ближе и вновь предложил мне локоть.

– Похоже, мы задержались. Нас уже давно ждут, – произнёс он со смешинкой в голосе. – Пойдёмте?

Я улыбнулась и вложила руку в его.

– Тогда нам действительно стоит поспешить.

Дальше мы шли уже быстрее. Интерьер вскоре начал меняться. Появились колонны, портреты, вазы с необычными цветами. Я лишь скользнула по ним взглядом, решив, что позже ещё успею всё рассмотреть. После нескольких поворотов мы остановились у двери – более массивной и нарядной, чем моя.

Моя…

Я поймала себя на этой мысли и невольно замерла. Как быстро я начала считать что-то здесь своим. Это было приятно – осознание того, что у меня появился свой уголок. И в то же время опасно. Они ведь могут передумать. Могут выгнать.

И что тогда?

Я сжала пальцы, стараясь отогнать тревогу. В груди что-то беспокойно всколыхнулось. Как же хотелось, чтобы всё сложилось хорошо.

Лафиат повернулся ко мне, отпуская мою руку.

– Готова? – спросил он и, кажется, даже подмигнул.

– К чему?

Я моргнула, не сразу улавливая смысл вопроса. Мысли всё ещё цеплялись за предыдущие страхи.

– Знакомиться, – улыбаясь, ответил он. – И познавать наш… и теперь уже и ваш мир.

– Нет, – с волнением в голосе пролепетала я. – Но ведь нужно сделать первый шаг навстречу новому, да?

Улыбка на лице эльфа стала шире, но он ничего не ответил. Просто развернулся, открыл дверь и вошёл внутрь.

Я постояла на месте ещё с пару секунд. Сделала вдох. И шагнула следом за ним.

Я ожидала многого, но увиденное превзошло всё, что было в этом доме до сих пор.

Большое светлое помещение со стеклянным витражным потолком сразу приковало мой взгляд. Такой библиотеки я точно ещё нигде не встречала.

Стеллажи во всю стену, до самого потолка, были плотно заставлены книгами, словно едва удерживали их вес. Разноцветные корешки манили к себе, обещая знания, скрытые внутри. Я сделала несколько шагов вперёд и невольно замедлилась, будто боялась спугнуть это ощущение.

С детства я могла проводить в библиотеках часы, читая всё, до чего дотягивались руки и разум. И сейчас поймала себя на том, что мысленно уже потираю ладони, предвкушая объём информации, который ждёт впереди.

Перед стеллажами стояли странные тележки или поддоны на колёсах. Я перевела взгляд выше и нахмурилась. Лестницы не было. Оценив высоту полок, я задумалась, как же эльфы добираются до верхних рядов. Крыльев я ни у себя, ни у них не наблюдала. Подъёмных конструкций – тоже.

Вопрос повис в воздухе. Как?

По полкам, вплетаясь между книг, поднимался необычный вьюн с красными, розовыми и голубыми бутонами незнакомого мне растения. Я подошла ближе и заметила, что его стебли пронизаны вкраплениями разноцветных камней. Я задержала взгляд, представляя, как они загораются, когда исчезает естественный свет. Любопытство тихо зашевелилось внутри. Изучив декор, я посмотрела вперёд.

– Невероятно.

Витражист воплотил в реальность настоящее произведение искусства на окне, плавно переходящем в потолочное остекление. Цветы, деревья, животные, птицы и даже эльфы словно жили в этой композиции. Казалось, на стекле скрыта целая история, связанная в единый сюжет. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь цветное стекло, оживляли её, наполняя пространство мягким, почти сказочным светом.

В груди разлилось тихое, искреннее восхищение не только этим местом, но и тем, кто сумел создать подобную красоту.

Опустив глаза, я заметила посреди библиотеки длинный прямоугольный стол из белого дерева и такие же стулья. Если присмотреться, почти всё в этом помещении было выполнено из того же материала – за исключением пола. Он оставался таким же, как в коридоре.

За столом восседала небольшая группка эльфов. На первый взгляд разного возраста, и чем-то неуловимо похожих друг на друга. Среди них я сразу приметила беловолосую малышку, ту самую, что вчера позвала отца.

Отца… Точно.

Она тогда ушла за ним, а вернулся Лафиат. В тот момент я не придала этому значения, а теперь всё сходилось. Получается, я ещё тогда могла догадаться, что он женат. Вот я недалёкая. Ещё и млела, когда он сушил мне волосы.

Кстати… А не она ли та самая младшенькая, о которой он говорил в коридоре? По возрасту подходит, да и младше неё здесь, кажется, никого нет. Хотя сидящая рядом рыжеволосая девчушка выглядела ненамного старше. Впрочем, она больше походила на красноволосого мужчину, чем на Лафиата.

Эльф с ярким цветом волос смотрел на меня пристально. Его лицо казалось грубее по чертам, чем у Лафиата, а телосложение даже в сидячем положении – массивнее. Воин? Его изумрудные глаза притягивали взгляд, и от этого мне стало неловко. Я поспешно отвела глаза и посмотрела на эльфийку, сидящую напротив.

Юная особо показалась мне знакомой. Я покопалась в памяти и вспомнила, именно она стояла рядом со мной после моего перемещения в этот мир. Сейчас она выглядела всё такой же молодой, но чуть старше, чем тогда. На меня смотрели сапфировые глаза, и почему-то в них читался испуг.

Она… меня боится? Когда я успела её напугать?

Эльфийка сидела полубоком, повернув голову в нашу сторону. Серебристые волосы струились из замысловатой причёски до середины бедра. Всё это подсказывало, что она вполне может быть средней или старшей дочерью Лафиата. Аккуратный нос, узкие губы и ярко выраженные, но более мягкие, женственные скулы лишь укрепляли это ощущение. Я снова посмотрела на эльфа и окончательно убедилась в их сходстве. Она была его копией.

Похоже, я слишком долго стояла и рассматривала всех по очереди, потому что выражение лица Лафиата стало таким же, как тогда, в коридоре, когда он позволил мне вдоволь налюбоваться интерьером. Мне стало неловко. Неприлично так задерживать людей.

Точнее… эльфов.

И, видимо заметив моё смятение, мужчина нарушил образовавшуюся тишину, повернувшись к сидящим за столом.

– Дорогие мои, хочу представить вам нового члена семьи, – он мельком взглянул на меня и снова обратился к эльфам. – С сегодняшнего дня её будут называть Арил.

За столом все словно встрепенулись и заулыбались, даже та самая эльфийка, что раньше смотрела на меня с испугом.

– Светлого вам дня, госпожа Арил, – почти хором произнесли они.

Я тут же стушевалась от такого обращения. Стало как-то неуютно. Госпожа… Разве у меня здесь вообще есть какой-то статус?

– Пусть свет Всевышнего озарит и вас, – робко ответила я.

Выражения их лиц стоило видеть. Такая умилительная гамма эмоций искренне меня удивила. Эльфы выглядели так, словно я им принесла благую весть. Интересно, это мои знания этикета произвели на них такой эффект? К щекам прилил жар от смущения.

Лафиат посмотрел на меня уже с серьёзным выражением лица. Как же быстро у него меняются эмоции…

– Арил, вам нужно будет привыкнуть к новому обращению, – сказал он мягко. – Возможно, в вашем мире вы уже сталкивались с чем-то подобным, – он улыбнулся. – У нас в официальных кругах принято обращаться друг к другу госпожа и господин, если собеседник имеет равный или более высокий статус.

Он сделал короткую паузу и продолжил.

– К повелителю и его супруге перед именем говорят Владыка и Владычица. Если же статус неизвестен, допустимо обращаться по должности – например, архимаг или магистр. Но, – он чуть заметно усмехнулся, – лучше всё-таки узнавать это заранее.

Мне стало немного грустно. С моим везением я точно буду путаться.

– Впрочем, – добавил он, – всему этому вас обучим. А в кругу семьи можно обойтись без формальности.

Я слушала внимательно, стараясь уложить услышанное в голове и очень надеясь, что грядущее обучение даст мне куда больше понимания их мира. Пока всё, что говорил Лафиат, звучало вроде несложно, но внутренне я чувствовала – это лишь крошечная капля в огромном море.

– Так как мы решили утаить ваше происхождение, по официальной версии вы станете сестрой моей жены, – продолжил он. – А значит, Арил, вы будете считаться привилегированной особой. О ваших новых правах и обязанностях мы поговорим на занятиях.

Я нахмурилась. Интересно они, конечно, придумали. А если кто-то решит проверить эту информацию? И что тогда?

