Читать онлайн Друзья Юрского периода бесплатно

Друзья Юрского периода

Глава 1. Истина первая

Было темно. Темно и тихо. А ещё, тепло. Вот так лежать бы и лежать… Но какое-то внутреннее беспокойство толкало, заставляя ворочаться и пихать что-то твёрдое и неподатливое. Раздался треск и зверёныш сделал первый в своей жизни вдох.

Малыш подслеповато сощурился на яркий свет, бивший прямо в глаза из неровных щелей его тесного домика и затаился, часто-часто моргая и привыкая к яркому свету.

Следом одно за другим, стали включаться и другие органы чувств. Он слышал разные звуки. Некоторые из них, вызывали подсознательное чувство тревоги. И лишь один, трубный и протяжный, как бы звал, утешая и обещая защиту.

Малыш активно задвигался, пытаясь вырваться из тесной скорлупки яйца. Вокруг слышалось шуршание и тоненький писк, скорее похожий на поскрипывание. Зверёныш инстинктивно проскрипел в ответ, что-то похожее на гортанное "ром". И тут только смог разглядеть существ одного с ним роста.

Они так же, как и он, занимались не лёгким делом, пытаясь выбраться в большой, манящий и зелёный  мир запахов и звуков. Почувствовав, что его движения больше ни чего не сковывает, детёныш Брахиозавра сделал первый в своей жизни шажок. Но тут, же упал, уткнувшись носом во что-то шершавое и тёплое.

Когда Ром (назовём его так), снова открыл глазки, то, наконец, сумел рассмотреть то, что его окружает. Вокруг, насколько хватало глаз, бушевали зелёные заросли, которые словно соперничали друг с другом в своём размере и величине листьев.

Сам Брахиозаврик, находился в огромном гнезде, заботливо выложенным из веток деревьев. Он посмотрел в щели между ними. Вокруг гнезда, было большое пространство земли, с сильно утоптанной растительностью.

Дальше, у границы ровного пространства и стены из высоких растений, стояли могучие животные с очень длинной шеей, увенчанной маленькой, похожей на змеиную, головой. У Брахиозавров было огромное продолговатое тело, оканчивающиееся длинным и мощным хвостом. Всю эту махину удерживали, похожие на толстые пни, четыре ноги.

Гиганты зорко всматривались в зелёную лесную завесу, и шумно втягивая, носами воздух, издавали низкие, утробные звуки. Их коричневого цвета, кожа была испещрена глубокими складками и походила на кору гигантских деревьев.

Но малыш мгновенно потерял к ним всякий интерес, почувствовав запах, вызвавший в его животе сердитое бурчание. Обернувшись, он увидел исполина, который откусывал молодые и нежные ветки деревьев и бросал их в кучу, где уже копошились, чавкая и довольно урча, его братья и сёстры.

Тут, динозавриха-мать, наклонила к земле голову на длинной, стройной шее, и, обнюхав малыша, подтолкнула его к остальным. Кроха, не долго думая, принялся за приятную процедуру, пережевывания нежной и сочной зелени. Сначала он ел всё подряд, но чуть позже, стал придирчиво выбирать самые нежные листочки и ел их медленно, прикрыв от удовольствия глаза.

Тут, мама-Брахтозавр снова наклонилась, и стала мягко, но требовательно отталкивать насытившихся малышей от оставшейся листвы. А те, чувствуя заботу со стороны мамы-динозаврихи, хоть и не совсем охотно, но подчинились. Наш-же кроха, за судьбой которого мы следим, прихватил с собой небольшую веточку (про запас) и улёгся на неё. Сейчас же рядом с ним, стали пристраиваться и другие малыши, прижимаясь, друг к другу тёплыми боками. Пригревало солнце, дул тёплый ветерок и разморенные едой Брахиозаврики быстро уснули.

***

Незаметно пролетели три недели. Малыши окрепли и уже шумно барахтались в пыли, доставляя мамаше много беспокойства, так как так и норовили оказаться под ногами у своих взрослых сородичей.

За долгий срок пребывания на одном месте, столь огромное стадо объело всю растительность, находящуюся на ближайшей территории и уже явственно ощущался недостаток корма. Хотя, малышей мамы и старались накормить получше, отдавая им самые лучшие нежные веточки, но и они уже тоже ощущали, что еды стало меньше и более сильные отбирали корм у более слабых.

Однажды наш малыш проснулся от странных, жалобных звуков. С трудом разлепив глазки, он стал оглядываться в поисках их источника. И, наконец, увидел лежащего неподалёку динозаврика. Рядом с ним стояла мать и облизывала умирающего малыша. Ром выбрался из уютного "гнёздышка" и подошёл к братику. Это был самый крупный его братец. Он, бывало, отнимал нежные веточки у остальных малышей, и, часто не слушал маму, когда та трубным рёвом отгоняла их от еды. Когда все малыши уже отдыхали после сытного обеда в гнезде, этот, продолжал есть. Сейчас же он лежал на боку с закрытыми глазами, и живот его был странно раздут. Малыш совсем не двигался, лишь слабо постанывал.

Тут трубный рёв заставил оторваться от грустного зрелища и оглядеться по сторонам. Кругом задвигались, просыпаясь, мамы-динозаврихи и их потомство. Оторвались от скудной еды могучие самцы и зашагали к самому большому из них, отзываясь на его зов.

Его толстая кожа была особенно тёмной, изборождённой глубокими складками с каким-то странным зелёным налётом, что казалось, будто она поросла мхом. Старый самец-вожак ещё раз издал призывный клич и, зашагал по направлению виднеющихся вдали гор. За ним потянулись все остальные.

Ром снова посмотрел на братика, но тот уже не стонал…

Мать издала протяжный вопль и быстрыми шагами направилась догонять стадо, за ней спешно перебирая толстыми ножками, засеменил её выводок. Ром ещё раз оглянулся на погибшего братика и припустил их догонять.

Так он познал первую истину о том, что лучше остаться полуголодным, чем потом лежать мёртвым, среди кучки листьев, которые больше не суждено попробовать.

Глава 2. Битва Титанов

Стадо делало небольшие переходы, часто останавливаясь, чтобы дать возможность ещё слабым ящерятам отдохнуть. Малыши в основном спали, так как сил на еду практически не оставалось. Вскоре, из большой семейки Рома, не выдержав тяжёлого перехода, погибло ещё два малыша. Остальные ещё держались, но были очень слабы.

После ночного отдыха, вожак трубил сигнал к продолжению похода. Детёныши, опекаемые своими заботливыми мамашами, бежали в середине стада. Самцы же шли с внешней стороны замкнутого контура, бдительно оберегая самок с детёнышами от нападения хищных ящеров.

Стояла тёплая влажная погода, часто моросил дождь. Ночью он, он шёл, не переставая, стекая ручьями по толстой шкуре взрослых животных, и, по видимости не причиняя им ни каких неудобств. Малыши же пытались согреться, плотнее прижимаясь к боку матери и друг к другу.

По утрам, когда стадо снова двигалось в путь, пропитанная водой, зыбкая почва, существенно затрудняла движение малышей. Но, выглядывало солнце, и жаркие испарения поднимались вверх, принося с собой запахи сырой земли и гниющих растений.

Еды было мало. Низкорослые кустарники и тонкие деревца, встречающиеся на пути стада, мгновенно съедались. Зачастую, они выкорчёвывались вместе с корнем и съедались без остатка. Но большому стаду огромных исполинов, высотой с четырёхэтажное здание, эти жалкие крохи только разжигали аппетит. Отчего динозавры становились агрессивными и часто бросались друг на друга, в борьбе за очередной жалкий кустик или молодое деревце. Зачастую, в пылу ссоры, вожделенный предмет спора втаптывался в грязь, не доставаясь ни одному из противников. Малыши довольствовались низкорослой травой, благо это позволял им их, ещё не большой рост.

Дни проходили довольно однообразно, – сон-еда-движение. Те ящерята, что выдержали первые, самые трудные недели перехода, подросли, окрепли и уже не так задерживали передвижение стада.

В один из дней, всё шло как обычно. Как вдруг, взрослые самцы насторожились, и, стали нервно втягивать носами воздух, при этом окружая молодняк с самками, плотным, непроницаемым кольцом из своих тел. Самки беззвучно, с помощью мускулистых хвостов, согнали детёнышей в общую тесную кучку, и шли тихо, стараясь производить как можно меньше шума.