Мысль была слишком явной и, кажется, отразилась у меня на лице, потому что эльф заговорил вновь, мягче.

– Вам не стоит опасаться проверок. У моей жены в действительности не было сестры, но в прошлом нам уже приходилось создавать новую личность. Все необходимые документы сохранились в семейном архиве.

– Какие именно? – уточнила я, всё ещё не понимая, как это вообще возможно.

– Отпечаток ауры, имя, происхождение, дату рождения и родовое древо.

Я почувствовала, как брови сами собой поползли вверх. Это же… буквально всё. Паспорта только не хватает, но что-то подсказывает, его у них нет.

– Мы организуем небольшой поджог архива и обратимся в информационное ведомство, – спокойно продолжил он, будто говорил о смене мебели. – Причина будет бытовой, разбирательств не последует, и мы сможем заменить данные.

Ага, именно одной конкретной эльфийки. Его уверенность, конечно, подкупала. Но внутренний голос упрямо шептал, что всё не может быть так просто.

– У них нет копий? – спросила я самое важное.

– Нет, – ответил Лафиат без промедления. – Такие сведения эльфы хранят в семейных хранилищах. Это редкость, но закон это допускает. К тому же так мы защищаемся от вмешательства других рас.

Я медленно кивнула, переваривая услышанное.

– В ведомстве хранится лишь информация о количестве членов семьи, – добавил он вовремя. – Ни имён, ни возраста. Запрос на новые документы будут оформлен уже на вас.

Вот с этого стоило начинать. Тревога не исчезла полностью, но ощутима ослабла.

– А родители?.. – всё же спросила я. – Или её родные?

– Наши родители ушли к праотцам вслед за ней, – ответил красноволосый эльф. – Они знали о том, что сделала сестра, помогли ей. В древе всегда было указано две дочери.

– Соболезную, – тихо сказала я.

– Они ушли спокойно, – добавил он. – Без боли.

Я помолчала, а затем задала последний, самый упрямый вопрос.

– А имена и даты рождения в древе?

– Вносится при рождении и после смерти, – пояснил он. – Созданная личность должна была быть примерно вашего возраста. Сестра использовала её под внешней личиной. Вы похожи – внешне и по ауре. Потому сомнений не возникнет.

Вот теперь всё окончательно встало на места. Вроде… Документы можно создать заново. Архив – только семейный. Возраст совпадает. Внешность тоже. Звучит, конечно, слишком идеально. И это вдруг именно перед моим призывом… Подозрительно… Но, если всё действительно так… у меня есть шанс занять это место, не вызывая подозрений.

Мне стало легче.

Я благодарно кивнула и перевела взгляд на Лафиата. Он наблюдал за мной с лёгкой улыбкой.

– Не беспокойтесь, – сказал он. – После призыва на вашей ауре уже появился наш семейный отпечаток. Это дополнительная защита.

Он подошёл ближе.

– Поверь нам, – тихо произнёс он. – Ты теперь часть нашей семьи. И мы несём за тебя ответственность.

Переход на «ты» застал меня врасплох. И этот тон… слишком уверенный, слишком тёплый. Как тут не поверить?

– Пойдёмте к столу? – бережно беря меня под руку, спросил мужчина, снова вернувшись к прежней манере обращения.

У него что, раздвоение личности?

Я кивнула и последовала за ним. Он галантно отодвинул мне стул и предложил присесть. Но, к моему великому сожалению, именно в этот момент мои двигательные способности дали сбой. С грацией бегемота я буквально плюхнулась на стул, умудрившись при это удариться коленом о ножку стола, а рукой о его край.

Со стороны послышались смешки, а меня снова обдало жаром смущения. Да-да, я такая. Увы, но ни выдающимся этикетом, ни плавными кошачьими движениями похвастаться не могу. Даже в теле эльфийки.

Эльфы тем временем погрузились в своего рода совещание. Они говорили быстро, перебивая друг друга, периодически делая пометки на бумаге. К тому моменту, когда мой желудок пропел особенно выразительно голодную песнь, у них уже был готов вполне сносный план со всеми вытекающими. И даже черновик запроса в ведомство.

Я пыталась подглядывать, но вскоре у меня затекла шея, и я сдалась. От меня всё равно было немного толку.

Зато вот звуки, донёсшиеся из моих недр, напугали всех за столом. По всей видимости, они благополучно забыли о моём присутствие.

– Вы голодны? – спросила юная копия Лафиата.

Кстати, она действительно оказалась его дочерью. Средней. У него есть ещё одна, но она живёт не с ними. В начале совещания девушка тихо представилась, и так я узнала её имя, возраст и положение в семье. Мы оказались ровесницами, а звали её Таэль, что на их языке означало «Великая лиса». Я хотела было спросить, почему именно так, но нас перебили, и сереброволосая эльфийка тут же включилась в обсуждение.

Она общалась со мной спокойно и доброжелательно, поэтому её недавний испуг в глазах всё ещё не давал покоя. Я слишком любопытная – обязательно нужно будет выяснить, что тогда произошло.

На меня по-прежнему смотрели с вопросом в глазах.

Ой… Я ведь так и не ответила.

– Да, – сказала я, и в этот же момент живот снова заурчал, но куда громче.

– Может, я отведу вас на кухню? – предложила Таэль и повернулась к Лафиату. – Отец, мы можем идти?

– Пойдём все вместе, – ответил мужчина, отодвигая от себя кипу бумаг. – С основными вопросами мы разобрались, остальное я закончу после обеда, – К тому же нужно будет начать обучение Арил.

О-о-о… Наконец-то.

– Хорошо, отец, – кивнула Таэль.

Она принялась собирать исписанные листы и складывать их в аккуратную стопку. Эльфы ещё какое-то время тихо переговаривались, а я тем временем снова рассматривала библиотеку и всё больше в неё влюблялась. Здесь было удивительно красиво и уютно. Очень хотелось верить, что у меня будет неограниченный доступ ко всем знаниям, которые она хранит.

Мы просидели так ещё немного, а затем, получив знак от Лафиата, почти синхронно начали вставать. И тут ко мне подбежала беловолосая малышка и, не раздумывая, взяла меня за руку.

– Я Амаланна, – хлопая ресничками, пролепетала она. – Я теперь могу называть вас тётя Арил?

Я посмотрела на Лафиата. Не успела даже задать вопрос, как он кивнул, давая своё молчаливое согласие.

– Да, – сразу ответила ей.

Эльфийка просияла. В её глазах вспыхнуло столько искреннего счастья, что у меня внутри что-то тепло откликнулось. Душа радуется, когда видишь такие эмоции у ребёнка.

– Пойдём, пойдём скорее, кушать очень хочется! – радостно пролепетала малышка и потянула меня к двери.

И мы пошли.

Все вместе.

Глава 8

В обеденный зал мы пришли довольно быстро. Он оказался через один пролёт в обратном направлении.

Помещение было просторным и залитым светом, но в этой открытости не чувствовалось ни торжественности, ни уюта. Ни резьбы, ни витражей, ни следов того величия, которое я ожидала после библиотеки. Простое панорамное окно, ровные стены, одинаковая облицовка – всё до странности напоминало коридоры, будто зал был лишь их продолжением, а не самостоятельным пространством. Лишь мебель казалась продолжением библиотеки: те же строгие линии, та же сдержанная симметрия, только мест больше, словно здесь предполагалось присутствие эльфов, между которыми не требовалось близости.

Амаланна, всё ещё державшая меня за руку, провела нас к столу по левую сторону от входа, и мы сели рядом. Девочка попыталась пододвинуть стул ближе ко мне, но Лафиат остановил её укоризненным взглядом и отрицательно покачал головой. Она тут же нахмурилась, однако спорить с отцом не решалась. Сев на своё место, она украдкой переводила грустный взгляд то на меня, то на Лафиата.

К нашему приходу стол уже был сервирован на шесть персон. Я посмотрела на него и почувствовала, как настроение стремительно уходит вниз, к неприятной и слишком знакомой отметке. Белая скатерть была уставлена множеством столовых приборов, большая часть из которых вызывала у меня растерянность. По моим приблизительным подсчётам, передо мной лежало шесть вилок, пять ложек и четыре ножа, различавшихся формой и размером, не считая тех, что были разложены у блюд. О бокалах и тарелках я предпочитала вовсе не думать. Единственным утешением было то, что бокалы напоминали винные – в них я, по крайней мере, хоть немного разбиралась. Подобную сервировку я прежде видела лишь в фильмах и на изображениях, но никогда не сталкивалась с ней лично.