Беспокойство взрослых, передалось малышам и они, озираясь по сторонам, плотнее жались друг к другу.

Вдруг, со стороны небольшого холма, раздался дикий, леденящий кровь звук. В нём было столько злобы, что Рому хотелось стать маленьким-маленьким и забиться в какую ни будь щель. Тут, до обоняния нашего малыша, донёсся запах чужака, – запах смерти. Крик повторился. Это был сложный перелив звуков, от высокого, вонзающегося в уши острым шипом, до низкого утробного рыка, от которого дрожал сам воздух. Этот рык-стон, повторялся всё чаще и чаще и становился громче по мере приближения хищника к стаду. Он как бы гипнотизировал жертву, парализуя её волю, не давая сдвинуться с места. Земля содрогалась под ногами, от тяжёлой поступи неизвестного хищника. Но в том, что он огромен и опасен, сомневаться не приходилось.

Самец – вожак, вышел вперёд, и, двинулся навстречу противнику. Он остановился не далеко от холма и для устойчивости шире расставил ноги. Он ждал.

И тут, в полной тишине, на холм величественно вступил один из самых крупных и сильных хищников, когда-либо обитавших на Земле, – Тираннозавр.

Тираннозавр держался вертикально, передвигаясь на задних мускулистых ногах, передние же, были на удивление малы и казались бесполезными. Толстую массивную шею, венчала продолговатая большая голова с мощной челюстью. Хищник остановился, и, ещё раз издал свой жуткий рык. Он поднял морду вверх и шумно втянул ноздрями воздух, принюхиваясь к противнику. Словно примериваясь к вожаку, Тираннозавр качнулся вперёд, и, сорвавшись с места, пружинящими шагами, ринулся навстречу травоядному гиганту. Шаг его становился быстрее, огромная пасть широко открылась, обнажив крупные пилообразные зубы.

Вблизи, Тираннозавр едва доставал Брахиозавру до плеча, что впрочем, не делало этого хищника менее опасным. Брахиозавр же не имел острых зубов, как у противника, но имел огромную массу тела.

Вожак поднялся на задние лапы, и, подняв более длинные передние, опустил их на приблизившегося к нему Тираннозавра, стараясь задавить его всем своим весом. Хищник в последний момент вывернулся, и, отскочив в сторону, с диким рёвом снова ринулся на травоядного исполина, норовя быстро покончить с ним, прокусив основание шеи.

Но, Брахиозавр, с ловкостью, неожиданной для такого тяжеловеса, увернулся, и, со страшной силой обрушил свой хвост на спину противника. Хищный ящер, не ожидая так скоро нападения, упал, но тут, же вскочил на ноги и снова бросился в атаку, при этом остерегаясь хвоста противника. На этот раз, Тираннозавру удалось вонзить свои зубы в шею исполина, и ящер буквально повис на вожаке.

Тот издал крик боли и закрутился на месте, пытаясь достать хищника своим мощным хвостом. Но Тираннозавр, только сильнее сжал челюсти и принялся когтистыми задними лапами раздирать грудь соперника.

Великан завертелся от боли, издавая странные булькающие звуки, но хищник словно прирос к своей жертве, продолжая терзать ему шею и грудь.

И тогда, вожак сделал то, что в данных обстоятельствах было единственным выходом. Он подогнул передние лапы и всей своей исполинской тушей упал на Тираннозавра, подмяв его под себя, страшные челюсти разжались, и битва была окончена.

Схватка оказалась короткой и страшной. Два гиганта лежали, распростёршись в огромной луже крови и, она не переставала прибывать, а била тугой алой струёй из разорванной артерии на шее Брахиозавра. Грудь его была разодрана длинными и острыми когтями хищника, и ленты кожи, вперемешку с клочьями мяса, свисали с неё.

И, хотя вожак был ещё жив, жизнь, капля по капле уходила из его некогда могучего тела. Хриплое дыхание становилось всё тише и тише, и наконец, совсем прекратилось. Глаза медленно закрылись. Могучий вожак, в последний раз спас своё стадо. В этот раз, ценой своей жизни.

Стадо, а особенно несмышлёныши-малыши, были поражены этим жутким зрелищем. Малютка наш стоял скованный ужасом, его маленькие ножки бессовестно дрожали. Хотя, всё уже было позади, шок от увиденного ещё не прошел. И тут Ром уловил запах, тот самый запах «смерти», который возвестил о приходе Тираннозавра, – запах крови.

Над местом сражения, начали кружить странные и страшные существа с длинными, усаженными острыми зубами клювами. Их непомерно огромные кожистые крылья, со свистом рассекали воздух. Птицеящеры издавали клёкот, производящий жуткое впечатление среди повисшей кругом тишины.

Со стороны холма, послышался многоголосый гортанный рык перекликающихся мелких хищных ящеров.

Из опасения, что на запах крови сюда скоро соберутся все хищники из ближайшей окрестности, стадо поспешило увести потомство в сторону, противоположную холму.

Глава 3. Побеждает Сильнейший

Самцы шли в стороне от стада, изредка издавая воинственные рыки и косясь друг на друга недобрым взглядом. С гибелью вожака, в общине этих мирных травоядных гигантов, наметился раскол. Но это временное разногласие могло дорого обойтись стаду, так как функцию охраны выполнять было некому.

Самки с молодняком сбились в тесную кучку и с тревогой следили за перемещением самцов.

Те, словно кружась в каком-то странном танце, ходили по кругу, постепенно сближаясь и образуя пару.

Затем, упёршись в шею партнёра, давили всей своей тяжестью, пытаясь сдвинуть противника с места.

Если кто-то из самцов делал шаг назад, считался побеждённым и уходил к стаду. Если же противники оказывались равными по силе, то начиналось более серьезное испытание. Самцы становились на задние лапы и, более длинными передними, пытались завалить противника на бок и хлестали друг друга своими длинными мускулистыми хвостами. Эти мощные хвосты, со свистом рассекая воздух, обрушивались на спину соперника.

Турнир происходил в постоянном движении так, что вскоре все самцы скрылись за ближайшим холмом.

Стадо терпеливо ожидало результатов состязания.

***

За один этот день, случилось больше событий, чем за всю коротенькую жизнь маленьких Брахиозавриков.

Сначала страшное сражение вожака с Тираннозавром, теперь турнир собственных сородичей.

Но первый страх прошёл и сейчас малыши чувствовали какой-то нервный азарт. Они бегали между колоноподобных ног мамаш, грудью налетая друг на друга, от чего порой оба шлёпались в песок, поднимая облака пыли.

Особенно старался Ром, он самозабвенно пыжился, выпячивая грудку и бил себя по бокам хвостиком, копируя взрослых. Так раззадорив себя, он бросался в атаку и тут уж спуску не давал никому.

Досталась даже маминым ногам.

Ром вообразив, что среди ровесников ему не найдётся достойного противника, накинулся на мамину ногу, с разбегу врезаясь в нее грудью. Само собой, что самому ему досталось куда больше, но динозаврихе надоела это возня, и, осторожно взяв разбушевавшегося малыша своими толстыми губами за шкирку, приподняла его над землёй.

Ром почувствовал, что его ноги потеряли твёрдую опору и, изо всех сил принялся брыкаться, но скоро в конец, выдохшись, угомонился. Мать осторожно опустила шалуна на землю и, Ром тут же лёг в песок передохнуть после стольких приключений.

Но не тут-то было. Из-за холма, раздался ликующий трубный рёв, перешедший в пронзительный вопль. А вслед за ним, на вершине появился новый вожак.

Это был молодой, но уже вошедший в пору зрелости самец. Он всегда выгодно отличался среди сородичей, будучи крупнее всех и имея могучее телосложение.

Вожак снова издал восторженный крик и направился к стаду, за ним покорно трусила его паства – самцы, которым мне повезло.

Самки вышли вперёд и поочерёдно подтёрлись шеей о шею нового Властелина, выражая этим свою преданность.

***

После того страшного дня прошёл месяц.

Стадо прошло большую часть пути до намеченной цели, – гор. Они уже возвышались совсем рядом, закрывая собой небо и полоща в облаках свои снежные вершины. Почва стала более каменистой, растительность скудной и низкорослой.