Яств было много. Стол ломился от обилия блюд, и от них поднимался густой, почти осязаемый аромат, от которого сводило желудок. Это ощущение оказалось сильнее смущения, и я, не дожидаясь приглашения, осторожно приступила к еде, заметив, что остальные уже начали трапезу.

Названия блюд так и не решилась спросить, поэтому просто позволила себе наслаждаться удивительно знакомым, почти родным вкусом – словно эта кухня, при всей своей изысканной подаче, мало чем отличалась от той, к которой я привыкла.

С этикетом, как ни странно, серьёзных проблем дальше не возникло. Почти. Я старалась в точности повторять действия Таэль, сидевшей на противоположной стороне стола. Эльфийка быстро это заметила и, как можно незаметнее для остальных, показывала мне, для чего предназначен тот или иной прибор, как накладывать блюда и наполнять бокалы.

Слуг поблизости не было, и с блюдами мы разбирались самостоятельно. В какой-то момент Амаланна тихо объяснила мне про тележку у входа – туда относили использованную посуду и брали чистую.

Эльфы за столом почти не разговаривали, и лишь пение птиц доносилось с улицы. Я время от времени украдкой поглядывала на присутствующих и старалась двигаться осторожно, не издавая лишнего шума.

– Арил, вы готовы идти? – закончив с едой, обратился ко мне Лафиат.

– Куда?

– В библиотеку. Заниматься.

Я кивнула. На какое-то время я и правда успела об этом забыть.

Попрощавшись со всеми, мы дружно ретировались. Впрочем, ушли мы не вдвоём, а втроём. Эльф не смог устоять перед жалобными и умоляющими глазёнками своей младшенькой дочери. Её взгляд даже меня пронял, поэтому я тоже поучаствовала в уговаривании мужчины. Так что в библиотеку мы с ней вошли, держась за руки. Счастливые и довольные собой.

Она сразу расположила меня к себе, и я была искренне рада, что она пошла с нами.

Мы расположились за столом, пока Лафиат отправился искать необходимые для обучения книги и рукописи. Амаланна тем временем открыла лежавший на столе золотистый футляр и достала из него две стеклянные палочки, одну из которых протянула мне.

– Что это? – хоть я и видела, как ими пишут, всё же решила спросить, отметив про себя, что при таком темпе открытий меня скоро начнут считать глупой.

– Стилос. Письменная принадлежность, – ответила девочка и, пододвинув к себе чистый лист, аккуратно вывела своё имя. – Вот так им пользуются.

Она повторила движение ещё раз, нарочно медленно, чтобы я смогла всё рассмотреть.

С технической точки зрения всё оказалось куда проще, чем выглядело на первый взгляд. Стилос представлял собой вытянутую стеклянную палочку, прозрачную, с тонким переливом цвета, словно внутри стекла медленно текла застывшая энергия. Ближе к верхней части корпуса, у самого навершия, в изящной металлической оправе были закреплены камни – гладкие, огранённые, вписанные в узор так гармонично, что казались не вставленными, а выросшими из самого стилоса. Они мягко поблёскивали, откликаясь на прикосновение, и истончали едва заметный внутренний свет.

При нажатии на корпус камни реагировали тихим импульсом, и из тонкого наконечника появлялись чернила.

– А как их заправляют? – спросила я, задумчиво покрутив стилос в пальцах.

– Сейчас покажу, – Амаланна тут же достала из того же футляра ещё два стилоса, но пустых. Сняв заглушку, она наполнила один из них красными чернилами. – Вот так. Теперь вы.

Я повторила её действия со вторым. Всё оказалось на удивление просто. Единственное, что вызвало опасение – тонкий тюбик, который легко было пролить. Однако у меня получилось с первого раза и без происшествий.

– А как часто нужно менять чернила? И на сколько их хватает?

– Камни обладают свойством приумножать их объём, – ответил уже подошедший Лафиат. Он сел рядом с нами. – Однако сами камни тоже требуют подпитки энергией. Если сегодня вы будете записывать всё, что я расскажу, чернил должно хватить до конца занятий. В следующий раз, скорее всего, потребуется заправка.

– У вас всё работает на камнях? – вопрос прозвучал сам собой.

– Не всё, но значительная часть быта опирается на них, – мужчина на мгновение задумался. – Хотя, вернее сказать. Всё держится на магии. Камни – лишь удобный проводник. При должной обработке они способны направлять потоки энергии точно в цель и сохранять свои свойства в течение долгого времени.

Да, я помню мы что-то такое уже обсуждали.

– А если просто направлять магию на предмет? Как например с креслом тогда.

– Можно и так, – кивнул он. – Но это менее эффективно. Не все способны управлять несколькими потоками одновременно. К тому же, в процессе вам всё равно придётся выполнять и другие действия.

Я ненадолго задумалась.

– А этому вообще можно научиться? – затем уточнила, – Использовать сразу несколько потоков?

– Да, – спокойно ответил Лафиат. – Со временем. Мы обязательно будем практиковаться.

Лафиат поставил на стол огромную стопку книг. Где хоть он её держал всё это время, я её не заметила, когда он подошёл. Никакой ноши при нём не было. От количества книг у меня даже глаза поползли на лоб. Это, надеюсь, мне не за сегодня надо прочитать? Я жалобно посмотрела на эльфа. Ну скажи, что нет.

Лафиат рассмеялся.

– Арил, вы такими глазами на меня смотрите, что мне вас жаль становится. Не бойтесь, – он сделал паузу, явно наслаждаясь моментом. – Это вам на декаду. В лучшем случае – на несколько дней.

– Правда? – жалобно спросила я.

– Правда, – еле сдерживая смех, ответил он.

Я с облегчением выдохнула. А сбоку тут же рассмеялась и Амаланна.

– Тётя Арил, в этих книгах правда очень много интересного, – она взяла меня за руку. – Я тоже по ним занимаюсь. И я буду вам помогать. Если вдруг отец что-то объяснит непонятно, я смогу рассказать иначе. Женщина женщину лучше понимает, чем мужчина.

С этих слов я не выдержала и прыснула со смеху. А эльф чуть ли не под столом хохотал во весь голос.

– Но это ведь правда! – возмущённо воскликнула Амаланна, заметив нашу реакцию.

– Это тебе сестра сказала? – спросил Лафиат сквозь смех.

– Нет! – уверенно заявила она. – Я сама так решила!

Ещё какое-то время мы смеялись. А Амаланна, насупившись, смотрела на нас и возмущённо вздыхала.

– Хорошо, – уже более-менее успокоившись, начал эльф. – Пора начинать обучение.

И развернул передо мной первый учебник, на несколько мгновений задержав на странице взгляд, словно решая, с чего именно начать.

– Прежде, чем углубляться в магию, вам нужно понимать, где именно вы сейчас находитесь, – сказал он. – И кому принадлежит эта земля.

Оказалось, что мы сейчас находимся в одном из королевств, входящих в состав Империи Роан. У королевства есть собственный правящий дом, традиции и внутренние законы, но при этом оно подчиняется имперским установлениям. Особенно – тем, что касается магии, образования и вопросов безопасности.

Империя Роан – «Объединённое сердце семи», объединяет несколько королевств и территорий, связанных между собой не только договорами, но и общей магической системой. Именно поэтому правила обучения, запреты и структура академий здесь едины – независимо от расы и места рождения.

– Во главе королевства стоят Владыка и Владычица, – продолжил Лафиат. – Равноправные правители. Их власть основана не только на происхождении, но и на магическом признании рода.

Он коротко пояснил, что Владыка Толлиан – «Истинный владыка», отвечает за внешнюю политику, безопасность королевства и взаимодействие с Империей Роан. А Владычица Шаллиан – «Солнечная владычица», ведает магическими школами, традициями, родовыми линиями и внутренним порядком.

– Их союз не просто политический, – добавил он. – Он ритуально закреплён. Смена правителей возможна лишь в исключительных случаях и сопровождается сложными магическими процедурами.

Так же я узнала, что столицей королевства является Саэлтар – «Город гармонии под защитой», место, где сходятся магические линии и принимаются исключительные решения. Но он значительно меньше, чем столица Империи Роан – Ронэр.

***

Через пару часов кропотливой учёбы эльф сжалился и разрешил отдохнуть. К этому моменту голова у меня была квадратная – требовалось хотя бы немного переварить полученную информацию.

Что же я теперь знаю?

Первым, что я захотела понять, было то, как именно я понимаю их язык. Эльф всё ещё изучает этот вопрос, но у него уже есть теория. Магия призыва. Скорее всего, давая мне внутренние и внешние характеристики, схожие с призывающим, она наделила меня и знанием языка. К сожалению, с подобным он ещё не сталкивался, поэтому требуется больше времени.

Я могу спокойно читать, писать, говорить и всё прекрасно понимаю. Я смотрю на предложение, вижу незнакомые на первый взгляд буквы, соединяющиеся в слова, но словно давно знаю их значение и произношение. Наверное, это можно сравнить с изучением любого иностранного языка – пока мы не выучим алфавит, правила чтения и грамматики, мы видим лишь набор символов. А потом вдруг начинаем видеть смысл.

Лафиат ещё дополнил, что магия способна сохранять накопленные знания своего носителя и, по всей видимости, язык относится к их числу. В пример он привёл одного из эльфов из их истории. Не самый позитивный, но вполне логичный.

Когда-то очень давно одному архимагу захотелось изучить ауру, но не свою, а других эльфов. Он начал проводить опыты, которые в то время по ряду причин ещё не считались противозаконными. В ходе исследований он выяснил, что у живых существ можно изымать магический потенциал – и это касается не только эльфов, но всех рас.

Так он опустошил несколько эльфов и, обманным путём, одного демона. Все они погибли. За это архимага вскоре казнили. Однако его дневники сохранились, и именно благодаря им стало известно, как именно он проводил эксперименты и каких результатов добивался.

Информации там оказалось много. Слишком много.

После извлечения чужой магии его собственный резерв значительно расширился, а уровень владения природными стихиями превзошёл всё, чего он достигал прежде. Но самым поразительным оказалось другое. Архимаг приобрёл способность демона к смени ипостаси и его магию. Более того, за крайне короткое время он овладел древним языком демонов, который на тот момент уже не использовался среди самих демонов.

Власти Империи пытались скрыть эту историю, но сведения всё же просочились наружу. Нашлись те, кто решил повторить его путь. Лишь после этого был принят закон, полностью запрещающий подобные опыты.

Теперь становилось понятно, почему мне необходимо скрывать своё происхождение. Меня могли принять за одну из таких последователей, и даже не став разбираться, казнили бы. И не поверили бы, что я всего лишь иномирянка. Я никого не лишала магии. Меня призвали, буквально изменили и встроили свой язык.

Следом за этой информацией всплыло и другое. Лафиат сначала начал рассказывать о законах, правилах и особенностях этого мира, но довольно быстро сдался, решив, что моим вопросам есть место, а ответы всё равно придётся дать.

Так я узнала, что эльфы – одна из рас этого мира, наделённая магическим потенциалом ещё до рождения. Буквально с момента зачатия. Почти сразу вокруг будущего ребёнка формируется защитный барьер. Потому его окружает не только пузырь с околоплодными водами, но и магические нити, защищающие его от внешних посягательств. Именно по их появлению женщина и понимает, что понесла. Как заверил меня Лафиат, подобное свойственно лишь немногим расам.

Эльфам доступна природная и стихийная магия, а в меньшей степени – целительство. Но всему этому необходимо учиться. Засохший цветок нельзя оживить без знаний. Вода, воздух, земля и огонь не подчинятся, если не понимать тонкости их потоков. И великие, и бытовые заклинания требуют обучения. Именно поэтому магию они начинают осваивать с детства.

Система воспитания и образования во многом напоминала нашу. Сначала родители по возможности дают детям базовые знания и навыки, затем отправляют их в академии. Домашнее обучение допускается, но для полноценного развития личности и представителя расы требуется огромный объём знаний. География, история, точные и магические науки, этикет, правовые основы, устройство жизни мира – всё это родители без помощи дать не в состоянии.

Требуется колоссальное терпение. Особенно с активными и неусидчивыми детьми. А для стабильной магии душевное равновесие необходимо в полной мере. Потому мастеров – так здесь называют учителей, отбирают строжайшим образом. Более того, от них обязательно требуется и лекарское образование.

И тогда у Лафиата возникла странная идея. Он хотел, чтобы я поступила осенью в Магистериум, высшее учебное заведение Империи Роан. Причём не когда я буду действительно знать всю необходимую информацию, которую изучают обычно годами до двадцать пяти лет, а через полгода. И это он ещё расстроился, что на летний набор не успеет меня подготовить.

С одной стороны, логика была, ведь туда поступают именно с моего возраста, и было бы много вопросов, почему его родственница сидит без дела. Но с другой стороны. Я ведь не обычная эльфийка. Я призванная душа. Мне предстояло за считанные месяцы выучить очень большой пласт информации и поехать туда, где по факту я буду как на ладони. И при этом не быть разоблачённой. Берёт ли он это в расчёт?

Я решила довериться и на этот раз.

Мы продолжили заниматься, но вскоре в моей голове возник новый вопрос.

– Лафиат, можно вопрос? – невзначай спросила я.

– Да, конечно, – он оторвался от книги и поднял на меня взгляд.

– А смогу ли я вообще поступить в Магистериум? – мысль сорвалась сама собой. – Вдруг меня туда даже не примут, и мы зря тратим время на это ускоренное обучение?

– Да, – без колебаний ответил он. – Для этого мы получим письменную рекомендацию от трёх архимагов, а вам предстоит успешно пройти вступительные испытания.

– Испытания?

Внутри всё неприятно сжалось. Хватит ли у меня времени подготовиться? Я ему верила, но в себя – куда меньше.

– Да, – он мягко улыбнулся. – Не переживайте. Они не такие сложные. Я всему вас обучу.

– А что именно они из себя представляют? – не унималась я.

– Проверят уровень магического резерва, умение контролировать природную стихию и физическую подготовку. Ничего сложного, – добавил он. – В мои годы всё было куда сложнее.

– А сколько вам лет? – вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

Лафиат едва заметно изменился в лице. Я не сразу поняла – это неприличный вопрос или просто нежелательный?

– Четыреста пятьдесят восемь, – спокойно ответил он.

– О-о-о…

Я поперхнулась и закашлялась. Лафиат тут же оказался рядом, коснулся моей шеи, и моё дыхание почти сразу выровнялось.

Магия?

– У вас столько не живут?

– Нет…

– А вы куда впечатлительнее, чем я думал, – произнёс он мягко, почти у самого уха. – И оттого ещё более обаятельны. Может, отвару?

– Нет, благодарю, – почти шёпотом ответила я.

– Хорошо, – он слегка провёл рукой по моим волосам. – Продолжим обучение?

Я кивнула, и Лафиат вернулся на своё место.

Невероятно, это же несколько сотен лет… Обаятельна? Он меня по голове погладил? О-о-о… Чему я больше удивлена?

Лафиат ещё какое-то время пытался мне что-то объяснять, но сосредоточиться я уже не могла. Постоянно отвлекаясь то на его голос, то на собственные мысли, а иногда просто ловила себя на том, что бесцеремонно разглядываю его. Ему приходилось повторять сказанное снова и снова.

В конце концов, терпение у него, по всей видимости, закончилось.

– Давайте сделаем перерыв, – неожиданно предложил он и, не дожидаясь ответа, вышел из библиотеки.

Глава 9

Ещё какое-то время я сидела, не отрывая взгляда от двери, закрывшейся за Лафиатом. Словно ожидала, что он сразу вернётся. Но дверь оставалась неподвижной.

В библиотеке стало непривычно тихо. Тишина будто сгустилась, осела между полками и столом. Даже пение птиц словно отдалилось, растворилось где-то за стеклом.

Я медленно выдохнула и заставила себя опустить взгляд на стол. Раскрытая книга ждала – терпеливо и равнодушно. Я попыталась вспомнить, на чём он остановился, но строки расплывались, словно не желая складываться в смысл. Мне стало очень стыдно, за то, что я так неловко сорвала урок, за то, что эльф так старательно пытался меня учить, а я так несдержанно себя вела.

Я мотнула головой, стараясь смахнуть навязчивые мысли.

Стилос лежал рядом. Чернила на тонком кончике уже подсохли. Я машинально провела пальцами по гладкому корпусу, чтобы занять руки и вернуть себе контроль.

Рядом тихо перелистывала страницы Амаланна. Она делала это нарочно аккуратно, почти беззвучно, словно боялась потревожить библиотеку, или меня.

– Он вернётся? – слова сорвались сами собой, прежде чем я успела понять, что произнесла их вслух.

– Конечно, – девочка подняла голову и посмотрела на дверь так, будто могла услышать за ней шаги. – Наверное, за отваром пошёл. Мы долго сидим. И пить очень хочется.