Взрослые шли понуро, опустив голову. Самцы не заигрывали с самками. Во всём виноват был голод, не наедались даже малыши. На ходу, они зорко поглядывали себе под ноги, в надежде отыскать хоть какую-нибудь зелень. А найдя, торопливо глотали, не жуя из опасения, что отнимут другие.

Но, не смотря на недостаток пищи, ящерята вытянулись, подросли, и уже заметно отличались друг от друга. Самки, были меньше ростом, и имели светлую песочного цвета окраску. У самцов же шкурка была от светло-коричневого цвета до, темно-серого.

Но в росте они отличались друг от друга куда больше. Самые мелкие особи доходили до бедра более крупным и естественно, все самые лакомые листочки доставались сильнейшим.

Матери уже не было необходимости откусывать ветки деревьев и бросать молодняку. Ящерята были в состоянии сами обгладывать попадающиеся по пути кустики и молоденькие деревца. А те Брахиозаврики, что покрупнее, и были уже величиной с современную лошадь, доставали до нижних веток и более высоких деревьев.

Что же касается Рома, то он был явным заводилой и лидером среди всего молодняка и, именно ему принадлежала идея, которую позднее переняли все остальные ящерята.

Ром подходил к дереву, рывком отрывал передние лапы от земли и, упёршись ими в ствол дерева, обгладывал нижние ветки. При этом, надёжно упираясь в землю задними лапами и мощным хвостом. Так, изобразив подобную треногу, наш изобретатель становился вдвое выше ростом своих сверстников, и, конечно же, питался лучше остальных.

Взрослые брахиозавры при всём желании не смогли бы повторить подобный трюк, так как под их исполинской тяжестью сломалась бы любое дерево. Впрочем, в этом не было ни малейшей необходимости. Они и так, благодаря своей длинной шее, доставали, чуть ли не до макушек вековых деревьев-гигантов.

И вот настал тот день, когда изрядно измученные долгим переходом путешественники, подошли к своей заветной цели. Горы возвышались сплошной стеной, холодные и величественные в своей неприступности. Малыши испуганно озирались, косясь на этот монолит, уходящий высоко в небо и терявшийся в облаках. Но, взрослые были совершенно спокойны и, ни разу не сбившись, уверенно шли, петляя по узкому извилистому каньону среди скал. Скоро проход сузился ещё больше, в ширину одной взрослой особи, и стадо растянулась в длинную тонкую цепочку. Матери шли осторожно, боясь наступить на своих отпрысков. Солнце нещадно палило, отражаясь от белых камней ущелья и заставляя сильнее щурить глаза, смотря только себе под ноги. В вышине парили крылатые ящеры, внимательно высматривая свою добычу.

Когда после довольно нудного и однообразного шествия хвост в хвост, детёныши стали дремать на ходу, они вдруг услышали шум, который рос и усиливался по мере их продвижения вперёд. Через некоторое время, он перешёл в ужасающий грохот, многократно усиленный эхом в горах. Малыши запаниковали, но бежать было некуда, спереди и сзади их подгоняли взрослые, которые явно не испытывали никакого страха. Наоборот, жадно раздувая ноздри, взрослые Брахиозавры шумно вдыхали посвежевший влажный воздух и прибавляли ходу.

Ящерята доверились интуиции взрослых и покорно прыгали за матерью, подгоняемые спешащими сзади замыкающими самцами. Как вдруг, узкий проход закончился широким каменным плато, которое возвышалось над бурной в белых барашках поверхностью горной реки. Но самое удивительное было то, что вызывало грохот, так испугавший малышей. Над противоположным берегом бурной реки, с высоких скал, низвергалась искрящаяся стена воды. Со страшным грохотом, она обрушивалась в бурлящую стремнину и, поднимая каскады искрящихся брызг, в которых преломлялись солнечные лучи, рождала сказочно прекрасное зрелище переливающихся в воздухе разноцветных дрожащих полос.

Всё стадо неподвижно замерло в созерцании этого величественного и прекрасного зрелища. Гиганты, смысл жизни которых состоял в еде, словно прониклись ощущением прекрасного. Но, пора в путь, окончательная цель путешествия ещё не была достигнута и вслед за вожаком все повернули в сторону от водопада.