И только сейчас я поняла, что действительно хочу пить. Во рту пересохло, горло саднило от бесконечных вопросов и ответов, от попыток удержать в голове чужие имена, правила, числа. С обеда мы не выпили ни глотка. А сейчас вдруг отчётливо захотелось того утреннего отвара – бодрящего, тёплого, с запахом и вкусом свежесваренного кофе.

– У вас много ингредиентов для отваров? – спросила я, скорее чтобы отвлечься.

– Да. Каждый год запасаемся весной и летом, – охотно отозвалась Амаланна. – У нас много разных сборов, но иногда все же приходится за некоторыми ездить в город.

Малышка взяла со стола увесистую книгу и раскрыла передо мной.

– Здесь можно узнать о растениях, которые мы используем в быту или лекарском деле. Мне очень нравится эта книга, хотела бы в будущем больше изучать растительный мир, – добавила она, и глаза у неё при этом искрились живым интересом.

На малышку было приятно смотреть. Такая юная, но в то же время удивительно сосредоточенная и умная. И как же хорошо, когда у кого-то есть то, чем по-настоящему горит.

Книга оказалась неожиданно тяжёлой. Бумага плотная, чуть шероховатая на ощупь, а страницы украшены аккуратными рисунками растений. Я пробежалась взглядом по первым названиям и неожиданно выцепила несколько знакомых. Туфелька эльфов – у нас её еще называют аквилегия. Ниже – астильба, барвинок, гелениум… растения, которые часто видела у знакомых на даче. А когда зацепилась за монарду, даже замерла. Свойства, способы применения, даже предостережения совпадают.

Удивительно. Очень удивительно.

Я перевернула страницу, потом ещё одну, и чем дальше смотрела, тем сильнее внутри нарастало странное ощущение. Будто этот мир не был таким уж чужим. Будто кто-то когда-то уже проводил между нашими мирами тонкую, почти незаметную нить.

А вдруг я не первая? А если до меня уже были призванные? И что с ними стало? Как бы это выяснить?

Я не успела развить эту мысль, потому что тихие шаги отвлекли меня от книги. В библиотеку вошла Таэль, осторожно удерживая поднос. На нём стояли два стеклянных стакана с зеленоватой жидкостью, от которой поднимался тонкий, травяной пар.

Но почему она принесла?

– Вот вам отвар бодрящий, – девушка поставила ношу на стол и села рядом со мной. – Отец попросил скрасить ваше ожидание, чтобы не скучали.

– Он… из-за нас не пришёл? – тихо спросила Амаланна, не поднимая взгляд от книги – Устал?

– Нет, что ты, – Таэль улыбнулась и тут же покачала головой. – Он хотел принести угощения и напитки, но появились неотложные дела. Он вернётся.

Амаланна выдохнула и заметно расслабилась. Видимо наши мысли о его уходе всё же сошлись, хоть она и не показывала своего беспокойства.

Я сделала несколько глотков. Отвар оказался густым, с лёгкой горчинкой и знакомым послевкусием матчи. Напряжение немного отступило, и я решила узнать интересующую меня информацию, пока есть время.

– Амаланна, а сколько тебе лет?

– Скоро будет десять, – с гордостью ответила она. – Я уже готовлюсь поступать в начальную академию.

Значит я угадала её возраст. Ну хоть у кого-то.

– А тебе не будет там скучно? Мне показалось, что ты уже довольно много знаешь, – малышка просияла ярче солнышка. Мои слова видимо на неё подействовали как настоящая похвала.

– Нет. Я смогу завести друзей. У меня здесь нет подруг, мы живём далеко от города, а с Катриа мы не так близки. А мне очень хочется с кем-нибудь дружить.

– Катриа? А кто это? – не помню, чтобы слышала это имя ранее.

– Она дочь маминого дяди Канеса, брата мамы. Они были на семейном сборе.

А-а-а… точно. Вспомнила. Мне ведь тогда так и не удалось узнать их имена.

– К тому же она меня старше, – Амаланна опустила взгляд на свои пальчики. – Для меня этот год будет первым в академии, а для неё последним. И они с отцом переезжают в город ближе к академии.

– Почему? – мягко поглаживая кроху по плечу, заглянула ей в глаза. Глазки у неё уже начали краснеть.

– Последний год самый сложный, очень много испытаний на использование стихии, и физическая подготовка увеличится, а промежуток небольшой. Поэтому они решили жить там. – она всхлипнула. – И вы уедите… а я останусь совсем одна.

Я не нашла в себе подходящих слов. Просто пододвинулась ближе и осторожно обняла её. Она продержалось всего пару минут и разрыдалась, прижимаясь ко мне.

За окном закат медленно окрашивал небо в тёплые оттенки. Когда слёзы иссякли, Амаланна уснула у меня на руках, тихо и ровно дыша. Таэль предлагала её отнести в комнату, но я покачала головой, будить не хотелось.

Мы так и остались сидеть, в тишине библиотеки, среди книг и теней, пока день незаметно уступал место вечеру, думая каждая о своём.

Думала я о многом. Меня удивляло собственное спокойствие. Я находилась в чужом мире, без семьи, без друзей, без привычной жизни, и при этом не чувствовала ни страха, ни паники. Даже тревога, которая, казалось бы, должна сжимать грудь, где-то затерялась.

Сколько я здесь? Дней пять? Из которых только второй день в сознании. Слишком мало, чтобы привыкнуть. И всё же внутри было ощущение странной… правильности. Будто я не оказалась здесь случайно. Будто этот мир знал меня раньше. Разве нормальный, адекватный человек может себя так чувствовать в такой-то ситуации? Ха-ха… Человек… Я же теперь и не человек вовсе. Да и ситуация не рядовая.

Двадцать пять лет жила, считая другие миры выдумкой – страницами книг, кадрами фильмов. А теперь сижу в библиотеке эльфов, держу на руках спящую эльфийку и ловлю себя на мысли, а вдруг всё это сон? Бредовый, слишком детальный, слишком настоящий. А может, это кома? На той полянке что-то пошло не так, и сейчас моё сознание просто цепляется за иллюзию? Но иллюзии не бывают настолько реальными. И меня накрыло словно дежавю. Словно я уже размышляла об этом раньше.

Малышка резко вздрогнула и открыла глаза.

– Тётя Арил… – её голос дрожал. – В вас… слишком сильно разбушевалась энергия. Нужно успокоиться, иначе вызовите свою стихию в неположенном месте.

– Какая ещё энергия? – я обратилась к своим внутренним ощущениям, но ничего необычного не почувствовала.

– Сейчас она стала тише… – Амаланна сглотнула. – Но только что был сильный всплеск. О чём вы думали? – в её глазах был неподдельный страх.

– Я тоже это почувствовала, – добавила Таэль, внимательно всматриваясь в меня, словно я была чем-то незнакомым и опасным.

– Да ни о чём особенном, – растерянно ответила я. – Просто… мысли. Почему я ничего не чувствую?

– Думаю вы слишком глубоко ушли в себя, – уже более спокойно произнесла Таэль. – А возможно, дело в том, что это ваша собственная энергия. Она не причиняет вред хозяину, – она сделала паузу. – Но вот для других она может быть агрессивной.

Таэль снова осмотрела меня, но уже иначе – сосредоточенно, напряжённо.

– Всё очень плохо. Каналы перегружены. Поток слишком плотный. Нужно срочно звать отца.

Она вскочила с места и бегом покинула библиотеку.

Амаланна сжалась, словно стараясь стать меньше, и отодвинулась от меня. Этот жест ударил больнее слов. Её страх начал передаваться мне. Липкий, холодный.

– Почему… почему это плохо? – спросила я, стараясь говорить ровно.

Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.

– Вы можете… убить всех!

Слова повисли между нами, тяжёлые, как камень, брошенный в воду без всплеска. Я не сразу поняла их смысл. Будто разум отказался принимать услышанное.

– Что?.. – выдохнула я, но голос прозвучал глухо, словно не мой.

Эльфийка не ответила. Она лишь сильнее вжалась в спинку стула, обхватив себя руками, будто пытаясь удержать что-то внутри, или защититься от меня.

Я посмотрела на свои ладони. Обычные. Тёплые. Ничего не дрожало, не искрилось, не вырывалось наружу. Я не чувствовала ни жара, ни боли, ни холода. Ничего, что могло намекнуть на угрозу.

Минуты тянулись медленно. Ожидание давило на грудь, не позволяя вдохнуть глубоко. Мысли роились, путались, делая происходящее ещё более невыносимым. По телу забегали тревожные импульсы, вызывающие желание съежиться так же, как и малышка.

Но стоило мне пошевелиться, как она дёргалась и отодвигалась от меня ещё дальше, будто я могла причинить ей вред одним лишь движением. Поэтому я замерла, не меняя позы, боясь лишний раз вздохнуть.

Почему она не ушла с сестрой? Если я действительно так опасна, как она сказала, разве не логичнее было бы бежать как можно дальше?

Внутри всё сильнее сталкивались тревога и злость. Одна сжимала, другая требовала выхода. Негативные эмоции нарастали, накатывали волнами, требуя разрядки. И с каждой последующей минутой сдерживать себя становилось всё сложнее. Так и хочется кричать, бунтовать и разрушать.

Да что же это такое? Когда вернётся Лафиат?

Стоило мне о нём подумать, как эльф появился в дверном проёме вместе с незнакомой мне эльфийкой. Он быстро подошёл ко мне, неся в руках здоровенный булыжник ярко-красного цвета, и сев рядом со мной, коротко приказал малышке идти к сестре, а женщину попросил выставить барьер снаружи.

Амаланна тут же выбежала вслед за ней. Чего тогда вообще сидела? Почему меня раздражает её реакция? Кто эта женщина?

Хотя нет. Сильнее всего меня раздражает Лафиат, его внешнее спокойное состояние. Будто происходящее для него не катастрофа, а очередная задача.

– Кто это был? – резко спросила эльфа.

– Позже объясню. Положи руки вот сюда, – довольно спокойно попросил эльф, поставив напротив меня свою ношу и указав на небольшие выступы.

– О каком барьере вы говорили?

– Всё потом.

– Но всё же…

– Арил, прошу тебя, выполни мою просьбу, – тем же тоном, но уже чуть напористее произнёс он.

Я подняла глаза. Его лицо было сосредоточенным и собранным. Ни тени паники, ни сомнения.

– Не на меня смотри. На камень, Арил.

Я подчинилась. С внутренним сопротивлением, но сделала, как он сказал.

– И не отпускай, – сразу добавил он, когда мои ладони коснулись поверхности.

Камень был неровный, словно вырванный из самой земли. Внутри пульсировал свет – глухой, тягучий, красный, как раскалённый уголь под слоем пепла. Он не слепил, но притягивал взгляд, заставляя следить за каждым едва заметным всполохом.

Незнакомая эльфийка за дверью начала читать заклинание. Я не видела её, но голос был слышен даже здесь, ровный, мерный, лишенный эмоций. Пространство вокруг стало заметно плотнее. Воздух тяжелее, гуще, словно стены сомкнулись ближе. Давление усилилось, и вместе с ним пришло странное чувство, словно внутри меня что-то шевельнулось.

Лежащий передо мной камень начал излучать тёплую энергию, которая медленно переливалась в меня. И я это не просто чувствовала – я видела. Сияние окутывало ладони, проникало под кожу, подсвечивая свой путь изнутри, словно раскрывая невидимую прежде карту.

Это было… необычно. И пугающе прекрасно. Неужели я действительно вижу это наяву?

По телу прокатилась волна спокойствия, и весь прежний негатив словно рассыпался. На душе стало неожиданно легко.

Так вот в чём дело? Неужели всё это было из-за магии? И она во мне действительно есть?

– Как ощущения? – послышалось где-то сбоку приглушённо.

Но я не смогла отвести взгляд от уже полупрозрачного камня, он так и манил к себе, удерживая внимание сильнее любых слов.

– Арил, медленно отведи руки от него! – требовательно произнёс всё тот же голос, но мой мозг предпочитал отодвигать его на второй план всё дальше и дальше, пока вокруг не образовалась тишина.

Свет внутри булыжника вспыхнул ярче. На краткое мгновение мне показалось, что пространство между нами истончилось. Потоки энергии усилились. Она больше не текла, а пульсировала, откликаясь на что-то внутри меня будто узнавая. Камень нагрелся, почти обжигал, и в этот момент я впервые ощутила сопротивление. Не снаружи, а в себе. Внутри поднялась волна, резкая, не контролируемая. Мысли, чувство, импульс – всё смешались. Мне захотелось отдёрнуть руки, но что-то словно удерживало меня.

Внутри его закружился вихрь, меняя цвет. Зелёный, синий, янтарный и под конец чёрный. И с каждым изменением его температура стремительно падала, пока под кожей не разлился холод. А затем в меня хлынула волна мороза, обжигающая, ледяная.

Перед глазами заплясали тёмные мушки. Картина мира начала распадаться, теряя очертания, тускнея, пока я окончательно не провалилась во тьму.

Ну, замечательно. Ни звука, ни света. Словно меня втянуло в чёрную дыру. Хотя откуда мне знать, какого это на самом деле?

Что вообще происходит?

Не знаю, сколько это длилось, но вскоре во тьме появились силуэты. Они развернулись лицом ко мне, и я почувствовала их взгляд, тяжёлый и внимательный, будто он скользил по коже, хотя лиц я полностью не видела. Капюшоны скрывали всё выше губ

Кто они?

Я несколько раз закрыла и открыла глаза, надеясь, что видения рассеяться, но силуэты не исчезли, напротив, стали ещё четче, словно тьма вокруг них уступала место.

Передо мной стояли двое. Совершенно одинаковые. Определить их расу я не могла. Но это точно были не эльфы – не мои эльфы. Их полностью скрывали темно-синие длинные плащи с капюшоном. Впрочем, я и так знала слишком мало об обитателях этого мира, чтобы быть уверенной. Но кое-что всё же бросалось в глаза.

Чёрные, как крыло ворона, волосы спадали до самой земли. Неестественно белая, почти мёртвая кожа резко контрастировала с алыми губами, подчёркивая их пугающую неподвижность.

Я попыталась ещё что-нибудь рассмотреть, но тщетно. Одежда открывала лишь малу часть лица и немного пальцы. Длинные, тонкие, с чёрными ногтями.

Один из низ резко поднял руку и призывающим жестом поманил меня.

Ага, конечно. Не дождётесь. Пусть машет сколько хочет. Зовёт он, видите ли. С чего бы мне идти к ним?

Некто снова повторил свой жест. Медленно. Настойчиво. Но я стояла на месте. Мало ли кто они. Хоть и не чувствовала от них угрозы, но подчиняться не хотелось. В тихом омуте черти водятся, вдруг эти одни из них?

Существа словно переглянулись и двинулись на меня. И как-то слишком стремительно.

– Мамочка… – выдохнула я. – Спаси…

Пространство между нами сократилось, как если бы сама тьма решила, что расстояние больше не нужно. В груди что-то сжалось, резко, болезненно. Инстинкт самосохранения кричал бежать, отступать, но телу некуда было двигаться. Словно в том кошмаре, где ни закричать, ни пошевелиться.

Пространство снова сдвинулось, и я оказалась между ними. Холод пробежал вдоль позвоночника. Один из них протянул ко мне руку, словно собираясь коснуться.

«Ты слышишь?», – прозвучало не словами.

Мысль возникла сразу внутри моей головы. Я хотела ответить. Хоть что-нибудь. Но не могла пошевелить губами. Решение пришло сама собой.

«Слышу» – ответила мысленно, в надежде, что так они меня поймут.

И не прогадала.

«Ты не должна была пройти так далеко», – снова беззвучно.

«Я сама не знаю, что происходит»

«Ступай за нами», – и моей руки коснулась ледяная кисть.

«Нет», – во мне что-то дёрнулось. Где-то глубоко под страхом поднялось возмущение, и я отдернула руку.

«Она сопротивляется», – сказал один голос.

«Она осознаёт», – ответил другой.

Хотела бы я спросить, что именно осознаю, но в тот же миг тьма закружилась. Холод сменился жаром. Тьма светом. Где-то далеко я услышала крик.

Своё имя.

Глава 10

Мгновение и передо мной снова была библиотека.

Стол. Полки. Свет, ровный и спокойный, словно ничего не происходило. Магические камни мягко освещали пространство библиотеки, не оставляя теням ни единого шанса спрятаться. Всё выглядело так же, как и прежде.

Я медленно моргнула и коснулась груди.

Под пальцами колотилось сердце. Внутри всё ещё сохранялось чувство холода, будто оно осело где-то под рёбрами, хотя кожа пылала жаром, словно раскалённый металл. Я помнила всё слишком отчетливо, поэтому отсутствие изменений в библиотеки слегка пугали.