Они пересекли каменистое плато и ступили в очередной каньон, правда, намного шире прежнего. Кроме того, стены не были сплошь монолитными и отвесными, а были усеяны камнями и камешками различной величины. Некоторые из огромных глыб опасно накренились над проходом, по которому двигались Брахиозавры. Теперь, ящеры шли медленно, осторожно, стараясь издавать как можно меньше шума и тихим рокочущим голосом призывая малышей к порядку.

Вот уже больше половины пути было пройдено, впереди виднелся выход из каньона, как вдруг, вдали послышался громоподобный звук, напомнив ящерятам о безвредной падающей воде, но взрослые заволновались и ускорили шаг.

Грохот послышался вновь и горы буквально содрогнулись под ногами у исполинов.

Брахиозавры перешли на галоп, к чему прибегали крайне редко, лишь в минуты наибольшей опасности. Земля под ногами содрогалась с пугающей ритмичностью. Затрудняя бег с обеих сторон, по склонам скатывались мелкие камушки. Как вдруг, раздался оглушающий звук и воздух, словно схлопнулся над головами ящеров. С обеих сторон, сбивая с ног, на них хлынул камнепад. Огромный валун, древний как сами горы, сорвался со своего пьедестала и, увлекая за собой камни поменьше, устремился в самую середину спасающегося бегством стада.

Потом была тишина, прерывающаяся лишь жалобными стонами, раздававшимися из злополучного каньона, где осталось умирать и умерло больше половины добродушных исполинов. Из семи самцов погибло трое, в том числе и вожак, а из девяти самок, – четыре. Что же касается малышей, то их осталась едва ли не треть. Те, кто не сгинули под жутким камнепадом, были затоптаны бегущими в панике взрослыми. Ром уцелел. Но погибли его мать и большинство братьев и сестёр. С этого момента его ждало одиночество. Детство закончилось.

Глава 4. Эдем. Один.

Чуть придя в себя, Ром огляделся в поисках сородичей, и, заметив нескольких взрослых Брахиозавров, направился к ним. Он уже не был ребёнком, скорее подростком, поэтому видя в молодом самце возможного конкурента на внимание самочек, взрослые самцы встречали его довольно агрессивно. Достававшиеся ему довольно болезненные шлепки хвостами, заставили бы кого угодно держаться подальше. Тем более что именно в этот момент снова решался вопрос кому же быть вожаком. Поэтому поохав и потёршись побитым боком о большой валун, Ром направился восвояси, переждать пока самцы выясняют свои отношения.

Самки и оставшийся молодняк сбились в отдельную кучу, зализывая полученные раны. Ром найдя за уступом скалы чудом выросшие здесь деревце, мигом обглодал его и улёгся вздремнуть на солнышке, с минуты на минуты ожидая сигналы нового вожака к продолжению похода. Лишь на закате, трубный продолжительный рёв возвестил о том, что вожак всё же появился, но сигнала к походу не последовало. Все как могли, устроились на ночлег.

Едва забрезжил рассвет, остатки некогда большого стада тронулись в путь. Все были изрядно измучены переживаниями последних дней, но голод гнал вперёд. Динозавры, шумно раздувая ноздри, шли быстрыми шагами. Ром бежал за взрослыми самцами, стараясь примериться к их размашистой походке. И потому не сразу почувствовал витавший в воздухе запах сырой земли, сочной зелени и ещё воды. Пахло большой водой.

Ром вспомнил огромный искрящийся водопад, Но вот что было странно, было совершенно тихо, лишь топот ног сородичей, их шумное дыхание и редкий клёкот в небе летающих ящеров. А вот шума падающей воды не было. Ром прибавил шагу, но сразу наткнулся на ногу одного из самцов. Посмотрев в недоумении вперёд, ящерёнок увидел замерших сородичей, смотревших в одну сторону. Приподнявшись на задние ноги и выглянув из-за спин стоящих впереди взрослых ящеров, Ром замер в удивлении и восхищении.

Столько зелени он не видел за всю свою коротенькую жизнь. Зелёные заросли простирались, на сколько, хватало глаз и лишь очень далеко где-то на горизонте, их окружали неприступные скалы. От одного вида такого количества еды, у Брахиозаврика сердито заурчало в животе, и он уже хотел было ринуться в эту вкусноту, как его внимание привлёк блеск под ногами.

Протиснувшись между тесно стоящими сородичами, он подошёл к краю огромной лужи! Такое количество воды, он видел только один раз у водопада, да и то издалека.

Хотя, сколько ящерёнок себя помнил, вода окружала его всегда: в сочной зелени, в многочисленных лужицах под ногами, в больших чашевидных листьях неизвестных растений, из которых он любит пить больше всего, там вода была чистая, без примесей гниющих листьев и опавших веточек. Вообще, вода окружала его повсюду, так как климат был очень влажным, часто шли дожди и Ром привык ощущать под ногами хлюпающую почву. Все эти воспоминания роем пронеслись в его голове, но не успели осесть и как-то усмирить страх перед таким количеством воды, как его ждало следующее потрясение.

Все взрослые особи, как один, начали входить в серебристую, прохладную глубину и скоро только головы на длинных изящных шеях взрезали водную гладь. Самки что-то успокоительно рыча, подталкивали своих отпрысков вслед за самцами. Брахиозаврик ужасно боялся входить в эту таинственную глубину, но ещё больше он боялся остаться один. Но тут кто-то из сородичей, входя в воду, случайно толкнул туда, же и Рома и вопрос разрешился сам с собой. Ящерёнок всё больше и больше погружался в воду, увлекаемый идущими следом другими детёнышами, которых в свою очередь тем же насильственно добровольным способом подталкивали в спину их мамаши. Скоро Ром потерял опору под ногами, и в панике засучив ножками, поплыл. Сначала он плыл какими-то судорожными рывками, но вскоре приноровился и даже начал получать удовольствие от непривычного способа передвижения.

Не успел ящеренок, как следует устать, как вновь почувствовал опору под ногами и вышел на песчаный берег. Нежный ветерок приятно освежал после купания, но голод гнал вперёд и Ром, в несколько прыжков перегнав взрослых самцов, врезался в самую гущу зелёную сельвы.

Сначала он жадно хватал всю растительность, что попадалось ему на глаза, как бы боясь, что придут другие и отнимут. Но некоторое время спустя, он заметил, что всё стадо спокойно пасётся без нервозности и успокоился сам. Он помнил, что самые вкусные и нежные листочки бывают на тонких молодых веточках, а также на верхушках деревьев. Поэтому по привычке, становясь на задние лапы и хвост, опирался передними о ствол дерева, вытягивал шею, стремясь дотянуться как можно выше.

Деревья протестующие трещали и гнулись под его тяжестью, так как наш «малыш» едва достигший по меркам брахиозавров подросткового возраста, был уже размером с взрослого современного слона. Насытившись, Ром почувствовал усталость, но улечься поспать не спешил, ведь вокруг было столько интересного! Страшась отходить далеко от взрослых, он отправился по периметру охраняемой самцами территории изучать местность, и тут же столкнулся с небывалым количеством ящеров различных размеров и самого необыкновенного вида. Но как не удивительно, столь близкое с ними соседство не вызывало у сторожей самцов ни малейшей тревоги. Понаблюдав за соседями ещё какое-то время, Ром заметил, что все они питаются растительностью так же, как и он сам, и никто из них не проявляет желания поохотиться на других, и окончательно успокоился.

Всё дело в том, что в те времена, господствовали настолько гигантские существа, что им стоило большого труда насытить своё огромное тело, поэтому, шла борьба за лучшие кормовые территории.

В растениях, как известно, содержится не так много питательных веществ, как в животной пище. Поэтому, чтобы снабжать необходимой энергией свои необъятные туши, травоядные динозавры проводили в пережёвывании листвы большую часть времени, и естественно, что остановившись на некоторое время на какой-либо территории, огромное стадо подобно саранче, довольно быстро уничтожало всю мало-мальски съедобную растительность. Вследствие этого, стадо было вынуждено кочевать с места на место в поисках новых нетронутых оазисов.

По этой же причине, все остальные представители мира травоядных ящеров, рассматривались как конкуренты и не допускались за периметр контролируемой самцами сторожами территории.

Именно в это место, к которому столь долго стремились семейство Рома, было поистине Эдемом – райским садом, где всем хватало места под солнцем, и не было необходимости беспокоиться о корме.

Продолжить чтение