Рядом всё также сидел Лафиат.

Он выглядел слишком счастливым и довольным, будто всё прошло именно так, как и должно было. Но что-то в этом мне показалось подозрительным и раздражающим. Неужели его не напугало то, что произошло со мной? Неужели это только меня повергло в ужас? Или только я пережила этот кошмар?

Его поведение страшно злило.

Я огляделась. За окном уже стояла плотная ночь. Ни луны, ни даже звёздочек на иссиня-чёрном небе. Хотя сейчас я и не могла вспомнить, видела ли вообще здесь ранее звезды. Память будто ускользала, отчего-то не хотела подстраиваться.

Мой взгляд вернулся к столу, и я дернулась от страха.

Камень… На его месте остались лишь осколки, рассыпанные по всему столу, словно кто-то уронил хрусталь.

Я медленно вдохнула и выдохнула, не сводя взгляда с осколков.

– Здесь… что-то произошло? – спросила я наконец, глядя на слишком довольного эльфа.

– Это последствие разбушевавшихся потоков энергии у необученного мага стихий, – обыденно ответил он. – Артефакт отработал свой срок.

Вот так. Ни удивления, ни тревоги, ни намёка на катастрофу.

– Необученного мага?.. – я запнулась, затем медленно продолжила, – Вы сейчас говорите обо мне?

– Да, Арил. О тебе.

– То есть вот это, – я обвела взглядом рассыпавшиеся осколки, – Сделала я?

– Верно, – подтвердил он без колебаний.

Я сглотнула.

– Он… взорвался?

– Нет. Скорее, рассыпался, – уточнил Лафиат. – Ожидаемый исход.

Эльф оценивающе посмотрел сначала на стол, затем на меня и в его глазах мелькнули искорки откровенного азарта.

– Нам теперь предстоит многое наверстать. Вернее тебе. Тренировок будет значительно больше, чем я планировал. Программу придётся усложнить… – он сделал короткую паузу и добавил с удовлетворением. – Но она станет куда интереснее.

– Мы теперь на «ты»? – уточнила я. Не то чтобы возражала, но просто этот переход казался слишком внезапным.

– Почему бы и нет, – усмехнувшись ответил мужчина.

Эльф поднялся с места, подошёл к книжным полкам и достал из одной из ниш урну, по форме чем-то напоминающую нашу, с ножным механизмом. Вернувшись, он подставил её к краю стола и принялся что-то творить. Проведя круговыми движениями кисти над осколками, он создал нечто невероятное.

– Вот это да! – вырвалось у меня.

Над столом закрутился небольшой ураган, с невообразимой скоростью втягивая в себя всё, что лежало на поверхности. Осколки артефакта словно стирались, рассыпаясь в мельчайший порошок.

Я смотрела на это с открытым ртом, и удивлению моему не было предела. Тоже так хочу уметь!

– Невероятно… – выдохнула я, когда эльф закончил и одним движением смёл результат в урну, отставив её в сторону.

Неужели это действительно происходит со мной? Не сон? Не фантазия? Хочу знать больше, и всё увидеть. Что ещё скрывают этот эльф и этот мир?

– Ваша стихия – воздух? – задала я первый пришедший в голову вопрос.

– Да, но не только, – он серьёзно на меня посмотрел и нахмурил брови. – Арил, я думал, мы на «ты» перешли, или всё же друг друга не поняли?

– Извини, к этому сразу не привыкнуть. Мы же только недавно познакомились, – виновато ответила ему, и сразу решила перевести тему. – А у тебя есть ещё другие? Какие? А показать можешь? Это все так могут?

Эльф прыснул от смеха. Столько вопросов за раз он, очевидно, не ожидал. Но что поделать, сейчас я словно маленький ребёнок, который только начинает познавать новый мир.

– Мне подвластны все четыре стихии и, в определенной мере, целительство. Кроме того, я владею обширным набором заклинаний и ритуалов, которые законно имею право применять на практике, – гордо ответил мужчина.

– Значит… Во мне тоже есть? – восторженно спросила, мелком взглянув на урну. – А что?

– Да, есть. Но есть нюансы, – смеясь, ответил эльф, и сев обратно на место. – Мы же ранее обсуждали, что магия призыва наделила тебя навыками и опытом призывающего. Или забыла?

Я кивнула.

– А я точно… не похитила способности призывающего?

– Нет, не волнуйся. – сразу ответил он. – У Таэль её стихии на месте, ничего не изменилось даже в ауре. – заверил меня эльф.

– Так это она была призывающей? – таких подробностей мне ещё не рассказывали, ну или мимо ушей пропустила.

– Да.

Интересно, а случаем не из-за этого она так испуганно на меня смотрела при первой встрече в библиотеке? Надо будет с ней об этом поговорить, чтобы не было недопонимания.

Я снова подняла взгляд на Лафиата.

– Так что за нюансы?

Мужчина ответил не сразу. Он задумчиво провёл пальцами по кромке стола, где ещё недавно лежали осколки, будто проверяя, всё ли он убрал.

– Моя дочь владеет только двумя стихиями и целительством, – начал он наконец. – А в тебе все четыре и что-то ещё, но не могу сказать, что именно. Даже не уверен, что сталкивался с такой магией, – мужчина призадумался на мгновение. – Хотя нет, есть догадки. Но об этом позже подумаю, – он внимательно на меня посмотрел. – Ты помнишь, что ты видела после прикосновения к артефакту?

– Цвет менялся несколько раз, – я попыталась восстановить пережитые ощущения. – Красный сменился на бесцветный, зелёный, синий, янтарный… и под конец чёрный. Ещё было холодно и темно. Зрение и слух пропали, – меня передёрнуло. – Я словно… потеряла тело. Не могла его контролировать.

– Ты вошла в трансовое состояние, – спокойно сказал он. – Артефакт зафиксировал резонанс и попытался стабилизировать потоки. Для тебя это выглядело иначе.

– Иначе?

– Да. – он сделал паузу. – Ты видела то, что находится за пределами фиксации. Я – только то, что происходило здесь.

– И что ты видел?

– Несколько направлений стихий сразу, – он откинулся на спинку стула и сцепил пальцы, – Яростно пытавшихся выплеснуться наружу через артефакт, который не был рассчитан на такой поток.

– Я испортила ценную вещь? – жалобно спросила его, только сейчас осознавая, какой ущерб принесла.

Меня словно холодной водой окатило. И слёзы покатились сами собой. Ну что я за недоразумение такое? Только появилась, а уже ущерб приношу окружающим. Вещи ценные ломаю. Небось ещё и дорогущий артефакт.

– Отчего же вы, юные эльфийки, такие чувствительные? – мягко усмехнулся он. – Сразу в слёзы. Не беспокойся, он был одноразовый. – эльф аккуратно стёр с моих щёк слезинки. – Не плачь. В этом есть и положительные стороны. К тому же всплеск энергии был не таким значительным, чтобы навредить окружающим. Ты умница, справилась сама, даже вмешиваться не пришлось.

– Правда одноразовый? – переспросила я.

– Правда, – мягко ответил он. – Таэль таких столько разрушила, что и столетия не хватит пересчитать.

– Хорошо… – выдохнула с облегчением.

– Ты сказала, камень был бесцветный? – сменил тему Лафиат. – Я и не заметил.

– Да. Мне ещё так хорошо стало, словно все тревоги испарились.

– Значит, ещё и целительство будем изучать. Это хорошо. Ему легче обучаться. – эльф коснулся подбородка и задумался. – Но вот последний цвет меня всё же беспокоит.

– Почему? – меня, честно говоря, тоже, особенно учитывая, какие после появились ощущения, и те существа. Но пока не буду о них говорить. Не знаю почему, но мне кажется, что надо поступить именно так.

– Таэль может пользоваться стихиями огня и земли. От нас с матерью ей могли передаться и другие, однако к своим годам она не успела ещё освоить их. Но…

– Что, но? – я нетерпеливо подалась вперёд.

– Возможно, и от меня передалось.

– Как это? – я смотрела на эльфа, и совсем начинала путаться в информации, которую он мне рассказывает. – Так кого именно я… скопировала?

– Это могут быть и её задатки, и мои и её матери. Сложно проверить такое. Но могу сказать точно только одно, я не знаю, откуда в тебе последняя магия. – эльф ненадолго задумался. – Конечно, возможно, я плохо знал жену. В последние месяцы перед рождением Амоланны она сильно отдалилась от меня. И в это время могла что-то развивать в Таэль. Однако…

И снова пауза.

– Однако что? – я нетерпеливо ёрзала на стуле. Почему нельзя просто сразу нормально объяснить?

– Я видел, как менялись структура твоей ауры, – ответил Лафиат. – Как появлялись отклики, которых здесь быть не должно.

– Не должно?..

– Это не совсем эльфийская магия, – он слегка склонил голову.

– Ты собираешься мне сказать, что во мне есть что-то… не отсюда? – в висках начало пульсировать.

– Я собираюсь сказать, что твоя магия, возможно, принадлежит не одной расе.

Я могла только смотреть на эльфа и хлопать ресницами.

– А Таэль что думает об этом?

– Я ещё с ней не разговаривал, никого сюда не пускал. – ответил он. – К тому же сейчас уже поздно. Скорее всего, все спят.

– Если ты предполагаешь, что также могло перейти от тебя, – я на миг призадумалась, пытаясь сформулировать вопрос точнее. – Как ты причастен к этому? Не только Таэль была призывающей?

– Для неё это было обучение. Она ещё не умеет самостоятельно проводить такой ритуал, – в его голосе мелькнуло сожаление. – Я не должен был её этому обучать, просто не имел права. Это программа Магистериума. Но мне хотелось дать ей как можно больше знаний. Поэтому… – эльф нахмурился и совсем как-то приуныл. – У неё большой резерв, Арил. Очень насыщенный. Подумать не мог, что подобное может произойти. Хотя, возможно, вообще никто не смог бы предположить, что её энергетические потоки способны дотянуться до другого мира. Да и ни у кого другого в нашем мире. Как я говорил ранее, с таким я ещё не сталкивался, а я живу довольно долго, чтобы что-то пропустить.

– Но закон же есть, – напомнила я, вспомнив просьбу хранить всё в тайне.

– Верно, есть. И тогда я также рассказал, что бывают призывы представителей других рас, из других королевств. И это как раз и запрещает закон.

– Верно, что-то такое помню. – кажется в моей голове уже кисель из непереваренной информации.

– Мы вызывали домового, обычного помощника по хозяйству. Они в материи нашего мира. Я рассчитал всё до мелочей, как мне тогда казалось, – мужчина смотрел на стол и говорил уже каким-то слишком бесцветным голосом. – А в итоге мы вызвали тебя и нарушили закон… Я ведь мог и дочь потерять, если так подумать.

– Почему? – опешила я от неожиданности.

– Когда ты начала формироваться в пентаграмме, у Таэль произошёл сбой потоков. Ей было тяжело удерживать заклинание. На миг мне даже показалось, что призыв сорвётся, – эльф задумался. – Такое бывает, когда на другой стороне есть маг, и сам призываемый наделён способностями. Но к твоей ситуации, как мы выяснили, этот вариант не относится, ведь в твоём мире нет магии.

– И правда.

Но как же тогда так вышло? Сопротивление было, а магии у нас нет. Может, я свой мир плохо знаю, и что-то всё же было? Может, наши экстрасенсы и гадалки не все шарлатаны, как нас с детства уверяли, и кто-то действительно что-то видит и чувствует? Да ну нет. Бред какой-то.

– Нельзя также исключать, что это просто было следствием сбоев потоков, – продолжил свои мысль Лафиат. – Возможно, мне просто показалось это сопротивление извне.

Он как-то сочувствующе на меня посмотрел.

– Что?

– Нужно будет посмотреть твою ауру внимательнее и всю просканировать.

– Значит, я всё же буду подопытной? Не у королевства, так у вас, – вырвалось у меня, хотя должно было прозвучать лишь в моей голове.

– Извини, – эльф положил свою ладонь поверх моей. – Я сделаю всё аккуратно.

– Так как ты вмешался? – я поспешно перевела тему, чувствуя, как горлу подступает комок.

– Ах да. Когда я осознал, что всё выходит из-под контроля, я перехватил потоки и соединил несколько со своими. И ты полностью материализовалась здесь.

Ни йоты определенности. С каждым ответом вопросов становилось всё больше, а ясности всё меньше, либо ответы не совсем всё могут объяснить. Но радует, что несмотря на всё это, мир всё же становиться хоть чуточку понятнее. За эти два сознательных дня столько узнала, что теперь хочется всё спокойно переварить. Можно мне в отпуск? Ну, пожалуйста.

– О чём задумалась? – тихо спросил эльф, вытягивая меня из размышлений.

– Пытаюсь переварить информацию.

– Хорошо, – эльф откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

А мне перехотелось думать дальше, мне нужны ответы.

– А кто была та женщина?

– Завтра познакомлю.

– Она ваша знакомая?

– Мы снова на «вы»?

– Извини… Она твоя знакомая? – не унималась я.

– Ты голодная?

Вот как он так ловко темы меняет? Хитрый жук.

Я строго посмотрела на него, но он лишь ухмыльнулся.

– Сейчас тебе нужно поесть и поспать. Твой организм пережил больше, чем кажется.

Я хотела возразить, но в этот момент мой живот предательски заурчал, с головой сдавая свою хозяйку.

– Хорошо, – уступила я. – Но завтра ты мне всё расскажешь.

Он улыбнулся и подскочил с места.

– Я проведу тебя в комнату, и принесу ужин, – он бросил на меня какой-то странный взгляд, но промолчал.

– Что-то не так?

– Нет.

Врёт.

– Говори.

– Как насчёт ужина на лоджии? Если позволишь, я бы присоединился. Но только если возражать не будешь.

А в глазах столько надежды. Осталось ещё ручки за спину закинуть, и ножкой по полу поводить. Чем-то ребёнка напоминает, когда тот что-то выпрашивает.

– Конечно, в компании еда намного вкуснее.

– Благодарю! – с улыбкой сказал эльф и слегка склонил голову.

До комнаты мы шли молча. От мужчины так и веяло позитивной энергией, а с лица не сходила улыбка до самой двери. Совсем как ребёнок.

Впрочем, зря он так радуется. К ужину у меня будет заготовлено много вопросов, и я непременно хочу хотя бы на половину получить ответ.

Убедившись, что я зашла в комнату, Лафиат упорхнул на кухню. А я, не откладывая, направилась в ванную. Хотелось смыть с себя тяжесть пережитых эмоций, привести в порядок мысли, чтобы ужин прошёл в более спокойно обстановке. Моя напряжённость до добра не доведёт, а вода всегда помогала мне снять стресс.

Сколько времени я простояла под горячим душем не знаю, но меня настойчиво решили вызволить из этого блаженства. Сначала послышался скрежет по двери, и я даже решила, что мне мерещиться. Плеск воды заглушал почти всё, но вскоре я вспомнила, что здесь так, похоже, и просятся в комнаты.

Резко подскочив в ванне, задела баночки с шампунем и прочими жидкостями. Наспех обтёрлась и только начала натягивать приготовленную кем-то платье-сорочку, как царапанье сменилось уверенными ударами. От неожиданности я запуталась в шёлке, поскользнулась на мокром полу и с размаху плюхнулась на пятую точку, умудрившись ещё и удариться спиной о край ванны.

– Да что за неуклюжее недоразумение… – прошипела я от боли.

Дверь в ванную резко распахнулась, и в проёме во всей красе возник взволнованный Лафиат.

– Ик…

– Что случилось? – он почти подлетел ко мне. – Сильно ударилась? Дай посмотрю.

Он осторожно повернул меня из стороны в сторону, приподнял и неожиданно усадил к себе на колени. Спины коснулась тёплая ладонь, и по коже побежали прохладные импульсы. Меня же от смущения будто окатило кипятком. Хорошо хоть платье более-менее спустилось по телу, прикрывая всё необходимое, иначе бы я точно провалилась сквозь землю.

– Почему так долго не отвечала? – тихо спросил эльф.

– Из-за воды… плохо было слышно, – голос предательски дрогнул.

Взгляд Лафиата скользнул по мне и стал каким-то… иным. Внимательным. Задерживающимся.

– Тебе помочь высушить волосы? – спросил он уже с лёгкой хрипотцой.

– Если не сложно… – ответила я, чувствуя, как становится ещё жарче. Казалось, воздух в ванной стал плотнее, будто в парной.

Я заметила, как эльфа заметно расширились зрачки, как участилось дыхание. Ощущала каждый подъём его груди, тёплое дыхание всего в нескольких сантиметрах от лица. В животе вспорхнули бабочки от этой неожиданной близости, и, с трудом втянув воздух, я попыталась встать. Он тут же помог, поддержав.